Выбор без выбора, или о перспективах альтернативной истории в Латинской Америке, часть I

24
10

Доброго времени суток, уважаемые коллеги. В преддверии новой двери решил опубликовать небольшой обзорно-аналитический цикл по различным возможностям и перспективам АИшек в Латинской Америке, который изначально должен был быть одной статьей, но, чую, затянется. Сегодня публикуется первая часть, со вступлением и обзором первых государств, включая Мексику и СПЦА.

Содержание:

Латинская Америка и альтернативная история

Выбор без выбора, или о перспективах альтернативной истории в Латинской Америке, часть I

Латинская Америка кроет в себе своеобразную дихотомию – она интересна АИшникам, но в то же время ее страны редко кто выбирает в качестве темы для своих проектов, а уж так, чтобы заняться этой темой всерьез, изучить и осмыслить весь материал, провести собственный анализ и сделать определенные выводы вне зависимости от того, будут они совпадать с «все знать, кхалиси, все знать», или нет – такое и вовсе можно встретить достаточно редко. Мне самому не единожды поступали предложения начать проект по какой-то латиноамериканской стране, а из проектов других коллег я видел лишь обсуждение развилки для АИ-Бразилии, да мир Тихоокеанской Конфедерации авторства коллеги Fonzeppelin-а. Сам я пробовал начинать писать АИшку по Великой Колумбии Боливара, но было это давно, и получалось настолько неубедительно и топорно, что я даже не дошел до публикации материалов. Однако вопрос Латинской Америки продолжал волновать меня, потому я понемногу искал возможные варианты развилок для разных стран, с созданием чего-то достаточно крепкого и перспективного, способного если не стать лидером всей Латинской Америки в противостоянии амбициям Великобритании, Франции и США, то хотя бы сохранить экономическую и политическую самостоятельность в тех условиях, когда латиноамериканские страны становились в той или иной степени зависимыми от европейцев или янки.

Постепенно, по мере накопления знаний по разным частям Америки, я уже составил себе представление о возможностях и перспективах большинства государств, и определил для себя государства, имеющие потенциал – т.е. хотя бы теоретическую возможность оставаться самостоятельным игроком и развиваться, а не скатиться в череду постоянных революций, банкротств и пресмыкательства перед «старшими братьями». Появилось представление о возможностях, проблемах и перспективах тех или иных государств, которое можно было систематизировать, сформировав отдельный материал. Собственно, текущая статья и является оным итогом моего собственного анализа альт-исторических перспектив Латинской Америки, который может показаться интересным или полезным некоторым коллегам. Обзор будет вестись по основным игрокам, начиная с севера, и по возможности я постараюсь быть кратким. Тем не менее, некоторые моменты придется разжевывать детально, так что объем материала в целом может выйти большим. Также я буду в первую очередь рассматривать ранние для Латинской Америки развилки – т.е. время революций начала XIX века, когда есть возможность не бороться с накопленными во время освобождения проблемами, а не допустить их создания, и добиться наилучшей отдачи от приложенных усилий.

О кандидатах без потенциала

У многих латиноамериканских государств попросту нет потенциала по рассматриваемым мною критериям – они или слишком небольшие, или им просто не судьба состояться без серьезного вмешательства «большого брата». Рассматривать детальнее я их не буду, но в двух словах охарактеризовать их все же стоит. Далее по пунктам:

  • Куба. Остров Свободы, к которому неравнодушны очень многие люди из Восточной Европы. С одной стороны, у острова есть АИ-потенциал, первое восстание против колониализма там было еще в 1820-е годы, да и вообще остров отличается достаточно неплохим аграрным потенциалом, что может помочь создать ему достаточно сильную экономику, и население там значительное – 11 миллионов… Но это все в наши дни. А в те же 1820-е годы население острова составляло всего около 600 тысяч человек, и Куба была сильно завязана на Испанию, для которой потеря именно этой колонии была куда более недопустимой, чем, к примеру, потеря Ла-Платы или Санто-Доминго. Кроме того, Куба находилась на расстоянии чиха от Европы, и самым тесным образом подпирала южные границы США, которые при случае могли вмешаться во внутренние трения. К этому можно добавить ведущую роль в местном политикуме крупных латифундистов – и вуаля! Получаем достаточно консервативное общество на острове, которое не то что в эффективное развитие и самостоятельность не может – а просто добиться фактической независимости не в состоянии. Даже если захочет. Ситуация изменится лишь в XX веке, но и тогда Куба будет способна играть более или менее самостоятельно лишь при поддержке какого-то «старшего партнера» — слишком серьезна разница между Кубой и США, которые никогда не останутся равнодушны к стратегически важному острову.
  • Эспаньола. В реальности там расположены два государства – Гаити, и Доминикана. В АИшке могло сложиться так, что там было бы всего одно государство, причем это могло быть как «французское» Гаити, так и «испанская» Доминикана. Вот только такие перестановки лишь в теории интересны, ну или прицепом к какому-то более сильному игроку, ибо получившиеся государства слишком слабы, а без радикальных перемен – еще и полны проблемами по самые эти. Причем, если Доминикана еще имеет какие-то перспективы нормального развития в качестве брелка для большого дяди, будь то США, Испания или Крымское ханство, то с Гаити все очень плохо – очень шаткий социальный базис, проблема внутренней нестабильности там прослеживается с момента создания государства и до современности, и решить ее на деле если и можно, то только после очень продолжительной борьбы, в результате которой небольшое государство все равно станет тем самым брелком.
  • Пуэрто-Рико. По факту – одна из главных опор испанского колониализма в Америке, отдавать его они не будут, да и местные жители при испанцах жили очень даже неплохо. А потом место испанцев заняли американцы. Для самостоятельной игры у острова нет возможностей, а в подчиненном положении он и так занимает достаточно неплохие позиции. По крайней мере, значительно лучшие, чем соседние малые государства.
  • Любые Малые Антильские острова. Мне серьезно надо объяснять, почему не вариант?
  • Ямайка. Строго говоря, это не Латинская Америка, но мало ли? Впрочем, островное государство слишком слабое, чтобы быть интересным для АИшников. Тут разве что какие-то местные политические процессы описывать, воображая, что играешь в Tropico и строишь карибский рай…
  • Центральноамериканские республики. Как вы будете ощущать себя, если проснетесь утром от мощного удара по почкам, пары-тройки тычков в грудь, перцового баллона в глаза и добивающего комбо в район левого уха? А потом как ни в чем не бывало пойдете на работу, где начальство устроило проверку, а тут еще и внезапно приехало начальство начальства с теми же намерениями, и все хотят вас в той или иной степени поиметь, а вы с раннего утречка уже никакой по описанным выше причинам? В общем, теперь вы можете понять состояние республик Центральной Америки в 1820-е годы, после обретения независимости. По большому китайскому счету, независимости там никто не хотел, были лишь небольшие кружки автономистов или романтиков, но когда в отрыв пошли все соседи, включая Мексику – пришлось и генерал-капитанству Гватемале, в которое входили все будущие республики кроме Панамы, в добровольно-принудительном порядке делать то же самое. Никто не знал, что с этой независимостью делать, и как быть, выдумывать пришлось на ходу, а тут еще и конфликты между либералами и консерваторами-латифундистами, и иностранные интервенции, и авантюристы, а в некоторых странах – социальный конфликт между «белыми» (креолами и метисами) и индейцами…. Для маленьких государств с довольно скромным населением это – приговор. Хотя я, как дочь гватемальского офицера-креола, женившегося на гватемальской девице, дочери племенного вождя индейцев, таки могу сказать, что не все там так однозначно, но об этом – ниже….
  • Гвиана. И я сейчас не про французский департамент, а про Гвиану в широком смысле – Гвианское нагорье, обширный регион, который включает в себя Гайану, Суринам, Французскую Гвиану, а также Португальскую Гвиану в виде штата Амапа и северо-восточной части штата Амазонас. Чисто теоретически, у государства на этой территории может быть немало ресурсов и возможностей для развития, пускай даже и брелка какого-то более крупного и серьезного игрока…. Но создание единой Гвианы – та еще головоломка, и без серьезной игры сильного игрока тут не обойтись, потому как надо каким-то образом пнуть французов, голландцев, англичан и португальцев, или как минимум не пустить в это место двух главных европейских колониальных грандов – Францию и Великобританию. А сама себя такая Гвиана не создаст, и населения там будет с гулькин нос – при большой площади там и в наши дни проживает менее 5 миллионов человек. Т.е., проблема гипотетической Гвианы – это не только ее выживание и самостоятельность, но и создание самого государства как такового. Хотя государство может получиться забавным.
  • Антилья, или Антилия. Гипотетическое государство, включающее в себя Кубу, Эспаньолу, Пуэрто-Рико и вообще все Антильские острова. Чисто гипотетически – такая сборная солянка может выйти достаточно интересной, и даже сможет попытаться бороться за самостоятельность. С другой стороны – создание Антильи совершенно нереально с развилками позднее XVII века, потому как куча разных государств, освоивших мелкие и средние острова архипелага, сделают невозможным объединение региона и создание чего-то вроде испаноязычной карибской Японии. Так что Антилья, увы, остается лишь в мечтах…

Конечно, все указанные государства могут представлять АИ-интерес, и рассматриваться в качестве дополнительного интереса в более крупных проектах, или в качестве небольших самостоятельных проектов, где, к примеру, маленькое Санто-Доминго каким-то образом приходит к успеху, становится сильным, завоевывает Гаити и создает успешную Республику Эспаньола. Тем не менее, они меня интересуют в наименьшей степени, и потому я перехожу к латиноамериканским «грандам», которые обладают достаточным потенциалом для того, чтобы из них вышло нечто вкусное.

Мексика

Выбор без выбора, или о перспективах альтернативной истории в Латинской Америке, часть I

Мексика – самое северное латиноамериканское государство, и одновременно с этим – самое густонаселенная из бывших испанских колоний в Америке. Было это действительно и в начале XIX века, когда на территории современного государства проживало около 6,8 миллионов человек, не считая немногочисленного населения северных территорий, и генерал-капитанства Гватемала с еще 1,2 миллионом человек. На территории Мексики есть множество сельхозугодий, а уж полезных ископаемых там огромное количество. Новая Испания, будущая Мексика, в конце XVIII века приносила метрополии 80% доходов с колоний, и в первую очередь эти доходы обеспечивались серебром. Серебро оставалось важным для Мексики и после провозглашения независимости – мексиканские песо активно экспортировались в Китай, и до 1870-х годов считались более стабильной валютой, чем американский доллар. Есть там и нефть, и другие полезные ископаемые. Если каким-то образом обеспечить сильную центральную власть в Мексике, и нормальное ее функционирование, то результат может превзойти все ожидания – мексиканцы могут не уступить США свои северные территории, а это огромные владения, включающие современную Калифорнию и Техас! Могут они сохранить контроль и над Центральной Америкой, а в таком случае Мексика вообще превращается в эдакий аналог США для Латинской Америки, по крайней мере в численности населения. Да и в наши дни Мексика – одно из самых развитых государств из числа бывших испанских колоний.

Однако все эти восторги и большие перспективы разбиваются как фигурист об лед при углублении в матчасть касательно этой самой Мексики. Новая Испания еще до обретения независимости в значительной мере была подвержена влиянию церкви – вероятно, ни одна другая колония не могла сравниться с тем, насколько плотно католическая церковь с иезуитами и прочими делами пустила корни в общественную жизнь Мексики, что уподобило ее метрополии. Да, иезуитов изгнали, да и в метрополии активно внедрялись светские идеалы, но в Новой Испании никаких больших изменений не происходило. Это определило значительное влияние церкви на настроения общества, и сопротивление каким-либо прогрессивным реформам. При этом в стране имелся острый социальный конфликт между латифундистами и простым людом, проблемой был и земельный вопрос, а значительная часть населения пребывала практически в крепостной зависимости от господ землевладельцев – это при том, что на момент обретения независимости в Мексике проживали едва ли более 10 тысяч рабов-негров. А еще в Новой Испании сильно угнетались индейцы, и потому их количество, в следствие высокой смертности, ограничениям и карательным действиям мексиканских войск, постоянно уменьшалось – если в 1820-х годах индейцев в Мексике было до 60%, то к концу столетия их уже было 30-35%, и то лишь потому, что до некоторых своих регионов мексиканцы не могли добраться полноценными рычагами власти, и потому индейцам там жилось несколько свободнее.

В результате войну за независимость Мексики двигали в основном не просвещенные либералы и патриоты, а священники, желающие отхватить побольше плюшек лично для себя, сельская и городская беднота, и просто различного рода обиженки из числа креольской знати. Сама война за независимость Мексики превратилась в трагикомедию, с весьма характерным ходом – сначала местные креолы подавляли бунт толпы, потом они подавляли местных романтиков и патриотов, в результате чего к 1820 году от революции почти ничего не осталось. Либеральная конституция 1812 года не нашла большого отклика в Новой Испании, зато утверждение деспотичного абсолютиста Фернандо VII в 1814 году роялисты самой главной испанской колонии восприняли одобрительно. Но тут в метрополии случается либеральная революция – и в ужасе от перспектив прогрессивных реформ вчерашние роялисты резко переобуваются в прыжке, и становятся патриотами. Тот же первый император Мексики, Агустин де Итурбиде, до 1820 года прославился как верный роялист, талантливый и очень жестокий каратель, но после вестей о революции в Испании превратился в пылкого революционера, и менее чем за год креольская верхушка проделала то, что не смогли сделать прочие революционеры за прошедшее десятилетие – в 1821 году Мексика стала независимой империей. Правда, победители не отличались особой сплоченностью, а креольская верхушка была единой лишь перед угрозой потерять свое достояние – и потому империя быстро закончилась, и началась республика, и длительная история интриг, убийств и относительно спокойных диктатур разных веселых латиноамериканских парней.

С таким политическим фоном, с такой подноготной мексиканской революции представить, что вдруг у руля оказывается прогрессивный император или президент, побеждает всех, и ведет реформы, двигающие Мексику к прогрессу, совершенно невозможно. Даже в дальнейшем в Мексике «прогрессивные круги» и «либералы» на самом деле являлись чуть менее закостенелыми консерваторами, за исключением немногих личностей. И в дальнейшем ситуация не становится лучше – на протяжении всего XIX века Мексика оставалась ультраконсервативным государством, с характерными для этой идеологии особенностями развития и мышления элиты. Мексиканские президенты действительно думали, что они сильны, велики и непобедимы, хватали все что плохо лежало, но не были в состоянии это удержать. Будучи огромной империей, мексиканцы имели едва ли более нескольких десятков тысяч населения к северу от Рио-Гранде даже к середине XIX века, а южные штаты им вообще не были подконтрольны – так, до конца 1840-х годов на Юкатане существовала собственная непризнанная республика, с которой Мехико ничего не мог поделать. Лишь когда американцы больно наказали мексиканцев за такую халтуру, отобрав огромные территории к северу от Рио-Гранде, эти ребята спохватились, и установили контроль над всеми своими территориями, заодно начав колонизацию многочисленных пустошей. Правда, на деле это получилось не везде, и, к примеру, территорию штата Чьяпас или полуострова Юкатан республика плохо контролирует даже в наше время. Реальное сплочение народа происходило лишь во время иностранных вторжений, а в остальном в Мексике продолжались жестокие внутренние конфликты, которые выливались в восстания и гражданские войны, последняя из которых привела к гибели или эмиграции 3,4 миллионов человек из общего населения государства в 15 миллионов. Лишь такое масштабное кровопролитие кое-как встряхнуло государство, и то начало действительно развиваться, а не эффектно стагнировать, как это было при Санта-Анне или Порфирио Диасе. Однако время было уже потеряно, как и возможности – и Мексика неизбежно оказалась на орбите сверхдержавы под названием США, и остается там по сей день.

При таких раскладах очень сложно найти для Мексики удобную развилку, которая даст нужный эффект. Слишком велик консерватизм ее общества, слишком много препятствий, начиная от европейцев, а заканчивая латифундистами и олигархами местного масштаба, которых удалось оттеснить от власти лишь посредством потери пятой части населения в начале XX века. Можно искать поддержки среди радикальных революционеров, поднимающих против устоявшихся порядков народные массы – но и они редко представляют из себя достойную альтернативу, ибо на всякого Итурбиде может найтись какой-то священник или сельский учитель, ведущий в бой крестьянскую бедноту, оратор и способный лидер, но абсолютно бездарный политик и управленец. Градус консерватизма и безнадеги в случае с Мексикой настолько велик, что при всем своем неописуемом потенциале и немалом интересе, она в моих глазах навсегда останется крайне неудачным выбором для АИшного проекта. Конечно, нарисовать там можно будет что угодно, но вот если стараться все же учитывать реальный исторический фон, возможности, местные условия и менталитет, и постоянное вмешательство других государств – то Мексика остается абсолютно безнадежной, и условия для этой безнадеги сложились в ней задолго до 1810 года, когда началась война за независимость Новой Испании.

Соединенные Провинции Центральной Америки

Выбор без выбора, или о перспективах альтернативной истории в Латинской Америке, часть I

Соединённые провинции Центральной Америки, они же СПЦА, они же в колониальную эпоху – генерал-капитанство Гватемала, а с 1824 года Федеративная Республика Центральной Америки – государство малоизвестное, и не воспринимаемое никем всерьез. Оно просуществовало менее 20 лет, и распалось под грузом противоречий, значительная часть которых возникла из-за банальной неготовности местного общества к независимости. И казалось бы – ну и черт с ним, нежизнеспособное формирование, плюнули и забыли. Однако на деле оказывается, СПЦА пытались восстановить несколько раз, его территория, население и экономика были куда более перспективными, чем кажется на первый взгляд, и вообще стремление к единству среди центральноамериканских народов до сих пор остается сильным. Причем последнее, судя по всему, с годами лишь окрепло, так как каждая провинция-республика по отдельности оказалась марионеткой в руках чужестранцев, в то время как единые СПЦА могли бы к нашему времени стать достаточно крепеньким государством с немалым потенциалом и населением до 50-60 миллионов человек. Такое государство обладало бы немалым аграрным потенциалом, контролировало бы Панамский канал, и уж точно было бы богаче большинства современных его составных частей.

Так как речь о сборной солянке из множества современных государств и их составных частей, то стоит рассмотреть каждое из них по отдельности, дабы лучше понять всю местную политическую солянку.

  • Чьяпас. Да-да, мексиканский штат в свое время был частью генерал-капитанства Гватемала, причем считался едва ли не главной его территорией. Контролировался Гватемалой он хорошо, и кое-как развивался, но в составе Мексики он слегка зачах, и до сих пор считается захолустьем, которая далеко не полностью контролируется из Мехико, и служит прибежищем разного рода революционеров. А для них почва в Чьяпасе благодатная, ибо штат крайне нищий, и при этом – со значительной долей индейского населения, которое не сильно жалует креолов и метисов, и с тоской смотрит на соседнюю Гватемалу, которая хоть и не жирует, но все же более «родная» для Чьяпаса, чем эти понаехавшие с севера. В свое время Чьяпас был захвачен мексиканцами силой, и силой же включен в состав их государства, еще при императоре Итурбиде, однако как таковой вошел в состав Мексики лишь к середине XIX века, когда были добиты последние остатки местной республики Лос-Альтос.
  • Табаско. Небольшой мексиканский штат, который входил в состав генерал-капитанства Юкатан. До середины XIX века не сильно жаловал Мексику, зато рассматривал всерьез возможность присоединения к СПЦА, а позднее – и просто к Гватемале. Сторонники единения с Мехико победили, не без вмешательства самих мексиканцев. Ныне Табаско – один из главных «нефтяных» штатов Республики Мексика.
  • Юкатан. Еще один мексиканский штат, бывшее генерал-капитанство Юкатан. Мексиканское захолустье, населенное в основном индейцами майя, которые, правда, в последние десятилетия стремительно ассимилируются в мексиканцев. Однако в том же XIX веке Юкатан контролировался плохо, до конца 1840-х годов здесь была своя непризнанная республика, а местные индейцы отличались забиванием особо крупного майянского болта на границы и европейцев, с поддержанием контактов с гватемальскими собратьями, и организацией набегов на британскую колонию Белиз. Ну или на поселения белых в пределах Мексики – межрасовая война на полуострове продолжалась даже в начале XX века. С такими пирожками Юкатан вполне себе органично вписывается в некие СПЦА, ну или одну большую Гватемалу – смотря как будет называться получившийся союз.
  • Гватемала. Формально – ядро генерал-капитанства Гватемала и СПЦА, самая густонаселенная часть Центральной Америки, фактически – одна из причин распада Соединенных Провинций. Здесь была сильна землевладельческая знать, латифундисты и католическая церковь определяли местную политику, и в целом Гватемала была оплотом консерватизма, который придерживался централистских тенденций, т.е. выступал за централизованное государство во главе с, конечно же, Гватемалой. Это приводило к дестабилизации и распаду, ибо прочие провинции требовали федерализма. Одними из самых ярких представителей гватемальской креольской элиты были люди клана Айсинена, занимавшие важные посты еще колониальной администрации, и имевшие большое влияние в церковной среде, обладавшие обширными земельными наделами и торговой монополией. При всем этом креолы и метисы составляли очень небольшую часть от всего населения, и даже в наши дни более 50% гватемальцев являются индейцами майя и родственных им народностей. В плане экономики Гватемала – процветающий и перспективный аграрный регион, который уже в начале XIX века получал солидные доходы за счет экспорта индиго, какао и фруктов.
  • Белиз. Один из самых показательных чемоданов без ручки Британской империи. Территория формально принадлежала Испании, а позднее – Гватемале, но еще с XVIII века здесь заправляли британские плантаторы, которые занимались экспортом древесины, и сильно резались с туземцами (майя) и испанцами. При помощи короны и собственных сил они смогли удержать Белиз, но присланного из Лондона интенданта местные плантаторы не признавали, считая себя независимыми. Спорить из-за столь небольшой колонии с испанцами британцы не желали, а после падения Испанской империи по той же причине не стремились здесь расширяться из-за трений с американцами. Лишь в 1862 году, после обалденно длительного процесса дипломатии, политики и раздачи люлей белизским плантаторам, Великобритания объявила о создании колонии, пока янки были заняты гражданской войной. К тому моменту ее население составляло около 20 тысяч человек, из которых белых было не более 2 тысяч, а остальные являлись метисами или неграми, формально свободными, но на деле влачащими рабское существование. С такими раскладами становится ясно, что выпнуть британцев из Белиза не составляет большого труда, лишь бы были средства и воля, и Лондон до 1862 года даже возмущаться особо не будет. А если будет – то США поддержат любое вытеснение европейцев из Америки, так что….
  • Гондурас. Банановая республика по умолчанию. Достаточно малонаселенное государство, которое «прославилось» тем, что было одной большой банановой плантацией под контролем США в конце XIX и начале XX века. В наши дни – одно из самых бедных центральноамериканских государств. Во времена существования СПЦА Гондурас был одним из оплотов либерализма, именно здесь родился Франсиско Морасан – политический деятель, который мог бы сформировать крепкую федерацию Центральной Америки, но проиграл гражданскую войну консерваторам. Среди прочих провинций Гондурас отличался наиболее неблагоприятными условиями для жизни (горы и тропический лес с болотами, удобных для поселения мест относительно мало), и высоким удельным весом белого населения – белых и метисов в стране в наши дни более 90%.
  • Сальвадор. Самая маленькая и самая густонаселенная страна Центральной Америки. Также – фактически самая бедная, так как львиная доля доходов населения и государства базируется на переводах «заробитчан» из-за границы, в основном – из США. Также – страна с самим высоким уровнем преступности в Латинской Америке. Экономика в XIX веке базировалась на экспорте кофе, и в целом Сальвадор преуспевал на этом поприще. С другой стороны, после неудачи с СПЦА Сальвадор превратился в настоящий политический цирк, с очень частыми сменами лидеров и мелкими гражданскими конфликтами, к которым добавился серьезный социальный – создание кофейных плантаций привело к концентрации всех доходов в руках узкой группы лиц, пока крестьяне лишались земли и нищали даже в сравнении с колониальными временами, что оказалось отличным стимулом нестабильности на долгие годы вперед. Население Сальвадора – преимущественно метисы, хотя разделение между ними и белыми в стране очень условно, и вместе они составляют более 90% сальвадорцев. В целом же у Сальвадора неплохой аграрный потенциал, плюс здесь есть удобные места для портов, но долгая политическая нестабильность и проигрыш либеральных сил в 1-й половине XIX века привели государство в нищету.
  • Никарагуа. В политическом плане – СПЦА в миниатюре. В том смысле, что государство длительное время разрывало на куски противостояние консерваторов (аристократов-землевладельцев и клерикалов) и либералов (крестьян, горожан, индейцев), причем первые держали свою «столицу» в городе Гранада, а вторые – в Леоне. В процессе их противостояния какое-то время президентом страны успел побывать американский авантюрист Уокер, после которого на несколько десятилетий утвердилась авторитарная власть демократов. А еще никарагуанцы пытались выступить в качестве восстановителей СПЦА. К счастью, этот бардак не привел к распаду государства, хотя уж точно не способствовал его нормальному развитию. С другой стороны, через Никарагуа лежал главный в XIX веке транзитный путь из восточных частей Америки в Калифорнию и тихоокеанский Северо-Запад, так что свои плюшки местные успели получить. Население страны распределено неравномерно, в бассейне Тихого Океана проживает более 80% никарагуанцев, а само население достаточно пестрое – более 80% белых и метисов, 5% коренного населения, и 9% черных, являющихся потомками британских рабов из колонии Москитовый Берег.
  • Коста-Рика. Самые хитрые ребята из всех провинций СПЦА. В гражданских войнах Коста-Рика не участвовала, отделилась одна из первых, активно развивала сельхоз. При этом крупных латифундистов здесь было не так чтобы много, а многие землевладельцы работали наравне со своими рабами и наемными работниками, чтобы достичь успеха, что определило наименьшую степень социального расслоения населения Коста-Рики среди всех государств бывшего генерал-капитанства Гватемала. В наши дни только здесь во всем регионе существуют хай-теч производства электроники, и вообще уровень развития экономики и благосостояния населения относительно высокий, чему исторически способствовало активное развитие образования и политическая стабильность. При этом подавляющее большинство населения (до 90% и более) составляют белые и метисы, коренное население было практически в полном составе ассимилировано. Коррупция тут тоже не в чести. При всем этом Коста-Рика не является обладателем самого большого экономического потенциала в Центральной Америке, но в то же время выходит самой успешной, наглядной иллюстрацией того, что могло бы быть при сохранении СПЦА и нормальном развитии в дальнейшем.
  • Панама. С Панамой все получается достаточно забавно. Исторически это вообще часть вице-королевства Новая Гранада и Колумбии, к СПЦА она никоим образом не относилась. И без малого сотню лет Панама оставалась частью Колумбии. Правда, вступив в состав Колумбии по своей воле в 1821 году, и познакомившись с реалиями боливарианского политикума, панамцы уже в 1826 году попытались пройти на выход. А затем пытались еще в 1830, 1840, и еще много раз, будучи совсем не в восторге от происходящего в Колумбии, однако лишь американцы таки обеспечили Панаме независимость, да и то ради собственных целей. В то же время, панамцы были ближе к коста-риканцам и прочим центральноамериканцам, и сложись история иначе – спокойно вошли бы в состав СПЦА. А это и Панамский канал, и многие другие плюшки, которые светят в будущем объединенному государству. К слову, население Панамы очень разнообразно, и хотя преобладают креолы, метисы и белые, но вместе они составляют лишь немногим более половины численности панамцев. Правда, на социальном спокойствии это никак не сказывается – Панама является одним из самых политически и социально стабильных государств Центральной Америки, и даже в годы колумбийского буйства оставалась островком спокойствия. А еще здесь на начало революций в Америке наиболее высокий процент «буржуазии» — купцов, ремесленников и финансистов, так или иначе связанных с транзитным путем между Атлантикой и Тихим океаном, пролегавшим через перешеек. В составе гипотетического СПЦА Панама неизбежно может стать оплотом либерализма и прогресса.

История СПЦА была короткой, но яркой. Не готовое к независимости, местное население долго раскачивалось и пыталось определиться, как же ему жить дальше. Либералы выступали за прогрессивные реформы и федерализацию страны, но консерваторы требовали централизации и сохранение большинства колониальных порядков, в том числе достаточно жесткого отношения к индейцам, причем громче всех за это выступали представители тех территорий, где индейцев было больше всего, в то время как выходцы из тех земель, где индейцев было мало, выступали за интеграцию и ассимиляцию коренного населения. В результате этого в 1838-1840 годах, в диктатуру консерватора Карреры, СПЦА распались, но Никарагуа, Гондурас и Сальвадор в 1849 году вновь объединились на правах конфедерации, и в таком виде СПЦА 2.0 просуществовали до 1863 года, и тогда с местным унитаризмом было покончено на долгое время, пока уже в XX веке местные государства не решились начать экономическую интеграцию друг с другом.

Одна из главных проблем СПЦА – это выживание в условиях внутреннего противостояния либералов и консерваторов, и банальной незрелости политической мысли даже по меркам Латинской Америки того времени. К независимости люди оказались не готовы, и потому провинциальные интересы так и остались важнее общих, а консерваторы стали одерживать верх над либералами, которых было больше, но они так и не смогли сплотиться. Но если преодолеть эти проблемы – к примеру, путем импортирования революции а-ля «Сан-Мартин в Перу», с раздачей люлей всем несогласным, последующей федерализацией и установлением современной буржуазно-капиталистической, а не позднефеодально-аристократической формы управления государством, то может выйти если не конфетка, то уж точно любопытный образец для альт-исторических изысканий. Такие СПЦА, если включить в них еще и Панаму, будут обладать в 1820 году населением примерно в 1,3 миллиона человек, что конечно меньше Мексики или Перу, но уже примерно соответствует Колумбии, и заметно больше Венесуэлы, Эквадора, Чили или Аргентины. Население Соединенных Провинций будет состоять преимущественно из белых, креолов, метисов и майя, с достаточно небольшим количеством прочих индейских племен и афрокарибов. При этом у государства будет значительный экономический потенциал, пускай и преимущественно аграрный, и оно будет обладать контролем над стратегическими маршрутами между Атлантикой и Тихим океаном. Конечно, рай на земле и великую державу здесь не построить, и внутренние потрясения исключать совершенно нельзя, но что-то гораздо более значительное, чем реальные центральноамериканские государства, построить точно можно.

Беда лишь одна – в установлении этого унитаризма. Самостоятельное объединение СПЦА во главе с либералами потребует очень серьезной и масштабной работы, и в целом получается далеко не самым вероятным. Тем более что США, Британия и Франция могут начать пытаться влиять на провинции, преследуя личные цели, и при поддержке иноземцев распад таких СПЦА-Гватемалы может выйти совсем неожиданным и оглушительным. И получается, что без внешнего вмешательства браться за эту тему в альтернативной истории рискованно, и действительно серьезные и способные Соединенные Провинции Центральной Америки могут выйти лишь при условии наличия сильного «старшего партнера», который обеспечить стабильность и нерушимость границ государства, пока то будет переживать свое созревание в качестве независимого. То бишь, лучший вариант – это формирование СПЦА как побочного государства в проекте на другую тему, что упрощает дело, но отодвигает на второй план достаточно интересное и вполне себе перспективное гипотетическое государство Латинской Америки.

37
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
10 Цепочка комментария
27 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
12 Авторы комментариев
СЕЖarturpraetorlloidLKyassak Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
byakin

++++++++++++++++++ интересный ликбез

boroda

Давненько вас не было видно. Поздравляю с Новым Годом! И с возвращение в нормальную творческую деятельность. Мы за вами соскучились.

Андрей Толстой

Уважаемый коллега Артур Праэтор,
Присоединюсь к уважаемому коллеге boroda. С возвращением и Новым Годом!!! А то я волноваться начал. Даже писал Вам на почту, по поводу Вашего долгого отсутствия.
По статье. Очень интересно и познавательно. Латинская Америка терра инкогнита, ожидающая своего альтернативщика +++++++++++++++++!!! Буду ждать продолжения. Надеюсь Вы не обойдете своим вниманием более «крупные» страны.
С уважением Андрей Толстой

yassak

А если разработать несколько центров масс одновременно! По моему может получиться интересная картина.

ALL2
ALL2

++++++++++ С возвращением, коллега, и с Новым Годом! Мексика Всегда говорил, что Мексика (с геополитической точки зрения) — это интересно. Вы лишний раз указали, что в бедах Мексики виноваты её внутренние проблемы. Очень хорошо и просветительно! Мексика неизбежно оказалась на орбите сверхдержавы под названием США, и остается там по сей день Вопрос безопасности/преступности, социальных гарантий, доходов населения, просвещения, общего качества жизни, далеко не решён, даже по меркам США. Недостаточно тесная орбита получается. Только не в экономическом, а в культурном плане. И выход же за пределы этой орбиты, как показано коллегой Артурпретором, ничего не сулит. Наследственность. Санта-Анне или Порфирио Диасе Эти, с позволения сказать, «великие диктаторы», которые диктаторствовать могут только у себя во дворце, да в его округе, да ещё над отдельными людьми, которых персонально невзлюбили. Но не могут проконтролировать даже своих чиновников на периферии. Типичные феодальные князьки. Одними из самых ярких представителей гватемальской креольской элиты были люди клана Айсинена, занимавшие важные посты еще колониальной администрации, и имевшие большое влияние в церковной среде, обладавшие обширными земельными наделами и торговой монополией. Та же самая история. Тиранию местного разлива устроить могут, спрогрессировать порядки, например как Пётр I, и близко не получается. Достаточно малонаселенное государство, которое «прославилось» тем, что было одной большой банановой плантацией… Подробнее »

Herwig
Herwig

Очень интересно!++++++

anzar

С Новым годом всем коллегам и Вам специално коллега Артур. Рад что у вас все в порядке, новая альтернатива начали, и то какая! «Латинская» Америка удивляла меня в (неинформированной)) молодости тем, что не понимал- почему там столько разных держав. Ведь язык и культура одни и те же, «народ» там социальное, а не етническое понятие- в каждую из держав разные рассы, а в соседнем государстве те же группы … (так думал))
В общем ето любопитно и нас ожидает очень интересный цикл.
Например в чем корни лютой «дружбы» Чили и Аргентины (обе сплошь белые страны)? И нельзя ли их объединить? Сильно ли отличается португальский от испанского и может ли появится некий «суржик» меж них? (Бразилия + Колумбия с Венецуелой и Еквадором). Боливия как «истинно индианская» страна, но не потерявшая побережье… и т.п.
Жду (не)терпеливо, хотя писать смогу после 10-го smile

А что с Русинией?Будет ли Ремейк?:)

lloidLK
lloidLK

«Куба находилась на расстоянии чиха от Европы» — наверное, все-таки от Флориды\США?

СЕЖ

+++++
Вопросы есть, но тут уже легче все три части прочитать — может там и будут ответы

Альтернативная История
Logo
Register New Account
Reset Password
Compare items
  • Total (0)
Compare