Банальные: «кто виноват?» и «что делать?» Часть 3. «Кто ничего не боится, тот долго не живёт». (Один из основополагающих законов природы).

5
1

Банальные: «кто виноват?» и «что делать?» Часть 3. "Кто ничего не боится, тот долго не живёт". (Один из основополагающих законов природы).

Часть 3. «Кто ничего не боится – тот долго не живёт». (Один из основных законов природы).

 

Ну вот, собственно, мы и подошли непосредственно к АИ. Правда, пока, тут будут явно преобладать общие положения (скорее пожелания). Но совершенно необходимые! Про технику и прочее – в следующих частях (эта и без того получилась длинной).

Предварительное предостережение: тех, кто любит покритиковать лишь с одной целью — чтоб напомнить всем, кто здесь «самый начитанный», либо кто тут, типа, «самым умный», сразу же «посылаю»… самопиариться сугубо в СВОИХ статьях. Адекватным же коллегам, предлагаю спокойно, без понтов, высказывать в краткой форме своё мнение, без тонн общеизвестной, либо вообще не относящейся к теме, а тем паче, допускающей многие толкования, макулатуры и навязывания своего «единственноправильного» мнения. За ссылки на полезную информацию (без хамского мусора), буду премного благодарен.

Это что касается отсылок к РИ. Что же касается уже сугубо АИ, я и не скрываю, что это уже чистое «фэнтези». Альтернативно-историческое фэнтези и любой царь здесь – «не настоящий!».

Итак. На дворе 17 мая 1940 года. День, когда в ГШ РККА доподлинно узнали, что немцы прорвали оборону французов и вышли на оперативный простор.

АИ маршалы Шапошников (к мнению которого, как утверждают, Сталин обычно прислушивался – перед финской кампанией не прислушался и чем это обернулось?) и Тимошенко (тот самый, которому пришлось в той же Зимней войне исправлять положение), задвигают куда подальше все свои личные инстинкты самосохранения ради инстинкта самосохранения страны в целом, и чётко и прямо ставят политиков (Сталина, Калинина, Молотова, Булганина и т. д.) перед фактом: Франция, с большой долей вероятности, на грани краха и если в ближайшие несколько дней прорыв не удастся «купировать», дальнейшее сопротивление будет лишь растянутой во времени агонией. Т. е. теперь, мы, АБСОЛЮТНО НЕИЗБЕЖНО, очередная жертва уже в следующей кампании Вермахта. Начаться она может либо этой осенью (не позже октября – смотря, сколько времени ещё французы будут сопротивляться – дай Бог, как можно дольше – если продержаться хотя бы до июля, в этом году Вермахт на восток уже точно не попрёт – банально не успеет!), либо (тогда уж наверняка!) следующей весной (не позже начала лета). И, либо давайте все ресурсы страны направим на подготовку к отражению этой, ЕЩЁ РАЗ, специально для особо… «миролюбивых» НЕИЗБЕЖНОЙ (!) агрессии, либо нам всем будет просто п****ц. Грубо. Без политкорректности. Вы же товарищи КОММУНИСТЫ. Должны понимать и называть вещи своими именами. Никаких серьёзных переговоров, способных действительно предотвратить войну, Гитлер с вами вести не будет. Он жаждет этой войны с момента написания «Майн Кампф» и он к ней УЖЕ готов. Все политические игрища отныне – сугубо лицемерие и стратегическое прикрытие. И вы прекрасно знаете, что Гитлер делает с коммунистами.

Вот и решайте. А то, что решать надо было «уже вчера», и теперь, мы даже на самом предельном форсаже, дай Бог, успеем подготовиться только по минимуму – это мы вам, как самые авторитетные военные в стране, с сожалением констатируем и на том, мы же, как оба бывшие царские офицеры говорили прежде: «честью клянёмся и крест целуем», ну или по-теперешнему: «клянёмся партбилетами»!

Не прислушаетесь, не воспримете наше предупреждение всерьёз – вот наши драгоценные партбилеты и… рапорты об отставке. Лучше уж поставить на своих мирских жизнях крест, переодеться в сермяжку, отрастить бороды и отшельничать, замаливая наши общие грехи по скитам, гденить в предгорьях Урала, без связи с «большим миром», чем каждый день слушать сводки, в которых нашу страну топчет сапог германского нациста. Причём исключительно по нашей же (точнее, ВАШЕЙ) наивности и нерасторопности… Так что молиться придётся много. За каждого невинно убиенного…

Напомню – это АИ-фэнтези и инстинкт самосохранения у высшего командования РККА демонтирован и принесён в жертву инстинкту самосохранения СТРАНЫ. Политики же, ТУТ, сплошь не питающие иллюзий реалисты (все как один бывшие революционеры и потому прожжённые материалисты), избавленные от подцепленной ими где-то в лаврах победителей срамной болезни: «верю только в то, во что хочу верить» и убеждённости в собственной непогрешимости. В общем – это голимая фантастика. Увы и ах…

Вопрос о немедленном вступлении в войну на стороне Франции, чтоб не допустить её разгрома, не обсуждался и даже не поднимался – поздно. К такой серьёзной «акции», готовить армию, да что там армию, СТРАНУ (!), надо было ещё с момента объявления Францией войны Германии (с 3 сентября 1939 года), глубоко наплевав на всю, пока (!!!) шкурную политику западных союзников. Просто на всякий случай. Готовиться, готовиться и, параллельно, ждать (как тигр в засаде), пока их не припечёт так, что они за наше своевременное вмешательство, готовы будут пойти на любые наши условия – благо, кинуть нас, они уже никак не смогут – у Гитлера к Франции столь мощный гастрономический интерес (помноженный на унизительный Версальский мир), что любая удовлетворяющая Адика сепаратная сделка, для французов, будет абсолютно равнозначна безоговорочной капитуляции с глобальными материальными, политическими и географическими потерями. Фюрер германской нации ЛЮБОЙ вопрос решал «окончательно».

Уж мы бы тогда надиктовали союзничкам условий… Вот только при этом нельзя забывать, что воевать мы будем не за Францию, и даже не за пунктики тех вкусных условий, а прежде всего за себя родимых, чтоб огонь и смерть бушевали в той же Франции, в Польше, вообще где угодно – лишь бы подальше от СССР. И воевать именно за это, стоит! Это в любом случае в тыщу раз лучше, чем как тупому идиоту сидеть, улыбаясь в сторонке и радостно потирать потные от страха ладошки, ловя свой маленький кайф от того, что немцы сейчас так лихо громят не нас, а «подлых» союзников, а потом, с той самой, тупой, но уже разбитой в мясо мордой, жирно умываться своей же кровью, наблюдая как немец превращает в пепелище уже нашу страну и несколько лет к ряду, тащить на себе всё тяжелейшее бремя самой страшной в истории человечества войны.

