Виктор Синайский: «Мы начинали воевать на И-16»

1
0

Наш 131-й истребительный авиаполк четырехэскадрильного состава был сформирован в Запорожье весной 1940 года. К 15 апреля организационное формирование полка было завершено, и он поступил в подчинение командующего Одесского военного округа.

Основой комплектования полка послужили прибывшие с финского фронта две дальневосточные авиационные эскадрильи, сформированные в Хабаровске и Спасске-Дальнем. Летный состав был дополнен выпускниками Чкаловского авиаучилища. Главная задача полка заключалась в прикрытии Днепровской ГЭС и промышленных районов Кривого Рога и Запорожья. На вооружение полк получил истребители И-16 последней модификации (тип 24) с двигателями М-63 и винтами изменяемого шага. Все самолеты имели пулеметное вооружение (четыре ШКАСа), а машины 1-й и 2-й эскадрилий, кроме того, несли подкрыльевые пусковые установки ракет РС-82. Истребители же 3-й и 4-й эскадрилий были оборудованы узлами крепления подвесных топливных баков. К сожалению, ни один И-16 нашего полка не имел радиостанции.

В июне 1940-го полк принимал участие в походе Красной Армии в Бессарабию и Северную Буковину. При возвращении в Запорожье два самолета разбились, и летчики погибли.

Июнь 1941 года авиаполк встретил на лагерном аэродроме Новополтавка Николаевской области. При получении известия о начале войны командир полка Л. А. Гончаров, имевший солидный боевой опыт, не растерялся, и его спокойная уверенность передалась подчиненным. Быстро растащили и замаскировали самолеты, отрыли щели. Полк изготовился к бою.

Виктор Синайский: "Мы начинали воевать на И-16"

Уже 23 июня три эскадрильи перебазировались в районы Тирасполя и Первомайска для прикрытия важных стратегических объектов (г. Тирасполя и моста Тирасполь-Бендеры, связывающего молдавскую группировку войск Южного фронта с основными пунктами снабжения) и для поддержки и прикрытия наземных войск в этом районе. Кстати, ни мост, ни Днепрогэс, которые прикрывала 4-я эскадрилья, противнику разбомбить не удалось. Они были взорваны при отступлении наших войск.

24 июня с рассветом начались боевые вылеты на разведку и штурмовку передовых частей противника, форсирующих реку Прут. Первую группу из 10 самолетов повел зам. командира полка капитан В. И. Давидков. Полет проходил на высоте 1000 метров. Через 20 минут летчики обнаружили по дороге на Кишинев колонну автомашин с пехотой. Давидков повел 6 самолетов на штурмовку, а 4 во главе с лейтенантом Д. И. Сиговым остались на высоте для прикрытия ударной группы. С пикирования экипажи открыли огонь из всех пулеметов и сразу же зажгли головные автомашины. Затем ударили по хвосту колонны. Подошедшие 4 самолета Me 109 были отогнаны группой Сигова. Весь день продолжались штурмовки вражеских колонн. Двадцать И-16 совершили по 5—6 вылетов, а десятка самолетов дежурила на аэродроме для перехвата бомбардировщиков.

Виктор Синайский: "Мы начинали воевать на И-16"

4 июля Сигов открыл боевой счет полка. Взлетев по боевой тревоге, он обнаружил двух бомбардировщиков Ju -88, идущих на Тирасполь. Набрав высоту, Сигов атаковал одного из них. Умело маневрируя, он зашел в «мертвую зону» и стал недосягаем для стрелков. Затем вышел на минимальную дистанцию и открыл огонь. Вскоре «Юнкерс» вспыхнул, но Сигов продолжал вести огонь до тех пор, пока бомбардировщик не взорвался. Следует отметить, что Сигов считался одним из лучших летчиков полка. Он отличился еще в 1939 году на Халхин-Голе, где он пригнал на наш аэродром японский истребитель и вынудил его приземлиться. Мастерство Сигова в бою с «Юнкерсом» проявилось в полной мере: сбив врага, он не привез ни одной пробоины.

