Выбор редакции

Война за испанское наследство, часть V. Арагон и Валенсия (Trastamara II)

18
8

Доброго времени суток, уважаемые коллеги. Продолжаю публиковать свой альт-исторический цикл Trastamara II, и сегодня настал черед 5-й статьи из подцикла про войну за испанское наследство. Рассказано будет о борьбе с имперской армией, идущей к Мадриду, борьбе за Арагон и Каталонию, сражениях в Мурсии, и многом другом.

Содержание:

Битва у Тарасены (01.04.1706)

Война за испанское наследство, часть V. Арагон и Валенсия (Trastamara II)

Сразу после взятия Лиссабона и установления местной администрации начались срочные переброски войск из Португалии в Мадрид. Там, в столице Испании, формировалась новая армия, которая должна была остановить продвигающуюся в сторону столицы армию эрцгерцога Карла. В нее вошли как уже испытанные полки ветеранов, так и батальоны на основе старых терций, которые теперь активно подтягивались до уровня регулярных. Многие милиционные формирования были распущены, а их личный состав восполнил потери регулярес, понесенные в Португалии. Всего удалось собрать 32-тысячное войско, из которых, правда, около 8 тысяч были недостаточно надежными, и должны были использоваться для вспомогательных целей. Все войско было поделено на три дивизии – Чакона, Вирраля, которого сделали генералом, и Вильядариаса. Кавалерию вывели в отдельную дивизию, которую возглавил бригадир Антонио де Синтра, бастард погибшего во время обороны Лиссабона герцога Авейру, который сражался в рядах армии принца Трастамара и отличился в битве у Сантарена. Все четыре полководца уже имели опыт ведения военных действий в современных условиях, и показали себя как минимум неплохо. Общее командование номинально осуществлял Фелипе V, однако фактически войско возглавлял принц Трастамара. В это время у короля Испании начала прогрессировать меланхолия, он стал терять интерес к происходящему – и лишь дону Хуану удавалось встряхивать его и подавлять мрачные мысли и депрессию, которая могла свести короля в могилу похлеще кинжала убийцы.

В это же время имперская армия взяла Сарагосу, и выдвинулась по старому тракту на юго-запад, в сторону Мадрида. Она насчитывала около 30 тысяч человек, и уже давно истосковалась по полевым сражениям, потратив немало времени на взятие столицы Арагона. В ее рядах были не только немцы, но и итальянцы, валенсийцы и каталонцы. Имперцам удалось хорошо наладить разведку, в результате чего они прекрасно знали о происходящем впереди. Имела свою разведку и испанская армия, которая после вестей о падении Сарагосы выступила к Гвадалахаре, намереваясь дать бой сторонникам Габсбургов. План боя был подготовлен заранее, и опирался на особенности местной географии – дорога от Сарагосы шла между двумя горными грядами, которые заканчивались как раз на подходах к Гвадалахаре, близ городка Тарасена. Принц Трастамара намеревался попросту заманить на выходе из низины имперцев в огневой мешок испанской пехоты и артиллерии, и таким образом нанести им максимально возможный урон. Дабы усилить эффект, на горной гряде до определенного момента должны были спрятаться несколько батальонов пехоты с артиллерией, которая смогла бы стрелять имперцам во фланг и тыл. Эрцгерцог Карл не обнаружил засады на возвышенностях, но об испанцах у Тарасены узнал заранее, и потому развернул свои полки для атаки заранее. Недостатком его плана было то, что после выхода из низины полкам предстояло атаковать по расходящимся направлениям, что заведомо ослабляло удар.

Битва началась 1 апреля 1706 года с атаки австрийской пехоты. Как и следовало ожидать, она наступала по расходящимся направлениям, и, угодив в огневой мешок, стала нести большие потери. План сработал, но эрцгерцог оказался не дурак, и остановил атаку, видя, что та попросту не может завершиться удачей. Вместо этого он завязал артиллерийскую дуэль с испанскими батареями, и попытался ослабить позиции их пехоты ядрами. Стоять под огнем испанцам не понравилось, и потому правофланговая дивизия маркиза Вильядариаса двинулась в атаку. Первую попытку австрийцы отбили, но при второй, по специальному сигналу, из засады начала вести огонь артиллерия, расположенная на горных грядах. Пушек было немного, но фланкирующий огонь по выстроившимся в линию пехотинцам наносил страшный урон. Пытаясь как-то склонить чашу весов в свою пользу, австрийцы отправили в обход кавалерию – но та столкнулась с испанскими конниками, и была вынуждена отступить. После этого отступила и австрийская армия, заняв окраины городка Вальденочес. Там имперцы держались до сумерек, пока не стало ясно, что продвинуться вперед не получится. Кроме того, армия понесла большие потери, и существовала угроза окружения. В конце концов, скрипя сердце, эрцгерцог Карл приказал отступать к Сарагосе, бросив пушки, которые помешали бы быстрому бегству. Победа досталась испанцам.

