«Точка бифуркации» в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

-9
0

Анотация: Вполне стандартная для фантастического жанра «альтернативная история» ситуация: сознание нашего человека — из всех «роялей» имеющего только два года учебно-образцовой «учебки» за плечами, образование советского инженера и опыт предпринимателя выживания в «лихие 90-е», в теле Императора Российского Николая II — только-только принявшего на себя бремя Верховного Главнокомандующего.

«Стандартная ситуёвина», требует нестандартных решений от главного героя: сможет ли он не только выжить сам — но и спасти Россию от сползание в хаос революции и кровавую мясорубку гражданской бойни?

От автора: действие происходит в 1915 году, в октябре месяце в Могилёве — где в ПМВ расположилась Ставка Верховного Главнокомандования Русской Императорской армии.

Ну сумев достичь консенсуса со своими министами, депутами Госдумы и главами общественных организаций, ГГ  организовывает «Круглый стол» в особняке могилёвскго губернатора, чтоб ещё раз — последний, попытаться договориться о «перемирии» до конца войны.

"Точка бифуркации" в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

***

 «ГОСУДАРСТВЕННАЯ ДУМА — представительный орган страны — становится агитационной трибуной, революционирующей эту страну. Народные представители, к которым прислушивается вся Россия, не задумываясь о последствиях, решаются взбунтовать темные массы накануне перелома военного счастья на фронте, исключительно в целях удовлетворения своего собственного честолюбия. Разве здесь есть патриотическая идея? Наоборот, в существе всей работы этих людей заложена государственная измена. История не знает примеров подобного предательства. Вся последующая работа социалистов и большевиков по разложению России является лишь логическим последствием предательства тех изменников, которые подготовляли переворот, и последних нельзя так винить, как первых. Они по-своему были правы, они хотели преобразовать государственный и общественный строй России по своей программе — по тому рецепту, который являлся конечной целью их многолетней работы и мечтой, лелеянной каждым социалистом, какого бы он ни был толка. Это являлось осуществлением их идеологии», — К.И. Глобачев. «Правда о русской революции. Воспоминания бывшего начальника Петроградского охранного отделения».

  

На понедельник 5 октября 1915 года, в Могилеве выпал отличный, пригожий денёк – уже с утра хорошо пригревало Солнышко. Выйдя из вагона-столовой и невольно прищурившись, я подставил его лучам свежевыбритую щёку и, с величайшей приязнью ко всему живому и неживому в природе, воскликнул:

— Господа! Денёк то, сегодня какой… Лепота! Пожалуй, господа, сегодня я пройдусь пешком.

Перевёл вопросительный взгляд на Коменданта Свиты Воейкова и, тот с готовностью доложил:

— Вполне безопасный путь, Ваше Величество! Лес и все полторы версты до губернаторского особняка, оцеплены жандармами и казаками из Конвоя Свиты.

— Вы исполнили все меры безопасности, что я Вам приказал, господин генерал?

— Так точно: с утра особняк хорошо обыскан — но после этого, охрану внутри его убрали, а оцепление вокруг оставили по минимуму…

Воейков слегка вежливо поклонился и добавил:

— «Чтоб у господ депутатов не было ощущения, что они идут добровольно в концлагерь» — говоря вашими словами, Ваше Императорское Величество.

— Хорошо, — обращаюсь к Мордвинову, — господин Генеральный секретарь! Будьте так добры, проводите меня: заодно, нам надо кое-что обсудить по дороге… Да и, для здоровья нам обоим полезны пешие прогулки.

От сидячей работы, что я его нагружаю чрезмерно, замечаю, Анатолий Александрович стал в последнее время несколько толстеть…

— С удовольствием составлю Вам компанию, Государь!

 

Естественно, шествовали не вдвоём! Зорко оглядываясь по сторонам, спереди и сзади – на некотором отдалении от нас, шло по два жандарма с винтовками, а рядом – по бокам, два моих личных телохранителя в кожанках, с «Маузерами С-96» и с «тревожными чемоданчиками». Третий «секьюрити», сам Иван Хренов — чуть приотстав, нёс мой небольшой саквояжник (наподобие тех, с которыми «местные» доктора к пациентам ходят) с необходимыми при встрече с министрами и депутатами документами.

Вдоль всего пути, действительно: изредка виднелись пешие жандармы и мелькали гарцующие казаки оцепления — впрочем, изо всех сил старающиеся не «мозолить» мне глаза. Ещё мой Реципиент, терпеть не мог видеть — как его охраняют и, это редкий случай – когда я с ним полностью солидарен!

Так, обсуждая по дороге с моим Генсеком кой-какие служебные дела или просто болтая на отвлечённые темы — не заметил как и, дошли.

 

Как только подошли к губернаторскому особняку, из него шилом выскочил мой личный секретарь — штабс-капитан Свиты Шильке Виктор Сергеевич, которому я поручил курировать это мероприятие — «Круглый Стол» и, чётко по-военному отрапортовал:

— Ваше Императорское Величество! Для встречи с Вами, прибыли и сейчас находятся в помещении для заседания «Круглого Стола», следующие лица…

И, подаёт мне список.

— Хорошо, господин штабс-капитан! Поставьте у дверей пару жандармов – чисто символически, чтоб кто не зашёл ненароком и не помешал нам в наших делах государственных, а остальных определите отдыхать до завтрака.

Заседание предполагались продолжительностью не более, чем до полудня: для меня, белый свет клином на «Круглом Столе» не сошёлся!

Мордвинов откланялся мне и был таков: у него тоже — своих дел в Генеральном Секретариате выше крыши, а я взял у Хренова свой саквояжник и на ходу знакомясь со списком прибывших на «Круглый Стол», вошёл в здание и направился в ту комнату – что сам выбрал.

 

***

Так, так, так… Всего порядком двадцати пяти человек. Пробегаюсь взглядом по фамилиям, чинам и должностям — занимаемыми их носителями.

Невольно замелил ход, несколько озадачась — прибыло всего четыре «фрондирующих» министра из восьми: Кривошеин (куда без него!), министр финансов Барк, министр иностранных дел Сазонов и военный министр Поливанов.

Где ещё четыре? Может, мои последние слова на них подействовали и, они решили перестать валять дурака?

Дай то, им Бог столь вовремя поумнеть!

 

Зато, из «теневого» кабинета министров – так называемого «Правительства народного доверия», здесь были все! Родзянко, Милюков, Шингарёв, Некрасов, Коновалов, Ефремов, Маклаков, Игнатьев… Князь Львов.

Короче, «Прогрессивный Блок» — практически в полном составе! Не хватает, конечно, многих – но это лидеры «второго плана»: весь «актив» из четырёх партийных фракций находится здесь.

Хреново одно: самого главного «Босса» — Гучкова, нет. А это фрукт, я вам скажу…

Гучков Александр Иванович, ныне – лидер партии «Союз 17 октября», Председатель Центрального Военно-Промышленного Комитета… Говоря своими словами – глава всей «мафии», присосавшейся к российской казне.

Ещё нет из тех, которых несказанно «рад» был бы лицезреть: Керенского, Рябушинского и Пуришкевича – главного думского «хулигана», способного на любую выходку. Самая известная мне его «выходка», это было убийство Распутина…

ХРЕНОВО!!!

Быть не может, чтоб такие «господа» проигнорировали мою инициативу с «Круглым Столом»! Значит, что?

Значит, притаились и ждут!

 

***

Несколько задержался возле двери, с вытянувшими «во фрунт» жандармами по бокам… Штабс-капитан Шильке, открыв дверь, вошёл первым и представил:

— Его Императорское Величество Николай Второй!

Все встают и только после этого, вхожу я и здороваюсь:

— Рад вас приветствовать, господа!

Все вразнобой отвечают и, по очереди выходят из-за стола — чтоб «приложиться» к моей руке… Нет, не лобызать – такие «старорежимные» порядки уже сравнительно давненько не входу, хотя иногда нет-нет — да и, проявляются у некоторых моих поданных, с особо «гибкой» спиной. Просто подходят и пожимают мне руку, представляясь. Некоторых уже достаточно хорошо знаю, других вижу первый раз в жизни.

 

Наконец церемония закончилась. Шильке выходит, закрыв за собой дверь и, все участники «Круглого стола» усаживаются по местам. Моё место прямо напротив господина Кривошеина – моего главного, я думаю, оппонента. По правую его руку сидит князь Львов – «рысь» ещё та, по левую – главный думский говорун Милюков… Прямо за моей спиной выход, с закрывшейся дверью.

Вижу, я бы не сказал — почтительные, намного чаще — просто любопытные и даже насмешливо-ироничные, скрестившиеся на мне взгляды. Поневоле, почему-то возникло ощущение из далёкого «золотого» детства — что вызвали на педсовет в кабинет к директору школы, за какой-то неблаговидный поступок… Несколько поёжился внутренне: «Картина Репина – Миклухо-Маклай и папуасы!».

Был здесь только вчера вечером – проверяя готовность к встрече, поэтому хорошо знаком со всей обстановкой.

 

"Точка бифуркации" в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

Рисунок 193. Так называемый «круглый стол», как предмет мебели.

Сам «круглый стол» — как предмет мебели, был по моему чертёжику сколочен из толстых дубовых досок – столь толстых, какие смогли найти в означенный срок.

Всё делалось впопыхах и наспех!

Сколотив доски на примитивной раме, их сверху выровняли выстругав, кое-как зашпаклевали и покрасили – всё остальное, включая ножки стола, было сделано донельзя примитивно и предельно грубо. Чтоб, этого непотребства не было видно, стол покрыли льняной скатертью – свисающей до самого пола.

Стулья были самими разнообразными и, своим видом заставляли невольно вспомнить бессмертное творение Ильфа и Петрова: губернатор Пильц, ни своих «гарнитуров» не пожалел — ни где-то «арендованных» на время.

Окна в помещении находились на северной стороне и были недостаточно большими для хорошего освещения. Тем более, за ними располагался сад — с довольно высокими деревьями, с ещё не до конца облетевшей с них листвой…

Поэтому, в зал проведения заседаний «Круглого Стола» было принесено и разожжено — как бы, не два десятка разнокалиберных керосиновых ламп. Три самые большие из них, развесили на каких-то приспособах на потолке – непосредственно над самим столом, другие же — смогли как-то разместить по стенам или просто поставить на пол по углам.

Такая «иллюминация», давала очень причудливые, гротесковые тени – на полу, на стенах и даже на потолке и, всё вокруг казалось невсамделишным и каким-то сюрреалистично-колдовским – как в каком-то мистическо-фэнтазийном фильме, снятом «обдолбавшимся» до розовых соплей режиссёром-наркоманом…

 

***

"Точка бифуркации" в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

Несколько освоившись, ставлю на колени свой саквояжник, достаю из него несколько тоненьких и разных папочек, выкладываю их на стол… Под внимательными взглядами, закрываю саквояжник, ставлю на пол и ногой задвигаю его за ножку стола. Раскрываю одну папочку и, обведя всех внимательным взглядом, спрашиваю:

— Ну что, «рыцари Круглого стола»? Приступим, помолясь?

После красноречивого молчания, я — перекрестив лоб православным обычаем, начал читать-бубнить «по-брежневски» по бумажке:

— Господа! Несмотря на то, что большинство из вас считает себя либерало-демократами западноевропейского толка, отличия в отношениях между властью и оппозицией в воюющей Англии, Франции и России разительны и, носят принципиальный характер. Ни в одной из этих двух стран, законодательные органы власти так не будоражили общественное мнение против исполнительно власти — как это происходит в нашей с вами Империи…

 

Помолчав и постаравшись заглянуть в глаза каждому – хотя бы на самый краткий миг, я громко и проникновенно спросил:

— ЭТО – ГЛУПОСТЬ ИЛИ ИЗМЕНА, ГОСПОДА?!

— …Ни в одной стране мира, испокон веков, общественным мнением не было принято объяснять ошибки военного руководства прямым предательством. А, ведь были времена – Москву сдавали, не Варшаву! Что было бы с Россией, если бы Петру Великому – после Нарвского поражения, общественность предъявила требования подобные вашим, а министры — отказались ему подчиняться? Вы об этом подумали, господа?

«На осиновый кол бы вас всех, Пётр посадил голой жоп…пой, — мысленно ответил сам себе, — что тут думать?!»,

— …Наконец, ни в одной из воюющих стран – кроме нашей с вами, Военное министерство не вело такой ожесточённой «войны» со своим же Верховным Главнокомандующим — как это происходило недавно между Сухомлиновым и Великим Князем и, вот-вот разгорится между мной и генералом Поливановым – поощряемом вами к фронде.

 

Снова – помолчав, спрашиваю:

— ЭТО – ГЛУПОСТЬ ИЛИ ИЗМЕНА, ГОСПОДА?!

Послышалось глухое ворчание, как отдалённые – очень отдалённые раскаты грома… Но, я продолжал:

— Господа депутаты Государственной Думы! Почему, вам примером не служит поведение ваших французских коллег-парламентариев? В прошлом году — в первые дни и недели германского наступления, многим французам тоже казалось, что всё пропало – война проиграна. Да! Была критика, как своего правительства — так и, союзного – британского. Однако, вся Франция знала из уст своих депутатов Парламента: да, были досадные ошибки… Да, имело место гнусное предательство… Но, ошибки будут исправлены, предатели наказаны и вся нация сплотится вокруг своего Верховного главнокомандования и, с честью и победой закончит эту войну!

— В России же, почему-то всё по-другому: вносящая деморализацию безудержная клевета, липкие как грязь сплетни, грызня за власть на всех уровнях… Поиски «врага внутреннего» — вместо сплочения против врага внешнего, наконец!

 

— ЭТО – ГЛУПОСТЬ ИЛИ ИЗМЕНА, ГОСПОДА?!

Вижу, обеспокоенно переглядываются и привожу самый «убойный» казалось бы, аргумент:

— Как показали последние военные события, я имею в виду – сражение на реке Вилия, из произошедших ранее поражений русское Верховное Главнокомандование сделало правильные выводы. Теперь, надо только дождаться — чтоб предпринятые им меры организационного характера по повышению боеспособности Русской армии начали действовать. Если, мы с вами договоримся за «Круглым столом» и тыл России будет един с фронтом — то на следующий год, Императорская армия нанесёт скоординированный с союзниками удар по центральным державам с двух сторон! Императорский флот высадит десант в районе Черноморских проливов и захватит их – вековая мечта многих поколений лучших русских политиков о «щите князя Олега на вратах Царьграда», сбудется!

 

Однако, мы не на митинге где-нибудь, я не на броневике с протянутой рукой и передо мною не толпа легковерных обывателей… Это, прожжённые в подобной риторике политики из всероссийской «говорильни» — Государственной Думы.