9 июля дежурная 1-я эскадрилья капитана А. М. Милодана, взлетев по боевой тревоге, перехватила 9 бомбардировщиков Ju-88, впереди которых шли две восьмерки Me 109. Милодан смело повел эскадрилью в лобовую атаку на вражеские истребители и связал их боем. Оставшись без прикрытия, бомбардировщики бесцельно сбросили бомбы и повернули обратно. А в завязавшемся воздушном бою группа Милодана сбила пять Me 109, причем среди сбитых летчиков был фашистский полковник, награжденный многими наградами.

Потерпев крупное поражение, противник 11 июля вновь предпринял массированный налет на Бендерский мост. Но летчики 1-й и 2-й эскадрильи дали решительный отпор. 1-я эскадрилья атаковала бомбардировщики, 2-я — истребители прикрытия. В этом бою было уничтожено 8 «мессеров», сбит один Ju-87, подбиты один Ju-88 и два Ju-87. Наши потери; 2 самолета сбиты и 3 летчика ранены.

12 июля командир звена 4-й эскадрильи младший лейтенант Г. Д. Кузнецов в ночном боевом вылете с аэродрома в Днепропетровске сбил бомбардировщик Ju-88, сбросивший бомбы в районе Запорожья. Экипаж взят в плен.

21 июля семерка И-16, ведомая командиром 3-й эскадрильи А. С. Комоса, сопровождала бомбардировщики СБ на штурмовку аэродрома Белая Церковь. Погода на маршруте была сложной: нижний край облачности на высоте 200 м, видимость — 2 км. При выходе на аэродром группа была встречена шквалом зенитного огня. Задачу бомбардировщики выполнили без потерь, уничтожив 9 самолетов противника. Истребители сбили 3 «Мессершмитта», но и сами потеряли 2 самолета. Один летчик был убит прямым попаданием зенитного снаряда, второй — ранен в воздушном бою.

23 июля дежурное звено во главе с командиром полка подполковником Гончаровым атаковало два разведчика Не-111. Гончаров сбил один самолет, но и сам был ранен. Второй разведчик сбил Давидков. В связи с убытием Гончарова в госпиталь командование полком временно перешло к Давидкову.

При очередном сопровождении СБ на аэродром Белая Церковь комиссар 2-й эскадрильи М. С. Токарев в тяжелом бою против большой группы «мессеров» сбил двух из них, но и сам был ранен, а его ведомый старший лейтенант Дупелев погиб.

Успешно справляясь со своими задачами днем, полк не мог противостоять ночным бомбардировщикам, так как полевые аэродромы не были оборудованы для ночных полетов. Но смириться с этим летчики не могли. Ведь рядом с нами на узловой станции Бандурка стояли составы с эвакуированными из западных областей, эшелоны с горючим. Нельзя было допустить их бомбежки ночью. Давидков и Сигов решили вылететь ночью на перехват бомбардировщиков. Полетел Давидков, а Сигов должен был осветить автомобильными фарами посадочную полосу, когда Давидков пойдет на посадку.

Около двух часов ночи раздался хорошо знакомый воющий звук. Давидков взлетел и набрал высоту. На фоне светлеющего неба он увидел группу немецких бомбардировщиков, позади которой с небольшим превышением летел еще один самолет. Давидков на встречном курсе атаковал его, дав а упор несколько очередей. Бомбардировщик вспыхнул и перешел в беспорядочное падение.

Другие экипажи противника, поняв, что в воздухе наш истребитель, вместо бомбардировки станции стали описывать круги, ожидая, когда у истребителя кончится топливо и он пойдет на посадку, «покажет» им наш аэродром. Ведь для приземления самолета придется осветить посадочную полосу. Понимали это на земле, понимал это и Давидков. И тут он вспомнил, что с одной стороны к аэродрому примыкает поле кукурузы. Даже в предрассветной тьме оно несколько отличалось от посадочной полосы. Давидков снизился, выпустил шасси и пошел на посадку. Через несколько секунд истребитель покатился по земле, где Давидкова встречали друзья.

На следующую ночь противник еще раз попытался нанести бомбовый удар по станции, и Давидков опять поднялся в воздух. Ему удалось и на этот раз не пропустить бомбардировщиков к станции, сбив один самолет, но и сам он был подбит стрелком и вынужден был приземлиться на «живот», поранив голову о прицел. Когда его везли через станцию, восторженные очевидцы воздушного боя, узнав, кого везут, сняли Давидкова с подводы и на руках принесли на наш аэродром.

На протяжении всего лета 1941 года полк оказывал эффективную поддержку наземным частям, штурмуя наступающие соединения противника.

Виктор Синайский: "Мы начинали воевать на И-16"

9 августа полк получил задание на штурмовку румынской кавалерии, введенной в прорыв Южного фронта. Поверив гитлеровской пропаганде, что Красная Армия уничтожена, румынская кавалерия походными колоннами с развернутыми знаменами и духовым оркестром двигалась по степи без воздушного прикрытия. Получив данные воздушной разведки, Давидков лично повел в первую атаку 18 самолетов с реактивными снарядами. На бреющем полете они атаковали противника сначала «эрэсами», а потом расстреливая из пулеметов. Одна группа И-16 сменялась другой, и на протяжении двух суток наши самолеты преследовали конников, которым негде было укрыться в степи. А на следующий день в полк приехал член военного совета фронта генерал-лейтенант Корниец и поздравил весь личный состав полка с разгромом 50-го королевского румынского кавалерийского корпуса. Как рассказал генерал, на данном участке фронта у нас был только один батальон стрелкового полка. Поэтому поддержка с воздуха оказалась весьма своевременной.

В сложную ситуацию полк попал 11 сентября. Базировался он тогда около знаменитого заповедника Аскания-Нова. «Мессеры» обнаружили наш аэродром и привели с собой девятку Ju-87. Однако замаскированных под копны наших самолетов они не увидели и по целеуказанию «мессеров» стали заходить на боевой курс. Но в спешке они сбросили бомбы за летной площадкой и несколько бомб попало в зверинец заповедника. Из него разбежались перепуганные животные, поднялись птицы, и взлетающим для отражения налета истребителям по нескольку раз приходилось изменять направление разбега, чтобы не столкнуться с метавшимися по летному полю жирафами, зебрами и одиноким страусом. К вечеру положение еще более осложнилось, так как поступило сообщение, что в направлении аэродрома движется дивизия итальянской конницы. Что делать? Идти на риск ночного перелета с угрозой потери нескольких экипажей или ожидать рассвета и возможной наземной атаки кавалеристов? Командование полка приняло второе решение.

Виктор Синайский: "Мы начинали воевать на И-16"

Авиационный полк занял круговую оборону. Самолеты развернули в сторону ожидаемого появления противника, хвосты их подняли на козелки. Выкопали стрелковые ячейки и установили в них снятые с самолетов 10 пулеметов ШКАС. В готовности к отъезду находились грузовики с имуществом и машины для технического состава. Одиннадцать экипажей «ночников» благополучно перелетели на новый аэродром, а Давидков остался с основной частью полка, заявив, что он не улетит, пока последний человек не покинет аэродром. Ночь прошла напряженно, но конная разведка не обнаружила замаскированный аэродром, и кавалерия итальянцев проследовала мимо. А утром Давидков поднял в воздух оставшиеся экипажи и повел их на штурмовку «макаронников». Тем временем наземный персонал благополучно добрался до нового места базирования. И на этом новом аэродроме произошло событие, характеризующее боевой настрой наших летчиков.

12 сентября на аэродроме полка приземлился штурмовик Ил-2, летчик которого был тяжело ранен и сразу отправлен в госпиталь. На этом самолете вызвался летать неизвестный нам младший лейтенант, находившийся в отпуске после ранения. На протяжении трех дней он в сопровождении девятки И-16 во главе с Давидковым штурмовал важные цели, которые специально для него выискивала наша воздушная разведка. Ил-2 выполнял по 5—6 вылетов в день, нанося большой урон вражеским наземным частям. А потом, несмотря на уговоры нашего командира, улетел на аэродром, где базировались штурмовики. Отважный летчик-штурмовик остался неизвестным, знали только, что его зовут Саша.

На протяжении сентября и октября 131 -й полк поддерживал наземные части, проводя штурмовку войск врага, а также его аэродромов. Наиболее успешной была штурмовка аэродрома в Таганроге 21 октября. Из разведданных было известно, что на Таганрогском аэродроме находятся десятки истребителей и бомбардировщиков. Полку, в котором осталось всего 8 самолетов, было приказано штурмовать этот аэродром, чтобы уменьшить активность гитлеровской авиации. Для прикрытия штурмующей группы выделяли 9 самолетов ЛаГГ-3 170-го полка.

Задание было сложным, и командир полка подполковник Гончаров принял предложенный Давидковым план: отказаться от обычной тактики атаки рано утром и атаковать вечером, обойдя аэродром со стороны залива, маскируясь в лучах заходящего солнца. Ведущим группы назначили Давидкова. Он провел группу на высоте 15 метров над водой, оставаясь невидимыми с берега. Поэтому гитлеровцы были захвачены врасплох и не смогли оказать сопротивление: истребители стояли с раскрытыми моторами, а зенитки были зачехлены. Каждый летчик совершил по три захода, в результате чего 22 вражеских самолета были сожжены, а наши без потерь вернулись на свой аэродром. Ободренный таким успехом, старший командир приказал на следующий день повторить налет, против чего возражали Гончаров и Давидков. Но приказ пришлось выполнять. Как они и ожидали, налет оказался нерезультативным: немцы встретили наших во всеоружии. Один самолет был подбит зениткой и упал в море. Летчик погиб.

31 октября при сопровождении бомбардировщиков ДБ-Зф погиб командир полка подполковник Л. А. Гончаров, и командиром полка был назначен майор В. И. Давидков.

30 декабря, выступая на летно-тактической конференции 20-й авиадивизии, Давидков на основе опыта своей части предложил официально узаконить боевой порядок пары и звена из четырех истребителей. Предложил больше использовать правый вираж, при котором немецкие летчики выходят из атаки, пытаясь втянуть И-16 в бой на вертикалях, где имеют преимущество. И ни в коем случае во время боя не перекладывать самолет из одного виража в другой, так как в этот момент самолет как бы «застывает» в воздухе и становится легко уязвим.

Подводя итог, полезно привести официальные данные о боевой деятельности 131-го иап за период с 22 июня 1941-го по 1 января 1942 года. Используя только истребители И-16, полк произвел 6016 боевых вылетов и провел 522 групповых воздушных боя, в которых было сбито 68 самолетов противника. Кроме того, 30 вражеских самолетов было уничтожено на аэродромах во время штурмовок. Штурмовыми действиями летчиков полка уничтожено также 10 танков и бронемашин, 798 автомашин и мотоциклов, 60 орудий и пулеметов, выведены из строя тысячи солдат и офицеров противника. Потери полка составили 43 самолета и 27 летчиков. Среди погибших командир 1-й эскадрильи капитан А. М. Милодан, командир 2-й эскадрильи капитан А. Д. Сенин, комиссар 4-й эскадрильи П. М. Харламов… Погибли также начальник штаба полка майор К. А. Герасимов и 4 человека из технического состава.

Подполковнику Л. А. Гончарову (посмертно), майору В. И. Давидкову и старшему лейтенанту Д. И. Сигову было присвоено звание Героя Советского Союза.

В заключение несколько слов о том, как выглядели истребители 131-го полка в первые месяцы войны. Все И-16 были окрашены сверху темно-зеленой (защитной) краской, снизу—серебристо-серой. Звезды (без окантовки) наносились снизу на крылья, на борта фюзеляжа и вертикальное оперение. Бортовые номера (однозначные) — на киле, причем каждая эскадрилья имела номера своего цвета. Например, на самолетах 2-й эскадрильи номера были желтые.

Машине комэска присваивался первый номер, а его заместителю — второй.


источники:

в качестве небольшого дополнения к статье — фильм об И-16 (цикл «Оружие Победы») и интервью с Героем Советского Союза Сергеем Долгушиным:

16
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
4 Цепочка комментария
12 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
0 Авторы комментариев
redstar72E.tomst.matrosПрохожийВадим Петров Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
doktorkurgan

Да, своеобразный парадокс

Да, своеобразный парадокс начального периода войны — многие полки, вооруженные истребителями старых типов, показали лучшие результаты — просто в силу того, что летный состав был более опытным, хорошо знал возможности машин, и имел в составе летчиков с опытом воздушных боев.

wnverner
wnverner

Унылая копипаста… Бякин, а

Унылая копипаста… Бякин, а Вы не пробовали что-то своё написать?

boroda

Отличный материал. Я вот

Отличный материал. Я вот например Крылья Родины не читаю и спасибо коллеге Бякину за то что он перепечатывает лучшие статьи.

st .matros

Унылая копипаста… Бякин, а

Унылая копипаста… Бякин, а Вы не пробовали что-то своё написать?

Вот, чья бы корова…

wnverner
wnverner

Не, ну серьёзно, у Бякина

Не, ну серьёзно, у Бякина только пару раз проскакивал авторский перевод с итальянского. А так копипаста из авиажурналов.

st .matros

Коллега, я ведь, перед тем

Коллега, я ведь, перед тем как комент писать, на ваш блог сходил. Нет у вас материалов. Ни копиастов, ни авторских. Только коментарии в надежде срач развязать. Поэтому повторяю: "Чья бы корова мычала, а ваша бы промолчала!"

NF

«Унылая копипаста… Бякин, а

"Унылая копипаста… Бякин, а Вы не пробовали что-то своё написать?"

 А Вы ,сударь, помолчать ?Самые ярые критики как правило сами являются никчёмными писателями.

Прохожий
Прохожий

 
Читаешь такие мемуары и

 

Читаешь такие мемуары и удивляешься.

За полгода войны полк уничтожил 98 самолетов противника, потеряв 43 машины. И это на старых машинах И-16.

Всего же в РККА только на Западе на начало войны было 8220 только истребителей всех типов.

У стран Оси в походе на восток было задействовано исправных: 2770 различных бомбардировщиков и штурмовиков + 1310 истребителей. Это всех типов, включая и устаревшие.

В первый день на земле было уничтожено 1811 наших самолетов (наши признали потерю 900 самолетов). Пусть будет 1800, а истребителей половина. Все равно остается 7320 машин. А еще были штурмовики, бомбардировщики, зениток 18130 установок было.

Возникает вопрос, где правда?

Один полк уничтожает на один свой самолет 2,28 вражеских, а остальные? Сейчас же известен уровень наших и немецких потерь в ВВС. Остальные что, кривые и косые инвалиды были? Не думаю. Это был обычный ИАП. Общий уровень подготовки ВВС наверняка был такой же, как у этого полка, подчеркиваю, вооруженного устаревшей техникой.

Преувеличение это все, думаю. В части боевых успехов. Приписки и очковтирательство, как говорили раньше.

 

 

Вадим Петров

Преувеличение это все, думаю.

Преувеличение это все, думаю. В части боевых успехов. Приписки и очковтирательство, как говорили раньше.

Уже вполне стандартный вывод, при плохом владении материалом. На самом деле давно известно, что именно части ОдВО воевали очень успешно и их достижения не надо рассматривать как средние.

Что же касается уровня потерь на земле, так они были потеряны не в результате их штурмовки, а просто оставлены в ходе отступления. Еще надо учитывать такой фактор, на большинстве приграничных аэродромов находился двойной комплект истребителей, старые, которые должны были быть переданы в учебные полки и новые — на которые переучивался действующий полк. Так вот, старые не обслуживались и потому были не готовы к тому, чтобы на них воевать, а новые — далеко не все пилоты освоили даже их пилотирование, про ведение боев и говорить нечего. Что же касается описанного случая, то речь шла о полке, летавшем на хорошо освоенных и в обслуживании и в боевом применении И-16, да еще и в составе наиболее хорошо подготовленного и управляемого округа, каковым и был ОдВО. Там была очень развитая и эффективно действующая система ВНОС, хорошо организованная логистика и неплохое зенитное обеспечение …

Прохожий
Прохожий

Полк не стал гвардейским.

Полк не стал гвардейским. Полк не стал даже Краснознаменным. Это был обычный, как я понимаю, полк с обычным уровнем достижений.

Хорошо освоенный И-16 значительно уступал, тоже достаточно хорошо освоенный, новым советским машинам. 

Собака зарыта в другом.

Просто правильнее было бы применять высчитанный после войны коэффициент превышения для РККА. Он составлял в среднем 5,61 (от 3,0 до 9,0 в разные периоды войны). Для начального периода правильным был коэф. 9,0.

Реально получается, что полк за полгода уничтожил где-то 11 самолетов противника, против 43 потерянных своих. 3 ГСС за 11 самолетов сбитых вообще полком. А сколько было сбито ими? Многовато ГСС получается.

Немцы, кстати, тоже не были большими счетоводами. У них коэф. такой: 1,4–4,3 раза (в среднем в 2,7 раза).

Всего же до 1.01.42г. суммарные фактические потери самолетов всех типов составили: Германия потеряла — 3827 боевых самолетов (это вместе с потерями на других ТВД), Советский Союз — 16620 боевых самолетов. Соотношение потерь — 1:4,3.

Что касается самолетов и подготовленных летчиков, на 22.06.41г. было:

самолетов — 12403

летчиков — 13563

Вадим Петров

Что касается самолетов и Что касается самолетов и подготовленных летчиков, на 22.06.41г. было: самолетов — 12403 летчиков — 13563 Для пилотирования каких именно самолетов? Вот возьмем таблицу Западный особый военный округ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 9-я сад   Белосток (управление ад) МиГ-3, И-16 2/0 5/2 5 — — — —   41 иап Белосток, Себурчин МиГ-3, МиГ-1 56/14 27/27 27 — — — 16       И-16, И-15 22/4 36/18 36 25 25 — —   124 иап Белосток МиГ-3 70/8 16/16 16 — — — 29     М.Мезовецк И-16 29/2 24/24 24 — — — —   126 иап Бельск, Долубово МиГ-3 50/12 21/21 21 4 4 — 31       И-16 23/10 42/13 42 — — — —   129 иап Заблудово, д.Тарново МиГ-3 61/5   — — — — 34       И-153 57/8 40/40 40 11 11 — —   13 бап Рось, Борисовшизна СБ, Ар-2 51/11 45/40 45 15 5 — —       Пе-2 8/0   — — — — — Всего в авиадивизии     МиГ-3, МиГ-1, И-16, И-15, И-153, СБ, Пе-2, Ар-2 429/74 256/201 256 55 45 0 110 10-я сад… Подробнее »

Прохожий
Прохожий

Не.
Не смогу.
Очень сложно

Не.

Не смогу.

Очень сложно для позднего вечера. 

redstar72

Всего же в РККА только на

Всего же в РККА только на Западе на начало войны было 8220 только истребителей всех типов.

Откуда Вы это взяли? В 5 западных округах было 4226 истребителей. Подробнее тут: alternathistory.org.ua/kak-fanera-pobedila-dyural.

Более того: согласно статье Г. Герасимова "Количественно-качественная характеристика ВВС РККА накануне войны" (Авиация и космонавтика 1/2000), на Западном ТВД Советский Союз имел 7469 боевых самолётов всех типов (а не только истребителей). Всего же (а не только на западе) ВВС РККА в июне 1941 года насчитывала 15 986 боевых самолётов, из коих 13 409 относились к устаревшим типам.

NF

++++++

++++++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить