Перевод АИ. От изгнания до триумфа. Западная Римская хронология. Часть 12. Начало большой войны

9
0

Предыдущие части

Приветствую всех. Я продолжаю переводить альтернативу нашего западного коллеги Flavius Iulius Nepos под названием «От изгнания до триумфа. Западная Римская хронология». Вернее сказать, редактировать браузерный перевод. Все пояснения и возможные замечания автора переданы от первого лица.

Содержание:

Глава XXXVII — Вандальская война

В 523 году Тразамунду наследовал Хильдерик, внук Гензериха. Его матерью была Евдокия, дочь западного римского императора Валентиниана III, захваченная вандалами во время второго разграбления Рима и доставленная в Карфаген. Здесь, согласно завещанию ее отца, она была вынуждена выйти замуж за сына и преемника Гензериха, Хунерика. Находясь в плену у вандалов, она стала свидетелем упадка Западной Римской Империи, и ей разрешили покинуть королевство только тогда, когда ее физическое состояние ухудшилось. Она не прожила достаточно долго, чтобы стать королевой вандалов или даже увидеть, как ее сестра Плацидия становится императрицей Запада, однако она оставит яркий след в истории королевства через своего сына Хильдерика. Хильдерик не был первым человеком, утверждавшим, что он связан как с императорской семьей, так и с местной варварской династией, но он был первым романо-варварским принцем, эффективно правившим одним из королевств.

Перевод АИ. От изгнания до триумфа. Западная Римская хронология. Часть 12. Начало большой войны

Монеты Хунерика

Его правление ознаменовало начало периода хороших отношений с императорскими дворами Рима и Константинополя и вестготским королем Агилой. Благодаря влиянию своей матери, Хильдерик был верен Никейскому символу веры, несмотря на противодействие знати королевства. Его положение походило на положение Агилы, но с некоторыми важными отличиями: Агила был способным военачальником и эффективным управленцем, пришедшим к власти из-за того, что не осталось других претендентов после гибели Гезалека. Хильдерик же не обладал особыми талантами Его открытая поддержка никейского духовенства и неспособность справиться с берберами стоили ему трона после семи лет правления из-за очередного поражения. Захвативший власть арианин Гелимер завоевал лояльность вандальской знати, но оказался изолированным на дипломатической арене. Готы стали враждебны к новому королю, а Юстиниан даже потребовал возвращения предыдущего короля на трон. Вместо этого Маркиан принял более осторожный подход: он решительно не одобрял происходящее, но не мог позволить себе вражды с вандалами, пока Юстиниан сидел на восточном троне. После того, как народ Константинополя сверг Юстиниана, он наконец смог заняться вандальским вопросом. Смерть Теодориха в том же году оставила готов в Паннонии занятыми вопросом о престолонаследии, дав римлянам передышку, в которой они нуждались.

Ещё 26 лет назад, когда Маркиан взошёл на престол, он начал обдумывать возможные варианты действий против вандалов. Многие императоры до него пытались вернуть империи стратегическую епархию Африки но потерпели неудачу: Майориан со своими собственными ресурсами и его дед Прокопий Антемий при поддержке Льва I. Теперь настал его черед, его шанс преуспеть там, где его предшественники потерпели неудачу. Или погибнуть после неудачи, так как поражение свело бы на нет все его достижения и старания его отца. В течении года ресурсы были сосредоточены для подготовки экспедиции, в то время как люди были отозваны из Галлии, Иллирика и из-за Дуная. Вся экспедиция финансировалась из остатков готской казны из Толозы. Маркиан также смог заручиться военной поддержкой своего восточного коллеги Ипатия благодаря влиянию своего брата при императорском дворе Константинополя. Эта поддержка составила семь тысяч солдат и флот, необходимый для их перевозки. Ипатий не мог позволить себе большую экспедицию, так как его правление не отличалось особой стабильностью, но эта кампания представляла для него возможность избавиться от сторонников предыдущего режима, включая Велизария, опытного полководца, которому нельзя было полностью доверять.

Совместная экспедиция отправилась из Сиракуз в конце мая. Первой целью стал Лилибей. Как раз в это время на Сардинии бушевало восстание во главе с Годасом, благодаря чему римляне смогли за несколько дней взять город. Из Лилибея армия отплыла в Африку. Переплыв через море и не встретив никакого сопротивления, армия высадилась возле Гадрумента. Отсюда Велизарий двинулся против Карфагена. Тем временем Гелимер спешно собрал армию, чтобы противостоять наступлению римлян и приказал вернуть своего брата из Сардинии. Его намерение состояло в том, чтобы избежать любого сражения с римлянами до прибытия брата со своей армией, однако, поскольку император быстро приближался к столице, он не мог больше откладывать битву. Две армии встретились близ Карфагена в том месте, где Гелимер надеялся окружить римлян своей численно превосходящей армией и подкреплениями, идущими с юга. К несчастью для него, подкрепления никогда не нападут на имперцев, поскольку они вступили в бой с римским отрядом, состоящим из 2000 Схолариев, возглавляемых Маркианом Валентом, который выиграл достаточно времени, чтобы император мог разобраться с Гелимером, прежде чем повернуть на юг против подкреплений. В то время как Гелимер смог отступить с остатками основной армии, вторая армия оказалась полностью уничтожена римлянами, которые теперь свободно шли на Карфаген. Маркиан вошёл в город в последний день августа. Горожане встретили императора как освободителя. Гелимер не смог ничего сделать и бежал на запад. Несмотря на то, что Карфаген снова оказался в руках римлян, война еще не закончилась, поскольку конфликт с вандалами был только началом чего-то, что имело бы неожиданные последствия за пределами Африки.

Глава XXXVIII — Падение короля и возвышение цезаря

Весть о падении Карфагена быстро распространилась за пределы Африки. Реакция на событие различалась от изумления ближайших союзников Рима до зависти и беспокойства его врагов. Однако последуют более конкретные действия, поскольку теперь открывались новые возможности для амбициозных людей. Вестготское королевство станет первой жертвой таких амбиций. Но сначала нужно рассмотреть ситуацию за пару лет до этого.

Регент Агила впервые с начала своего правления столкнулся с серьезной угрозой своему правлению. Его победы в Испании принесли ему престиж, власть и дружбу с Римом, и с тех пор его правление над готами основывалось на этих ключевых факторах. Однако после смерти Гезалека прошло почти двадцать лет, и память о его победах ослабла. Принцы Аларих и Теодорих были теперь готовы править, и их сторонники требовали прекращения регентства. Сторонники предыдущей династии, дальние родственники Балтов, личные враги Агилы и члены арианской церкви — все они объединились вокруг двух наследников, после того как были вынуждены молчать в течение почти двух десятилетий. Король Агила был еще достаточно силен, чтобы сохранить свою власть, но риск надвигающейся гражданской войны вынудил его искать сотрудничества и компромиссов. Таким образом, в 530 году король был вынужден связать двух Балтов с троном, хотя их власть была лишь номинальной. Это была не единственная уступка, поскольку он был вынужден избавиться от Цезария, его самого доверенного советника, презираемого людьми, ненавидящими Агилу. Но верная служба Цезария не осталась незамеченной. Король был человеком, всегда склонным вознаграждать навыки и усердие, а потому предупредил Цезария и его семью об опасности, чтобы те тайно покинули Толет вместе со многими другими римскими членами королевского двора. Корабль доставил их в безопасное место в Италии, отныне эти люди были фактически изгнаны из своих собственных домов. Год спустя смерть королевы еще больше ослабила позиции Агилы среди готов, поскольку его связи с королевской семьей были разорваны, а также ослабло влияние, которое он мог оказывать на Алариха и Теодориха через их мать.

Война между римлянами и вандалами все еще продолжалась. Потеря Карфагена нанесла вандалам серьезный удар, но их королевство еще не пало. Область к западу от Карфагена и дальше контролировалась Гелимером. Его армия пока ещё представляла угрозу, и с возвращением брата из Сардинии у него появились серьезные возможности попытаться вернуть столицу. Сардинские повстанцы во главе с Годасом были разбиты. Несмотря на поражение, оставшиеся в живых повстанцы все еще бродили по северной части острова, так как у вандалов не было времени разобраться с ними раз и навсегда до начала нового сезона, который сделал бы море небезопасным. Тем временем в Карфагене римляне готовились выступить против Гелимера и покончить с Вандальским королевством до конца года. В сентябре римская армия вышла из города и двинулась на Гиппо-Диаррит, где, как сообщалось, находилось войско вандалов. Недалеко от города начались небольшие стычки между римскими и вандальскими отрядами которые начали замедлять путь императорской армии. Вандалы старательно избегали любых крупных столкновений с римлянами, так как пытались истощить их атакуя мелкие вражеские отряды или их линии снабжения. В течение дня местные жители сообщили Гелимеру, что они видели, как императорский лабарум покинул главную армию со многими солдатами: знак того, что основное войско больше не возглавляет сам император, и появилась возможность атаковать две армии по отдельности. Гелимер решил, что наконец-то настало время вернуть королевство, что побудило его выступить против римлян. К своему ужасу, он столкнулся со всей римской армией, готовой к бою. Императора и правда не было среди войска, но только потому, что он исследовал окрестности с небольшим разведывательным отрядом. Гражданские лица, доложившие Гелимеру об отъезде императора, вероятно, не умели правильно оценивать размер армии и отличить небольшие отряды от крупного формирования. Или, возможно, были подкуплены римлянами. Тем не менее Гелимер проклинал себя за опрометчивость перед неизбежной битвой. Несмотря на то, что первоначальный энтузиазм вандалов по поводу предстоящей легкой победы полностью исчез, обе армии насчитывали равное количество солдат, и шансы на успех у римлян и вандалов были одинаковы. Узнав, что его войско сражается с войском вандалов, Маркиан быстро попытался добраться до своих солдат. Он покинул их в тот момент, когда они больше всего нуждались в нем, и теперь судьба африканской экспедиции была полностью вне его власти. Когда он прибыл на поле, битва была окончена. Он с облегчением увидел, что его солдаты одержали победу над вандалами благодаря предводительству Маркиана Валента. Его двоюродный брат снова оказался ценным для императора помощником, поскольку он не только выполнил свои обязанности, но сделал даже больше: рассказы о том, как он отличился в бою, лично руководя своими солдатами в разгар битвы и никогда не воздерживаясь от личного риска, были в устах каждого солдата, который лично был свидетелем деяний Валента в тот день. Другие императоры рассматривали бы таких людей как возможную угрозу для себя, но не Юлий Маркиан, ценивший навыки превыше всего и глубоко доверявший своему кузену. То, что случилось после битвы, доказало это: император передал Маркиану Валенту большую часть земель, которые лично принадлежали Гелимеру (хотя король был еще жив). Наконец, он назначил Маркиана Валента Цезарем Западной Римской Империи и назначил его преемников Августами империи, поскольку чувствовал, что в случае его внезапной смерти его юный сын Феодосий окажется ещё не готовым к власти, И, хотя он не мог этого знать, империя скоро столкнется с другими бедствиями.

Глава XXXIX — Новая Епархия

Битва при Гиппо-Диаррите подорвала способность вандалов оказать большое сопротивление. Однако ещё до битвы вандалы мало что могли сделать против предприимчивых соседей. Когда весть о падении Карфагена достигла Испании, готская армия без сопротивления двинулась к Гибралтару. Мотивом этой агрессии была необходимость для Агилы укрепить свою власть новой победой и в то же время обезопасить границу своего королевства.

Вернувшись в Африку, римская армия пыталась раз и навсегда уничтожить войско Гелимера. Король, лишенный своего королевства, теперь скитался в районе между Гиппо-Диарритом и Гиппо-Регием, преследуемый римской армией. Через несколько месяцев его войско поразило дезертирство. Многие воины возвращались в свои дома или присоединялись к победителям. Четыреста дезертировавших кавалеристов освободили свергнутого Хильдерика прежде чем покинуть Гелимера.

Тем временем Маркиан постепенно переключал свое внимание с побед над вандалами на реорганизацию отвоёванной территории. Римская власть теперь простиралась вдоль побережья двух провинций Бизацены и Проконсульской Африки. Власть была сильна вокруг Карфагена, но ещё слаба в более далёких территориях. Римляне восстановили большую часть прежней организации: проконсул будет отвечать за Карфаген, а консул будет отвечать за регион вокруг Гадрумента. Во главе администрации всей Африканской епархии вместо викария будет стоять Praefectus Praetorio — временная, но необходимая мера, учитывая объем реорганизации, требуемой новой администрацией, и степень автономии, которые ей понадобятся для того, чтобы быть эффективной. Петр Марцеллин Феликс Либерий, уже отличившийся на службе императорской администрации, был удостоен такой важной должности. Однако новая армия, необходимая для обороны Африки, будет иметь своего собственного лидера, Magister Militum. Император Маркиан поручил эту военную должность Флавию Велизарию, который еще больше повысил свой престиж и влияние при императорском дворе, женившись в следующем году на дочери императора Юлии Галле, тем самым заработав ему звание Патриция.

Перевод АИ. От изгнания до триумфа. Западная Римская хронология. Часть 12. Начало большой войны

Родословная императоров в этом АИ мире

В первые месяцы нового года ситуация для армии вандалов стала критической. Воины короля начали умирать от голода. Неспособный спасти свое королевство, Гелимер, наконец, сдался римлянам в феврале. С его капитуляцией то, что осталось от его армии, наконец рассеялось, и люди вернулись к своим семьям. Тем временем император решил сохранить жизнь Гелимеру и его семье и отправить их обратно в Карфаген, где за ними будут внимательно наблюдать до тех пор, пока император не будет готов решить их судьбу. Несмотря на некоторые протесты, даже Хильдерик будет подвергнут такому же обращению, несмотря на то, что он был союзником Рима.

Несмотря на то, что умиротворение Африки было далеко от достижения, у римлян вновь появились проблемы. До них дошли известия, что готы смогли успешно занять Балеарские острова и города Септем и Тингис, представлявшие собой ворота в Африку. Несмотря на дружбу между римлянами и Агилой, Маркиан не мог мириться с этими завоеваниями. Задолго до капитуляции Гелимера римские послы уже были отправлены в Толет с требованием немедленного отступления готов. Агила не мог позволить себе вызвать вражду между его королевством и империей, поэтому он номинально согласился на эти требования. Однако он также послал своего юного сына Аталариха в Карфаген для дальнейшего обсуждения этого вопроса с императором: апеллируя к давней дружбе между двумя правителями и помня о тяжелом внутреннем положении короля готов, Агила надеялся обеспечить себе некоторые выгоды и престиж от недавнего конфликта. Юный принц добрался до римлян только в конце конфликта, когда и римляне, и пленники-вандалы вернулись в Карфаген. Аталариху было позволено подать прошение самому императору, который, в свою очередь, оказался впечатлен, в хорошем смысле слова, юношей. Тем не менее императорский двор в Карфагене подождал несколько дней и принял решение: Агиле разрешат сохранить острова, но он должен будет отказаться от своих завоеваний в Африке. Когда решение было окончательно принято, принц был отправлен обратно в Испанию вместе с небольшим контингентом римских солдат с целью взять под свой непосредственный контроль Тингис и Септем. Во главе небольшой экспедиции стоял Прокопий, человек из личной свиты Велизария, назначенный по этому случаю дуксом Мавритании. Прибыв с флотом в Септем несколько недель спустя, римляне получили разрешение местного гарнизона войти в город и взять его под свой контроль. Едва они успели это сделать, как до них дошло известие о гибели Агилы.

Глава XL — Обзор римского мира. Испания и Африка

Годы, последовавшие за завоеванием Африки, представляют собой период перемен для всего средиземноморского мира. Следующая глава представляет собой первую часть обзора римского мира и его окрестностей от Геркулесовых столбов до Нового Рима на Босфоре.

Испания

В последние месяцы конфликта между Римом и вандалами напряженность между противоборствующими группировками привела к беспорядкам в Вестготском королевстве. Несмотря на сложную ситуацию для Агилы, никто не ожидал эскалации событий. В королевском дворце был обычный день, и Агила обсуждал с Аларихом управление королевством. Дискуссия оказалась особенно жаркой, поскольку оба мужчины видели друг в друге соперников, преследующих разные цели. Это был не первый раз, когда Агиле приходилось иметь дело со своим молодым коллегой и его высокомерием, но на этот все стало хуже. Аларих открыто обвинил Агилу в узурпации, которую он совершал в течение почти двадцати лет. Агила не ожидал такой прямой атаки, но еще хуже, чем атака Аларика на него, было внезапное прерывание дебатов группой королевских гвардейцев, посланных туда, чтобы арестовать его. Чувствуя приближение своего конца, Агила попытался что-либо предпринять, но не успел и был убит присланными против него солдатами. 

Тут-же началась гражданская война между сторонниками двух противоборствующих группировок, но всем было ясно, что у Балтов преимущество. За последние годы Агила потерял многих важных и надежных сторонников, таких как Цезарий и Амалафрида, в то время как его сын был далеко и не ничего предпринять против Алариха III. Известие о том, что Агила собирается сдать Тингис и Септем, еще сильнее ослабило его позиции. Быстро и безжалостно Аларих уничтожил тех, кто все еще противостоял ему, эффективно зачистив армию. Готские солдаты, дислоцированные на Балеарских островах, после того, как их щедро подкупил новый король, быстро уничтожили всех сторонников Агилы, в то время как в Африке готы оставались верными его сыну Аталариху. На материке Аларих подавил любую угрозу своей власти, отказав своему брату Теодориху в совместном правлении королевством и двинувшись со своей армией против Агилаполиса и городов Южной Испании, которые все еще помнили разграбление Нового Карфагена отцом Алариха, Гезалеком. Эти города отправили отчаянную просьбу Аталариху, прося его прийти к ним на помощь и отвоевать королевство, но с его ограниченными ресурсами и с главным союзником, все еще занимающимся умиротворением Африки, не было никакой надежды успешно вторгнуться в Испанию. Таким образом, к концу года большинство городов региона были отвоеваны и наказаны, что позволило Алариху выступить против мятежников в Агилаполисе, поддерживаемых свевами. Свержение Агилы, одно из самых страшных политических бедствий для императора Маркиана, станет одним из самых важных событий VI века с непредсказуемыми последствиями, которые прямо или косвенно повлияют на судьбу великих людей и народа Испании во второй половине века.

Африка

С официальным окончанием войны в Африке большая часть войск, собранных со всей империи, наконец-то смогла вернуться домой. Восточно-римские солдаты первыми покинули Африку, быстро отозванные Ипатием для решения новых проблем на границе. Из контингента в 7000 человек только 2000 солдат останутся с Велизарием в Африке, главным образом потому, что эти солдаты были непосредственно наняты и оплачены генералом, а не императором. Иначе обстояло дело с солдатами, прибывшими из Италии и Иллирии. Многие вернутся домой в течение того же года, поскольку с севера появились новые угрозы, но военные потребности новой епархии потребовали внимания ее нового Magister Militum и создания армии из того, что осталось в регионе после римской экспедиции и из вандальского населения. Угроза новой епархии была серьезной: вокруг ограниченной прибрежной территории, контролируемой римлянами, многочисленные берберские племена, боровшиеся против вандалов и теперь были готовы сражаться. Кроме того, волнения ещё больше беспокоили епархию, поскольку вандальское население было далеко от полного уничтожения или ассимиляции римлянами. Из 11000 западных римских солдат 6000 вернулись в Европу до конца года, а еще 1000 солдат отправились с Прокопием в Септем, а остальные 500 — на Сардинию. Таким образом, Велизарий фактически остался с 3500 солдатами, включая полк из Схолы, и его личной свитой. Едва ли достаточно, чтобы защитить Карфаген и его окрестности.

Ситуация была критической и требовала быстрого реагирования как со стороны военных, так и со стороны гражданских властей. Magister Militum Флавий Велизарий и Praefectus Praetorio Петр Марцеллин Феликс Либерий будут неустанно работать над улучшением обороны и стабильности епархии. Благодаря казне вандалов, не полностью вывезенной в Рим, римляне не испытывали недостатка в ресурсах, необходимых для создания новой администрации, и даже могли позволить себе предоставить временные налоговые льготы городам, больше всего пострадавшим во время войны: население Гиппо-Диаррита и Гиппо-Реггия, территория которых была опустошена вандалами, и город Утика, который щедро пополнял запасы римской армии во время её похода, были среди многих бенефициаров этой политики. Все остальные должны были возобновить свои финансовые обязательства в начале первого года (535) после возвращения мира.

Еще одна важная мера касалась вандалов и их земель. Здесь римляне приняли политику компромисса между коренным римским населением и вандалами: вандальским землевладельцам было разрешено сохранить треть своих земель в обмен на военную службу в новой армии, а дополнительная треть земли могла быть сохранена путём уплаты специального налога, составлявшего стоимость этой трети земли и должен был быть выплачен в течение пяти лет. Кроме того, землевладельцы-вандалы теперь официально считались бенефициариями, таким образом, не полностью владея своими землями, поскольку имперское правительство оставляло за собой право вмешиваться в управление их участками и, при особых обстоятельствах, переназначать их. Они также пользовались теми же привилегиями и обязанностями, что и их коллеги в Италии, за исключением снабжения военной анноны, которая была заменена прямой военной службой, причем солдаты теперь должны были сами обеспечивать себя пропитанием. Несколько иной была ситуация с женщинами-вандалами (сестрами и вдовами павших воинов-вандалов), которым разрешалось сохранять даже последнюю треть своих земель, если они выходили замуж за римских граждан. Последнее требование имперскому правительству не нужно было дополнительно поощрять, поскольку римские солдаты и ветераны уже начали жениться на вандальских женщинах до этих мер, таким образом приобретая контроль над своими богатствами в обмен на правовую и экономическую защиту, которую Рим теперь мог предложить. Подобно вандалам, римляне и их семьи унаследуют те же юридические условия и те же обязанности. Конфискованные земли и доходы от специального налога будут перераспределены между потомками римских землевладельцев, которые потеряли все или часть своих земель почти столетием ранее. Вскоре Либерий создаст специальную комиссию для поиска законных наследников.

На дипломатическом поприще Флавий Велизарий стремился установить дружественные отношения с большинством соседних племен: почётные титулы были щедро пожалованы римлянами берберским вождям, которые таким образом оказались частично включены вместе со своими контролируемыми территориями в административную сеть епархии. Некоторые из них даже получили надлежащие военные звания в обмен на гарнизонную службу, тем самым частично освободив римскую армию от данной обязанности. Это означало, что теперь римляне должны были платить дань этим вождям и их солдатам, но эта ситуация была частично смягчена тем фактом, что дань могла быть официально представлена как обычная плата, которую центральная власть предоставляла своим подчиненным военным офицерам, хотя эти «римские офицеры» пользовались автономией, равной варварским царям, носившим римский титул. К началу 535 года военное положение римлян в Африке улучшилось, и Велизарий со своей усиленной армией был теперь готов к первой фазе нового неизбежного конфликта.

Глава XLI — Италия и Иллирик

Со смертью Теодориха в 532 году паннонские готы лишились великого короля. Его смерть без наследника мужского пола вызвала конфликты и споры среди готов. Многие претендовали на царство во имя своего (реального или предполагаемого) отношения к царской династии, однако только трое из них приблизились бы к трону: Анастасий, Амаларих и Теодат.

Сын Юлия Прокопия и Амаласунты, Анастасий, был самым молодым среди претендентов, но также предпочтительным наследником своего деда Теодориха. Его римское происхождение и образование представляли собой главное препятствие для его восшествия на престол. Тем не менее, его императорская кровь принесла ему поддержку римлян как внутри, так и за пределами Паннонского королевства и поддержку проримских готов, желающих политически интегрироваться с римлянами.

Вторым претендентом был Теодат, племянник Теодориха, человек, отличившийся в отражении набегов гепидов и герулов. Однако его власть была сосредоточена на его больших поместьях, которые сделали его одним из самых богатых людей королевства. Он также мог рассчитывать на поддержку тех готов, которые стремились продолжить проект Теодориха о политическом и религиозном сосуществовании между готами и римлянами, сохраняя их разделенными.

Однако, как и в Испании, мощная националистическая фракция приобрела известность среди готов, сплотившись вокруг третьего претендента, Амалариха. В последние годы правления своего деда, Амаларих, принадлежавший как к остготскому, так и к вестготскому королевскому роду, принял сторону антиримской фракции. За этим выбором стояли как политические, так и личные причины: его новые союзники обещали ему не только лучшую возможность завоевать абсолютную власть, но и шанс отомстить западному римскому императору Маркиану, который вместо его родственника поддержал сначала Гезалека, а потом и Агилу. Среди троих он был также самым амбициозным, поскольку претендовал не только на владения своего деда, но и на королевство, когда-то принадлежавшее его отцу. Его целью было создание великой империи, простирающейся от Дуная до океана.

Когда Теодорих умер в 532 году, Амаларих быстро захватил контроль над западной половиной Паннонского королевства, в то время как Теодат взял под свою власть восточную половину. Гражданская война быстро переросла в более широкий конфликт с участием соседних племен и королевств, поскольку в войне приняли участие как герулы, так и лангобарды, соответственно поддерживая Амалариха и Теодата. Тем временем третий претендент и его мать собирали поддержку среди римлян и готов в городе Сирмии. За ним стояли его могущественный дядя и влиятельный отец: Маркиан назначил Анастасия Magister Militum per Pannonia, тем самым признав его законным правителем готов, и послал приказ Magister Militum per Illyricum Флавию Агриколе (сыну Эпарха) предоставить солдат для кампании, в то время как Прокопий организует союз с гепидами. К несчастью для Анастасия, людей, которых Агрикола мог предоставить, было недостаточно, учитывая продолжающийся конфликт в Африке, поэтому он вынужден был бездействовать до поры до времени, пока его двоюродный брат и Теодат сражались за контроль над Паннонией. Амаларих быстро оказался самым сильным из трех, победив Теодата и союзних ему лангобардов возле Мурсы в 533 году, вынудив его бежать за Дунай со своими сторонниками. После поражения Теодата и неспособности Анастасия бросить ему вызов Амаларих добился полного контроля над готами, что позволило ему иметь дело с мелкими узурпаторами и мятежными городами, которые все еще противостояли его власти. Все они будут покорены до конца года.

После поражения вандалов в Африке Маркиан решил отпраздновать свою самую важную победу в Карфагене. Во время второй и последней недели празднования он получил тревожные известия о победе Амалариха под Мурсой и его враждебном отношении к империи. Надвигающаяся угроза с севера требовала прямого вмешательства, и поэтому император был вынужден покинуть Африку в марте с намерением вернуться, как только мир будет восстановлен по всей империи. Он никогда не доживет до этого дня.

Вернувшись в Остию, Маркиан обнаружил, что сердце его империи подверглось нападению: враги вторглись с севера. Самые ранние сообщения от военных властей Italia Annonaria указывали, что значительные силы уже пересекли Альпы и двигались к Вероне. Численность этой армии колебалась от 5000 до 10000 человек, в основном герулов и других варваров, завербованных Амаларихом. Как и пятнадцать лет назад, армию возглавлял Орест, с той разницей, что теперь готы официально поддерживали его притязания. Аналогичное донесение Агриколы гласило о враждебных действиях готов, лично возглавляемых Амаларихом. Против этой угрозы Юлий Маркиан отправил своего двоюродного брата Валента вместе с 3000 солдатами, которые вернулись с ним из Африки, в то время как Велизарию был послан новый приказ ускорить возвращение солдат в Италию. Однако император не сразу присоединился к своему кузену в этом новом конфликте. Рим ждал его, и нужно было отпраздновать триумф.

Перевод АИ. От изгнания до триумфа. Западная Римская хронология. Часть 12. Начало большой войны

Источник:

https://www.alternatehistory.com/forum/threads/from-exile-to-triumph-a-western-roman-timeline.445131/page-25

https://www.alternatehistory.com/forum/threads/from-exile-to-triumph-a-western-roman-timeline.445131/page-26

https://www.alternatehistory.com/forum/threads/from-exile-to-triumph-a-western-roman-timeline.445131/page-27

Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Reset Password
Compare items
  • Total (0)
Compare