×
0
0

Из книги Яхья Машайма, Русско-турецкая война.

С полумесяцем над нами. Часть 6.

Сражение у Санадиново.

Когда русские войска сосредоточились возле городка Санадиново и соседнего с ним Новачене, турецкое командование уже разрабатывало план будущего сражения. 9 сентября Хусейн Авни-паша приказал войскам Осман-паши было пойти к западу от позиции русских, в то время как основные силы должны были подойти с юга. К несчастью для турок, холмы на севере и востоке препятствовали любой попытке окружения, а турецкие войска еще не имели достаточной выучки, чтобы осуществлять достаточно сложные тактические маневры такого масштаба.. Николай, армия которого за счет подкреплений была доведена до численности 76 000 человек, к моменту приближения турецкой армии планировал отступление за Дунай в Румынию. Однако турки были уже слишком близко, чтобы не позволить русским совершить отход.

К концу дня, русские оказались в очень тяжелом положении. Они не предприняли ничего, чтобы помешать развертыванию турецких войск, и теперь столкнулись с превосходящими силами турецкой армии, укрепившимися на холмах вокруг двух городов. Они также не предприняли таких усилий, чтобы укрепить свои позиции, как Хусейн Авни-паша сделал под Плевной, и вырыли только неглубокие окопы, изолированные друг от друга. Турки, впрочем, были голодными и усталыми после долгого марша. Многие из них не имели отдыха в течение нескольких недель, что отрицательно сказывалось на состоянии войск. Ряд офицеров докладывали, что многие из турецких солдат занялись грабежом местных крестьян, так как поставки продовольствия с армейских складов полностью прекратились. Тем не менее, несмотря на все трудности у турецкой армии, их нельзя было не сравнить с ужасным положением в котором оказались русские. Часть офицеров Великого князя Николая открыто критиковала его пассивность, проявленную в этой опасной ситуации.

Немецкий журналист Герман Клейст бывший очевидцем сражения, заметил, что ситуация выглядела похожей на ту, которая была перед битвой при Седане. Хотя ситуация действительно выглядела внешне подобной, существовал и ряд важных отличий. Во-первых, местность не позволяла туркам завершить окружение русской армии. Во-вторых, несмотря на то, что общее количество пушек было подобным тому, которое было при Седане, у турок только четверть из них была изготовлена в Пруссии. В дополнение к этим двум отличиям, турки не имели тактической выучки пруссаков, и имели слишком малое количество офицеров. Однако русские уже потеряли большую часть своей артиллерии в предыдущих боях, а их войска устали и были деморализованы, что и дало туркам решающее преимущество.

Турки начали бой с атаки части армии Сулейман-паши на Новачене. Русские встретили эту залповым огнем, будучи почти неуязвимыми для турецких ружей, так как использовали здания в качестве прикрытия. Перестрелка длилась всего 20 минут, прежде чем турецкая атака была отбита. Такое начало не предвещало туркам ничего хорошего. Тем не менее, турецкое командование не было обескуражено неудачей, и Осман-паша, со своими ветеранами, предпринял новую атаку на русские войска находящиеся в поле к северу от Новачене. Русские здесь не имели траншей и никаких других укрытий. Они сражались отчаянно и храбро, но те, кто не погиб под огнем крупповской артиллерии, были скошены огнем турецкой пехоты. Дмитрий Борисов, командовавший русскими войсками на этом участке, приказал войскам крепить оборону, но он разорван на куски вместе со своей лошадью взрывом турецкого снаряда. Гибель командира и успешное наступление турок, окончательно подавили сопротивление русских. Николай попытался перебросить войска с другой части фронта, чтобы заткнуть брешь, но вся его армия была уже втянута в бой с главными силами турок.

Следующий большой прорыв произошел на дороге между двумя городками. Туркам снова удалось прорваться благодаря неподготовленности русских позиций, и поддержке своей артиллерии. Две турецких армии начали продвигаться навстречу друг другу, угрожая разрезать войска Николая на две части. Он приказал начать контратаку всеми оставшимися силами, чем почти удалось предотвратить соединение турецких войск. При этом, выполняя приказ, русские оказались под фланговым огнем турецкой артиллерии, и были вынуждены отступить, понеся тяжелые потери. Настроения в русской ставке стали теперь почти паническими. Гурко утверждал, что они должны сохранить то, что осталось от армии в Санадиново, и бросить войска в Новачене на произвол судьбы. Великий князь Николай Николаевич пребывал в полной прострации после провала своей атаки, и почти целиком устранился от командования войсками, бросив их на произвол судьбы. Отсутствие центрального руководства окончательно разрушило сплоченность русских войск, которые были разбиты на небольшие группы. В отличие от других боев, турки захватывали все большее количество русских пленных, которые, по-видимому, считали, что оказаться в руках турок было теперь намного менее опасным, чем находиться  под их смертоносным огнем.

Гурко, который теперь, наконец, взял руководство войсками в свои руки, решил, что позиционная оборона безнадежна, когда большинство русских укреплений подвергалось бомбардировке новейших турецких орудий. Он приказал начать общее отступление от Санадиново, но было уже слишком поздно. Туркам удалось переместить большую часть своей артиллерии к самому городу, и они обрушили на него град снарядов, убив множество русских, которые пытались отступать. Турецкая пехота, хотя и с меньшим успехом, продолжила эту работу, но оставшиеся очаги сопротивления русских стоили жизни многим турецким солдатам. На этом участке, не было проявлено никакого милосердия для тех, кто пытался сдаться, и большое число русских пленных было убито или искалечено.

Возле Новачене, какое-либо подобие организованного сопротивления русских прекратилось примерно около полудня, и дальнейшие бои там заключались в основном в уничтожение отдельных очагов сопротивления русских. Задача была более или менее выполнена около 5 часов вечера. Турецкое командование, а с ними султан Абдул-Хамид, осмотрели поле боя ближе к вечеру. Турки сильно пострадали, потеряв 37 300 человек убитыми и ранеными в этот день, но русские понесли гораздо более тяжелые потери. Называемые цифры сильно разняться, но можно предположить, что более чем 50 000 человек были убиты или захвачены турками в этот день, и что русские, которые бы удалось бежать, были рассеяны и на данный момент, по крайней мере, не в силах  были организовать никакого сопротивления.

Многие журналисты, которые видели сражение в тот день, а также многих историки, которые изучали его в последующие годы, обычно называли его одним из решающих сражений 19 века. Народ Османской империи встретил ликованием известие о победе. В следующую пятницу, новость о сражении была оглашена в мечетях по всей территории империи, но в городах получили новости гораздо раньше. Многие мыслящие люди увидели в этом оправдание реформ Танзимата, и доказательство того, что христианским державам можно сопротивляться. В остальном мусульманском мире новость о великой победе правоверных защитников мусульманской страны также не осталось незамеченной. В Европе многие газеты взволнованно писали о поражение русских задир, хотя некоторые анти-турецкие газеты и твердили о победе «восточного варварства». В России был объявлен траур по солдатам, погибшим при Санадиново, но, несмотря на личное обращение Царя к народу, гнев на виновников поражения был очень ощутимым, особенно в городах.

******

Эдвард Хейс, Дипломатическая история 19-го века: Pennsylvania State University Press.

 

Берлинская конференция.

После разгрома остатков русской армии в Санадиново, турки покончили с русской угрозой на Балканах, по крайней мере на время. Отто фон Бисмарк, уверенный, что Россию достаточно проучили и она теперь ослаблена, намеревался созвать международную конференцию в целях достижения собственных дипломатических целей. Бисмарк был заинтересован, чтобы Россию наказали, и она доставляла впредь как можно меньше беспокойства, и тяжелого поражения которое она потерпела, казалось, было для этого достаточно. Не только Бисмарк, но и ряд других государственных деятелей Европы теперь считали Россию «бумажным тигром», особенно, с учетом того она была побеждена турками. При этом игнорировался тот факт, что у России по-прежнему было намного больше солдат, чем в Османской империи (более 500 000 человек под ружьем, хотя многие из них несли гарнизонную службу), и, она вполне могла бы начать новое вторжение, если бы не влияние других факторов. Проще говоря, Россия больше не могла позволить себе оплачивать войну. Международные инвесторы потеряли всякое доверие к России, курс рубля упал, причем ситуация в стране постоянно ухудшалась.

Британско-немецкое требование о прекращении огня вступило в силу 23 сентября. К тому времени русские войска были полностью вытеснены из Румелии, но все еще оккупировали часть турецкого Закавказья. Бисмарк, при поддержке премьер-министра Великобритании Дизраэли, объявил о созыве международной конференции по урегулированию "восточного вопроса", каковая состоялась в ноябре 1877 года. У каждой из участвующих держав была своя повестка дня, и свои собственные идеи для обеспечения того, что они считали "справедливым миром". Германия хотела ослабить Россию, но в то же время боялась подтолкнуть Россию в объятия Франции. Англия хотела сохранить Османскую империю как оплот против русской экспансии на Ближнем Востоке. Австро-Венгрия намеревалась добиться ослабления влияния балканских националистов; что, как она считала, отрезвит наиболее активных националистов на ее территории.

Конференция длилась более месяца, до 4-го декабря, и на ней присутствовали Бисмарк, Дизраэли, русский канцлер Горчаков, турецкий Великий визирь Мидхат-паша, а также представители других, менее влиятельных, европейских стран. Споры велись основном между англичанами и немцами, так как русскими и туркам было нечем подкрепить свои требования. Русские пытались добиться ограниченной автономии для Болгарии, но после поражения их армии, они оказались не в том положении, чтобы выдвигать какие либо претензии. Точно так же и турецкие требования об автономии для Крыма не были приняты во внимание. И Британия и Германия пытались доминировать на конференции, но Германия добилась большего успеха, из-за русской враждебности по отношению к Великобритании.

Окончательные условия, принятые конференцией, многими рассматривалось как умеренные. Турки не получить никаких территориальных приобретений, хотя должны были получить большую контрибуцию от России (на сумму около 200 миллионов лир, которые должны были быть выплачены за 25-летний период). Россию также заставили подписать особенно унизительный для нее пункт о неприкосновенности территориальной целостности Османской империи и дать обещание не вмешиваться в ее внутренние дела. Однако русские получили ряд уступок, чтобы позволило избежать окончательного унижения и не выбыть навсегда из числа великих держав. Сербия, Черногория и Румыния были признаны в качестве независимых государств, и с турецким влиянием в них было покончено. Признана была и необходимость создания международной комиссии для контроля над христианскими провинциями Турции, причем Россия была допущена к участию в ней, что, вероятно, противоречило ее обещанию держаться подальше от турецких внутренних дел.

Россия, тем не менее, считала себя униженной решениями конференции. На выплату контрибуции ​​ежегодно должны была уходить почти 10% доходов ее правительства, что предвещало еще большие экономические трудности. Несмотря на эту экономическую катастрофу, многие русские панслависты надеялись, что смогут хотя бы частично сохранить позиции своей страны как "защитника славянства и православия». Тем не менее, балканские народы не питали больше никаких иллюзий относительно скомпрометировавшей себя России, и понимали, что они обязаны своей вновь обретенной независимостью Германии, а проигравшей войну России. Румыния затаила особое зло на Россию. Она принесла в жертву большую часть своей армии, помогая русскому делу, а кроме формальной независимости (ее номинально она уже имела в течение нескольких десятилетий), ничего не получила. Появился националистический миф о гибели молодых румын за Россию, и ее невыполненные обещания, который будет препятствовать румыно-русским отношениям еще много лет, обеспечив России еще одного врага Балканах.

Турки, однако, были в восторге от результатов войны. Их суверенитет был подтвержден, и Европа опять увидела Турцию в качестве «великой державы». Усилились симпатии образованной османской элиты к англичанам, за их отстаивание турецких интересов, а турецкие государственные деятели с удовлетворением узнали о большой контрибуции, которая будут получена их страной (эта цифра составляла 32 % от довоенного турецкого бюджета). Однако, несмотря на эйфорию имперской элиты, из-за того величие Турции вновь восстановлено, и она стала такой же частью европейского сообщества, как любая другая страна, там внутреннее положение Османской империи оставалось критическим, еще многие  десятилетия. Великобритания и Германия были полностью удовлетворены исходом конференции. Обе получили теперь чувство уверенности в способности Османской империи действовать в качестве защитника от русского экспансионизма. Германии удалось доказать, что она способна играть как стабилизирующую, так и дестабилизирующую роль в европейской политике, что полностью отвечало планам Бисмарка. Сотрудничество Великобритании и Германии в ходе конференции дало начало неофициальному союзу между Англией и Германией, который будет продолжаться до 1900 года, и будет полезным для обеих стран для сдерживания экспансионистских устремлений различных европейских стран.

С полумесяцем над нами. Часть 6.

Берлинская конференция.

Подписаться
Уведомить о
34 Комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Compare items
  • Total (0)
Compare
Adblock
detector