Но, то время уже бездарно упущено. И не только нами! Я легко могу понять, почему французы хоть и объявили войну напавшим на Польшу немцам, но от немедленного наступления воздержались – союзные англичане пока могли оказать только моральную поддержку, да и французская армия тоже ещё не была готова к серьёзному наступлению. Тем более что поляки сами первыми продали в 1934-ом году союзную им тогда Францию, переориентировавшись в своей политике с совместного с Францией сдерживания Германии к союзничеству с Гитлером. Так с какой стати, французы должны были в одиночку нести неоправданно большие потери в поспешном и плохо подготовленном наступлении, за «продажную девку» Польшу? Пусть поляки держатся и обескровливают Вермахт, пока мы и англичане тщательно не подготовимся! Вот только поленьев и на две недели организованного сопротивления не хватило. Не подумали тогда, глупые лягушатники, что атаковав практически беззащитную с запада Германию, они воевали бы не только и не столько за когда-то изменившую им потаскушку Польшу, а прежде всего за СЕБЯ. За свою Францию.

Тоже самое и сейчас – только у конченого идиота может в его сморщенном можжечке зудеть глупость, что атаковав Германию с востока после 15-го мая 40-го (когда Германия вложила в то наступление едва не все свои силы, а французская оборона с треском лопнула и спасти её могло только очередное чудо с востока), РККА начала бы «таскать каштаны из огня» для лягушатников. На самом деле, мы воевали бы не за Францию, а за СЕБЯ, чтоб не случилось того страшного 22 июня 41 года, чтоб немец не застал нас врасплох, не дошёл до Ленинграда, Москвы, Сталинграда и Кавказа. Чтоб воевали мы с ним «не на жизнь, а на смерть» не на полях Украина, Белоруссии и России, а в Польше! Причём без участия на стороне Германии на Восточном фронте Румынии, Финляндии, Испании, Италии и прочих. Не исключено, что Румыния, воевала бы уже на нашей стороне, отвлекая на себя ту же Венгрию. Т. е. в Европе, был бы уже абсолютно другой расклад!

Кто всего этого понимать из принципа не хочет – либо дурачок, не способный подняться выше устаревших штампов в своей тыкве, либо пособник Гитлера, мечтавшего разбить всех своих врагов поодиночке.

Но, увы, «золотое» время для подготовки, по крайней мере, мощного «авангардного» корпуса, типа того, что мы подготовили к концу июня для возвращения Буковины и Бессарабии (32 стрелковые, 2 мотострелковые, 6  кавалерийских дивизий, 11 танковых бригад и 3 бригады ВДВ) было бездарно упущено. Кстати, никого не удивляет, что после капитуляции Франции 22 июня, уже 28 июня – т. е. спустя всего неделю, у СССР вдруг появилась пусть и импровизированная, но довольно мощная ударная группировка? Может Сталин вовсе не собирался равнодушно смотреть, как немцы громят Францию, а просто НЕ УСПЕЛ её спасти, поскольку для этого группировка требовалась «чутка» посильнее и минимум на месяц раньше?

В АИ, боевые возможности РККА Тимошенко с Шапошниковым оценивают более трезво и понимают, что не смотря на стремительный рост своей численности, к такому подвигу прямо сейчас, она совершенно не готова (Сразу вслед за «авангардом», должен следовать главный «эшелон» которого у нас точно нет! И успеть его подготовить должным образом, решившись на акцию только после прорыва немцами французского фронта, у нас уже никак не получится (мы просто не успеем)). Немцы ещё 15 мая прорвали фронт французов между Седаном и Намюром, и пока мы отмобилизуем армию, развернём войска, создадим и сконцентрируем в нужных локациях ударные группировки (хотя бы в объёме того самого «авангардного корпуса»!), всё уже может быть кончено. Мы слишком долго «спали». А ведь могли… начав непосредственную подготовку 3.09.39 г.

Маршал Ворошилов передал в наследство маршалу Тимошенко «армию мирного времени» и чтоб сделать из неё способную «к большим свершениям» (например, чтоб остановить полномасштабное вторжение Вермахта) «армию военного времени», потребуются годы! Если нам их дадут! И ускорять этот процесс методом «шоковой терапии», бросаясь в плохо подготовленную авантюру – ни РККА, ни страна в целом, сейчас совершенно не готовы. Мы уже потеряли более чем полгода и терять время и дальше, просто преступно.

Зато, предельно чётко и ясно понимая, что упредить немцев в развёртывании, мы, скорее всего не сможем (Тимошенко в данной АИ более реалист), даже при полной мобилизации транспорта и хорошей (для нашей страны, разумеется) организации, вследствие скверной логистики, и с не меньшей очевидностью понимая, что немцы наши приготовления так или иначе будут отслеживать, нам надо не скрывать свои приготовления, чтоб их не «спровоцировать», а напротив, чтоб не дай Бог не затормозить подготовку РККА к войне, форсировать все работы, смачно нахаркав на все «опасения» подлой вражины.

Ведь немцу, по большому счёту, дико фиолетово, что и как мы там у себя «успеваем» — сейчас они полностью «увлечены» Францией, да и потом их будет занимать исключительно их собственное сосредоточение, их подготовка к вторжению, главный сдерживающий аспект которого – строжайшая секретность, прежде всего от АНГЛИЧАН. Пронюхай те, что Вермахт, забив на «Морского льва», переключился на восток – и у Гитлера не останется ни малейшего шанса склонить лайми к выгодному, прежде всего для Германии, миру, чего он так хочет. (Эти влажные иллюзии у Гитлера кончились только после провала миссии Гесса в мае 41-го – не потому ли, именно тогда, осознав, что на мир британцы не пойдут, он и начал уже ничего не скрывая, перебрасывать танковые дивизии к советской границе?).

Мы тоже, разумеется, не должны на каждом углу кричать, что начали самую активную подготовку к войне с Германией. Зачем кричать? Кричать не надо. Надо это просто делать. Маршал Тимошенко (со товарищи по НКО) много чего предлагал, но решал всё в конечном итоге Сталин. И в промышленности, и в армии, и в политике.

Вон, мы-ж решили вернуть отторгнутые Румынией под шумок очередной русской смуты Бессарабию и Буковину – так чем не повод начать призыв резервистов (причём не ограниченный, а сразу, по всей стране и во все округа) и форсировано начать формирование мощных армий на южном направлении? Если уж Сталин решил ссориться с румынами – так хоть со стратегической пользой на вполне конкретную перспективу!

А мог НЕ поссориться, чтоб «одним врагом меньше»? Если бы мы атаковали Германию после того самого 15 мая 40-го – вполне. А теперь – уже нет. Увы. После поражения англо-французов, Румыния оказалась в одиночку зажата в кольце врагов (которым всем была должна) и СССР далеко не единственный, кто поспешил удовлетворить свои территориальные претензии. Верни мы своё или нет – это уже ничего бы не изменило – венгры так «пощипали» Румынию, что на смену слабому правительству неизбежно пришло бы всё то же «сильное» в лице друзей Гитлера Антонеску и «железной гвардии», ссориться с которыми можно смело и на всю стратегическую глубину – хуже уже всё равно не будет. Румыны в РИ в войну ввязались вовсе не ради возвращения Буковины и Бессарабии (это была только игра на публику). Гитлер купил их с потрохами, пообещав едва не всю территорию Одесского военного округа (без Крыма, разумеется, который фюрер мечтал превратить в шикарный курорт для своих «зольдатен»).

Тоже самое касается и нашего северного фланга. После разгрома западных союзников (чему мы так опрометчиво попустительствовали), никакими мерами мы не отвратим от союза с Гитлером финнов, увидевших свой исторический шанс построить «Великую Финляндию» за счёт обещанных Гитлером территорий Карелии, Ленинградской, Мурманской, Вологодской и Архангельской областей.

Да, на настоящий момент, между СССР и независимыми Литвой, Латвией и Эстонией действуют договора о совместной обороне, позволившие разместить на их территориях 20-25 тысячные контингенты советских войск. Но! Во всех этих странах националисты даже не скрывают свою патологическую антироссийскую/антисоветскую направленность и готовность в случае кризиса в советско-германских отношениях незамедлительно встать на сторону Германии. И нынешние правительства этих стран вполне разделяют эту «идею». Тем более для надёжного прикрытия направления, тех 20-25 тысячных контингентов явно недостаточно. Мы что их там, сугубо на убой разместили?

Поэтому, используя все эти негативные моменты как предлог, мы, как и на южном направлении, можем начать процесс форсированной накачки нашей армии, параллельно со вполне РИ политическим давлением на эти страны.

Что касается Белоруссии и северной части Украины. Да. Тут у нас поводов для форсированного усиления группировок вроде как и нет, но что нам мешает развернуть там грандиозное ОБОРОННОЕ строительство? Не дурацких, отлично просматриваемых и простреливаемых вдоль и поперёк с сопредельной территории пограничных УРов «Линии Молотова», а глубокоэшелонированной полевой обороны вдоль естественных (прежде всего водных) преград, на расстоянии от границы гарантирующем, что никакие внезапные артналёты нам не грозят.

Чем раньше начнём – тем лучше! Причём мы даже скрывать свои приготовления не будем! Напротив – если немцы о них что и пронюхают – это только на пользу! Пусть видят, что мы готовимся к ОБОРОНЕ и  ПРИВЫКАЮТ. А видя нашу активность в накачке армии, Гитлер будет вынужден усиливать свою восточную группировку в ущерб западной. Хрен знает, сколько ещё там Франция протрепыхается! Пусть Адик нервничает, оставляет как можно больше войск на востоке и сам вкладывается в оборонное строительство! Мало ли, что там у Сталина на уме! Повторяю — мы будем укреплять свою ОБОРОНУ! Не формально, а практически. Никакого блефа. Никаких полумер. Это, безусловно, очень поможет нам в будущем и, кто знает, может хоть как-то успеет помочь французам? У Гитлера конечно много войск в той или иной степени боеготовности, но если он, хотя бы часть боеготовых дивизий отправит на востоке (или хотя бы просто оставит в Германии) в ущерб армиям, воюющим во Франции – это уже хорошо. Пусть потенциальный восточный фронт работает, даже не стреляя!

И пусть товарищ Молотов сегодня же вызовет посла Франции для… да просто поболтать о погоде и выразить ему самое искреннее сочувствие по поводу прорыва фронта. Заодно, как бы невзначай, попробует выведать, какими вообще силами, по мнению французского Генштаба, Вермахт оперирует в этой кампании – типа сугубо для «общего развития». Но пренепременно надо сделать так, чтоб об этой внезапной встрече и об этом конкретном вопросе, узнал Шулленбург и немедленно доложил Риббентропу. Пусть Гитлер придержит в Германии последние резервы Вермахта – чисто на всякий случай! Вейган – лови конфетку!

В общем, мы и политику ведём и готовимся. Намного активнее чем в РИ и без тормозящей дело суперсекретности. А после капитуляции Франции, делаем всё ещё быстрее! Ведь есть очень небольшая вероятность, что уверовавший в свою гениальность Гитлер, кинется разворачивать боевые действия против СССР в этом же году – покончив с Францией. Поэтому, с лета и до середины осени 40-го мы на том самом заполошном суперфорсаже, о котором я говорил выше.

Осенью, когда стало окончательно ясно, что в этом году войны не будет, никто не расслабляется и все приготовления идут по прежнему, в самой форсированной форме (по крайней мере те, что можно делать в зимнее время). Понятно, что немцы где-то что-то об этом узнают и реагируют соответствующе – их войска в восточной Польше тоже усиливаются и делают это, возможно, даже быстрее чем в РИ. Но особой спешки у них нет – для немцев главное – секретность и они знают, что начинать эту войну будут именно они. Да и наша логистика их логистике и в подмётки не годится. Даже если Сталин захочет напасть, это у него в любом случае получится очень плохо – завершив кампанию на западе, Германия имеет возможность провести сосредоточение быстрее на любом ТВД, на любом конкретном направлении! Тем более что Вермахт уже полностью отмобилизован.

Именно так это в АИ воспринимают в нашем Генштабе и поэтому армию готовят к войне не абы когда и не абы какой, а именно к той самой, которая неизбежно начнётся, как только сойдут снега и освободятся от грязи и просохнут дороги в западной части СССР – т. е. уже в мае. Это политики могут думать и рассчитывать на что угодно. На то она и политика. Армию однозначно надо готовить к войне, которая начнётся в МАЕ! (В МАЕ Карл!!!) А там, просто всеми наличными сетями ловить информацию о Вермахте, не фильтруя под внутренние убеждения, а обрабатывать всю, в соответствии с логикой и точной наукой аналитикой, делая правильные выводы о противостоящих нам силах, их намерениях и конкретной дате вторжения.

А учитывая, что с опорой на свою великолепную логистику немцы будут уже с мая готовы в любом случае, нам надо приложить ВСЕ СИЛЫ, чтоб быть готовыми настолько, насколько мы успеем – упирая не на «насколько успеем», а именно на «быть готовыми»! В общем, в мае, армия должна уже быть развёрнута и занимать в полной боеготовности позиции глубокоэшелонированной обороны. А МК (полностью укомплектованные, так же в полной боеготовности) сосредоточены на наиболее вероятных направлениях главных ударов Вермахта. В мае у нас уже должны быть ФРОНТЫ. Не бумажно-перспективные, на чём сгорел Павлов, а самые настоящие.

Да, нашим политикам и тем более хозяйственникам это очень сильно не понравится. От ситуёвины в РИ, иногда складывалось такое впечатление, что наши политики и военные просто договорились между собой, что будут готовиться к войне настолько активно, насколько смогут, не срывая преждевременно страну в гипермилитаризацию и не провоцируя немцев, и если нам удастся оттянуть начало войны и, соответственно, благополучно завершить все наши приготовления хотя бы к концу 1941-го, все будут «в шоколаде». А оказались в дерьме. Таком кровавом дерьме, что… Молодцы, что тут скажешь! Реалисты!

Так вот. Фронты у нас должны быть готовы согласно детально разработанным Генштабом, НКО и чётко реализуемым ПЛАНАМ уже к началу мая. Замена ключевых фигур в западных округах должна только подстегнуть этот процесс и существенно усилить слабые места (об этом позже). По факту, допустима задержка до конца мая. Не более! А потом, мы просто ждём информацию из посольств по всему миру, от разведки, перебежчиков и т. д. о конкретной дате вторжения. Конец мая, июнь, начало июля – уже не принципиально. Главное что мы не просто готовы, мы, получив уже совершенно неопровержимую информацию из нескольких источников (как это было в РИ 18.06.41 г.), незамедлительно приступаем к реализации давно подготовленного Плана войны. Тут и безотлагательное тотальное приведение всех войск всех фронтов в полную боеготовность, без всякой мути о «провокациях», с правом открывать «огонь из всех стволов» на поражение по первому выстрелу с той стороны. И официальное не «добро», как прежде, а конкретный ПРИКАЗ авиации и ПВО сбивать всё, что хотя бы пытается пересечь границу. И сигнал «работаем» для сапёров о минировании немногочисленных проходов в уже готовых минных полях, подрыве приграничных мостов и уничтожении вообще всей, ещё существующей по минимуму, инфраструктуры в «боевом предполье». И ещё много чего… А пока, вернёмся к реалиям.

Немецкая авиаразведка с зимы 40/41 тщательно отслеживала с воздуха всю нашу люто засекреченную (непонятно от кого) мышиную возню (вот бы кое кому всерьёз напрячься!), однако судя по высотам, с которых немцы вели ту авиаразведку (от 9 до 12 тыс. м), и тому факту, что они очень быстро потеряли стратегический интерес к приграничью и переключились с изначально заданной 300 километровой приграничной полосы, на значительно более отдалённые объекты (вплоть до крупных городов, транспортных узлов и промышленных объектов Поволжья – дальше банально технической возможности не было), интересовали их вовсе не какие-то конкретные оборонные работы зеков и солдат стройбата с топорами и лопатами у границы, а сугубо топография.

Убедившись, что и недостроенные приграничные и построенные на старой границе УРы – всего лишь редкая цепочка укреплений, которые «линиями обороны» даже назвать нельзя, их уже интересовали не столько наши оборонительные рубежи, сколько банальная география – наиболее удобные маршруты «дранг нах остен» очередного «Блицкрига» и их тщательное картографирование. Они же понимали, что коварный Сталин, своими «пятилетками», здорово поменял многие ландшафты, и карты времён Великой войны требуют детальной корректировки. О прорыве фронта немцы вообще не парились – с такими дырищами меж УР-ов – это не фронт, а отменный боевой опыт, чёткая организация и подавляющее превосходство на участках прорыва обещали быстрый успех. Привычный успех. Заслуженный успех. «Против лома – нет приёма».

А чего фрицам было опасаться? Вермахт к войне практически готов, а русские – хоть в лепёшку разбейся, напротив, традиционно к войне готовы не будут. Ну, не соответствует это ни русскому менталитету, ни русской логистике. Да и вообще, как думал Адик, «жидо-масонская совдепия» это не прежняя Россия, это всего лишь: «Колосс на глиняных ногах, который надо только подтолкнуть»…

Сейчас, всё «чутка» поменяется. А чтоб немцы не совали носы куда их не просят, новенький высотный истребитель-перехватчик МиГ должен при первой возможности доказать, что его стоит принимать на вооружение (самолёт как раз весной 40-го проходил испытания). Завалим (или хотя бы напугаем до усрачки) пару-тройку немецких фоторазведчиков, глядишь остальные и поостерегутся соваться.

В общем, в который уже раз (!), в АИ ФРОНТЫ строятся в самом энергичном темпе, чтоб уже к маю 41-го мы были, в общем и целом, готовы. Мы готовы. А как там с готовностью у немцев – даабсопох. Нам с ними тягаться, в плане развёртывания, нужды нет. Мы и без всякого соревнования, прилагая реально все возможные усилия (а не просто усилия, которые в РИ кое кому КАЗАЛИСЬ максимальными), готовимся к летней кампании. Неизбежной летней кампании. Самой страшной за всю историю страны летней кампании. И поэтому – полный карт-бланш от правительства. Срок – май – край. Кто не успел – будет наказан. Кто был недостаточно энергичен – будет наказан. Кто прижимал какие-то совершенно необходимые ресурсы – будет наказан. Будет вина условного Павлова в том, что его не округ – ФРОНТ (!) хоть в чём-то к тому самому маю не готов – не сносить ему головы. Шутки, наивность, благодушие и разгильдяйство, должны были резко кончится вместе с французской волей к сопротивлению.

Причём это касается не только армии! В РИ нам катастрофически мешали пробки из беженцев и отступающих войск, запрудивших дороги. Нам мешали семьи офицеров, висевшие гирями на шеях командиров. Нам не помогали, а мешали советские и партийные органы, озабоченные тотальной эвакуацией – точнее уже банальным драпом.

В данной АИ, эти проблемы решаются в обязательном порядке ДО мая 41-го. Вывезти в тыл все семьи военных, советских и партработников – это обязательно и однозначно! А по возможности, вообще все квалифицированные кадры, не подлежащие мобилизации. Не навсегда же – типа в командировку, либо в отпуска, сугубо на лето. Ведь ей богу есть куда! Кадров не хватает везде – частичная (на самом деле, в АИ – не такая уж и частичная!) мобилизация объявлена давно, призывники уходят на службу, люди нужны везде.

А ещё, командующие округами и специально назначенные ответственные товарищи из профильных наркоматов, обязаны своевременно организовать и к маю месяцу завершить вывоз в тыл из будущей прифронтовой полосы (от новой границы до линии УР-ов на старой границе) всё ценное имущество и гражданское промышленное оборудование до последнего верстака и напильника. Угнать общественный скот на «летние пастбища», как можно дальше на восток — хоть за Днепр. Передать в войска технику. Призвать в армию ВЕСЬ призывной контингент всех возрастов, разбросав его по всем округам. Перекроить, а где надо полностью перезаточить под нужды обороны системы связи, транспорта и самого народного хозяйства. Чтоб ничего лишнего. А то что есть – не болтается попусту, а работает на оборону. То, что работать на оборону не может, должно банально НЕ помогать наступать противнику. Если мы оставляем какую-то территорию в качестве предполья, там вообще не должно быть ничего кроме препятствий для развёртывания и передвижения войск противника. Не «выжженная земля», конечно (своя же всё-таки, а не какая-нибудь Польша!), но абсолютный логистический вакуум – однозначно! Ни линий связи или электропередач, ни дорог, ни мостов, ни рельсов/шпал – даже насыпей! Все хотя бы теоретически годные под аэродромы площадки – на практике, должны стать НЕ годными. Все эти меры обязательно оформлены юридически. Кто чем-то недоволен – вот ЗАКОН – будешь противодействовать или саботировать бездействием – в тайге много леса, а на Колыме золота! Кто что-то теряет – вот ЗАКОН – будет достойная компенсация. Но, потом.

Но, чтоб всё это успеть сделать, надо начать с чего-то конкретного. С плана, например… Очень подробного и предельно конкретного. Дабы имелось чёткое понятие, кому что делать и в какие сроки.

Уже с июня 40-го, прикинув, какими примерно силами немцы «причёсывали» Францию, ГШ РККА ДОЛЖЕН БЫЛ составить и представить в правительство утверждённый НКО документ – тот самый «План стратегического развёртывания ВС СССР на случай войны с Германией» который в окончательном виде, был в РИ завершён только 15 мая (МАЯ Карл!!!) 1941 года. Причём в нём вообще не стояло никаких сроков, никаких конкретных дат! Его даже Тимошенко с Жуковым (несомненно, одним из авторов), не подписывали. Так что, это скорее и не план был вовсе, а так, набор благих пожеланий… Благо, хоть что-то из него делать начали… вроде…

А ведь работа над этим советским планом возможной войны против Германии, была начата ещё, как утверждают некоторые историки, аж 16 августа 1940 года и потом ещё трижды план существенно корректировался (18 сентября и 5 октября 1940-го года, и 11 марта уже 1941-го – хотя, опять-таки некоторые историки считают вариант от 11 марта либо фальшивкой, либо частным планом, рассматривающим лишь один из нескольких, подготовленных к тому времени вариантов).

Все эти планы имели одну очень важную «фишечку» — они предполагали УПРЕДИТЬ немцев в развёртывании и нанести превентивный удар (радость любого «резуниста!»). Вот только то, что для ГШ (любой достаточно мощной армии мира) – штука абсолютно естественная, для наших миролюбивых политиков было априори неприемлемо. Поэтому никто этих планов войны на высшем уровне официально не утверждал и подготовка к их конкретной реализации, продвигалась лишь в рамках общего плана развёртывания армии на случай объявления мобилизации (МП-41 от февраля 41-го с планом мероприятий, растянутых на весь 41-й год). Вот и получилась такая фигня – страна к войне готовится – но, не готова. Армия к войне готовится – но, не готова. Ведь война началась в июне, а значит, тот наш МП-41 был выполнен ровно наполовину – тех самых полгода, увы, не хватило.

Немец начал своё наступление, а мы, вместо того чтоб встретить вторжение заблаговременно подготовленной глубокоэшелонированной обороной, пытаемся реализовывать разработки ГШ «упреждавшие» уже законченное немецкое развёртывание. А у самих в обороне – ни боеготовых сил в достаточном количестве (в самом важном округе Павлова по крайней мере), ни конкретных планов на ту ситуацию что приключилась – сплошные импровизации. Дык чего удивляться, что так всё печально сложилось? Кто виноват, что авиация в округе того же Павлова, боеготова могла быть только к концу сентября, а МК в большинстве только к 42-му? К тому же дислоцированы так, будто мы не обороняться, а наступать готовимся. А ответ-то прост! Нам не хватило полгода на подготовку. И у нас не было стратегического плана на ту войну, которую нам преподнесли немцы.

Всё это вместе называется БАРДАК. За который головой ответил… Павлов.

Мне одному кажется, что всё должно было делаться немножко иначе?

Возвращаясь к тому с чего начали: РККА в лице Тимошенко должна была предельно чётко поставить политическое руководство в лице Сталина перед фактом – не позже мая-июня следующего года германские войска атакуют СССР. Поэтому, необходимо немедленно начать подготовку к войне с Германией и разработку наиболее выгодных для РККА планов ведения этой войны. Естественно атакующих планов, упреждающих развёртывание Вермахта у наших границ и обеспечивающих захват нами инициативы в войне.

Товарищ Сталин, как бы ему это ни было больно и страшно, не играется как девочка в «верю-не-верю», а пораскинув мозгами, СОГЛАШАЕТСЯ с тем, что война неизбежна. Как проницательный и ответственный политик, он даже даёт добро на полномасштабную подготовку страны и армии к войне, но… Б…дь, б…дь, б…дь…(!!!). Только такой войне, когда мы, ни в коем случае не нападаем первыми! Да война. Да, любые ресурсы на подготовку. Но с нашей стороны, она должна начаться сугубо как оборонительная. Вот на второй и далее, какой угодно день после начала немецкого вторжения, когда станет ясно, что это не крупномасштабная провокация – полный карт-бланш! Делайте что хотите. Хоть на Берлин ускоренным маршем! А до того – ни-ни!

Ясно, что Тимошенко от такого: «вот это поворот!», в полном офигее и пытается объяснить на пальцах (б…дь, б…дь, б…дь!!!), что если немец наносит первый удар – у него априори стратегическая инициатива со всеми нехорошими, прямо вытекающими последствиями. Но, Сталин – политик, абсолютно непреклонен. От самого мелкой журнашлюшки до самого крупного политикана в мире, СССР должен быть жертвой! (И будет в РИ – да ещё какой!).

Дошло и до того самого кидания партбилетов на стол. И тогда, Сталин выдал свою очередную великую мудрость. К кампании 41-го, мы готовим всё, что надо для ОБОРОНЫ («Просите что хотите! Ни в чём отказа не будет!»). Пусть немцы нападают! Мы ОБЕСПЕЧИМ первый стратегический эшелон всем необходимым, чтоб он выдержал этот удар. А потом – контрнаступайте как хотите! А если удастся оттянуть начало войны до 42-го, наступать уже будем мы. Вне зависимости, начнёт Гитлер войну до того времени или нет. Именно к 42-му, мы уже в значительной мере перевооружим артиллерию, бронетанковые войска, авиацию. Да и экономику держать дольше на военном положении, бесконечно откладывая решение «главного вопроса внешней политики», будет уже для страны разорительно.

Да, в 41-ом нам будет тяжелее, чем если бы мы атаковали первыми, и потери будут больше. Но! Для всего мира не мы, а Гитлер будет агрессором, и мы будем лучше подготовлены к последующему контрнаступлению. И на сём дискуссии конец! Кому не нравится – партия предоставит возможность замаливать грехи в местах столь отдалённых, что мало не покажется!

Вот такая АИ, где и «волки (НКО) сыты и овцы (политики)» целы. В какой-то мере…

И с этого момента (пусть это будет 20 мая 1940 года) НКО начинает свой титанический труд по подготовке к ТАКОЙ войне. И начинаться он, естественно должен с того самого, абсолютно нового мобилизационного плана на КОНКРЕТНЫЙ срок с 1 июля 40-го по 1 мая 41-го (МП-40-41) и, разумеется «Плана стратегического развёртывания ВС СССР на случай войны с Германией». Между прочим, в АИ, и для военных и для политиков, не какой-то абстрактной и необязательной, а безусловно неизбежной, летней кампании 1941 года.

А пока те суровые документы ещё сочиняются, во многих округах начинается спешная реализация устаревшего МП-40, предусматривавшего развёртывание в корпуса дивизий т. н. «тройчаток» и, по мере их готовности, постепенная, дивизия за дивизией, переброска на запад. В том же июне принимается решение увеличить количество стрелковых дивизий с имеющихся 116 до 150 (в июле 40-го РИ, до 139). А чего мелочиться? Мобзапасов той же артиллерии (не говоря уже про стрелковку) у РККА почти по всем позициям достаточно для формирования более чем 200 стрелковых дивизий! Старый МП-40, по большинству позиций артматчасти уже выполнен. Не зря в 40-ом году РИ, решили приостановить производство некоторых видов артиллерии, чтоб сэкономленные средства направить на ускоренное производство ещё недостающих, плюс разработка и освоение в серии принципиально новых. (Дурачки до сих пор пищат о «предателе и вредителе» Кулике, якобы исключительно своей злой волей, снявшего с производства 45 мм и 76 мм орудия!).

В июле-августе, командиры корпусов и дивизий, их первые замы и начальники штабов вызываются в Москву, в ГШ, где проходят внеплановую переаттестацию и получают соответствующие её итогам назначения. Затем, экспресс курс очень подробных лекций по методам войны Вермахта. Все получают на руки пакеты самых новых (по противодействию «Блицкригу», обороне полевых УРов, ведению боевых действий с открытыми флангами, в условиях господства в небе противника, при отступлении, в окружении и при прорыве из оного… и ещё много чего), ещё не включённых в уставы наставлений для командиров всех уровней и специальностей в звене от корпуса и до самого низа и, само собой, свой участок обороны, после чего немедленно убывают на место предстоящего развёртывания. Приказ у каждого предельно чёток и ясен – к концу апреля, этот участок обороны дивизии/корпуса должен быть полностью подготовлен и оборудован в полном соответствии со всеми полученными наставлениями. Если специальная и, ну очень суровая комиссия Генштаба, выявит какие-либо серьёзные недостатки – статья за госизмену и пособничество врагу, будет вполне адекватной мерой наказания. А проверять подготовку, та комиссия будет каждые 3 месяца! Не реже!

Выслав предварительно вперёд все инженерно-сапёрные части для организации полевых лагерей, новенький корпус убывает в назначенный район дислокации, оставив на прежнем месте обитания дивизии «тройчатки» небольшой контингент кадрового командирского состава (преимущественно старших возрастов с опытом и стажем) и ВСЕХ срочников, которым предстояло уволиться этой весной. В АИ эту демобилизацию, в связи с начавшейся активной фазой войны в Европе, перенесли до того самого 1-го октября 40-го. Эти военнослужащие будут костяком новой дивизии, к формированию которой приступят немедленно!

Прибыв к новому месту назначения, дивизии тут же начинают строить прочную полевую оборону. Причём это не только траншеи полного профиля, блиндажи и ДЗОТы, это так же землянки, и в самом ближнем тылу: бараки, бани, кухни, конюшни, полевые мастерские, клубы и всё прочее для нормальной зимовки в поле – благо Зимняя война дала бесценный опыт, как это делается и организовывается. Боевая учёба (прежде всего оборона своего участка), проводится не только по уставам, но и по новым наставлениям, параллельно с работами по строительству полевой обороны. Маскировке придаётся первостепенное значение. А чтоб солдатики не роптали, испытывая все прелести зимней службы в поле, именно зимой (с ноября по март) по специальному графику, ВСЕ призывники, отслужившие более года, должны успеть побывать в отпусках. Хоть до 2/3 л. с. одномоментно! Заодно на продовольствии и тех самых бараках сэкономим! Зимой немец на Россию не полезет, а для солдатиков, это будет последний шанс повидаться с родными и закончить какие-то личные дела до начала войны. Для многих, увы – последний шанс в жизни.

Это тем более важно, поскольку осенью 40-го, выходит постановление СНК об увеличении срока службы ещё на один год, по которому, все те, кто уже отслужил своё и собирался демобилизовываться осенью, получают те самые месячные отпуска, после которых обязаны вернуться в расположение своих частей ещё на один год действительной срочной службы. Для тех, кто уже переслужил полгода (должен был демобилизоваться ещё весной), делается исключение – они, по своему выбору, могут, как дослужить оставшиеся полгода (демобилизовавшись летом 41-го – хотя понятно, что это уже навряд ли), так и опять-таки, взяв месяц отпуска, вернуться и служить уже тот самый, целый год. Этот закон, как исключение, будет иметь обратную силу, и касаться всех, кто отслужил своё, начиная с осени 39 года – с момента начала войны в Европе. Т. е. мы призовём, формально на годичную переподготовку, большой контингент уже подготовленных и, что важно, ещё не забывших приобретённых навыков, солдат и сержантов.

Вообще, убеждённое руководством РККА, советское правительство на максимальную глубину прониклось задачей отразить неизбежную агрессию и для её решения не жалеет НИЧЕГО, понимая – крах на фронте однозначно приведёт к таким потерям, по сравнению с которыми ЛЮБЫЕ, даже на сей момент кажущиеся просто фантастическими расходы на оборону – будут вспоминаться карманной мелочью на семечки… Тут ведь даже как-то особенно АИ-шно надрываться нужды нет – все в той или иной степени важность момента понимали – в РИ с 25,6 % госбюджета, направленного на оборону в 39-ом году, прямые и косвенные расходы на оборону в 1941-м планировалось увеличить аж до 43,3 % бюджета! При этом и сам госбюджет за те же годы вырос очень сильно! И, соответственно, бюджет НКО тоже рос стремительно. В абсолютных цифрах это выглядело так: в 39-ом НКО получил 39 млрд. рублей, в 40-ом 56 млрд. а в РИ 41-ом уже 82 млрд.

Спрашивается, почему этот 80-миллиардный форсаж не стартанул ещё летом 40-го, как некий ОСОБЫЙ план по экстренному усилению армии, в рамках того самого «Плана развёртывания…», без которого нам уже следующим летом кирдык? Понималки важности момента не хватило? Ждали, когда война начнётся? А о том, что может оказаться банально «поздно пить боржом» не подумали?

И почему только 43,3 %? Гитлер уже с 39-го тратил на Вермахт более 50 %. Или мы выиграть эту проклятую войну хотим меньше? Скорее мы просто как малые дети, сами для себя решили, что мы и так делаем всё возможное и больше уже некуда! Эх, война всем покажет, насколько наивны мы были в этом своём заблуждении! (Некоторые умники и тут, на сайте, заблуждаются аналогичным образом, приводя списки РИ мероприятий, направленных на усиление обороны с лета 40-го, наивно считая, что это и есть предел наших возможностей – хотя простого сравнения с тем, что началось после 22 июня, достаточно, чтоб понять – мы, до начала войны, делали для усиления обороны В ПРЕДДВЕРИИ НЕИЗБЕЖНОЙ ВОЙНЫ, НЕДОПУСТИМО МАЛО. Мало войск подготовили и развернули, мало заводов и фабрик перевели на военное производство, мало предприятий подготовили к эвакуации на восток, мало запасли продовольствия, медикаментов, боеприпасов, ГСМ, стратегического сырья и т. д. Мало. Всего мало. Нужно и можно было больше. Намного больше! Поэтому начинать надо было не просто раньше, а намного решительнее.  Что толку от тех 303 дивизий (198 стрелковых, 61 танковая, 31 моторизованная, 13 кавалерийских) которые должна была получить РККА в соответствии с теми самыми РИ МП-41 и «Планом» от 15 мая 41-го, если к 22 июня не то что их все, даже дивизии первого стратегического эшелона должным образом укомплектовать не успели! И в итоге, уже в июне пришлось к тем недоукомплектованным и поэтому уже частично потерянным 303 ещё начинать формировать 18 СД, а в июле ещё 56 СД и 10 КД. Да и те нас не спасли. Формировали «конвейерным методом» ещё и ещё. РККА – наверное была единственной армией мира, у которой дивизии были расходным материалом.

Почему нельзя было тот МП-41 сверстать не в феврале 41-го, а сразу по итогам французской кампании Вермахта, ещё летом 40-го,  со сроком полного выполнения к 1 мая и опираясь на эти силы, создать реально сильный и полностью боеготовый первый эшелон, а к июню, привести в более-менее боеготовое состояние большую часть из тех 303 дивизий? Может тогда и кучу новых дивизий формировать не пришлось бы? Не понимали, что ли, наши руководители, с кем и когда воевать придётся? Причём с реальной перспективой воевать один на один или даже в одиночку против всех! Чего тянули?!

Ведь СССР не биржевая страна с рыночной экономикой и правительством, избираемым налогоплательщиками сугубо по безграничности декларируемого популизма. Любые средства и ресурсы Советского Союза могут быть перезадействованы в приказном режиме «ручного управления» без каких-либо «демократических» процедур. Форсироваться только было бы желательно пораньше. Жизненно желательно. Скажем, ещё с 1 сентября 39 года, увеличиваем долю военных расходов до 40 %, а после прорыва французского фронта, немедленно «поднимаем планку» до тех самых 50 %! (В РИ, СССР вышел на 52% только к июлю 41-го, когда начало конкретно «подгорать»).

Понятно, что были вполне определённые ограничения (бетон, арматура, гаубицы, солдатские кальсоны, бензин, тушёнка и прочие материальные ценности вдруг на свет не появляются), но есть, были, много областей, где банальные бумажные деньги можно печатать и вкладывать в те же организационные вопросы. В кадры. В вопросы управления.

Правительству нет никакой нужны отнимать деньги у врачей, учителей, рабочих на госпредприятиях. Зачем у кого-то отнимать, если их можно банально допечатать! Инфляция? Кто о ней вспоминает накануне ТАКОЙ войны! Посмотрите, насколько резко подскочил вверх в РИ бюджет СССР с 39-го по 41-й! Доходная часть только за один год выросла со 153 млрд. в 39-ом, до 174 млрд. в 40-ом (в 41-ом и вовсе до 191 млрл.!).  Промышленность, дать такой рост доходов за год, физически не могла. Росла, прежде всего, денежная масса! В АИ, эта самая «масса» вырастет ещё больше. А куда деваться?! Это НОРМАЛЬНО даже у капиталистов. В РИ, в том же 40-ом, бюджет по сравнению с 39-м, вырос на 21 млрд. А расходы на оборону увеличились только на 17 млрд. Т. е. государство вкладывалось и в гражданский сектор, который тоже уже готовился работать на оборону. И нам есть во что эти деньги вкладывать даже помимо создания дополнительных материальных ценностей.

В кадры, в смысле одного из мероприятий по воссозданию нормальной унтерофицерской касты, предложив выслужившим свои сроки солдатам срочникам жирные контракты на сверхсрочную службу. Понятно, что не навсегда – это жутко дорого, но на банальную «замануху» в последний предвоенный год (даже меньше) – можно и раскошелиться! Точнее «распечататься». А ведь хорошо подготовленный солдат-сверхсрочник – это практически готовый командир отделения, а после краткосрочных курсов прямо при своей же части – заместитель командира взвода или старшина роты. За такое удовольствие никаких денег не жалко – тем более что платить нам слишком долго и не придётся – ровно до официального объявления мобилизации. И если к тому времени мы получим много хороших комодов и старшин – уже хорошо.

Вопросы управления. Говорят, у нас, когда война началась, практически нигде даже нормальные полевые КП оборудованы не были. Ни на уровне дивизий, ни на уровне армий и даже фронтов. Говорят, Генштаб не велел переносить туда управление до специального приказа, либо до официального преобразования округов во фронты. В итоге, немцы благополучно разбомбили многие штабы «мирного времени», а КП военного у нас ещё не были должным образом оборудованы. Наверное, чтоб не провоцировать. Полевые КП – это же уже фронты. А фронты – это-ж голимая провокация! Поэтому, не было у нас тогда ещё никаких фронтов! Связь и управление многие старшие командиры потеряли? А что тут удивительного, если полевые КП управлять ЕЩЁ не могут, а прежние УЖЕ не могут, поскольку многих из них УЖЕ нет?

Сейчас никаких сомнений и колебаний – все полевые КП строятся и оборудуются. Вот тут секретность высочайшая! Причём на каждом уровне тех КП несколько! Запасные тоже пригодятся – противник не должен заранее обнаружить все и не должен знать, какой будет задействован в момент начала войны. Управление войсками во время учений, проводится исключительно с полевых КП. Тоже самое касается и полевых узлов связи.

Отлов шпионов и диверсантов в той самой прифронтовой полосе, должен стать одной из главных задач войск КНВД.

А ещё, деньги – это возможность пополнять стратегические запасы продовольствия, некоторых видов сырья и материалов, путём их банальных закупок у частника по привлекательным ценам.

Не забываем и о том, что просто перевод предприятия, занятого в гражданском секторе экономики на выпуск продукции военного назначения, тоже потребует не малых денежных расходов! А как же! Предприятие на какое-то время вообще перестанет производить хоть что либо, а зарплату всему персоналу вынь да полож! Да ещё и жирно премировать надо всех тех, кто этой «конверсии наоборот», особо поспособствует! И таких заводов, нам надо уже в 1940-ом начать переподчинять военным наркоматам и переводить на военные рельсы не единицы, а множество! Гораздо больше, чем в РИ! А это и технологии, и логистика, и кадры… Не говоря уже о начале скрытой эвакуации! Нет, пока не от наступающих частей Вермахта, а сугубо из-под возможных бомбардировок Люфтваффе.

В общем, даже если мы не можем удовлетворить резко возросшие запросы армии на продукцию госпредприятий (многие предприятия ещё надо для этого «перезаточить»), нам всегда есть на что с пользой потратить дополнительные деньги. Новый, альтернативный МП-40-41 штука чертовски дорогостоящая!

Вот и думайте товарищи Тимошенко (нарком обороны с 7 мая 1940 года) с товарищем Шапошниковым (начальник Штаба РККА до августа 40-го), КАК, начав без малейшего промедления ещё с лета 40-го, нам к маю 1941 года создать на западе ФРОНТ, о который обломают зубы те самые: «…до 173 дивизий, — из них до 140 пехотных, 15–17 танковых, 8 моторизованных, 5 легких и 3 авиадесантных…», (по Тимошенко).

В общем, эта альтернатива, теперь будет сводиться к двум аспектам, имеющим решающе важное значение:

  1. Сроки! Фронты должны быть созданы во всех смыслах (и матчасть, и личный состав, и оборонительные позиции, и дислокация частей, и логистика) к 1 мая 1941-го. Войска первого стратегического эшелона, непосредственно прикрывающие наши западные границы – однозначно и на 100 %! А к условному 1 июня, все войска и первого, и второго стратегических эшелонов (учитывая, что не имея такой малости как стратегическая инициатива, воевать без мощных резервов будет сложно), должны быть уже не просто на позициях, а полностью готовы выполнить любую поставленную боевую задачу (включая и возможность превентивных ударов). Желательно бы начать формировать и третий стратегический эшелон. Мало ли что…
  2. Силы этих фронтов должны соответствовать задаче УСТОЯТЬ.

Причём не «как-нибудь» и если «сильно повезёт», а с гарантией! Без этого всё будет просто за зря – немцы сделают именно то, о чём мечтали – разгромят наши основные силы уже в приграничном сражении и дальше, нам будет ещё более тошно, чем было в РИ. Если в РИ мы фактически потеряли нашу кадровую армию на Западном направлении в Смоленском сражении, из-за чего, как следствие, мы потерпели крах и на Северо-Западном и на Юго-Западном направлениях, то в АИ, где все усилия будут сосредоточены на «устоять», мы рискуем потерять кадровую армию уже в приграничном сражении – именно об этом мечтал Гитлер!

И это действительно большая проблема! Поэтому УСТОЯТЬ – задача, безусловно, главная. Доминирующая. Чтоб не рассыпаться, не слиться и не превратиться в мясо, которое Вермахт по пути к Москве, Ленинграду и Сталинграду будет, где быстро, где с натугом, но вполне успешно и смачно перемалывать в фарш, разрушая и обескровливая СТРАНУ. Надо добиться такого результата, чтоб не только мы, но и Вермахт, был в результате приграничного сражения так перемолот в пресловутый фарш, чтоб ни о каких «Блицкригах» уже и думать не смел. И если уж первый эшелон его не остановит, то второй эшелон должен доделать эту святую работу в любом случае!

Какие для этого нужны силы? Уже в первом эшелоне, по крайней мере, немцам не уступающие, а учитывая, что войну будут начинать они и стратегическая инициатива, соответственно в самом начале тоже будет у них – даже больше! Иначе – просто не устоять! Создав подавляющее преимущество на направлениях главных ударов, противник легко прорвёт наш, недостаточно плотный и глубокий фронт и… пиши пропало.

Поэтому, стрелковых дивизий должно быть как минимум не меньше и мы просто обязаны иметь мощнейшую механизированную составляющую для своевременного парирования прорывов.

Если, согласно доклада Тимошенко от сентября 40-го, немцами может быть сосредоточено у нашей границы до 173 дивизий, значит, нам надо минимум 180. Не размазанными по всей территории приграничных округов, а именно стоящих плотным, глубоким и прочным фронтом. Если у немцев до 25 танковых и моторизованных дивизий, мы обязательно выставим настолько мощную механизированную составляющую, какую только сможем себе позволить с учётом, что нужен большой резерв для второго эшелона. Да и на ДВ необходимо что-то оставить.

Но, о той самой «механизированной составляющей», в следующей части.

«Простенько и со вкусом». Самое обидное, всё это для Тимошенко и сменившего заболевшего Шапошникова в августе 40-го на посту начальника ГШ Мерецкова, не могло быть тайной за семью печатями уже как минимум с осени 40-го, и у НИХ (Тимошенко и теперь уже начальника ГШ с января 41-го Жукова), было достаточно времени на то, чтоб эту задачу решить. Но, не смотря на весь свой каторжный труд, не решили. Абсолютно точно – не решили. Достаточно вспомнить в каком количестве, как «хорошо» были укомплектованы и где дислоцировались дивизии РИ войск того самого первого стратегического эшелона, хотя все ресурсы для создания реально мощного первого эшелона у страны имелись и построить прочную оборону сам Бог велел. Но, они не построили. Не решили свою в этой жизни главную задачу, поскольку выполнить МП-41 ДО начала ВОВ не успели (да и вообще собирались ли – план-то на случай ВОЙНЫ!). Они. А расстреляли «стрелочника» Павлова.

Надо ж было хоть кого-то, чтоб и козёл отпущения был назначен и все концы в воду, и другие убоялись! А то, что Павлов НИКАКИМ фронтом командовать в принципе не умел – по фиг. То, что никакого фронта у него в принципе и не было – по фиг. То, что Жуков и Сталин были железобетонно уверены, что главный удар немцы будут наносить на Украине, а по факту, главный удар они нанесли как раз по округу Павлова, – об этой грядущей «маленькой неприятности», естественно даже не предупреждённого и соответствующими силами не обеспеченного – абсолютно по фиг!

Результат был совершенно очевиден и… неизбежен. И никакой военный гений, никакой сам «спаситель» Жуков, оказавшись на месте Павлова, НИЧЕГО кардинально не исправил бы.

Поэтому АИ – как попытка всё заранее исправить, хотя бы теории.

Следующая глава уже более конкретна — про ТАНКИ!

Подписаться
Уведомить о
81 Комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Альтернативная История
Logo
Register New Account
Compare items
  • Total (0)
Compare