подводный флот

Советские и российские крылатые ракеты

Отсчет истории советских крылатых ракет можно вести с сентября 1944 года, когда в одно из московских КБ были доставлены обломки первого в мире действующего самолета-снаряда — немецкой V-1. Однако следование в русле идей германских конструкторов стало лишь начальным этапом работы над отечественным оружием подобного типа. Дальше пришлось искать свой путь, создавая уникальные технические решения.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 3.

10 сентября 1890 года. Санкт-Петербург. Кабинет начальника ГМШ. Вечер.

– Проходите, Огнеслав Стефанович, присаживайтесь. Вы догадываетесь, для чего я Вас позвал?

– Не имею понятия, но могу подозревать, что речь пойдет о моем аэроскафе «Россия» – неужели он понадобился морскому ведомству? Это чрезвычайно для меня лестно.

– Увы, лишь отчасти, Огнеслав Стефанович, лишь отчасти. Речь пойдет не о всем аэроскафе, а лишь о двигателе для него. Впрочем, если наш разговор будет успешным, то и дела строительства вашего аэроскафа пойдут куда как лучше.

– Я вас внимательно слушаю, ваше превосходительство.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 2.

1890 год стал некой вехой в отечественном флоте. В 1890 году вице-адмирал Роман Владимирович Хорошихин сменил на посту начальника ГМШ О.К. Кремера и переехал в Петербург. Последним его поручением была модернизация «Морского льва». Он предложил установить на подлодке бензиновый двигатель вместо парового и, уже будучи начальником МГШ, сумел найти деньги на эту реконструкцию. Но это же окончательно добило лодку Александровского. Замена парового двигателя была закончена зимой 1892 года, а весной прошли испытания. Подводная лодка показала неплохие результаты, наконец-то достигнув подводной скорости в 3 узла. Но 1 мая 1891 из-за неосторожного обращения с канистрами бензина «Морской лев» сгорел. Восстановление его потребовало бы слишком больших средств. Роман Владимирович звал Александровского обратно в Петербург и даже высылал ему деньги на дорогу, но Иван Федорович к этому времени впал в черную меланхолию, которую запивал крымскими винами. Умер Александровский в 1894 году. Но сам вице-адмирал Хорошихин уже понимал, что время гениев-одиночек уходит безвозвратно. Новое время требовало новых научных подходов.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 1.

Уважаемые коллеги, это, пожалуй, самая спорная и неоднозначная статья в моем цикле «Мы наш, мы новый, флот построим…». Во-первых, в подводных лодках я не большой специалист. Во-вторых, она огромная. Пришлось разбивать её на 8 частей, и при этом, это единая статья о развитии российского подводного флота перед РЯВ. Статья полностью готова, так что придется Вам запастись терпением. Хотел бы пожелать приятного чтения, но боюсь, Вам предстоит тяжкий труд. Очень жду Ваших замечаний, так как по определению в столь слабой и весьма натянутой проработке их не может не быть. В общем буду рад всем, кто выскажется о более или менее реальном развитии подводного флота перед русско-японской войной. Обещаю, что все предложения будут внимательно выслушаны и по результатам будут внесены соответствующие изменения. Принимаются предложения с определенной долей сумасшедшинки, но без откровенного фэнтези. 

Британские субмарины: креативные чудачества

 

Безусловно, в Первую Мировую экспериментальные подводные лодки периодически появлялись в большинстве ведущих морских держав. Но, пожалуй, только Британия позволяла себе осуществлять впечатляющие «опыты» в широких масштабах. Невзирая на явную сомнительность многих идей, их не проверяли на отдельных единицах, а сразу запускали в серию, иногда очень значительную. В итоге Royal Navy получал целые партии подводных кораблей, с которыми адмиралы просто не знали, что делать. Стоил такой подход изрядных средств, но тогда империя могла себе позволить такую роскошь.

Конечно, английские адмиралы, с одной стороны, были совсем не против заполучить «под свою руку» субмарины, способные действовать в боевых порядках флота. Какая прекрасная возможность ослабить противника в любой стадии генерального сражения эскадр линкоров, которое считалось венцом морской стратегии. Но, с другой стороны, они просто не верили, что возможно создать подводные корабли, способные поддерживать ту же скорость, что и тогдашние главные силы, то есть не менее 20 узлов. А конструкторы и постоянно вдохновлявший их на подвиги неутомимый Джон Фишер полагали, что построить такое чудо можно – были бы силы и средства.

Приговор

Коллеги, попался мне интересный документ, приговор группе офицеров-подводников Тихоокеанского флота, вынесенный в августе 1939 года. Впечатление далеко не однозначное, впрочем, ознакомившись каждый выводы о его справедливуости или несправедливости сделает сам.

Строим альтернативный флот СССР

ВМФ СССР – альтернатива.

Да, уважаемые коллеги, тема «стара как мир» и уже многократно обсуждавшаяся. Но, думается, точку в ней ставить рано. Тем паче недостатка в «заинтересованных лицах» по ней, не предвидится. Надеюсь…

Чем же меня лично не устроили все предложения коллег по данной теме, с коими я имел возможность ознакомиться? Во-первых, послезнание. Во-вторых, слабый учёт возможностей отечественной судостроительной отрасли и экономического положения страны вообще. В третьих – стремление «быть круче всех» в каждом конкретно классе без увязки этого пожелания с какой-либо более-менее стройной военно-морской доктриной. Складывая эти три проблемы в разных пропорциях, мы на выходе получаем обычно либо флот, который страна построить вообще была не в состоянии по экономико-финансовым причинам, либо флот крайне несбалансированный, практически непригодный для реализации искусственно «раздутого» потенциала его отдельных компонентов.

Безусловно, я встречал и вполне разумные и, главное, реализуемые варианты, и тот флот, что, я надеюсь, получится из этой статьи, ни в коем случае не претендует на нечто близкое к идеальному варианту. Но, может быть, попробуем общими усилиями?