Юрий Пашолок. Испытано в СССР. Легкий танк M24 Chaffee

12
7

Со второй половины 1943 года концепция отправки новой американской и английской бронетанковой техники по программе ленд-лиза в СССР несколько изменилась. Вместо немедленного начала крупномасштабных поставок союзники стали присылать по нескольку образцов новых машин «на пробу». В случае, если танк или самоходная установка соответствовали требованиям советской стороны, следовали уже полноценные поставки.

Первым образцом бронетехники, прибывшим «на пробу», стал Light Tank M5A1. К тому моменту производство легких танков в СССР уже сворачивалось, и американская новинка в войска так и не попала. Тем не менее, в СССР все-таки прибыл еще один легкий танк заокеанского производства. Речь идет о Light Tank M24, лучшем американском легком танке периода Второй мировой войны.

Содержание:

Без особой спешки

Во многом появление Light Tank M24 стало результатом попытки американских военных усилить огневую мощь легкого танка. То, что 37-мм пушка явно не соответствует современным реалиям, было понятно еще в 1942 году. Испытания по установке 75-мм орудия M3 в башню самоходной установки HMC M8 показали, что платформа легкого танка вполне подходит для стрельбы из пушки подобного калибра. Другое дело, что башня Light Tank M5 и M5A1 для такой пушки была явно маловата.

Именно по этой причине в марте 1943 года Комитет по вооружениям составил тактико-технические требования на новую машину – Light Tank T24. На нее решили установить 75-мм орудие T13E1, авиационную версию пушки M3, которая ставилась на бомбардировщики B-25G/H и имела гораздо меньшую массу. Смежником по разработке танка выступила фирма Cadillac.

В качестве силовой установки были взяты уже опробованные на Light Tank M5A1 двигатели Cadillac Series 42. Это, в том числе, унифицировало новую машину с танками более раннего выпуска. Не менее логичным решением стало использование наработок по самоходной установке Gun Motor Carriage T70, по которой работало другое подразделение General Motors – Buick. Особенно это касалось ходовой части с торсионной подвеской.

Американский легкий танк М24. Кубинка, НИБТ Полигон, апрель 1945 года

Американский легкий танк М24. Кубинка, НИБТ Полигон, апрель 1945 года

Первый опытный образец Light Tank T24 поступил на Абердинский полигон 15 октября 1943 года. Комичность ситуации заключалась в том, что советские специалисты познакомились с опытным образцом раньше американских испытателей. В конце лета 1943 года группа советских специалистов посетила полигон компании General Motors в Мильфорде, штат Мичиган. Так получилось, что ими заинтересовался американский майор Берг. Причины оказались прозаичными: офицер отвечал за разработку ходовой части GMC T70, а от советских специалистов он хотел получить побольше информации о торсионных подвесках советских танков. По факту же куда больше информации получила советская сторона. Хотя детально осмотреть GMC T70 не удалось, тем не менее, в ходе неожиданного визита в Детройт советским специалистам удалось увидеть массу экспериментальной техники. Среди нее оказался и «легкий танк Т-24».

Поскольку этот танк удалось увидеть лишь издали, данные по нему оказались неточными. Согласно ответу инженера Сорвина, датированному 1944 годом, танк посчитали разработанным на базе «самоходной пушки Т-70». Калибр орудия оценили в 37–57 мм, толщину брони – в 38 мм (как на других американских легких танках).

Машина заметно отличалась от предшественников как формой корпуса, так и ходовой частью

Машина заметно отличалась от предшественников как формой корпуса, так и ходовой частью

Достоверная информация по новому американскому легкому танку стала поступать значительно позже – летом 1944 года. Уже в августе была получена подробная информация не только о самом танке, но и о темпах его производства. Знали наши специалисты и точную дату стандартизации танка под обозначением Light Tank M24 – 25 июля 1944 года. 22 августа в Главное бронетанковое управлении Красной Армии (ГБТУ КА) ушел подробный доклад о новом танке, включавший техническое описание на 17 страницах.

Кроме того, советских специалистов пригласили в Танково-автомобильный центр в Детройте (Tank-automotive Center, ныне Tank-automotive and Armaments Command, или TACOM). С 11 по 15 сентября гвардии майор Б. Афонин и инженер-капитан Г. Боголюбов получили возможность изучать трансмиссии американских танков. Среди прочего объектами изучения были и коробки передач Hydra-Matic 250-T, применявшиеся на Light Tank M5. Также советских специалистов познакомили с коробкой передач Hydra-Matic 255-T, которая ставилась на Light Tank M24. Важным отличием этих коробок было то, что 255-T не имела планетарной передачи заднего хода, поскольку с этой целью использовался шестеренчатый передаточный редуктор.

Выводы по коробкам передач для легких танков оказались не в пользу их использования в отечественных танках. Связано это было как со сложностью производства, так и с тем, что само их появление выглядело скорее вынужденной мерой. Явным плюсом советские специалисты посчитали то, что такие коробки передач хорошо работали в руках слабо подкованных в техническом плане водителей.

Еще одним существенным отличием была трехместная башня. Впервые трехместную башню американские инженеры сделали для легкого (среднего) танка M7

Еще одним существенным отличием была трехместная башня. Впервые трехместную башню американские инженеры сделали для легкого (среднего) танка M7

Афонин, составлявший доклад по легкому танку М24, высоко оценил его характеристики. Согласно его выводам, М24 был наиболее мощно вооруженным легким танком на тот момент. Высокой оценки удостоилось общее компоновочное решение машины, позволившее создать довольно компактную машину с высокой маневренностью. Вместе с тем, бронезащита явно выглядела слабой. Еще одним существенным недостатком стала требовательность агрегатов танка к высококвалифицированному обслуживающему персоналу.

В заключении Афонин предложил закупить опытные образцы нового американского танка. С приобретением, впрочем, торопиться не стали. Дело в том, что к тому моменту в самом СССР легкие танки не производились уже год. Возобновления поставок легких танков по программе ленд-лиза даже не планировалось, поэтому закупку М24 перевели на отдаленную перспективу.

Прогрессивность конструкции в легкой весовой категории

Вопрос закупки легких танков M24 был поднят в начале 1945 года. К тому моменту эти машины уже активно применялись в Западной Европе и не представляли собой большого секрета. Даже пяти машин (в таком количестве были приобретены Light Tank M5A1) советской закупочной комиссии показалось много. В результате количество заказанных танков сократилось до двух.

11 марта 1945 года в сторону Мурманска отправился конвой JW 65, состоявший из 26 транспортов. Из этого числа 20 марта один транспорт, SS Horace Bushnell, был серьезно поврежден подводной лодкой U-995, а второй, Thomas Donaldson, был потоплен подводной лодкой U-968. Произошло это неподалеку от Мурманска. На следующий день конвой прибыл в Мурманск, в числе прибывших грузов оказались и те самые два легких танка M24. 25 марта они были погружены на железнодорожную платформу и отправились в Кубинку.

Характерной деталью нового американского танка был большой люк для демонтажа коробки передач в верхнем лобовом листе

Характерной деталью нового американского танка был большой люк для демонтажа коробки передач в верхнем лобовом листе

На НИБТ Полигон танки прибыли ближе к 10 апреля. Из них машина с регистрационным номером U.S.A. 30120376 была выделена для прохождения обширной программы испытаний. Помимо них, с 15 по 20 апреля проходило тщательное изучение нового американского танка. В целом мнение полигонных испытателей оказалось схожим с заключением, составленным гвардии майором Афониным в августе 1944 года. Согласно вердикту, М24 представлял собой сплав наиболее удачных идей, взятых от боевых машин, к которым фирма General Motors имела прямое отношение – легкого танка М5А1 и самоходной установки M18 (Т70).

Благодаря серьезной перекомпоновке моторного отделения его удалось сделать ниже

Благодаря серьезной перекомпоновке моторного отделения его удалось сделать ниже

Изучение машины, как и в случае с GMC T70, значительно упрощалось в связи с наличием в комплекте с танком технической литературы. С литературой, кстати говоря, связана серьезная ошибка, допущенная в ходе оценки танка. Согласно руководству, мощность двигателя Cadillac Series 44T24 составляла 110 лошадиных сил. Это правда, но с маленькой оговоркой – речь здесь шла про номинальную мощность. Максимальная же мощность составляла 148 лошадиных сил. То есть реальная максимальная мощность спарки моторов составляла 296 лошадиных сил. Здесь была повторена точно та же ошибка, что и в случае с Light Tank M5A1, оснащавшимся аналогичными моторами.

Хорошо видна установка зенитного пулемета Browning M2HB

Хорошо видна установка зенитного пулемета Browning M2HB

В отличие от M5A1, на М24 соединение двух моторов в один агрегат происходило при помощи демультипликатора в моторном отделении. Это сократило число карданных валов до одного. Кроме того, при необходимости можно было быстро отключить один из моторов. Еще одной особенностью стало появление педали нейтрали, а управление машиной стало сдвоенным. Впервые такое решение было использовано американскими инженерами на среднем танке T20. Таким образом, теперь помощник механика-водителя стал именоваться таковым вполне заслуженно.

Продольный разрез танка. Хорошо видно, что принципиальная схема машины в целом повторяет схемы предшественников, но с массой переделок

Продольный разрез танка. Хорошо видно, что принципиальная схема машины в целом повторяет схемы предшественников, но с массой переделок

Конструкция дифференциала не отличалось от того, который устанавливался на GMC T70. При этом соединение его с бортовыми передачами было выполнено при помощи карданных сочленений. Это упростило установку дифференциала и ее монтаж. Осуществлялся он, кстати, через через массивный люк в верхнем лобовом листе.

Схема трансмиссии легкого танка M24

Схема трансмиссии легкого танка M24

С точки зрения ходовой части новый американский легкий танк оказался очень близок к GMC T70, что и не удивительно. Впрочем, хватало и заметных изменений. Для начала, вместо горизонтальных амортизаторов двухстороннего действия, которые применялись на GMC T70, на легком танке M24 были установлены под наклоном телескопические амортизаторы. Еще одной особенностью, на которую обратил внимание еще Афонин (и зарисовал ее), стала конструкция крепления ленивца. Его связали с балансиром крайнего заднего опорного катка. Таким образом было обеспечено постоянное натяжение гусеничных лент.

Что касается траков, то в целом они оказались очень похожими на те, что применялись на самоходной установке. Но при этом изменился размер проушин и устройство стопора пальцев. Последнее было признано неудачным, поскольку в ходе эксплуатации втулочные канавки и выступы втулок сминались, в результате чего демонтаж траков становился затруднительным.

Схема установки ленивца, зарисованная советскими специалистами в 1944 году

Схема установки ленивца, зарисованная советскими специалистами в 1944 году

Высокой похвалы удостоились приборы наблюдения. Для начала, у командира имелась башенка с шестью смотровыми приборами, которая обеспечивала высокую обзорность. Также в люке башенки имелся перископический прибор наблюдения. Смотровые приборы с сектором обзора 60° по горизонтали и 50° по вертикали имели наводчик, механик-водитель и его помощник.

Вполне неплохими оказались и прицелы, правда, их прицельная сетка рассчитывалась только для бронебойного снаряда M61. Отсутствие шкалы для стрельбы осколочно-фугасными снарядами было явным недочетом. Помимо прицелов для прямой наводки, в башне установили угломерный прибор, предназначенный для стрельбы с закрытых позиций.

Схема обзорности американского легкого танка M24

Схема обзорности американского легкого танка M24

Достаточно высокой оценки были удостоены рабочие места экипажа. Больше всего претензий вызвало место заряжающего, у которого не было смотрового прибора, а сидение располагалось неудобно. Надо, правда, учитывать тот факт, что экипаж танка мог состоять из 4 человек, тогда функции заряжающего выполнял помощник механика-водителя. В остальном же танк получился вполне удобным, особенно с учетом его относительно небольших размеров.

Стоит отметить, что М24 отличался не только удобством размещения экипажа, но и небольшими усилиями на рычагах – 9–12 кг. Отмечались очень небольшие усилия на маховиках наведения орудия – всего 1,5 килограмма. Большим плюсом было и наличие гидравлического привода поворота башни. Без него полный оборот башни осуществлялся за 95 секунд, а с ним – за 15 секунд.

Предельным для M24 стал угол подъема в 30°

Предельным для M24 стал угол подъема в 30°

Ходовые испытания американского легкого танка происходили в период с 21 апреля по 24 мая 1945 года. Всего машина прошла 859 километров, из них 145 по асфальтированному шоссе. В качестве машин, которые сравнивали с М24, выступали легкий танк М5А1 и советская САУ СУ-76М. Неверная информация о реальной мощности моторов ввела испытателей в заблуждение. По ней получалось, что СУ-76М имела чуть более высокую удельную мощность – 12,38 л.с. на тонну. Удельную мощность М5А1 оценили в 15,7 л.с на тонну, а М24 – 12,2 л.с. на тонну. В реальности удельная мощность М5А1 составляла 19,5 л.с. на тонну, а у М24 – 16,08 л.с. на тонну.

Максимальная скорость М24 оказалась меньше скорости предшественника – 55 км/ч. Правда, у СУ-76М она оказалась куда ниже – 41 км/ч. Более высокую скорость американской бронетехники советские специалисты объяснили иным подбором передаточных чисел трансмиссии, упустив по упомянутой выше причине тот факт, что силовая установка М24 была мощнее мотора ГАЗ-203 в 2 с лишним раза. Весьма высокой оказалась и средняя скорость по шоссе – 30,05 км/ч, при этом средний расход топлива составил 203 литра на 100 километров, то есть в полтора раза больше, чем у М5А1 (135 литров). Движение по шоссе осуществлялось на 4-й передаче.

Танк во время спуска

Танк во время спуска

Во время ходовых испытаний, проводившихся на проселочной дороге, средняя скорость танка составила лишь 17,45 км/ч. Связано это было с тем, что проселок был покрыт глубоким слоем грязи. Двигаться приходилось в основном на 3-й передаче, расход топлива при этом составил 300 литров на 100 километров. СУ-76М в тех же условиях потребляла 215 литров на 100 километров и имела среднюю скорость 16,2 км/ч. Справедливости ради следует помнить, что М24 был тяжелее советской САУ более чем в полтора раза, так что более высокий расход топлива вполне объясним. Еще одной причиной увеличения расхода топлива было названо использование демультипликатора с механическим переключением. Для сравнения, имевший боевую массу 15 тонн легкий танк М5А1 расходовал на 100 километров 197 литров, но и ехал он по сухому проселку.

Еще одним фактором, повлиявшим на расход, стали проблемы с двигателями М24. Вследствие ослабления затяжки силовых шпилек головки блока происходило постепенное прогорание прокладки левого двигателя. Кроме того, засорился фильтр топливоприемника и нарушилась регулировка тяг переключения демультипликатора. Имелись проблемы и с ходовой частью: на 396-м километре испытаний отслоился бандаж опорного катка с правой стороны. В общей сложности на ремонт различных неисправностей ушло больше недели.

Испытания на преодоление косогора

Испытания на преодоление косогора

Испытания по преодолению препятствий показали, что на грунте без дерна максимальным преодолеваемым углом подъема для М24 стал угол в 30°. Более крутой подъем с 1-й передачи не давала преодолеть пробуксовывающая гидромуфта. Предельным углом крена стал угол в 32°, далее танк сползал. Испытания показали, что минимальный радиус разворота танка составляет от 5 до 5,35 метров.

Крайне любопытными оказались и испытания на разгон. Сравнивались динамические характеристики М24 и GMC T70. Выяснилось, что для достижения скорости 16 км/ч легкому танку требуется 23 метра, а 32 км/ч – 80 метров. Те же самые показатели для легкой самоходной установки составляли 180 и 360 метров соответственно. И это при значительно более мощном двигателе!

Одним из выявленных дефектов стало отслоение бандажа одного из опорных катков

Одним из выявленных дефектов стало отслоение бандажа одного из опорных катков

Испытания вооружения показали, что при стрельбе из орудия у танка наблюдается хорошая устойчивость. Это предопределило и довольно высокую кучность. Прицельная скорострельность составила 9–10 выстрелов в минуту, снижавшаяся до 7,2–7,7 выстрелов в минуту при использовании укладки под сиденьем командира. В ходе испытания при движении на скорости 11–13 км/ч меткость стрельбы без стабилизатора составила 30–40%, а на скорости 24–26 км/ч – 10–20%. При включении стабилизатора меткость вырастала до 70–80%.

Что касается конструкции 75-мм орудия M5, то в нем специалистов заинтересовало, прежде всего, устройство противооткатных механизмов. А вот характеристики бронепробития показались испытателям недостаточными. Борт тяжелого немецкого танка Pz.Kpfw. Tiger Ausf. E снаряд M61 пробивал на дистанции 500 метров, а борт среднего танка Pz.Kpfw. Panther – с 1500 метров. Довольно любопытными оказались результаты испытаний на загазованность боевого отделения при стрельбе. Как выяснилось, вентилятор не способствует уменьшению загазованности, а действует скорее даже во вред в виду создаваемых завихрений воздушного потока. Самым лучшим «вентилятором» оказались работающие двигатели танка.

Недооцененный танк

Финальный вердикт по итогу испытаний американского танка отказался весьма неожиданным. Испытатели НИБТ Полигона признали Light Tank M24 не отвечающим современным требованиям. Прежде всего, это касалось мощности вооружения и толщины брони, составлявшей всего 25–38 мм. Заключение получилось, мягко говоря, весьма спорным. Оно, впрочем, легко объясняется крайне специфическим взглядом советских военных на то, каким должен быть современный легкий танк. Достаточно сказать, что еще в марте 1944 года они требовали легкий танк с лобовой броней, достигающей толщины 90 мм, а также вооружение в виде 85-мм пушки. Получившийся «легкий танк тяжелого бронирования» к лету 1945 года выглядел еще более жутко, особенно с точки зрения брони. Простая истина, что легкий танк предназначен слегка для других целей, чем средний или тяжелый, пришла в голову далеко не сразу – к концу 40-х годов.

Что же касается «не отвечающего современным требованиям» Light Tank M24, то его карьера продлилась несколько десятилетий. Танк состоял на вооружении армий более двух десятков государств и активно применялся в ряде послевоенных конфликтов.

Несмотря на столь разгромный вердикт, определенное влияние на советскую танковую программу М24, а точнее – самоходная установка на его базе, все же оказала. В конце января 1945 года в ГБТУ КА поступила информация о 40-мм зенитной самоходной установке GMC M19. Эта машина была разработана 1943–44 годах на переделанной базе легкого танка M24. Изюминкой этой ЗСУ было наличие спаренной установки 40-мм зенитных автоматов Bofors. Благодаря «спарке» повышалась плотность зенитного огня.

Как раз в начале 1944 года шли подготовительные работы к запуску в серию советской зенитной самоходной установки ЗСУ-37. В какой-то момент возникла здравая идея переделать ее по типу M19. Правда, ЗСУ-37 имела долгую и довольно несчастливую судьбу, за 1945 – 46 годы завод №40 с трудом смог выпустить 75 таких установок. Идею модернизированной по американскому подобию установки в итоге похоронили. Тем не менее, концепция GMC M19 все же серьезно повлияла на развитие отечественных ЗСУ.

Источники:

  • Материалы ЦАМО РФ

Источник: http://warspot.ru/9254-test-drayv-na-izlete-lend-liza

Подписаться
Уведомить о
24 Комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Reset Password
Compare items
  • Total (0)
Compare