15
8
Юрий Пашолок. Vickers Mk.E по-чехословацки

Юрий Пашолок. Vickers Mk.E по-чехословацки

Praga P-II, он же LT vz.34, первый чехословацкий легкий танк собственной разработки, запущенный в серию

Первоначальным планом для чехословацкой армии являлось создание легкого танка, близкого по характеристикам к Renault FT. Предполагалось получить двухместную боевую машину, вооруженную пушкой калибра 37 мм, но имеющую большую, нежели Reanult FT, подвижность. С этим и связано участие в чехословацкой танковой программе Йозефа Фольмера, который создавал колесно гусеничные танки серии KH (Kolohousenka, то есть колесно-гусеничный). Сотрудничал он с фирмой Breitfeld-Daněk (Breitfeld, Daněk a spol), которая приобрела лицензию на производство трактора Hanomag Z WD-50, на базе которого и разрабатывался KH-50. Между тем, во второй половине 20-х годов это был не единственный проект чехословацкого танка. В 1925 году Praga разработала артиллерийский трактор, получивший обозначение Praga MT. И если KH-50 являлся попыткой сделать танк из трактора, то в данном случае получилось ровно наоборот. Взяв за основу концепцию Renault FT, был сделан артиллерийский тягач. Правда, машина получилась не особо удачной, тем не менее, чехословацкая армия ее приобрела, Praga MT оказался в 51-м артиллерийском полку.

Praga MT, первая попытка создать на Praga легкий танк. Как и более поздний Praga YNH, машина чехословацких военных не заинтересовала

Praga MT, первая попытка создать на Praga легкий танк. Как и более поздний Praga YNH, машина чехословацких военных не заинтересовала

В феврале 1927 года был подготовлен проект танка, который носил то же обозначение. По сути, тот же Reanult FT, но меньше, и немного не от мира сего. При скорости в 15 км/ч он вообще никак не заинтересовал чехословацкую армию. Единственная ценность данной разработки была в том, что это первый проект чехословацкого танка собственной разработки. На этом Praga не успокоилась. В 1929 году фирма вошла в состав ČKD, таким образом, в одной лодке оказалось сразу два разработчика танков. Далее работы шли под эгидой Praga, хотя на самом деле там явно стал задавать тон другой коллектив. К тому моменту одну из главных ролей танковой программы ČKD стал играть Алексей Сурин, бывший офицер РИА, а затем Белой Армии. Работать на ČKD он начал в 1925 году, сначала по прямой специальности (Сурин был артиллерист), а с 1928 года стал трудиться уже по танковой тематике. С его непосредственным участием был разработан проект, получивший обозначение Praga YNH (Praga ÚV, то есть штурмовая машина Praga). Это была довольно самобытная машина, очень узкая, напоминавшая смесь концепции KH-50, Vickers Mk.E и Renault FT. Чисто гусеничный танк имел переднее расположение трансмиссии, но копированием Vickers Mk.E тут и не пахло. Машина получилась похожей только на саму себя. На ней предполагалось использовать мотор грузовика Praga N, экипаж состоял из 3 человек, а максимальная скорость составляла 25 км/ч.

Патент Алексея Сурина на ходовую часть, которую позже использовали на P-II

Патент Алексея Сурина на ходовую часть, которую позже использовали на P-II

Эскизный проект Praga YNH был подготовлен в январе 1930 года, но MNO (Ministerstvo národní obrany, Министерство Обороны Чехословакии) от реализации отказалось. Там всё еще пытались что-то получить что-то из концепции SKU (Střední kombinovaný útočný, или комбинированная ударная машина среднего класса). Так назывался наследник Kolohusenka, работы над ним запустили в 1929 году. Откровенно говоря, идея получилась так себе, потому как проекты Škoda и Tatra выглядели еще более сложными, нежели Kolohusenka. На этом фоне маленький танк ČKD выглядел вроде как менее перспективно. Надо сказать, что на ČKD не сильно горевали по этому поводу, поскольку там уже работали по танкеткам CL-P. Тем не менее, идея создания легкого танка никуда не делась. Прежде всего, это оказалось связано с затягиванием работ по SKU. К тому же в системе вооружений образовалась откровенная дыра. Средний танк вряд ли бы получился массовым, а танкетка точно не подходила на роль основной боевой единицы. На Škoda, правда, считали иначе, поэтому поначалу там пытались «вырастить» легкий танк из танкетки. Но идея оказалась так себе, поскольку броневая защита полутанкетки-полутанка MU-6 выглядела совсем несерьёзно. Да и на ČKD не сидели, сложа руки.

Опытный образец P-II, построенный осенью 1932 года

Опытный образец P-II, построенный осенью 1932 года

Неудача с Praga YNH заставила пересмотреть концепцию легкого танка. В результате появился проект танка, концептуально гораздо более близкого к Vickers Mk.E, но не более того. Фактически от Vickers Mk.E бралась компоновка ванны, размещение трансмиссии, отчасти подбашенная коробка. В остальном новый танк, работы по которому возглавил Сурин, был похож только на себя. Причины, по которым копировать конструкцию английского танка не стали, были вполне очевидны. Во-первых, силовая установка у английской машины была так себе, она имела склонность к перегреву, а просто так поставить свой мотор на ČKD не смогли бы. Во-вторых, с точки зрения боевого отделения английский танк выглядел совсем не шедевром. Как и с точки зрения отделения управления. Ослабленный лобовой лист подбашенной коробки — так себе преимущество. В-третьих, оба варианта (Vickers Mk.E type A и Type B) башен имели ряд недостатков. Наконец, на ČKD имелось достаточно талантливых инженеров, вполне способных сделать аналогичный танк, причем ни в чем не уступающий англичанину. Посему в 1931 году начались работы по машине, которая даже по ходовой части имела с Vickers Mk.E мало общего. За основу была взята концепция танкетки Carden-Loyd, которая получила совершенно новую подвеску, разработанную Суриным. На танк ставился 4-цилиндровый мотор от грузовика Praga N 21-й серии. При объеме, 6,09 литра он выдавал 62,5 лошадиные силы. При массе танка 7,5 тонн маловато, но при условии использования его как машины поддержки пехоты вполне достаточно. В связи с установкой данного мотора моторное отделение получилось совершенно иным, нежели у Vickers Mk.E.

Характерная для опытной машины конструкция орудийной установки. Она получилась неудачной, поэтому на серийных танках от нее отказались

Характерная для опытной машины конструкция орудийной установки. Она получилась неудачной, поэтому на серийных танках от нее отказались

Самобытным оказалось и отделение управления танка, и башня. Вполне логичным решением стало размещение в отделении управления двух человек — механика-водителя, а также пулеметчика, выполнявшего одновременно функции радиста. Правда, имелся один нюанс. Роль стрелка-радиста выполнял командир танка, который в боевых условиях перебирался в башню, становясь заряжающим. В чем был глубинный смысл во всём этом, надо спрашивать у MNO. Что же касается башни, то она однозначно создавалась на базе наработок Škoda. Правда, теперь у этой башни появилась кормовая ниша, которая использовалась для размещения части боезапаса. Также появилась смотровая башенка, в которой имелся специальный прибор для световой сигнализации. В качестве основного вооружения предполагалась 47-мм пушка Vickers, та же, что и на Praga YNH. Теперь она была спаренной со станковым пулеметом vz.24 (чехословацкая версия пулемета Schwarzlose по патрон 7,92 мм). Такой же пулемет был и в лобовом листе подбашенной коробки. Особенностью стало то, что пушка с пулеметом находились в единой орудийной маске, имевшей подвижность как в вертикальной, так и в горизонтальной плоскости. Данная идея была впервые реализована еще на Renault FT, а здесь она получилась в гипертрофированном виде.

Опытный танк с регистрационным номером 13.363 в ходе испытаний на территории Миловице

Опытный танк с регистрационным номером 13.363 в ходе испытаний на территории Миловице

В 1932 году проект был представлен VTLU (Vojensky Technicky Letecky Ustav, Военно-технический и авиационный институт). Там проект утвердили, но с рядом изменений. Прежде всего, это касалось вооружения. Вместо 47-мм пушки было решено использовать 37-мм противотанковую пушку A3, которую в тот момент проектировала Škoda (она же стояла и на танкетке MU-6). Громоздкие пулеметы vz.24 заменялись новым станковым пулеметом ZB-53, который разработал Вацлав Холек. В таком виде танк, утвержденный как P-II (Praga, танк категории II) запустили в работу. Машина получила регистрационный номер 13.363, готова она была к ноябрю 1932 года, то есть примерно в то же время, как и модернизированные танкетки P-I. Далее танк направили в Миловице на испытания. По состоянию на февраль 1933 года танк прошел 3400 километров без серьёзных поломок. Самое главное, что он гораздо лучше подходил на роль танка сопровождения пехоты, нежели всё, что на тот момент имелось у чехословацкой армии. Да и идейного прародителя этот танк тоже превзошел.

Первый серийный танк, построенный после принятия P-II на вооружение как LT vz.34. Этой машине предшествовали 6 танков установочной партии

Первый серийный танк, построенный после принятия P-II на вооружение как LT vz.34. Этой машине предшествовали 6 танков установочной партии

19 апреля 1933 года с ČKD был заключен контракт на производство 50 улучшенных P-II. Прежде всего, от опытного образца танк отличался измененной орудийной установкой. Предложенная ČKD конструкция орудийной маски получилась слишком уязвимой. Решение Škoda на MU-6 выглядело более удачным. Перерабатывалась смотровая башенка, которая получала более эффективные приборы наблюдения, усиливался ленивец, ставилась радиостанция. Впрочем, сильных отличий у серийного P-II от опытного образца не имелось. На решение о запуске в серию P-II повлияли не только результаты испытаний, но и ситуация у ближайшего соседа. В марте 1933 года прошли выборы в Германии, на которых победила NSDAP. Нацисты не скрывали свою риторику, а наличие этнической проблемы в Судетах являлось причиной потенциального конфликта. Посему и была форсирована программа по перевооружению чехословацкой армии.

Заложенные в LT vz.34 идеи стали основополагающими для танков ČKD

Заложенные в LT vz.34 идеи стали основополагающими для танков ČKD

Производство танков было организовано на площадях завода Praga в квартале Прага-Либень. Правда, при этом возникли накладки, связанные с поставщиком брони. В его роли выступал завод POLDI Hütte из города Кладно. Выяснилось, что качество поставляемых броневых листов было низким, броня получалась хрупкой и трескалась. Разразился скандал, а что еще хуже, проблемы с броней существенно повлияли на сроки поставки первых танков. По итогам первые 6 танков были сданы только 23 апреля 1934. Они также попали в Миловице, где начались войсковые испытания. Видя проблемы конкурента, на Škoda попытались подсуетиться, разработав танк Škoda SU, но машина получилась откровенно неудачной. Она уступала во всём, а главное, не соответствовала требованиям чехословацких военных. А вот с P-II ситуация оказалась иной. В ходе войсковых испытаний танк показал явное превосходство над танкетками P-I, которые приняли на вооружение как Tč vz. 33. Танкетки подвергли жесткой критике за слабые моторы, тесноту боевого отделения и слабую маневренность огня. А вот легкие танки выглядели вполне современными боевыми машинами.

Производство LT vz.34 на заводе в Прага-Либень, конец 1935 года

Производство LT vz.34 на заводе в Прага-Либень, конец 1935 года

В августе 1934 года, по итогам маневров в Миловице, был составлен большой доклад, ставший основополагающим для чехословацкой танковой программы. От танкеток было решено отказаться, а легкие танки распределялись по трем категориям. Всего их, в период с 1934 по 1937 год, предполагалось закупить 297 штук. P-II отнесли к категории II (лёгкие кавалерийские танки с бронёй 15 мм). Также появилась еще одна категория — II-a. Она обозначала лёгкие кавалерийские танки с лобовой бронёй 25 мм и бортовой 15 мм. Для сопровождения пехоты предназначались танки категории II-b, у них толщина брони должна была составлять 25 мм по периметру. Интересно, что официальное принятие на вооружение P-II состоялось только год спустя — 13 июля 1935 года. Танк получил обозначение LT vz.34 (легкий танк обр.1934 года).

Машины из 3-го танкового полка на параде в Праге, 1936 год

Машины из 3-го танкового полка на параде в Праге, 1936 год

Принятие на вооружение, впрочем, совсем не означало, что будут заказаны дополнительные танки. К середине 30-х годов возможности LT vz.34 выглядели уже довольно скромно. Самое же главное, что в работе находились танки других категорий. И если с II-b ситуация была не особо успешной, то летом 1935 года на испытания вышел легкий танк Škoda Š-II-a. И выглядел он явно лучше первенца ČKD. Кроме того, производство LT vz.34 шло весьма неспешно. Только 18 декабря в 1-й танковый полк, Миловице, поступили 6 танков LT vz.34 с регистрационными номерами 13.496–13.501 (не считая 6 танков первой партии с номерами 13.490–13.495). 8 января 1936 года в состав 2-й роты 2-го танкового полка, размещавшегося в Пршаславице, поступило 18 танков с номерам 13.502–13.519. Еще 16 танков оказалось в составе 3-й роты 3-го танкового полка, который формировался в Миловице, но в 1938 году его перевели в Мартин (Словакия). Данные танки имели регистрационные номера 13.520–13.533. Последней партией стало 6 танков с регистрационными номерами 13.534–13.539, они также ушли в состав 3-й роты 3-го танкового полка.

Захваченные немцами Tč vz. 33 и LT vz.34 из состава 2-го танкового полка, 1939 год

Захваченные немцами Tč vz. 33 и LT vz.34 из состава 2-го танкового полка, 1939 год

Надо сказать, что в MNO сидели мудрые люди, которые примерно понимали, куда дует ветер. Для середины 30-х годов LT vz.34 выглядел вполне адекватным танком, уступая разработкам других стран разве что в подвижности. Но чехословацкие военные понимали, что надо что-то более крепкое, причем понимание это появилось за два года до событий в Испании, где внезапно обнаружилась недостаточная броневая защита танков, страдавших от огня пуль со стальным сердечником, а также от крупнокалиберных пулеметов. LT vz.34 не был неудачей, скорее ступенькой к более совершенным боевым машинам. Данные машины вполне успешно использовались как учебные танки до появления более совершенных LT vz.35. Далее предполагалось использовать машины в качестве танков-разведчиков в пехотных дивизиях, но от данной идеи отказались. В 1938 году 3-й танковый полк убыл в Мартин, при этом в его составе имелось больше половины LT vz.34 — в общей сложности 27 штук. Остальные танки в марте 1939 года оказались захвачены немцами.

Словацкие LT vz.34 на учениях

Словацкие LT vz.34 на учениях

Подобно Tč vz. 33, легкие танки категории II оказались немцам попросту не нужны. Машины были уже не новыми, а их боевая эффективность низкой (хотя как сказать, Pz.Kpfw.II на фоне LT vz.34 выглядел весьма бледно). Машины направили на склады хранения, несколько увезли на выставки трофейной техники. А вот у танков 3-го танкового полка была иная судьба. Они вошли в состав матчасти словацкой армии. Применялись они как учебные машины, причем 18 машин находилось на службе, а еще 9 на складах. Позже число активно используемых танков выросло до 21, но не очень надолго. Почтенный возраст дал о себе знать: к 1 января 1942 года все машины данного типа были в нерабочем состоянии. 21 сентября 1944 года 10 танков было захвачено танковой дивизией Tatra, машины отправили на ремонт в Пльзень, на завод Škoda. Планировалось их передать хорватам, но плачевное состояние заставило от данной идеи отказаться. Башни использовали как огневые точки. Остальные танки были захвачены в октябре 1944 года, машины попросту сломались в пути. На этом карьера LT vz.34 закончилась.

Список источников:

  1. Czechoslovak Tanks 1930–1945 Photo-Album Part 1, Vladimir Francev, Karel Trojanek. — Capricorn Publications, 2013.
  2. forum.valka.cz
  3. Архив ČKD
  4. Фотоархив автора

источник: https://zen.yandex.ru/media/yuripasholok/vickers-mke-pochehoslovacki-6006db1994dcbd4ea6b34070

1
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
1 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
1 Авторы комментариев
W_Scharapow Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
W_Scharapow

Интересно.

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить