Противотанковая экзотика. Винтовочные гранаты

13
0

Противотанковая экзотика. Винтовочные гранаты

Статья Андрея Уланова с сайта WARSPOT.

Содержание:

Дистанция броска ручной гранаты удручающе мала. Ещё в годы Первой мировой войны эту проблему пытались решать разными способами. Один из них — специальный винтовочный гранатомёт. На ствол винтовки надевали специальную мортирку, из которой при помощи холостого патрона выстреливалась небольшая граната. Большой эффективностью подобные приспособления не отличались: дальность едва дотягивала до пары сотен метров, осколочное действие гранаты было слабым, а про точность лучше и не вспоминать. Тем более что из-за малой начальной скорости гранаты стрелять приходилось навесом. Несмотря на малую надёжность и сомнительную эффективность, идея винтовочных гранат не только дожила до Великой Отечественной войны, но и дала всходы.

Конкуренция почти на пустом месте

К началу войны в Советском Союзе разработкой винтовочных гранат занимались два конструкторских бюро: КБ-30 и СКБ-35 А. К. Сердюка. В ноябре 1941 года на Научно-исследовательском полигоне стрелкового вооружения прошли испытания гранат этих двух контор. При этом граната ВПГС-41 конструкции Сердюка уже состояла к этому времени на вооружении Красной армии. Образец КБ-30 был опытным.

Отстрел показал, что ВПГС-41 стабильно пробивает броню толщиной до 20 миллиметров. При этом у неё был существенный недостаток: при выстреле часто слетало стабилизирующее оперение гранаты, причём более чем в половине случаев. Испытатели рекомендовали доработать снаряд и дали КБ Сердюка срок до начала февраля 1942 года. К этому времени он должен был представить на испытания новую опытную партию из 500 штук.

Один из советских проектов надкалиберной винтовочной гранаты

Один из советских проектов надкалиберной винтовочной гранаты

Граната КБ-30, оснащённая маленькой мортиркой для выстрела, пробивала броню хуже, зато в полёте вела себя куда более устойчиво. Этих гранат заказали в десять раз больше, чтобы сразу отправить на войсковые испытания. Поскольку на вооружение граната так и не поступила, можно утверждать, что результаты военных не устроили.

Тем временем возникли проблемы и у гранат СКБ Сердюка. С фронта буквально посыпались жалобы на её малую эффективность, надёжность и т. д. Конструктор попытался отстоять своё детище, сетуя в письме начальнику арткома ГАУ генерал-майору Хохлову от 6 июня 1942 года на проблемы производственного характера:

«Недостаточное техническое руководство и военпредский контроль над производством привели к вопиющим отклонениям от чертежей и технических условий, что в основном свелось к следующему: случайный выбор материалов (по фактическому наличию), безграмотная термообработка, полное пренебрежение антикорозийным покрытием, грубые отклонения в допусках и размерах, замена пороха 41 порохом ВТ и т.п.

Можно с уверенностью сказать, что ни один вид боеприпасов не выпускается грубо-кустарно, как это имело место с ВПГС-41

Однако применение гранаты ВПГС-41 на фронте вызвало ряд отрицательных отзывов о ней, что явилось следствием, главным образом, того хаоса в производстве, о котором я докладывал выше.

Скромная баллистика гранаты (малая начальная скорость и дальность) усугубилась плохим качеством изготовления: срывы стабилизаторов, массовые отказы, засорения патронника из-за сгорания гильзы (результат применения вместо пороха 41 по проекту – пороха ВТ) и т.п.

Следует добавить и такие отрицательные явления, как отсутствие разработанной тактики применения, способа хранения и переноски, необученность бойцов обращению с гранатой».

А именно: неправильный подбор материалов (точнее, замену того что надо, на то, что есть под рукой), безграмотная термическая обработка деталей, полное пренебрежение антикоррозийным покрытием, хаос в размерах и допусках, порох другого сорта. Высшее начальство, разобравшись в ситуации, поняло, что в 1941–1942 годах никаких улучшений качества добиться не выйдет. Так что и ВПГС-41, и её более мощная наследница с номером 42 вскоре были сняты с производства.

В общем, даже профильным конструкторским бюро, занимавшимся именно винтовочными гранатами, большого успеха достигнуть не удавалось. А ведь кроме них проявляли инициативу многие изобретатели и конструкторские бюро. Что получилось у них?

От Казани до Ленинграда

В апреле 1942 года в Народный комиссариат обороны поступило письмо из Казани, от заместителя директора Физического института Академии наук СССР Б. Вула. Он сообщил, что институт собирается разработать и сконструировать крылатые ружейно-ракетные противотанковые гранаты. Причём гранаты эти должны были лететь по настильной (пологой) траектории, чтобы более прицельно поражать вражеские танки. Предполагалось, что масса гранаты составит примерно два килограмма.

Граната Сердюка и схема её применения

Граната Сердюка и схема её применения

Заместителю ответили специалисты Главного артиллерийского управления (ГАУ), которые вежливо сообщили, что подобная разработка имеет смысл, только если граната будет лететь не менее чем на 200 метров на высоте не больше, чем высота танка. И чтобы рассеивание при этом укладывалось в квадратный метр. Судя по тому, что на этом переписка остановилась, казанские физики достичь этого не смогли.

А московский инженер Липковский решил взять за основу для своей противотанковой гранаты миномётную мину. Эту идею отвергли из-за того, что по сравнению с упоминавшейся ранее ВПГС-41 она не имела особых боевых преимуществ, зато отдача при выстреле запросто могла покалечить стрелка.

Другой разновидностью винтовочных гранатомётов были бутылкомёты. Как следует из названия, они предназначались для метания бутылок с зажигательной смесью. Самая известная модель этого оружия разработана конструктором Цукерманом и небольшой серией выпускалась в блокадном Ленинграде. Остальные варианты, которых прислали в ГАУ немало, получали стандартный отрицательный ответ с указанием на плохую точность.

Как убить ПТР за десять выстрелов

Один из самых любопытных проектов испытывался на гороховецком артиллерийском полигоне осенью 1943 года. Этот гранатомёт представлял собой противотанковое ружьё Дегтярёва, переделанное под стрельбу 50- и 82-мм минами, переделанными под надкалиберные (с диаметром боеприпаса большим, чем ствол) гранаты.

«Перед началом испытаний Гороховецкий АНИОП предупредил автора предложения тов.Старикова о возможности разрыва ружья, вследствие большого веса мин по сравнению с пулей, однако по его настоянию испытания были проведены.

Отстрел производился из 14,5 мм противотанкового ружья системы Дегтярева.

Перед стрельбой ружье было установлено под углом возвышения 45° таким образом, что оно опиралось на грунт тремя точками (прикладом и двумя сошками).

С целью амортизации удара в момент выстрела под приклад накладывался кусок каучука.

В начале испытания для проверки устойчивости ружья был произведен пробный выстрел штатной 14,5 мм бронебойной пулей на полном штатном заряде.

После выстрела устойчивость ружья не нарушилась

Затем был произведен выстрел 82-мм осколочной миной варианта «Б» (с подвижным стабилизатором) со штангой длиной 500 мм на полном штатном заряде пороха 4/7 весом 0,035 кг.

После выстрела ствол ружья оказался разорванным, причем передняя часть ствола была найдена оторванной в 5–6 метрах от ружья. Оставшаяся часть ствола была разорвана вдоль образующей по длине около 500 мм».

Сотрудники полигона сразу же предупредили автора проекта инженера Старикова, что добром эта затея не кончится. Изобретатель настаивал на том, что выстрелить нужно. Опасения подтвердились: при пуске 82-мм мины ствол противотанкового ружья просто-напросто разорвало, а его переднюю часть бросило на пять метров вперёд. Конечно, испытания на этом приостановили.

Гранатомёт Иванова и Базеева

Гранатомёт Иванова и Базеева

Через неделю в Гороховец привезли более лёгкие 50-мм мины. За это время ружьё починили и переделали, удалив повреждённую часть ствола и усилив оставшуюся мощной стальной втулкой. Дульный тормоз навинтили на «пенёк», который из-под этой втулки торчал. В этот раз ружья хватило на восемь выстрелов, посылавших мины на дистанцию 500–700 метров. Дульный тормоз оторвался уже на первом выстреле, каждый следующий потихоньку разрушал деревянные элементы ПТР. Отстреляв 50-мм мины, изобретатель снова решил пальнуть 82-миллиметровой. Мина улетела на 400 метров, а ружьё превратилось в обломки: разрушился механизм перезаряжания и место, где каркас приклада приваривается к корпусу.

«В начале текущего года на АНИОП были доставлены с Украинского фронта детали и сборки немецкого трофейного образца ручного противотанкового гранатомета.

Вместе с указанными деталями и сборками гранатомета к нему имелось несколько кумулятивных гранат. При некомплектности сборки трофейного гранатомета собрать его для изучения и проверить стрельбой не представлялось возможным. К тому же этот вид ручного гранатомета в информационных материалах не освещался и его боевая эффективность неизвестна.

В целях подробного изучения данного трофейного образца на предмет использования полученного материала в системе отечественного вооружения, АНИОП-ом на основе доставленных деталей был разработан технический проект и изготовлен опытный образец подобного гранатомета. При изготовлении опытного образца были использованы приклад и затвор от ружья типа «Бердан».

Имевшиеся на АНИОП-е несколько штук трофейных гранат к немецкому образцу гранатомета были использованы для их изучения в отношении снаряжения, поэтому для проведения испытания опытного образца стрельбой необходимо было изготовить гранаты заново. Вследствие загруженности механической мастерской АНИОП-а другими работами, гранаты изготовить не представилось возможным, изготовленный образец гранатомета стрельбой не испытан».

Хотя испытания были неудачны, впечатление на полигонных специалистов они произвели. И в 1944 году они сделали ещё одну попытку собрать конструкцию для стрельбы надкалиберными боеприпасами. Как раз в это время в Гороховец для изучения привезли некомплектный немецкий ручной противотанковый гранатомёт и несколько кумулятивных выстрелов к нему.

Инженер-полковник Иванов и сотрудник полигона Базеев взяли приклад и затвор от ружья конструкции Бердана и на их основе собрали гранатомёт, который теоретически мог бы стрелять немецкими гранатами. Но, пока они работали над своей конструкцией, трофейные боеприпасы уже успели разобрать для изучения. То есть, стрелять было просто-напросто нечем.

Конструкторы просили, чтобы для них сделали собственные гранаты, но ГАУ решило не тратить на это ресурсы. Это был не 1941-й, а 1944 год. А значит — настала очередь немцев в спешке изобретать и собирать едва ли не на коленке очередное противотанковое чудо-оружие.

Источники

      1. ЦАМО РФ, фонд 81, опись 12040, дело 12.
      2. ЦАМО РФ, фонд 81, опись 12040, дело 21.
      3. ЦАМО РФ, фонд 81, опись 12040, дело 213.

источник: https://warspot.ru/5980-protivotankovaya-ekzotika-vintovochnye-granaty

Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Compare items
  • Total (0)
Compare