Вижу – втуне пропадают мои словесные усилия: после первоначального шокового оцепенения, приходят в себя. Усмешки, шепотки друг другу «на ушко» с красноречивой «стрельбой глазками» в сторону меня.

Ладно…

 

***

Наконец то, ради чего я всю эту бучу взбаламучивал:

— Господа! Не хуже вас понимаю, что «российское самодержавие» — как форма политического устройства общества, изжила себя и, требует замены на что-то более современное и прогрессивное…

Удивлённо-настороженные взгляды – от меня явно ожидают какого-то подвоха.

Глубоко сожалеюще вздыхаю и, выпаливаю:

— НО, ЛОШАДЕЙ НА ПЕРЕПРАВЕ НЕ МЕНЯЮТ!!!

«Загудело»: депутаты и прочие иже с ними, переглядываются и, начинают что-то бубнить промеж собой, бросая на меня косые взгляды…

Достаю ещё одну папочку, извлекаю из неё следующую бумажку и, пробежавшись по ней наскоро глазами, делаю предложение — «от которого они не смогут отказаться»:

— Но, как только враг будет разгромлен и военная опасность отхлынет от нашего с вами отеческого порога, обещаю исполнить многолетние чаяния российской общественности и предоставить ей право самой решать вопрос об государственном устройстве страны.

 

Далее, читаю по бумажке вслух и, чем дольше читаю – вижу, как всё более и более вытягиваются у них от крайнего изумления лица:

«Я, Николай Второй, Верховный Главнокомандующий, Император всея Руси и прочая, объявляю свою волю всем нашим верноподданным.

МАНИФЕСТ:

Дни великой борьбы с внешним врагом кончились! В эти радостные дни единения с ликующим по случаю Победы народом нашим, объявляю о своём отречении от Престола Государства Российского и сложении с себя полномочий верховной власти.

Учитывая, что Царевич Алексей — любимый сын мой, не может исполнять обязанности Императора по причине слабого здоровья, а брат мой Михаил Александрович – в виду морганатического брака[1]

ПОВЕЛЕВАЮ:

Не позже чем в течении шести месяцев после подписания мирного договора с Центральными державами, произвести выборы в Учредительное собрание.

Не позже чем через шесть месяцев после созыва Учредительного собрания, выработать Конституцию – основной закон страны и, произвести выборы в новые институты власти.

До сего момента, буду считать себя Верховным правителем России и передача всей полноты верховной власти от меня к новому главе государства (возможно коллективному), состоится в момент его инаугурации и присяге верности народу и конституции.

Манифест вступает в силу и его положения начинают действовать, на другой день после подписания мирного договора между воюющими странами в Европе.

Подпись: Николай».

 

ТИШИНА…

 

Такая тишина, что слышно было как где-то высоко-высоко — где-то на почти космической высоте, косяк журавлей печально курлыкая летел куда-то на Юг… А за леском в болотине, квакали о чём-то о своём зелёные лягушки – ещё не переловленные, членами военной делегации мсье Жакена…

 

Когда есть шанс договориться по-хорошему — всегда надо стараться использовать его до конца! Однако, от меня явно хотели услышать нечто другое: заговорили все сразу перебивая друг друга, понесли какой-то маловразумительный бред.

Старался отвечать каждому перекрикивая ор голосов, старался отвечать спокойно и аргументировано, но…

***

Извинившись за столь длительное опоздание, во время которого – «немало чего интересного пропустил», я снова — зацепив ногой из-под стола свой саквояжник, пододвинул его поближе, поставил на колени, раскрыл и, достав следующую папочку с документами – уже потолще, отправил его на место – под стол.

— Господа! Теперь, когда два главных для вас «раздражителя» — Императрица Александра Фёдоровна и старец Григорий      Распутин-Новых покинули территорию страны в составе «Великого посольства», мы с вами тем более — имеем все шансы и просто обязаны для всеобщего блага, договориться…

В ответ – угрюмое молчание, да злое позыркивание из-под насупленных бровей. Прижав правую руку к сердцу, я продолжаю:

— …Я разве у вас прошу чего-то невозможного, господа? Постыдного? Всего лишь год-полтора «перемирия», господа и все ваши желания исполнятся легко, непринуждённо и красиво: хотите парламентскую республику – как во Франции? Если Учредительное собрание выскажется за такое государственное устройство, то — в добрый путь! Хотите конструкционную монархию как в Англии? Пожалуйста! Хотите федеративное устройство – как в САСШ? Звёздно-полосатый флаг вам в руки!

 

Кажется, наконец «проняло» и, кто-то задал более-менее «конструктивный» вопрос:

— Ваше Императорское Величество, так уверены в победе над Германией?

— Да! «Мы» уверены — ибо в отличие от Вас, я видел немцев — «тянущих грабли в гору»… Поднимающих руки, сиречь. Ни одна страна мира – как известно из истории, никогда не могла долго продержаться против столь великой коалиции, к которой – рано или поздно присоединятся Соединённые Штаты. Германия переоценила свои силы и будет за это наказана! Наша доля репараций с Центральных держав: во-первых — позволит рассчитаться с долгами перед союзниками, а во-вторых – средствами вложенными в нашу экономику, приведут к её процветанию… Про важность Черноморских проливов, я уж не говорю: контроль над ними оживит наш хлебный экспорт и послужит началом эпохи всеобщего благосостояния в России.

Против такого, конечно, никто возразить не мог! Ещё вопрос:

— Вы сказали – «год-полтора», а если дольше? Если война затянется?

Весело хмыкаю:

— Возможно, я несколько ошибся в сроках и война продлится, ещё не «год-полтора», а — два-три… Если мы с вами будем едины — что это принципиально меняет? Вы ещё достаточно молоды, Вы – даже моложе меня. Вы, возможно, ещё успеете выставить свою кандидатуру на выборах президента Российской Федерации – или, как там будет называться по Конституции бывшая Империя.

 

***

Наконец, вопрос — который я ждал и, он произошёл от самого Кривошеина:

— «Два-три» года?! Вероятно, Ваше Императорское Величество изволит шутить! Ждать столь долго российская прогрессивная общественность не может! Она хочет действовать немедленно! Она страждет перемен!

И, тут как прорвало! Милюков:

— Российский народ ждёт от Вас, Ваше Величество, не обещаний — а, допуска общественных организаций к формированию «Кабинета народного доверия»!

Князь Львов:

— Без большего участия Земства и Военно-Промышленных Комитетов в делах военных, никакая победа невозможна, ни в какой срок!

Народ, тотчас же «забурлил» — как вполне определённая «субстанция» в канализации, от вброшенных туда дрожжей.

 

Печально качаю головой, как будто с ними соглашаясь… А сам думаю: «Как верна поговорка про паршивую овцу, портящую всё стадо! А, ведь был реальный шанс договориться «полюбовно»…».

Обращаюсь к Кривошеину:

— Александр Васильевич, не подскажите: где, в каком месте своего доклада, я предлагаю «российской прогрессивной общественности» ждать — сложа руки на пузе?! Наоборот, у нас вами столько неотложных дел скопилось за столетия – которые вполне можно проделать, не дожидаясь окончания войны и изменения конституционного строя страны.

 

Раскрываю свою «самую толстую папку» и достаю из неё одну из брошюр… Народ, явно ангажирован. Читаю по списку и кратко поясняю:

— Переход на европейское летоисчисление: с первого января следующего года, календарь в нашей стране будет такой же — как и во всём цивилизованном мире.

Отрываюсь от текста и торжественно объявляю:

— Господа, внимание! Новый Год можно будет два раза отмечать: первого января и  четырнадцатого… УРА!!! Жаль «завязал», иначе бы я с вами посидел — попил бы водочки от души.

Народ не понял юмора и сидел слегка остекленевши… Покачав головой, я продолжаю читать дальше:

"Точка бифуркации" в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

Рисунок 194. Челябинская «Нулевая» верста.

— Переход на метрические единицы измерения, а то в наших — в российских, сам чёрт ногу сломит! Итак, господа: с первого января пять же, вместо пудов, аршинов и прочего «средневековья» – европейские метры, килограммы…

Поднимаю голову и спрашиваю:

— Или, кто-то желает и, дальше быть не европейцем — а каким-то эфиопским папуасом, сидящим на дереве со стеклянными бусами на шее и в вышиванке на голое тело? Переводящим золотники в погонные фунты, а золотарей – в квадратные сажени?! Меряющим челябинскую версту коломенской?

Молчат, проклятые…

— За хвост себя и с того дерева, господа!

 

Опять же – возражений не последовало. Тогда, объявляю новый пункт реформ:

— Приведение русского алфавита к современным требованиям: сокращение его, изъятием лишних букв – всех этих «ятей», «еров» и прочей церковнославянской хрени, устаревшей ещё до пришествия монголо-болгар… В алфавите останется всего 33 буквы – школьники нам всем, «спасибо» хором скажут!

Сказать по правде, я бы ещё «ъ», «ё» и «ы» выкинул…

Переглядываются и пожимают недоумённо плечами – но, против ничего не имеют.

 

Дальше – больше:

— Отмена титулования: отныне никаких «благородий» и «преосвященств»! Обращение «снизу-доверху» и «сверху-вниз», только — «господин». Исключение лишь для главы государства – «Его Величество» (если государством будет управлять какой-то коллегиальный орган, то такое титулование будет как в целом — так и для каждого из его членов) и послов – «Его Превосходительство», ибо они представляют собой — как бы, лицо и символ Народа и Государства Российского.

Бомблю дальше:

— Отмена сословий: отныне нет дворян, ни мещан, ни крестьян: все россияне являются гражданами России — все они равны перед законом и, имеют одинаковые права и обязанности. Титулы же – «князь», «граф», «барон» или «падишах», положим – являются делом сугубо частным и на положение в обществе, влиять не могут.

Присутствующие, несколько зашевелились… Счас, вы у меня ещё и зачешитесь!

— Реформа системы образования: всеобщее пятилетнее — приведённое к требованием современной жизни, образование. Изъятие из школьного курса всего лишнего, прежде всего «мёртвых» языков – латыни, греческого, древне-шумерского… Основной упор в системе государственного начального образования на прикладные науки: русский язык и литературу, математику, физику, химию, физкультуру… Гранты от государства способным детям для продолжения образования в средних и высших учебных заведениях.

Поскребя ногтем мизинца бровь, я несколько неуверенно пояснил:

— Насчёт университетов не уверен: здесь, нам с вами ещё думать и думать — а вот гимназии и реальные училища, должны быть профессионально ориентированными. Чтоб, из них выходил не просто человек с «аттестатом зрелости» — а молодой перспективный специалист, имеющий востребованную обществом профессию и «дружащие» с головой руки…

Мда… К сожалению, это всего лишь скорее – несбыточная мечта. «Химера», так сказать. Но, попробовать обязательно надо!

 

***

Повышаем «ставки»:

— Господа! Как можно о какой-то демократии мечтать, когда у нас — как во времена Содома и Гоморры, дела церковного клира не отделены от дел государственных?! Когда существует официальная государственная религия, государственный аппарат контролирует дела церковные, Император считается главой Русской Православной Церкви, а во главе высшего церковного органа — Святейшего синода, стоит назначенный им светский чиновник — обер-прокурор… Кстати, где он – почему я Александра Дмитриевича Самарина не наблюдая в ваших сплочённых рядах, господа?

— Вы его, ещё в прошлый раз «секуляризацией» насмерть перепугали, Ваше Величество! – хоть и с вежливым поклоном, но довольно дерзким тоном ответил Кривошеин.

— Это он зря – я не кусаюсь, хахаха! Значит вы поняли, господа: ещё до победы в войне и моего отречения от престола, необходимо отделить церковь от государства и, как и в любой европейской, цивилизованной стране —  сделать религию частным делом каждого гражданина.

Кстати, отделения церкви от государства произошло не при «Временных», а уже при большевиках. И эти, на место Обер-Прокурора не — «пустое место», а князя Львова метят…

Вот, такие у нас с вами, граждане россияне, «демократы»!

 

Ну, счас ваще – держитесь за стулья из гарнитура генеральши Поповой, «великие комбинаторы»:

— Земельная реформа: половину всех сельских угодий предполагается изъять у крупных землевладельцев и создать специальный фонд для передачи — в том числе и в частную собственность, фронтовикам или их семьям – в случае гибели за Отечество…

Такой «финт с ушами», если я не ошибаюсь, провернул Збигнев Пилсудский – когда на окраинах Варшавы нарисовались русские штыки, сжимаемые «мозолистыми» красноармейскими руками. Он, конфисковал часть панских латифундий и пообещал их солдатам и, польский крестьянин — плюнув на «классовое сознание», пошёл защищать Родину.

— …К попавшим в плен по «неуважительной» причине, такое не относится: ноги целы? Тогда – беги! Сбежал и снова в строю? Честь тебе и слава и, к ним полагающийся земельный надел.

«Зашумело», но я подумав, добавил:

— Георгиевским кавалерам, однозначно, земельный пай должен быть увеличенным раза в полтора и плюс ещё денежное вознаграждение на обзаведение хозяйством.

 

Откровенно враждебные взгляды и уже знакомая «песня»:

— Вы, Ваше Величество, считаете нашего солдата каким-то наёмником, сражающимся не из чувства любви к «Отеческим гробам», а из-за каких-то корыстных побуждений…

Встаю и, по пунктам — буквально смешиваю с говённым прахом, этого «патриота»:

— Позвольте! Русский мужик поголовно не грамотен: он и, понятия не имеет о «отеческих гробах»: ещё задолго до начала этой войны — вы и вам подобные, не удосужились ему привить такое понятие. Зато он прекрасно знает и помнит по рассказам о крепостном праве – когда его деда пороли на конюшне, а бабку — «пользовали» баре где-нибудь в «баньке»… За такую Россию, он воевать не пойдёт!

По возмущённым лицам вижу: их этим не проймёшь!

— Ну, это ладно – дело прошлое: «кто старое помянет – тому глаз вон»! Но дело в том, что наш среднестатистический солдат-крестьянин лучше всего знает и помнит о своих детях где-нибудь ни Нижегородчине – которых, из-за малоземелия ему нечем кормить. Как вы думаете, господа, что он выберет: любовь к неизвестным ему «Отеческим гробам» или любовь к хорошо знакомым собственным детям?

Боюсь, вопрос слишком сложен для нашего либерала!

— Другой вопрос: помещичья земля, ЧАСТЬЮ(!!!) которой я собираюсь наградить своих нижних чинов за службу Отечеству — когда-то очень-очень давно, давалась предкам этих помещиков, тоже – за служение трону, за защиту Отечества. Так, они тоже были по вашему — НАЁМНИКАМИ?! Думайте что несёте, господин хороший!

 

Встаёт министр финансов Барк Пётр Львович:

— Ваше Величество! Большинство помещичьих земель в России давно уже по сути, не принадлежат их владельцам — так как заложены в банках, зачастую иностранных. Как отнесутся наши союзники к тому — что Вы конфискуете часть собственности их граждан?

— «Как отнесутся», спрашиваете? Больше, чем уверен – с пониманием отнесутся! Ибо, миллионы русских штыков на Восточном фронте, для их верховных командований – в сей момент гораздо важнее миллионов франков на банковских счетах их рантье.

Далее…

— Не всё так печально, Пётр Львович! За изъятую землю, государство выдаст векселя и рассчитается с их обладателями в определённый срок — репарациями полученными с побеждённых Германии, Австро-Венгрии, Турции и примкнувшей к ним Болгарии.

Необычайно легко, быть «добрым» за чужой счёт! «Жаль» только – союзников у Германии маловато: я б, ещё что пообещал.

 

Еле-еле угомонились! Однако, я продолжил:

— Ещё, чем мы с вами обязательно должны заняться – чтоб выглядеть не среднеазиатской «Джамахирией» какой-то, а современным европейским государством – наподобие всеми вами любимой Франции, это — введение всеобщей воинской повинности для всех граждан… В военное время, каждый здоровый взрослый мужчина – должен или воевать за Отечество на фронте или трудиться на Победу в тылу.

Всеобщее «АААХХХ(!!!)» и, тревожное затишье – как перед надвигающимся цунами…Поглядывая красноречиво на лидера «ЗемГора» князя Львова, я многообещающе добавил:

— А то какой-то парадокс получается, господа: с продолжением войны села и нивы пустеют, скоро и пахать некому будет — а в городах бродят целые стада откормленных бездельников, прикрываясь справками от всевозможных «общественных организаций».

 

Когда я закончил — шум, крик, гомон… Срач стоял неимоверный!

Перебивая «помехи», я почти выкрикнул:

— Думаю, на сегодня нам с вами вполне хватит впечатлений, господа! Предлагаю вам всё хорошенько обдумать и обсудить без меня, возможно – внести какие-то конструктивные поправки к моим предложениям. Встретимся завтра — здесь же, в это же время. Всего хорошего и приятного времяпровождения!

Вытащил саквояжник из-под стола, собрал в него документы и, «откланявшись» был таков…

***

В полдень, перед тем как уходить, я – как бы потеряв терпение и выдержку, воскликнул:

— Вам, господа, видно не великая Россия — победившая в этой Великой войне, нужна!

Оглядываю всех, делая эффектную – считай театральную, паузу:

— ВАМ НУЖНЫ ВЕЛИКИЕ ПОТРЯСЕНИЯ!!!

Молчат, только переглядываются в совершенном ошеломлении от моего напора. Даже, Кривошеин и Милюков не такие говорливые как раньше.

— С вами или без вас, господа, но я проведу эти реформы. Если мы с вами не договоримся по-хорошему, я буду действовать по-плохому: в следующий понедельник «Манифест» и программа демократических реформ, будут опубликованы в печати…

Вижу перепуганные глаза и враз побелевшие лица — у практически всех без исключения, членов «Круглого стола».

 

ЕЩЁ БЫ!!!

До сих пор, революционеры наступали – захватывая одну позицию за другой (прежде всего – в умах и сердцах людей), а Правительство – что я олицетворяю, лишь вяло отбивалось и отступало – сдавая одну позицию за другой. Теперь же – после опубликования «Манифеста» и программы демократических реформ, я имею все шансы перехватить инициативу в этой внутренней идеологической войне! Если это произойдёт, то величайшим революционером в России, буду выглядеть я… А, все мне противостоящие или мешающие – мракобесами, реакционерами и врагами всего прогрессивного человечества.

Вот они и запаниковали – чего я и, добивался собственно говоря.

 

— Времени на размышление у вас до субботы, господа! В субботу, мы с вами последний раз встречаемся…

Достаю снова свой саквояжник, достаю соответствующие проекты законов и выкладываю на стол:

— Ознакомитесь, господа «прогрессисты»! Вот это – реально поможет нашей армии победить, а вовсе не ваше «восстановление малорусской печати» и «возращение всех высланных под административный надзор». Честь имею!

Саквояжник в руку и на выход… Уже за закрывающимися дверьми, слышу:

— Это уже не «Круглый стол», господа! Это – ультиматум какой-то!

Ну, а вы думали?!

***

То был уже четверг 8-го октября…

Время летит, просто незаметно!

 

В пятницу же, на заседании «Круглого стола» было невообразимо скучно!

Некоторые прежние мои «сотоварищи» по этому мероприятию отсутствовали по неизвестной причине. Зато появились какие-то новые персонажи – тоже из «прогрессистов», мною раньше не виданных. Гучков сидел, опять изображая из себя кемарившего — лишь изредка с каким-то странным любопытством на меня поглядывая.

Все остальные также — как «хором» отмалчивались, избегая встречаться взглядом, глядели куда-то в сторону, делали равнодушный вид — хотя было даже невооружённым взглядом было заметно, как сильно они напряжены. Я б, наверное, тоже заснул, если бы не князь Львов — видно «единогласно» выбранный ими как «мальчик для битья».

Он мне выкладывал одни факты – по полезности и успешности действий его «детища» для фронта:

— «Глав­ный по снаб­же­нию ар­мии ко­ми­тет Все­рос­сий­ских зем­ско­го и го­род­ско­го сою­зов», на собранные из добровольных пожертвований средств, организовал восемнадцать санитарных поездов по перевозке раненых в тыл…

"Точка бифуркации" в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

Рисунок 198. Заседание «ЗемГора» в Москве.

Я доставал из своего «волшебного» саквояжника другие факты и, как-то даже несколько лениво, «бил» его ими по голове:

— Ладно, свистеть то, Светлейший! Это, так называемые «именные» поезда – содержащиеся за счёт «высочайших» и богатейших лиц, к вашей «конторе» не имеют никакого отношения. К тому же и, с ними существуют и некоторые свои – довольно «специфические» нюансы…

Достаю из саквояжника печатный документ и читаю:

 

«…Все они отлично устроены в смысле комфорта и роскоши обстановки, но с точки зрения железнодорожной, и притом эвакуационной, т. е. вывозной, мало удовлетворительны: очень тяжелы, требуют двух паровозов, а поднимают раненых вдвое меньше обыкновенных санитарных поездов, потому что очень неэкономны с местом: каждая медсестра занимает целое купе и т. д..

Главное же, что нервирует всех — это полное нежелание заведующих поездами считаться с графиком и правилами движения; эти привилегированные поезда требуют себе пропуска всегда и всюду, значительно нарушают правильность движения вообще.

С точки зрения военной, это тоже возмутительные учреждения. Наполненные высокопоставленными хозяевами и их приживалками, белоручками-сестрами и выслуживающимися врачами, они прежде всего не принимают тяжелораненых, предоставляя возню с ними и их трупами в дороге обыкновенным поездам. Затем почти все эти поезда обслуживают Гвардию и поэтому скопляются там, где дерутся ее части, не берут с ранами ниже пояса, чтобы не нарушить «pudeur» своих сестер и сиделок… и т. д..

Княгиня Щербатова, как и другие, пошла на это дело, думая, как и все, что война кончится скоро, а теперь, тратя в месяц 150 000 рублей, она становится злой и раздражительной. Ей, например, принадлежит распоряжение, чтобы санитары выбирали в поезд раненых полегче, оставляя остальных без всякой помощи…».

