0
0

Будильник, поставленный на 11 утра, почему-то сработал в 9:30. Причём заиграл он не привычный гимн Украины, а невыносимо мерзкую песню "к сожалению день рождения только раз в году".

Тарас Гринюк злобно, не глядя, потыкал пальцем в экран айфона, отключая будильник, и мысленно послал лучи поноса компании "эпл", закачивающей без спроса всякие гадостные композиции в телефоны пользователей.

Раздраженно поворочавшись в кровати и поняв, что уснуть больше не удастся, Тарас решил пойти на работу пораньше.

В принципе, в этом не было никакой нужды. После великой перемоги благосостояние украинцев выросло настолько, что работало всё население страны исключительно по желанию и безо всякого жесткого графика. Только природное трудолюбие, врожденное презрение к халяве и стремление сделать любимую Украину ещё краше заставляло народ трудиться.

Тарас принял горячий душ, почистил зубы, зажёг на кухне четыре конфорки (газ давно можно было не экономить —  в рамках дех**лизации РФ поставляла его бесплатно), но передумал готовить что-то серьёзное. В холодильнике со вчера оставались божоле и чизкейк, и Тарас решил, что этого вполне достаточно для лёгкого завтрака.

Он налил бокал молодого вина, нашёл десертную вилку, включил телевизор и стал завтракать.

По каналу "1+1"показывали новостной сюжет из Нью-Йорка. Американцы признали статую Свободы недостаточно свободной и заменили её статуей Украинца. Гринюк всмотрелся в его исполинскую фигуру. Огромный каменный Украинец был одет в вышиванку и узкие брюки "h&m", что символизировало верность традициям и готовность к европейскому развитию. В руке вместо факела он держал горящую покрышку, а множество чубов, торчащих из его головы, создавали иллюзию венца. Корреспондент "1+1" сообщил из толпы ликующих нью-йоркцев, что в рамках дех**лизации старую статую Свободы установят на Красной площади взамен Кремля.
Следующий репортаж из киевского зоопарка, где впервые в неволе родила чупакабра, Гринюк, не интересующийся зоологией, смотреть не стал и выключил телевизор.

В офис, впечатлившись статуей Украинца, Тарас тоже решил пойти в узких джинсах, корпоративной вышиванке и хромовых сапогах.

В подъезде на лестнице его перехватил один из многочисленных русских уборщиков, наводнивших Киев после перемоги.

Упав Тарасу в ноги, уборщик стал подобострастно чистить Гринюку обувь. Тарас не мешал ему — он понимал, что рабская генетика требует своё и русскому подобные проявления холуйства доставляют нехитрую радость.

— Как тебя звать? — спросил Тарас.

— Сережа, — ответил русский, не поднимая головы.

— Зачем ты с войной пришёл на землю мою, Серёжа?

— Путин заставил, — плачуще ответил русский.

— Эх вы, — досадливо сказал Тарас, — Человечишки. Во всём у вас Путин виноват. А сами поддерживали его всей страной.

Гринюк брезгливо отпихнул Сережу ногой, кинул ему монетку в один евро и вышел на улицу.
До офиса было десять минут ходу. Тарас шел не торопясь, благодушно посматривая по сторонам. Киев цвёл. Киев цвёл ревенём, подсолнухом и редисом; на грядках, разбитых на месте бывших трамвайных путей, паслись хрюшки; редкие автомобили — в основном бентли и ягуары — аккуратно объезжали животных. Многочисленные кобзари наполняли город народной музыкой.

Около работы Гринюк вдруг остановился и потрясенно посмотрел на середину дороги. По проспекту, рельсы с которого были сняты много лет назад, раскачиваясь с приличной амплитудой, ехал непонятный вагон ярко-голубого цвета. Тарас закрыл глаза и помотал головой. Наваждение рассеялось, вагон исчез. Божоле что ли в голову дало? — испуганно пробормотал Тарас и зашёл в офис.

— Слава Украине! — с порога поздоровался с Гринюком коммерческий директор.

— Героям Слава, Олександр! Смерть ворогам! — ответил Тарас. Олександр засмеялся:

— Да ну какие у нас вороги, Тарас. Все наши вороги умерли давно.

— Это да, — сказал Тарас, — А вы чего так рано сегодня?

— Я с самолета сразу сюда, — сказал Олександр, — В Сочи на выходные летал для разнообразия, Крым надоел. А Сочи-то теперь наш.

— И как там?

— Разруха. Всё перестраивать после кацапов надо.

От разговора Тараса отвлёк звук пришедшего на айфон смс. Гринюк посмотрел на экран. Сообщение с зашифрованного номера гласило:

"Грузите апельсины бочками — там кое-кто есть. Если пацанам не влом, соберём металлолом. Включи компьютер, Тарас."

Бред какой-то, — мрачно подумал  Гринюк.

— Сводки свежие посмотрю, — сказал он коммерческому и прошёл к своему ноутбку.

Ноутбук не включался. Экран мерцал черным и категорически не показывал  желтого поля с синим небом, установленных обоями рабочего стола. Тарас уже хотел перезагрузить его, как посередине дисплея появилась надпись: Тарас, подойди к окну.

Гринюк закрыл и вновь открыл ноутбук. Надпись всё так же угрожающе смотрела на него с монитора.

— Что за бисовщина, — прошептал Тарас, осторожно подошёл к окну и выглянул на улицу.

Напротив офиса, всматриваясь в дома, стояла странная пара — пожилая женщина в каких-то древних обносках и бугай в плаще. У женщины было неприятное волевое лицо, цепкие маленькие глазки, в руках она покручивала огромный зонт. Бугай, в надвинутой на глаза шляпе, прятал лицо в воротник плаща. Женщина встретилась с Гринюком взглядом и сразу что-то зашептала на ухо бугаю. Пара медленно двинулась к двери. Тарас отпрянул от окна и вернулся к ноутбуку. Надпись на экране сменилась. "Они видели тебя? Y/N". Тарас, чувствуя недоброе, поспешно нажал Y. "Ты в опасности, Тарас" — сообщил ноутбук, — " Беги. Беги к запасному выходу, там тебя ждёт машина".

Несмотря на абсурдность происходящего, Гринюк шестым чувством понимал, что медлить нельзя. Не обращая внимания на удивленного Олександра, он бросился к черному входу. Уже на бегу он обернулся и посмотрел в приемную офиса. С улицы туда вваливалось что-то зелёное и нестерпимо жуткое.

Вылетев на задний двор, Тарас сразу увидел серебристую новенькую "перемогу" с золотым трезубцем на капоте. Её задняя дверь открылась, приглашая Гринюка внутрь. После секундного колебания Тарас запрыгнул в автомобиль и взвизгнув покрышками "перемога" помчалась прочь от офиса.

Отдышавшись, Гринюк посмотрел по сторонам. Судя по красиво уложенной на затылке косе, за рулем машины находилась женщина. На заднем сидении, рядом с Тарасом, развалился мужчина с ярко-выраженными арабскими чертами лица.

— Ну, здравствуй, Тарас, — задумчиво сказал мужчина, — Слава Украине.

— Героям Слава! — ответил Тарас, — Кто вы?

— Кто я… Это долгая история. Начнем с того, что меня зовут Махмет и я здесь для того, чтобы сообщить самую важную новость в твоей жизни. После неё ты не сможешь жить как раньше. Ты готов к этому, Тарас?

— Я не знаю, — начал было Тарас, но внезапно почувствовал стыд за свою нерешительность, — Готов!

— Что ж, другого ответа от украинца я и не ждал, — Махмет помедлил и спросил, — Скажи, Тарас, у тебя никогда не было ощущения, что всё вокруг не взаправду? Что всё слишком хорошо, всё дословно так, как нам и мечталось? Что такого просто не бывает?

Гринюк хотел помотать головой, но вдруг вспомнил, что нечто подобное он ощутил сегодня, когда смотрел репортаж из Нью-Йорка. Он кивнул.

— И это правда, так не бывает, — сказал Махмет и пристально посмотрел  Гринюку в глаза, — Мы в чебурашке, Тарас. Мы все уже несколько лет в чебурашке.

— В чебурашке? — растерянно спросил Тарас.

— Да. Если помнишь, в 2014 году ходили слухи, что русские разрабатывают сеть "чебурашка" взамен обычного интернета.

— Что-то было такое, — сказал Тарас.

— Насчёт замены интернета — это деза была. Никакой замены не планировалось. Кацапы разрабатывали эту сеть только для трансляции на территорию Украины. И несколько лет назад они её запустили.

— Для чего?

— Ресурсы, Тарас. Всё как обычно. Деньги и земли. Убить всех украинцев русские, хоть и очень хотели, не могли — возмутилось бы мировое сообщество. Поэтому они пошли другим путём — нас всех переместили в чебурашку. Наши реальные тела лежат в колбах с физраствором на гигантских складах где-то в Запорожье. А кацапы в это время добывают на Донбасе наш уголь и засеивают гнилой ботвой наш чернозём.

Тарас молчал.

— Сомневаешься? — сказал Махмет, — А вот ты, допустим, никогда не задумывался почему мы, украинские патриоты, в Киеве только по-русски говорим? Вижу, что задумывался. А это оттого, Тарас, что интерфейс у чебурашки русский. Я тебе ещё много примеров могу привести, да смысла нет.

Тарасу мучительно не хотелось верить этим словам. Ум сопротивлялся открывшейся правде, но душой Гринюк понимал, что Махмет не врет.

— А те двое в офисе? — спросил он, вспомнив странную пару, — Кто они?

— Гена и шапокляк, — ответил Махмет, — Агенты чебурашки. Очень опасные виртуальные сущности. Они были посланы нейтрализовать тебя, но, слава украине, мы успели раньше.

— Почему именно меня? — спросил Гринюк.

— Ты Избранный, Тарас. Как и все украинцы — ты Избранный. И с каждым мы работаем по отдельности.

Тарас с надеждой взглянул на собеседника и спросил:

— Но что же делать, Махмет? С этим всем можно же что-то сделать?

— Странный вопрос. Не ожидал, честное слово. Ты правда не знаешь что делать?

— Не знаю, — сказал Гринюк.

— Надо собирать майдан, Тарас. Настало время собирать новый майдан.

Гринюк отвернулся от Махмета и стал смотреть в окно автомобиля. В душу его пришли спокойствие и ясность. Ему было немного стыдно за свои глупые вопросы, ответы на которые очевидны для любого настоящего украинца. За окном, как в кинофильме, мелькал красивый весенний Киев с нарядными толпами радостных горожан. Так жить дальше было нельзя. Тарас стиснул кулаки и решительно прошептал: чебурашку геть!

http://ivan-der-yans.livejournal.com/168227.html

Подписаться
Уведомить о
6 Комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Compare items
  • Total (0)
Compare