Потери имперцев в сражении составили около 2,5 тысяч человек, испанцев – лишь 900 убитых и раненных. Образцово спланированный и проведенный бой привел к настолько неожиданной и легкой победе там, где ожидалось жесточайшее противостояние, что вместо преследования противника испанцы попросту ударились в большую гулянку. Поначалу принц Трастамара пытался восстановить порядок в войсках, но затем попросту присоединился к ним – напряжение последних месяцев требовало разрядки, человеческие нервы просто не выдерживали. Праздновали не только спасение столицы от имперцев, но и удачную Португальскую кампанию, и вообще все-все. Король также принял участие в празднике, и со всей щедростью одарил титулами своих полководцев – Чакон стал герцогом Гвадалахары, Антонио де Синтра получил титул своего отца, став герцогом Авейру, генерал Вирраль стал маркизом де Мовера. Принцу Трастамара вместо титулов была пожалована собственность (которой у него и так было безгранично много) и орден Золотого Руна. Лишь спустя неделю войско и его командиры пришли в чувство и вспомнили, что война еще не закончилась, и враг занял часть территорий государства. Восстановив порядок в войсках, король и принц Трастамара двинули их вперед, по дороге к Сарагосе, стремясь раз и навсегда изгнать врагов с территории Испании.

вернуться к меню ↑

Арагонская кампания (04-08.1706)

Война за испанское наследство, часть V. Арагон и Валенсия (Trastamara II)

Австрийская армия остановила свое отступление гораздо раньше Сарагосы, разбив лагерь у Мединасели. Причина была проста – обнаружив, что их никто не преследует, эрцгерцог Карл вместе с советниками принялись наводить порядок в войсках и готовить их к новым сражениям. В Барселону послали гонца – срочно раздобыть новую артиллерию для армии. Потери при Тарасены были велики по меркам времени, но все же составили менее десятой части войска, которое еще могло сражаться. Однако через неделю к городу стали выходить передовые части испанской армии, а артиллерия никак не успевала прибыть из Барселоны – и потому эрцгерцог стал отводить свои войска дальше на северо-восток. Так начался длительный марш, занявший почти месяц времени, когда австрийцы всячески сдерживали наступление испанцев, а испанцы не слишком рвались в атаку, так как в горных условиях можно было броситься на противника лишь лоб в лоб, что было чревато большими потерями, которые солдаты короля Фелипе V не привыкли нести.

Однако с выходом в долину реки Эбро война стала стремительно приобретать иной поворот. Артиллерия так и не прибыла – в Барселоне не было подходящих пушек. В Сарагосе еще не успели создать запас продовольствия, пороха и ядер, потому оборонять ее было практически бесперспективно. Полевое сражение без пушек можно было принять, но учитывая, как испанцы любили использовать свою артиллерию – это было как минимум опасно. Находившийся при эрцгерцоге каталонец, Антонио де Вильярроэль [1], являвшийся также одним из доверенных генералов Карла, предложил иную стратегию – разбить войско на небольшие отряды, и вести партизанскую войну против испанцев, как это не раз уже делали каталонцы. После долгих размышлений было решено так и сделать. Помимо гарнизонов в крепостях, территория королевства Арагон теперь была полна отрядами по несколько тысяч человек, которые стали наносить болезненные удары по испанцам. Те к такому повороту событий оказались не готовы, и поначалу стали нести потери. Казалось, что стратегия каталонцев может себя окупить.

Однако принц Трастамара, как и любой другой ветеран Португальской кампании, знал, как бороться с партизанами – требовалось лишь скорректировать тактику и стратегию армии. Уже спустя несколько недель армия была реорганизована, и разделилась на 4 примерно равные дивизии. Дон Хуан координировал их действия из Сарагосы, а сами дивизии стали приводить к покорности территории Арагона, и вытеснять имперцев на восток. Сам Арагон не имел больших симпатий к Габсбургам, потому Бурбонов здесь встретили достаточно приветливо, и никакой жесткой политики к местному населению проводить не пришлось. Другое дело Валенсия и Каталония – там испанцы встретили ожесточенное сопротивление. Пришлось еще больше дробить силы, и вспоминать о практике «кнута и пряника» вкупе с переселениями нелояльных и уничтожением непокорных. Особенно сильно пострадала валенсийская знать, которая всегда отличалась особым гонором и неадекватностью, массово перешла под знамена Габсбургов – а теперь попала под каток Real Ejercito, и буквально уничтожалась в десятках стычек. Такая война должна была неизбежно затянуться, и потому было решено пойти на крайность – пробить коридор до Барселоны, осадить и взять мятежный город, чтобы сопротивление лишилось центра, и его легче было сломить.

вернуться к меню ↑

Вторая осада Барселоны (18.09-12.10.1706)

Война за испанское наследство, часть V. Арагон и Валенсия (Trastamara II)

Захват Барселоны для Бурбонов оказался столь важной целью, что Луи XIV решился даже выделить небольшой осадный корпус в помощь испанцам, в результате чего удалось собрать достаточно большое воинство для взятия города – 18 тысяч испанцев и 12 тысяч французов, всего 30 тысяч человек. Возглавил французский контингент граф Тулузский, который хотел познакомиться ближе со знаменитым принцем Трастамара. Правда, впечатления от первой встречи оказались совершенно не такими, как ожидал французский аристократ. Позднее он писал: «У принца в глазах скрывался дьявол, искушенный в борьбе за сердца и души людей. Этот человек, сам будучи ярым испанцем до мозга костей, смог сделать таковым нашего принца Филиппа, в результате чего тот уже не француз, а кастилец. Нельзя давать слишком много власти ему в руки, иначе он может легко одеть на себя корону, и тогда мы все взвоем». Правда, личные впечатления не позволили графу слишком уж испортить все дело. Первое время испанцы и французы действовали сообща, сумели «пробить» дорогу из Арагона к столице Каталонии, и в конце сентября 1706 года вышли к городу.

Гарнизон, состоявший из 10 тысяч человек, возглавил лично эрцгерцог Карл, отказавшийся покидать город [2]. Вместо этого он отправил просьбу о помощи англичанам, которые, опираясь на Балеарские острова, проводили операции в Средиземном море. Только они могли оказать помощь австрийцам, но до ее прибытия надо было еще продержаться. Примерно половину гарнизона составили немецкие войска, а половину – собственно каталонское ополчение, причем последние намеревались до последнего бороться с испанцами ради Габсбургов. Сама Барселона была хорошо укреплена, а окрестности контролировались из крепости Монжуик, расположенной в стороне от города, на вершине. Как правило, Монжуик становился первой целью осаждающих, и контроль над ним приносил одновременно и контроль над Барселоной, позволяя обстреливать весь город из орудий и мортир сверху. Из-за этого крепость была хорошо защищена, а в ее гарнизоне находился единственный британский контингент в Барселоне – батальон солдат под руководством майора Артура Чичестера.

Осада не задалась с самого начала. Главной проблемой оказался контроль над коммуникациями – снабжение осадной армии шло по узкому коридору, дороге от Барселоны до Лериды, где размещался ближайший испанский магазин. Повсюду в Каталонии действовали отряды партизан и бригады имперских и британских регулярных войск, которые наносили чувствительный ущерб всей системе логистики. Уже 30 сентября случилась большая беда – собрав несколько бригад в кулак, лорд Питерборо, формально возглавлявший все британские войска в Каталонии, обрушился на саму Лериду, и взял город, вообще прервав все снабжение. В лагере начались проблемы с подвозом боеприпасов и продовольствия, часть войск пришлось отрядить на возвращение Лериды. Дополнительные проблемы возникли из-за французов – их силы были представлены не регулярными ветеранами Короля-Солнце, а недавно набранными и плохо подготовленными рекрутами, которые пугались собственной тени и не знали, с какого конца стреляют ружья. В результате почти вся тяжесть осады легла на плечи испанцев, которые не могли даже устроить нормальные обстрелы города из-за недостачи боеприпасов. Ситуация складывалась явно не в пользу осаждающих. Тем не менее, с 4 октября испанцы все же смогли начать более или менее регулярные обстрелы крепости Монжуик, готовясь к ее штурму – возиться с долгими осадами принц Трастамара не планировал, уже убедившись, что даже самый кровавый штурм приносит меньшие потери, чем долгая осада и вызванные ею болезни.

