Юрий Пашолок. Полуфабрикаты из Рауэйя, или танки Кристи в Советском Союзе

16
9
Юрий Пашолок. Полуфабрикаты из Рауэйя, или танки Кристи в Советском Союзе

Юрий Пашолок. Полуфабрикаты из Рауэйя, или танки Кристи в Советском Союзе

Статья, приуроченная к 90-летию отправки в Советский Союз колесно-гусеничных танков M1940 Christie Tank, которые стали прототипами танков БТ.

Содержание:

То, что советские танки второго предвоенного поколения базировались на зарубежных конструкциях, никто не делает секретом. Так сложилось, что довольно резвый старт (создание МС-1) довольно быстро обернулся пробуксовкой танковой программы. Всё это накладывалось на то, что требования Красной Армии, предъявляемые к танкам, возрастали. Было это связано и с результатами первых маневров, в которых приняли участие Т-18 (МС-1), и получаемая информация о зарубежных боевых машинах. Время неспешных танков постепенно подходило к концу, уже к середине 20-х годов началась тенденция к росту скорости танков. Это понимали и в Красной Армии, тем более что концепция маневренной войны у нас развивалась довольно успешно. И в нее имевшиеся танки, а также те, что находились в разработке, не особо вписывались. Поначалу были попытки решить проблему своими силами, но в УММ (Управление Механизации и Моторизации), созданном 3 ноября 1929 года, трезво оценили возможности промышленности. А заодно оценили и то, что могут создать отечественные конструкторские бюро (а оно на тот момент было фактически одно).

Где-то на дороге между деревнями Бузланово и Поздняково

Где-то на дороге между деревнями Бузланово и Поздняково

Результатом стало то, что 20 января 1930 года было окончательно принято решение об отправке за рубеж специальной комиссии, которую возглавил И.А. Халепский, начальник УММ КА. Ее задачей стала закупка зарубежных танков, а также поиск возможностей для организации их производства в Советском Союзе. По этому поводу есть мнения вроде «зря это сделали, только навредили собственному танкостроению». Любителям подобных теорий рекомендую просто посмотреть итоги программ создания танка сопровождения Т-19 и маневренного танка Т-24. Машины уже устаревшие и не имеющие перспектив. Так что Халепский всё правильно сделал, тем более за рубежом, при подобном развитии событий, часто поступали аналогичным образом. Тем более что далеко не обязательно было копировать зарубежную конструкцию полностью.

Как раз в этом смысле показательна история колесно-гусеничного танка M1940 Christie Tank, два образца которого были построены для Советского Союза. Как раз в эти дни исполнилось 90 лет с момента, когда эти танки, наконец, сдали заказчику и они отправились в СССР. Даты разнятся — указывается то 24, то 28 декабря 1930 года. Так что нынешний пятничный материал посвящен прародителю БТ, второму по массовости советскому танку межвоенного периода. То, что происходило вокруг этих машин, во многом объясняет, почему БТ-2, первая серийная версия советского аналога танка Кристи, не была его прямым аналогом.

«Конструкция во многих частях весьма интересна и остроумна»

Из некоторых публикаций может показаться, что танк Кристи был закуплен случайно. На самом деле это явно не так, хотя такой машины и не было в системе вооружения Красной Армии, принятой в июле 1929 года. Согласно принятой системе, в Красной Армии предполагалось иметь колесно-гусеничную танкетку, 3-местный малый танк с 37-мм пушкой и пулеметом, а также 4-5-местный средний танк массой 15-16 тонн с 45-м пушкой. Прорабатывался вопрос и по большому (тяжелому) танку, но на тот момент еще не имелось четкого мнения. Так вот, в случае со средними танками предполагалось приобрести за рубежом колесно-гусеничный средний танк. При этом приоритетным являлся wheel-cum-track Light Tank Mk.I, опытный колесно-гусеничный танк, разработанный Vickers и проходивший у нас как «Виккерс 1927 г». Этот танк имел опускаемый колесный ход, подобную конструкцию можно видеть у нескольких фирм, но идея не прижилась. Но в справке, подготовленной 13 декабря 1929 года Б.М. Шапошниковым, начальником штаба РККА, значится и танк Кристи, причем сразу два.

wheel-cum-track Light Tank Mk.I, изначальная цель комиссии Халепского

wheel-cum-track Light Tank Mk.I, изначальная цель комиссии Халепского

Громкая демонстрация, которую устроил американский конструктор своему детищу, не осталась незамеченной. По большому счету то шасси, которое было построено U.S. Wheel Track Layer Corporation летом 1928 года, скорее являлось демонстратором технологий. В него Джон Уолтер Кристи вложил практически все имевшиеся средства, но цель, которую он преследовал, их оправдывала. На кону стоял контракт по выпуску 250 легких танков для американской армии. Light Tank T1E1, который разрабатывался в недрах Департамента Вооружений (главным разработчиком машины был Гарри Нокс, фигура малоизвестная, но для американского танкостроения ключевая), являлся единственным кандидатом на контракт. Производиться данная машина должна была силами James Cunningham Son & Co. Для второй половины 20-х годов Light Tank T1E1 был не самой плохой машиной, но ряд вопросов к ней имелось. Тем не менее, всё шло к тому, что данный танк станет основным для американской армии, его даже стандартизировали как Light Tank M1. Но тут на своем M1940 ворвался Кристи, которого уже списали со счетов. Даже самым ярым противникам американского конструктора (а нажил он их в Департаменте Вооружений много) стало ясно, что планы по закупке придется пересматривать. Но тут очень не вовремя случился финансовый кризис, в результате чего американская армия осталась без денег на танки. И как раз в этот момент комиссия Халепского подбивала планы по закупкам танков за рубежом.

Christie M1928, он же Christie M1940. Данный танк также значился в целях комиссии Халепского

Christie M1928, он же Christie M1940. Данный танк также значился в целях комиссии Халепского

Естественно, во многом то, какие танки комиссия Халепского закупила по итогам поездки, сильно отличалось от исходных планов. В их перечне значилось то самое шасси M1940, а также колесно-гусеничный танк M1927. Данная машина никогда не существовала в металле, Кристи ее разрабатывал для поляков, но дальше макета дело не пошло. Также значился легкий колесно-гусеничный танк T1E1, но на самом деле такой машины не существовало. С Light Tank T1E1 комиссия познакомилась, но быстро стало понятно, что она не стоит внимания. С французами договориться не удалось (у них интересовал Renault NC), а у англичан перечень закупленных машин сильно отличался от планов. Вместо колесно-гусеничной танкетки Carden-Loyd Mk.V приобрели более совершенную и чисто гусеничную Carden-Loyd Mk.VI. Вместо колесно-гусеничного среднего танка приобрели чисто гусеничный Medium Tank Mk.II*. Наконец, главной удачей стало приобретение Vickers Mk.E. Такой машины в планах вообще не значилось, но этот танк вполне вписывался в систему вооружения Красной Армии.

Таким "советский M1940" должен был быть по исходному проекту

Таким «советский M1940» должен был быть по исходному проекту

К моменту, когда комиссия Халепского прибыла в США, у Кристи уже были клиенты. Причем это были поляки, на тот момент Польша являлась наиболее вероятным противником СССР. И если с Vickers Mk.E первым клиентом стала советская сторона, то в случае с Кристи первыми оказались поляки. Как уже говорилось выше, для Польши строился танк M1927, но дело не продвинулось дальше макета. Снова переговоры возобновились в 1929 году, когда в США приехал Мариан Русинский, представлявший интересы Военного института инженерных исследований (WIBI). Он-то первым и узнал, что Кристи работает над полноценным танком, который базировался на конструкции Christie M1928 (так именовали M1940 американские военные). Естественно, данная информация оказалась крайне интересной. 26 февраля 1930 года в Рауэй (там располагалась U.S. Wheel Track Layer Corporation) прибыла делегация во главе с полковником Тадеушем Коссаковским. По итогам переговоров был заключен контракт на выпуск колесно-гусеничного танка, который также назывался M1940 Christie Tank (это, кстати, может сбить с толку, ибо под одним индексом скрывалось 2 танка). Сумма контракта оказалась не то, чтобы большой — 30 тысяч долларов США, а также 3,5 тысячи долларов запчастей. Срок в 90 дней выглядел для Кристи рискованным, учитывая дальнейшие события, вряд ли бы он в него уложился. К тому же поляки имели право оштрафовать Кристи на 10 тысяч долларов в случае срыва сроков. Одним словом, появление Халепского стало для Кристи очень интересным вариантом. Американская армия упиралась, не особо желая закупать танк, контракт с Польшей выглядел не более чем сделкой на пределе рентабельности, а вот советская сторона смотрелась весьма перспективно.

Договор на поставку Amtorg Trading Corporation двух танков, подписанный 28 апреля 1930 года

Договор на поставку Amtorg Trading Corporation двух танков, подписанный 28 апреля 1930 года

Первая встреча Кристи с Халепским состоялась 7 апреля 1930 года в Амторге (Amtorg Trading Corporation, через нее проводились сделки с американской стороной). Американский конструктор привычно пытался решить свои финансовые проблемы за счет нового заказчика. Привычным было и то, что Кристи заявил о наличии других контрактов, включая Японию (на само деле с японцами дело было раньше, и закончилось ничем). В общей сложности сделка оценивалась в 200 тысяч долларов, включая права на патенты, два образца танка итд. Но советская сторона была отнюдь не простаками, там уже были в курсе того, чего Кристи предлагал вместе с новыми разработками. Последовало несколько раундов переговоров. Наконец, 28 апреля 1930 года было подписано соглашение между U.S. Wheel Track Layer Corporation и советской Amtorg Trading Corporation. Кристи удалось немного «утрамбовать» по ценнику: танки так и остались ценой 30 тысяч долларов за штуку, еще 4 тысячи стоили запасные части, а 100 тысяч заплатили за патенты, плюс право лицензионного производства в течение 10 лет. Сроком изготовления танков указывалось 4 месяца. При этом Кристи очень быстро распрощался с поляками. Советская сторона выглядела более интересным заказчиком, к тому же у Кристи уже имелся частично построенный образец танка. Позже польская сторона смогла выбить обратно деньги за предоплату, но это уже ничего не решало.

Люк механика-водителя предполагался со створкой, которая позволяла его использовать для попадания внутрь. Да и по ряду элементов машина была другой

Люк механика-водителя предполагался со створкой, которая позволяла его использовать для попадания внутрь. Да и по ряду элементов машина была другой

Также контракт оговаривал присутствие на U.S. Wheel Track Layer Corporation советского представителя. Им, в начале мая 1930 года, был назначен начальник технического отдела Управления моторизации и механизации РККА Н.М. Тоскин. Выбор Тоскина на эту роль был верным, поскольку от глаз Тоскина не ускользнуло ничего. Он заметил, например, что Кристи строит еще один танк, причем конструктивно он был лучше, чем те два образца, которые выпускались для Советского Союза. Официально контракт №89 с U.S. Wheel Track Layer Corporation на разработку и выпуск улучшенной версии танка M.1928 был подписан Департаментом Вооружений 28 июня 1930 года, но реально работа по машине началась раньше. Еще интереснее было то, что переданные Тоскину чертежи уже отчасти не соответствовали машине. Кроме того, Тоскин был отнюдь не просто лишней парой глаз. Еще на стадии постройки он пришел к выводу, что заявленные Кристи характеристики явно не соответствуют истине. Например, максимальная скорость в 96 км/ч на деле не могла быть выше 85 км/ч.

А это уже настоящие M1940 для СССР, в процессе постройки

А это уже настоящие M1940 для СССР, в процессе постройки

Уже дальше начали вскрываться любопытные подробности. Кристи, загнав себя в тяжелое финансовое положение (а постройка M1940/M1928 обошлась в 382 тысячи долларов США, сумма на то время гигантская), был вынужден пытаться усидеть на двух стульях. К тому же вся U.S. Wheel Track Layer Corporation состояла из Кристи, его жены Бесси, его сына Эдварда, 8 человек из команды механиков, включая водителя-испытателя Лео Андерсона, а также Раймонда Тиффани, который был менеджером Кристи. С такой командой в сроки уложиться было нереально. В итоге вместо конца сентября танки были сданы в конце декабря, причем без вооружения, башен и рядом отступлений от исходного проекта. По итогам советская сторона удержала 25 тысяч долларов. Кристи так и не поехал в СССР налаживать выпуск своих танков, да и, по большому счету, в этом не имелось никакого смысла. Оставшуюся документацию в 1931 году удалось достать В.Д. Свиридову, который смог ее получить от работников Кристи.

вернуться к меню ↑

Танк нужный, но требующий доработки

Существует довольно устойчивый миф о том, что танки были отправлены Кристи нелегально, якобы под видом тракторов. Это не соответствует действительности: согласно имеющимся документам, Кристи получил официальное разрешение. Перед отправкой танки были опробованы неподалеку от завода, при этом на колесах максимальная скорость по шоссе на колесах составила до 88 км/ч, а на гусеницах по ровной местности — до 48 км/ч. На рыхлом грунте при подъеме 35 градусов машина забуксовала и скатилась вниз. Комиссия от «Амторга» зафиксировала массу отступлений от договора. Танки даже не были покрашены в защитный цвет. Судя по всему, на них нанесли светло-серую грунтовку. Не имелось полного комплекта чертежей, особенно это касалось групп, касающихся башни и оборудования боевого отделения. Имелась масса претензий к различным мелочам, которые в реальности мелочами не были. По большому счету, Кристи построил два шасси, которые могли ездить, но не более того. Чтобы он стали полноценными танками, особенно с точки зрения эксплуатации, требовался большой объём доработок. Этим, кстати говоря, объясняется тот факт, что последовавший за двумя M1940 танк, предназначенный уже для Департамента Вооружений (Convartible Medium Tank M1931) так и не был американскими военными принят. Данная машина унаследовала массу недостатков от предшественников, а построенные далее Convertible Medium Tank T3/Combat Car T1 изготовлялись по итогам замечаний.

Таким танк БТ, как он указывался в документах, прибыл в СССР

Таким танк БТ, как он указывался в документах, прибыл в СССР

Надо сказать, что сам Халепский насчет танков Кристи был настроен оптимистично. Вообще такого танка в системе вооружения Красной Армии не имелось. Вместе с тем, существовало несколько факторов в его пользу. Во-первых, с точки зрения ходовых характеристик детище Кристи не имело себе равных. Во-вторых, это был не просто какой-то проект, а вполне рабочая боевая машина, даже в таком, зачаточном виде, она имела большие перспективы. В-третьих, про то, что поляки остались ни с чем, а УММ КА не знали, а наличие танка Кристи у польской армии становилось большой проблемой. В-четвертых, из всех закупленных за рубежом танков M1940 был наименее проблемным с точки зрения производства. Одним из главных узлов танка является мотор, а на танке Кристи ставился авиационный мотор Liberty L-12. Мотор устаревший, но как раз с ними не имелось проблем с точки зрения доступности. Под маркой М-5 он выпускался в Советском Союзе, кроме того, такие моторы, модернизированные фирмой Allisson, закупались Советским Союзом. По этим причинам еще в августе 1930 года начались первые работы по подготовке технической документации на советский вариант танка. 21 ноября 1930 года, с подачи Халепского, танк стал называться БТ, или Б-Т (быстроходный танк). Тем самым он как бы отделялся от «маневренного» Т-24. Его выпуск поначалу никто не отменял (окончательное решение о запуске Т-24 в производство приняли 5 ноября 1930 года), но ХПЗ выпуск установочной партии из 15 машин данного типа завалил. И постепенно становилось понятно, что Т-24, что называется, не жилец. Машина стремительно устаревала, вопрос был в том, кто ее заменит. И БТ был отнюдь не единственным кандидатом.

На U.S. Wheel Track Layer Corporation не удосужились не то, что поставить башню, а даже прорезать смотровые щели в люке механика-водителя

На U.S. Wheel Track Layer Corporation не удосужились не то, что поставить башню, а даже прорезать смотровые щели в люке механика-водителя

Уже в феврале 1931 года индекс БТ стал официальным, при этом американский танк стал именоваться «БТ Кристи», а его отечественный вариант, соответственно, в дальнейшем стал БТ-2 (появился этот индекс позднее). Между тем, 4 марта 1931 года один из двух танков прибыл на склад №127, а оттуда 14 марта передан в испытательный отдел. Следует отметить, что полноценных испытаний танк не проходил вплоть до 16 мая. Как следует из отчета по испытаниям, два месяца танк, имевший серийный номер 2051, использовался как объект изучения, также его демонстрировали начсоставу Красной Армии. Собственно говоря, уже на этом этапе было понятно, что в имеющемся виде танк Кристи для производства не подходит. Для начала, носовая часть выступала за габариты ходовой части, что забраковали еще на этапе приёмки в США. Далее, люк механика-водителя предназначался исключительно для обзора местности. Для вылезания из него механика-водителя проём был маловат. Часть операций по обслуживанию машины было выполнить невозможно без демонтажа надмоторной плиты или других элементов. Новостью это не стало, по крайней мере для КБ-3 ВОАО (Всесоюзное орудийно-арсенальное объединение), которое возглавлял С.А. Гинзбург. Когда дело дошло до «адаптации» БТ, машина стала отличаться по ряду элементов.

Исполнение ряда деталей испытателей слегка удивило, скажем так. Например, для обслуживания мотора требовалось демонтировать надмоторную плиту

Исполнение ряда деталей испытателей слегка удивило, скажем так. Например, для обслуживания мотора требовалось демонтировать надмоторную плиту

Испытания танка начались только 16 мая 1931 года. Произошло это буквально за неделю до того, как было принято решение об организации производства БТ на ХПЗ. В одних источниках говорится, что испытания проходили на полигоне под Воронежем, другие говорят про испытательный полигон на Кубинке. На самом деле ни то, ни другое не верно. Действительно, испытания проходили в Подмосковье, но до Кубинки оттуда было далековато. Например, испытания на максимальную скорость проходили на Ленинградском шоссе, которое слегка так в другой стороне, нежели Минское шоссе. Да и официально полигон ведет свой отсчет с 10 июля 1931 года, когда было начато его строительство.

В ходе показа танка весной 1931 года

В ходе показа танка весной 1931 года

Про ходовые испытания стоит поговорить отдельно. При движении по Ленинградскому шоссе максимальная скорость не превышала 65-70 км/ч. Можно, конечно, списать это на менее качественную дорогу, но скорее связано снижение скорости с двумя факторами. Во-первых, машина была нагружена до боевой массы 9500 кг, дабы понимать, каковы окажутся скоростные характеристики с башней и вооружением. Во-вторых, испытания в США проводил Лео Андерсон, а фактор заводского водителя являлся весьма важным. Особенно это проявилось во время езды на высокой скорости. Водители сильно жаловались на то, что при скорости выше 60 км/ч происходил занос кормовой части машины. Еще сильнее он ощущался на влажной от дождя дороге. Это с завидной регулярностью приводило к ситуации, когда машина вставала поперек шоссе.

В одном из кюветов Ленинградского шоссе

В одном из кюветов Ленинградского шоссе

Еще одной причиной для жалоб стали толчки на неровностях, которые хорошо передавались на руль. Это приводило к тому, что после 4-4,5 часов езды водитель сильно уставал. Также в при езде приходилось машину постоянно подруливать. Дополнительной проблемой было, что на большой скорости радиус поворота оказывался слишком большим. В результате на резких поворотах приходилось сбрасывать скорость, дабы в них вписаться. По итогам средняя скорость движения оказалась сравнительно небольшой — 30-35 км/ч. Безусловно, на фоне других танков того периода это очень высокая скорость, но как-то ждали более высоких результатов. А еще довольно регулярно приходилось пользоваться помощью эвакуатора, поскольку машина оказывалась в кювете.

Финал езды на гусеничном ходу

Финал езды на гусеничном ходу

Езда по шоссе на гусеничном ходу показала, что танк может развивать скорость до 50 км/ч. Управляемость при этом была удовлетворительной, но именно такая езда и привела к самой большой поломке в ходе испытаний. После прохождения одного из резких поворотов вырвало кривошип правого ленивца. На этом, собственно говоря, испытания на гусеничном ходу закончились. Далее езда была возможна только на колесном ходу. Надо сказать, что еще до начала испытаний, при демонстрации командованию РККА, танк вполне преодолел окоп шириной 2 метра и проволочные заграждения в 5 рядов. А вот окоп шириной 2,5 метра преодолеть не удалось — танк уперся носом в стенку и застрял.

Жители деревни Бузланово с интересом рассматривают, как американский танк выдергивают из песка

Жители деревни Бузланово с интересом рассматривают, как американский танк выдергивают из песка

В результате ЧП с кривошипом правого ленивца дальнейшие ходовые испытания больше напоминали шоу «чем круче джип, тем дальше трактор». Как указывалось в отчете по испытаниям, езда по проселку была возможно только при наличии твердой, укатанной поверхности. В противном случае очень быстро становился нужен эвакуатор. Особенно запущенной выглядела ситуация при попытке ехать по песку. Настоящая битва с бездорожьем развернулась на лесной дороге между деревнями Бузланово и Поздняково (ныне они находятся в районе Новорижского шоссе). Сначала американский танк штурмовал песок в районе речки Липка, а затем ее километр тащили на буксире по лесной дороге от Бузланово в Поздняково. На ровной поверхности, но на сырой траве, машина не смогла стронуться с места.

Дорогу из Бузланово в Поздняково пришлось преодолевать на буксире

Дорогу из Бузланово в Поздняково пришлось преодолевать на буксире

Испытания были закончены 21 июля 1931 года. В дальнейшем с испытаний танк сняли, поскольку он понадобился для снятия с него чертежей. По итогам испытаний был составлен отчет, в конце которого указывалось, что машина представляет исключительный интерес, но при этом требует доработки. Позже этот танк оказался на полигоне, где далее оказался на территории музея. Последние упоминания о данной машине датированы 1941 годом, далее следы танка с серийным номером 2051 теряются. Так или иначе, но свою роль в истории отечественного танкостроения данная машина сыграла. Что же касается советского БТ, то первые машины данного типа стали сдавать уже в 1932 году. Эти танки, известные как БТ-2, имели ряд отличий от прародителя. Как и прямой предшественник, БТ-2 имел ряд проблем, тем не менее, это ему не помешало стать первым по-настоящему массовым колесно-гусеничным танком.

вернуться к меню ↑

Источники

  1. РГВА
  2. Steel Steeds Christie: A Memoir of J. Walter Christie, Edward J. Christie, Sunflower Univ Pr, 1985
  3. Фотоархив автора
  4. https://t34inform.ru
  5. http://tankdevelopment.blogspot.com
  6. Автор благодарит Алексея Макарова и Игоря Желтова, г.Москва, за помощь в подготовке данного материала.

источник: https://zen.yandex.ru/media/yuripasholok/polufabrikaty-iz-raueiia-ili-tanki-kristi-v-sovetskom-soiuze-5fdf7b29c80827600fdb20da

7
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
3 Цепочка комментария
4 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
5 Авторы комментариев
romm03kord 127TumninHerwig Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Herwig
Herwig

++++++++

Tumnin

Такой «хороший» танк, что сломался во время испытаний. Но амеликанцам это позволительно. Это наши лапти «не особо вписывались»… Куда не вписывались? В ТЗ, меняющееся со скоростью рекламных проспектов?

Гонщик Кристи сделал гоночный танк… А наши заказчики захотели крейсерский танк «задним числом», увидев рекламу Кристи. Это называется «чего хочу — не знаю, чего знаю — не хочу».

kord 127

А подумать? И историю танкостроения в свете теории глубокой операции рассматривать не пробывали?

Во-первых, ТЗ на «плохие отечественные танки» выдавали именно военные. Согласовывали — военные. Финансировали — военные. Контролировали — военные. Дополняли хотелками — военные. Кто захотел лёгкий танк с коленчатыми лапами для лазания по горам? Военные. Заказчик. В мире есть такой вид взаимоотношений как «заказчик-исполнитель». Так вот, иногда в этих взаимоотношениях, закрепленных в договоре, указывается полная свобода действия. Это называется «карт-бланш». Или по-вашему, «что хочу — то ворочу». Но иногда договоры составляются с чёткими полномочиями и указаниями ничего не делать, без одобрения Заказчика. В этих договорах, которые вы будете заключать когда пойдёте на работу, указывается, что надо сделать «то-то и то-то». Особенно это касается военных, где очень жесткие требования и очень ограниченный диапазон для действий инженера. В этом случае, фактически инженеры — не творцы. Они — продолжение воли Заказчика. Они воплощают в металл волю Заказчика. Инженеров, проектирующих тот же Т-19 могу лишь упрекнуть в том, что они не выдержали ТЗ, сократив лобовую броню с 20-мм до 16. Всё остальное согласно ТЗ. ТЗ — это Заказчик. Т-19 — это взгляд ЗАКАЗЧИКА на танки в момент времени t. И, кстати, Т-19 — отличный танк на тот момент времени. Чем тот же двухголовый пулеметный танк Виккерс лучше? Ничем. Единственный плюс — ходовая дешевле и чуток… Подробнее »

romm03

Немецкие генералы 30-ти тн заказывали, конструкторы немного не уложились ….

Новые маневренные танки, предназначенные для сопровождения пехоты, имеют скорость движения от 25 до 40 км, запас горючего на 8—12 часов и радиус действий на 250—300 км, при боевом весе от 6½ до 12 г.

И кого же я цитирую… Полагаю того, кого никто не читал, но все ссылаются.

kord 127

++++++++++++++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить