Альтернативное кораблестроение - Флоты которых не было

Великий князь Алексей Александрович и его флот. Часть 8.5.4.2

Корабельная артиллерия – поколение III, часть 2

      Вояж членов АК и МТК во Францию в 1891 году ознаменовался не только созерцанием пушек Канэ. Великого Князя заинтересовали оптические прицелы. Разобравшись в «хитрой» штуковине Алексей Александрович счел оптику полезной для российских кораблей. Проработка вопроса со строительством завода в России уперлось в «чванство» французов, заинтересованных в продаже своих дорогущих оптических прицелов. Само собой это не устраивало русских. И ВК вспомнил еще одного своего «друга» - глава товарищества «Zeiss-Stiftung zu Jena» профессор Эрнст Аббе, унаследовавший мастерские у Карла Цейса, согласился организовать производство в России (После смерти Цейса (1888), Аббе стал де-факто владельцем его мастерских, но отказался от прав и создал для управления предприятием особые правила, по которым правление состояло из представителей рабочих, государственных органов и университета. Компания меняла структуру управления, и в 1891 была создана новая компания Carl-Zeiss-Stiftung). Российская оптика ведёт свою историю от начавшего свою деятельность в 1894 году первого оптического завода России. Этот завод был построен на Чугунной улице в Санкт-Перербурге «Российским акционерным обществом оптических и механических производств» (сокращенно ООМП), учреждённым 23 августа (5 сентября) 1893 года с помощью немецкой фирмы «Carl-Zeiss-Stiftung». На первом этапе своей деятельности завод выпускал приборы для проверки прицельных линий пушек, прицелы, бинокли, стереотрубы, перископы для артиллерии, дальномеры для кораблей флота. В 1895 году на заводе работало около 300 человек, в 1896 году – около 900. Компания Carl-Zeiss-Stiftung оказала помощь в производстве апохроматических линз и стекла к ним, полностью отвечающим условиям синусов Аббе. Выбрав компанию Цейса, ВК определил на будущее высокое качество оптических приборов для России.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 4.

ЧАСТЬ 4

14 октября 1894 года. Санкт-Петербург. Особое совещание при Морском техническом комитете.

- Господа, я изучил ваш доклад по результатам поездки для ознакомления с ситуацией подводного кораблестроения, за границей. Не скрою от вас, кое в чем ваш доклад меня порадовал, но местами и огорчил. Мне стало ясно, что пока даже у ведущих морских держав нет опыта в данном вопросе. Что ж, придется все разрабатывать самим. Перед собранием я просил вас ознакомиться с чертежами подводного миноносца господина Джевецкого. Что вы о нем можете сказать? Иван Григорьевич (прим. Бубнов), прошу вас.

Мир-8

Предыдущие части цикла

- Товарищи командиры. Я предлагаю сделать небольшой перерыв, а потом вернуться к нашему обсуждению…

…- Владимир Петрович, хочу обратиться к вам как к коммунисту и командиру.

- Конечно Николай Константинович.

- Вам не кажется, что мы начинаем, образно говоря, тонуть.

- Это как?

- Погляди, мы по идее должны отринуть оковы старого мира и создать свой новый мир.

- Так оно и есть.

Очередной мир

- Радио от командующего флота.

- Читайте.

- Выхожу на Адмирале Макарове, со мной Диана и эсминцы.

- Ну, вот Михаил Коронатович, начальство прибывает.

- И что же делать?

- Да, в общем, то ничего. Все что вы могли, вы сделали.

Остров Моон. 19 октября 1917 года. Расположение 471 полка. Вечер.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 3.

10 сентября 1890 года. Санкт-Петербург. Кабинет начальника ГМШ. Вечер.

– Проходите, Огнеслав Стефанович, присаживайтесь. Вы догадываетесь, для чего я Вас позвал?

– Не имею понятия, но могу подозревать, что речь пойдет о моем аэроскафе «Россия» – неужели он понадобился морскому ведомству? Это чрезвычайно для меня лестно.

– Увы, лишь отчасти, Огнеслав Стефанович, лишь отчасти. Речь пойдет не о всем аэроскафе, а лишь о двигателе для него. Впрочем, если наш разговор будет успешным, то и дела строительства вашего аэроскафа пойдут куда как лучше.

– Я вас внимательно слушаю, ваше превосходительство.

Великий князь Алексей Александрович и его флот. Часть 8.5.4.1

Корабельная артиллерия – поколение III

       В 1882 г. Пампушко Семен Васильевич занял место репетитора химии в артиллерийской академии, а 1-го сентября 1887 г. получил командировку за границу на 1 год. Посетив Германию, Бельгию, Францию, Англию, Италию и Австрию. Папмпушко осматривал пироксилиновые, динамитные и пороховые заводы и особенно занимался изучением свойств и приготовления различных взрывчатых веществ, а в Париже работал в лаборатории известного русского специалиста по термохимии Лугинина. По возвращении из командировки Пампушко занялся обработкой накопленных им сведений, и в 1890 г. выпустил замечательную работу "Заводское приготовление пироксилина и нитроглицерина", удостоенную по присуждению артиллерийской академии Михайловской премии. В эту книгу Семен Васильевич включил и сделанные им по поручению начальства замечательные "соображения" по поводу предполагавшейся тогда постройки в Петербурге пироксилинового завода. Великий князь Алексей Александрович, ознакомившись с работой Пампушко, предложил ему заняться вопросом производства бездымного пороха в России. 

Мир-6

Предыдущие части цикла

 

Рейд Куйваст. 16 октября 1917 года. Борт транспорта Либава.

- После того, что мы сегодня устроили немцу, он взбесится. Натурально озвереет.

- Да Михаил Коронатович, признайтесь, вы такого не ожидали.

- Это виктория, совершеннейшая победа.

- Да, но что дальше?

- А дальше я прогнозирую Соэлозунд.

"Мы наш, мы новый, флот построим...". Глубины темные, дела скромные, корабли потаенные… Часть 2.

1890 год стал некой вехой в отечественном флоте. В 1890 году вице-адмирал Роман Владимирович Хорошихин сменил на посту начальника ГМШ О.К. Кремера и переехал в Петербург. Последним его поручением была модернизация «Морского льва». Он предложил установить на подлодке бензиновый двигатель вместо парового и, уже будучи начальником МГШ, сумел найти деньги на эту реконструкцию. Но это же окончательно добило лодку Александровского. Замена парового двигателя была закончена зимой 1892 года, а весной прошли испытания. Подводная лодка показала неплохие результаты, наконец-то достигнув подводной скорости в 3 узла. Но 1 мая 1891 из-за неосторожного обращения с канистрами бензина «Морской лев» сгорел. Восстановление его потребовало бы слишком больших средств. Роман Владимирович звал Александровского обратно в Петербург и даже высылал ему деньги на дорогу, но Иван Федорович к этому времени впал в черную меланхолию, которую запивал крымскими винами. Умер Александровский в 1894 году. Но сам вице-адмирал Хорошихин уже понимал, что время гениев-одиночек уходит безвозвратно. Новое время требовало новых научных подходов.

Мир-1,5

Предыдущие части цикла

Несколько военных встали при входе адмирала.

- С кем имею честь?

- Начальник отряда легких сил, контр-адмирал Дрозд, Владимир Петрович.

Мир-5

Предыдущие части цикла

Утро 16 октября 1917 года. Ирбенский пролив.

Ранним утром З-й дивизион тральщиков с заведенными тралами; 4-й дивизион тральщиков; З-я полуфлотилия тральщиков в положении готовности, а также 2-я флотилия тральщиков с поставленными тралами; крейсер Кольберг под флагом командующего разведывательными силами восточной части Балтийского моря контр-адмирала Гопмана в охранении 13-й и 10-й флотилии миноносцев; 2 тральщика, Кениг под флагом командующего 3-й эскадры вице-адмирала Бенке, кронпринц Вильгельм, Страсбург, Аугсбург и промерное судно с 2 установщиками вех медленно входили в Ирбенский пролив. Ожидалось, что тральщики очистят фарватер к 11 – 12 часам.

Со стороны мыса Церель тянулся дым, над ним кружили гидропланы. Орудия церельской батареи молчали. С Норд-оста слышались выстрелы и взрывы.