Юрий Пашолок. «Пантера» по-английски. Тяжелые крейсерские танки Heavy Cruiser Tank A41

13
7
Юрий Пашолок. «Пантера» по-английски. Тяжелые крейсерские танки Heavy Cruiser Tank A41

Юрий Пашолок. «Пантера» по-английски. Тяжелые крейсерские танки Heavy Cruiser Tank A41

Еще одна интересная и информативная статья уважаемого Юрия Пашолока.

Содержание:

В годы Второй мировой войны английское танкостроение сильно лихорадило. Англичане постоянно находились в роли догоняющих, поэтому с 1943 года наиболее массовыми танками английской армии были машины американского производства. Разумеется, они не полностью удовлетворяли требованиям английских военных, но деваться было некуда: собственные программы разработки танков буксовали, а новые отечественные машины опаздывали на полгода по сравнению с ведущими танковыми державами. Догнать мировое танкостроение англичанам удалось только к концу войны. Если крейсерский танк Comet I находился ещё в полушаге от лидеров, то появившийся в 1945 году Centurion I был уже вполне передовой машиной. Тогда ещё мало кто предполагал, что это будет едва ли не самый удачный английский танк, служба которого кое-где продолжится до XXI века.

Ещё более тяжёлый «крейсер»

Во время Второй мировой войны развитие английских танков шло по двум направлениям: создания пехотных танков с низкой подвижностью, но хорошо защищённых, и крейсерских танков, имеющих более тонкую броню, зато обладающих высокой подвижностью. Постепенно крейсерские танки получили больший приоритет, особенно с учётом боевых действий в условиях Северной Африки. Выяснилось, что толстая броня часто не спасает, и тихоходный танк становится мишенью на поле боя. С другой стороны, всё более очевидным становилось то, что и крейсерский танк по характеристикам должен больше соответствовать обычному среднему танку. В результате к 1942 году английские крейсерские танки догнали немецкие средние танки по боевой массе, а крейсерский танк Cromwell и вовсе обошёл их по этому показателю. Постепенно росла и толщина брони, хотя в этом англичане продолжали отставать от немцев. Отставали английские танки и по вооружению: если в 1940 году оно было равным немецкому, то уже в 1941 году стало очевидно отставание, причём догнать немцев удалось только под самый конец Второй мировой войны.

Появление летом 1943 года немецких средних танков Pz.Kpfw.Panther заставило английских военных в очередной раз пересмотреть своё отношение к крейсерским танкам

Появление летом 1943 года немецких средних танков Pz.Kpfw.Panther заставило английских военных в очередной раз пересмотреть своё отношение к крейсерским танкам

Вопрос повышения мощности вооружения английских танков поднимался неоднократно. Уже в конце 1941 года речь впервые зашла о том, что необходимо устанавливать 17-фунтовую (76-мм) пушку. Правда, её габариты были слишком велики для существовавших тогда танков. В результате было принято решение о разработке на базе Cromwell более крупной машины — Cruiser Tank A30. Первый опытный образец появился в конце лета 1942 года, причём поначалу заказ на A30 был немаленький — 1150 танков. Фактически Cruiser Tank A30 являлся средством усиления Cromwell, то есть танком-истребителем. У английских военных имелся шанс довольно быстро получить эти машины, но тут началась традиционная утряска спецификации на танк, и, что ещё хуже, появились альтернативные проекты. A30 был слишком высоким, а его броневая защита оставалась на уровне Cromwell — в результате появлялись альтернативные спецификации (например, A40 — тот же A30, но с усиленной броневой защитой). На этом фоне внедрение A30 буксовало.

Сэр Клод Диксон Гибб — одна из ключевых фигур в программе тяжёлого крейсерского танка A41

Сэр Клод Диксон Гибб — одна из ключевых фигур в программе тяжёлого крейсерского танка A41

Рисование спецификаций на новые варианты крейсерских танков активизировалось летом-осенью 1943 года. Причиной тому стал дебют на Курской дуге немецких средних танков Pz.Kpfw.Panther. Непосредственно в Англию такой танк попал уже в 1944 году (поделилась советская сторона), но уже в сентябре 1943 года стали известны некоторые данные, которые являлись поводом для серьёзного беспокойства. По броневой защите немецкая новинка явно превосходила всё то, что английские военные нарисовали на бумаге. Ответом англичан стала очередная порция проектов, включая Heavy Cromwell (A44). Кроме того, проект нового крейсерского танка A34, который позже превратился в Comet I, классифицировали как «средний крейсерский танк». Не менее важным стал запуск программы разработки «тяжёлого крейсера». Произошло это 8 октября 1943 года, инициатором работ стал генерал-майор Рэймонд Бриггс, летом 1943 года возглавивший RAC. Имея большой боевой опыт, Биггс понимал, что крейсерскому танку нужна адекватная броневая защита. Вместе с тем вечно нагружать текущее шасси не получилось бы. Требовался принципиально новый танк, не имеющий с семейством Cromwell ничего общего.

Моторно-трансмиссионная группа A41

Моторно-трансмиссионная группа A41

По состоянию на октябрь 1943 года спецификация тяжёлого крейсерского танка A41 выглядела следующим образом. Боевая масса машины ограничивалась 40 тоннами, при этом обеспечивалась защита от огня 88-мм пушки тяжёлого немецкого танка Pz.Kpfw.Tiger Ausf.E. Поначалу это означало толщину брони порядка 4-5 дюймов (102-127 мм) в лобовой части корпуса, а также 127 мм в лобовой части башни. Борта корпуса имели толщину 51 мм, а борта башни — 76 мм. Экипаж сокращался до четырёх человек: трое в башне плюс механик-водитель. В качестве силовой установки предполагался 600-сильный двигатель Meteor. Несмотря на то что удельная мощность была на довольно высоком уровне (15 л.с. на тонну), максимальная скорость ожидалась небольшой — около 40 км/ч. В качестве основного вооружения предполагалась либо 17-фунтовая пушка, либо её укороченный вариант (Q.F.77 mm, или 77 mm HV, по факту — калибра 76 м), которая предполагалась для Comet. Боекомплект при этом должен был составлять не менее 75 патронов калибра 76 мм. В первоначальной спецификации планировалось аж два спаренных пулемёта BESA, причём оба размещались отдельно от орудия и могли наводиться самостоятельно.

Подвеска A41. Вместо торсионов была использована подвеска системы Хорстманна

Подвеска A41. Вместо торсионов была использована подвеска системы Хорстманна

Эта спецификация прожила недолго. Довольно быстро появилось понимание, что в боевую массу 40 т, которая диктовалось соображениями использования быстровозводимых мостов Bailey bridge, вписаться не получится. Если уж A30 при куда более скромной броневой защите постепенно приближался к 32-33 т, то новый танк явно не вписывался в столь узкие рамки. К тому же уже имелся пример Pz.Kpfw.Panther, где боевая масса составила 45 т при меньшей толщине брони. В результате спецификацию на A41 переиграли. Постепенная трансформация проекта A41 не в последнюю очередь происходила благодаря активности сэра Клода Диксона Гибба, с 1943 года возглавлявшего DTD (Department of Tank Design, Департамент разработки танков, Чобэм). Боевая масса теперь оценивалась в пределах 40-45 т, при этом толщину лобовой брони сократили до 102 мм. Правда, при этом вводилась новинка — рациональные углы наклона брони. Английские военные наконец увидели, что «квадратная» конструкция лобовой части корпуса не является передовой (что не помешало им сделать таковую на A43 Black Prince).

К двум 76-мм орудиям прибавилось третье — калибра 94 мм, оно предполагалось для машин поддержки. Пересмотру подверглись и требования к боевому отделению. В частности, диаметр башенного погона в свету должен был составлять не менее 1753 мм, то есть не меньше, чем у Sherman Vс. Тем самым обеспечивалась нормальная работа расчёта башни. Для сравнения, диаметр башенного погона у A30 составлял 1695 мм.

Она же с внутренней стороны. В то время англичане не были одиноки в разработке блокированной подвески — нечто похожее проектировали и немцы

Она же с внутренней стороны. В то время англичане не были одиноки в разработке блокированной подвески — нечто похожее проектировали и немцы

Для разработки A41 внутри TDT было создано сразу несколько групп, каждая из которых занималась своим участком. Двигателем и трансмиссией занималась группа под руководством Уильяма Роботама. Автор мотора Rolls-Royce Meteor работал над новой версией силовой установки, получившей обозначение Meteor Mk.IV. Коробка передач Merrit-Brown Z51R осталась практически той же, что у Cromwell и Comet — её лишь переделали под более тяжёлую машину. Сохранился и механизм поворота Merrit-Brown, а вот ведущие колёса, бортовые передачи и тормоза существенно изменились. Ещё больше изменилась подвеска, разработку которой передали на AEC. Поскольку было понятно, что дальше нагружать свечную подвеску не получится, новую конструкцию разработали с чистого листа. Казалось бы, логичным решением стала бы торсионная подвеска, но английские конструкторы решили иначе. За основу была взята подвеска системы Сидни Хорстманна, впервые применённая ещё в самом начале 30-х годов на лёгких танках Vickers. Подвеска подразумевала блокированные в тележку два опорных катка с упругими элементами, находящимися горизонтально.

Надо сказать, что подвеска Хорстманна пользовалась популярностью — например, её вариацией была американская подвеска HVSS, которую разработал Гарри Нокс, при этом ещё и умудрившийся её запатентовать. При определённых недостатках подвеска Хорстманна имела и ряд достоинств. Она не занимала место внутри корпуса и могла довольно оперативно демонтироваться. В качестве упругих элементов использовались пружины, также ставились амортизаторы Newton & Bennett, призванные гасить колебания. Одним словом, подвеска получилась необычной, но, как показала практика, вполне удачной.

вернуться к меню ↑

Разнообразие вооружения

Спецификация на A41 с конца 1943 по начало 1944 года подвергалась неоднократному пересмотру. Это касалось и вооружения, и броневой защиты, и общей конфигурации корпуса с башней. Постепенно приходило понимание, что укороченная версия 17-фунтовой пушки, которую ставили на Comet и предполагали для A41, недостаточно мощна для борьбы с новыми немецкими танками. Её оставили для Comet, но в случае с A41 она оказалась под вопросом. Впрочем, имелось мнение и о том, что вместо BESA следует ставить что-то более мощное. Продолжалась дискуссия и о трансмиссии.

Первый опытный образец Heavy Cruiser Tank A41 в исходной конфигурации

Первый опытный образец Heavy Cruiser Tank A41 в исходной конфигурации

Неоднозначное мнение о том, как должен выглядеть A41, хорошо видно по финальной спецификации, которую 23 февраля 1944 года одобрил Танковый департамент. Согласно принятому решению, 15 танков должны были оснащаться 17-фунтовыми пушками, но при этом спаренный пулемёт заменялся на 20-мм автоматическую пушку Polsten (англо-польскую версию пушки Oerlikon, отличавшуюся большей простотой и в несколько раз меньшей стоимостью). Выбор столь странного вооружения заключался в том, что пушка Polsten могла не только бороться против пехоты, но и поражать легкобронированные цели. Один пулемёт BESA сохранялся, но в корме башни. Ещё 5 танков строились со спаркой BESA впереди и одним пулемётом сзади; при этом они также получали полуавтоматическую коробку передач SSS Powerflow (чтобы отличать танки с этим типом КПП, им присваивали индекс A41S). Кроме того, появилась вспомогательная силовая установка в виде 8-сильного мотора Morris, который обеспечивал работу электрических систем башни, включая башенный вентилятор и электромотор, обеспечивавший её поворот.

Конструктивно новая машина существенно отличалась от предыдущих крейсерских танков. Вместо эволюции её создатели выбрали революционный путь

Конструктивно новая машина существенно отличалась от предыдущих крейсерских танков. Вместо эволюции её создатели выбрали революционный путь

Пока утрясался вопрос вооружения, в DTD занимались финализацией работ по корпусу и башне — это началось ещё в конце 1943 года. В случае с башней получилась конструкция, концептуально напоминавшая Comet. Как и в случае с башнями для Comet, получилась сварная конструкция с литой носовой деталью. Как и предполагала спецификация, толщина лба башни составляла 127 мм, а бортов — 76 мм. Впрочем, общего с Comet тут было не очень много. В отличие от весьма «квадратной» башни «среднего крейсера», у A41 она получила вытянутую форму, поскольку получила развитую кормовую нишу. В корме был организован круглый эвакуационный люк, там же, как уже говорилось, предполагался «ворошиловский пулемёт» по-английски.

Вместо спаренного пулемёта этот танк, подобно другим прототипам с номерами 1-10, получил 20-мм автоматическую пушку Polsten

Вместо спаренного пулемёта этот танк, подобно другим прототипам с номерами 1-10, получил 20-мм автоматическую пушку Polsten

В отличие от Comet, место командира переместилось с левой стороны башни на правую. Помимо пулемётного вооружения, на крыше появилась установка 2-дюймового (51-мм) казнозарядного миномёта. Наводчик, аналогично командиру, переместился в правую часть башни, а заряжающий оказался слева. Спокойная жизнь заряжающему явно не светила: помимо заряжания орудия, он являлся наводчиком Polsten, а также миномёта.

Этот же танк после доработки

Этот же танк после доработки

Если башня всё же имела аналоги, то ничего подобного корпусу A41 в английском танкостроении ещё не было. Дело состояло не только в лобовых листах, выполненных под рациональными углами наклона. Корпус получился принципиально новым, и, надо отметить, в DTD смогли сделать передовую конструкцию. Несмотря на то что толщину лба корпуса сократили до 76 мм (как у Comet), за счёт бо́льших углов наклона удалось добиться куда более высокого уровня защиты. Наклон получили и бортовые листы корпуса, благодаря чему улучшилась в том числе и противоминная защита. Совершенно иначе было оформлено моторно-трансмиссионное отделение. Очень удачной оказалась идея сделать надмоторную плиту из большого числа узких секций — благодаря этому стало легко открывать моторное отделение.

По итогам доработки наиболее существенно изменилась башня, в частности, на ней появились инструментальные ящики

По итогам доработки наиболее существенно изменилась башня, в частности, на ней появились инструментальные ящики

В связи с тем, что танк получил носовую часть с рациональными углами наклона листов, радикально изменилось отделение управления. Вместо смотровых лючков механик-водитель получил два перископа MK-IV, установленных в крышках двухстворчатого люка. В походном положении механик-водитель ехал, высунувшись из люка, а в его распоряжении имелся откидной ветровой щиток. Раньше о таком английские механики-водители могли только мечтать. Правда, при этом был один нюанс. Слева от механика-водителя, за перегородкой, находилась основная орудийная укладка — это решение перекликается с тем, что сделали на Т-44. О новом советском среднем танке англичане не знали, но многие решения попросту витают в воздухе. При этом, в отличие от советских танкостроителей, баков в боевом отделении и отделении управления англичане размещать не стали.

Вместо 20-мм автоматической пушки Polsten поставили спаренный пулемёт BESA. За пулемётом виден треугольный знак — он означал, что машина имеет корпус и башню из неброневой стали

Вместо 20-мм автоматической пушки Polsten поставили спаренный пулемёт BESA. За пулемётом виден треугольный знак — он означал, что машина имеет корпус и башню из неброневой стали

Переигрывание вооружения продолжилось и в дальнейшем. На совещании 24 мая 1944 года был утверждён новый состав вооружения. Первые 5 танков получали 17-фунтовые пушки, спаренный пулемёт Polsten и кормовой пулемёт BESA. Ещё 5 танков вместо кормового пулемёта получали эвакуационный люк. Следующая партия из 5 танков имела 17-фунтовую пушку, спаренный пулемёт BESA, эвакуационный люк в корме и возможную установку кормового пулемёта. Наконец, последние 5 танков имели тот же пулемётный состав, но 77-мм пушку, и даже этот вариант не стал финальным. В окончательной редакции первые 10 машин без кормового пулемёта, но с эвакуационным выходом получили 17-фунтовую пушку, спаренную с Polsten. Машины с серийными номерами 10-15 получали 17-фунтовую пушку, спаренную с пулемётом BESA, также не имелось кормового пулемёта. Кормовые пулемёты получали только машины с номерами 16-18, при этом сохранялся эвакуационный люк. Наконец, на танках с номерами 19-20 ставился курсовой пулемёт BESA. Вероятнее всего, он выглядел как пулемётная башенка на «универсальном» танке A45.

Третий опытный образец, собранный весной 1945 года. Такой была конфигурация танков, которые летом 1945 года использовались в операции «Часовой»

Третий опытный образец, собранный весной 1945 года. Такой была конфигурация танков, которые летом 1945 года использовались в операции «Часовой»

Утряска вооружения продолжалась на фоне подготовительных работ к выпуску партии из 20 опытных образцов. Традиционно такие работы выполнялись одной из «гражданских» фирм, которые исполняли роль подрядчика, но не в этот раз. В качестве подрядчиков Танковый департамент выбрал арсеналы, причём один из них, Королевский арсенал в Вулвиче, имел богатую историю танкостроения. Там производилось 10 корпусов и башен плюс 2 дополнительных. Одна из добавок имела корпус и башню из конструкционной стали и предназначалась для самого первого прототипа, на котором обкатывались различные элементы. Второй комплект предполагался для огневых испытаний. Ещё 10 комплектов корпусов и башен изготавливал Королевский арсенал в Ноттингеме. Также для изготовления различных компонентов привлекалось ещё три арсенала. Из крупных подрядчиков в изготовлении также участвовали Rolls Royce и AEC.

По сравнению с первым опытным танком изменения были минимальными

По сравнению с первым опытным танком изменения были минимальными

Несмотря на долгую утряску вооружения, работы по A41 тормозились не сильно. Уже весной 1944 года началась сборка шасси из неброневой стали, а в сентябре стартовали ходовые испытания, проводившиеся на полигоне DTD в Чобэме. К тому моменту танк получил кодовое имя — Centurion. К слову, первоначально это имя предполагалось использовать для A30, но данная машина получила обозначение Challenger. Позже тестовое шасси превратилось в полноценный танк, правда, на башне красовалась треугольная эмблема, предупреждавшая, что машина изготовлена из неброневой стали. Как и предполагалось, танк получил вооружение в виде 17-фунтовой пушки и спаренной 20-мм автоматической пушки Polsten. Опытный образец неоднократно перестраивался, в частности, в январе 1945 года Polsten заменили на спаренный пулемёт BESA. Эта машина так и не получила регистрационного номера (единственная из всех опытных образцов), тем не менее на ней имелось обозначение P.1, то есть фактически она и являлась первым прототипом.

Довольно необычной была конфигурация передних фар. Они находились по центру верхнего лобового листа, одна над другой

Довольно необычной была конфигурация передних фар. Они находились по центру верхнего лобового листа, одна над другой

В целом испытания тестового шасси прошли успешно. Разумеется, имелись некоторые недоработки, но без «детских болезней» не обходится ни один опытный образец. Вместе с тем ещё осенью 1944 года появился некоторый повод для беспокойства, связанный с боевой массой. Конечно, обновлённые требования обозначали боевую массу в пределах 40-45 т, но ещё до полной комплектации танка она дошла примерно до 42 т. При этом наметилась тенденция к дальнейшему росту массы. Тем не менее результаты осенних тестов дали повод для окончательного утверждения выпуска серии из 20 тестовых машин.

Вместо кормового пулемёта на танках «прописалась» катушка для провода

Вместо кормового пулемёта на танках «прописалась» катушка для провода

Первоначально опытные образцы A41 должны были получить WD-номера в пределах T.352412-T.352417, но на практике первый номер достался третьему опытному образцу, а T.352417 был совсем не последним номером. Кроме того, прототипы, постройка которых началась в январе 1945 года, несколько отличались от образца из неброневой стали. В частности, изменилась конструкция кормового эвакуационного люка. Аналогично доработанному тестовому образцу, танки получили ящики ЗИП на бортах башни, а также крепления запасных траков на верхнем лобовом листе корпуса. Весьма необычной оказалась светотехника танка: он получил две фары со светомаскировочными крышками, которые размещались одна над другой по центру верхнего лобового листа.

Схема бронирования Centurion I. Как показали испытания обстрелом, броневой защиты башни оказалось недостаточно, да и схема с раздельным размещением орудия со спаренным пулемётом была неудачной

Схема бронирования Centurion I. Как показали испытания обстрелом, броневой защиты башни оказалось недостаточно, да и схема с раздельным размещением орудия со спаренным пулемётом была неудачной

Несмотря на то что сборка первой «полноценной» машины началась в январе 1945 года, её постройка закончилась в апреле, ещё пять сдали в мае. По три танка изготовили в Вулвиче и Ноттингеме. Дальнейший выпуск растянулся до лета 1945 года. В финальном варианте боевая масса выросла до 46,2 т, впрочем, шасси A41 делалось явно с запасом. В связи с ростом боевой массы двигатель был доработан до версии Meteor IVA, мощность выросла до 635 л.с.

вернуться к меню ↑

Промежуточная версия

Несмотря на то что война в Европе закончилась, шесть построенных A41 простаивать не стали. В срочном порядке танки направили в распоряжение 22-й бронетанковой бригады. Машины находились в составе 6-й Гвардейской танковой дивизии несколько месяцев — с ними знакомились танкисты, имевшие боевой опыт. Гвардейская танковая дивизия была выбрана неслучайно: в её составе имелись крейсерские танки Cromwell, так что военным было с чем сравнить. Для пущей секретности полевые испытания A41 назвали операцией «Часовой».

Конфигурация серийного Centurion I. По итогам операции «Часовой» стало ясно, что правильным решением является использование не 20-мм автоматической пушки, а спаренного пулемёта в единой с пушкой установке

Конфигурация серийного Centurion I. По итогам операции «Часовой» стало ясно, что правильным решением является использование не 20-мм автоматической пушки, а спаренного пулемёта в единой с пушкой установке

Результаты испытаний стали известны в конце августа 1945 года. По итогам стало ясно, что танк в целом получился. Конечно, имелись небольшие проблемы с КПП и моторами, но случаи выхода их из строя оказались единичными. Centurion показали себя надёжными танками, а их проходимость оказалась выше, чем у Cromwell и Comet. Впрочем, имелись и отрицательные результаты. Танкисты забраковали идею со спаренной пушкой Polstern, да и в целом отделение пулемёта от орудия признали плохой идеей. В результате оптимальным был признан вариант с пулемётом BESA.

Окончательная конфигурация серийного «обвеса»

Окончательная конфигурация серийного «обвеса»

Как показали дальнейшие события, проблемы оказались не только у спаренной установки пулемёта. 13-й прототип (WD-номер T. 352424) использовался для испытаний стрельбой. Обстреливали его в том числе из 75-мм пушки KwK 42 L/70, установленной в немецком среднем танке Pz.Kpfw.Panther. Тут английских военных ждал примерно тот же неприятный сюрприз, который преподнесли «Пантеры» советским тяжёлым танкам ИС-1 в начале 1944 года. В случае с корпусом пробития верхнего лобового листа оказались единичными, и в целом его признали достаточным для противостояния данному орудию. Зато башня имела многочисленные поражения лобовой части: это касалось и подвижной бронировки орудийной маски, и установки курсового пулемёта. Это означало лишь одно: бронирование башни является недостаточным.

Схема башни Centurion I основной серии

Схема башни Centurion I основной серии

Решение проблемы лежало на поверхности — усиление броневой защиты башни. Более того, ещё весной 1945 года была изготовлена опытная башня, имевшая литую конструкцию корпуса и вварную крышу. Именно эту конструкцию взяли за основу усиленной башни, у которой толщину лобовой части увеличили до 152 мм, а пулемёт с орудием снова находились в единой подвижной бронировке. Данная версия получила обозначение Centurion II. Соответственно, вариант со сварной башней получил обозначение Centurion I.

Считается, что серийных танков выпустили 100 штук, по крайней мере летом 1945 года утвердили именно такой объём производства

Считается, что серийных танков выпустили 100 штук, по крайней мере летом 1945 года утвердили именно такой объём производства

Остаётся открытым вопрос о том, сколько же было выпущено Centurion I. Первоначально серийные танки получали пул регистрационных номеров T.351700-T.352199, то есть на 500 танков. Точно известен танк с регистрационным номером T.351701, но был ли выполнен заказ на 100 машин, который утвердили летом 1945 года, до конца не ясно. Centurion I на фотографиях практически не встречаются. От первых 20 танков они отличаются установкой двух блоков дымовых мортирок (по 6 штук в каждом) на бортах башни и некоторыми изменениями в оснащении.

Испытания Centurion I, дополнительно догруженного до массы башни для Centurion II. В связи с усилением броневой защиты башни масса машины возрастала до 48 т

Испытания Centurion I, дополнительно догруженного до массы башни для Centurion II. В связи с усилением броневой защиты башни масса машины возрастала до 48 т

До наших дней сохранился всего один A41. Ныне эта машина с регистрационным номером T.352416 находится в Бовингтонском танковом музее (Англия). Данный экземпляр был одним из шести, участвовавших в операции «Часовой».

вернуться к меню ↑

Источники и литература:

  • US NARA
  • Архив автора
  • Mr. Churchill’s Tank: The British Infantry Tank Mark IV, David Fletcher, Schiffer Publishing, Ltd, 1998, ISBN 978-0764306792

источник: https://warspot.ru/15811-pantera-po-angliyski

6
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
4 Цепочка комментария
2 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
4 Авторы комментариев
BullcemcemchNFИнженер Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
ch
ch

.

Инженер

Ну естно англичане о соотечественниках заботились больше чем русские. Потому и лобовую броню слелали 76 мм, а не как русские людоеды порядка 100 мм. Кстати, а на Леопарде 2 где боеукладка?

ch
ch

.

Bull

коллега — вы бы еще с МС-1 этот танк сравнивали. Сравнивайте с Т-44 и Т-54 — по сути это ровесники

NF

++++++++++

Bull

++++++++++++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить