Юрий Пашолок. «Першинг» с длинной рукой

Nov 14 2017
+
15
-

В начале 1944 года среди американских военачальников витало мнение, что Вторую мировую войну можно закончить и на тех танках, которые уже производились в США. Такое легкомысленное отношение аукнулось уже летом, когда выяснилось, что даже появление M4A1(76)W с 76-мм орудиями M1 помогло в борьбе с новой немецкой бронетехникой лишь отчасти. Американские танки откровенно уступали на поле боя немецким «Пантерам», и это приводило к большим потерям. Самым же неприятным сюрпризом стало появление в июле 1944 года на поле боя новейшего немецкого тяжелого танка Pz.Kpfw. Tiger Ausf.B (он же Tiger II, он же Königstiger). Выяснилось, что в лобовой проекции его не пробивает ни одна из американских пушек. Поиск достойного ответа для этих бронированных монстров привёл к созданию Heavy Tank T26E4 и некоторых других модификаций «Першинга» с длинноствольными орудиями в качестве основного вооружения.

 

Танк-истребитель по-американски

 

Протараненный лейтенантом Гормэном 18 июля 1944 года в районе Каньи немецкий тяжёлый танк Pz.Kpfw. Tiger Ausf.B оказался для американских военных крайне неприятным сюрпризом. Было неизвестно, сколько таких танков еще есть у немцев. Зато наверняка можно было утверждать, что у американских танкистов и противотанкистов не имелось надёжных средств борьбы с Tiger II. Даже Heavy Tank T26 и истребитель танков Gun Motor Carriage T71 (в июле 1944 года стандартизированный как Gun Motor Carriage M36) не являлись надежным средством против «Королевского тигра». Их 90-мм пушка M3 по характеристикам была близка к немецкой 8.8 cm Flak 18, лобовая плита нового немецкого танка оказалась такому орудию не по зубам.

90-мм орудие T15, концепция которого была подсмотрена американскими конструкторами у немцев. Даже по техническому заданию видно, что это американский аналог Pak 43/KwK 43

Ответ американцев на новую угрозу не заставил себя долго ждать. 28 июля компания General Electric выступила с предложением о модернизации Heavy Tank T1E1 (хотя эти машины так и не стандартизировали, в переписке они фигурировали как M6E2). Предлагалось установить 105-мм пушку T5E1 в модифицированную башню от Heavy Tank T26. Стоит отметить, что проект похожей модернизации существовал и ранее. В январе 1944 года планировалось поставить на танки семейства Heavy Tank T1 башни от Medium Tank T26 (которые на тот момент числились средними). В начале весны 1944 проект установки башни Medium Tank T26 на Heavy Tank M6 активно прорабатывался, но 7 марта работы отменили. Тем не менее, именно они стали, во многом, отправной точкой при разработке Heavy Tank M6A2E1.

Поначалу предполагалось построить 15 танков данного типа. 18 августа от исходного варианта M6A2E1 отказались из-за его слишком большой массы и низкой подвижности. Впрочем, он остался проект стал своего рода тестовой лабораторией для разработки башни и вооружения другого проекта – Heavy Tank T29. Фактически американский Департамент вооружения решил увеличить в размерах Heavy Tank T26.

У этой машины, а также появившегося чуть позже Heavy Tank T30 (отличался вооружением – 155-мм пушкой T7), имелась другая проблема. Для их проектирования и постройки требовалось время. Неудивительно, что Комитет по вооружениям инициировал ещё один, третий по счету проект. На сей раз речь шла о танке-истребителе, базой для которого становился Heavy Tank T26.

Переделанный под 90-мм орудие T15E1 танк T26E1, Абердинский полигон, январь 1945 года

Существенным преимуществом базы Heavy Tank T26 было то, что она уже существовала в металле. Правда, орудие калибра 105 мм в такую башню поставить не представлялось возможным. По этой причине было решено пойти по другому пути. Арсенал Уотервлиет, что в штате Нью-Йорк, получил задание на постройку удлиненной версии 90-мм танковой пушки T14. Орудие получило индекс T15. Помимо заметного удлинения ствола (до 73 калибров), была увеличена и гильза боеприпаса для нового орудия. Это позволило заметно увеличить начальную скорость снаряда – до 975 м/с для бронебойного снаряда T33 и 1143 м/с для подкалиберного T30E16. У американцев получился эквивалент немецкой пушки 8.8 cm KwK 43 L/71. После того, как опытный образец T15 испытали на буксируемом лафете, арсенал Уотервлиет получил задание на постройку двух опытных образцов в доработанной версии, получившей обозначение T15E1.

Для компенсации возросшей нагрузки пушка получила противовес и пружинный уравновешивающий механизм

На испытаниях пушка T15E1 показала прекрасные результаты. Лобовая броня немецкого среднего танка Pz.Kpfw. Panther оказалась пробита на дистанции 2377 метров. Это примерно соответствовало показателям бронепробития советской танковой пушки Д-25Т калибра 122 мм и было значительно лучше, чем бронепробитие у советской 100-м пушки Д-10Т.

Правда, после установки орудия в танк начались проблемы. Для испытаний был выбран первый опытный образец Heavy Tank T26E1, находившийся на Абердинском полигоне. В начале января 1945 года на него поставили новое орудие, и здесь пришлось повозиться. Дело в том, что более длинный ствол – это заметное смещение центра тяжести. Для компенсации веса ствола в кормовой части башни разместили довольно большой противовес. Орудийная установка не была рассчитана на такую длину и массу ствола. По этой причине сверху был установлен уравновешивающий механизм. В таком виде танк, переделанный силами Wellman Engineering Company, поступил на испытания 12 января 1945 года.

Этот же танк в конце марта 1945 года. Уравновешивающие боковины на экранировке орудийной маски еще не стоят

Перечисленные меры позволили уравновесить башню, одновременно немного увеличив боевую массу танка. Но на испытаниях вскрылась другая неприятность. Как уже упоминалось, длина гильзы боеприпаса для нового орудия увеличилась. В результате заряжание пушки унитарным патроном превратилось в натуральную пытку. Не меньшей проблемой стало и размещение патронов длиной 127 см в укладках.

Новую проблему конструкторы решили довольно просто, сделав заряжание раздельным. Переделанное орудие получило индекс T15E2. Эта пушка пошла уже на вторую опытную машину.

Этот же танк спереди. Благодаря дополнительной броне заметно улучшилась защита, но сильно снизилась подвижность

По итогам испытаний 1 марта 1945 года Комитет по вооружениям утвердил принятие данного танка на вооружение под индексом Heavy Tank T26E4 (OCM 26831). С учетом всех изменений боевая масса машины выросла до 42,9 тонны. Для сравнения, боевая масса T26E3 составляла 41,5 тонны. Полная длина танка выросла с 8509 до 10312 мм.

Сразу после этой «ограниченной» стандартизации было решено отправить T26E4 на фронт. Времени для испытания танка в боевых условиях оставалось мало, было понятно, что война с Германией будет продолжаться считанные месяцы. Уже к 15 марта танк оказался в Европе. Его определили в 3-ю бронетанковую дивизию, в которую незадолго до того на вооружение поступили Heavy Tank T26E3.

Конструкция разнесённой экранировки лобовой части корпуса

Новый танк в Европе сопровождал капитан Элмер Грэй из Автобронетанкового исследовательского центра (Tank-Automotive Center). Новый подопечный еще до начала боевой карьеры сжёг капитану Грэю немало нервов. Дело в том, что поступил в дивизию он не совсем укомплектованным. Телескопический прицел M71E4 в дороге как будто бы потерялся, пришлось устанавливать в танк прицел M71C от T26E3. После разбирательства выяснилось, что телескопический прицел не потерялся, а его и не было изначально, в Европу танк отправляли именно с прицелом M71C. Пришлось в срочном порядке готовить для экипажа таблицу стрельб.

Второй проблемой стало то, что снаряды для пушки нового танка по ошибке направили в 635-й батальон истребителей танков вместе с опытной противотанковой пушкой T8. Этот эпизод выглядит вдвойне комичном от того, что T8 использовала штатные унитарные патроны от 90-мм зенитной пушки M1 и танковой пушки M3. Другими словами, нужды в новых снарядах у противотанкистов не было никакой. На возвращение боекомплекта также понадобились время и нервы.

Орудийная маска после доработки

Пока продолжались все эти разбирательства, опытный T26E4 оказался в распоряжении 3-го ремонтного батальона. Дальнейшие события хорошо известны благодаря мемуарам Белтона Купера, который служил в этом подразделении. Мытарствам опытного танка посвящена отдельная глава. Именно благодаря Куперу стало известно прозвище машины — «Супер-Першинг». Интересны описываемые Купером метаморфозы, происходившие в марте 1945 года.

«Отдел артиллерийско-технического снабжения был особенно заинтересован в опробовании нового танка в боях с «Королевскими Тиграми». Мы уже потеряли несколько новых «Першингов» от огня немецких противотанковых пушек с высокой начальной скоростью снаряда и знали, что броня наших машин все еще уступала броне немецких «Тигров». Мне было поручено разработать и установить на новый танк дополнительную броневую защиту.

В хорошо оснащенных немецких мастерских нашлось несколько больших листов 38-миллиметровой котельной стали. Мы решили сделать лобовую броню многослойной. Из двух листов котельной стали мы вырезали V-образные пластины по размеру клина лобовой брони. Листы лобовой брони «Першинга» располагались под углом 38° к горизонтали или 52° к вертикали, что считалось критическим углом для рикошета. Это давало нулевой зазор по верхнему краю листа и около 75 мм — на перегибе, где лобовая броня смыкалась с передней частью днища.

Второй лист котельной стали, вырезанный таким же образом, был установлен под углом в 30° поверх первого, и зазор в месте сочленения с днищем составлял уже от 180 до 200 мм. Таким образом, спереди танк защищали 102 мм первоначальной литой лобовой брони и два листа 38-мм котельной стали с зазором между ними. Мы полагали, что, невзирая на относительную мягкость котельной стали, многослойность и пониженный угол скоса позволят немецким снарядам рикошетировать. Усиленная защита добавляла танку около пяти тонн веса, и мне пришлось на логарифмической линейке подсчитывать, насколько это увеличит нагрузку на переднее плечо торсиона и опорные катки.

Затем мы вырезали кусок из лобовой брони подбитой немецкой «Пантеры» толщиной 88 миллиметров, и подровняли его до размеров 150 x 60 см. В центре мы вырезали отверстие для орудийного ствола и по бокам его еще два, поменьше, — для спаренного пулемета и прицела. Эту плиту мы надели на ствол пушки, продвинули до броневого навеса и намертво приварили к броне. Поскольку весила она почти 650 кг, центр тяжести ствола сместился на 35 сантиметров вперед от цапф.

На «Супер-Першинге» уже были установлены балансирующие пружины, закрепленные на башне и той маске, что была на танке изначально. Предполагалось, что они компенсируют увеличенную длину ствола, но дополнительной нагрузки пружины не выдержали, и ствол перекосило вперед. Механический редуктор внутри башни, который должен был поднимать и опускать ствол, не справлялся с увеличенным весом.

Для равновесия мы из двух листов 38-мм котельной стали вырезали пару противовесов странной формы: длиной чуть больше метра, они на протяжении первых 45 сантиметров имели постоянную ширину — 30 см, а затем расширялись вдвое. Узкими концами мы приварили их к бокам сделанного из брони «Пантеры» навеса, так что широкой частью противовесы выступали назад и по сторонам башни. Таким образом, более тяжелая часть оказывалась по другую сторону цапф ствола и компенсировала тяжесть навеса. Это помогло, хотя наводчику было по-прежнему тяжело поднимать ствол при помощи ручного подъемного механизма.

Было очевидно, что этих противовесов недостаточно и к ним следует добавить дополнительный груз — но вот сколько и где? Мои ограниченные познания в теоретической механике подсказывали, что для этого потребуются сложные расчеты, а ни времени, ни данных у нас не хватало. На это и намекал майор Аррингтон, когда язвил насчет моей логарифмической линейки.

Мы решили воспользоваться «методом тыка». Нарезав несколько пластин листовой стали толщиной 38 мм и размерами 30 x 60 см, мы по одной навешивали их на задний край противовеса при помощи струбцин. Передвигая грузы взад-вперед, методом проб и ошибок мы отыскали точку равновесия, в которой орудие можно было поднимать и опускать вручную, а затем приварили пластины на место.

Когда орудие смотрело вперед, танк напоминал атакующего бешеного слона. Длинный ствол походил на хобот, массивные, выпирающие по сторонам противовесы — на уши, а отверстия в маске пушки для пулемета и прицела — на глаза. Мы надеялись, что и на немцев танк произведет такое же впечатление!

На башне изначально был установлен противовес, компенсирующий тяжесть длинного ствола. Мы увеличили его тяжесть — иначе, когда танк преодолевал склоны, даже гидравлический поворотный механизм с трудом справлялся с прицеливанием. Мы отметили наличие подобной проблемы и у немецких «Пантер»: на мало-мальски заметном склоне, если орудие вначале смотрело вниз, у немецкого наводчика уходило немало времени, чтобы при помощи ручного поворотного механизма развернуть башню в направлении гребня.

В результате вес «Супер-Першинга» увеличился на семь тонн. Мы заново измерили зазор под днищем и обнаружили, что опорные катки проседают на 5 сантиметров глубже нормального. Корма танка из-за этого поднималась, словно хвост у селезня в брачный сезон. Но, невзирая на нелепый вид, машина хотя и потеряла, должно быть, десяток километров в час скорости, мощности её 550-сильному мотору все равно хватало».

Купер, впрочем, не упомянул в своих мемуарах, что не он один являлся разработчиком экранировки. Координатором проделанной работы выступал Л.Р. Прайс с Абердинского полигона, ответственный за орудийную установку. Влияние Прайса очевидно, поскольку экранировка «Супер-Першинга» немного отличалась от той, что обычно делалась в 3-й бронетанковой дивизии. Использование двойных листов экранов в дивизии практиковалось, но такого разнесённого бронирования здесь не делали. Влияние специалиста с полигона видно и в установке противовесов для дополнительной защиты орудийной маски.

Корма башни танка

Установка экранов очень сильно повлияла на характеристики танка. Помимо проседания торсионной подвески и существенного снижения скорости, нередко наблюдался перегрев двигателя, что и понятно – боевая масса танка выросла до 50 тонн. Танкистам сильно повезло, что при таком перегрузе не начали регулярно выходить из строя опорные катки. Возросла нагрузка на механизмы наведения, никуда не делась и проблема со слишком длинными боеприпасами. Впрочем, у танка имелся существенный плюс – огневая мощь. На испытании выпущенный с 2400 метров снаряд пробил лобовой лист самоходной установки Panzer IV/70 толщиной 80 мм, прошел через боевое отделение, двигатель, пробил кормовой лист и зарылся в землю.

Финал боевой карьеры Super Pershing. Парк техники 3-й бронетанковой дивизии, лето 1945 года

Дебютировал T26E4 в начале апреля 1945 года. Купер был свидетелем этого эпизода:

«Большую часть мостов через Везер немцы успели подорвать. Однако Боевая группа Б с тяжелыми боями сумела захватить плацдарм в нижнем течении реки, форсировав ее в нескольких местах. Немцы в районе плацдармов были уничтожены или взяты в плен, и дивизия форсированными темпами двинулась на Нортхейм.

Именно в этих местах, между Везером и Нортхеймом, вступил наконец в бой наш «Супер-Першинг». Отступающие с плацдарма немецкие части оставили на нашем пути несколько изолированных опорных пунктов. Одна такая огневая точка на склоне поросшего лесом холма в полутора километрах от нас открыла огонь по нашей колонне. Возглавлявший колонну «Супер-Першинг» повернул башню и выстрелил бронебойным в машину на склоне холма. Вздыбился фонтан слепящих искр, обломки взлетели в небо метров на пятнадцать, и до нас донесся оглушительный грохот взрыва.

Неизвестная машина была либо танком, либо самоходным орудием, бронетранспортер взорвался бы с меньшим шумом. Остальные машины в нашей колонне открыли огонь из танковых орудий и пулеметов, и вскоре немцы вышли из боя. Хотя мы и не знали определенно, что за машину подбил наш «Супер-Першинг», нам точно было известно, что на такой дистанции 76-мм орудие «Шермана» не смогло бы подбить ни «Пантеры», ни «Тигра». Что именно это было, никому проверять не хотелось. «Супер-Першинг» понюхал пороху и, насколько мне известно, больше ни в одном бою не участвовал».

Иногда упоминается о бое T26E4 с Tiger II, но официального подтверждения этому нет. Реальное боевое применение «Супер-Першинга» вполне соответствует словам Купера. Идея с экранировкой стала, скорее, ошибкой. Работы по дополнительной защите танка отняли время, которого, вероятно, как раз и не хватило для встречи американского танка-истребителя с желанным противником.

 

В ограниченной серии, ограниченно годный

 

Пока первый опытный образец T26E4 обкатывался на фронте, продолжались работы со второй машиной. Она создавалась с учетом выявленных недостатков. Во-первых, на неё устанавливалась более совершенная пушка T15E2 с раздельным заряжанием. Во-вторых, этот танк получил более совершенную конструкцию механизма уравновешивания. Открытые всем ветрам пружины были прикрыты кожухами. Наконец, сама база танка была более новой. Для переделки в T26E4 был взят серийный образец Heavy Tank T26E3 (серийный номер 97, регистрационный номер 30119907).

Второй опытный T26E4 на Абердинском полигоне, лето 1945 года

Переделка второго опытного образца T26E4, который одновременно считался первым серийным, была закончена фирмой Wellman Engineering Company в июне 1945 года. К тому моменту война в Европе уже закончилась, и особая нужда в танке-истребителе отпала. Согласно планам от февраля 1945 года, предполагалось изготовить 1000 T26E4, эти машины планировалось использовать как танки-истребители. Они должны были действовать совместно с T26E3, выполняя ту же роль, что в английской армии исполняли танки-истребители Sherman VC. Поскольку война закончилась, летом 1945 года было принято решение сократить заказ до 25 танков. Полностью отказываться от заказа не стали по той причине, что программа создания Heavy Tank T29/T30 буксовала, а T26E4 на тот момент обладал наиболее мощным орудием среди принятых на вооружение американских танков.

На виде сверху хорошо виден изменившийся уравновешивающий механизм

Прибывший на Абердинский полигон в июле 1945 года танк отличался не только другой пушкой и переделкой уравновешивающего механизма. Машина получила, наконец, прицел M71E4. Немного был изменён гидравлический привод поворота, поскольку возросла масса башни. Переделке подверглась укладка выстрелов раздельного заряжания, всего в танк их вместилось 54 штуки.

Эта же машина сзади

Испытания, проходившие летом 1945 года, показали, что внесенные в конструкцию изменения положительно сказались на работе расчета. Тем не менее, некоторые проблемы всё еще наблюдались. Даже переход к раздельному заряжанию полностью не избавил расчет боевого отделения от трудностей. Слишком длинная гильза всё еще доставляла хлопот. Кроме того, даже переделанный уравновешивающий механизм испытателей не устроил. В бою не особо крепкая конструкция могла быть легко повреждена. Собранные по итогам испытаний пожелания по переделке были сформулированы в отчете по испытаниям. Wellman Engineering Company вновь взялась за работу. В результате внешний вид серийного T26E4 несколько отличался от облика второй опытной машины.

Серийный T26E4. Абердинский полигон, январь 1946 года

Снова на испытания T26E4, теперь уже серийный образец, прибыл в январе 1946 года. Танк также не являлся новым – его переделали из серийного T26E3 (серийный номер 83, регистрационный номер 30119394). На сей раз машина гораздо больше напоминала обычный T26E3, поскольку её уравновешивающий механизм снова изменили. Гидропневматическую систему удалось разместить внутри башни, кроме того, переделке подвергся противовес, имевший массу 1334 кг. Именно в таком виде Heavy Tank T26E4 и пошёл в серию.

Переделанный противовес

В финальном варианте боевая масса танка-истребителя еще больше увеличилась. Теперь она достигла отметки 44,07 тонны. После переделки орудийной установки увеличилась и полная длина машины, которая теперь составляла 10465 мм. Теоретически максимальный угол возвышения орудия должен был остаться на уровне T26E3, но на испытаниях он реально оказался чуть ниже – 18,25 градусов вместо 20. Такое изменение было сочтено вполне допустимым.

Этот танк испытывался в Форт-Ноксе

Вслед за полигонными тестами начались войсковые испытания, местом для проведения которых был выбран Форт-Нокс. Туда отправился серийный T26E4, регистрационный номер 30128151, серийный номер 1405. Задачей испытаний стало определение характеристик машины, изучение работы установки вооружения, удобства работы экипажа и поведения танка в условиях, максимально приближенных к боевым. 9 мая 1946 года, пока продолжались испытания, Heavy Tank M26 был «переквалифицирован» в категорию средних танков.

Хорошо виден изменившийся противовес

При переделке в T26E4 механизмы вертикальной и горизонтальной наводки оставались те же, что и на M26. Выросшая масса башни не могла не сказаться на эффективности работы механизмов, прежде всего, в горизонтальной плоскости. Например, мотор поворота башни вместо 3,3 оборотов в минуту стал вращать башню со скоростью не более 2,6 оборотов в минуту. Разумеется, это сказалось на манёвренности огня. Еще большей проблемой стала возросшая нагрузка на механизмы ручного привода поворота башни. Критике подвергся и гидропневматический механизм уравновешивания, который отличался от того, что применялся на M26, а это усложняло его обслуживание в полевых условиях.

Ящики ЗИП в открытом положении

Серьёзной критике специалистов из Форт-Нокс подверглось орудие T15E2, точнее, используемые для него боеприпасы. Из-за того, что выстрел сделали раздельным, изменилась укладка, что ухудшило, например, доступ к радиостанции. Мнение об удобстве заряжания оказалось у испытателей примерно тем же, что и у их коллег с Абердинского полигона. Слишком длинная гильза была существенным недостатком. Раздельное заряжание и так снизило скорострельность, а дополнительные неудобства только ухудшали и без того безрадостную картину. Кроме того, при стрельбе бронебойными снарядами отмечались повреждения ствола и дульного тормоза. Причиной повреждений комиссия посчитала неудачную конструкцию снаряда.

Наглядная демонстрация того, насколько неудобным было использование боеприпасов даже при раздельном заряжании

Неоднозначными оказались выводы, сделанные по итогам ходовых испытаний машины. Сильно выдающийся вперед ствол снижал возможности танка по преодолению препятствий. Особенно критичными стали испытания по преодолению вертикальных препятствий. В их ходе имелся серьезный риск удара орудием о землю и его повреждения. Прочность механизма наводки орудия была признана недостаточной, требовалась его переделка. Кроме того, увеличилось время обслуживания танка после 800 километров пробега.

В ходе преодоления препятствий ствол нередко утыкался в землю

Специалисты из Форт-Нокс сделали вывод, что Heavy Tank T26E4 обладает массой недостатков. По сравнению с M26 уменьшилась скорострельность, маневренность огня, способность преодолевать некоторые препятствия. Вердикт испытателей во многом оказался схожим с тем, что T26E4 получил в войсках. Неудивительно, что в американской армии T26E4 задержался ненадолго.

С орудием в походном положении ситуация оказалась не лучше

До наших дней сохранился всего один T26E4. Он находится в парке Кантигни, что в Уитоне, штат Иллинойс. Остальные танки закончили свой жизненный путь в качестве мишеней. Но история «длинноносых» M26 на этом не закончилась. Ведь ещё тогда, когда первый серийный T26E4 проходил испытания, кипела работа по созданию его преемника.

 

Третий подход к «длинной руке»

 

Переход к раздельному заряжанию американцы посчитали полумерой. То, что он лишь частично решает проблему, одновременно порождая новые неудобства, было очевидно. Неудивительно, что параллельно с доработкой T26E4 в июне 1945 года началась работа по новой танковой пушке. Орудие получило обозначение T54, его постройку возложили на арсенал Уотервлиет.

90-мм танковое орудие T54, разработанное для танка M26E1

Внешне 90-мм танковая пушка T54 была очень похожа на T15E2. Наиболее заметным отличием снаружи стал однокамерный дульный тормоз. Ничего удивительного в этом нет, поскольку создателям пушки было дано задание построить орудие с аналогичными T15E2 характеристиками. Гораздо большие изменения претерпели казенная часть и боеприпасы. Проблему слишком длинной гильзы решили простым и бесхитростным способом. Вместо увеличения длины гильзы увеличился ее диаметр. В свое время, при разработке боеприпаса для 37-мм противотанковой пушки M3, Гладеон Барнс поступил очень похожим образом. Разумеется, чудес не бывает, более крупная гильза означала большие габариты и меньшее число патронов в укладке. Тем не менее, эту проблему американцы посчитали менее существенной. Логика здесь примерно такая: лучше иметь меньше снарядов, но сохранить скорострельность на приемлемом уровне и избавить заряжающего от головной боли.

Сравнительные размеры унитарных патронов пушек калибра 37, 75, 76 и 90 мм. Крайний справа патрон предназначался для орудия T54

Опытный образец орудия T54 был готов к февралю 1946 года. Положительные результаты испытаний стали сигналом к переделке двух M26 в танки-истребители. Подрядчиком выступила Martens Ferry Division, подразделение Blaw-Knox Company. Конструкция машины, получившей индекс Medium Tank M26E1, базировалась, в том числе, и на наработках по T26E4. Переделка башни во многом повторяла конструкцию T26E4. Вместе с тем, хватало здесь и других переделок помимо новой пушки. Изменился механизм отката, вместо спаренного пулемета Browning M1919 калибра 7,62 мм был установлен более мощный, Browning M2HB калибра 12,7 мм. Вместо телескопического прицела M71E4 танк получил другой, M83C. Поскольку орудие T54 использовало другие патроны, пришлось переделывать укладки. В итоге вместо 70 патронов, как на M26, танк с орудием T54 имел боезапас всего из 41 патрона, из них 5 находились в башне.

Medium Tank M26E1. Абердинский полигон, март 1947 года

Два образца Medium Tank M26E1 были готовы в самом начале 1947 года. Первый танк отправился в Детройтский арсенал, а второй уехал на Абердинский полигон. Испытания, начавшиеся в феврале 1947 года, выявили значительное улучшение характеристик. Благодаря гораздо более короткой гильзе заряжать орудие стало удобнее. Кроме того, пушка показала более высокую кучность стрельбы. Таким образом, с третьей попытки удалось, наконец, сделать орудие, которое одновременно было очень точным, имело хорошие показатели бронепробития и было удобным для работы расчёта.

Этот же танк слева. Хорошо заметно, насколько далеко орудие выходит за габариты танка

Испытания были закончены в начале 1949 года. К этому моменту было ясно, что сильно урезанное после окончания Второй мировой войны финансирование военных программ не оставило орудию ни единого шанса для запуска в серийное производство. Денег американским военным на тот момент хватило для начала производства танка M46 Patton, фактически того же M26, но с новым двигателем и модернизированным вариантом орудия M3.

Вид сверху, башня в походном положении

Существовали, впрочем, и другие причины, почему M26E1 не пошёл в серийное производство. Помимо значительного уменьшения боекомплекта, M26E1 обладал целым рядом других недостатков, похожих на те, которые испытатели из Форт-Нокс выявили при тестировании T26E4. Во-первых, чересчур длинный ствол ограничивал проходимость машины. Во-вторых, установка большого противовеса и длинного орудия на пару тонн увеличила боевую массу. Наконец, вырастала нагрузка на механизмы наводки. Одним словом, овчинка выделки не стоила.

Единственной страной, которая смогла создать удачный аналог немецкой танковой пушки 8.8 cm KwK 43 L/71, стала Великобритания. Танковая пушка Ordnance QF 20 pounder калибра 84 мм получилась лучше и американского, и даже немецкого аналогов. Длина ствола британского орудия оказалась меньшей (66,7 калибров), да и сама его конструкция была менее громоздкой. Кроме того, пушка проектировалась для башни танка Centurion, имевшего больший диаметр погона (1880 мм).

Башня M26E1 практически полностью повторяла по конструкции башню для T26E4

Существовала еще одна причина, которая в значительной степени делала американские длинноствольные орудия калибра 90 мм бесполезными. Об этой причине, правда, американские военные вряд ли догадывались. В Советском Союзе, который стал после окончания Второй мировой войны главным потенциальным противником США, еще с конца 1943 года проектировались танки с защитой от 8.8 Pak 43/KwK 43. Таковыми являлись, например, Т-54 и ИС-3. С учетом схожих характеристик Pak 43 и T15/T54, существовала вероятность того, что на средних дистанциях «длинные руки» американских танкистов оказались бы малоэффективными. К счастью, на поле боя это проверять не пришлось.

Проект установки на шасси Medium Tank T25E1 башни от Heavy Tank T29

Напоследок стоит упомянуть ещё одну машину, которую американцы даже не стали строить. В 1948 году прорабатывалась идея установки на шасси Medium Tank T25E1 башни от Heavy Tank T29. Теоретически это было возможно, правда, предстояло увеличить диаметр подбашенного погона. Преимуществом такой переделки являлось то, что саму башню изменять не требовалось.

Вопрос в том, что масса башни Heavy Tank T29 значительно превышала вес башни Medium Tank T25E1. Это означало, что машина столкнулась бы с проблемой серьёзной перегрузки шасси. При этом никуда не делись бы и проблемы с очень длинным стволом. Неудивительно, что данный проект был похоронен ещё на стадии эскизной проработки.

Источник – http://warspot.ru/10327-pershing-s-dlinnoy-rukoy