Юрий Пашолок. Танки для нейтралов

Мар 20 2017
+
13
-

В мае 1935 года иранская закупочная комиссия подписала соглашение с чехословацкой компанией ČKD о приобретении легких танков Praga TNH. На тот момент этих танков еще даже не было в металле, но иранцы увидели в предложенном им проекте большой потенциал. В сентябре того же года состоялась демонстрация первого опытного образца. Иранская комиссия была настолько впечатлена, что 10 сентября заказ расширили до 50 танков. Для того времени это были весьма впечатляющие объемы экспортных поставок бронетехники. Не стоит удивляться, что в Чехословакию зачастили военные из других стран, мечтавшие о покупке недорогих и качественных лёгких танков. Инженеры ČKD смогли удовлетворить и новых заказчиков, создав для Литвы и Швейцарии новые машины, известные как Praga LTL и Pzw 39.

Литовский тупик

 

В середине 30-х годов на мировом рынке бронетехники доминировала продукция английской компании Vickers-Armstrongs Limited. Помимо широко известного «6-тонного» Vickers Mk.E, в «обойме» английского оружейного гиганта имелась еще одна машина более легкого класса. Она больше известна как «Виккерс 4-тонный». Этот танк появился на свет как развитие танкетки Carden-Loyd Mk.VI. Сначала на танкетку установили пулеметную башню по типу Vickers Mk.E Type A. Позже машину увеличили в размерах, а получившуюся конструкцию назвали Patrol Tank.

В 1933 году ему на смену пришел сильно переработанный танк с подвеской конструкции Сиднея Хорстманна, новым корпусом и мотором фирмы Henry Meadows. Танк этот известен как Vickers M1933. В последующем его конструкция постоянно модернизировалась.

Патент Алексея Сурина на блокированную с коробкой передач силовую установку, которая была разработана для Praga LTL

Машиной сильно заинтересовались в ряде стран, поскольку «Виккерс 4-тонный» оказался довольно шустрым, стоил немного и неплохо походил на роль разведчика, а при необходимости – и танка поддержки пехоты. Некоторые страны закупили образцы для испытаний, другие даже приобрели небольшие партии. Хотя на фоне успеха Vickers Mk.E эти танки несколько затерялись, количество закупивших их стран оказалось даже большим.

В числе клиентов Vickers-Armstrongs Limited оказалась и Литва. Еще в 1923 году эта балтийская страна приобрела 12 легких танков Renault FT, которые к началу 30-х годов сильно устарели. В 1934 году литовское правительство заключило соглашение о поставке 16-ти легких танков. В мае 1936 года эти боевые машины торжественно представили в Каунасе, тогдашней литовской столице.

Таким Praga LTL был изначально. Вариант с 37-мм пушкой Škoda A 4 Beta

Заключенный контракт не означал, что на этом закупки военной техники Литвой остановятся. 28 декабря 1935 года в штаб-квартиру ČKD пришло письмо из литовского министерства обороны. В Литве явно обратили внимание на успех чехословацкой компании и решили заказать партию танков именно там.

Запрос литовских военных слегка озадачил руководство ČKD. Согласно письму, литовцам требовался танк боевой массой 5 тонн, толщина брони которого составляла бы 6–13 мм, а максимальная скорость – 50 км/ч. 4 танка предполагалось вооружить пулеметами Vickers, а 12 – 20-мм автоматическими пушками швейцарской фирмы Örlikon. Литовские военные торопили с ответом: согласно письму, предложения ČKD следовало отправить в Каунас к середине января 1936 года.

Однако ничего подобного у ČKD на тот момент не было. Всё, что фирма смогла предложить – это Praga AH-IV-C, проект танкетки AH-IV с пушечным вооружением и боевой массой, возросшей до 4,5 тонн.

Опытный образец Praga LTL на заводском дворе ČKD, май 1938 года

Пауза длилась почти год. За это время литовские военные, похоже, стали осознавать, что предъявленные ими требования слабо соотносятся с реалиями. Брони, защищавшей от пуль винтовочного калибра, им стало не хватать. Неудивительно, что в ноябре 1936 года последовало предложение о разработке танка с боевой массой 9 тонн. На ČKD у подобному повороту событий оказались готовы: в Каунас отправился проект Praga TNH-L, созданный на базе TNH.

Уже в декабре начались плотные переговоры, литовской делегации показали танки P-II (LT.vz.34) и P-II-a. Оперативно сработали и на заводе POLDI Hütte, подготовив бронелисты для обстрела. Литовская делегация была довольна, но совершенно внезапно от TNH-L пришлось отказаться. Военные вдруг вспомнили, что грузоподъемность многих мостов в их стране была небольшой, так что боевая масса все равно оказалась ограниченной 5–6 тоннами.

Установка трансмиссии в кормовой части заставила серьезно переделать заднюю часть машины

12 февраля 1937 года в Каунас отправился эскизный проект нового легкого танка. В его обсуждении активно принимал участие офицер литовской армии Альгирдас Слесорайтис, один из функционеров военизированной фашистской организации «Ассоциация железных волков». На тот момент Литва всерьез присматривалась к шведскому танку Landsverk L-120, но удача оказалась на стороне ČKD.

Представленный литовцам проект получил обозначение Praga LTL. К нему на выбор предлагались два варианта вооружения (20-мм автоматическая пушка Örlikon либо 37-мм пушка Škoda A 4 Beta), а также два типа силовых установок (с водяным либо с воздушным охлаждением). Толщину брони этого танка увеличили до 25 мм. Проект выглядел явно лучше L-120. Неудивительно, что 26 мая 1937 года в Каунасе состоялось подписание договора о поставке 21-го LTL по цене 570 000 крон за танк.

Утвержденный вариант имел боевую массу 5,6 тонн и 20-мм автоматическую пушку в качестве вооружения. Требования о снижении боевой массы заставили уменьшать габариты корпуса – он получился на 40 см короче и на 10 см уже. Кроме того, трансмиссия танка перекочевала в кормовую часть, а двигатель, чтобы он вместился в моторное отделение, установили под наклоном. 7-литровый двигатель Praga F-IV мощностью 125 лошадиных сил был взят от одноименного танка-амфибии.

Танк получил модернизированные смотровые приборы и новую башню

Согласно условиям договора, выход на испытания первого опытного образца Praga LTL предполагался не позднее, чем через 7 месяцев, то есть к январю 1938 года. По вине поставщика вооружения изготовление танка затянулось, но ČKD в этом виновата не была, и штрафных санкций удалось избежать. Впрочем, и литовские военные не торопились. В Прагу они прибыли только 4 мая 1938 года.

Вышедшая на испытания машина оказалась перегружена – её боевая масса составила 7,2 тонны. С другой стороны, максимальная скорость выросла до 55 км/ч. Также танк получил более совершенные по конструкции башню и смотровые приборы. Первая неделя тестов сопровождалась массой поломок, самой большой неприятностью стал выход из строя коробки передач. Окончательно танк довели до ума к 29 августа 1938 года. Испытания продолжились, до конца 1938 года танк преодолел еще 3,5 тысячи километров. Далее последовали испытания в Литве, которые продолжались с 26 января по 11 марта 1939 года. За это время танк прошел 1474 километра.

В целом получился вполне удачный легкий танк, по характеристикам немного превосходящий Pz.Kpfw.II

Испытания продолжались в условиях накаляющейся международной политической обстановки. Между тем, руководство ČKD пыталось заинтересовать новым танком и другие страны Прибалтики. Правда, в Таллинн и Ригу LTL так и не отправился, поскольку появился риск сорвать контракт. Машина вернулась в Прагу, где и встретила оккупацию Чехии Германией.

Стоит отметить, что немцы поначалу не препятствовали работе по литовскому контракту. Переработанный танк получил обозначение Praga LLT. Вместо пулеметов системы Максима на нем поставили чешские ZB vz.37, а командирскую башенку перенесли вправо. Предполагалось, что машины будут поставляться тремя партиями по 7 танков с 15 июля по 19 августа 1940 года, но в июне Литва вошла в состав СССР. Танки в Литву так и не попали, хотя документы по ним сохранились. Имела место бурная переписка между Главным автобронетанковым управлением Красной Армии и местной властью, танки даже некоторое время искали.

 

Швейцарский успех

 

Несмотря на то, что с Литвой так ничего и не получилось, нашлась еще одна европейская страна, которая закупила чехословацкие лёгкие танки. Этой страной оказалась Швейцария. Ранняя история её танковых сил во многом походила на литовскую. В 1921 году швейцарцы приобрели два Renault FT, получивших регистрационные номера M+7310 и M+7314. Прослужили они до 1940 года, хотя довольно быстро стало понятно, что для гористой местности они не годятся.

В 1930 году были закуплены две танкетки Carden-Loyd Mk.VI. Сотрудничество с Vickers-Armstrongs Limited имело продолжение: в 1933 году на вооружение швейцарской армии поступили два 4-тонных Vickers-Armstrong Light Tank Model 1933. Годом спустя было закуплено еще четыре Vickers-Armstrong Light Tank Model 1934. В швейцарской армии они получили обозначение Panzerwagen 34/35. Впрочем, дальнейших закупок не последовало: швейцарцы решили искать более совершенные боевые машины, причем не столько закупать, сколько производить их самим.

Обладающей мощной оружейной промышленностью Швейцарии производство танков было вполне по силам. Первоначально предполагалось, что к 1939 году будет закуплено за рубежом либо построено внутри страны 80–90 танков. Но в апреле 1937 года аппетиты снизились: по планам, шесть дивизий получали по одному взводу из четырех танков в каждом, итого их требовалось 24 штуки.

Предварительный вариант танка Praga LTL-H

С 15 по 22 апреля 1937 года шведская закупочная комиссия побывала сначала в немецком Эссене, на заводе фирмы Krupp. Немцам предложить оказалось особо нечего, кроме Pz.Kpfw.I и построенных на их базе экспортных танков L.K.A./L.K.B. Швейцарцы отправилась в Стокгольм. В первый раз они побывали там еще осенью 1935 года, опробовав тогда Landsverk L-60. Впрочем, ни L-60, ни более легкий L-120 швейцарских военных не устроили. Вполне возможно, что они просто приценивались.

Немного комично выглядит тот факт, что в самой Швеции военные еще раньше (в январе-феврале 1937 года) начали прицениваться к зарубежной продукции и также ездили в Эссен. А в марте шведская закупочная комиссия ездила в Прагу, где опробовала танкетку Praga AH-IV и легкий танк Praga TNH. В результате шведы закупили танкетки Praga AH-IV-Sv, причем собирались эти машины в Швеции частично из шведских компонентов (броня, двигатели) и оснащались шведским вооружением. Такая гибкость ČKD, наряду с хорошими тактико-техническими характеристиками их машины и ее невысокой ценой, заинтересовала и швейцарцев.

Приложение к патенту Алексея Сурина на специальную систему, предотвращающую затекание горючей смеси внутрь танка

В середине июля 1937 года Эмиль Оплатка, представитель ČKD, получил письмо от капитана Кёнига, возглавлявшего танковый отдел KTA (военно-технического отдела военного министерства, Kriegstechnische Abteilung). Кёнига интересовали подробные характеристики танкетки Praga AH-IV-Sv. 21 июля Оплатка прибыл в Берн, где у него состоялась беседа с Кёнигом. Главу танкового отдела KTA заинтересовали предложения Оплатки. Была предварительно согласована поездка швейцарской делегации в Прагу. На ČKD стали прорабатывать вариант AH-IV для Швейцарии. Компания получила разрешение от шведских военных, а также от чехословацкого министерства обороны, на демонстрацию швейцарцам материалов по шведскому заказу.

Уже в начале сентября 1937 года в Прагу прибыло руководство KTA, где ему показали танки производства ČKD. К концу месяца была разработана танкетка AH-IV-H, очень похожая на AH-IV-Sv. Предполагалось, что ее стоимость, в зависимости от объема поставок, будет составлять от 354 000 до 383 500 чешских крон. Проект этот, впрочем, прожил недолго: по итогам эксплуатации английских легких танков в KTA пришли к выводу, что машины подобных размеров маловаты для преодоления серьезных препятствий.

Швейцарская делегация на фоне опытного образца Praga LTL-H. В кожаном плаще в центре стоит капитан Кёниг

18 октября 1937 года швейцарские военные сформировали требования к новому танку. Они здорово напоминали те, что для своего танка разработали литовские военные. Боевая масса танка оценивалась в 6 тонн, толщина брони должна была составить 25 мм, в качестве вооружения предполагалось использовать 20-мм автоматическую пушку Örlikon и пулеметы системы Максима. На танк планировалось установить дизельный двигатель Saurer.

Похожие требования и уже начавшаяся работа по Praga LTL стали причиной того, что на разработку эскизного проекта танка потребовалось всего 5 дней. Машина, получившая обозначение Praga LTL-H, внешне очень напоминала LTL, но при этом ее ведущие колеса и трансмиссия вернулись в носовую часть корпуса. Башню для эскизного проекта позаимствовали у перуанского Praga LTP.

В отличие от литовского танка, работы над которым затянулись, ситуация вокруг LTL-H развивалась очень быстро. В ноябре ČKD получила от чехословацкого министерства обороны разрешение на продажу лицензии по производству танка. К началу декабря было подготовлено два контракта. Первый, №15430, подразумевал выпуск 12 танков по цене 600 000 чешских крон за каждый. В стоимость не входили вооружение и оптика. Согласно второму контракту, №15431, Швейцария получала разрешение на лицензионное производство еще 12 танков. Также соглашения подразумевали помощь ČKD в сборке машин. 6 декабря 1937 года контракты согласовали в Праге, а 18 числа состоялось окончательное их подписание в Берне.

Praga LTL-H в ходе испытаний, весна 1938 года

Не менее стремительно развивалась ситуация и с изготовлением первого опытного Praga LTL-H. К концу января 1938 года работы были в самом разгаре. Несмотря на то, что на танк предполагалось ставить дизельный двигатель Saurer, на опытный экземпляр поставили шведский мотор Scania-Vabis 1664. Работы немного затянулись, по этой причине вместо февраля опытный LTL-H вышел на испытания 17 марта. За ними следили офицеры KTA, в том числе и сам Кёниг.

Вышедшая на испытания машина несколько отличалась от изначального проекта. Прежде всего, это касалось башни, которая подверглась достаточно серьезным изменениям. Вместо пушки в нее установили деревянный макет. Кроме того, машину оснастили одним любопытным приспособлением. До Чехословакии дошла информация о специфике боев в Испании, в том числе – о массовом использовании против танков бутылок с зажигательной смесью. Для защиты моторного отделения от горючих жидкостей Сурин спроектировал специальную «юбку». Благодаря ей горючая смесь не растекалась по надгусеничным полкам, а стекала назад.

После завершения первого этапа испытаний, в ходе которых танк прошел 811 километров, в конструкцию LTL-H внесли небольшие изменения. Далее опытный образец отправился в Швейцарию, где прошел еще 901 километр. После этого LTL-H получил новый двигатель – 110-сильный дизель Saurer CT1D, изначально разработанный для автобуса. С ним машина прошла еще 750 километров.

Швейцарские военные остались довольны машиной, которая хорошо показала себя в гористой местности. По завершению испытаний LTL-H вернулся обратно в Прагу, где его разобрали и поставили обратно двигатель Scania-Vabis 1664.

Как и другие танки ČKD, машина обладала хорошей подвижностью

В июне 1938 года в адрес KTA пришла документация на машинокомплекты серийного LTL-H. Из Чехословакии прибывали листы брони, смотровые приборы, элементы ходовой части, а также компоненты трансмиссии. Все остальное швейцарцы делали сами. Между тем, в конструкцию машины вносились изменения. Танк получил новую башню, которая, аналогично башне Praga LTP, имела воздуховод в кормовой части.

Одной из причин появления измененной башни стал пересмотр KTA состава вооружения. К середине 1938 года становилось все более очевидно, что 20-мм автоматическая пушка Örlikon 1S стремительно устаревает в качестве противотанкового вооружения. Достаточно сказать, что эта пушка не могла пробить в лобовой проекции танк, в которую ее предполагалось ставить.

В 1938 году под руководством Адольфа Фуррера (Johann Adolf Furrer-Kägi), главного конструктора Waffenfabrik Bern, была разработана 24-мм полуавтоматическая пушка. Ее создали в двух вариантах – противотанковом 24 mm Pzaw B-K 38 (Panzerabwehr-Befestigungskanone 38) и танковом 24 mm Pzw-Kan 38 (Panzerwagen Kanone 1938). Благодаря магазинному питанию, скорострельность этого орудия достигала 30–40 выстрелов в минуту. С магазином оказалась связана одна проблема: он крепился сверху, так что в крыше башни пришлось делать выступ.

В целом идея установить 24-мм пушку была верной. Она имела вполне достойные характеристики бронепробития, при этом скорострельность ее оказалась выше, чем у пушки калибра 37 мм.

24-мм танковая пушка Pzw-Kan 38 (Panzerwagen Kanone 1938), которую ставили на серийные Pwz 39

События сентября 1938 года, когда Чехословакия едва не втянулась в войну с Германией, повлияли и на Praga LTL-H. Первые комплекты бронелистов прибыли на ČKD из Кладно в октябре, а к двадцатым числам декабря первые два танка по швейцарскому заказу вышли на заводские испытания. Первый из них прошел 150, а второй – 1500 километров.

Построенные в Праге танки получили не дизельные двигатели, а шведские бензиновые Scania-Vabis 1664, это касалось всех 12 LTL-H первой серии. Прибывшие для приемки Кёниг и другие офицеры из руководства KTA оказались довольны, машины отправились в Швейцарию. Поставки продолжались и после того, как Чехия оказалась оккупирована Германией. Поскольку Швейцария, подобно Швеции, была довольно плотно связана с Германией по военно-технической линии, препятствий дальнейшему сотрудничеству немцы чинить не стали.

В таком виде Panzerwagen 39 использовались в первое время

Параллельно с изготовлением самих танков в Праге продолжалось изготовление машинокомплектов для выпуска второй партии танков в Швейцарии. В качестве площадки для выпуска был выбран государственный завод K+W (Eidgenössische Konstruktionswerkstätte) в городе Тун, неподалеку от Берна. Здесь же, к слову, располагалось конструкторское бюро, а также полигон. Тун стал сердцем швейцарского танкостроения.

Работы по сборке затянулись, поскольку броня из Кладно традиционно страдала дефектами. Дело дошло до того, что некоторые броневые листы пришлось полностью заменять. Для помощи в исправлении неисправностей с ČKD был прислан инженер, кроме того швейцарцы несколько раз заказывали у предприятия, сменившего название на BMM, запасные части. Несмотря на все вскрывшиеся в ходе сборки проблемы, в начале 1940 года танки окончательно вступили в строй.

Колонна танков в 3-цветном камуфляже

В мае 1939 года первые танки стали поступать на вооружение швейцарских подразделений. Их приняли на вооружение как Panzerwagen 39, или Pzw 39. К сентябрю 1939 году было организовано шесть танковых взводов. Как и предполагалось, в каждый из них поступило по четыре Pzw 39. Регистрационные номера танков распределились в соответствие с тем, в какой взвод машина попала. Цифра 75 означала боевую массу (7,5 тонн), третья цифра – номер взвода, а четвертая – номер танка во взводе:

1 взвод: M+7511 — M+7514

2 взвод: M+7521 — M+7524

4 взвод: M+7541 — M+7544

5 взвод: M+7551 — M+7554

6 взвод: M+7561 — M+7564

7 взвод: M+7571 — M+7574

Номер взвода, в свою очередь, соответствовал номеру пехотной дивизии, в которую взвод организационно входил.

Монотонно-серую окраску, которую танки носили первое время, довольно быстро заменили на двухцветный камуфляж. По периметру башни появились большие буквы CH, дабы никто не перепутал – танк швейцарский. Некоторые танки, в частности, машины 5-го взвода, имели трехцветный камуфляж.

Отличительной чертой машин разных взводов стали нанесенные на борта эмблемы. У первого взвода такой эмблемой был рак, у второго – игральные карты, у четвертого змея, у пятого черепаха, у шестого носорог, у седьмого крокодил. В таком виде танки принимали участие в маневрах, которые швейцарская армия проводила в 1940 году.

Несмотря на нейтралитет, швейцарцы очень серьезно отнеслись к тому, что у них под боком шли боевые действия. Нейтральный статус той же Дании ей не особо помог, так что Швейцария сделала все, чтобы показать – в случае чего она готова дать отпор. Сомнительно, что 24 чехословацких танка сильно бы ей помогли. Но в любом случае в горах немцам пришлось бы повозиться. Тем более что лезть в страну, на тот момент известную не только горами, но и многочисленными банками, было чревато. Как бы то ни было, Швейцария, наряду со Швецией, смогла сохранить нейтральный статус на протяжении всей войны.

Большие буквы CH говорили о том, что танки швейцарские, а эмблема в виде крокодила – о том, что эти машины из 7-го взвода

В декабре 1940 года произошла реорганизация швейцарских танковых подразделений. Танки свели в три роты по 8 танков в каждой. Первая рота получила качестве эмблемы игральные карты, вторая – носорога, а третья – черепаху. Позже один из этих танков стал базой для различных экспериментов.

В целом швейцарская армия оказалась довольно как самим танком, так и общей концепцией шасси разработки Алексея Сурина. Неудивительно, что Pzw 39 прослужили в швейцарской армии не один десяток лет. В последний раз запчасти у ČKD швейцарцы заказали в 1947 году, что позволило надолго продлить эксплуатацию этих боевых машин. В августе 1948 года Pzw 39 выключили в состав подразделений, получивших на вооружение истребители танков G-13. Окончательно же Pzw 39 сняли с вооружения только в 1960 году.

Pzw 39 в конце 40-х годов. На заднем плане истребители танков G-13

Довольно бережное отношение швейцарцев к Pzw 39 стало причиной того, что до наших дней сохранилось 9 танков этого типа, то есть больше трети от всего объема выпуска. С одной из этих машин, находящейся в экспозиции танкового музея в городе Тун, можно познакомиться поближе в фотообзоре. Как минимум три машины находятся в ходовом состоянии. В 2016 году один экземпляр Pzw 39 Швейцария презентовала Чехии, ныне эта машина находится в военно-техническом музее Лешаны. Зная трудолюбие местных реставраторов, можно быть уверенным – скоро и этот танк поедет.

Источник - http://warspot.ru/8609-tanki-dlya-neytralov

Comment viewing options

Выберите нужный метод показа комментариев и нажмите "Сохранить установки".
NF's picture
Submitted by NF on Mon, 20/03/2017 - 16:10.

Хороший материал.

Правду следует подавать так, как подают пальто, а не швырять в лицо как мокрое полотенце.

Марк Твен.