альтернативные подлодки

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 4.

ЧАСТЬ 4

14 октября 1894 года. Санкт-Петербург. Особое совещание при Морском техническом комитете.

- Господа, я изучил ваш доклад по результатам поездки для ознакомления с ситуацией подводного кораблестроения, за границей. Не скрою от вас, кое в чем ваш доклад меня порадовал, но местами и огорчил. Мне стало ясно, что пока даже у ведущих морских держав нет опыта в данном вопросе. Что ж, придется все разрабатывать самим. Перед собранием я просил вас ознакомиться с чертежами подводного миноносца господина Джевецкого. Что вы о нем можете сказать? Иван Григорьевич (прим. Бубнов), прошу вас.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 3.

10 сентября 1890 года. Санкт-Петербург. Кабинет начальника ГМШ. Вечер.

– Проходите, Огнеслав Стефанович, присаживайтесь. Вы догадываетесь, для чего я Вас позвал?

– Не имею понятия, но могу подозревать, что речь пойдет о моем аэроскафе «Россия» – неужели он понадобился морскому ведомству? Это чрезвычайно для меня лестно.

– Увы, лишь отчасти, Огнеслав Стефанович, лишь отчасти. Речь пойдет не о всем аэроскафе, а лишь о двигателе для него. Впрочем, если наш разговор будет успешным, то и дела строительства вашего аэроскафа пойдут куда как лучше.

– Я вас внимательно слушаю, ваше превосходительство.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 2.

1890 год стал некой вехой в отечественном флоте. В 1890 году вице-адмирал Роман Владимирович Хорошихин сменил на посту начальника ГМШ О.К. Кремера и переехал в Петербург. Последним его поручением была модернизация «Морского льва». Он предложил установить на подлодке бензиновый двигатель вместо парового и, уже будучи начальником МГШ, сумел найти деньги на эту реконструкцию. Но это же окончательно добило лодку Александровского. Замена парового двигателя была закончена зимой 1892 года, а весной прошли испытания. Подводная лодка показала неплохие результаты, наконец-то достигнув подводной скорости в 3 узла. Но 1 мая 1891 из-за неосторожного обращения с канистрами бензина «Морской лев» сгорел. Восстановление его потребовало бы слишком больших средств. Роман Владимирович звал Александровского обратно в Петербург и даже высылал ему деньги на дорогу, но Иван Федорович к этому времени впал в черную меланхолию, которую запивал крымскими винами. Умер Александровский в 1894 году. Но сам вице-адмирал Хорошихин уже понимал, что время гениев-одиночек уходит безвозвратно. Новое время требовало новых научных подходов.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 1.

Уважаемые коллеги, это, пожалуй, самая спорная и неоднозначная статья в моем цикле «Мы наш, мы новый, флот построим…». Во-первых, в подводных лодках я не большой специалист. Во-вторых, она огромная. Пришлось разбивать её на 8 частей, и при этом, это единая статья о развитии российского подводного флота перед РЯВ. Статья полностью готова, так что придется Вам запастись терпением. Хотел бы пожелать приятного чтения, но боюсь, Вам предстоит тяжкий труд. Очень жду Ваших замечаний, так как по определению в столь слабой и весьма натянутой проработке их не может не быть. В общем буду рад всем, кто выскажется о более или менее реальном развитии подводного флота перед русско-японской войной. Обещаю, что все предложения будут внимательно выслушаны и по результатам будут внесены соответствующие изменения. Принимаются предложения с определенной долей сумасшедшинки, но без откровенного фэнтези.