 

Вернув документ обратно на место, я сказал:

— Это уже, не из донесений моих «держиморд», господа! Это рапорт боевого офицера моему Начальнику Штаба – генералу Алексееву…

Потом задумчиво:

— Наверное, после наших с вами заседаний — я разгоню не хер, эту частную «лавочку» с этими «именными» военно-санитарными поездами.

 

Там таких подобных «рапортов», ещё со времён предыдущего Верховного – просто целые залежи скопились! При Реципиенте, они просто пролежали под сукном – до той поры, покамест февральский «жаренный петух» в его задницу не клюнул. Ну, а я их оттуда вынул, отдал в Генеральный Секретариат — проанализировать и сделать для меня «выборку». Вот, некоторые – наиболее «интересные» факты, я сейчас и достаю из саквояжника: для «употребления», так сказать — по неприкосновенным депутатским головам.

 

В общем, ничего интересного на сегодня!

Посидел, как-то уже привычно ещё полаялся несколько раз со Львовым, сбегал пару раз «на дальняк» и в полдень закрыл «Круглый стол», отправившись завтракать в расположении Свиты.

 

***

И, вот пришла суббота 10 октября…

Вижу те же, уже «до боли» знакомые лица, да плюс ещё двое… Извиняюсь – трое, новых участников «Круглого стола». Первых двух депутатов Госдумы от «Прогрессивного Блока» не знаю, а вот третий тип с бородкой и в очках… Откуда мне знакома его физиономия? Неуж…?!

При процессе рукопожатия — в ответ на вопросительный взгляд и задержку его ладони в моей, несколько дерзко и вызывающе представляется:

"Точка бифуркации" в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

Рисунок 199. Пуришкевич Владимир Митрофанович, лидер русских националистов-монархистов «Русский народный союз им. Михаила архангела» (РНСМА).

— Пуришкевич Владимир Митрофанович, фракция Государственной Думы от партии «Русский народный союз», Ваше Величество…

Ох, держите меня семеро: либералы сошлись в черносотенцами, по сути – с русскими монархистами-нацистами. Знаковое событие, кстати! Значит, судя по всему они договорились об учреждении конституционной монархии. Кого, интересно, метят в Императоры?

Царевича Алексея? Навряд, ли: он будет находиться под влиянием родителей – меня и моей Гемофилии. Значит – кто-то из великих князей.

Кстати, сей молдаванин – ещё один из один из убийц Распутина в «реальной» истории, разрешите представить. «Пацан реальный» и, по судя по всему — намечается конкретный «замес»!

У этого, у Гучкова, у двух «новичков» и ещё буквально — двух-трёх человек, хотя бы рукопожатия были твёрдыми. У остальных же, ладони были влажными, дрожали — их владельцы по всем признакам — откровенно трусили. Значит, ЭТО(!!!) произойдёт сегодня и в любой момент.

У самого – лёгкий, бодрящий мандраж и, какой-то боевой азарт!

«Новички», замечаю, уселись у меня по бокам и их рожи мне что-то сильно не понравились… Не «наши» рожи, говорю! У наших — таких рож не бывает, да и говорят они как-то… Как-то, неуловимо шибко правильно по-русски.

Ну, как говорится: бобро пожаловать, Джеймсы Бонды фуевы!

 

Сперва, всё начиналось как обычно — хотя я и предупредил в самом начале:

— Господа! Сегодня до полудня, мы с вами просто обязаны прийти к консенсусу… Иначе, вам удачи не видать: я в понедельник опубликую «Манифест», программу демократических реформ — а вы окажитесь выброшенными на задворки истории.

Сажусь, достаю из своего саквояжника несколько папочек, и:

— Сегодня, господа, я предлагаю поговорить о милитаризации экономики…

В принципе, я ничего «нового» не придумал! За основу своего плана перевода экономики России на военные рельсы, я взял так называемую «Программу Гинденбурга».

Что это такое?

***

 

Осенью 1916 года, Верховное Военное Командование Германии (ВВК) разработало и начала претворять в жизнь программу «Программу Гинденбурга» — названную так по имени её инициатора. По сути своей, это была программа мобилизации всех сил народа и ресурсов экономики для ведения «тотальной войны» — до «победного конца».

Программой предусматривалось немедленное и решительное выполнение целого комплекса мер:

Во-первых: увеличение за полгода в два-три раза — к весне 1917 года, производства артиллерии, стрелкового оружия, самолетов и боеприпасов всех видов.

Во-вторых: мобилизация всех людских резервов для направления в действующую армию или в военную промышленность.

 

Для выполнения этого, предполагалось увеличить производство на существующих военных заводах и возведение новых предприятий, изымание из не связанных с военной промышленностью отраслей всех запасов сырья, топлива, металлов, рабочей силы и прочего.

К «Программе Гинденбурга» прилагался принятый Рейхстагом закон «О вспомогательном патриотическом труде». По этому закону, вводилась трудовая повинность для всех мужчин от 16-ти до 60-ти лет.

Работающим на военных предприятиях рабочим и служащим, категорически запрещалось бастовать, увольняться и самовольно выбирать место работы.

Неквалифицированные рабочие на заводах, заменялись женщинами и подростками и мобилизовались в армию. В то же время, государство брало на себя заботу о подготовке кадров: массово открывались профессиональные училища для подготовки и переподготовке квалифицированных рабочих.

Чтоб управлять военно-экономической мобилизацией, по сути — всей германской индустрией, было создано «Военное управление», возглавляемое генералом Вильгельмом Тренером.

В результате, «Программа Гинденбурга» была на следующий год выполнена — а по отдельным показателем, даже перевыполнена.

Однако, как говорится — «поздно было пить боржоми»! Войну со всем миром, Германская Империя проиграла ещё в 1914 году — ещё до того, как её начать.

 

Я же хочу этот «финт ушами» произвести на год раньше Гинденбурга, тем более — что мне так «много» не надо. Я не воюю со всем Светом!

 

***

Зачитав документ, я внимательно всех оглядел и спросил:

— У кого на этот счёт есть какие разумные доводы или дельные предложения, господа депутаты и министры?

 

Хотя, «доводов и предложений» у него не оказалось — как обычно, в бой с «голой оппой» кинулся князь Львов — требуя напротив: вместо «милитаризации» промышленности сосредоточить контроль над нею в частных руках, обещая «завалить» фронт снарядами.

В ответ, зевнув, достал справку по военной промышленности Англии, вслух прочитал – как дела идут с этим в этом «оплоте» демократии и, затем:

— Таким образом, как мы с вами видим, господа — «снарядный голод» был знаком и нашим британским союзникам! В ответ, они предприняли меры – фактически приведшие к национализации промышленности в военное время. Почему же, вы не хотите поступать подобно пресвященным европейцам, господа?! Почему же, вас постоянно тянет залезть на дерево и свесить оттуда волосатый хвост?!

 

Естественно, аргументов возразить мне не оказалось!

Депутаты Госдумы разом загомонили, перебивая друг друга и неся всякий маловразумительный бред, сути которого я понять не мог. Князь Львов, побледневший, задыхающийся, трясущийся как в нервном припадке встал и, подобно Ленину на броневике — обличающе в мою сторону рукой показывая, прерывисто – как между приступами астмы, вскричал:

– Вы нас губите… Вы проигрываете войну… Ваши министры – или бездарности, или изменники… Страна вам не верит… Армия вам не верит… Пустите нас… Мы попробуем…

Скрутив известную комбинацию из пальцев, я — сперва полюбовавшись ею вдоволь сам, привстав — сунул под самый нос князюшке:

— Накося! А с какого бы такого, особенного перепуга? На кошечках пробуйте – коль Вам их не жалко…

***

Вдруг, слышу какой-то шум в коридоре, стук, приглушённый вскрик…

— Что, за…?

Приподымаюсь с места и оборачиваюсь на звук распахнувшийся с грохотом настежь двери.

Вижу: без приглашения вваливаются генералы Борисов, Ермолаев и с ними ещё несколько офицеров… Одни из них мне знакомы по Штабу, другие нет.

В тот же самый момент:

— Извините, Ваше Величество…

Двое новичков — депутатов-«прогрессистов» с «чужими» лицами, сидевшие по бокам, схватили меня за руки и ловко обезоружили – вытащив один револьвер из кобуры на ремне и, из-за кобуры скрытого ношения за пазухой мой «всевдо-деринджер» — «оружие последнего шанса», собственноручно запиленного мной из другого – вполне обыкновенного, серийного «Нагана». Не пригодился, как ни готовился!

Как узнали, спрашивается?

 

Хоть и, ожидал нечто подобное — но в голову ударила кровь, а ноги враз стали слабыми и ватными:

— Что, за… ГОСПОДА?! ЧТО ПРОИСХОДИТ?!

Не дождавшись ответа от «коллег» по Круглому столу, отводящих от меня взгляды – кто с неким смущением, кто – весьма злорадно, возмущённо вскрикиваю и, громко зову на помощь:

— ОХРАНА!!! НА ПОМОЩЬ!!!

Меня силой усаживают на место, нажав на плечи:

— СЯДЬТЕ, ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО!!!

— Да, как вы смеете!

Я, возмущённо озираюсь, спрашиваю скороговоркой:

— Что за представление, господа?! Что происходит, чёрт бы вас всех побрал?! Кто-нибудь мне может объяснить?!

— Сейчас узнаете, — слышу знакомый голос, — Ваше…

Поворачиваю голову — ох, ну ни х…

— И, ТЫ… СКОТИНА?!

Вскричал я от удивления, увидев заходящего в комнату генерала Крымова. Я ж его – «третью шашку России», планировал на 3-ю конную армию… За него ж, сам Фёдор Артурьевич Келллер поручился! Что-то я напутал с «послезнанием» — насчёт этого «героя» Корниловского мятежа.

— Революция, Ваше Величество…, — торжественно произнёс историческую фразу Милюков, — ЭТО – РЕВОЛЮЦИЯ!!!

Ишь ты — «революционер», фуев!

— Какая «революция»?! – андалузским быком, матадором укушенным за ухо, взревел Пуришкевич, — замена монарха и ничего более, господа!

Вижу, они по запарке великой, ещё не до конца не договорились.

Какая-то суета, мельтешение: они по-моему, растерянны и напуганы — ещё больше того, чем растерян и перепуган должен быть я. Кроме тех двоих — «не наших», что охраняют меня по бокам.

 

 

***

"Точка бифуркации" в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

Рисунок 201. Химический взрыватель двойного замедления. Вырвать предохранительную чеку и нажать кнопку – дело буквально нескольких секунд!

 

«Вам не по душе это варварство? Не прогневайтесь — отвечает вам история: чем богата, тем и рада. Это только выводы из всего, что предшествовало», — В. И. Ленин.

 

 

Довольно внушительный зал бывшего кафешантана — бывшего при гостинице «Бристоль», где сейчас устроено офицерское собрание, не смог вместить всех. Поэтому перед съехавшимися высшими гражданскими и военными чинами Империи, перед послами стран-союзниц и нейтралов, перед журналистами, фоторепортерами и прочей подобной публикой – находящимися на площади перед Штабом, выступали по очереди с балкона Управления Генерал-квартирмейстера штаба Верховного Главнокомандующего.

Здесь же, находились уцелевшие представители Госдумы и общественных организаций… Мирные, такие «представители»» – так называемое «болото». Двигающиеся по принципу «куда ветер подует» и всегда колеблющиеся в соответствии с «генеральным курсом».

С этими сработаемся!

 

Первым, разумеется выступил Главнокомандующий Западным Театром Военных Действий (ЗапТВД) генерал-адъютант Алексеев. Сухо и кратко, не вдаваясь в подробности он рассказал, что случилось в Могилёве три дня назад: во время рабочей встречи Императора и Верховного Главнокомандующего с ответственными министрами, с руководителями общественных организаций, с главами фракций Государственной Думы – по поводу улучшения взаимодействия в деле снабжения Действующей армии оружием, боеприпасами и прочим снаряжением, произошёл мощный взрыв. Кроме этого, на совещании было несколько генералов и офицеров Русской императорской армии…

Погибли все, кроме Императора (здесь Алексеев истово перекрестился на купола главного могилевского Храма), которого спасло то – что взрывное устройство злоумышленники расположили за толстой дубовой ножкой «Круглого стола», уведшей взрывную волну в сторону.

Остальным не так повезло: в результате взрыва и последующего пожара, их  тела обгорели до такой степени — что отпевать их придётся списком, а хоронить в общей могиле.

Здесь, Алексеев печально покачал забинтованным «кумполом» и, слегка повернувшись, ещё раз перекрестился на купола Иосифского собора.

 

Ещё одной ошибкой (конечно, не фатальной для них – но тем, не менее!) заговорщиков, было то, что они решили освободить с гарнизонной гауптвахты томящихся там в ожидании пенькового «галстука» генералов. Рознь и личная неприязнь, посеянные моим соглядатаем Штирлицем между Алексеевым и Рузским были столь велики, что Начальник Штаба устроил эдакий «мини-путч внутри путча» — за что и, схлопотал чем-то там в лоб.

Впрочем, всё было под контролем с самого начала: генерал-майор Свечин был мной предупреждён и явившиеся по его сигналу георгиевские кавалеры полковника Слащёва, выждав время – когда «фраер», в смысле – Рузской вволю «натанцуется», быстро и решительно восстановили «статус-кво».

Самодержавие в 1915 году, повторяю, ещё не перезрело до такой степени – чтоб упасть подобно плоду в руки кучки безответственных авантюристов.

Особенного сопротивления не было!

Жертв и потерпевших – кроме самого Алексеева, тоже. Основных «фигурантов», вроде Рузского или Пустовойтенко — закрыли обратно на кичу, прочих – отправили в Действующую армию. Офицерских штрафбатов — как при Сталине я, создать ещё не удосужился…

Ничего, время у меня ещё есть!

Да, моих верных сторонников при Штабе было удручающе мало… Но, столь уж ярых противников ещё меньше!

Основная же масса, как и в случае с думцами – плывущее по течению… Хм, гкхм… «Болото»! Бухтят, конечно, про меня всякое – когда я «гайки» закрутил, но дело тем не менее делают вполне добросовестно.

 

Так и сам Алексеев: конечно, по-хорошему его надо убрать куда подальше… А кого вместо него? Я нахожусь в положении Ленина, который говорил… Точнее, возможно будет говорить: «Готовых коммунистических людей у нас с вами нет! Приходится строить новое общество с теми отбросами, что имеются».

Худо-бедно, но дело Ильича «в реале» жило и развивалось (и не слабо, кстати, временами!) семьдесят лет – значит, сам принцип верен. Ну, а плачевный итог… Так, ничего вечного не бывает!

Тем более, у Михаила Алексеева и положительные качества имеются – его, просто поразительная по-воловьи огромная работоспособность, в первую очередь. Да к нему толкового имперского комиссара приставить – и цены ему на этой должности не будет!

Штирлиц мой, получив втайне такую должность и генеральский оклад, у него уже — если не правая рука уже, то левая – это точно. Присмотрит, если что…

 

Затем перед собравшимися выступил — генерал-майор уже, Орлов Владимир Григорьевич — Председатель и одновременно следователь «Комиссии по особо важным делам» при Ставке Верховного Главнокомандующего.

Он тоже, буквально в двух словах рассказал, что по предварительным данным, в покушении участвовало три агента  германской разведывательной службы  — «Отдела III B», переодетыми русскими офицерами. Об этом, неопровержимо свидетельствуют улики найденные на их конспиративной квартире.

(Знали буквально три человека – кроме меня: сам Орлов, Спиридович и Мисустов – успевшие вернуться к «разбору полётов», что эти «улики» мне достались в числе «царской доли» от уссурийских казаков — вдоволь погулявшим по германским тылам).

— Опять же предположительно, — закончил свою речь «Важняк», — двое лазутчиков погибли — неверно рассчитав время взрыва, а одному удалось скрыться и сейчас, ведутся следственно-розыскные мероприятия по его задержанию по плану «Перехват».

Всё это время я в упор, смотрел на британского посла сэра Джорджа Уильяма Бьюкенена и, тот старательно отводил глаза и промокал носовым платком выступающий несмотря на прохладную погоду, пот на лице.

 

После Орлова, слово взял я:

 

Граждане Российской Империи! Господа и товарищи! Генералы, офицеры и солдаты нашей армии и, моряки российского военного флота! Братья и сестры!

К вам обращаюсь я, соотечественники и друзья мои!

Германский Генштаб, планируя эту войну надеялся на лёгкую прогулочку до самого Владивостока!

У них было рассчитано всё – вплоть до количества подмёток для сапог, которые германский солдат износит – пока дойдёт до Тихого океана и там их омоет.

НЕ ВЫШЛО!!!

Они рассчитали всё — но они не учли силу нашего с вами сопротивления!

Встретив героическое сопротивление Русской Императорской Армии, потеряв свои лучшие дивизии разбитые и нашедшие себе могилу на полях сражений, германский Генеральный Штаб послал в наш тыл подлых убийц – чтоб одним махом, победить в этой небывало трудной для них войне.

Вероломный враг — отчаявшийся победить нас в открытом сражении, нанёс подлый коварный удар в спину.

НО, ОНИ ОПЯТЬ ПРОСЧИТАЛИСЬ!!!

Да – погибли самые лучшие из сынов нашего Отечества! Да, мы понесли тяжёлые, невосполнимые потери!

Но, Бог спас русского Царя, а вместо одного павшего – встанут сотни лучших сынов и дочерей Отечества и, в ответ на это неслыханное преступление, народ России ещё теснее сплотится под знаменем борьбы с германскими захватчиками!

В ответ на это подлое злодеяние я, Николай Второй, Верховный Главнокомандующий, Император Российский, Царь всея Руси и прочая, заявляю:

Чтоб не случилось — мы никогда не сдадимся и, ни за что не признаем себя побеждёнными! Мы пойдем до конца, мы будем сражаться с растущей уверенностью в наших душах и растущей силой в наших руках — на земле, на воде, в воздухе и под землёй – если понадобится! Мы будем защищать нашу Россию до конца, какова бы ни была цена – чего бы, это нам не стоило!

И даже, если так случится — во что я ни на мгновение не верю, что наша с вами страна будет порабощена и, народ русский будет умирать с голода и зверств захватчиков:

МЫ, НИКОГДА НЕ СДАДИМСЯ!!!

Даже, тогда наша Империя будет продолжать сражение в партизанских отрядах! Мы будем драться с оккупантами на побережьях, мы будем драться в портах, мы будем биться в горах, мы будем драться в лесах, полях, на улицах и в каждом доме! До тех пор — пока, ни одной ноги захватчика, даже самого его духа, не останется на Русской земле!

НАШЕ ДЕЛО ПРАВОЕ – ВРАГ БУДЕТ РАЗБИТ, ПОБЕДА БУДЕТ ЗА НАМИ!!!

"Точка бифуркации" в романе «Я, Николай II…Верховный Главнокомандующий». Финал.

Коллегам, желающих прочитать роман целиком, добро пожаловать на мою страничку в ЛитНете: https://litnet.com/ru/book/verhovnyi-glavnokomanduyushchii-b183872

 

[1]Морганатический брак (от позднелат. matrimonium ad morganaticam), неравнородный брак, при котором жена не пользуется сословными привилегиями мужа (и наоборот), а дети — отца. Пример Морганатический брак — брак лица, принадлежащего к царствующему дому, с женщиной не царского рода. Морганатический брак не даёт права престолонаследия ни жене, ни детям.

Великий  Князь Михаил Александрович(1878-1918) тайно женился на  жене Владимира Владимировича Вульферта, лейтенанта гатчинского полка, над которым шефствовал Михаил, до этого бывшей жене  С.И. Мамонтова, то есть уже дважды разведённой Наталье Сергеевне  Шереметьевской 1880-1952, позднее получившей от Николая II титул графини Брасовой.

7
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
5 Цепочка комментария
2 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
5 Авторы комментариев
Сергей СталкСЕЖpodgorka76 Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
podgorka76

Итак..

podgorka76

Итак.. Эта часть прочитана (с учётом последней главы на Литнете — https://litnet.com/ru/reader/verhovnyi-glavnokomanduyushchii-b183872?c=1803881&p=9 )
Что можно сказать — Интересно, динамично — но.. Как там говаривал Мужик в мультике «Падал прошлогодний снег» ? «Красиво — но скверно!»
С чём тут связаны основные недочёты? Суть всех нестыковок и натяжек — именно системная!
Автор выбрал крайне неудачный для попаданца-внедренца период. Когда, пожалуй уже НИЧЕГО нельзя было сделать. Россия в то время уже вошла в пике, и все дёргания самых первых лиц уже лишь определяли, чем страна шваркнется о камни — жопой, хребтом или черепом.. Но никак не предотвращали самого собтия падения-разбивания..
Тут я целиком согласен тезисами Читателя на Самлибе: http://samlib.ru/c/chitatelj/ist_tez.shtml

СЕЖ

а чем автору не нравится буквы «Ё», «Ы» и знак «Ъ»?

Ну, по крайней мере, лучше предыдущих глав. Наконец-то обошлось без чернухи.
Непонятно только, как технически обеспечена выживаемость именно персонажа при взрыве с одновременным выкашиванием всех остальных

Мне кажется, что главный герой с гораздо большим успехом развалит страну, чем то удалось Николаю 2-му. То есть, он говорит о своем будущем отречении за несколько лет заранее, и надолго оставляет страну в неопределенности — и это во время войны. Вместо того, чтобы воевать, теперь страна будет думать «Как-то еще теперь сложится?» Элита не дожидаясь срока начнет драчку за влияние своих партий, за будущие портфели — и это во время войны!
А эти изменения — календарь, метрическая система. Как раз вовремя! Вторая дезорганизует военное производство, а первая — это просто пыль в глаза. Например, крестьянину нужна земля, а тут ему новый календарь — он так обрадуется, что о земле забудет!

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить