Немецкий контрудар у Кюстрина

14
1
Немецкий контрудар у Кюстрина

Немецкий контрудар у Кюстрина

Статья Дмитрия Лиходеда с сайта WARSPOT.

Содержание:

22 марта 1945 года войска советских 5-й ударной и 8-й гвардейской армий 1-го Белорусского фронта начали совместную операцию по расширению плацдарма на западном берегу Одера в районе города Кюстрин. В результате операции им удалось потеснить немецкие войска, увеличить плацдарм и, соединившись западнее Кюстрина, окружить город вместе с его гарнизоном. Советские войска понесли значительные потери в личном составе и технике, но смогли достичь поставленных целей, пусть и не в полном объёме. Однако немецкое командование не собиралось мириться со сложившейся ситуацией.

Командование вермахта спешно перебросило к Кюстрину части 20-й и 25-й панцергренадёрских дивизий (пгд), которые предприняли ряд контратак с целью вернуть утраченные позиции. Им удалось незначительно потеснить части советской 47-й гвардейской стрелковой дивизии (гв.сд) и снова занять Военный городок в предместье Кюстрина, после чего на данном участке фронта на несколько дней наступило шаткое равновесие.

Советское командование, убедившись в прочности немецкой обороны, прекратило попытки наступления, отдав войскам на плацдарме приказ перейти к обороне, после чего дивизии начали закрепляться на достигнутых рубежах и готовиться к возможным контратакам противника. В то же время, немецкое командование запланировало нанесение нового контрудара, имевшего целью деблокаду Кюстрина, для участия в котором ускоренно перебрасывало на Одерский фронт несколько танковых соединений. Кроме уже находящихся на месте 20-й и 25-й пгд, а также танковой дивизии (тд) «Мюнхеберг», из района Штеттина к плацдарму подтягивались дивизия «Гренадеры фюрера», 502-й тяжёлый танковый батальон (ттб) СС и импровизированная боевая группа с довольно необычным названием «1001 ночь».

Фрагмент карты немецкой группы армий «Висла» с положением частей на 26 марта 1945 года накануне контрудара по деблокаде Кюстрина

Фрагмент карты немецкой группы армий «Висла» с положением частей на 26 марта 1945 года накануне контрудара по деблокаде Кюстрина

В ожидании возможных немецких атак с 24 по 26 марта советские войска на плацдарме у Кюстрина усиленно укрепляли свои позиции, зарываясь в землю, оборудовали инженерные заграждения, минировали местность, расставляли фугасные огнемёты ФОГ-2, пристреливали ориентиры и вели разведку. Вскоре советские и немецкие танкисты поменяются ролями — уже немцам выпадет сомнительная удача идти в атаку по минным полям на незнакомой открытой местности, напарываясь на неподавленную противотанковую оборону.

Силы сторон

Данные по наличию бронетехники в немецких соединениях сохранились фрагментарно, но известно, что в тд «Мюнхеберг» на 25 марта насчитывалось всего около 20–25 танков и самоходных орудий, в числе которых было до 10 боеготовых «Пантер», семь «Тигров», четыре Pz.Kpfw.IV и две самоходки. В разведывательной роте дивизии имелось восемь тяжёлых пушечных бронемашин — по четыре Sd.Kfz.234/1 и Sd.Kfz.234/4 с 20-мм и 75-мм орудиями соответственно.

К оставшимся в 20-й пгд последним трём штурмовым орудиям StuG III в конце февраля — первой половине марта прибыло на пополнение 20 Pz.Kpfw.IV и 20 истребителей танков Pz.IV/70(V), которые, судя по имеющимся данным, попали в 8-й танковый батальон и были распределены примерно поровну между тремя его ротами. Противотанковый и разведывательный батальоны дивизии остались практически без бронетехники, в артиллерийском полку числилось 12 150-мм и шесть 105-мм гаубиц.

По данным штаба группы армий «Висла», на 17 марта в 76-м и 90-м панцергренадёрских полках (пгп) 20-й пгд числилось три средних (от 300 до 400 человек) и пять выдохшихся (от 200 до 300 человек) батальонов. Учитывая, что 22–23 марта дивизия активно контратаковала советские части, неся при этом потери в людях и технике (например, на 25 марта все имеющиеся в дивизии Pz.Kpfw.IV числились в ремонте), можно только предполагать, сколько боеготовых машин оставалось в 20-й пгд на утро 27 марта. Это количество в любом случае не превышало 20 самоходных орудий, трёх зенитных танков «Вирбельвинд» и, возможно, нескольких отремонтированных Pz.Kpfw.IV.

Истребитель танков Pz.IV/70(V). Именно такие машины составляли большую часть танкового парка 20-й панцергренадерской дивизии, а также имелись во всех немецких механизированных соединениях у Кюстрина

Истребитель танков Pz.IV/70(V). Именно такие машины составляли большую часть танкового парка 20-й панцергренадерской дивизии, а также имелись во всех немецких механизированных соединениях у Кюстрина

На середину февраля 5-й танковый батальон 25-й пгд насчитывал всего семь боеготовых «Пантер» (ещё семь числились в краткосрочном ремонте) и три боеготовых Pz.IV/70(V) (ещё одна в ремонте); кроме того, в штабе батальона имелось два зенитных танка «Мёбельваген». В 25-м противотанковом батальоне имелось 18 боеготовых StuG III (плюс два в ремонте) и два боеготовых Pz.IV/70(V) (плюс три в ремонте). В 35-м и 119-м пгп было по два четырёхротных батальона, один из которых был «бронированным», то есть имел бронетранспортёры. В двух дивизионах артполка имелось девять 105-мм и шесть 150-мм гаубиц. Разведбат дивизии не имел бронетехники, был довольно слабым и состоял всего из двух рот на «Кюбельвагенах». К концу февраля дивизия получила на пополнение 10 «Пантер», 20 StuG III и 22 Pz.IV/70(V).

На середину марта в 25-й пгд имелось 32 «Пантеры», один Pz.Kpfw.IV, два «Мёбельвагена», 20 Pz.IV/70(V) и 30 StuG III. Дивизия совместно с 20-й пгд 22 и 23 марта наносила удары по советским частям на плацдарме у Кюстрина и точно не известно, сколько машин оставалось в ней к началу контрудара. По данным штаба группы армий «Висла», на 25 марта в дивизии имелось 36 боеготовых танков и самоходных установок, и можно лишь предположить, что на утро 27 марта в дивизии могло быть около 40 бронеединиц.

Дивизия «Гренадеры фюрера», понёсшая потери в ходе боёв в Восточной Померании (операция «Солнцестояние»), к концу февраля 1945 года была немного пополнена бронетехникой и на начало марта насчитывала около 80 танков и САУ, при этом к концу месяца боеготовых машин в дивизии осталось не более 40. Прибытие дивизии на Одерский фронт осталось незамеченным советской разведкой, и о её присутствии стало известно только 28 марта после изучения солдатских книжек, изъятых у убитых членов экипажей подбитых танков северо-восточнее Гольцов — правда, в советских разведсводках она проходила как дивизия «Великая Германия». По советским оценкам, в составе дивизии имелось до 40 танков и 60 БТР, что практически совпадает с немецкими данными.

Первый танковый батальон 101-го танкового полка дивизии в марте 1945 года изменил свою структуру и теперь насчитывал пять рот. Ранее в батальоне было четыре роты, в трёх из которых были «Пантеры», а в 4-й роте был микс из самоходок StuG III и Pz.IV/70(V). На 1 марта 1-я рота располагала 14 штурмовыми орудиями StuG IV, во 2-й роте была смесь из танков Pz.Kpfw.IV, самоходок Pz.IV/70(V) и StuG IV, 3-я рота получила 10 истребителей танков «Ягдпантера», а в 4-й и 5-й ротах было, соответственно, 13 и 14 «Пантер». Во втором батальоне 101-го тп была мотопехота на 62 БТР Sd.Kfz.251.

Дивизию «Гренадеры фюрера», как и ранее, поддерживала 911-я бригада штурмовых орудий, в трёх батареях которой имелось 20 штурмовых орудий StuG III Ausf.G, а в 4-й батарее были гренадеры для сопровождения орудий на поле боя. 99-й панцергренадерский полк дивизии включал в себя два пятиротных батальона, а так же сапёрную роту и роту тяжёлых пехотных орудий. Смешанный батальон дивизии объединил три роты: разведывательную, противотанковую и роту тяжёлых самоходных пехотных орудий. В разведроте было 12 лёгких БТР Sd.Kfz.250 и 9 тяжёлых бронемашин Sd.Kfz.234, в т.ч. четыре Sd.Kfz.234/4 с 75-мм орудием. В противотанковой роте не было матчасти, а в роте пехотных орудий имелось четыре 150-мм самоходки «Грилле».

Дивизия «Гренадеры фюрера» из всех немецких механизированных соединений, находящихся под Кюстрином, была единственной, в которой имелась самоходная артиллерия. В 1-м дивизионе 124-го артполка была батарея из шести самоходок «Веспе» и две батареи с 11 «Хуммелями», во 2-м и 3-м дивизионах было по 12 буксируемых 105-мм и 150-мм гаубиц. В смешанном зенитном батальоне имелось 11 88-мм зенитных орудий, 9 37-мм и 18 20-мм зениток.

Истребитель танков Jagdpanzer 38(t), более известный как «Хетцер». Такими же самоходками был вооружён 560-й противотанковый батальон СС (SS-Jagdpanzer-Abteilung 560 z.b.V.), входивший в боевую группу «1001 ночь»

Истребитель танков Jagdpanzer 38(t), более известный как «Хетцер». Такими же самоходками был вооружён 560-й противотанковый батальон СС (SS-Jagdpanzer-Abteilung 560 z.b.V.), входивший в боевую группу «1001 ночь»

Боевая группа «1001 ночь» состояла из трёх отрядов с довольно оригинальными названиями. Первый отряд с кодовым наименованием «Зулейка» состоял из 560-го противотанкового батальона СС особого назначения, в штабе и трёх ротах которого находились самоходки «Хетцер» общим количеством 44 единицы, а в 4-й роте имелось 8 штурмовых орудий StuG III, переданных из 27-й добровольческой дивизии СС «Лангемарк». Сопровождение самоходок на поле боя обеспечивала рота парашютистов из 600-го парашютного батальона СС.

Второй отряд, называвшийся «Гарем», был образован из разведывательного батальона «Шпеер», который сформировали из военизированных членов Имперской службы труда (RAD — Reichsarbeitsdienst). Батальон состоял из двух рот: мотоциклетной и бронемашин. На вооружении батальона имелось несколько бронеавтомобилей и полугусеничных тягачей со счетверёнными 20-мм орудиями (Sd.Kfz.7/1), а также противотанковый взвод.

Третий отряд боевой группы общей численностью 390 человек, именовавшийся «Султан», был сформирован из трёх пехотных рот 2-го маршевого полка, который создавался для охраны пусковых установок ракет «Фау-2» и в который отбирали только особо отличившихся и имеющих боевые награды военнослужащих.

502-й ттб СС к марту 1945 года был перевооружён «Королевскими Тиграми», при этом батальон получил всего 31 танк вместо штатных 45 машин, а также 4 зенитных танка Flak.Pz.IV «Вирбельвинд». К 20 марта батальон прибыл на ж/д станцию Долгелин, где через месяц «Королевским Тиграм» 502-го ттб СС ещё предстояло потрепать советских танкистов. Тогда, 17 апреля 1945 года, у станции Долгелин наступающие танкисты 1-й гв.тбр 8-го гв.мк, напоровшись на 6 «Королевских Тигров» 2-й роты 502-го ттб СС, потеряли 8 Т-34-85 сгоревшими и ещё 14 подбитыми, а 400-й гв.сап потерял сгоревшими 3 СУ-85 или СУ-100. Сами танкисты 502-го ттб СС заявили в том бою об уничтожении 11 советских танков.

«Королевский тигр» из 502-го тяжёлого танкового батальона СС, потерянный весной 1945 года где-то в Хальбском котле и ставший советским трофеем

«Королевский тигр» из 502-го тяжёлого танкового батальона СС, потерянный весной 1945 года где-то в Хальбском котле и ставший советским трофеем

Со станции Долгелин 502-й ттб СС прибыл к Заксендорфу, откуда в ночь на 24 марта танки батальона приняли участие в контратаке на позиции советской 74-й гв.сд в районе Хатенов — Ратшток. Особых успехов в этой атаке достигнуть не удалось, немецкая пехота лишь ворвалась в первую траншею и заняла несколько строений у Ратштока, а «Королевские Тигры» были остановлены на многочисленных минных полях и попали под плотный огонь советской артиллерии. Безвозвратных потерь они не понесли, но у многих машин была повреждена ходовая часть или стволы орудий.

В ходе атаки были убиты три командира танков, как обычно выглядывающие из командирских башенок. В числе убитых был ветеран батальона командир взвода Эрнст Глагов (Ernst Glagow). Оставшиеся на ходу машины 502-го ттб СС отошли к Хаккенову и Альт-Тухебанду. Все повреждённые танки впоследствии были эвакуированы с поля боя, а батальон передислоцировался к Гольцову. Кроме того, в ходе этого боя произошёл конфликт между командиром 3-й роты 502-го ттб СС оберштурмфюрером Фридлем Шинхофеном (Friedl Schienhofen) и комбатом штурмбаннфюрером Куртом Хартрампфом (Kurt Hartrampf), начавшийся из-за того, что Шинхофен усомнился в правильности действий комбата и в адекватности его приказов, а затем угрожал тому пистолетом. Неизвестно чем бы закончился конфликт, если бы не советские артиллеристы, которые дали залп по скоплению немецких машин. В итоге Шинхофен получил осколочное ранение головы, и на этом инцидент был исчерпан.

Одним из подразделений, участвовавшим в отражении этой атаки, был 372-й иптап (15 76-мм орудий), орудийные расчёты которого, потеряв в ходе боя 6 орудий разбитыми, заявили, что сожгли пять вражеских танков и подбили два самоходных орудия. Артиллеристы 157-го гв.ап и 82-го гв.оиптдн 74-й гв.сд заявили, что, отражая немецкую атаку, сожгли один танк, а ещё три танка и одну самоходку подбили. По данным 1200-го сап, самоходки СУ-76 которого стояли в засадах на окраинах Ратштока и Хатенова, противник атаковал силами 19 танков и до батальона пехоты, но в этом бою СУ-76 в перестрелки с «Королевскими Тиграми» не ввязывались, ведя огонь только по вражеской пехоте, и поэтому потерь не понесли.

Замаскированная СУ-76 в засаде

Замаскированная СУ-76 в засаде

Исходя из того, что все запланированные для участия в немецком контрударе танковые части, кроме боевой группы «1001 ночь», перед этим уже вели бои, в которых какая-то часть их бронетехники наверняка была повреждена и выведена из строя, а так же учитывая отсутствие точных данных о наличии бронетехники на утро 27 марта, затруднительно указать точное количество танков и самоходных установок противника, принимавших участие в контрударе. На основании имеющихся данных можно лишь сделать предположительный вывод о том, что с немецкой стороны в боях 27–28 марта могло принять участие до 200 танков и самоходных орудий.

Согласно планам немецкого командования, из района Цехина в общем направлении на Геншмар по советским позициям наносили удар части дивизии «Мюнхеберг» и боевая группа «1001 ночь», которые должны были прорвать оборону 60-й гв.сд, выйти к Одеру и ударить по тылам находящихся на плацдарме частей 5-й ударной армии.

Дивизия «Гренадеры фюрера» из района севернее Гольцов наносила удар на северо-восток, по позициям 295-й сд. После прорыва советской обороны дивизия должна была разделиться и ударом в северном направлении соединиться восточнее Геншмара с частями «Мюнхеберга». В то же время другая часть дивизии ударом на юго-восток должна была выйти к Альт-Блейэну для соединения с 20-й пгд.

Из района Гольцова и Военного городка наносили удар части 20-й и 25-й пгд, а также 502-й ттб СС. 76-й пгп 20-й пгд должен был прорвать оборону 295-й сд в направлении на Танненхоф и у Альт-Блейэна повернуть к пригородам Кюстрина.

В общем направлении на Горгаст по южному берегу реки Штром по позициям 47-й гв.сд наносили удар части 90-го пгп 20-й пгд и 1-я и 2-я роты 502-го ттб СС, а части 25-й пгд вместе с 3-й ротой 502-го ттб СС атаковали по прямой вдоль железнодорожной линии Военный городок — станция Горгаст. После взятия Горгаста и Маншнова части 25-й пгд должны были в дальнейшем прорваться к пригороду Кюстрина — Кицу.

Таким образом, главным противником четырёх потрёпанных ранее механизированных соединений, боевой группы и неполного батальона «Королевских Тигров» становились три столь же потрёпанные советские стрелковые дивизии со средствами усиления, на которые и легла основная тяжесть оборонительных боёв 27–28 марта.

Схема боевых порядков артиллерии 47-й гвардейской стрелковой дивизии на 25 марта 1945 года

Схема боевых порядков артиллерии 47-й гвардейской стрелковой дивизии на 25 марта 1945 года

На 27 марта в северной части советского плацдарма занимали оборону части 32-го стрелкового корпуса (ск) 5-й ударной армии. На правом фланге корпуса, от Альте-Одера до озера Геншмарер-Зее занимала оборону 60-я гв.сд, насчитывавшая 4605 человек личного состава (в стрелковых ротах было по 20–30 человек). В 132-м гвардейском артиллерийском полку (гв.ап) дивизии имелось 21 76-мм орудие ЗиС-3 и 8 122-мм гаубиц М-30, в стрелковых полках имелось 24 45-мм орудия, 10 76-мм полковых орудий, 34 82-мм и 12 120-мм миномётов, в 65-м гвардейском отдельном самоходно-артиллерийском дивизионе (гв.осадн) было 12 самоходок СУ-76.

Коме того, дивизию поддерживали 275-й гвардейский истребительно-противотанковый артиллерийский полк (гв.иптап) — 23 57-мм орудия ЗиС-2, 1135-й легко-артиллерийский полк (лап) — 22 76-мм орудия, и два дивизиона 411-го и 415-го миномётных полков (мп) — в общем 29 120-мм миномётов. Из бронетехники в полосе обороны 60-й гв.сд имелось 9 тяжёлых танков ИС-2 89-го гвардейского тяжёлого танкового полка (гв.ттп).

От озера Геншмарер-Зее до реки Штром занимала оборону 295-я сд, в которой было 4812 человек (в ротах по 20–25 человек). Данных по наличию артиллерии в дивизии на 26 марта найти не удалось, но на 1 марта в 295-й сд имелось 12 122-мм гаубиц, 18 76-мм дивизионных и 10 76-мм полковых орудий, 32 45-мм орудия, 50 82-мм и 15 120-мм миномётов. В 333-м отдельном самоходно-артиллерийском дивизионе 295-й сд на 26 марта имелось 11 самоходок СУ-76.

Дивизия была усилена орудиями 277-го гв.иптап (21 76-мм ЗиС-3), 1137-го лап (25 76-мм ЗиС-3) и тяжёлыми самоходками 396-го тсап (10 ИСУ-152). В тылу дивизии занял позиции 278-й гв.иптап (22 76-мм орудия).

Фрагмент карты с расположением частей 11-го танкового корпуса в полосе обороны 47-й гвардейской стрелковой дивизии. Именно на этом участке 27 марта 1945 года в направлении на Горгаст и Маншнов шли в атаку «Королевские Тигры» 502-го ттб СС

Фрагмент карты с расположением частей 11-го танкового корпуса в полосе обороны 47-й гвардейской стрелковой дивизии. Именно на этом участке 27 марта 1945 года в направлении на Горгаст и Маншнов шли в атаку «Королевские Тигры» 502-го ттб СС

Южнее реки Штром на участке Горгаст — Ной-Тухебанд — Альт-Тухебанд — Ратшток занимали оборону части 4-го гв.ск 8-й гвардейской армии. На правом фланге корпуса от южного берега реки Штром до станции Гольцов оборонялась 47-я гв.сд. Численность личного состава дивизии на 26 марта найти не удалось, известно лишь, что средняя укомплектованность стрелковых рот 47-й гв.сд находилась на уровне 45 человек, а после завершения боёв на 31 марта численность личного состава 47-й гв.сд была 4307 человек. В боях 22–25 марта в дивизии было убито 208 и ранено 446 человек. За тот же период дивизией было заявлено уничтоженными 4 «Тигра», 8 «Пантер» и подбитыми ещё 4 танка.

99-й гв.артполк и 55-й гв.оиптд дивизии насчитывали 20 76-мм орудий и 13 122-мм гаубиц. В стрелковых полках имелось 8 45-мм орудий и 4 полковых 76-мм орудия. Дивизию усиливали орудия 1187-го иптап (24 76-мм ЗиС-3), 182-й лабр (27 76-мм ЗиС-3) и 33 120-мм миномёта 565-го минполка. Из бронетехники имелось 15 СУ-76 1087-го сап (западнее Горгаста), 3 ИСУ-152 394-го гв.тсап (северо-западнее Горгаста), а в районе Горгаст — Маншнов занимали оборону 43 Т-34-85 65-й танковой бригады (тбр), а также 12-я мотострелковая бригада (мсбр), имеющая 2531 человека личного состава. На окраинах Горгаста заняли позиции два танковых батальона (25 танков) 65-й тбр, а западнее Маншнов оборонялся третий батальон (18 танков) бригады. Обширные минные поля, активно устанавливаемые перед позициями 47-й гв.сд, на 25 марта насчитывали 11 533 противотанковые мины.

Схема противотанковых районов артиллерии 4-го гвардейского стрелкового корпуса на 28 марта 1945 года

Схема противотанковых районов артиллерии 4-го гвардейского стрелкового корпуса на 28 марта 1945 года

На левом фланге 47-й гв.сд от Альт Тухебанда до Ратштока оборонялась 57-я гв.сд. 128-й гв.артполк дивизии и 64-й гв.оиптд насчитывали 26 76-мм орудий и 16 122-мм гаубиц. В стрелковых полках дивизии имелось пять 45-мм орудий, четыре 76-мм полковых орудия, 35 82-мм и 14 120-мм миномётов. Позиции 57-й гв.сд были усилены орудиями 372-го иптап (16 76-мм орудий), 1262-го гап (27 122-мм гаубиц) и 60 120-мм миномётами 416-го и 419-го минп. Из бронетехники в полосе обороны дивизии имелось 8 танков ИС-2 34-го гв.ттп, занимающие оборону в 800 метрах восточнее Альт-Тухебанда, а позади боевых порядков дивизии, в лесу восточнее Ратштока, находились 12 Т-34-85 20-й тбр.

Кроме артиллерии, приданной непосредственно стрелковым дивизиям, пехота могла рассчитывать на поддержку групп корпусной и армейской артиллерии, в которых имелись орудия калибром до 203-мм включительно.

27 марта, атака в полосе 8-й гвардейской армии

Накануне немецкого удара советские наблюдатели заметили перегруппировку немецких танковых частей в районах Военного городка и Альт-Тухебанда, а также прибытие новых вражеских танков неустановленной принадлежности.

27 марта предрассветная тишина в полосе обороны 8-й гвардейской армии была разорвана грохотом артиллерийской канонады — началась немецкая артподготовка. По документам штаба 8-й гвардейской армии, на участке 47-й гв.сд с 06:00 до 15:00 после сильного артналёта в районе Гольцов — Военный городок противник предпринял пять атак силами от батальона до полка пехоты при поддержке 30–50 танков и самоходных орудий. В отчёте 4-го гв.ск указано:

«С 04:00 27 марта части корпуса отражали крупные атаки противника на фронте 47-й гв.сд, проводимые силой до одного полка пехоты при поддержке 40 танков. На участках обороны 35-й и 57-й гв.сд противник активности не проявлял».

После мощной часовой (в отчёте 47-й гв.сд — полуторачасовой) артподготовки части 20-й и 25-й пгд и 502-й ттб СС пошли в атаку на позиции 47-й гв.сд. Из района Гольцова на позиции 140-го гв.сп наступали до полка пехоты и до 54 танков, одновременно из Военного городка по позициям 142-го гв.сп был нанесён удар примерно такими же силами. В ходе боев немцам удалось ворваться в Горгаст, но на равнине северо-западнее Горгаста подорвалось на минах и было подбито много танков и бронетранспортёров, а вражеская пехота была отсечена от бронетехники. В итоге части 47-й гв.сд выбили немцев из Горгаста и вернули прежнее положение.

В журнале боевых действий 140-го гв.сп об этих событиях сказано следующее. В 04:00 (по данным дивизии, в 04:30) после артподготовки противник перешёл в атаку на правого соседа, находившегося за рекой Штром — 1040-й сп 295-й сд. Одновременно с этим перед фронтом полка начали скапливаться танки и пехота противника, и вскоре последовала атака силой восьми танков и до батальона пехоты. В оперсводке 47-й гв.сд указано, что на участке 140-го гв.сп действовало до двух батальонов пехоты при поддержке 28 танков и самоходок и до 10 бронетранспортеров.

В 05:00 началось оживление и на левом фланге полка, а в 07:05, после повторного артналёта и прикрываясь дымовой завесой, противник повторил атаку перед всем фронтом полка двумя группами танков общей численностью 44 единицы при поддержке полка пехоты, а также атаковал левого соседа — 142-й гв.сп. В оперсводке дивизии отмечено, что противник для разминирования минных полей применил радиотанкетки, три из которых подорвались на минах. В одном из донесений указано, что от взрыва двух радиотанкеток в районе КП 1-го батальона 142-го гв.сп в блиндаже был завален командир этого батальона капитан Овдюн и контужены зам. комбата по строевой части капитан Старченко и адъютант капитан Чернов. Возможно, эти радиотанкетки были из Panzer-Zug (Fkl)303. Известно, что этот взвод в феврале 1945 года находился в ГА «Центр» и имел на вооружении 4 штурмовых орудия StuG III и 12 радиотанкеток Borgward IV (Sd.Kfz 301), а в апреле взвод был передан в противотанковый батальон 25-й пгд.

Несмотря на то, что противник нёс большие потери от артиллерийского и миномётного огня, он не прекращал атаки, стараясь приблизиться к советскому переднему краю. Вражеская пехота, прикрываясь огнём своих танков, стреляющих прямой наводкой по траншеям, медленно продвигалась вперёд. Не добившись успеха, пехота противника под ударами штурмовиков Ил-2 сначала отошла, а затем вернулась, и, пользуясь поддержкой своих танков, начала окапываться перед фронтом полка на расстоянии 150–250 метров. Танки противника на правом фланге отошли в лесок, а перед фронтом 140-го гв.сп на окраину Гольцова. Активно действовала авиация противника, совершившая до 180 вылетов самолётами Fw 190, бомбившими передний край полка.

Схема позиций подразделений 11-го танкового корпуса в полосе обороны 4-го гвардейского стрелкового корпуса

Схема позиций подразделений 11-го танкового корпуса в полосе обороны 4-го гвардейского стрелкового корпуса

По данным 140-го гв.сп, к исходу дня все атаки врага были успешно отбиты, а противник потерял 12–14 танков и перешёл к обороне. Собственные потери полка составили 11 человек убитыми и 20 ранеными, а поддерживающие полк танковые подразделения потеряли: 65-я тбр — 2 танка Т-34, 394-й гв.тсап — 2 СУ-152 и 1087-й сап — 2 СУ-76. В отчётах 65-й тбр указано, что за 27 марта сгорел всего один танк Т-34, вероятно ещё один был подбит.

137-й гв.сп 47-й гв.сд атакам не подвергался, но своим огнём содействовал отражению вражеских атак на 140-й и 142-й полки. С началом немецкой атаки находящийся в резерве 1187-й иптап был поднят по тревоге и переброшен на западную окраину Горгаста, потеряв от воздействия артиллерии противника 2 орудия ЗиС-3, было убито 3 человека и ранено ещё 7, в течение дня полк атакам не подвергался и огня не вёл.

Согласно оперсводке 182-й лабр за 27 марта, два полка бригады (1154-й и 1191-й лап), находясь в боевых порядках 47-й гв.сд, вели огонь по наступающей пехоте противника, израсходовав за день 587 76-мм снарядов, ;потерь в матчасти не было, в личном составе — 7 убитых и 2 раненых.

В журнале боевых действий 47-й гв.сд указано, что за день был уничтожен 1 танк противника и ещё 1 подбит. Расход снарядов за день: 76-мм — 3815 шт., 122-мм — 224 шт. Потери дивизии: 24 человека убито, 63 ранено, разбито три 76-мм орудия.

Согласно журналу боевых действий 11-го тк за 27 марта, четыре атаки противника в направлении на Горгаст были успешно отражены силами 65-й тбр при поддержке 1071-го лап (24 76-мм орудия) и 8 установок БМ-13 115-го гвардейского миномётного дивизиона (гв.миндн). За день 65-й тбр было заявлено 11 подбитых немецких танков при собственных потерях в один сгоревший Т-34; ещё на 4 уничтоженных немецких танка претендовал 115-й гв.мд.

К вечеру немцы прекратили активные действия в полосе обороне 47-й гв.сд, лишь на исходе дня группа из шести немецких танков, курсируя перед фронтом 2-го батальона 140-го гв.сп, вела огонь по советским траншеям. Ночью перед фронтом 1-го батальона полка группа вражеских пехотинцев (вероятно, разведка) пыталась скрытно подползти к советскому переднему краю, но была замечена и огнём стрелкового оружия отогнана обратно.

«Пантера» №333 из 5-го танкового батальона 25-й панцергренадерской дивизии, уничтоженная в конце марта 1945 года западнее Кюстрина

«Пантера» №333 из 5-го танкового батальона 25-й панцергренадерской дивизии, уничтоженная в конце марта 1945 года западнее Кюстрина

По немецким данным, утром 27 марта «Королевские Тигры» 502-го ттб СС пошли в атаку на позиции 47-й гв.сд. От Гольцова в направлении Горгаста, поддерживая пехоту 90-го пгп 20-й пгд, продвигались танки 1-й роты, за которыми шла 2-я рота. Правее, примерно в километре, вместе с пехотой 25-й пгд вдоль железнодорожной линии от Военного городка в направлении станции Горгаст шли «Королевские Тигры» 3-й роты. Вскоре головные танки 1-й роты напоролись на минное поле, и после того, как несколько танков подорвались на минах, остальные остановились в ожидании сапёров.

Под прикрытием поставленной дымзавесы и огня своих танков немецкие сапёры смогли проделать проход через минное поле, но после того, как вперёд выдвинулись «Королевские Тигры» 2-й роты, вскоре и они начали подрываться на минах и попадать под огонь советской артиллерии. Появившиеся впереди советские танки были обстреляны с дистанции около километра, и четыре из них, по докладам экипажей, были уничтожены. Неопытный командир 2-й роты 502-го ттб СС гауптштурмфюрер Курт Ной (Kurt Neu) растерялся и вместо управления ротой только действовал на нервы командирам танков, постоянно отдавая бессмысленные приказы. В итоге его танк, маневрируя по полю боя, застрял в воронке. Шедшая справа 3-я рота 502-го ттб СС точно так же застряла на минных полях, а один подорвавшийся на мине танк роты с тактическим номером 321 вскоре был сожжён советскими пехотинцами с помощью трофейного фаустпатрона.

Уничтоженный 27 марта 1945 года в районе северо-восточнее Альт-Тухебанда «Королевский Тигр» из 3-й роты 502-го ттб СС. Предположительно, танк подорвался на мине, а затем был добит из фаустпатрона. Обычно в подписи к этому снимку указывают, что на танке установлено 75-мм орудие от «Пантеры», но на самом деле это стандартное 88-мм орудие KwK 43, оставшееся в положении максимального отката. Судя по растительности, снимок сделан уже летом 1945 года, а на заднем плане видна «Пантера» №333 с предыдущего снимка

Уничтоженный 27 марта 1945 года в районе северо-восточнее Альт-Тухебанда «Королевский Тигр» из 3-й роты 502-го ттб СС. Предположительно, танк подорвался на мине, а затем был добит из фаустпатрона. Обычно в подписи к этому снимку указывают, что на танке установлено 75-мм орудие от «Пантеры», но на самом деле это стандартное 88-мм орудие KwK 43, оставшееся в положении максимального отката. Судя по растительности, снимок сделан уже летом 1945 года, а на заднем плане видна «Пантера» №333 с предыдущего снимка

Подобное случалось и ранее — например, аналогичный случай был зафиксирован утром 26 марта, когда из района Военного городка противник атаковал тремя танками позиции 47-й гв.сд, при этом два танка были подбиты артиллерией, а третий сжёг из трофейного фаустпатрона командир отделения автоматчиков и парторг 1-й роты 142-го гв.сп гвардии старший сержант А.С. Присман.

В итоге немецкая атака провалилась, и 13 уцелевших танков 502-го ттб СС отошли к Ной-Тухебанду. Больше на этом участке немцы не наступали, а с наступлением темноты занялись эвакуацией с нейтральной полосы своих подбитых машин. Кстати, в отчётах 8-й гвардейской армии особо отмечено, что во время боя 27 марта радиостанции танковых подразделений противника доносили, что впереди сплошные минные поля и проходов в них нет.

В течение 28–29 марта в полосе обороны 47-й гв.сд противник атак не предпринимал, обороняясь на прежних рубежах, и вёл методичный ружейно-пулемётный и артиллерийско-минометный огонь по советскому переднему краю, под прикрытием дымзавес производил эвакуацию своих подбитых танков и БТР и собирал с поля боя раненых и убитых.

По показаниям пленного лейтенанта-командира взвода 3-й роты 119-го пгп 25-й пгд, немецкие части, действующие на данном участке, имели задачу с утра 28 марта продолжать наступление, но ввиду больших потерь, понесённых во время атак 27 марта, наступление было отменено.

Фрагмент советской карты, на которой отмечены немецкие атаки 27 и 28 марта 1945 года

Фрагмент советской карты, на которой отмечены немецкие атаки 27 и 28 марта 1945 года

Итак, немецкий контрудар, нанесённый по позициям 47-й гв.сд 8-й гвардейской армии, был успешно отражён, и прорваться по кратчайшему пути к гарнизону окружённого Кюстрина противнику не удалось. Но бои на этом не закончились, так как одновременно с этим противник нанёс удар севернее, по позициям частей 5-й ударной армии. О том, как развивались события там, а также о борьбе с группами немецких окруженцев, пытавшихся вырваться из кольца под Кюстрином, будет рассказано в следующей части статьи.

Источники и литература

      1. http://pamyat-naroda.ru
      2. https://wwii.germandocsinrussia.org
      3. Wolfgang Schneider: Stackpole Books — Tigers in Combat II
      4. Will Fey, Armor Battles of the Waffen-SS: 1943–45
      5. Tony Le Tissier. With Our Backs to Berlin
      6. https://www.forum-der-wehrmacht.de

источник: https://warspot.ru/21431-nemetskiy-kontrudar-u-kyustrina

Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Reset Password
Compare items
  • Total (0)
Compare