Однако время играло против испанцев и французов. Адмирал Шовель, командующий Средиземноморским флотом Великобритании, быстро узнал о начале осады, и принялся собираться с силами. Ему удалось перебросить из Австрии подкрепления в Валенсию, а 9 октября привести под Барселону армаду из 58 линейных кораблей, с которых в город тут же начали сгружать подкрепления из Австрии. При виде этого в рядах французской армии началась паника, резко выросло число дезертиров. Учитывая проблемы со снабжением, граф Тулузский решительно высказался за снятие осады. Тем не менее, принц Трастамара упорствовал, и 10 октября предпринял попытку штурма крепости Монжуик. Увы, та находилась в зоне досягаемости британской тяжелой артиллерии, в результате чего штурм обернулся лишь большими потерями для испанцев. Спустя два дня король Фелипе V приказал снять осаду и отступать в Лериду. Хуан де Трастамара не сопротивлялся – тщетность осады Барселоны для него уже стала очевидной. Потери осажденных за всю осаду составили менее 500 человек, потери осаждающих достигли около 2 тысяч, в основном из-за действия партизан.

С самого начала попытка взять столицу Каталонии, не закрепившись на ее подступах, была авантюрой с низкими шансами на успех. Кроме того, с учетом наличия британского флота на Балеарских островах, удачная осада вообще становилась невозможной – корабли могли и обеспечить подвоз припасов осажденным, и помочь отбить штурм огнем своей артиллерии, чему благоприятствовала география. На эту авантюру испанцы пошли лишь из-за опьянения после предыдущих побед – подавление Португальского восстания, победа над эрцгерцогом Карлом в поле и выталкивание его из Арагона убедили даже осторожного короля Фелипе V, что регулярес смогут победить и здесь. Впрочем, неудача под Барселоной послужила хорошим уроком принцу Трастамара, оказав отрезвляющий эффект. Более в подобные авантюры он не кидался, предпочтя более осторожную стратегию. Сама же столица Каталонии до конца войны так и останется «неприкасаемой» — фактор британского флота будет до последнего заставлять французов и испанцев отказываться от ее осады ввиду невозможности установить собственное превосходство на море.

вернуться к меню ↑

Мурсийская кампания (08-12.1706)

Война за испанское наследство, часть V. Арагон и Валенсия (Trastamara II)

Провинция Мурсия оказалась во многих смыслах «пограничной» в войне за испанское наследство. Принадлежа к Кастилии, она всегда больше тяготела к Арагону, и была плохо связана с Мадридом. Это уже в полной мере успел опробовать адмирал Линарес, который базировался в Картахене. Кроме того, в Мурсии было много сторонников как Бурбонов, так и Габсбургов, в результате чего после начала Каталонского восстания и ухода флота Леванта фактически началась гражданская война. Появление в этом регионе чьих-либо регулярных войск и талантливых военачальников могло склонить чашу весов в пользу той или иной стороны. Первыми это сделать смогли англичане и австрийцы, которые разграбили побережье Мурсии и провели ограниченную кампанию в 1705 году. Однако по-настоящему крупная война началась лишь в августе 1706 года, когда из Валенсии в Мурсию прибыл 3-тысячный отряд под началом Антонио де Вилльяроэля. Он быстро занял территорию провинции, и приступил к осаде Картахены, чей мизерный гарнизон не имел возможности долго сопротивляться каталонцам.

Однако атмосфера гражданской войны всегда богата на разного рода неожиданности. В провинции в это время находился кардинал Луис Антонио де Бельюга и Монкада, сторонник Бурбонов и епископ Картахены [3]. К началу осады он находился вне города, и для защиты его решил собрать местное ополчение, верное королю Фелипе V. Под знамена епископа встали 500 пеших и 200 конных ополченцев, а вскоре к нему примкнул и батальон милиции из Мурсии численностью 800 человек. Это было в 2 раза меньше, чем у Вилльяроэля, но вместо прямого удара по каталонцам епископ Бельюга занялся примерно тем же, что делали каталонцы с испано-французской армией у Барселоны – громил тылы, обрывал пути снабжения, разбивал отделившиеся от общей армии группы солдат. В десятках стычек испанцы, подогреваемые пламенными речами клирика, одерживали одну победу за другой, и в конце концов каталонцы были вынуждены снять осаду Картахены и отступить.

Однако на этом военные действия в Мурсии не закончились. В октябре 1706 года в Валенсию прибыл Гвидо фон Штаремберг – достаточно умелый и опытный австрийский военачальник, который с ходу решил активизировать действия, и вновь вторгнуться в Мурсию. Под его началом удалось собрать 8 тысяч человек, и без промедлений армия Габсбургов выступила на юг. За короткий срок были взяты Аликанте и сам город Мурсия, а Картахена к концу месяца попала в осаду. На сей раз епископ Бельюга возглавил оборону города, и смог ее достаточно неплохо организовать. Кроме того, Штаремберга не поддержали с моря англичане, в результате чего испанцы регулярно стали получать припасы и подкрепления. Впрочем, австрийский генерал и без этого действовал умело, заняв горную гряду к западу от города и установив батареи, которые стали обстреливать гавань города и вход в нее. Не за горами было падение города и переход всей Мурсии под знамена Габсбургов.

На прибытие Штаремберга испанцы отреагировали достаточно быстро. В Мурсию была отправлена кавалерийская бригада под началом герцога Авейру, в которую вошли 2 полка драгун и 2 эскадрона тяжелой конницы, всего около 3 тысяч всадников. Этого было много меньше, чем у Штаремберга, но вскоре к герцогу Авейру присоединились силы андалузской милиции, в результате чего бригада стала полнокровной дивизией численностью 9 тысяч человек. С этими силами герцог смело двинулся к Картахене, и навязал имперцам полевое сражение. Умело используя свою кавалерию, он смог нанести поражение войскам Штаремберга, и к концу года окончательно вытеснил его из Мурсии. После этого англичане еще раз попытались разграбить побережье провинции, но их десант был разбит с большими потерями, и от повторения своих рейдов в районе Картахены и Аликанте они решительно отказались. Провинция окончательно перешла под контроль Бурбонов.

вернуться к меню ↑

Канары и Азоры (11.1706)

Война за испанское наследство, часть V. Арагон и Валенсия (Trastamara II)

В ноябре 1706 года англичане предприняли попытку захватить Канарские острова. Теоретически, обладание ими позволяло снизить остроту влияния на британские коммуникации испанцев, и получить еще одну дополнительную базу для операций в Атлантике помимо Азорских островов. Во главе операции поставили адмирала Джона Дженнингса, в его распоряжении были 13 линейных кораблей, несколько фрегатов и несколько тысяч десантников. Британцы искренне верили, что операция пройдет легко и быстро – но лишь очередной раз продемонстрировали, что не обладают никакими навыками в области десантов и осад крепостей силами флота. Собственно высадка у столицы архипелага, Санта-Крус-де-Тенерифе, прошла успешно, но затем десант попал в засаду местного гарнизона, и понес тяжелые потери. Дженнингсу пришлось отправлять испанцам парламентера с извинениями и объяснениями, что высадка прошла по ошибке, и он сейчас же эвакуирует войска, если испанцы не будут мешать. Испанцы согласились, но на второе предложение – перейти под начало Габсбургов – ответили категорическим отказом. Мэр города, командовавший войсками, дон Хосе де Айало-и-Рохас, прямо заявил, что даже если Фелипе V потеряет контроль над всем Иберийским полуостровом, Канары останутся ему верны. Британцы были вынуждены ретироваться [4].

Забавным совпадением оказалось то, что на ноябрь 1706 года пришлась и другая десантная операция – испанская, по возвращению контроля над Азорскими островами. Проведение ее планировал адмирал Мигель Масон совместно с принцем Трастамара и королем Фелипе V. Британский флаг над Азорами являлся последним напоминанием о Португальском восстании, а кроме того, при базировании британского флота на эти острова путь в Вест-Индию становился опасным, ибо пролегал как раз рядом с этим архипелагом. Допустить сохранения контроля над островами англичан испанцы не могли. Для операции были собраны все доступные силы метрополии, включая часть кораблей флота Леванта, были призваны французские каперы и выделены 2 полка «морских солдат», которые до этого сражались в составе полевых армий как простая пехота. Всего в распоряжении Масона таким образом оказались 15 линейных кораблей, 18 фрегатов, 4 бомбардирских корабля и 7 корветов с 4 тысячами десантников на борту. Главной задачей становилось взятие трех крепостей, расположенных на Азорских островах – Понта-Дельгада, Ангра-ду-Эрошиму и Орта [5].

Вечером 1 ноября «мальчики Масона» прибыли к острову Сан-Мигел, и сразу же высадили на нем десант из 1500 человек к востоку от Понта-Дельгада. Город защищался 500 английскими солдатами и 400 ополченцами, причем ополченцы не особо рвались в бой, и готовы были сложить оружие, но удерживались в строю командиром британского гарнизона, капитаном Чарльзом Пейном. На якоре у Понта-Дельгада находились два британских фрегата, которые 2 ноября были потоплены испанцами. Масон потребовал от Пейна сдачи города, но тот отказался, укрепившись в форте Сан-Браш. Проблема заключалась в том, что кроме форта никаких серьезных укреплений на острове не было. Испанцы уже к полудню заняли город и приступили к бомбардировке форта. Тот хоть был и не самым маленьким, но гарнизон в 900 человек вмещал с трудом, в результате чего любое попадание за стену бомбы приводило к большим потерям. В конце концов, португальцы попросту взбунтовались, и капитан Пейн был вынужден выгнать их из форта, оставшись лишь с собственно британскими солдатами. Однако бомбардировка приносила свои плоды, а форт оказался совершенно не готов к обороне, в результате чего к полудню 3 ноября гарнизон выбросил белый флаг. Понта-Дельгада был захвачен, треть задания была выполнена.

Следующей целью Масона стал остров Терсейра, к которому флот прибыл 12 ноября. Его защищала большая крепость Сан-Хуан и форт Сан-Себастьян, расположенные в столице острова, Ангра-ду-Эрошиму. Форт сдался в тот же день, так как на нем не было ни пушек, ни припасов, а весь гарнизон перешел в крепость. Осада последней грозила стать серьезной проблемой, так как та находилась на возвышенности, но симпатизирующие испанцам жители города указали на острую нехватку артиллерии в крепости, из-за чего и был разоружен форт Сан-Себастьян. Гарнизон насчитывал 800 человек англичан, португальских ополченцев среди них не было. Сама крепость была расположена на перешейке полуострова, и помимо главных бастионов, в ее состав входили также небольшие форты, которые делали невозможным заход «с тыла».  Пришлось действовать по всем правилам, и неделю обстреливать северные бастионы перед тем, как устраивать штурм, который начался 20 ноября, после образования пролома. Потери испанцев были велики, но победа была достигнута – крепость пала, остров Терсейра была захвачен.

Оставался лишь остров Фаял, с расположенным на нем городом Орта. Сам город защищался несколькими фортами – Сан-Себастьян, Гуарита и Грета. Проблема защитников заключалась в том, что первые два форта защищали западную гавань, в то время как восточная, открытая всем ветрам, находилась под прицелами пушек лишь с Греты, причем сам форт был маленьким, и располагал лишь 12 пушками. Прибыв к острову 27 ноября, «мальчики Масона» подавили форт Грета за несколько часов массированного обстрела, и высадили десант в городе с востока. Британский гарнизон пытался сдержать десант, но был весьма малочисленным – 300 человек и 200 местных ополченцев, причем последние быстро переметнулись на сторону испанцев. Кроме того, Гуарита представлял собой простую башню, а Сан-Себастьян был так мал, что даже 300 человек гарнизона в нем разместились в большой тесноте. Тем не менее, англичане решили не сдаваться – и были подвергнуты бомбардировкам с кораблей, которым было нечего противопоставить. Уже 28 ноября Гуарита взлетел на воздух, а Сан-Себастьян был сильно разрушен. Испанцам оставалось лишь дождаться, когда англичане выбросят белый флаг.

В Англии узнали о потере Азорских островов лишь к началу 1707 года, и первоначально планировали снарядить экспедицию по повторному их захвату, однако разведка дала неутешительные результаты. Испанцы быстро восстанавливали укрепления, ставили новые пушки и размещали гарнизоны в крепостях. Учитывая опыт Санта-Крус-де-Тенерифе, это могло привести к очередному маленькому, но болезненному позору – а после Малаги в Лондоне сильно опасались даже небольших поражений на море. Лишь один действующий адмирал Royal Navy, Клаудисли Шовель, выступал за возвращение островов, но он в конце 1707 года погиб из-за кораблекрушения у берегов Англии как раз перед тем, как возглавить экспедицию против Азор. Вместе с ним погибла и идея вернуть острова. Для Испании же восстановление контроля над архипелагом стало большой победой, которая обезопасила путь в Вест-Индию, и показала, что даже после гибели Атлантического флота Армада все еще жива.

вернуться к меню ↑

Валенсийская кампания (02-11.1707)

Война за испанское наследство, часть V. Арагон и Валенсия (Trastamara II)

Какими бы богатыми не были Компании, их ресурсы тоже были далеко не безграничны. К началу 1707 года принцу Трастамара пришлось пойти на реструктуризацию военных расходов, и перевести снабжение многих своих полков за счет государства, что сказалось на качестве логистики. Фактически это означало, что без коренных государственных реформ Испания не могла вести военные действия с былой интенсивностью, а реформы были затруднены сопротивлением части знати и военными действиями. В конце концов, для нормального финансирования армии требовались деньги, для денег требовались или займы, или рост экономики – но последнее было невозможно из-за продолжавшейся войны. В результате этого Испания стала постепенно брать все новые и новые займы, а интенсивность военных действий пришлось уменьшить, и даже пойти на расформирование ряда недавно переформированных из милиции полков регулярес. Все это не могло не сказаться на ходе войны.

Правда, отменять наступление в Валенсии, намеченное на 1707 год, принц Трастамара не стал, лишь увеличил предполагаемое время его проведения, и несколько уменьшил наряд сил. Теперь захват провинции требовалось проводить всего 16 тысячам войск под началом генерала Чакона. Остальные силы испанской армии были сосредоточены против Каталонии, и не давали войскам австрийцев, находящимся там, ни отправиться на подмогу Валенсии, ни перейти в наступление на Сарагосу. Противостояли Чакону лишь 12 тысяч каталонцев, валенсийцев и австрийцев под началом проверенного генерала Штаремберга. К началу 1707 года они тоже испытывали ряд проблем. Валенсия уже давно воевала с испанцами, и регулярно подвергалась рейдам испанских войск, которые наносили удары по непокорной знати и поселениям, которые поддерживали Габсбургов. Из-за этого валенсийцы были склонны к дезертирству, мечтали или чтобы Габсбурги победили без них, или попросту уехать куда подальше, или же вовсе втайне заключали договоренности с испанцами и переходили на их сторону в качестве шпионов. Учитывая, что Валенсия после изгнания морисков превратилась в одну из беднейших испанских провинций, воевать в этой провинции было нечем и некому, а снабжение приходилось возить из Южной Италии, занятой австрийцами.

Передовые отряды генерала Чакона начали наступление на территорию Валенсии в феврале 1707 года. Наступление шло из Аликанте, вдоль берега. В этом крылась опасность, так как с моря в любой момент мог подойти британский флот – и он таки подходил, но в случае опасности испанцы просто уходили вглубь полуострова, вне зоны досягаемости английских пушек. Города брались, как правило, после недолгой осады, штурмами. При этом подвоз припасов в них удавалось более или менее успешно блокировать благодаря легким силам – шебекам, галерам, галиотам, которые могли на веслах уйти от линейных кораблей, и легко прятались в устьях рек и портах. Так пали Бенидорм, Хавеа, Дения, Гандия. Штаренберг требовал подкреплений, и в арьергардных боях сдерживал испанцев, но те продолжали упорно идти вперед. Более того, по мере освобождения провинции Валенсия общий фронт противостояния между Габсбургами и Бурбонами в Испании сокращался, и к Чакону присылали новые войска. К 18 августа у него уже было 19 тысяч человек, пеших и конных, в то время как Штаренберг смог увеличить численность своего воинства лишь до 15 тысяч. Понимая, что потеря Валенсии может сильно ударить по позициям Габсбургов в Испании, он решил дать бой на подступах к городу, у деревеньки Корбера.

Чакона подобный поворот застал врасплох, он оказался не готов к сражению, в результате чего из всей его армии в бою приняли участие всего 14 тысяч человек, преимущественно пехоты. В завязке боя его войска, которые еще не до конца выстроились в линию, подверглись атаке австрийской конницы, и понесли потери. Тем не менее, кавалерию Штаремберга удалось отбить, а дальше для испанцев началось уже привычное наступление батальонными линиями, с быстрыми залпами по врагу и навязыванием ему штыкового боя. Австрийские и английские войска штыковые атаки выдерживали, а вот части валенсийского ополчения – нет. Это и определило исход боя – после бегства валенсийцев Штаремберг стал понемногу выводить остальные свои части из боя, и отступать на север. Чакон намеревался преследовать его до Валенсии, но пехота после пятичасового боя была сильно измотана, а конницы у него было слишком мало, в результате чего сражение завершилось. Испанцы потеряли 685 человек убитыми и ранеными, сторонники Габсбургов – 712.

После этого последовала осада Валенсии, продлившаяся с середины августа по конец октября. Город постоянно снабжался припасами с помощью британского флота, но испанцы регулярно устраивали обстрелы, и методически сравнивали его укрепления с землей. Валенсийцы были настолько деморализованы, что покинули город, часть их отправилась прямиком в испанскую армию, чтобы сдаться на милость законного короля Фелипе де Бурбона. Штурм, предпринятый Чаконом в сентябре, был отбит с серьезными потерями, потому генерал предпочел продолжить осаду и не терять на приступах своих людей, следя за снабжением и соблюдая все санитарные нормы, которые он только мог придумать, дабы не провоцировать болезни. Благодаря этому от них во время осады Валенсии не умер ни один человек. В конце концов, руины города были сданы имперскими войсками, которые отступили на север. Чакон на сей раз был внимателен, и бросился в погоню за ними, выдавливая их из провинции. В конце концов, 26 ноября 1707 года он занял городок Винарос, считавшийся пограничным с Каталонией. Валенсийская кампания, продлившаяся 10 месяцев, завершилась полной победой Испании. Одноименная провинция превратилась в пустошь, местная знать была окончательно разбита, и более не представляла не только политической силы, но и вообще чего-либо заметного в жизни всей Испании.

В этом же году испанцам вновь пришлось обратить свое пристальное внимание на Португалию, в которой началось восстание против нового порядка. Центром его стал город Визеу, а непосредственной причиной – раздача местных земель испанским вельможам Фелипе V. Принц Трастамара был против этого решения, но король решил таким образом «купить» симпатии сеньоров. Проблема заключалась в том, что после экономического кризиса XVII века сеньориальные хозяйства в Испании отличались достаточно жесткими порядками и эксплуатацией крестьян на полную катушку, из-за чего многие де-юре свободные испанские крестьяне по факту жили как крепостные [6]. В Португалии такое было в новинку, и потому крестьяне быстро взялись за оружие. Тут же подключилась до конца не усмиренная португальская знать, а также местное духовенство – и речь опять зашла о независимости, хотя никто не представлял, кого в таком случае можно будет сделать португальским королем. Размышления об этом помешали как следует организовать армию, в результате чего прошло время – и на мятежников обрушились испанские войска. На сей раз они особо не церемонились, и восстание было утоплено в крови. Тех, кто не принимал в нем активное участие, но сочувствовал идеям, ждало переселение в другие регионы Испании. Однако король благодаря принцу Трастамара сделал правильные выводы из мятежа, и стал внимательнее следить за действиями сеньоров, и осторожнее раздавать земли испанской знати.

вернуться к меню ↑

Примечания

  1. В реальности он до определенного момента поддерживал Бурбонов, и лишь под конец войны перешел на сторону Габсбургов. В АИшке же он изначально поддерживает Габсбургов.
  2. Вообще эрцгерцог Карл, будущий император Священной Римской империи Карл VI, отец Марии Терезии и последний «чистый» Габсбург в истории, был достаточно неплохим лидером и полководцем, и хорошо показал себя в ходе войны за испанское наследство. Что, к слову, добавляет своеобразного трагизма войне за испанское наследство – он мог стать действительно хорошим королем Испании, но даже если бы это случилось, то на нем династия Габсбургов окончательно пресеклась, и в 1740-х годах началась бы новая большая война за испанское наследство.
  3. В реале он смог с 700 ополченцами остановить наступление 6-тысячной армии Габсбургов на Мурсию, в серии малых сражений нанеся ей большой урон. При этом был тихим, скромным человеком, абсолютно верным королю, но при этом критикующим его за ряд антицерковных мер. Достаточно интересная историческая личность, в общем.
  4. Целиком реальный эпизод.
  5. Описание укреплений в этих городах могут сильно отличаться от реальных, так как я оцениваю их по имеющейся информации на текущий момент. В начале XVIII века укреплениях на Азорских островах могли быть как многочисленнее, так и гораздо скромнее.
  6. Суровый реал. Именно во время экономического кризиса XVII века в Испании обострились несоответствия между различными областями развития государства – общество уже давно было готового к переходу на капитализм и классовое общество, хотя бы в ранней форме, но государственная элита упрямо цеплялась за идеалы феодализма и сословий, хотя оного феодализма в Испании в классическом виде, за исключением Каталонии, не было.

6
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
4 Цепочка комментария
2 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
5 Авторы комментариев
arturpraetorAntaresHerwigNFanzar Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
anzar

+++ Читается увлекателно, как хороший роман)) А примечания исторически познавательны.

NF

++++++++++++++++++++++++++++++++

Herwig
Herwig

Коллега Артур, как всегда, на высоте! Отлично!

Antares

++++++++++++++++
По ходу Барселона, еще та кость в горле Испании. Даже в реальности.

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить