Т-34 — лучший танк Второй Мировой Войны

10
0

Для создания этого материала я взял за основу книгу Барятинского – Т-34 – лучший танк Второй Мировой (её, кстати нет у нас на сайте). Ну и дополнил, как теми материалами что есть у нас на сайте так и теми что есть в сети.

Т-34 — самый массовый и, по мнению большинства специалистов, лучший танк периода Второй мировой войны. Свой первый бой Т-34 принял в июне 1941-го и вызвал шок у врага своим превосходством над всеми немецкими танками. Не в состоянии противопоставить ничего подобного, в Германии всерьез рассматривали вопрос о выпуске для Вермахта копии Т-34. Непрерывно совершенствуясь, Т-34 выпускался на протяжении всей войны и стал основным танком Красной Армии — символом Великой Победы.

Содержание:

ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ

4 мая 1938 года в Москве состоялось расширенное заседание Комитета обороны СССР. Вел заседание В.И.Молотов, присутствовали И.В.Сталин, К.Е.Ворошилов, другие государственные и военные руководители, представители оборонной промышленности, а также командиры-танкисты, недавно вернувшиеся из Испании. Собравшимся был представлен эскизный проект легкого колес-но-гусеничноготанка БТ-20, разработанный на Харьковском паровозостроительном заводе имени Коминтерна (ХПЗ). В ходе обсуждения проекта завязаласьдискуссия о целесообразности применения на танках ко-лесно-гусеничного движителя.

Выступившие в прениях участники боев в Испании, в частности А.А.Ветров и Д.Г.Павлов (на тот момент начальник АБТУ), высказали диаметрально противоположные точки зрения по обсуждаемому вопросу. При этом противники колесно-гусе-ничного движителя, оказавшиеся в меньшинстве, ссылались на якобы печальный опыт применения танков БТ-5 в Испании, что не совсем понятно, так как опыт этот имел весьма ограниченный характер — в Испанию было отправлено всего 50 танков БТ-5. Несостоятельными выглядели и ссылки на очень низкую надежность ходовой части: в сентябре 1937 года «бетэшки», например, выдвигаясь на Арагонский фронт, совершили 500-км марш по шоссе на колесах без существенных поломок. Кстати, полтора года спустя, уже в Монголии, БТ-7 6-й танковой бригады совершили 800-км марш к Халхин-Голу на гусеницах, и тоже почти без поломок.

Суть противоречий, скорее всего, состояла в другом: насколько вообще нужна боевому танку ходовая часть в двух ипостасях? Ведь колесный движитель использовался в основном для совершения маршей на высоких скоростях по хорошим дорогам, а такая возможность появлялась достаточно редко. Стоило ли ради этого усложнять конструкцию ходовой части танка? И если у БТ-7 такое усложнение было еще сравнительно небольшим, то у БТ-20, имевшего привод на три пары опорных катков, — уже весьма существенным. Вероятно, имели место и другие причины: производственные, эксплуатационные и политические — если начальство за колесно-гусеничный движитель, то зачем лезть на рожон?

Здесь уместно сделать краткий экскурс в прошлое и напомнить читателю некоторые факты, связанные с проектированием БТ-20, поскольку именно с этой машины началась история танка, впоследствии названного Т-34.

Итак, в 1937 году завод №183 (этот номер ХПЗ получил во второй половине 1936 года)

в соответствии с тактико-техническими требованиями АБТУ должен был спроектировать колесно-гусеничные танки БТ-7ИС и БТ-9, причем в том же году планировалось выпустить 100 единиц БТ-7ИС. Конструкторским бюро КБ-190 отдела «100» (танковое производство), которое с января 1937 года возглавлял М.И.Кошкин, эта работа была сорвана. Кроме того, Кошкиным всячески тормозилась и работа группы, руководимой адьюнктом ВАММ им.Сталина воен-инженером 3-го ранга А.Я.Диком, специально направленным на ХПЗ для разработки нескольких вариантов эскизного проекта танка БТ-ИС.

28 сентября 1937 года директор завода №183 И.П.Бондаренко получил из Главка распоряжение следующего содержания: «Директору завода №183. Решением Правительства №94сс от 15 августа 1937 г. Главному управлению предложено спроектировать и изготовить опытные образцы и подготовить к 1939 г. производство для серийного выпуска быстроходных колесно-гусеничных танков с синхронизированным ходом. Ввиду чрезвычайной серьезности данной работы и крайне сжатых сроков, заданных Правительством, 8-е Главное управление (Наркомата оборонной промышленности — Прим. авт.) считает необходимым провести следующие мероприятия.

1.         Для проектирования машины создать на ХПЗ отдельное КБ (ОКБ), подчиненное непосредственно главному инженеру завода.

2.         По договоренности с ВАММ и АБТУ назначить начальником этого бюро адъюнкта академии военинженера 3 ранга Дик Адольфа Яковлевича и выделить для работы в бюро с 5 октября 30 человек дипломников ВАММ и с 1 декабря дополнительно 20 человек.

3.         По договоренности с АБТУ РККА назначить главным консультантом по машине капитана Кульчицкого Евгения Анатольевича.

4.         Не позднее 30 сентября выделить для работы в ОКБ 8 лучших конструкторов-тан-кистов завода для назначения их руководителями отдельных групп, одного стандарти-затора, секретаря и архивариуса.

5.         Создать при ОКБ макетно-модельную мастерскую и обеспечить внеочередное выполнение работ, связанных с новым проектированием во всех цехах завода.

6.         Считать необходимым спроектировать три варианта ходовой части и изготовить два опытных образца, утвержденных по рассмотрению проектов.

7.         На проведение работы заключить договор с АБТУ не позднее 15 октября 1937 г.»

В результате на заводе было создано КБ, более сильное, чем основное.

Для разработки нового танка АБТУ направило в Харьков капитана Е.А.Кульчицкого. военинженера 3-го ранга А.Я.Дика, инженеров П.П.Васильева, В.Г.Матюхина, Водопьянова, а также 41 слушателя-ди плом-ника ВАММ. В свою очередь завод выделил конструкторов: А.А.Морозова, Н.С.Ко-ротченко, Шура, А.А.Молоштанова, М.М.Лурье. Верковского, Диконя, П.Н.Горюна, М.И.Таршинова, А.С.Бондаренко, Я.И.Барана. В.Я.Курасова. В.М.Дорошенко, Горбенко, Ефимова, Ефременко, Радойчина, П.С.Сентюрина, Долгоно гову, Помочайбенко, В.С.Календина, Валового.

Начальником ОКБ был назначен

A.Я.Дик,        помощником начальника — инженер П.Н.Горюн, консультантом АБТУ — Е.А.Кульчицкий, начальниками секций —

B.М.Дорошенко       (контрольная), М.И.Тар-шинов (корпусная), Горбенко (моторная), А.А.Морозов (трансмиссия), П.П.Васильев (ходовая часть).

13 октября 1937 года АБТУ выдало заводу и тактико-технические требования, разрабо-танные начальником 2-го отдела АБТУ Я.Л.Сквирским, на проектирование новой боевой машины — колесно-гусеничного танка БТ-20.

«Тактико-технические требования на проектирование и изготовление нового ко-лесно-гусеничного танка БТ-20

1.         Тип — колесно-гусеничный, с приводом на 6 колес по типу Кристи.

2.         Боевой вес — 13 — 14 т.

3.         Вооружение — 1×45 мм, З ДТ, огнемет для самозашиты или 1×76 мм, З ДТ, огнемет. Каждый 5-й танк должен иметь зенитную установку.

4.         Боекомплект — 130— 150×45 мм или 50×76 мм, 2500 — 3000 патронов.

5.         Бронирование: лоб — 25, коническая башня — 20, борт, корма — 16, крыша и

дно — 10 мм. Броня вся наклонная, с минимальным углом наклона броневых листов корпуса и башни 18°.

6.         Скорость — на гусеницах и колесах одинаковая: макс. 70 км/ч, миним. 7 км/ч.

7.         Экипаж — 3 чел.

8.         Запас хода — 300 — 400 км.

9.         Двигатель — БД-2 мощностью 400 — 600 л.с.

10.       Трансмиссия — потипу колесно-гусе-ничного танка БТ-ИС (отбор мощности для колесного хода после бортовых фрикционов).

11.       Подвеска — индивидуальная, в качестве рессор желательно применить торсионные пружины.

12.       Установить стабилизатор выстрела «Орион» и горизонтальный стабилизатор башни системы инженера Повалова, установить фары для ночной стрельбы с дальностью до 1000 м».

Опытный образец колесно-гусеничного танка А-20 во время испытаний на НИБТПолигоне в Кубинке. 1939 год.

Опытный образец колесно-гусеничного танка А-20 во время испытаний на НИБТПолигоне в Кубинке. 1939 год.

Сведения о деятельности конструкторского коллектива, руководимого А.ЯЛиком, которые пока удалось обнаружить, обрываются началом ноября 1937 года. Однако достоверно известно, что 111 к танку БТ-20 во многом базировались на его разработках, сделанных летом 1937 года. В первую очередь это касается конструкции гитары, углов наклона верхней части бортов, продольного расположения карданных валов колесного привода, наклонного расположения рессор и др. Даже предложение Дика использовать в ходовой части пять пар опорных катков для лучшего распределения нагрузки нашло свое применение, если не на БТ-20, то на последующих машинах.Поразительно, но почти во всех публикациях по истории создания Т-34 ОКБ не фигурирует, а встречаются лишь упоминания о секции или бюро перспективного проектирования во главе с А.А.Морозовым и практически с тем же коллективом. В альбоме «Харьковское конструкторское бюро по машиностроению имени А.А.Морозова», изданном в Харькове к 70-летию КБ. сообщается, что для выполнения задания АБТУ по разработке нового колесно-гусеничноготанка М.И.Кошкин организовал новое подразделение — КБ-24. Конструкторов он подбирал лично, на добровольных началах, из числа работников КБ-190 и КБ-35 (последнее занималось обслуживанием серийного производства тяжелого танка Т-35. — Прим. авт.). В этот коллектив входил 21 человек: М.И.Кошкин, А.А.Морозов. А.А.Молошта-нов, М.И.Таршинов. В.Г.Матюхин, П.П.Васильев, С.М.Брагинский, Я.И.Баран, М.И.Котов, Ю.С.Миронов, В.С.Календин, В.Е.Моисеенко, А.И.Шпайхлер. П.С.Сен-тюрин, Н.С.Коротченко, Е.С.Рубинович. М.М.Лурье, Г.П.Фоменко, А.И.Астахова, А.И.Гузеева. Л.А.Блейшмидт.
Танк А-20 на полигонных испытаниях. 1939 год.

Танк А-20 на полигонных испытаниях. 1939 год.

Судя по всему, судьба ОКБ оказалась печальной — осенью 1937-го и весной 1938 года по заводу прокатилась волна арестов. Был арестован, а затем расстрелян директор завода И.П.Бонларенко. Его участь разделили и многие харьковские конструкторы и производственники. Были арестованы главный инженер ХПЗ Ф.И. Лящ, «приводивший станки в негодное состояние», главный металлург A.M. Метанцев и многие другие, «завербованные» директором ХПЗ, перечень обвинений к которому включал едва ли не все мыслимые и немыслимые злодейства — от «притупления бдительности» до «организации взрыва на заводе»… Подверглись репрессиям и многие высококвалифицированные специалисты: еше в марте 1937 года был арестован бывший начальник танкового КБ А.О.Фирсов, в конце года — начальник дизельного отдела К.Ф.Челпан и многие другие.
Опытный танк А-20

Опытный танк А-20

Во многом по этой причине технический проект БТ-20 был готов лишь к середине марта 1938 года, с опозданием на полтора месяца. Эскизный проект утвердили в АБТУ только 25 марта. Именно его и продемонстрировали на вышеупомянутом заседании Комитета обороны. Никакого конкретного решения в пользу того или иного типа движителя на этом заседании принято не было, однако спустя пять дней уже на заседании НКО по системе вооружения РККА в протокол записали: «Предложение тов. Павлова о создании заводом №183 гусеничного танка признать целесообразным с усилением бронирования в лобовой части до 30 мм. Башню танка приспособить для установки 76-мм орудия. Экипаж — 4 человека… Принято единогласно». Но в связи с тем, что решения на самом высоком уровне принято еше не было, 13 мая 1938 года руководство АБТУ утвердило уточненную тактико-техни-ческую характеристику колесно-гусеничного танка БТ-20. Для обеспечения защиты от 12,7-мм бронебойных пуль толщина броневых листов корпуса и башни была увеличена, а сами листы располагались под большими углами наклона, чем прежде. Массу определили в 16,5 т, и машина фактически перешла в категорию средних танков. Экипаж был увеличен до 4 человек. Состав вооружения сохранился прежним, изъяли лишь установку огнемета. вернуться к меню ↑

Колесо или гусеница?

В августе 1938 года Комитет обороны СССР принял постановление «О системе танкового вооружения». В этом документе содержалось требование — меньше, чем за год, к июлю 1939 года разработать новые образцы танков, у которых вооружение, броня и подвижность полностью отвечали бы условиям будущей войны.

Колесно-гусеничный танк А-20 на колесном ходу преодолевает косогор. НИБТПолигон, 1939 год.

Колесно-гусеничный танк А-20 на колесном ходу преодолевает косогор. НИБТПолигон, 1939 год.

В начале сентября 1938 года проект и макет танка БТ-20 были рассмотрены комиссией АБТУ РККА под председательством во-енинженера 1-го ранга ЯЛ.Сквирского. Комиссия утвердила проект, но при этом обязала КБ и завод №183 разработать и изготовить один колесно-гусеничный танк с 45-мм пушкой и два гусеничных танка с 76-мм пушками.Таким образом, с уверенностью можно утверждать, что никакой инициативы завода №183 по созданию гусеничного танка не было, а был официальный заказ Авто-броне-танкового управления Красной Армии! Факты здесь основательно расходятся с культивировавшейся почти полстолетия легендой об «инженерно-стратегическом предвидении М.И.Кошкина» (кстати, всего за три года до этого получившего диплом инженера!), создававшего новый танк «полулегально, в промежутках между основной работой».В октябре 1938 года завод представил чертежи и макеты двух разработанных согласно решению комисии АБТУ вариантов: колес-но-гусеничного А-20 и гусеничного А-20Г, которые были рассмотрены Главным военным советом РККА9и Юдекабря 1938 года. Рассмотрение их Комитетом обороны СССР состоялось 27 февраля 1939 года. Оба проекта были утверждены, а заводу предложили изготовить и испытать опытные образцы танков А-20 и А-32 (такой индекс к тому времени получил А-20Г).В связи со срочной разработкой чертежей встал вопрос о привлечении дополнительных конструкторских сил. В начале 1939 года было проведено объединение имевшихся на заводе №183 трех танковых КБ (КБ-190, КБ-35 и КБ-24) в одно подразделение, которому присвоили шифр — отдел 520. Одновременно произошло слияние в один всех опытных цехов. Главным конструктором отдела 520 стал М.И.Кош-кин, начальником КБ и заместителем главного конструктора — А.А.Морозов, заместителем начальника — Н.А.Кучеренко.К маю 1939 года опытные образцы новых танков изготовили в металле. До июля обе машины проходили в Харькове заводские испытания, а с 17 июля по 23 августа — полигонные. При этом в отчете об испытаниях указывалось, что ни та ни другая машина не была полностью укомплектована. В наибольшей степени это касалось А-32. На нем отсутствовали оборудование ОПВТ, предусмотренное проектом, и укладка ЗИП; 6 опорных катков из 10 были заимствованы у БТ-7 (они были уже «родных»), не полностью оказалась оборудована и боеукладка.Что касается отличий А-32 от А-20, то комиссия, проводившая испытания, отметила следующее: первый не имеет колесного привода; толщина его бортовой брони 30 мм (вместо 25 мм); вооружен 76-мм пушкой Л-10 вместо 45-мм; имеет массу 19 т. Боеукладка как в носу, так и на бортах А-32 была приспособлена для 76-мм снарядов. Из-за отсутствия привода на колесный ход, а также наличия 5 опорных катков внутренняя часть корпуса А-32 несколько отличалась от внутренней части А-20. По остальным же механизмам А-32 существенных отличий от А-20 не имел.
Сравнения А-20 и А-32

Сравнения А-20 и А-32

В ходе испытаний были уточнены ТТХ обоих танков.В ходе заводских испытаний А-20 прошел 872 км (на гусеницах — 655, на колесах — 217), А-32 — 235 км. На полигонных испытаниях А-20 прошел 3267 км (из них на гусеницах — 2176), А-32 — 2886 км.Председатель комиссии полковник В.Н.Черняев, не решаясь отдать предпочтение одной из машин, написал в заключении, что оба танка успешно выдержали испытания, после чего вопрос опять повис в воздухе.23 сентября 1939 года состоялся показ танковой техники руководству Красной Армии, на котором присутствовали К.Е.Ворошилов. А.А.Жданов. А.И.Микоян, Н.А.Вознесенский, Д.Г.Павлов и другие, а также главные конструкторы представляемых танков. Помимо А-20 и А-32, на подмосковный полигон в Кубинке доставили тяжелые танки КВ. СМ К и Т-100, а также легкие БТ-7М и Т-26.
Чертёж А-32

Чертёж А-32

А-32 «выступил» весьма эффектно. Легко, даже изящно и в хорошем темпе танк преодолел ров, эскарп, контрэскарп, колейный мост, вброд перешел реку, поднялся по косогору с подъемом больше 30° и в заключение сбил носовой частью бронекорпуса большую сосну. вызвав восхищение зрителей. По результатам испытаний и показа было высказано мнение, что танк А-32, имевший запас по увеличению массы, целесообразно защитить более мощной 45-мм броней, соответственно повысив прочность отдельных деталей.[/collapsed] вернуться к меню ↑

Первые «тридцатьчетверки»

В это время в опытном цехе завода № 183 уже велась сборка двух таких танков, получивших заводской индекс А-34. Одновременно в течение октября — ноября 1939 года велись испытания танка А-32, догруженного на 6830 кг. Увеличение массы машины до 24 т было осуществлено за счет размещения на корпусе и башне металлических болванок. В отчете по испытаниям этого танка, подписанном директором завода Ю.Е.Максаревым 18 декабря 1939 года, было отмечено: «Испытания догруженного танка А-32 прошли удовлетворительно».

Опытный средний танкА-34 во время испытаний на НИБТПолигоне в Кубинке. Март 1940 года.

Опытный средний танк А-34 во время испытаний на НИБТПолигоне в Кубинке. Март 1940 года.

Завод торопился собрать новые танки к 7 ноября, бросив на это все силы. Однако возникавшие технические трудности, главным образом, с силовыми установками и силовыми передачами, тормозили сборку. Агрегаты и узлы подгоняли тщательно, все резьбовые соединения обрабатывали горячим маслом, а трущиеся поверхности пропитывали очищенным тавотом. Игнорируя протесты военпредов, в коробки передач установили только импортные подшипники. Беспрецедентной отделке подвергали и внешние поверхности корпусов и башен.
Опытный средний танк А-32 (первый образец) во время полигонных испытаний летом 1939 года.

Опытный средний танк А-32 (первый образец) во время полигонных испытаний летом 1939 года.

Сравнительные тактико-технические характеристики танков А-20 и А-32
Сравнительные тактико-технические характеристики танков А-20 и А-32

Сравнительные тактико-технические характеристики танков А-20 и А-32

Не способствовала ускорению производства и весьма сложная технология изготовления броневых деталей для этих двух танков. В частности, лобовая часть корпуса выполнялась из цельного броневого листа, согнутого «в горячую» на 10 000-тонном прессе. Броневой лист сначала подвергался отпуску, затем изгибался, правился и вновь поступал на термообработку. Заготовки коробились при отпуске и закалке, покрыва-лисьтрещинами при гибке, а их большие размеры затрудняли процесс правки. Башня также сваривалась из крупных гнутых бронелис-тов. Отверстия (например, амбразура пушки) вырезались после гибки, что вызывало большие трудности при механической обработке.
Первый образец опытного танка А-32, вид сзади

Первый образец опытного танка А-32, вид сзади

Тем временем, 19 декабря 1939 года было принято постановление Комитета Обороны при СН К СССР №443сс «О принятии на вооружение РККА танков, бронемашин, артиллерийских тягачей и о производстве их в 1940 г.». в котором, в частности, говорилось: «На основании просмотра и результатов испытаний новых образцов танков, бронемашин и тракторов, изготовленных в соответствии с постановлениями Комитета обороны за №198сс от 7 июля 1938 г. и №118сс от 15 мая 1939 г., Комитет обороны при СНК Союза ССР постановляет:I. Принять на вооружение РККА:… Танк Т-32 — гусеничный, с дизельмо-тором В-2. изготовленный заводом N 183 Наркомсредмаша, со следующими изменениями:а)         увеличить толщину основных бронели-стовдо45 мм;б)         улучшить обзорность из танка; 

в)         установить на танк Т-32 следующее вооружение:

 

1)         пушку Ф-32 калибра 76 мм. спаренную с пулеметом калибра 7,62 мм;

 

2)         отдельный пулемет у радиста калибра 7,62 мм;

 

3)         отдельный пулемет калибра 7,62 мм;

 

4)         зенитный пулемет калибра 7,62 мм.

 

Присвоить название указанному танку — Т-34».

 

Сборку первого А-34 закончили в январе 1940 года, второго — в феврале. И сразу же начались войсковые испытания, ход которых отражался в отчетах.

«Первая (машина) А-34 прошла 200 км испытаний. Проходимость хорошая. Сопровождающий БТ часто застревает и приходится вытаскивать [его] 34-й.

Видимость в движении отвратительная. Стекла потеют, забиваются снегом через 7 — 10 минут. Дальнейшее движение невозможно, требуется прочистка стекол снаружи.

В башне при этой системе (76-мм пушке — Прим. авт.) тесно.

15.02.40 г. из пробега возвратились. Машину поставили на установку маски.

А-34 вторая — произвели обкатку, механизмы работают нормально».

Второй опытный образец танка А-32, догруженный до 24 тонн, во время заводских испытаний. Лето 1939 года.

Второй опытный образец танка А-32, догруженный до 24 тонн, во время заводских испытаний. Лето 1939 года.

После 250 км пробега на первом танке А-34 вышел из строя двигатель, проработавший всего 25 моточасов. Его пришлось заменить новым. К 26 февраля эта машина прошла только 650, а вторая — 350 км. Стало очевидно, что завершить весь объем испытаний пробегом в 2000 км до правительственного показа, назначенного на март, не удастся. А без этого танки не могли быть допущены к демонстрации. Тогда-то и возникла идея перегнать оба А-34 из Харькова в Москву своим ходом и «накрутить», таким образом, необходимый километраж. На специальном заседании парткома завода ответственным исполнителем пробега был назначен М.И.Кошкин.Утром 5 марта (по другим данным, в ночь с 5-го на 6-е) колонна из двух А-34 и двух тягачей «Ворошиловец», один из которых был оборудован под жилье, а другой — до отказа забит запчастями, взяла курс на Москву. Из соображений секретности маршрут пробега был проложен в обход крупных населенных пунктов и основных дорог. Мостами разрешалось пользоваться в случае невозможности перейти реку по льду и лишь в ночное время. График пробега учитывал не только время движения и отдыха, но также и расписание поездов на пересекаемых железнодорожных линиях и прогноз погоды на маршруте. Средняя скорость движения колонны не должна была превышать 30 км/ч.Неприятности начались уже недалеко от Белгорода. Во время движения по снежной целине у одного из танков был «сорван» главный фрикцион. В ряде публикаций это приписывают отсутствию опыта у одного из водителей, что представляется маловероятным, так как танки вели лучшие водители-испытатели завода, накатавшие на них не одну сотню километров. Ю.Е.Максарев в своих воспоминаниях дает другую трактовку этого факта. Поего словам, «представитель ГАБТУ, сев за рычаги, заставлял машину разворачиваться в снегу на полной скорости и вывел из строя главный фрикцион». М.И.Кошкин решил продолжать движение с одним танком, а к вышедшему из строя вызвали с завода ремонтную бригаду.
А-32 компьютерная реконструкция

А-32 компьютерная реконструкция

В Серпухове колонну встретил замнаркома среднего машиностроения (в 1939 году все танковые заводы были переданы из Наркомоборонпрома в Наркомсредмаш) А. А. Грегляд. Исправный танк прибыл в Москву, а точнее на завод №37, находившийся в тогда еще подмосковном Черкизове. В течение нескольких дней, пока ждали отставшую машину, на завод продолжалось настоящее паломничество: представители НТК ГАБТУ, ВАММ им. Сталина, Генерального штаба РККА — всем было интересно взглянуть на новинку. Вэтидни М.И.Кошкину стало плохо, поднялась температура — во время пробега он серьезно простудился.В ночь на 17 марта обе «тридцатьчетверки» прибыли на Ивановскую площадь Кремля. Кроме М.И.Кошкина в Кремль допустили только двоих водителей завода №183. Танк№1 вел Н.Ф.Носик,а№2 — И.Г.Битен-ский (по другим данным — В.Дюканов). Рядом с ними на месте стрелка располагались сотрудники НКВД.
А-32 компьютерная реконструкция

А-32 компьютерная реконструкция

Утром к танкам подошла большая группа партийных и государственных деятелей — И.В.Сталин. В.М.Молотов. М.И.Калинин, Л.П.Берия. К.Е.Ворошилов и другие. Начальник ГАБТУ Д.Г.Павлов отдал рапорт. Затем слово дали М.И.Кошкину. Несмотря на принятые лекарства, он не мог сдержать душившего его кашля, чем вызвал недовольные взгляды И.В.Сталина и Л.П.Берии. После доклада и осмотра танки разъехались: один — к Спасским, другой — к Троицким воротам. Не доезжая до ворот, они круто развернулись и понеслись навстречу друг другу, эффектно высекая искры из брусчатки. Проделав несколько кругов с поворотами в разные стороны, танки по команде остановились на прежнем месте. Новые машины понравились вождю, и он распорядился, чтобы заводу №183 была оказана необходимая помощь по устранению имевшихся у А-34 недостатков, на которые ему настойчиво указывали замнаркома обороны Г.И.Кулик и Д.Г.Павлов. Причем последний смело сказал Сталину: «Мы дорого заплатим за выпуск недостаточно боеспособных машин».

вернуться к меню ↑

Нелегкий путь в серию

После кремлевского показа танки направились на Н И БТПолигон в Кубинку, где, в частности, были проведены их испытания обстрелом из45-мм пушки. После попадания в башню двух снарядов с дистанции 100 м разрушились стекла и зеркала смотровых приборов, оторвался налобник прицела, а также нарушились сварные швы по контурам бронировок смотровых приборов и у днища ниши башни. В результате деформации погона, башню заклинило. Правда, находившийся в танке манекен остался цел, а заведенный перед обстрелом двигатель продолжал работать. Было принято решение увеличить толщину днища ниши башни с 15 до 20 мм и усилить болты крепления кормового люка.

Помимо испытаний обстрелом, проводились и ходовые испытания. Танки преодолевали подъемы в 15 — 16° со снежным покровом до 1,5 м. При этом отмечались низкие сцепные качества гусениц. Силой удара танки ломали отдельно стоящие сосны диаметром до 700 мм. При испытании герметичности корпуса танка от проникновения горящей жидкости были получены лучшие, по сравнению с другими танками, результаты.

В заключение было отмечено, что обе машины А-34 соответствуют предъявляемым требованиям и превосходят состоящие на вооружении РККА танки. Но без устранения отмеченных недостатков (перечень из 86 пунктов) танк А-34 не мог быть запущен в серийное производство.

Первый опытный образец танка А-34. Обращает на себя внимание гнутый лобовой лист корпуса, отсутствовавший на серийных машинах.

Первый опытный образец танка А-34. Обращает на себя внимание гнутый лобовой лист корпуса, отсутствовавший на серийных машинах.

31 марта 1940 года состоялся осмотр первого опытного образца танка А-34 и было проведено совещание, на котором присутствовали нарком обороны К.Е.Ворошилов, его заместитель Г. И. Кулик, начальник АБТУ Д. Г. Павлов, нарком среднего машиностроения И.АЛихачев, его заместитель А.А.Горегляд и главный конструктор М.И.Кошкин. В итоге был подписан протокол №848 о постановке танка Т-34(А-34) в серийное производство на заводе №183 и СТЗ. При этом указывалось на необходимость при серийном изготовлении предусмотреть увеличение забронированного объема башни, с целью более удобного размещения членов экипажа. Башню следовало увеличить без изменения углов наклона броневых листов и увеличения диаметра погона. Рацию требовалось перенести из башни в корпус. Государственной комиссии по испытаниям танка поручалось в пятидневный срок утвердить чертежи Т-34 для производства в 1940 году.Завершающим этапом испытаний стало их возвращение своим ходом на завод в апреле 1940 года. По прибытии машин в Харьков после 3000 км пробега при разборке обнаружился ряд дефектов: подгорели тормоза и ферродо на дисках главных фрикционов, появились трещинки на вентиляторах, обнаружилисьсколы на зубьях шестерен коробок передач. В КБ прорабатывали ряд вариантов по устранению дефектов. Однако всем было ясно, что гарантийный пробег в 3000 км без дефектов (даже после исправлений) А-34 не пройдет.
Опытный образец А-34 во время испытаний. Март 1940 года.

Опытный образец А-34 во время испытаний. Март 1940 года.

Тем временем на заводе приняли производственную программу на 1940 год, предусматривавшую выпуск полутора сотен танков А-34. Впрочем, этот план вскоре был существенно скорректирован. 5 июня 1940 года СНК СССР и ЦК ВКП(б) приняли постановление «О производстве танков Т-34 в 1940 году», в котором говорилось:

Придавая особо важное значение оснащению Красной Армии танками Т-34, Совет Народных Комиссаров Союза ССР и ЦК ВКП(б) постановляют:

1. Обязать Народного Комиссара Среднего Машиностроения тов. Лихачева И.А.:

а) изготовить в 1940 году 600 танков Т-34, из них:

на заводе № 183 (им.Коминтерна) — 500 шт., на Сталинградском тракторном — 100 шт., со следующей разбивкой по месяцам:

б) обеспечить полностью программу 1940 г. по выпуску танков Т-34 дизелями, для чего увеличить выпуск моторов В-2 на заводе № 75 и изготовить до конца 1940 года 2000 шт., со следующей разбивкой по месяцам:

Предупредить руководителей предприятий, выполняющих заказы для танка Т-34, что они персонально отвечают за их исполнение как по качеству, так и в срок».

Несмотря на грозное предупреждение, план этот выполнен не был, более того — летом 1940 года над Т-34 начали сгущаться тучи. Дело в том, что на полигон в Кубинку поступили два танка Pz.III, закупленные в Германии после подписания пакта о ненападении. Результаты сравнительных испытаний немецкого танка и Т-34 оказались неутешительными для советской боевой машины.

Т-34 превосходил «тройку» по вооружению и броневой защите, уступая по ряду других показателей. Pz.III имел трехместную башню, в которой были достаточно комфортные условия для боевой работы членов экипажа. Командир имел удобную башенку, обеспечивавшую ему прекрасный обзор, у всех членов экипажа имелись собственные приборы внутренней связи. В башне же Т-34 с трудом размешались два танкиста, один из которых выполнял функции не только наводчика, но и командира танка, а в ряде случаев и командира подразделения. Внутренней связью обеспечивались только два члена экипажа из четырех — командир танка и механик-водитель.

Немецкая машина превзошла Т-34 и по плавности хода, она оказалась и менее шумной — при максимальной скорости движения

Pz.III было слышно за 150 — 200 м, а Т-34 — за 450 м.

Полной неожиданностью для наших военных явилось и превосходство «немца» в скорости. На гравийном шоссе Кубинка — Репище Pz.III разогнался на мерном километре до скорости 69,7 км/ч, в то время как лучший показатель для Т-34 составил 48,2 км/ч. Выделенный же в качестве эталона БТ-7 на колесах развил только 68,1 км/ч!

В отчете об испытаниях отмечались и более удачная подвеска немецкого танка, высокое качество оптических приборов, удобное размещение боекомплекта и радиостанции, надежные двигатель и трансмиссия.

Группа конструкторов и водителей-испытателей завода N3183 во время испытаний новых танков. Стоит справа — М.И.Кошкин. 1939 год.

Группа конструкторов и водителей-испытателей завода N3183 во время испытаний новых танков. Стоит справа — М.И.Кошкин. 1939 год.

Эти результаты произвели эффект разорвавшейся бомбы. ГАБТУ (с июля 1940 года Авто-бронетанковое управление Красной Армии стало именоваться Главным авто-бронетанковым управлением) предоставило отчет полигона маршалу Г.И.Кулику, который утвердил его и тем самым приостановил производство и приемку Т-34, потребовав устранения всех недостатков. Руководство завода №183 не согласилось с мнением заказчика и обжаловало его в главке и наркомате, предложив продолжать производить Т-34 с исправлениями, сократив гарантийный пробег до 1000 км. Нарком среднего машиностроения В.А.Малышев(сменившийнаэтом посту И.А.Лихачева) вместе с начальником 8-го Главного управления Наркомсредмаша A.А.Гореглядом,           директором завода №183 Ю.Е.Максаревым и начальником НТК ГАБТУ И.А.Лебедевым обратились непосредственно к К.Е.Ворошилову, который, как и B.А.Малышев,            являлся заместителем председателя СНК СССР. Маршал ознакомился с результатами пробега на 3000 км, испыта ниями на полигоне и на бывшей «Линии Маннергейма». заслушал мнение И.АЛебе-дева, выступавшего за продолжение производства Т-34, и объявил свое решение: «Машины продолжать делать; сдавать в армию, установив 1000-км гарантийный пробег. Заводу начать разрабатывать новую машину — Т-34М, введя в нее не только прочностные изменения, но и пятискоростную коробку передач».К тому времени здоровье М.И.Кошкина, заболевшего в марте воспалением легких, значительно ухудшилось. Несмотря на удаление пораженного легкого, 26 сентября 1940 года М.И.Кошкинскончался. Главным конструктором танкового КБ назначили A.A.Морозова.Под его руководством началось проектирование двух вариантов модернизации Т-34. В первом — А-41 — была сделана попытка исправить большинство недостатков без изготовления нового корпуса и замены силового агрегата. Машина получала новую трехместную башню с диаметром погона 1700 мм (против 1420 мм у Т-34) и новую пушку Ф-34 завода №92. Дальше «бумажной» стадии этот проект не пошел.Второй вариант — А-43, более известный под названием Т-34М, был длиннее, уже и выше, чем Т-34. Клиренс увеличили на 50 мм. Для А-43 спроектировали новый двигатель В-5 мощностью 600 л.с. Новую коробку передач разрабатывать не стали, а в паре со старой, 4-скоростной, установили демультипликатор. В результате у А-43 появилась возможность двигаться на восьми скоростях вперед и двух — назад. Свечная подвеска типа Кристи, перекочевавшая на Т-34 с БТ, уступила место торсионной.
Второй опытный образец танка А-34 во время испытаний на пожароопас-ность. Весна 1940 года. Хорошо видна рубочка механика-водителя, имевшаяся только на этой машине.

Второй опытный образец танка А-34 во время испытаний на пожароопас-ность. Весна 1940 года. Хорошо видна рубочка механика-водителя, имевшаяся только на этой машине.

А-43 получил башню, спроектированную ранее для А-41, с командирской башенкой и двумя круглыми посадочными люками. Радиостанцию перенесли в корпус, что позволило увеличить боекомплект пушки с 77 до 100 выстрелов, а боекомплект пулеметов — с 46 до 72 дисков. В итоге новая машина оказалась на 987 кг легче Т-34, но удельное давление на грунт несколько возросло, так как ширина гусениц была уменьшена на 100 мм.Одновременно с разработкой А-43 завод №183 продолжал выпуск Т-34, который шел трудно. Так, в июне 1940 года удалось собрать только 4 из 10 запланированных машин. Сборка остальных задерживалась, поскольку сварщики были заняты на производстве танков БТ-7М, а директор завода Ю.Е.Мак-сарев, несмотря на неоднократные требования представителей военной приемки, запрещал их использование на сборке Т-34 вплоть до конца июня. В результате из 16 полученных с Мариупольского завода комплектов деталей корпусов и башен в июне удалось сварить только пять корпусов.Медленно осваивался смежниками и выпуск комплектующих изделий для Т-34. Хуже всего обстояло дело на СТЗ. К 1 июля 1940 года этот завод не изготовил ни одной заготовки из 90 наименований деталей. По состоянию на 25 июня из Сталинграда в Харьков было отправлено только 200 из 11 100 гусеничных траков, предусмотренных планом. Поставляемые Мариупольским металлургическим заводом имени Ильича (раньше в публикациях это предприятие, в целях конспирации, именовалось «Южным броневым заводом») броневые детали требовали доработки, поскольку не выдерживалась их трансмиссия. Несмотря на упрощение технологии сборки танка (лобовая часть, например, теперь собиралась из трех деталей — верхнего и нижнего лобовых листов и соединительной балки), она оставалась достаточно сложной и более трудоемкой, чем у БТ-7М, выпуск которого прекратился только в июле 1940 года.На заводе №75 с огромным трудом добились, чтобы дизель В-2 без сбоя работал 150 часов на стенде. Проблем была масса! Для правильного и одинакового распыления, равномерной подачи топлива, изготовили специальные стенды, на которых проверялся весь комплект из 12 форсунок со всеми трубопроводами и насосами. Клапаны, форсунки и иглы притирали вручную ученики школы ФЗО: особенно хорошо это получалось у девушек, чуткие девичьи пальцы лучше справлялись с этой тонкой работой. Много хлопот было и с отверстиями в форсунках. Сверлом диаметром 0,3 мм требовалось на больших оборотах просверлить в головке форсунки шесть отверстий. Этот поистине ювелирный инструмент хранился в спичечных коробках. Одного коробка хватало на смену.В особую проблему вылился и вопрос вооружения нового танка. Согласно постановлению №443сс от 19 декабря 1939 года, «тридцатьчетверку» предполагалось вооружать 76-мм танковой пушкой Ф-32, разработанной в ОКБ завода №92 под руководством В.Г.Грабина. Постановлением Комитета обороны №45 от 26 января 1940 года пушка Ф-32 была принята на вооружение РККА и Кировскому заводу предписывалось организовать ее серийное производство в 1940 году взамен 76-мм пушки Л-11, выпуск которой прекратили в 1939 году. В первом полугодии 1940-го ЛКЗ предписывалось выпустить установочную партию из 30 пушек Ф-32, а с 1 августа развернуть их массовое производство. Однако Кировский завод всячески противился постановке на производство «чужой» артсистемы. продолжая проталкивать свою Л-11. В этом вопросе дирекции удалось заручиться даже поддержкой В.А.Малышева. Впрочем, это не помогло — сравнительные испытания обеих пушек, проведенные в мае 1940 года, выявили, что Ф-32 имеет целый ряд преимуществ перед Л-11, поэтому, по откорректированным в августе 1940 года планам. Кировский завод должен был до конца года изготовить 130 пушек Ф-32, но сумел выпустить только 50 таких артсистем, которые с января 1941 года начали устанавливать в тяжелые танки КВ.
Один из первых серийных танков Т-34. На этой машине еще отсутствуют защитные планки по периметру водительского люка. 1940 год.

Один из первых серийных танков Т-34. На этой машине еще отсутствуют защитные планки по периметру водительского люка. 1940 год.

Таким образом, в 1940 году единственной 76-мм пушкой, пригодной для установки в танк Т-34, была Л-11. Несмотря на то. что их производство уже было завершено и поступали они в Харьков не с завода-изготовителя, а с артиллерийского склада, орудий все равно не хватало. Дело было в том, что помимо Т-34 пушкаЛ-11 устанавливалась в тяжелый танк КВ, а также на ряд опытных образцов бронетанковой техники. Всего «тридцатьчетверок» с этим орудием было выпущено 453 единицы.Начиная с лета 1940 года в ОКБ завода №92 началась разработка 76-мм пушки Ф-34. Она предназначалась для вооружения танков А-41 и А-43. Для обеспечения проектирования по просьбе директора завода №183 Ю.Е.Максарева из Горького прислали макет пушки, отличавшийся от боевого образца отсутствием нарезной трубы ствола. Тем временем программа заводских испытаний Ф-34 подошла к концу, и 21 октября орудие предъявили приемочной комиссии НКО. Правда, предъявили без башни А-41, а установленным в танке БТ-7А. В итоге никаких решений комиссия не приняла, но высказа-ла мнение о целесообразности установки Ф-34 в башне серийного танка Т-34 без увеличения диаметра погона. Следует заметить, что по причинам производственного характера ствол орудия рекомендовали укоротить до 40 калибров. Но и в таком виде Ф-34 была гораздо мощнее Ф-32 и Л-11, имевших длину ствола в 30,5 калибра.
Серийный танк Т-34 выпуска 1940 года с 76-мм пушкой Л-11.

Серийный танк Т-34 выпуска 1940 года с 76-мм пушкой Л-11.

В начале декабря 1940 года на заседании Комитета обороны было принято решение о начале серийного производства пушки Ф-34, причем постановление о принятии ее на вооружение на этом заседании не принималось. При работе над Ф-34 на заводе №92 впервые в полном объеме был опробован так называемый «скоростной метод», упоминаемый в воспоминаниях В. Г. Грабина. позволивший начать производство орудий через 13 дней после принятия решения о их серийном выпуске. В феврале 1941 года завод №92 отгрузил в Харьков 82 пушки Ф-34, а с марта вышел на запланированную мощность. Постановление же о принятии пушки на вооружение было принято только в июле 1941 года.Однако вернемся в 1940 год. В июле в опытном цеху завода № 183 вместо 20 запланированных удалось собрать полностью только одну машину, в августе — еще две, и только в сентябре завод сдал заказчику 37 танков. В октябре из-за отсутствия пушек Л-11 военпредами была принята только одна боевая машина, а 55 собранных танков стояли без вооружения. В ноябре 1940 года завод №183 не только передал армии 35 танков, но и смог отправить на СТЗ корпуса, башни, пушки и прицелы для сборки 12 танков Т-34.Тем временем первые три серийные машины Т-34, согласно директиве замнаркома обороны №76791 от 25 октября 1940 года, подверглись в течение ноября — декабря интенсивным испытаниям на НИБТПолигоне, а также совершили длительный (38 дней) кольцевой пробег по маршруту Харьков — Москва — Смоленск — Гомель — Киев — Полтава — Харьков. Кроме того, проводились стрельбы с места, в ходе которых было израсходовано 249 снарядов и 1423 патрона. В результате испытаний сотрудники полигона выявили так много конструктивных недостатков у новых машин, что усомнились в их боеспособности. Снова был поднят вопрос о снятии Т-34 с производства, к тому же у ряда руководителей ГАБТУ и Наркомата обороны существовало устойчивое мнение — самым массовым танком Красной Армии должен был стать легкий Т-50.Начальник ГАБТУ Я.Н.Федоренко и начальник ГАУ Г.И.Кулик, поддержанные командующим Западным Особым военным округом Д.Г.Павловым, выступили с инициативой прекратить выпуск Т-34 и восстановить производство БТ-7М, пока не будет завершена работа над Т-34М. Однако это предложение отклонили.[/collapsed][collapsed title=Когда война стояла у порога или несколько слов о Т-34М]Что же касается Т-34М (А-43), то его проект в январе 1941 года одобрил Комитет обороны при СНК СССР. В марте приступили к изготовлению двух эталонных образцов танка. Одновременно смежники осваивали производство узлов и агрегатов для этой машины.Штампованную башню с толщиной стенок 45 мм разработали на Мариупольском металлургическом заводе под руководством В.С.Ниценко. В мае 1941 года завод не только изготовил первые 5 башен для Т-34М, но и подготовил их массовое производство (при эвакуации осенью 1941 года из Мариуполя вывезли 50 почти законченных башен). Примерно в это же время здесь начали выпуск литых башен для танка Т-34 с толщиной стенок 52 мм.
Серийный танк Т-34. Крышка люка механика-водителя оснащена защитной планкой, перекрывающей зазор между крышкой и лобовым листом корпуса. По периметру люка приварена еще одна планка. Такая конструкция обеспечивала защиту от проникновения внутрь корпуса танка свинцовых брызг при ружейно-пулеметном обстреле.

Серийный танк Т-34. Крышка люка механика-водителя оснащена защитной планкой, перекрывающей зазор между крышкой и лобовым листом корпуса. По периметру люка приварена еще одна планка. Такая конструкция обеспечивала защиту от проникновения внутрь корпуса танка свинцовых брызг при ружейно-пулеметном обстреле.

Отражением всех мытарств и споров по поводу Т-34 и Т-34М стало постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О производстве танков Т-34 в 1941 году», принятое 5 мая 1941 года. В нем, в частности, говорилось:
Чертёж Т-34М

Чертёж Т-34М

«I. Утвердить Наркомсредмашу на 1941 год план производства:а) танков I в количестве 2800 штук, в том числе по заводу № 183 — 1800 штук и по СТЗ — 1000 штук, с обеспечением поставки этих машин НКО по следующему графику (табл. на стр.18 — Прим.авт.)2.         Обязать Наркомсредмаш т. Малышева и директора завода №183 т. Максарева внести в танки Т-34 следующие улучшения(см. табл.);а)         увеличить толщину брони башни и переднего лобового листа корпуса до 60 мм;б)         установить торсионную подвеску;в)         расширить погон башни до размера не менее 1600 мм и установить командирскую башенку с круговым обзором;г)         установить бортовые листы корпуса танка вертикально, с толщиной брони равнопрочной 40-мм броне при угле наклона 45°.3.         Установить полный боевой вес улучшенного танка Т-34 — 27,5 тонны.4.         Обязать Наркомсредмаш т. Малышева и директора завода №183 т. Максарева обеспечить в 1941 году выпуск 500 штук улучшенных танков Т-34 в счет программы, установленной настоящим постановлением».
Т-34М

Т-34М

Речь в этом документе идет и о Т-34, и о Т-34М, к серийному производству которого почти все уже было готово. К 17 апреля на ХПЗ изготовили три бронекорпуса, к концу месяца с ХТЗ поступили на сборку торсионы, катки и другие элементы ходовой части. Однако двигатель В-5. предназначавшийся для этого танка, так и не был готов ни к I мая, ни к началу войны…Что же касается Т-34, то программа его производства была довольно жесткой и требовала от завода напряжения всех сил. Нужны были не стандартные прогрессивные решения. к числу которых относилось и внедрение автоматической сварки бронекорпусов и башен. Такая сварка была впервые опробована в Харькове уже в мае 1941 года. О том, как это происходило, описал в своих воспоминаниях Ю.Е.Максарев.
Деревянный макет танка А-43.

Деревянный макет танка А-43.

Деревянный макет танка А-43.

Деревянный макет танка А-43.

«Подсчеты плана показали, что нам не хватит электросварщиков, трансформаторов и стендов для сборки и сварки корпусов и башен. По решению ЦК КП(б)У и наркомата, к нашему счастью, на завод приехал видный ученый из Киева Евгений Оскарович Патон. Когда я был на XII съезде партии Украины, мне рассказывали про этого замечательного ученого и показывали экспериментальный мостик на Владимирской горке — это был его дипломный проект. Но разговор все шел о мостах и железных конструкциях. Теперь на заводе я встретил Евгения Оскаровича, возвращаясь из обкома партии, в дверях директорской проходной, очень раздраженного. Узнав, в чем дело, я попросил его вернуться в мой кабинет, и там состоялся продолжительный разговор с вызовом всех исполнителей. Меня поразило упорство наших сварщиков, ОТК. военпредов и технологов — специалистов по броне, отрицавших возможность «сварки Патона» (автоматически под слоем флюса).

Компоновка танка Т-34М

Компоновка танка Т-34М

В конце разговора я принял окончательное решение — согласиться с предложением Евгения Оскаровича! Предварительно нужно было провести эксперимент. Мы должны были построить «Глаголь» (типа радиально-сверлильного станка), передвигающуюся по рельсам вдоль приспособления, на котором будут свариваться под углом 90° две броневые детали толщиной 45 мм. Институт брался изготовить сварочную головку и сообщить нам, сколько надо сварочных трансформаторов СТ-32 подготовить. Военпред тов. Зу-хер — он был старший военпред по всем бронеконструкциям — заявил, что без обстрела на разрушение, т.е. предел тыльной прочности, он не согласится принять шов.
Компоновка Т-34 выпуска 1940 года

Компоновка Т-34 выпуска 1940 года

Через условленное время наш главный механик т. Куцыкович и конструктор т. Волошин доложили, что конструкции «Глаголи» и стенда готовы к испытанию. Мы вызвали Евгения Оскаровича из Киева и назначили время испытания. На испытание собрались неработающая смена сварщиков, дипломированных на сварке бронедеталей, все технологи бронекорпусного производства, руководство ОТК, конструкторы.С.Н.Махонин и я. Уложили и закрепили подготовленные броневые плиты длиною в ширину носовой детали танка Т-34, закрепили винтами так, что образовалась угловая полость между плитами.
Компоновка МТО Т-34М

Компоновка МТО Т-34М

Оператор, без очков, что нас сразу же удивило, насыпал в образовавшийся желоб флюс, выровнял его, подвел сварочную головку, опустил сварочную проволоку во флюс и включил ток от трансформаторов. Что-то зашипело, послышалось потрескивание, и флюс начал бугриться. Оператор дал движение по рельсам установки, и видно было, как проволока сматывается с катушки и пропадает под флюсом, за проволокой флюс продолжал бугриться. Наши сварщики приготовили темные стекла. Начальник отдела бронекорпусов т. Савостин все совал мне в руку темное стекло в деревянной рамке (какой пользуются в мартенах, наблюдая за кипением стали), а в ухо мне все твердил: «Не поймайте дугу!». Я же смотрел на оператора, который свободно работал без очков. Наконец, шов был готов: на это потребовалось в пять-шесть раз меньше времени, чем при ручной сварке. Оператор щеткой сбросил оставшийся флюс со шва в ведерко, и мы увидели не шов, а какую-то пузырчатую змею, заполнившую пространство между деталями. Раздались очень неприятные реплики «асов» сварочного дела, в особенности ОТК и военпредов.
Танк Т-34 с 76-мм пушкой Ф-34 во время испытаний на Гороховецком полигоне. Ноябрь 1940 года.

Танк Т-34 с 76-мм пушкой Ф-34 во время испытаний на Гороховецком полигоне. Ноябрь 1940 года.

Тов. Савостин заявил, что он, как отвечающий за сварку корпусов, и близко не допустит такую работу!Евгений Оскарович и оператор были совершенно спокойны. В это время оператор ударил в нескольких местах по поверхности шва клевачом, которым обычно обивают окалину, и нашим удивленным взглядам открылся настоящий шов — гладкий, блестящий, ровно, плотно заполнивший промежуток между деталями. Все замолчали.Мы сварили еще две плиты, потом сварили их вместе с первым узлом, и т. Зухер повез на свой полигон расстреливать конструкцию. По телефону он сообщил, что разбил броню вдребезги, а швы не поддались.Это была победа идеи ученого и его института!Мы условились строить установки для сварки носового узла, а технологам дали задание просмотреть все узлы, которые можно было варить «Патоном», как для краткости назвали эти установки. В мобилизационном плане это сокращало потребность в высококвалифицированных сварщиках раз в пять-шесть. В то время мы еще не думали о сварке корпуса целиком, да еше на конвейере. Пока мы справлялись с корпусами еще ручной сваркой».За первое полугодие 1941 года военная приемка на заводе №183 приняла 816танков Т-34, на СТЗ — 294. Таким образом, оба завода к 1 июля 1941 года сдали армии 1225 танков, причем 58 из них в июне еще находились на территориях заводов в ожидании отправки в войска. вернуться к меню ↑

Трудный 1941-й

25 июня 1941 года вышло постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об увеличении выпуска танков KB, Т-34 и Т-50. артиллерийских тягачей и танковых дизелей на III и IV кварталы 1941 г.». в котором была сформулирована задача по созданию комплексной танкостроительной промышленности. Заводам №183 и СТЗ предписывалось свернуть выпуск всей гражданской продукции, приступить к выполнению мобилизационного плана и быть готовыми оказать помощь тем предприятиям, которые будут подключены к выпуску Т-34. I июля 1941 года появилось еше одно постановление, уже Государственного комитета обороны №ГКО- 1сс, в соответствии с которым к производству танков Т-34 привлекался горьковский завод «Красное Сормово» (завод №112 Наркомсудпрома). К выпуску узлов и агрегатов танка. в частности, коробок передач, бортовых фрикционов, бортовых передач, ведущих колес и опорных катков подключался Харьковский тракторный завод.

Башни Т-34 1941 года выпуска

Башни Т-34 1941 года выпуска

Тем временем завод № 183 наращивал выпуск танков. Люди работали в две смены по 11 часов, не покидая цехи даже во время начавшихся бомбежек города. В июле из ворот завода вышли 225 танков, в августе — 250, сентябре — 250, в октябре удалось собрать последние 30 машин. На основании постановления №667/СГКО от 12 сентября 1941 года Ю.Е.Максарев отдал приказ о немедленной эвакуации завода в глубокий тыл. Первый эшелон покинул Харьков сентября и направился на Урал, в Нижний Тагил, на территорию Уральского вагоностроительного завода. На эту же площадку прибыли Московский станкостроительный завод имени С.Орджоникидзе, часть оборудования и сотрудников московских заводов «Красный пролетарий», «Станколит» и др. На основе этих предприятий был образован Уральский танковый завод №183. Первые 25 танков на новом месте собрали уже в конце декабря из узлов и деталей, привезенных из Харькова…
Чертёж Т-34 1942 года выпуска

Чертёж Т-34 1942 года выпуска

Осенью 1941 года единственным крупным производителем Т-34 оставался СТЗ. При этом выпуск максимально возможного числа комплектующих постарались развернуть в самом Сталинграде. Броневой прокат поступал с завода «Красный Октябрь», броне-корпуса сваривались на Сталинградской судоверфи (завод №264), пушки поставлял завод «Баррикады». Короче говоря, в городе организовали практически полный цикл производства танка и его деталей. Выпуск танков неуклонно возрастал. Если в июне и июле СТЗ сдал 86 и 93 танка соответственно, то уже в августе — 155! Максимума в 1941 году производство достигло в сентябре — 165 боевых машин. В октябре военпредам передали только 124танка. Падение производства было вызвано снижением поставок корпусов и башен с эвакуируемого завода №183.
Танк Т-34 выпуска 1941 года. Хорошо видна заглушка на отверстии для установки прибора кругового обзора в крышке башенного люка.

Танк Т-34 выпуска 1941 года. Хорошо видна заглушка на отверстии для установки прибора кругового обзора в крышке башенного люка.

Резко упал и выпуск дизелей В-2. В середине 1941 года единственным изготовителем этих двигателей оставался харьковский завод №75. В первые же дни войны поступило распоряжение о развертывании их производства на ХТЗ. Однако быстро меняющаяся обстановка на фронте заставила изменить эти планы. Двигательное производство ХТЗ перебазировали на СТЗ, где в ноябре 1941 года и начался выпуск дизелей. Завод №75 в это время находился «на колесах» — шла его эвакуация на Урал. Таким образом, какое-то время двигатели В-2 вообще не выпускались. Их отсутствие пришлось компенсировать за счет установки карбюраторных моторов М-17.
Литая башня Т-34 выпуска 1942 года. Кормовой люк для демонтажа пушки крепился на 6-ти болтах.

Литая башня Т-34 выпуска 1942 года. Кормовой люк для демонтажа пушки крепился на 6-ти болтах.

Этот вопрос начали прорабатывать на заводе №183 еше в июне 1941 года. Работы форсировали после постановления СНК СССР от 1бсентября 1941 года «О установке двигателя М-17 в танк Т-34». Спустя пять дней всю документацию передали на СТЗ и завод №112.На СТЗ в 1941 году двигателями М-17 были оснащены 209 машин, в январе — марте 1942-го — 364. Правда, на95танках, выпущенных в марте, двигатели М-17 в первой декаде апреля заменили на В-2 производства СТЗ. вернуться к меню ↑

Битва заводов

Таким образом, в конце 1941-го и первой половине 1942 года выпуск танков Т-34 осуществлялся на трех заводах: №183 в Нижнем Тагиле, СТЗ и №112 «Красное Сормово». Головным считался завод №183, так же, как и его КБ — отдел 520 (в некоторых источниках — ГКБ-34). Предполагалось, что все изменения, вносимые в конструкцию Т-34 другими заводами, будут утверждаться именно здесь. Наделе все выглядело несколько иначе. Незыблемыми оставались только ТТХ танка, в деталях же танки разных заводов-изготовителей существенно отличались.

Танк Т-34, изготовленный на заводе №183 в Нижнем Тагиле зимой-весной 1942 года.

Танк Т-34, изготовленный на заводе №183 в Нижнем Тагиле зимой-весной 1942 года.

Так, например, с 25 октября 1941 года на заводе №112 приступили к изготовлению опытных образцов упрошенных бронекорпу-сов, без механической обработки кромок листов после газовой резки, с соединением деталей в «четверть» и шиповым соединением лобового листа с бортами и подкрылками.
Экипаж маскирует танк в окопе, 1942 год. Судя по ряду характерных деталей, можно утверждать, что эта машина выпущена в конце 1941 года на СТЗ.

Экипаж маскирует танк в окопе, 1942 год. Судя по ряду характерных деталей, можно утверждать, что эта машина выпущена в конце 1941 года на СТЗ.

На чертежах головного завода, поступивших на «Красное Сормово», в задней стенке башни имелся люк, закрываемый съемным броневым листом с креплением на шести болтах. Люк предназначался для демонтажа в полевых условиях поврежденной пушки. Металлурги завода по своей технологии кормовую стенку башни отливали сплошной, а отверстие подлюк вырезалось на фрезерном станке. Вскоре выяснилось, что в съемном листе при его обстреле из пулемета возникает вибрация. приводящая к отрыву болтов и срыву его с места. Попытки отказаться от люка предпринимались неоднократно, однако каждый раз возражали представители заказчика. Тогда начальник сектора вооружения А.С.Окунев предложил с помощью двух танковых домкратов поднимать кормовую часть башни. При этом в образовавшееся отверстие между погоном башни и крышей корпуса пушка, снятая с цапф, свободно выкатывалась на крышу корпуса танка. На испытаниях на переднюю кромку крыши корпуса приварили упор, предохранявший башню от сползания вовремя подъема. Выпуск таких башен начался на заводе №112 с 1 марта 1942 года. Военпред А.А.Афанасьев предложил вместо упорной планки на всю ширину крыши корпуса приварить броневой козырек, который одновременно служил бы упором и защищал от пуль и осколков зазор между торцом башни и крышей корпуса. Позже этот козырек и отсутствие люка в задней стенке башни стали отличительными чертами сормовских танков.
Сравнение Т-34 выпускаемых разными заводами

Сравнение Т-34 выпускаемых разными заводами

Из-за потери многих смежников танкостроителям приходилось проявлять чудеса изобретательности. Так, в связи с прекращением поставок из Днепропетровска воздушных баллонов для аварийного запуска двигателя на «Красном Сормове» стали использовать для их изготовления выбракованные по мехобработ-ке корпуса артиллерийских снарядов!
Танки Т-34 разных заводов и разных периодов выпуска. На переднем плане — машина производства СТЗ выпуска конца 1941 года с цельнометаллическими опорными катками и необре-зиненным направляющим колесом.

Танки Т-34 разных заводов и разных периодов выпуска. На переднем плане — машина производства СТЗ выпуска конца 1941 года с цельнометаллическими опорными катками и необре-зиненным направляющим колесом.

Выкручивались как могли и на СТЗ: с августа 1941 года начались перебои с поставкой резины из Ярославля, поэтому с 29 октября все танки Т-34 на СТЗ стали оснащаться литыми опорными катками с внутренней амортизацией. В результате, характерной внешней особенностью сталинградских танков стало отсутствие резиновых бандажей на всех опорных катках. Была разработана и новая конструкция трака со спрямленной беговой дорожкой, позволившая снизить шум при движении машины. Ликвидировали «обрезинку» и на ведущих и направляющих колесах.Еще одной характерной особенностью танков СТЗ стали корпус и башня, изготавливавшиеся по упрощенной технологии, раз-работанной заводом №264 по примеру «Красного Сормова». Броневые детали корпуса соединялись между собой в «шип». Традиционные соединения в «замок» и в «четверть» сохранились лишь в соединении верхнего лобового листа корпуса с крышей и дниша с нижними листами носа и кормы. В результате значительного сокращения объема механической обработки деталей цикл сборки корпусов сократился с девяти суток до двух. Что касается башни, то ее стали сваривать из листов сырой брони с последующей закалкой уже в собранном виде. При этом совершенно отпала необходимость в правке деталей после закалки и облегчилась подгонка их при сборке «по месту».

Особенности танка Т-34 выпуска завода №112

Сталинградский тракторный выпускал и ремонтировал танки вплоть до того момен цехам. О том, в каких условиях протекала эта работа, можно судить по отчету заводского корпуса №5 за период с 23 августа по 12 сентября 1942 года:«С момента подхода фашистских банд к заводу, бомбежек и обстрелов заводской территории корпусом № 5 проделана следующая работа:выпуск новых танков — 68 штук, отремонтировано танков — 23. Кроме того, оказана помощь Красной Армии в ремонте путем посылки высококвалифицированныхрабочих в ремонтные бригады, а также выдачи запасных частей и различного оборудования.За промежуток указанного времен и в корпус попало шесть фугасных бомб, около 154 зажигательных бомб и один снаряд. Сгорело газойльхранилише, разрушена в двух местах крыша».5 октября 1942 года в соответствии с приказом НКТП все работы наСТЗбыли прекращены. а оставшиеся рабочие эвакуированы.
Только что собранный Т-34 покидает цех завода N3112 «Красное Сормово». Весна 1942 года.

Только что собранный Т-34 покидает цех завода N3112 «Красное Сормово». Весна 1942 года.

Основным же производителем танков Т-34 в 1942 году оставался завод №183, хотя после эвакуации выйти на плановый режим ему удалось не сразу. В частности, план первых трех месяцев 1942 года выполнен не был. Последующий рост выпуска танков основывался, с одной стороны, на четкой и рациональной организации производства, а с другой — на снижении трудоемкости изготовления танков. Был произведен подетальный пересмотр конструкции танка, в результате которого упростили изготовление 770 и совсем отменили изготовление 5641 наименования деталей. Были отменены также и 206 покупных изделий. Трудоемкость механической обработки корпуса снизилась с 260 до 80 нормочасов.Существенным изменениям подверглась ходовая часть. В Нижнем Тагиле стали отливать опорные катки по типу сталинградских — без резиновых бандажей. Начиная с января 1942 года применительно к одному борту на танк устанавливалось три или четыре таких катка. Дефицитную резину убрали и с направляющего и ведущего колес. Последнее, кроме того, стали изготавливать цельнолитым — без роликов.Из системы смазки двигателя исключили масляный радиатор и увеличили до 50 л емкость масляного бака. В системе питания шестеренчатый насос заменили насосом коловратного типа. Из-за недопоставки комплектующих электроприборов до весны 1942 года на большинстве танков не устанавливались некоторые контрольно-измерительные приборы. фары, задний фонарь, электромотор вентилятора, сигнал и ТПУ.Следует особо подчеркнуть, что в ряде случаев изменения, направленные на упрощение конструкции и снижение трудоемкости изготовления боевых машин, не были оправданы. Некоторые из них впоследствии обернулись снижением эксплуатационных характеристик Т-34.В некоторых изданиях можно встретить информацию о том, что с 1942 года «тридцатьчетверки» выпускались с 60-мм лобовой броней корпуса. На самом деле это не так. Действительно, на заседании ГКО 25 декабря 1941 года было принято постановление №1062, предписывавшее, начиная с 15 февраля 1942 года, выпускать Т-34 с лобовой броней толщиной 60 мм. Такое решение, по-видимому, можно объяснить применением немцами во все возрастающем количестве 50-мм противотанковых пушек Рак 38 с длиной ствола в 60 калибров, бронебойный и бронебойно-подкалиберный снаряды которых пробивали лобовую броню Т-34 на дистанции до 1000 м, а также использованием подкалиберных снарядов для 50-мм танковых пушек Ь/42 танков Pz.HI, которые добивались аналогичного результата с дистанции в 500 м.
Литая башня производства завода №112 без кормовой дверцы для демонтажа пушки.

Литая башня производства завода №112 без кормовой дверцы для демонтажа пушки.

Поскольку металлургические заводы не могли быстро выдать нужное количество 60-мм броневого проката, танковым заводам предписывалось осуществить экранировку лобовых частей корпуса и башни 10 — 15-мм бронелистами, использовавшимися на заводе №264 при производстве бронекорпусов танков Т-60. Однако, уже 23 февраля 1942 года ГКО отменил свое решение, отчасти из-за сложностейс изготовлением 60-мм бронелиста, отчасти из-за крайне редкого применения немцами подкалиберных снарядов. Тем не менее, танки с экранированными корпусами и башнями выпускались на СТЗ и заводе № 112 вплоть до начала марта 1942 года, пока не был израсходован их задел. На заводе «Красное Сормово» были отлиты и установлены на танки восемь башен с 75-мм броней.Этот же завод, кроме того, осенью 1942 года выпустил 68 танков Т-34, корпуса и башня которых были оборудованы фальшбортами. Предполагалось, что они защитят танки от немецких кумулятивных снарядов. Однако проверить это не удалось — в первом же бою почти все экранированные таким образом боевые машины были подбиты обычными бронебойными снарядами 75-мм противотанковых пушек противника. Вскоре работы по защите танков от кумулятивных боеприпасов были прекращены, так как немцы использовали их крайне редко.Наращиванию выпуска Т-34 в 1942 году способствовало внедрение сначала на заводе № 183, а затем и на других автоматической сварки подслоем флюса, разработанной академиком Е.О.Патоном. 183-й завод оказался в этом деле лидером не случайно — решением СНК СССР Институт электросварки Академии наук УССР был эвакуирован в Нижний Тагил, причем на территорию Уральского танкового завода.
Варианты башенных люков

Варианты башенных люков

В январе 1942 года в порядке эксперимента был изготовлен корпус, у которого один борт был сварен вручную, а другой борт и нос — под слоем флюса. Корпус отправили на полигон под обстрел для определения прочности швов. Для этого обстрел вели с малой дистанции на пределе тыльной прочности, когда вся кинетическая энергия снаряда поглощается бронеплитой. Как рассказывал Е.О.Патон в своих воспоминаниях, «танк подвергли жестокому обстрелу с весьма короткой дистанции бронебойными и фугасными снарядами. Первые же попадания в борт, сваренный вручную, вызвали солидное разрушение шва. После этого танк повернули и под огонь поп&п второй борт, сваренный автоматом… Семь попаданий подряд! Наши швы выдержали, не поддались! Они оказались крепче самой брони. Так же выдержали проверку огнем швы носовой части. Это была полная победа автоматической скоростной сварки».
Сварная башня сталинградского производства, о чем говорит съемный кормовой лист. Башенный люк больших размеров нельзя отнести к конструкторской удаче, однако его крышка служила хорошей защитой для танкистов, когда они велинаблюдение за полем боя, высунувшись из люка. Калининский фронт, 3-я гвардейская танковая бригада, весна 1942 года.

Сварная башня сталинградского производства, о чем говорит съемный кормовой лист. Башенный люк больших размеров нельзя отнести к конструкторской удаче, однако его крышка служила хорошей защитой для танкистов, когда они велинаблюдение за полем боя, высунувшись из люка. Калининский фронт, 3-я гвардейская танковая бригада, весна 1942 года.

На заводе сварку поставили на конвейер. В цех закатили несколько вагонных тележек, оставшихся с довоенного производства, вырезали в их рамах скосы по конфигурации бортов корпуса танка. Над линией тележек поставили шатер из балок, так чтобы сварочные головки могли передвигаться по балкам вдоль и поперек корпуса и, соединив вместе все тележки, получили конвейер. На первой позиции сваривали поперечные швы, наследующей — продольные, затем переставляли корпус на ребро, сначала одной стороной, потом другой. Завершали сварку, повернув корпус днищем вверх. Некоторые места, которые нельзя было варить автоматом, варились вручную. Благодаря применению автоматической сварки, трудоемкость изготовления корпуса снизилась в пять раз. К концу 1942 года только на заводе №183 работало шесть сварочных автоматов. К концу 1943-го их количество на танковых заводах достигло 15, а еше через год — 30.
Подбитая «тридцатьчетверка» производства СТЗ весны — лета 1942 года. Это завершающая сталинградская модель, о чем говорит масса деталей: упрощенная маска пушки; соединение в шип всех листов корпуса; дополнительная бронезащита на лобовом листе и, наконец, характерный скос на передней скуле сварной башни.

Подбитая «тридцатьчетверка» производства СТЗ весны — лета 1942 года. Это завершающая сталинградская модель, о чем говорит масса деталей: упрощенная маска пушки; соединение в шип всех листов корпуса; дополнительная бронезащита на лобовом листе и, наконец, характерный скос на передней скуле сварной башни.

Наряду с проблемами сварки, узким местом оставалось производство литых башен, которые формовали в землю. Эта технология требовала большего объема работ по обрубке и газовой обрезке литников и заливин в швы между блоками формы. Главный металлург завода П.П.Маляров и начальник ста лелитейного цеха И.И.Атопов предложили внедрить машинную формовку. Но для этого требовалась совершенно новая конструкция башни. Ее проект весной 1942 года разработал М.А.Набутовский. Она вошла в историю как башня так называемой «шестигранной», или «улучшенной» формы. И то и другое название весьма условно, так как предыдущая башня тоже имела шестигранную форму, разве что более вытянутую и пластичную. Что же касается «улучшенное -ти», то это определение целиком относится к технологии изготовления, поскольку новая башня по-прежнему оставалась очень тесной и неудобной для экипажа. У танкистов за свою близкую к правильному шестиграннику форму она получила прозвище «гайка».
Т-34 выпуска лета 1942 года, завода СТЗ

Т-34 выпуска лета 1942 года, завода СТЗ

Более технологичная форма башен позволила формовать их в три опоки на трех машинах сразу. Да и форма собиралась всего из четырех частей. В результате завод №183 смог резко увеличить производство башен и не только отказаться в этом вопросе от помощи Уралмаша, но и начать поставлять башни другим заводам.К бронекорпусному производству для Т-34 и КВ Уралмашзавод был подключен в соот ветствии с распоряжением ГКО от 31 октября 1941 года. Однако до марта 1942-го он выдавал только раскрой корпусов, который поставлял на «Красное Сормово» и в Нижний Тагил. В апреле 1942 года здесь началась полная сборка корпусов и изготовление башен ганка Т-34 для завода №183. А 28 июля 1942 года постановлением ГКО №2120 УЗТМ поручили организовать производство уже всего танка Т-34 и удвоить выпуск башен для него, ввиду остановки завода №264. Серийный выпуск Т-34 начался на Уралмаше в сентябре 1942-го. При освоении серийного производства ганка возникало немало проблем, например с башнями — из-за увеличения программы литейные цехи не могли обеспечить выполнение плана. По решению директора завода Б.Г.Музурукова были задействованы свободные мощности 10 000-тонного пресса «Шлеман» (на таком же прессе — их в СССР было два — в Мариуполе накануне войны штамповали башни для Т-34М). Конструктор И.Ф.Вархрушев и технолог В.С.Ананьев разработали конструкцию штампованной башни, и с октября 1942 по март 1944 года их выпустили 2050 единиц. При этом завод не только полностью обеспечил свою программу, но и поставил значительное число таких башен на ЧКЗ. Танки УЗТМ выпускал недолго — до августа 1943 года. Затем это предприятие стало основным по выпуску САУ на базе Т-34.
Особенности Т-34 производства СТЗ 1942 года

Особенности Т-34 производства СТЗ 1942 года

Стремясь компенсировать неизбежную потерю СТЗ, в июле 1942 года ГКО дал задание Челябинскому Кировскому заводу приступить к выпуску Т-34. 22 августа первые «тридцатьчетверки» покинули цеха ЧКЗ. В марте 1944 года их выпуск на этом предприятии прекратили с целью наращивания производства тяжелых танков ИС-2.В 1942 году к производству Т-34 подключился и завод №174 имени К.Е.Ворошилова, эвакуированный из Ленинграда в Омск. Конструкторскую и технологическую документацию ему передали завод №183 и УЗТМ.
Подбитый Т-34 производства СТЗ

Подбитый Т-34 производства СТЗ

Говоря о выпуске Т-34 в 1942 — 1943 годах, следует отметить, что к осени 1942-го наступил кризис их качества. К этому привели постоянный количественный рост выпуска танков и привлечение к нему все новых и новых заводов. С 11 по 13 сентября 1942 года на УТЗ в Нижнем Тагиле была проведена конференция заводов НКТП, посвященная качеству Т-34. Вел ее замнаркома танковой промышленности Ж.Я.Котин. В выступлениях его и главного инспектора НКТП Г.О.Гутмана прозвучала жесткая критика в адрес заводских коллективов. Причем многие из перечисленных недостатков до странности совпали с указанными в отчете НИБТПолигона после испытаний трех серийных танков Т-34 осенью 1940 года.Критика возымела действие — в течение второй половины 1942 — первой половины 1943 года на Т-34 было введено много изменений и усовершенствований. С осени 1942-го начали устанавливать кормовые наружные топливные баки прямоугольной или бортовые цилиндрической (наганках выпуска Ч КЗ) формы. С конца ноября на танк вернули ведущее колесо с роликами, ввели штампованные опорные катки с резиновыми бандажами. Воздухоочистители «Циклон» начат устанавливаться с января, а пятискоростная коробка передач — с марта — июня 1943 года. Кроме того, до 100 артвыстрелов был увеличен боекомплект, введен вытяжной башенный вентилятор, в 1943 году перископический прицел ПТ-4-7 заменили командирской панорамой ПТК-5, внедрили много других более мелких усовершенствований. как, например, десантные поручни на башне. Серийное производство танков Т-34 образца 1942 года (так неофициально, но наиболее часто они именуются в литературе) осуществлялось на заводах №183 в Нижнем Тагиле, №174 в Омске, УЗТМ в Свердловске и ЧКЗ в Челябинске. До июля 1943 года был выпущен 11 461 танк этой модификации.
«Тридцатьчетверки», оборудованные дополнительной лобовой броней на СТЗ. Калининский фронт, 1942 год.

«Тридцатьчетверки», оборудованные дополнительной лобовой броней на СТЗ. Калининский фронт, 1942 год.

Летом 1943 года на Т-34 начали устанавливать командирскую башенку. Интересная деталь: свой приоритет в этом вопросе отстаивают в заводских отчетах по танкостроению за период Великой Отечественной войны три завода — №183, «Уралмаш» и «Красное Сормово». На самом деле тагильчане предложили установить башенку в корме башни за люками и разместить в башне третьего танкиста, как на опытном ганке Т-43. Но и двум членам экипажа было тесно в «гайке», какой уж там третий! Уралмашевская башенка хоть и размещалась над левым командирским башенным люком, но была штампованной конструкции, иее тоже отвергли. И лишь литая сормовская «прописалась» на «тридцатьчетверке».
Компоновка Т-34 1942 года выпуска

Компоновка Т-34 1942 года выпуска

В таком виде танк Т-34 состоял в серийном производстве до середины 1944 года, причем дольше всех его выпускал завод №174 в Омске. вернуться к меню ↑

В год коренного перелома

По иронии судьбы, одна из величайших побед Красной Армии в Великой Отечественной войне — под Курском была одержана в тот момент, когда советские бронетанковые и механизированные войска в качественном отношении уступали немецким. К лету 1943 года, когда наиболее болезненные конструктивные недостатки Т-34 были устранены, у немцев появились новые танки «Тигр» и «Пантера», заметно превосходившие наши по мощи вооружения и толшине брони. Поэтому в ходе Курской битвы советским танковым частям, как и прежде, приходилось полагаться на свое численное превосходство над противником. Лишь в отдельных случаях, когда «тридцатьчетверкам» удавалось приблизиться к немецким танкам почти вплотную, огонь их пушек становился эффективным. На повестку дня остро встал вопрос о кардинальной модернизации танка Т-34.

Т-34 с улучшенной башней выпуска 1942 года, завода №183

Т-34 с улучшенной башней выпуска 1942 года, завода №183

Нельзя сказать, чтобы к этому времени не предпринимались попытки разработки более совершенных танков. Эта работа, приостановленная с началом войны, возобновилась в 1942 году, по мере завершения текущей модернизации и устранения недостатков Т-34. Здесь, в первую очередь, следует упомянуть проект среднего танка Т-43.Эта боевая машина создавалась с учетом предъявляемых к Т-34 требований — усиления его бронезашиты, совершенствования подвески и увеличения объема боевого отделения. Причем активно использовался конструкторский задел по довоенному танку Т-34М.Новая боевая машина на 78,5% была унифицирована с серийной «тридцатьчетверкой». Форма корпуса Т-43 в основном осталась прежней, так же как и двигатель, трансмиссия, элементы ходовой части, пушка. Основное отличие заключалось в усилении бронирования лобовых, бортовых и кормовых листов корпуса до 75 мм, башни — до 90 мм. Кроме того, место механика-водителя и его люк перенесли в правую часть корпуса, а место стрел ка-радиста и установка курсового пулемета ДТ были ликвидированы. В носовой части корпуса слева разместили топливный бак в бронированной выгородке, а бортовые баки изъяли. Танк получил торсионную подвеску. Наиболее же существенным новшеством, резко отличавшим по внешнему виду Т-43 от Т-34, стала трехместная литая башня с расширенным погоном и низкопрофильной командирской башенкой.
Опытный средний танк Т-43-II во время испытаний летом 1943 года.

Опытный средний танк Т-43-II во время испытаний летом 1943 года.

С марта 1943 года два опытных образца танка Т-43 (им предшествовала машина Т-43-1, построенная в конце 1942 года, имевшая люк-пробку механика-водителя и смещенную к корме башни командирскую башенку) проходили испытания, в том числе и фронтовые, в составе отдельной танковой роты имени НКСМ. Они выявили, что Т-43 из-за возросшей до 34,1 т массы несколько уступает Т-34 по динамическим характеристикам (максимальная скорость снизилась до 48 км/ч), хотя и существенно превосходит последний по плавности хода. После замены восьми бортовых топливных баков (столько было у Т-34) на один носовой меньшей емкости у Т-43 соответственно почти на 100 км уменьшился запас хода. Танкисты отмечали простор боевого отделения и большее удобство в обслуживании вооружения.После испытаний, в конце лета 1943 года танк Т-43 был принят на вооружение Красной Армии. Началась подготовка к его серийному производству. Однако итоги Курской битвы внесли существенные коррективы в эти планы.В конце августа на заводе № 112 состоялось совещание, на которое прибыли нарком танковой промышленности В.А.Малышев, командующий бронетанковыми и механизированными войсками Красной Армии Я.Н.Федоренко и ответственные сотрудники Наркомата вооружений. В своем выступлении В.А.Малышев отметил, что победа в Курской битве досталась Красной Армии дорогой ценой. Вражеские танки вели огонь по нашим с дистанции 1500 м, наши же 76-мм танковые пушки могли поразить «тигров» и «пантер» лишь с дистанции 500 — 600 м. «Образно выражаясь — сказал нарком, — противник имеет руки в полтора километра, а мы всего в полкилометра. Нужно немедленно установить в Т-34 более мощную пушку».На самом же деле ситуация была значительно хуже, чем ее обрисовал В.А.Малышев. А ведь попытки исправить положение предпринимались с начала 1943 года.
Танки Т-34 и Т-43-11 перед совместными испытаниями летом 1943 года.

Танки Т-34 и Т-43-11 перед совместными испытаниями летом 1943 года.

ГКО, в ответ на появление на советско-германском фронте новых немецких танков, еще 15 апреля издал постановление №3187сс «О мероприятиях по усилению противотанковой обороны», которым обязал ГАУ подвергнуть полигонным испытаниям противотанковые и танковые пушки, находившиеся в серийном производстве, и в 10-дневный срок представить свое заключение. В соответствии с этим документом заместитель командующего БТ и МВ генерал-лейтенант танковых войск В.М.Коробков приказал задействовать в ходе этих испытаний, проходивших с 25 по 30 апреля 1943 года на НИИБТ Полигоне в Кубинке, трофейный «Тигр». Результаты испытаний оказались малоутешительными. Так, 76-мм бронебойно-трассируюший снаряд пушки Ф-34 не пробил бортовую броню немецкого танка даже с дистанции 200 м! Наиболее же эффективным средством борьбы с новой тяжелой машиной противника оказалась 85-мм зенитная пушка 52К образца 1939 года, которая с дистанции до 1000 м пробивала его 100-мм лобовую броню.5 мая 1943 года ГКО принял постановление №3289сс «Об усилении артиллерийского вооружения танков и самоходных установок». В нем перед НКТП и НКВ были поставлены конкретные задачи по созданию танковых пушек с зенитной баллистикой. вернуться к меню ↑

Новые пушки для Т-34

Еше в январе 1943 года к разработке такой пушки приступило КБ завода №9, руководимое Ф.Ф.Петровым. К 27 мая 1943 года были выпушены рабочие чертежи пушки Д-5Т-85, спроектированной по типу немецких танко-самохолных пушек и отличавшейся малой массой и небольшой длиной отката. В июне первые Д-5Т изготовили в металле. Эта пушка была удачно скомпонована в тяжелые танки КВ-85 и ИС-85, а в варианте Д-5С — в артсамоход СУ-85.]

Однако, для установки ее в средний танк Т-34 требовалось увеличить диаметр башенного погона и установить новую башню. Над этой проблемой трудились КБ завода «Красное Сормово» во главе с В. В. Крыловым и башенная группа завода №183, руководимая А.А.Молоштановым и М.А.Набутовским. В результате появились две очень похожие друг на друга литые башни с диаметром погона в свету 1600 мм. Обе они напоминали (но не копировали!) башню опытного танка Т-43, взятую за основу при проектировании.

Танки Т-34 с башнями Т-43 с диаметром погона 1600 мм, вооруженные пушками Ф-34М иД-5Т.  Осень 1943 года.

Танки Т-34 с башнями Т-43 с диаметром погона 1600 мм, вооруженные пушками Ф-34М иД-5Т.  Осень 1943 года.

Установка пушки Д-5Т в новой башне должна была решить все проблемы, но… Прекрасные массо-габаритные характеристики этого орудия решались за счет большой сложности конструкции. Кроме того, особенностью Д-5Т было расположение тормоза отката и накатника над стволом, подобно немецкой штурмовой пушке Бшк 40, но, в отличие от последней, — за основной башенной броней. Для лучшего уравновешения ее цапфы сдвинули вперед, а казенная часть, наоборот, оказалась довольно сильно отодвинутой к кормовому листу башни. Это практически исключало возможность заряжания пушки на ходу танка. Даже при движении на малой скорости натренированные заряжающие, пытаясь осуществить заряжание, по нескольку раз ударяли головной частью снаряда в казенную часть орудия. В результате пушку Д-5Т на вооружение танка Т-34 не приняли, а сразу по окончании ее испытаний — в октябре 1943 года — отдали приказ ЦАКБ (главный конструктор В.Г.Грабин)оразработ-ке специальной 85-мм пушки для танка Т-34. Серийное производство нового орудия предполагалось начать на заводе №92 с I марта 1944 года, а до тех пор в качестве временной меры заводу «Красное Сормово» разрешалось устанавливать в башню своей конструкции пушку Д-5Т.
Танк Т-34, вооруженный 85-мм пушкой С-53 в стандартной «улучшенной» башне с диаметром погона 1420 мм. Гороховецкий полигон, декабрь 1943 года.

Танк Т-34, вооруженный 85-мм пушкой С-53 в стандартной «улучшенной» башне с диаметром погона 1420 мм. Гороховецкий полигон, декабрь 1943 года.

При этом заводу предлагалось обеспечить выпуск танка в следующих количествах: в январе 1944 года — 25 шт., феврале — 75 шт., марте — 150 шт., а с апреля полностью перейти на производство Т-34-85 вместо Т-34.Тан ки, вооруже н ные пуш кой Д- 5Т. заметно отличались от машин более позднего выпуска по внешнему виду и внутреннему устройству. Башня танка была двухместной, а экипаж состоял из четырех человек. На крыше башни имелась сильно смешенная вперед командирская башенка с двухстворчатой крышкой, вращавшейся на шариковой опоре. В крышке устанавливался смотровой перископический прибор МК-4, позволявший вести круговой обзор. Для стрельбы из пушки и спаренного пулемета устанавливались телескопический шарнирный прицел ТШ-15 и панорама ПТК-5. В обоих бортах башни имелись смотровые шели со стеклоблоками триплекс и бойницы для стрельбы из личного оружия. Радиостанция размещалась в корпусе, а ввод ее антенны — на правом борту, так же как у танка Т-34 с 76-мм пушкой. Силовая установка, трансмиссия и ходовая часть изменений практически не претерпели. Эти танки несколько различались между собой в зависимости от времени выпуска. Например, первые серийные машины имели один башенный вентилятор, а последующие — два. Танки самых поздних выпусков имели приборы наблюдения МК-4 и более позднюю командирскую башенку. Радиостанция размешалась в башне, но в корпусах этих танков еше сохранялся антенный ввод на правом бортовом листе или его заг-лушенное отверстие.
Башня Т-34 с пушкой Д-5Т выпуска завода "Красное Сормово"

Башня Т-34 с пушкой Д-5Т выпуска завода «Красное Сормово»

Следует отметить, что рассмотренная выше модификация в статистической отчетности как Т-34-85, по-видимому, не фигури рует. Во всяком случае, на сегодняшний день есть существенные расхождения в оценках количества выпущенных машин, приводимых в литературе. В западных изданиях цифры колеблются в диапазоне 500 — 700 танков. На самом деле — значительно меньше! С января по апрель 1944 года заводские цехи покинули 255 танков Т-34 с пушкой Д-5Т, в том числе пять командирских машин с радиостанциями РСБ-Ф.
Т-34 с пушкой Д-5Т

Т-34 с пушкой Д-5Т

Выполняя приказ НКВ по созданию 85-мм пушки для Т-34 в октябре — ноябре 1943 года, ЦАКБ и завод №92 изготовили три опытных образца новых орудий. ЦАКБ представило пушки С-53 (ведущие конструкторы Г.И.Сергеев и Г.И.Шабаров) и С-50 (ведущие конструкторы В.Д.Мещанинов, А.М.Боглевский и В.А.Тюрин), а артиллерийский завод №92 — пушку ЛБ-1 (ЛБ-85) конструкции А.И.Савина.В холе испытаний, продолжавшихся до конца 1943 года, предпочтение было отдано пушке С-53, которая 1 января 1944 года была принята на вооружение танка Т-34, причем как со штатным (1420 мм), так и расширенным погонами. С-53 выгодно отличалась от аналогов простотой конструкции и надежностью. Тормоз отката и накатник располагались под основанием затвора, что позволило уменьшить высоту линии огня и увеличить расстояние между казенником и задней стенкой башни. Кроме того, стоимость орудия оказалась ниже, чем у 76-мм пушки Ф-34, не говоря уже о Д-5Т.
Один из первых танков Т-34-85 с пушкой Д-5Т на полигоне в Кубинке. Хорошо видны типичные лишь для этой модификации маска пушки, антенный ввод на правом борту корпуса, поручни на лобовой броне, расположение сильно смещенных вперед командирской башенки и дополнительного топливного бака, а также выполненные из прутков рымы для демонтажа башни. Смотровая щель в левом борту башни характерна только для сормовских машин с пушкой Д-5Т.

Один из первых танков Т-34-85 с пушкой Д-5Т на полигоне в Кубинке. Хорошо видны типичные лишь для этой модификации маска пушки, антенный ввод на правом борту корпуса, поручни на лобовой броне, расположение сильно смещенных вперед командирской башенки и дополнительного топливного бака, а также выполненные из прутков рымы для демонтажа башни. Смотровая щель в левом борту башни характерна только для сормовских машин с пушкой Д-5Т.

Танк Т-34-85 с пушкой С-53 был принят на вооружение Красной Армии постановлением ГКО №5020сс от 23 января 1944 года.Начиная с февраля к постепенному переходу на выпуск танков с пушкой С-53 приступил завод №112 «Красное Сормово». При этом первые танки имели в облике много черт от Т-34 с Д-5Т: раннюю сормовскую башню, и-образные рымы, расположение топливных баков и т.д. С 15 марта 1944 года к производству Т-34-85 приступил завод №183, а с июня — завод №174 в Омске.
Т-34-85 завода «Красное Сормово». Промежуточная модель, сохранившая часть характерных деталей ранних сормовских машин — смещенный вперед наружный  топливный бак и рымы из прутка.

Т-34-85 завода «Красное Сормово». Промежуточная модель, сохранившая часть характерных деталей ранних сормовских машин — смещенный вперед наружный  топливный бак и рымы из прутка.

Продолжавшиеся, несмотря на начало производства, полигонные испытания, выявили существенные дефекты противооткатных устройств пушки С-53. Заводу №92 в Горьком было поручено своими силами провести ее доработку. В течение лета 1944 года там провели ряд мероприятий по совершенствованию конструкции орудия. Была увели чена толщина стенок ствола, что вызвало усиление салазок и люльки. Для улучшения баланса цапфы орудия немного сдвинули вперед. В тормозе отката изменили профиль веретена, упростили копир, ввели новую кнопку электроспуска. Изменилась также и броне-маска пушки. Орудие получило обозначение ЗИС-С-53 («ЗИС» — индекс артиллерийского завода №92 имени Сталина, «С» — индекс ЦАКБ) и с 28 октября 1944 года было принято на вооружение.
Первый  опытный образец танка Т-34-85М. Весна 1944 года.

Первый  опытный образец танка Т-34-85М. Весна 1944 года.

вернуться к меню ↑

Почти новый танк Т-34-85

У «тридцатьчетверок» с пушками С-53 и ЗИС-С-53 башня стала трехместной, а командирская башенка была сдвинута ближе к ее корме. Радиостанцию перенесли из корпуса в башню. Смотровые приборы устанавливались только нового типа — МК-4, причем как в раннем — открытом, так и в позднем — закрытом вариантах. В течение 1944 года были введены крепление пяти запасных траков на верхнем лобовом листе корпуса, коробчатые передние грязевые щитки, откидывавшиеся на петлях, установка малых дымовых шашек МД Ш на кормовом листе корпуса. По мере производства менялись форма и размеры балки носовой части корпуса, соединявшей верхний и нижний лобовые листы. Она уменьшалась в размерах, а на машинах поздних выпусков была изъята — верхний и нижний листы сваривались встык.

Второй  опытный образец танка Т-34-85М. Весна 1944 года. Хорошо видна измененная конфигурация кормы корпуса, связанная с размещением там двух 190-л топливных баков.

Второй  опытный образец танка Т-34-85М. Весна 1944 года. Хорошо видна измененная конфигурация кормы корпуса, связанная с размещением там двух 190-л топливных баков.

Стремясь усилить бронезащиту серийного танка, завод №183 весной 1944 года разработал два образца модернизированного танка Т-34-85М.На первом образце были установлены 75-мм лобовой лист корпуса, утолщенные до 100 мм люк механика-водителя и до 90 мм бронемаска курсового пулемета ДТ. Чтобы компенсировать рост массы танка, пришлось уменьшить толшину деталей днища и крыши корпуса над двигателем, днища подкрылков и нижнего кормового листа. Конструктивным изменениям подверглись также коробка передач и отдельные узлы ходовой части. На втором образце, кроме того, из боевого отделения удалили топливные баки. Вместо них в кормовой части были смонтированы два топливных бака емкостью по 190 л каждый, в связи с чем несколько изменилась конфигурация кормы.
Передача Красной Армии колонны танков, построенных на средства трудящихся Эстонской ССР. 51-й танковый полк, зима 1945 года. Обращает на себя внимание высокая командирская башенка цилиндрической формы, характерная для Т-34-85 ранних выпусков 1945 года.

Передача Красной Армии колонны танков, построенных на средства трудящихся Эстонской ССР. 51-й танковый полк, зима 1945 года. Обращает на себя внимание высокая командирская башенка цилиндрической формы, характерная для Т-34-85 ранних выпусков 1945 года.

Оба танка успешно прошли испытания, но, несмотря на крайнюю необходимость усиления лобовой брони Т-34-85, на вооружение приняты не были, так как завод №183 полным ходом занимался доработкой перспективного среднего танка Т-44.В декабре 1944-го завод №112, в свою очередь, внес на рассмотрение ГБТУ ряд усовершенствований конструкции башни танка Т-34-85, в том числе: замену двухстворчатого командирского люка одностворчатым, введение в нише башни безрамной боеукладки на 16 выстрелов, дублированное управление поворотом башни и, наконец, улучшение вентиляции боевого отделения путем установки разнесенных вентиляторов. Из перечисленных предложений в январе 1945 года была внедрена только одностворчатая крышка люка командирской башенки.
Башня Т-34-85 послевоенного выпуска. Ясно различима разнесенная установка вентиляторов. Размещение переднего, вытяжного, вентилятора непосредственно над казенной частью орудия способствовало более интенсивному очищению боевого отделения от пороховых газов.

Башня Т-34-85 послевоенного выпуска. Ясно различима разнесенная установка вентиляторов. Размещение переднего, вытяжного, вентилятора непосредственно над казенной частью орудия способствовало более интенсивному очищению боевого отделения от пороховых газов.

Что касается улучшения вентиляции, то сормовичи предложили перенести один из двух вентиляторов, установленных в задней части крыши башни вее переднюю часть. При этом передний вентилятор был вытяжным, а задний — нагнетательным. Судя по всему, в ГБТУ по непонятным причинам решили повременить с внедрением этого весьма толкового предложения. Во всяком случае, на фотографиях боевых действий весны 1945 года Т-34-85 с разнесенными вентиляторами не встречаются. Не участвовали такие танки и в Параде Победы, а вот 7 ноября 1945 года подразделения Кантемировской танковой дивизии, участвовавшие в параде на Красной площади, были укомплектованы именно такими танками. Все это позволяет предположить, что машины с разнесенными вентиляторами начали выпускаться уже после Великой Отечественной войны и. по-видимому, только на заводе №112. У этих машин была еще одна характерная деталь — отсутствовала смотровая щель в правом борту корпуса. вернуться к меню ↑

Т-34-85М

Танк Т-34-85М был разработан в инициативном порядке в КБ-520 завода № 183 под руководством главного конструктора А.А. Морозова. Рассматривая бронезащиту танка Т-34-85, было замечено, что корпус был полностью заимствован, кроме подбашенного листа, у серийного танка Т-34. При постановке Т-34-85 на серийное производство, в общем-то, предполагалось ещё усилить толщину бронелистов корпуса. Вооружение Танка должно было быть аналогичное Т-34-85, а именно 85мм пушка С-53.

Т-34-85М

Т-34-85М

В апреле 1944 завод № 183 предоставил на испытания два ва­рианта танка Т-34-85М. Главной целью модернизации было усиление лобовой брони танка с целью доведения ее до уровня немецкого танка «Пантера». При этом толщина ло­бового листа обоих танков была доведена до 75 мм, толщина люка механика-водителя достигла 100 мм, бронировки кур­сового пулемета — до 90 мм. Чтобы скомпенсировать неиз­бежное утяжеление танка, был предпринят ряд специальных мер. Во-первых, толщина броневых листов, наименее под­верженных обстрелу (крыша над моторным отделением, днище подкрылков, нижний кормовой лист, задняя часть днища), были изготовлены из броневых листов толщиной 15 мм, в ходовой части использованы облегченные баланси­ры и опорные катки. Далее, в конструкции четырехступен­чатой коробки передач было уменьшено передаточное отношение конической пары шестерен, введены ведущие колеса с уменьшенным диаметром и пятью ведущими роликами вместо шести. В танке второго варианта попытались изба­виться от хронического недостатка— расположения топлив­ных баков в боевом отделении. Вместо шести топливных ба­ков, располагавшихся в боевом и моторном отделениях се­рийного танка Т-34-85, в кормовой части корпуса машины, за коробкой передач были установлены два топливных бака емкостью по 190 л каждый, что вызвало необходимость пе­реконструирования кормовой части танка.
Т-34-85М

Т-34-85М

Как и на серийном танке Т-34-85, на Т-34-85М устанавливался 12-цилиндровый четырёхтактный бескомпрессорный дизель В-2-34, с максимальной мощностью в 500 л.с. при 1800 об/мин.В ходе полигонных испытаний, проходивших в период с 24 мая по 10 июня 1944 года на НИБТ полигоне, выяснилось, что усиле­ние бронирования лобовой части танка оправданно, но остальные изменения улучшения характеристик машине не дали. Так, применение 15-мм броневого листа для изго­товления кормовой части днища танка приводило к воз­можности поражения МТО танка при подрыве на штатной противотанковой мине.Танк с указанным усилением бронирования мог быть принят на вооружение только при условии радикальной пе­реработки трансмиссии. Кроме того, испытания указанного танка обстрелом из 88-мм танковой пушки обр. 1943 г. пока­зали, что даже 75-мм лобовая броня Т-34 пробивается из указанной пушки с дистанции около 2000 м, тогда как лоб Т-44 только с дальности 600 м. Таким образом, в условиях ориен­тации на Т-44 было принято решение не тратить усилия на усиление бронирования корпуса Т-34-85.
Т-34-85М

Т-34-85М

Впрочем, испытания показали, что у этого танка наблюдаются определенные проблемы с ходовой, она была не достаточно надежна, что повлекло к окончательному решению сконцентрироваться на разработке более новой машины — Т-44. В конечном итоге, ГБТУ решило не ставить перед ГКО вопрос о принятии модернизированного танка Т-34-85М на серийное производство. T-34-85М Образца 1944 года завода № 183 на вооружение не принимался и в серийном производстве не состоял. вернуться к меню ↑

ПРОИЗВОДСТВО Т-34 И Т-34-85 В СССР

О производстве средних танков Т-34 и Т-34-85 следует рассказать особо. Слишком много разноречивых сведений публикуется до сих пор, слишком много несоответствий встречается в цифрах. В годы войны велась, в полном смысле этого слова, двойная бухгалтерия — заводы сдавали танки «по сборке», армия принимала — «по бою». Машины, изготовленные, например, в конце 1942-го, могли быть приняты военной приемкой в начале 1943 года и попасть в два разных годовых отчета. Известно, что в 1940-м выпустили 115 танков Т-34, а армия приняла только 97! И так до бесконечности… Однако обратимся к цифрам и попробуем их проанализировать. Сначала разберемся с танком Т-34, выпускавшимся с 1940 по 1944 год.

Достаточно сравнить данные таблиц, чтобы понять, что они содержат явные расхождения как по годовому выпуску танков, так и по общей численности. Причем, за исключением 1940 года, все числа в таблице 2 больше, чем в таблице 1. В чем же дело? По всей видимости — в составителях этой отчетности. Таблица 1 составлена на основе «Справки о выпуске танков заводами промышленности с 1.01.41 по 1.01.44 год» (ЦАМО. ф.38, д.663) и книги «Операции Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной вой не 1941 — 1945 годов», то есть на основе подсчетов военных. В таблице 2 использованы «Справочные данные Наркомата танковой промышленности СССР за 1941 — 1945 годы по выпуску бронетанковой техники» и данные заводов. При этом видно, что в таблицу 2 явно «прокрались» отдельные результаты подсчетов военпредов, например, число танков, выпушенных ЧКЗ в 1943 году. Кстати, если вместо 3594 для ЧКЗ поставить 3606, а для завода №174 принять 1198, то получится 15 696 танков, что совпадаете таблицей 1!

Общий выпуск танков Т-34 в годы Войны

Общий выпуск танков Т-34 в годы Войны

Выпуск Т-34 заводами НКТП

Выпуск Т-34 заводами НКТП

Производство пушек и моторов для Т-34 и Т-34-85

Производство пушек и моторов для Т-34 и Т-34-85

Общий выпуск Т-34-85

Общий выпуск Т-34-85

При сравнении данных таблиц 3 и 4 видно расхождение в количестве танков, выпушенных в 1944 году. И это несмотря на то, что таблицы составлены по наиболее часто встречающимся и наиболее достоверным данным. В ряде источников можно встретить другие цифры за 1945 год: 6208, 2655 и 1540 танков соответственно. Однако эти числа отражают выпуск танков за І2-и 3-й кварталы 1945 года, то есть примерно до конца Второй мировой войны.

Сборочный конвейер на заводе N9183 в Нижнем Тагиле.  1942 год.

Сборочный конвейер на заводе N9183 в Нижнем Тагиле.  1942 год.

Расхождения в цифрах не дают возможности абсолютно точно указать количество танков Т-34 и Т-34-85, выпушенных с 1940 по 1946 год. Это число колеблется от 61 293 до 61 382 единиц.

Говоря о производстве танков, нельзя было оставить без внимания и наиболее важные и сложные их составляющие — пушку и двигатель. При этом следует учитывать, что упомянутые в таблице 5 пушки, а в таблице 6 дизеля устанавливались не только на Т-34 и Т-34-85, но и на другие танки.

Сборка башен в цеху Челябинского Кировского завода. 1943 год. У передней башни еще не установлена подвижная бронировка пушки Ф-34.

Сборка башен в цеху Челябинского Кировского завода. 1943 год. У передней башни еще не установлена подвижная бронировка пушки Ф-34.

вернуться к меню ↑

ОПИСАНИЕ КОНСТРУКЦИИ

Танк Т-34 имел классическую компоновку с кормовым расположением трансмиссии. Внутри корпус танка делился на четыре отделения: управления, боевое, моторное и трансмиссионное.

Отделение управления находилось в носовой части танка. В нем размешались сиденья водителя и стрелка-радиста, органы управления, контрольные приборы, пулемет ДТ в шаровой установке, часть боекомплекта, радиостанция (первоначальноустанавливалась не на всех танках), приборы наблюдения, два баллона со сжатым воздухом для запасного пуска двигателя, запасные части, инструмент и принадлежности.

Отделение управления танка Т-34. Место механика-водителя.

Отделение управления танка Т-34. Место механика-водителя.

 
Отделение управления танка Т-34. Место стрелка-радиста. Вверху в центре — шаровая установка курсового пулемета. Справа — радиостанция.

Отделение управления танка Т-34. Место стрелка-радиста. Вверху в центре — шаровая установка курсового пулемета. Справа — радиостанция.

Боевое отделение находилось в средней части машины. В нем размешались сиденья командира танка (он же наводчик) и башенного стрелка (он же заряжаюший). Над боевым отделением на шариковой опоре устанавливалась башня, в которой размешались вооружение, часть боекомплекта и приборы наблюдения. В крыше башни имелся люк (позже два люка) для посадки экипажа.Моторное отделение располагалось за боевым в средней части танка и отделялось от него сплошной разборной перегородкой с люками, закрытыми съемными крышками. В моторном отделении были установлены двигатель, два водяных радиатора, два масляных бака-радиатора, четыре аккумуляторных батареи. Двигатель располагался носком в сторону кормы; радиаторы — по обеим сторонам двигателя, параллельно продольной оси танка.Трансмиссионное отделение находилось в кормовой части танка. В нем размешались главный фрикцион с центробежным вентилятором, коробка перемены передач, бортовые фрикционы с тормозами, электростартер, бортовые передачи и два топливных бака.По своей компоновке, расположению основных узлов и агрегатов танк Т-34-85 в основном был идентичен Т-34. Главные отличия были сосредоточены в боевом отделении из-за совершенно другой конструкции башни. В последней размешались три члена экипажа — командир танка, наводчик и заряжающий.Радиостанция находилась в башне (за исключением танков ранних выпусков). Основная часть боекомплекта размещалась в боевом отделении на днище и около бортов.Компоновка силового отделения отличалась расположением масляного радиатора на одном из водяных радиаторов, а трансмиссионного — размещением в нем двух воздухоочистителей. вернуться к меню ↑

Корпус танка Т-34

Корпус танка представлял собой жесткую броневую коробку с продолговатой закругленной носовой частью и кормой. Он сваривался из катаных листов гомогенной брони МЗ-2 (И8-С). Для увеличения снарядостойкости верхняя часть обоих бортов делалась наклонной. Основные части корпуса — днище, носовая часть, борта, корма, крыша и поперечные перегородки.

Зачистка сварных швов на корпусе танка Т-34.

Зачистка сварных швов на корпусе танка Т-34.

Днище — основной скрепляющий элемент корпуса — состояло из передней и задней частей, соединенных встык сварным швом. Соединение усиливалось стальной балкой Т-образного сечения, являвшейся нижней частью каркаса моторной перегородки. Балка приваривалась и приклепывалась к днищу по обе стороны стыка. Толщина днища в передней части была больше, чем в задней. В днище имелись: три люка, закрывавшиеся броневыми крышками: шесть отверстий с пробками и восемь вырезов — по четыре с каждого борта. В передней части днища возле сиденья стрелка-радиста имелся люк овальной формы для аварийного выхода экипажа из танка.В моторном отделении на днище была укреплена подмоторная установка, состоявшая из двух поперечных кронштейнов, к которым 36 болтами привинчивались две параллельные рамы. На этих рамах устанавливался двигатель.
Схема корпуса Т-34

Схема корпуса Т-34

Носовая часть корпуса состояла из передней балки, трех броневых листов, крышки люка водителя и броневого колпака пулемета.Верхний лобовой лист корпуса имел в нижней части форму прямоугольника, в верхней — форму трапеции и приваривался встык к передней балке, бортовым листам, подкрылкам и подбашенному листу. На бронекорпусах, изготовленных Сталинградской судоверфью (завод №264) в 1942 году и заводом «Красное Сормово» в 1942 и 1943 годах, верхний лобовой лист приваривался к бортовым листам с соединением в шип.
Вид на верхний лобовой лист корпуса с шаровой установкой курсового пулемета и люком механика-водителя.

Вид на верхний лобовой лист корпуса с шаровой установкой курсового пулемета и люком механика-водителя.

В листе имелись выштамповка над головой водителя, отверстие и петли для крепления крышки люка и два основания для зеркальных перископических смотровых приборов. Приборы располагались под углом 60° к продольной оси танка. В верхней части крышки люка имелось основание для центрального зеркального перископического смотрового прибора.С начала 1942 года появился люк механика-водителя более простой формы с двумя призменными смотровыми приборами, заимствованный у танка А-43. Для зашиты от пуль и осколков снарядов призмы закрывались снаружи откидными броневыми крышками, так называемыми «ресничками».С правой стороны от люка водителя в броневом колпаке располагалась шаровая установка пулемета ДТ. Начиная с 1942 года на ствол пулемета надевалась броневая маска (за исключением машин производства СТЗ).Борта корпуса состояли из нижней и верхней частей, соединенных сваркой. Нижняя представляла собой вертикальный броневой лист, имевший пять отверстий для прохода осей балансиров, четыре выреза для цапф балансиров и пять кронштейнов с площадками для крепления резиновых буферов, ограничивавших поворот балансиров. В передней части вертикального бортового листа приваривался картер механизма натяжения гусениц, а в задней части — картер бортовой передачи. Верхняя часть борта представляла собой подкрылок с горизонтальным дном и наклонным бортовым листом. С внутренней стороны к бортам приваривались восемь коробов (по четыре с каждой стороны), в которых устанавливались наклонные пружинные подвески катков. В пространстве между коробами крепились баки для горючего и масла.Корма корпуса состояла из верхнего наклонного листа, нижнего наклонного корытообразного листа и двух картеров бортовых передач. Верхний наклонный лист трапециевидной формы крепился петлями и винтами к нижнему и бортовым листам. В нем имелся четырехугольный люк (с 1942 года — круглый, за исключением танков, выпускавшихся на СТЗ), обеспечивавший доступ к агрегатам, установленным в задней части трансмиссионного отделения, и два овальных отверстия для выхлопных труб (снаружи эти отверстия защищались броневыми колпаками).Крыша над боевым отделением представляла собой броневой лист, в котором имелись большой круглый вырез для установки башни и четыре выреза для доступа к верхней части подвесок катков, закрытых сверху крышками. Крыша над моторным отделением состояла из среднего продольного листа с люком для доступа к двигателю, двух боковых листов над радиаторами, двух продольных листов жалюзи и колпаков над радиаторами.
Крышка над двигателем Т-34

Крышка над двигателем Т-34

Крыша над трансмиссионным отделением состояла из двух броневых листов над баками для топлива, двух броневых листов жалюзи, узкого концевого поперечного листа и сетки над крышей.По сравнению с Т-34, корпус танка Т-34-85 принципиальных изменений не претерпел. Все они в основном сводились к упрощению конструкции. В 1945 году из носовой части была изъята передняя балка, а верхний и нижний лобовые листы соединялись встык. К верхнему лобовому листу приваривались бонки для крепления запасных траков. Было ликвидировано отверстие для ввода антенны в правом верхнем бортовом листе. В кормовой части верхних бортовых листов приваривались крепления наружных масляного и топливных баков, а к верхним кромкам — защитные планки, предохранявшие погон башни от поражения пулями и осколками снарядов. На верхнем кормовом листе устанавливались кронштейны для крепления дымовых шашек МДШ. вернуться к меню ↑

Башня

Башня сварная, овальной обтекаемой формы, устанавливалась на шариковой опоре над боевым отделением корпуса.

В ее переднем лобовом листе имелись три выреза: центральный для установки пушки; правый для спаренного пулемета;

левый для телескопического прицела. В боковых листах башни были предусмотрены вырезы для приварки оснований смотровых приборов, а под ними — отверстия для стрельбы из револьвера.

В заднем листе ниши башни имелся люк для демонтажа пушки, его крышка крепилась четырьмя, а затем шестью болтам и. У танков, выпушенных СТЗ в 1942 году, съемным был весь кормовой лист башни (крепился восемью болтами). У сормовских машин этот люк вообще отсутствовал.

В крыше башни имелся люк трапециевидной формы, закрывавшийся откидной крышкой, в которой находились два отверстия: левое — для установки прибора кругового обзора; правое — для сигнализации. С осени 194І года прибор кругового обзора не устанавливался, а его отверстие заваривалось. На танках выпуска 1942 года этого отверстия уже не было.

В переднем листе крыши башни имелись два отверстия: слева — для установки перископического прицела: справа, на продольной оси башни, закрытое колпаком, — для вентиляции. С конца 1941 года отверстий для прицелов было два — слева и справа от вентилятора.

Кормовая часть корпуса танков разных периодов выпуска завода №183. Вверху — Т-34 выпуска 1942 года. Причем машина с такой конструкцией верхнего кормового листа могла быть изготовлена и в Нижнем Тагиле, и в Челябинске и в Свердловске. Внизу — классический Т-34-85 выпуска 1945 года.

Кормовая часть корпуса танков разных периодов выпуска завода №183. Вверху — Т-34 выпуска 1942 года. Причем машина с такой конструкцией верхнего кормового листа могла быть изготовлена и в Нижнем Тагиле, и в Челябинске и в Свердловске. Внизу — классический Т-34-85 выпуска 1945 года.

На танках первых выпусков в заднем листе крыши башни имелось отверстие для ввода антенны с приваренной бронировкой. У машин последующих выпусков это отверстие заваривалось, а позже просто не выполнялось. так как радиоаппаратуру вместе с антенным вводом перенесли из ниши башни в носовую часть корпуса (с правой стороны по ходу танка).

Помимо сварных, выпускались литые башни, в которых крыша и днише ниши вваривались после предварительной мехоб-работки. Основания боковых смотровых приборов отливались заодно с корпусом башни. В остальном литая башня отличий от сварной не имела.

Схема бронирования Т-34

Схема бронирования Т-34

В 1942 году была введена башня так называемой «улучшенной» формы, более близкая по своим очертаниям к правильному шестиграннику. Эта башня выполнялась как литой, так и штампованной.Передняя наклонная стенка башни имела прямоугольный вырез для монтажа вооружения. Снаружи вырез закрывался броневым лобовым щитом, крепившимся к башне болтами.
«Тридцатьчетверки» производства СТЗ. На переднем плане — машина со сварной башней и полностью съемным кормовым листом, крепившимся на восьми болтах. Перед ней в колонне — танки с литыми башнями.

«Тридцатьчетверки» производства СТЗ. На переднем плане — машина со сварной башней и полностью съемным кормовым листом, крепившимся на восьми болтах. Перед ней в колонне — танки с литыми башнями.

На боковых стенках башни были прорезаны две смотровые шели. оборудованные смотровыми приборами. В задней стенке ниши находилось отверстие для крепления приспособления проверки отката и наката компрессора пушки. Отверстие закрывалось заглушкой, которая изнутри башни фиксировалась гайкой.В части танков выпуска 1943 года под смотровыми шелями имелись отверстия для стрельбы из револьвера, закрывавшиеся заглушками.
Сварная башня производства СТЗ. Хорошо видны детали — пробка- заглушка амбразуры для стрельбы из личного оружия, бронировка бортового смотрового прибора с крышечкой на винтах, прицел ПТ-4-7 в боевом положении (крышка бронировки откинута).

Сварная башня производства СТЗ. Хорошо видны детали — пробка- заглушка амбразуры для стрельбы из личного оружия, бронировка бортового смотрового прибора с крышечкой на винтах, прицел ПТ-4-7 в боевом положении (крышка бронировки откинута).

Смотровые приборы Т-34

Смотровые приборы Т-34

Крыша башни представляла собой плоский броневой лист. В передней левой части крыши находилось отверстие для перископического прицела. На командирских танках в передней правой части крыши предусматривалось отверстие для командирской панорамы. В средней части крыши было оборудовано два круглых люка для входа и выхода экипажа. Между ними размешалась съемная перемычка, позволявшая вынимать через люки бортовые топливные баки, не снимая башни. В задней части крыши находился люк для вентиляции. закрытый броневым колпаком.

С лета 1943 года у ряда танков на левом люке устанавливалась командирская башенка цилиндрической формы с пятью смотровыми щелями с защитными стеклами. Во вращавшейся на шариковой опоре крыше башенки имелся люк, закрывавшийся двухстворчатой крышкой с отверстием для смотрового прибора в одной из створок. Танки с командирской башенкой съемной перемычки в крыше башни не имели.

Башня танка Т-34-85 представляла собой фасонную стальную отливку. В передней ее части имелись амбразуры для установки пушки, спаренного пулемета и прицела. Снаружи к боковым стенкам башни приваривались четыре рыма и три поручня, а на задней стенке — шесть скоб для крепления брезента.

В боковых стенках башни с каждой стороны находилось по одному отверстию для стрельбы из личного оружия, которые закрывались броневыми заглушками и щеколдами. У танков ранних выпусков с пушкой Д-5Т над этими отверстиями имелись смотровые щели, у машин выпуска 1944 — 1945 годов сохранилась смотровая щель только в правом борту башни, у места заряжающего. У Т-34-85 послевоенного производства смотровых щелей в башне не было.

В крыше башни с левой стороны устанавливалась литая командирская башенка цилиндрической формы. Для кругового наблюдения в стенках башенки были прорезаны пять смотровых щелей, закрывавшихся защитными стеклами. Во вращавшейся на шариковой опоре крыше башенки имелся люк. с двухстворчатой крышкой и с отверстием для смотрового прибора в одной из створок. У танков выпуска 1945 — 1946 голове башенкой с одностворчатой крышкой смотровой прибор устанавливался в неоткидывавшейся части крыши башенки.

Справа от башенки располагался круглый люк заряжающего, закрывавшийся крышкой. Кроме того, в крыше башни имелисьдва отверстия для установки приборов наблюдения МК-4 наводчика и заряжающего и два вентиляционных люка, закрытых приваренными к крыше броневыми колпаками, под которыми устанавливались вентиляторы боевого отделения.

Башни всех вариантов приводились во вращение электрическим поворотным механизмом или вручную. При работе электропривода максимальная скорость поворота башни достигала 4,2 об/мин.

вернуться к меню ↑

Вооружение

На танках Т-34 ранних выпусков устанавливалась 76-мм пушка обр. 1938/39 г. Л-11 с длиной ствола 30,5 калибра и начальной скоростью бронебойного снаряда — 612 м/с. Вертикальная наводка — от — 5° до +25°. Практическая скорострельность в условиях танка— 1 — 2 выстр./мин. Пушка имела вертикальный клиновой полуавтоматический затвор с устройством для отключения полуавтоматики, так как в предвоенные годы руководство ГАБТУ считало, что полуавтоматики в танковых пушках быть не должно (из-за загазованности боевого отделения). Особенностью пушки Л-11 являлись оригинальные противооткатные устройства, в которых жидкость компрессора непосредственно контактировала с воздухом накатника.

Штампованная башня  производства Уралмашзавода. 1942 год.

Штампованная башня  производства Уралмашзавода. 1942 год.

С марта 1941 года на Т-34 устанавливалась 76-мм пушка обр. 1940 г. Ф-34с длиной ствола 41,5 калибра. Масса пушки 1155 кг. Предельная длина отката 390 мм, вертикальная наводка от — 5°30′ до +26°48′. Затвор клиновой, с полуавтоматикой механического копирного типа. Противооткатные устройства пушки состояли из гидравлических тормоза отката и накатника и располагались под стволом. Выстрел из пушки производился с помощью ножного и ручного механических спусков.Пушка Ф-34 дважды модернизировалась. В ходе первого усовершенствования были изменены затвор и полуавтоматика с копир-ным устройством, спусковые механизмы, упразднен компенсатор в тормозе отката, предохранитель для запирания затвора по-походному и скоба с буфером. При второй — вместо ствола со свободной трубой установили ствол-моноблок с казенником, соединявшимся с трубой с помощью муфты.
Башня Т-34 послевоенных годов выпуска. Завода Красное Сормово

Башня Т-34 послевоенных годов выпуска. Завода Красное Сормово

На танках Т-34-85 ранних выпусков устанавливалась 85-мм пушка Д-5Т (или Д-5-Т85) с длиной ствола 51,6 калибра. Масса пушки 1530 кг. Предельная длина отката 320 мм. Пушка имела клиновой затвор, аналогичный по устройству затвору пушки Ф-34, и полуавтоматику копирного типа. Противооткатные устройства состояли из гидравлического тормоза отката и гидропневматического накатника и располагались над стволом: с правой стороны — накатник, с левой — тормоз отката.С марта 1944 года на танк Т-34-85 устанавливалась 85-мм пушка С-53 (а затем ЗИС-С-53) обр. 1944 года с длиной ствола 54,6 калибра. Масса качающейся части пушки без бронировки 1150 кг. Предельная длина отката 330 мм. Вертикальная наводка от — 5° до +22°. Затвор пушки — вертикально-клиновой с полуавтоматикой копирного типа. Спусковой механизм пушки состоял из электрического и механического (ручного) спусков. Рычаг электроспуска располагался на рукоятке маховика подъемного механизма, а рычаг ручного спуска — на левом щите ограждения пушки.
Чертёж пушки Л-11

Чертёж пушки Л-11

Танк вооружался двумя 7,62-мм пулеметами ДТ, один из них был спарен с пушкой, другой смонтирован в шаровой установке в лобовом листе корпуса.Для веления стрельбы из пушки Л-11 применялись телескопический прицел ТОД-6 и перископический панорамный прицел ПТ-6; для стрельбы из пушки Ф-34 — телескопический прицел ТОД-7 и перископический панорамный прицел ПТ-7, впоследствии замененные на телескопический прицел ТМФД-7 и перископический панорамный прицел ПТ-4-7. На части танков помимо штатного перископического прицела устанавливалась командирская панорама ПТ-К.
Вид внутрь башни танка Т-34 через башенный люк. Слева от казенника пушки Ф-34 хорошо различима трубка телескопического прицела ТМФД-7, выше ее — налобник и окуляр перископического прицела ПТ-4-7и маховик поворотного механизма башни. Над последним размещен аппарат № 1 ТПУ командира танка. Левее и ниже аппарата ТПУ видна рамка бортового смотрового прибора, пользоваться которым, судя по снимку, командиру танка было весьма затруднительно.

Вид внутрь башни танка Т-34 через башенный люк. Слева от казенника пушки Ф-34 хорошо различима трубка телескопического прицела ТМФД-7, выше ее — налобник и окуляр перископического прицела ПТ-4-7и маховик поворотного механизма башни. Над последним размещен аппарат № 1 ТПУ командира танка. Левее и ниже аппарата ТПУ видна рамка бортового смотрового прибора, пользоваться которым, судя по снимку, командиру танка было весьма затруднительно.

Для ведения огня с закрытых позиций с 1943 года пушка Ф-34 выпускалась с боковым уровнем, укрепленным на люльке.Для стрельбы прямой наводкой из пушки Д-5Т испсшьзовалисьтелескопический прицел ТШ-15 и перископический ПТК-5, из пушек С-53 и ЗИС-С-53 — телескопический прицел ТШ-16. Для стрельбы с закрытых позиций — боковой уровень и башенный угломер.
Маск-установки пушки Ф-34: слева — стандартная, справа — упрощенная, завода №264 (Сталинградская судоверфь).

Маск-установки пушки Ф-34: слева — стандартная, справа — упрощенная, завода №264 (Сталинградская судоверфь).

