Испытано в Великобритании. Легкий штурмовик FMA IA-58A Pucará. Часть 2

1
0

Хочу выразить большую благодарность уважаемому коллеге redstar72 за большую помощь в редактировании данной статьи, частично представляющей собой взгляд «с другой стороны холма».

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Ещё не вечер – FMA IA-58A Pucará (A-515/ZD485) 

IA-58A Pucará (зав. № 018) был поставлен компанией FMA аргентинским ВВС в 1975 году. Самолёт принадлежал к экспортной партии, строившейся для Мавритании, но так туда и не поставленной. Самолёт вошел в состав 3-й штурмовой авиагруппы (Grupo 3 de Ataque) III авиабригады (III Brigada Aerea). 3-я штурмовая группа находилась на авиабазе Реконкиста (Base Aerea Militar [BAM] Reconquista), провинция Санта-Фе (Santa Fe), и использовалась против партизанских отрядов в северо-западной Аргентине. Дальнейшие события не заставили себя долго ждать.

Испытано в Великобритании. Легкий штурмовик FMA IA-58A Pucará. Часть 2


FMA IA-58 Pucará был спроектирован в качестве прочного и маневренного ударного и противопартизанского самолёта, способного при необходимости действовать с неподготовленных взлетно-посадочных полос. 20 августа 1969 года состоялся первый полёт прототипа с турбовинтовыми двигателями Garrett. Второй прототип был оснащен двигателями Astazou и впервые поднялся в воздух 6 сентября 1970 года. Самолёт был запущен в серийное производство и в мае 1975 года поступил на вооружение ВВС Аргентины.
Силовая установка самолёта состояла из двух ТВД Turbomeca Astazou XVIG, развивавших мощность по 1022 э.л.с. каждый и вращавших трехлопастные металлические винты (с обтекателями втулок) Hamilton Standard 23LF/1015-0.
Стрелковое вооружение состояло из четырех 7,62-мм пулеметов FN Browning с боезапасом 900 патронов на ствол и двух 20-мм пушек Hispano HS-2804 с боезапасом 270 снарядов на ствол, расположенных в фюзеляже по сторонам от кабины членов экипажа. Бомбовая нагрузка составляла 2000 кг и состояла из 1000-кг бомбы, подвешивавшейся под центральный подфюзеляжный пилон Aero 7A-1, и двух 500-кг бомб на подкрыльевых пилонах Aero 20A-1, размещавшихся за гондолами двигателей 

В конце мая 1982 года A-515 был перебазирован на аэродром Порт-Стэнли, о-в Восточный Фолкленд, Фолклендские острова, в порядке усиления сил вторжения и восполнения потерь. Там самолёт был перекрашен в рыжевато-коричневый и светло-зеленый цвета с использованием, по словам сотрудников музея Королевских ВВС,

«краски автомобиля «фиат»».

Перед отправкой на Мальвинские острова A-515 выполнял боевую разведку над побережьем Аргентины в качестве сдерживающего фактора для потенциальных атак британских сил специального назначения, а теперь ему предстояло столкнуться с британцами лицом к лицу.

Среди известных миссий самолёта с номером A-515 был последний боевой вылет штурмовиков Pucará в той войне. Три IA-58A атаковали позиции британской артиллерии на острове Восточный Фолкленд (северная сторона горы Кент [Mount Kent] и гряды Мюррел [Murrell Ridge]). 10 июня 1982 года A-515, пилотируемый лейтенантом Моралесом (Lt Morales), попал под огонь из стрелкового оружия. Четыре дня спустя аргентинцы сдались.

Все 24 штурмовика IA-58A, действовавшие на Фолклендских островах, были уничтожены или захвачены британцами. Для A-515 это было началом новой главы его биографии.

Испытано в Великобритании. Легкий штурмовик FMA IA-58A Pucará. Часть 2
FMA IA-58A Pucará (ZD485; серийный номер в ВВС Аргентины A-515) воевал во время фолклендского конфликта, был захвачен британцами и был испытан в A&AEE, Боскомб-Даун (снимок сделан во время полёта 17 июля 1983 года). Маневренный штурмовик сохранил аргентинский камуфляж, но на фюзеляж, крыло и киль были нанесены опознавательные знаки Королевских ВВС. Фото из коллекции Адриана М. Балча (Adrian M. Balch)

История самолёта IA-58 Pucará, борт A-515/ZD485 подробно рассмотрена в материале Эндрю Симпсона (Andrew Simpson), который можно скачать на сайте музея Королевских ВВС: www.rafmuseum.org.uk.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

Штурмовики IA-58 Pucará на Фолклендских островах. Взгляд из Аргентины

В ноябре 1982 года – спустя 5 месяцев после окончания войны – Майкл О’Лири посетил Аргентину с целью получить интервью у ветеранов мальвинской кампании из числа пилотов FAA. Среди проинтервьюированных были два пилота «пукар» из 3-й штурмовой авиагруппы III авиабригады. К тому времени группа вернулась на место постоянной дислокации – авиабазу Реконкиста, расположенную на северо-востоке Аргентины.

Испытано в Великобритании. Легкий штурмовик FMA IA-58A Pucará. Часть 2
легкий штурмовик FMA IA-58 Pucará (A-567), сфотографированный Майклом О’Лири на авиабазе Реконкиста в ноябре 1982 года. Это был один из 14 новых самолётов, полученных 3-й штурмовой авиагруппой для восполнения потерь в ходе фолклендского конфликта; он находился в строю до 2002 года. Штурмовики Pucará до сих пор стоят на вооружении ВВС Аргентины

Первый лейтенант Хуан-Луис Мителоуд (Premier Teniente Juan Luis Micheloud):

«21 мая 1982 года майор Хуан-Карлос Томба (Mayor Juan Carlos Tomba) [Pucará; сер. ном. A-511] и я совершали боевой вылет близ пролива Сан-Карлос (Фолклендский пролив); неожиданно мы увидели три «[си] харриера», летевшие над нами. Два из них снизились для атаки – мы были на очень малой высоте. Томба и я разошлись влево и вправо и ушли, прижимаясь к земле. Оба «харриера» решили последовать за мной. Я опустился ещё ниже и направился в каньон. Они пытались атаковать меня, но местность не позволила им сделать это. Тогда они набрали высоту и вышли из боя, в то время как третий «харриер» предпринял свою попытку. К этому времени Томба и я облетывали территорию по кругу, пытаясь оказать друг другу взаимную поддержку. Видимо, это сработало, так как и третий «харриер» не смог меня сбить.

Два других «харриера» атаковали Томбу, сделав два захода на его самолёт. После первого захода Томба мог видеть ряд отверстий в обшивке левой консоли крыла – результаты попадания снарядов 30-мм пушек. «Харриер» оторвался и, набрав высоту, пошел на второй заход. После этой атаки правое крыло «пукары» было почти разрезано пополам огнем пушек «харриера», и Томбе ничего не оставалось, кроме как катапультироваться. Он спустился на парашюте недалеко от Гуз-Грина (Goose Green), находившегося в наших руках, и был спасен нашими людьми.

Мы потеряли много «пукар» на земле, и к концу войны оставалось лишь восемь неповрежденных, из которых, наверное, только две реально могли летать на боевые задания.

Один самолёт, который пилотировал лейтенант Мигель-Анхель Хименес (Teniente Miguel Angel Gimenez), был потерян 28 мая. Предположительно он был сбит ракетой, но мы понятия не имеем, что произошло. Что касается зенитного огня, то наибольшую опасность представлял «блоупайп» [ПЗРК Shorts Blowpipe], так как мы не могли видеть их, в то время как они прекрасно видели нашу тепловую сигнатуру; кроме того, мы летали непосредственно над позициями противника, и они стреляли по нам чуть ли не в упор. Иногда наши самолёты возвращались на базу с множеством пробоин, но всё же целиком, а не по частям. «Пукара» – живучая машина; у неё два двигателя, и мы частенько возвращались с фатальными повреждениями одного из них. Однако «блоупайпы» часто повреждали систему управления настолько, чтобы сделать полёт невозможным.

Мы постоянно видели «харриеры», но мы всегда летали на сверхмалых высотах, и им на большой скорости было сложно нас заметить. Мы только их увидим – и всё, улетели. Майор Томба был единственным пилотом, сбитым «харриерами». Лично я не думаю, что было трудно увидеть «харриер» в небе, потому что они на фоне неба были очень темными. Окрашенные в серый цвет «си харриеры» было труднее увидеть, чем «харриеры» RAF.

На Мальвинских островах мы обычно действовали над нашей собственной зенитной артиллерией, которая давала нам определенную степень защиты. Мы потеряли все наши 24 «пукары» на Мальвинских островах, пять из них в воздушных боях. Наши потери распределяются следующим образом: «блоупайп» – 3, «харриер» – 1, пропал без вести (в бою) – 1, авария на взлете – 1».

Капитан Рикардо А. Грюнерт (Capitan Ricardo A. Grünert):

«Пукары» с трудом выдерживали концентрированный автоматический зенитный огонь, но всё же не разваливались и привозили нас домой. Мы заметили, что электронная система управления огнём также создавала нам проблемы: плохими были микропереключатели и электрическая система в целом. Высокая влажность и холод были тяжёлым испытанием для самолётов. Мы никогда не задумывались о том, чтобы вооружить «пукары» «сайдвиндерами», поскольку наше подразделение никогда не обучалось ведению воздушных боев – это была прерогатива самолётов, оснащенных радарами. А вот противокорабельные ракеты, пожалуй, нам бы пригодились.

Я бы сказал, что во время конфликта около 80% боевых вылетов выполнялись с плохо подготовленных грунтовых или травяных взлетно-посадочных полос, и действовать приходилось в очень неблагоприятных погодных условиях. Эти участки земли имели примерно 450 метров в длину и столько же в ширину. Из-за постоянных обстрелов, дождей и высадки десантов противника мы были постоянно в движении. Сама взлётная полоса имела длину 450 метров и ширину 6-7 метров, но с полной загрузкой бомб и ракет (1360 кг) нам обычно хватало 365 метров.

Одной из наших основных проблем были вязнувшие в мягком грунте колеса шасси. Единственным аэродромом, где этой проблемы не было, был Гуз-Грин: там была хорошая дренажная система, и вода без проблем уходила. Порой мы не могли взлететь, и это очень здорово помогло британцам. К тому же наши самолёты стояли выстроенными в ряд, так что «харриеры» легко поражали их на земле. Мы часто использовали НУРСы с неисправных самолётов вместо артиллерии. 7,62-мм пулеметы и 20-мм пушки с наших вышедших из строя самолётов мы тоже использовали против «харриеров», которые пролетали над нашей ВПП. Мы уверены, что сумели подбить один из них.

Мы никогда не атаковали корабли; ближе всего мы подходили к ним, когда летали на разведку. Мы совершили несколько атак на позиции артиллерии британцев, но ничего не знаем о том, какой ущерб мы им нанесли. Мы стреляли НУРСами с высоты 1500-2000 метров. Это было у горы Кент: мы атаковали ракетами артиллерию на холме. Оказалось, что «пукары» имеют исключительные качества для боя на сверхмалых высотах. Мы отлично летали в самую плохую погоду, когда «харриеры» вообще не могли летать, и на очень малых высотах – это давало нам дополнительные шансы выжить. Я уверен, что враг чувствовал эффект от наших ударов, и этот фактор был в какой-то мере определяющим в их способности продвигаться вперед. 

«Пукары» были способны выдерживать большие повреждения. За 44 дня, что мы были в боях,  несмотря на непрерывные обстрелы, мы потеряли только двух пилотов. Практически все «пукары» в той или иной мере получили повреждения от огня стрелкового оружия, но тем не менее продолжали летать. Одна из «пукар» получила повреждения фонаря кабины, элерона и хвостового оперения, но вылетела на следующее боевое задание. Другая вернулась на аэродром с повреждениями обоих двигателей и одним винтом в зафлюгированном положении. В руле направления была большая дыра, но мы вручную смогли отремонтировать его, и самолёт смог отправиться в следующий боевой вылет.

Запчастей у нас хватало, к тому же мы брали с уже неспособных летать самолётов всё, что можно было использовать: радиооборудование и т.д. Мы обнаружили, что «пукара» является отличным средством против винтокрылых летательных аппаратов. Четыре 7,62-мм пулемета и две 20-мм пушки были очень эффективны против британских вертолётов».

источники:

  • Down but not out – FMA IA-58 Pucará serial A-515. // The Aviation Historian, выпуск 8, с.23.
  • Pucará in the Falklands: the Argentinian perspective. // Там же, с.26-27.
Подписаться
Уведомить о
1 Комментарий
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Compare items
  • Total (0)
Compare