17
9

Доброго времени суток, коллеги. Небольшая задержка с публикацией постов по «Орлам Отечества» получилась — планы изменились, времени свободного для оформления поста (а это очень много времени, кто не в курсе) не хватало, да и материалы были еще не до конца готовы. Сегодня я прерву публикацию броненосцев для Тихого океана совершенно другой темой — единственной серией броненосных крейсеров для Тихоокеан­ского флота, которая будет построена у меня в альтернативе. Прообразом их стал «Громобой», хотя вы в них узнаете некоторые черты и «Пересветов», а может даже и британских «одноклассников». Все это верно в определенной степени. Сам корабль сейчас является одним из моих любимых, так что готовьтесь к «многабукав» – фанат «шушпанцеров», загубивших сайт (по словам одного из коллег), дорвался.

Содержание:

Вступление

Много всего случилось с тех пор, как я опубликовал «Победу». Началась проработка артиллерии РИФ от 1860-х годов и до конца XX века, корабль под названием «Полтава» ушел под название «Евстафий», а собственно «Полтавой» стал привычный нашему глазу другой броненосец (но все равно не реальная «Полтава»), начались блуждания по поводу количества дредноутов (перегнуть палку ой как неохота)… Плюс ко всему, обнаружил очень и очень неприятную особенность отечественной 356/52-мм пушки – из-за начальной скорости на 100 м/с ниже, чем у иностранных даже 45-калиберных аналогов того же калибра, ее дальнобойность, вероятно, была самой худшей среди всех 14-дюймовых орудий, что как-то вогнало меня во вселенскую печаль и размышления, а стоит ли эта тема отдельного поста, или нет.

Но это все меркнет перед тем, что я таки закончил перепил «Громобоя».

Перепил этот напрашивался давно, хоть в ФАНе с ним и не сложилось. Перепил уже этот делался для Phoenix Purpura – но там все вышло не так красиво. Собственно, мне очень нравится реальный «Громобой» – изящный корпус, мощная батарея СК, внушительные размеры… Он прекрасен во всем, включая скоростные характеристики корпуса (по моим расчетам, у него получается очень высокий адмиралтейский коэффициент – а значит, что на разгон под определенные скорости у него затрачивается минимум мощности), но вот в боевом плане он, увы, безнадежно устарел из-за своего бортового расположения артиллерии. И потому первое, что напрашивается, причем у очень многих – «обашнить» корабль, разместив 203-мм пушки в двух двухорудийных башнях.

Но этого показалось мало – как ни крути, а корабль очень большой. Потому решил «играть по максимуму» и довел водоизмещение крейсера до уровня эскадренных броненосцев, оснастил его мощными котлами и главное – 254-мм калибром орудий ГК. Это потребовало определенных переделок. Кроме того, решил увеличить скорость хода – благо, котлы у меня подразумеваются для кораблей не Бельвиля, а Нормана-Макферсона (гибрид сумрачного французского и русско-шотландского гения), а в рамках получившегося водоизмещения я не стремился получить «Новика», и потому скорость ограничил 22,5 узлами. Вы можете сказать, что это много – но при указанном водоизмещении, умеренной бронезащите и толковых котлах это, ИМХО, вполне возможно. Аналогами тут смотрятся британские «Дрейки», которые пускай и были меньше водоизмещением и имели более легкое вооружение, но разгонялись до 23 узлов с котлами Бельвиля в количестве 43 штук (сорока трех, Карл!), которые хоть и были жуть как надежными и простыми в ремонте, но весили много, а мощностей давали мало (в, ЕМНИП, каком-то морском справочнике 1902 года по удельным мощностям котлы Бельвиля по удельной мощности превосходили лишь старые цилиндрические огнетрубные котлы, а котлам Нормана уступали в 4-6 раз). Собственно, заменить этот ужас нормальными котлами можно, и крейсерок должен получиться. Другое дело, что крейсерок получится дорогим, по цене сравнимым с броненосцем – но их я много строить и не планировал, трех штук с головой хватит.

В общем, получилось то, что получилось – эдакий «Рюрик» второй, только раньше и чуточку скромнее (хотя это с какой стороны смотреть). Корабль стал трехтрубым и башенным, но в нем все еще угадывается «Громобой». И в РЯВ тройка таких кораблей потенциально сможет сделать больше. чем все броненосцы РИФ вместе взятые…

Также решил немного устроить «колдунство» над морскими министрами. Потребовался «отец флота» – министр, который управлял бы флотом длительное время, обучил преемника и выработал бы среди морских офицеров новый подход к службе и военному делу, чтобы Россия не только повторяла и улучшала иностранный опыт, а и творила что-то свое не менее удачное («Рюриков» я все же считаю пустой тратой денег, хоть идея и исконно русская). Ну и в качестве развития этой темы захотелось, чтобы Россия стала родиной слонов концепции линейных крейсеров. «Громобои» в этом случае получаются куда более логичной кандидатурой на должность кораблей линии баталии быстроходного крыла, чем «Асамоиды», «Баяны» или британские защитники торговли. Возвращаясь к началу – понадобилась фигура вроде Тирпица или Фишера, которая сохранит старое и укрепит новое. И будет такой фигурой Николай Матвеевич Чихачев, а его товарищем (заместителем), учеником, правой рукой и наследником – Федор Карлович Авелан. А после Авелана будет уже Григорович. И все будут усиленно заниматься укреплением и развитием любимого детища императора Петра Великого до, во время и после РЯВ и ПМВ.

И да, в самой статье возможны косяки. Провайдер решил подарить на Рождество совсем плохой интернет, так что статья публиковалась с помощью такой-то матери, с нескольких попыток и в надежде на лучший исход.

«Маленькая крейсерская война Авелана», или как адмирал новые крейсера отстаивал

Ф. К. Авелан – товарищ морского министра в 1897-1905 годах, морской министр в 1905-1913

Ф. К. Авелан – товарищ морского министра в 1897-1905 годах, морской министр в 1905-1913

Став в 1897 году товарищем морского министра Чихачева, Федор Карлович Авелан развил бурную деятельность. Касалась она прежде всего русских крейсеров. До этого постройка их велась вяло, по мере необходимости и без особой системы, предпочтение отдавалось определенно большим бронепалубным крейсерам. Существовали также активные защитники идеи броненосных крейсеров для рейдерских операций, постройка которых после «Адмирала Нахимова» прервалась, хоть и по экономическим причинам [1]. Авелан при поддержке Чихачева принялся приводить все это в единую систему. Крейсера начали строить значительно активнее, при этом он активно отстаивал (и таки отстоял к 1899 году) разделение бронепалубных крейсеров II ранга на собственно II и III, т.е. большие боевые и малые разведывательные крейсера с бронированной палубой. При этом бывший III ранг переводился в IV (все безбронные и вспомогательные крейсера), а I оставался без изменений (поясные броненосные крейсера). Сама теория крейсерской войны отныне меняла свою суть – активное использование всех наличных крейсеров на вражеских коммуникациях отныне не предусматривалось. Авелан обосновывал это тем, что крейсера специальной постройки – слишком дорогие корабли для фактического их исключения из состава боевых эскадр, и потому для рейдерства в океане лучше использовать устаревшие корабли (подразумевалась Североморская эскадра [2]) и вспом. крейсера, переоборудованные из гражданских быстроходных транспортов. Новые же бронепалубные крейсера отныне предназначались для службы в эскадре в качестве сторожевых, разведывательных и вспомогательных боевых кораблей. Эта «нормализация» привела к тому, что вместо 10 бронепалубных крейсеров на 1898 год к началу РЯВ в составе флотов Российской империи находились уже 21 корабль крейсеров II и III ранга.

Н. М. Чихачев, морской министр Российской империи в 1888-1905 годах. Даже после своей отставки после русско-японской войны сохранил достаточное влияние на флот, чтобы до самой своей смерти в 1917 году считаться "отцом русского флота".

Н. М. Чихачев, морской министр Российской империи в 1888-1905 годах. Даже после своей отставки после русско-японской войны сохранил достаточное влияние на флот, чтобы до самой своей смерти в 1917 году считаться «отцом русского флота».

После этого Авелан занялся крейсерами I ранга. При этом он фактически стал продолжателем дела Чихачева, который изначально был противником броненосных крейсеров-рейдеров (постройка которых с началом его министерствования прекратилась). Но если министр вообще не видел смысла в постройке таких кораблей, предпочитая защищать поясной броней полноценные броненосцы, то у Авелана и на этот счет имелись свои соображения. С 1898 года он начал активно проталкивать идею боевых броненосных крейсеров, которые за счет превосходства в скорости над обычными броненосцами могли бы занимать выгодные позиции для ведения огня по концевым кораблям противника. Вместе с популярной на тот момент «ушаковской» тактикой – стараться первым делом выводить из строя вражеский флагманский корабль – эти корабли должны были стать «козырной картой», быстроходным крылом линейного флота, которое помимо действий против концевых кораблей вражеского строя могло также выполнять функции разведки боем благодаря своей высокой живучести и скорости. При этом они должны были иметь как серьезное вооружение и бронезащиту, так и высокую скорость – что приводило к главной проблеме самой концепции: стоимость такого корабля вплотную приближалась к стоимости броненосцев.

Именно из-за высокой стоимости идея Авелана не получила поддержки даже морского министра Чихачева, который все еще не верил, что из крейсера I ранга можно получить что-то толковое. Попытки заинтересовать этим проектом царственных персон также не увенчались успехом – и император Александр III [3], и цесаревич Николай, и даже великий князь Александр Александрович [4], ярый флотофил, не выказали интереса к подобному кораблю. В конце концов Авелану пришлось искать поддержки у нижних чинов, дабы возбудить инициативу снизу, которая при Чихачеве только приветствовалась. Поддержку он получил у адмирала Макарова, на тот момент недавно вступившего в командование Балтийским флотом. Во время летних учений 1899 года, которые проходили в присутствии морского министра, в качестве быстроходного крыла флота были выделены бронепалубные крейсера «Адмирал Корнилов», «Адмирал Истомин» и «Светлана». Во время «боя» между двумя колоннами броненосцев этот «крылатый отряд» дважды охватывал голову «вражеской» колонны – правда, после этого был условно уничтожен вражескими же бронепалубными крейсерами. Авелан акцентировал внимание на том, что будь в составе «крылатого отряда» хорошо защищенные, скоростные и мощно вооруженные броненосные крейсера, то вражеский флагман очень быстро вышел бы из строя (как минимум), а бронепалубные крейсера и вовсе не рискнули бы связываться с вражескими кораблями, вооруженными тяжелыми пушками. При этом отсутствовала необходимость в постройке большого числа таких кораблей – ведь они, по сути, играли роль тяжелой кавалерии, атакующей врага во фланг, пока пехота (броненосцы) ведет бой с главными силами противника. Эти доводы, а также наглядный результат маневров, заставили Чихачева согласиться с необходимостью постройки «малой серии боевых броненосных крейсеров I ранга». Проекту дали добро, и процесс создания броненосных крейсеров нового типа начался.

Проектирование и постройка

Одна из самых впечатляющих фотографий "Громобоя" во время его визита в Австралию.

Одна из самых впечатляющих фотографий «Громобоя» во время его визита в Австралию.

По сложившейся с начала 1890-х годов традиции был объявлен конкурс на проектирование нового броненосного крейсера I ранга, причем процесс контролировался не только Авеланом, а и Чихачевым, который после признания перспективности концепции начал выказывать большой интерес к его судьбе. Свои проекты представили 18 конкурсантов, включая зарубежные фирмы «Армстронг», «Вулкан» и «Крамп». Тем не менее, лишь два проекта заинтересовали заказчика и были признаны МТК – один из них принадлежал Балтийскому заводу и представлял собой развитие крейсеров типа «Адмирал Нахимов» с поправкой на 15 лет [5], а другой принадлежал молодым Путиловским верфям, страстно желавшим заполучить военные заказы, которые значительно подняли бы престиж нового предприятия. Второй проект фактически был облегченным мореходным броненосцем с умеренной батареей из 10 152-мм орудий и 4 254-мм орудиями в двух башнях [6]. При этом его скорость равнялась всего 20 узлам, в то время как Балтийский завод обещал дать 23. В конце концов, было решено объединить оба проекта в один, для чего двум формально конкурирующим предприятиям на время пришлось объединиться. На тот момент подобный ход не был чем-то новым для Путиловских верфей – годом ранее им уже пришлось объединять усилия с инженерами МТК и Балтийского завода для переработки французского проекта башенного броненосца под русские требования и стандарты [7], и путиловцы пошли на это без раздумий – перспективы постоянных военных заказов, которые уже постепенно расширялись, заставляли частников забыть о конкуренции и работать во благо единого дела. Разработка финального проекта корабля задержалась, и лишь к маю 1900 года удалось наконец довести этот процесс до конца. Нормальное водоизмещение крейсеров превысило отметку в 15 тысяч тонн при полном поясе по ВЛ толщиной до 178 мм, вооружении из 4 254-мм и 16 152-мм орудий и скорости в 22,5 узлов. Чины морского министерства, увидев стоимость каждого отдельного корабля, испытали шок [8], но воля Чихачева и Авелана позволила утвердить постройку трех кораблей. Деньги на них удалось «выкроить» как за счет увеличения морского бюджета, так и за счет экономии на других расходах – в частности, было «растянуто» финансирование постройки черноморских кораблей, а закладка четырех больших бронепалубных крейсеров в Николаеве и вовсе была отменена. Заказы получили Балтийский завод, Путиловская верфь и Соломбальская верфь, которая ради важного заказа отложила постройку одного из больших ледоколов [9]. Корабли получили названия «Громобой», «Пересвет» и «Рюрик».

"Победа". В статье речь не о ней, но условно альт-"Громобой" можно назвать гибридом нескольких кораблей, в том числе и "Победы".

«Победа». В статье речь не о ней, но условно альт-«Громобой» можно назвать гибридом нескольких кораблей, в том числе и «Победы».

Постройка велась в ускоренных темпах – в свете активного наращивания морских вооружений Японией требовалось как можно быстрее получить три новейших корабля на Тихом океане. В качестве временной меры по наращиванию численности флота было решено перевести три «Сисоя Великих» [10] на Тихий океан и модернизировать шесть старых броненосцев. Понимая всю важность введения в строй «Громобоев», морское министерство увеличило финансирование постройки уже в конце 1900 года. Понимали это и предприятия-строители. Путиловская верфь с самого начала взяла высокий темп постройки корабля и заранее заказала все комплектующие для своего корабля, этому примеру последовали и два других предприятия. По разрешению морского министерства часть бронеплит была заказана за рубежом – отечественные заводы, загруженные заказами, не могли обеспечить полный объем заказа. Затруднения возникли и с вооружением — 152-мм пушки для экономии времени было решено взять из числа уже готовых для трех броненосцев типа «Бородино». Результат оказался впечатляющим – «Громобой» и «Рюрик» завершили испытания уже в марте 1903 года, причем «Рюрика» во время испытаний постоянно обслуживал ледокол, приписанный к Соломбальским верфям. «Пересвет», строящийся на Путиловских верфях, и вовсе побил все рекорды – огромный корабль водоизмещением в 15 тысяч тонн был введен в строй спустя 29 месяцев после закладки. Таким образом, уже к середине 1903 года все три корабля вошли в строй и в составе единой эскадры отправились на Дальний восток, куда и прибыли в конце августа 1903 года.

"Пересвет" во время испытаний, конец 1902 года

«Пересвет» во время испытаний, конец 1902 года

«Громобой» (ТФ), Балтийский завод, Санкт-Петербург – 20.06.1900/19.09.1901/28.04.1903

«Пересвет» (ТФ), Путиловская верфь, Санкт-Петербург – 20.06.1900/29.04.1901/09.11.1902

«Рюрик» (ТФ), Соломбальская верфь, Архангельск – 29.06.1900/23.08.1901/13.04.1903

 

Водоизмещение:         нормальное 15 150 тонн, полное 15 900 тонн

Размерения:                     156,9×22,5×8,1 м

Механизмы:             2 вала, 2 ПМ ВТР, 24 котла Нормана-Макферсона, 24 000 л.с. = 22 узла

Запас топлива:                800/1500 тонн угля

Дальность:                      5000 миль (10 узлов)

Броня (крупп):  пояс 76-178 мм, казематы 51-102 мм, башни 178 мм, крыши башен 51 мм, барбеты 178 мм, коммуникационная труба 76 мм, подача и кожух КО 38 мм, рубка 203 мм, палуба 38-76 мм

Вооружение:  4 254/45-мм, 16 152/45-мм, 20 87/45-мм, 8 57/50-мм орудий, 8 12,7-мм пулеметов, 4 381-мм торпедных аппарата

Экипаж:                                 887 человек

Схема бронезащиты

Схема бронезащиты

В 1915 году сняты 4 87/45-мм пушки и заменены на 4 87/30-мм зенитные пушки, сняты все 57/50-мм орудия, установлены более современные 3-м дальномеры.

Под флагом контр-адмирала Баранова

"Рюрик" во время перехода на Дальний Восток, середина 1903 года

«Рюрик» во время перехода на Дальний Восток, середина 1903 года

Три «Громобоя» были выведены в особый 2-й боевой отряд 1-й Тихоокеанской эскадры, базирующейся в Порт-Артуре. Командование еще на Балтике принял контр-адмирал Г. К. Баранов. Так как все три корабля были «новичками», а в воздухе витало предчувствие войны, 1-я эскадра отказалась от планового «зимнего вояжа» по иностранным портам и принялась проводить усиленную боевую подготовку. Свои корабли адмирал Баранов «гонял» немилосердно – в кратчайшие сроки требовалось подтянуть боевую подготовку с «никакого» до «удовлетворитель­ного», а лучше «отличного» уровня. К счастью, «Громобоям» удалось избежать проблем с машинерией – на них определили опытных машинных инженеров с черноморских и балтийских кораблей, которые знали, как обращаться с водотрубными котлами Нормана-Макферсона. Всего несколькими годами ранее проблемы с новыми котлами испытывали все три броненосца типа «Князь Потемкин-Таврический», а первые три броненосца с таким «сердцем» – «Сисой Великий», «Ингерманланд» и «Святослав» – из-за новизны своей машинерии и отсутствии опыта у команд так «уходились», что спустя пять лет после вступления в строй без капитального ремонта не могли развить более 13-14 узлов [11] вместо паспортных 17.

"Громобой" в боевой оливковой раскраске, середина 1904 года

«Громобой» в боевой оливковой раскраске, середина 1904 года

В случае войны «Громобои» планировалось использовать в качестве простого продолжения линии баталии 1-й эскадры, но уже в первом бою три корабля контр-адмирала Баранова проявили себя ярче всего, успев и по японским броненосцам пострелять, и тяжело повредить вражеский бронепалубный крейсер. В результате эти три крейсера стали самыми активными крупными кораблями русского флота той войны, и не единожды отправлялись в самостоятельные плавания, будь то набег на вражеские патрули, линии снабжения у Чемульпо или разведку в особо опасном районе. Их впечатляющая скорость позволяла им догонять большинство японских крейсеров, включая бронепалубные, и расправляться с ними без особого напряжения сил. Конечно, все это не оставалось безнаказанным – корабли часто получали повреждения от огня японцев, а на минах за всю войну не подорвался лишь один флагманский «Громобой». К счастью, все эти повреждения не стали фатальными, и троице русских крейсеров I ранга довелось сыграть свою важную роль в решаюших сражениях на море в качестве «быстроходного крыла». После войны «Громобой», «Пересвет» и «Рюрик» вместе со своими командами, командирами и контр-адмиралом Барановым стали героями, и по популярности превзошли даже флагманский броненосец адмиралов Макарова и Воронцова «Князь Потемкин-Таврический».

Новые люди, новая война

После войны «Громобои» еще очень долго оставались одной из главных сил флота. После разгрома японцев ситуация в регионе стабилизировалась, и Россия принялась наращивать свои флоты в Европе, и потому до 1912 года крейсера этого типа являлись еще и самыми новыми из больших кораблей Тихого океана. В 1911-1912 году троица прошла капитальный ремонт, и на «Громобое» был поднят флаг контр-адмирала Н. М. Бухвостова, потомка «первого русского солдата». Под его началом «Громобой», «Пересвет» и «Рюрик» отметились в масштабных событиях того времени, защищая русские интересы. Участвовали эти корабли и в Первой мировой войне, став главными охотниками за эскадрой адмирала фон Шпее в Тихом океане. Им не удалось спасти от разгрома британские корабли у Коронеля, однако эскадра Шпее была настигнута у острова Пиктон и разбита в ходе продолжительного сражения – призеры флота кайзера проиграли призерам Тихоокеанского флота («Громобой», «Рюрик» и «Пересвет» регулярно входили в пятерку лучших кораблей по результатам стрельб), хотя победа получилась отнюдь не бескровной — «Громобой» и «Пересвет» получили повреждения, и только «Рюрик» остался относительно невредимым. После этого последовал быстрый ремонт в Порт-Стэнли и его окончание в Александрии, после чего корабли надолго прописались в Средиземном море, где формировалась русская эскадра для помощи союзникам в ходе Дарданнельской операции. Пострелять по врагу довелось крейсерам и там, в том числе и по вражеским самолетам – для этого в 1915 году на всех кораблях установили 87/30-мм зенитные пушки, переделанные из обычных противоминных орудий.

"Рюрик" в Средиземном море, 1915 год

«Рюрик» в Средиземном море, 1915 год

Вернуться на Тихий океан «Громобоям» довелось лишь в 1923 году, и почти сразу же им довелось участвовать в «миссии спасения» свергнутого китайского императора Пу И, которого было решено сделать правителем пророссийской Маньчжурии. Эта операция стала последним серьезным мероприятием в истории крейсеров-ветеранов. Уже устаревшие корабли требовалось исключить из состава флота по условиям Вашингтонского договора – отсрочка разрешалась лишь до введения в строй первых новейших кораблей. Первоначально их хотели превратить в учебные единицы, но детальный осмотр корпусов и механизмов выявил крайнюю степень изношенности большинства механизмов. В результате было решено все же пустить корабли на слом, что и сделали в 1924 году. Но названия «Громобой», «Пересвет» и «Рюрик» хорошо запомнились в Российском Императорском флоте – указом императора Александра IV все новые корабли этих названий сразу получали статус гвардейских, комплектованию их экипажей уделялось особое внимание, как и их снабжению и боевой подготовке, дабы те стали «достойными наследниками боевой славы предшественников». Впрочем, это уже другая история….

Примечания

1) Реальноисторический «Память Азова» будет построен в двух экземплярах до «Адмирала Нахимова».

2) Все поясные броненосные крейсера-рейдеры будут сосредоточены в России на Северном море.

3) Я не могу не оставить Александра III в живых после 1894 года.

4) В реальности умер в младенчестве от менингита. В альтернативе останется в живых, и в 1913 году станет императором Александром IV, после смерти отца и отречения от престола Николая II.

5) Фактически реальный «Громобой».

6) Немножко облегченный и более быстроходный «Пересвет».

7) Речь идет о броненосцах типа «Бородино» – собственно «Цесаревич» строиться не будет.

8) Если не сказать покрепче.

9) Соломбальская верфь по определенным причинам с начала XX века перепрофилируется с постройки броненосцев на другие, более легкие корабли, в том числе и на ледоколы, которые будут необходимы России буквально везде – в Архангельске, в новом порте Мурманска, Владивостоке и для развития северного судоходства.

10) Конструктивно это реальные «Полтавы».

11) Что и стало их причиной отзыва с Дальнего Востока, когда прибыли «Громобои» – тихоходов там и без них хватало.

Подписаться
Уведомить о
119 Комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Reset Password
Compare items
  • Total (0)
Compare