Для стрельбы из пушек Л-11 и Ф-34 применялись унитарные патроны от дивизионных пушек обр. 1902/30 г. и обр. 1939 г. и от полковой пушки обр. 1927 г.:—        с осколочно-фугасной дальнобойной гранатой (стальной ОФ-350 и сталистого чугуна ОФ-350А) и взрывателем КТМ-1;—        с фугасной гранатой старого русского образца (Ф-354) и взрывателями КТ-3, КТМ-3 или ЗГТ;—        с бронебойно-трассируюшим снарядом (БР-350А, БР-350Б, Р-350СП) и взрывателем МД-5;—        с бронепрожигаюшим снарядом (БП-353А) и взрывателем БМ;—        с пулевой шрапнелью (Ш-354 и Ш-354Т) и шрапнелью Гартца (Ш-354Г), с трубками — 22-секундной или Т-6;—        со стержневой шрапнелью (Ш-361) и трубкой Т-ЗУГ;—        с картечью (Ш-350).В октябре 1943 года был принят на вооружение и стал включаться в боекомплект танка Т-34 унитарный патрон с подкалиберным бро небойно-трассируюшим снарядом (БР-354П).
Качающаяся часть пушки Ф-34

Качающаяся часть пушки Ф-34

Втанках1940 — 1942 года выпуска боекомплект состоял из 77 выстрелов, которые укладывались на полу боевого отделения и на его стенках. На полу танка устанавливались 20 высоких (на 3 выстрела) и 4 низких (на 2 выстрела) чемоданов — всего68 снарядов. На стенках боевого отделения размешались9 выстрелов: на правой стороне — 3, в обшей горизонтальной укладке, и на левой — 6, в двух горизонтальных укладках по 3 выстрела.Втанках 1942 — 1944 года выпусках «улучшенной» башней боекомплект состоял из 100 выстрелов (бронебойных — 21, осколочно-фугасных — 75, подкалиберных — 4). Для укладки выстрелов на полу боевого отделения было оборудовано 8 ящиков на 86 выстрелов. Остальные 14 выстрелов размещались так: 2 бронебойно-трассируюших — в кассетах на крышке ящика в правом заднем углу боевого отделения, 8 осколочно-фугасных — налевом борту боевого отделения и 4 подкалиберных — в кассетах на правом борту.
Чертёж внутреннего пространства башни Т-34-85

Чертёж внутреннего пространства башни Т-34-85

Для стрельбы из 85-мм танковых пушек служили штатные боеприпасы от 85-мм зенитной пушки обр. 1939 года:—        унитарный патрон с бронебойно-трассирующим тупоголовым снарядом (БР-365) с баллистическим наконечником с взрывателями МД-5 и МД-7;—        унитарный патрон с бронебойно-трассируюшим остроголовым снарядом (БР-365К) с взрывателем МД-8;—        унитарный патрон с осколочной стальной гранатой (0-365К.) с взрывателем КТМ-1;—        унитарный патрон с подкалиберным бронебойно-трассируюшим снарядом БР-365П (принят на вооружение в феврале 1944 года).Боекомплект пушки состоял из 55 артвыстрелов (осколочных — 36, бронебойных — 14, подкалиберных — 5) и размещался в корпусе и башне танка в трех типах укладок: стеллажной, хомутиковых и ящиках.
Танки Т-34 и Т-34-85 перед парадом в Ленинграде, 1945 год.  На переднем плане башня танка 1944 года выпуска с двухстворчатой крышкой люка командирской башенки, приборами наблюдения МК-4 без броневых крышек и пушкой С-53. Вторая машина в этом ряду — выпуска 1945 года.

Танки Т-34 и Т-34-85 перед парадом в Ленинграде, 1945 год.  На переднем плане башня танка 1944 года выпуска с двухстворчатой крышкой люка командирской башенки, приборами наблюдения МК-4 без броневых крышек и пушкой С-53. Вторая машина в этом ряду — выпуска 1945 года.

Стеллажная укладка на 12 выстрелов находилась в нише башни. В нее входили выстрелы с осколочной гранатой.Хомутиковые укладки располагались: на правом борту башни — на 4 артвыстрела; в отделении управления у правого борта корпуса — на 2 артвыстрела; в правом заднем углу боевого отделения — на 2 артвыстрела. На правом борту башни укладывались выстрелы с бронебойными снарядами, а в отделении управления и боевом — с подкалиберными снарядами.
Характеристики снарядов танка Т-34

Характеристики снарядов танка Т-34

В шести ящиках, расположенных на днище боевого отделения, размешалось 35 выстрелов, из них: 24 — с осколочной гранатой, 10 — с бронебойным снарядом и 1 — с подкалиберным.
Размещение боеукладок в танке:

Размещение боеукладок в танке:

Размещение боеукладок в танке:1 — укладка артвыстрелов на правом борту башни;2 — укладка артвыстрелов в нише башни;3 — укладка артвыстрелов в правом углу боевого отделения;4 — укладка пулеметных магазинов слева от сиденья механика-водителя;5 — укладка артвыстрелов на полу боевого отделения в ящиках;6 — укладка пулеметных магазинов на нижнем носовом листе корпуса;7 — укладка пулеметных магазинов в отделении управления справа от сиденья пулеметчика;8 — укладка артвыстрелов в отделении управления;

9 — укладка пулеметных магазинов на правом борту башни

Боекомплект пулеметов первоначально состоял из 2898 патронов (46 дисков). У танков ранних выпусков, не имевших радиостанции, он включал 4725 патронов (75 дисков). В Т-34 с «улучшенной» башней размещалось 3150 патронов к пулеметам (50 дисков), вТ-34-85 — 1953 патрона (31 диск). В боевом отделении укладывались один пистолет-пулемет ППШ. 4 магазина к нему и 25 ручных фанат Ф-1.

Характеристики снарядов

Характеристики снарядов

вернуться к меню ↑

Двигатель и трансмиссия

На танках Т-34 и Т-34-85 устанавливался 12-цилиндровый четырехтактный бескомпрессорный дизель В-2-34. Номинальная мощность двигателя — 450 л.с. при 1750 об/мин, эксплуатационная — 400 л.с. при 1700 об/мин, максимальная — 500 л.с. при 1800 об/мин. Диаметр цилиндра 150 мм. Цилиндры располагались V-образно под углом 60°. Степень сжатия 14 — 15. Ход поршней левой группы — 180 мм, правой — 186,7 мм. Масса сухого двигателя с электрогенератором без выхлопных коллекторов 750 кг.

Вид на двигатель танка Т-34 со стороны башни. За «блином» воздухоочистителя виден заливной тройник  с паровоздушным клапаном, предназначенный для заливки воды в систему охлаждения. По бортам, между шахтами подвески видны масляные баки.

Вид на двигатель танка Т-34 со стороны башни. За «блином» воздухоочистителя виден заливной тройник  с паровоздушным клапаном, предназначенный для заливки воды в систему охлаждения. По бортам, между шахтами подвески видны масляные баки.

Топливо — дизельное, марки ДТ или газойль марки «Э» по ОСТ 8842; подавалось принудительно, с помощью двенадцатиплунжерного топливного насоса НК-1.

Танки Т-34 ранних выпусков имели шесть внутренних топливных баков общей емкостью 460 л и четыре наружных общей емкостью 134 л. К концу лета 1943 года число топливных баков довели до восьми, а их емкость возросла до 545 л. Вместо четырех бортовых стали устанавливать два кормовых бака прямоугольной формы, а с 1943 года — два цилиндрических бака емкостью по 90 л с каждого борта. Наружные топливные баки к системе питания двигателя не подключались. В таком виде система питания сохранилась и на Т-34-85.

Вид  на трансмиссию танка Т-34. Сверху на коробке передач установлен электростартер, по бокам — бортовые фрикционы.

Вид  на трансмиссию танка Т-34. Сверху на коробке передач установлен электростартер, по бокам — бортовые фрикционы.

Система смазки — циркуляционная, под давлением. Циркуляцию масла обеспечивал шестеренчатый трехсекцнонный масляный насос. Емкость внутренних масляных баков 76 л, наружного (у Т-34-85) — 90 л.

Система охлаждения — жидкостная, закрытая, с принудительной циркуляцией. Радиаторов — два, трубчатых, установленных по обе стороны от двигателя с наклоном в его сторону, обшей емкостью 90 — 95 л.

Для очистки воздуха, поступавшего в цилиндры двигателя, на танке Т-34 устанавливался воздухоочиститель типа «Помон», а с января 1943 года —два воздухоочистителя типа «Циклон», на Т-34-85 — «Мультициклон».

Пуск двигателя осуществлялся электростартером СТ-700 мощностью 15 л.с. или сжатым воздухом (два баллона размещались в отделении управления)

Трансмиссия состояла из многодискового главного фрикциона сухого трения (сталь по стали), коробки передач, бортовых фрикционов. тормозов и бортовых передач.

Коробка передач трехходовая, четырехскоростная с надвижными шестернями (с марта 1943 года — пятискоростная, с постоянным зацеплением шестерен). Бортовые фрикционы многодисковые, сухие (сталь по стали); тормоза плавающие, ленточные, с обшивкой ферродо. Бортовые передачи одноступенчатые.

вернуться к меню ↑

Ходовая часть Т-34

ХОДОВАЯ ЧАСТЬ танка применительно к одному борту состояла из пяти сдвоенных опорных катков диаметром 830 мм. Опорные катки, выпускавшиеся разными заводами и в разное время, существенно отличались по конструкции и внешнему виду: литые или штампованные, с резиновыми бандажами или с внутренней амортизацией (летом 1942 года СТЗ выпускал катки вообще без амортизации).

Подвеска индивидуальная, пружинная.

Ведущие колеса заднего расположения имели шесть роликов для зацепления с гребнями гусеничных траков. В 1942 году часть танков была выпушена с цельнолитыми ведущими колесами без роликов. У Т-34 ранних выпусков ведущие колеса имели резиновые, а затем стальные бандажи.

Ведущие колеса танков Т-34 разных периодов выпуска. Вверху— раннего образца, с фиксацией осей роликов корончатыми гайками. В центре — цельнолитое без роликов образца 1942 года. Внизу — позднего образца с фиксацией осей роликов чеками.

Ведущие колеса танков Т-34 разных периодов выпуска. Вверху— раннего образца, с фиксацией осей роликов корончатыми гайками. В центре — цельнолитое без роликов образца 1942 года. Внизу — позднего образца с фиксацией осей роликов чеками.

Направляющие колеса литые, с кривошипным механизмом натяжения гусениц. У танков ранних выпусков направляющие колеса были обрезинены.

Гусеницы стальные, с литыми или штампованными траками, с гребневым зацеплением. У танков ранних выпусков они состояли из 74 траков (37 гребневых и 37 плоских) шириной 550 мм. У машин выпуска 1942 — 1946 годов гусеницы состояли из 72 траков шириной 500 мм, шаг трака 172 мм. Масса одной гусеницы 1150 кг.

вернуться к меню ↑

Электрооборудование Т-34

ЭЛЕКТРООБОРУДОВАНИЕ было выполнено по однопроводной схеме. Напряжение 24 и 12 В. Источники: генератор ГТ-4563А мощностью 1 кВт, четыре аккумуляторные батареи 6-СТЭ-128 емкостью 128 А.ч каждая. Потребители: электростартер СТ-700, электромотор поворотного механизма башни, электромотор вентилятора (у Т-34-85 — два), контрольные приборы, аппаратура внешнего и внутреннего освещения, электросигнал, умформер радиостанции и лампы ТПУ.

вернуться к меню ↑

Средства связи Т-34

СРЕДСТВА СВЯЗИ. На Т-34 устанавливалась коротковолновая приемо-передающая симплексная телефонная радиостанция 9-Р (на танках первых выпусков 71 -ТК-3), имевшая возможность принимать телеграфные немодулированные сигналы. С 1943 года Т-34, позже и Т-34-85, начали оснащаться модернизированными радиостанциями 9-РМ и 9-РС с расширенным диапазоном.

На танках ранних выпусков внутренняя связь обеспечивалась танковым переговорным устройством ТПУ-2 или ТПУ-3 довоенного образца. Позже все танки Т-34 и Т-34-85 обеспечивались переговорным устройством ТПУ-З-бисФ.[/collapsed]

[collapsed title=Тактико-технические характеристики танков Т-34 и Т-34-85]

вернуться к меню ↑

БОЕВЫЕ И ИНЖЕНЕРНЫЕ МАШИНЫ НА БАЗЕ ТАНКОВ Т-34 И Т-34-85

вернуться к меню ↑

Артиллерийские и эвакуационные тягачи

Первая попытка создания на базе Т-34 машин специального назначения была предпринята накануне войны. Речь идет об артиллерийском тягаче АТ-42, которым планировали заменить в войсках тяжелый тягач «Ворошиловец». Его проект утвердили в августе 1940 года. Тягач АТ-42 массой 17 т, с платформой грузоподъемностью 3 т и двигателем В-2 мощностью 500 л.с. должен был развивать скорость до 33 км/ч при тяговом усилии на крюке в 15 т. Опытные образцы АТ-42 изготовили в 1941-м, но дальнейшие работы по их испытанию и производству пришлось свернуть в связи с эвакуацией завода из Харькова.

Артиллерийские тягачи АТ-42 и АТ-45

Артиллерийские тягачи АТ-42 и АТ-45

Весной 1944 года на восстановленном после освобождения Харькова паровозостроительном заводе, которому был присвоен №75, изготовили опытные образцы тяжелого тягача АТ-45, предназначавшегося для буксировки орудий массой до 22 т. АТ-45 спроектировали на базе агрегатов танка Т-34-85. На нем устанавливался такой же дизель В-2, но с мощностью, уменьшенной до 350 л.с. при 1400 об/мин. В 1944 году завод изготовил семь тягачей АТ-45. В сентябре шесть из них были переданы на войсковые испытания, которые в целом прошли успешно. Однако, вместо ожидавшегося заказа на 50тягачей завод №75 получил распоряжение об освоении производства нового среднего танка Т-44. Документация на АТ-45 была передана на восстанавливавшийся Харьковский тракторный завод, но это предприятие освоить его выпуск так и не смогло.

С 1942 года в армейских ремонтных мастерских часть танков Т-34 была переоборудована в БРЭМ. С машин снимались башни, отверстие под их установку заваривали броневым листом, в котором оборудовался входной люк (в 1944 году на него иногда устанавливали командирскую башенку) и оснащали их лебедкой, а иногда и кран-стрелой. В 1944 году производство таких тягачей было налажено на тыловых танкоремонтных заводах.

вернуться к меню ↑

Бронированный тягач АТ-42. 1940 г. СССР

Помимо работ по усилению броневой защиты серийного танка Т-34, малой и большой его модернизации, КБ завода № 183 (Харьковский ПЗ) на базе шасси машины был разработан тяжелый тягач — АТ-42 (технический проект 42).

В ноябре 1940 г. завод изготовил два опытных образца бронированного тягача АТ-42, которые в декабре того же года прошли заводские испытания. Во время испытаний были выявлены дефекты в работе коробки передач, гусенич­ного движителя, тяговой лебедки и др. Машина была отправ­лена на доработку.

Тяжелый тягач АТ-42 имел бронированную рубку в передней и средней части корпуса, в которой размещалось отделение управления и моторное отделение. Лобовая броня рубки имела толщину 50 мм, бортовая — 15 мм. В кормовой части корпуса размеща­лось трансмиссионное отделение, а перед ним — отделение тя­говой лебедки. Над крышей трансмиссионного отделения и тя­говой лебедки размещалась грузовая платформа грузоподъем­ностью 3 тс, на которой устанавливались сиденья для перевоз­ки личного состава и брезентовый тент. Дизель В-2 мощнос­тью 500 л.с. (367,6 кВт) обеспечивал машине массой 17 т макси­мальную скорость до 33 км/ч и позволял развивать тяговое усилие на крюке до 15 тс. Для самообороны тягач был воору­жен пулеметом ДТ, установленным в шаровой опоре справа в лобовом листе рубки.

Накануне Великой Отечественной войны 17 июня 1941 г. ГАБТУ были выданы ТТТ на разработку самоходно-артиллерийской установки на базе АТ-42 шасси танка Т-34, хотя вопрос о со­здании такой машины поднимался еще в июне 1940 г. Соглас­но выданным требованиям предполагалось создание безбашенной боевой машины с турельной установкой 85-мм пушки, имеющей горизонтальный сектор обстрела 30″ и углы верти­кального наведения от -2″ до +15°, с обязательной защитой экипажа сверху от огня низколетящих самолетов. Для само­обороны боевого расчета предусматривалась установка пуле­мета ДТ на тяжелый бронированный тягач АТ-42. В бо-42екомплект установки входили 45-50 артиллерий­ских выстрелов. Броневая защита 24-тонной машины была вы­полнена из броневых листов толщиной 10, 16, 25 и 30 мм. Эки­паж установки состоял из четырех человек. Предполагалась также разработка башенного варианта машины на шасси тан­ка Т-34М с обеспечением кругового обстрела, установкой ко­мандирской башенки, возможностью стрельбы с закрытых по­зиций и увеличением скорострельности до 6-8 выстр./мин. В этом варианте боевая масса машины составляла 20 т, экипаж — пять человек. В боекомплект 85-мм пушки входили 65-70 вы­стрелов. Броневая защита была сохранена на уровне предыдущего образца.

Все работы над танками Т-34М, Т-34Т, Т-60, Т-44 и доработ­ки АТ-42 были прекращены в связи с началом Великой Отече­ственной войны и сосредоточением всех усилий на серийном выпуске Т-34.

вернуться к меню ↑

Мостоукладчики

В ноябре 1942 года на танкоремонтном заводе №27 в Ленинграде по предложению генерал-полковника Г.А.Федорова изготовили на базе «тридцатьчетверки» небольшую партию мостоукладчиков ТМ-34 с металлическим колейным мостом длиной 7,7 м. Машина представляла собой линейный танк Т-34 без башни (или с башней, имевшей ограниченные углы наведения пушки), на котором была смонтирована металлическая ферма, шар-нирно закрепленная в его кормовой части. По замыслу конструкторов, машина должна была заезжать в противотанковый ров. как бы заполняя его собой, после чего по мостовой ферме могли проезжать танки. Такая конструкция мостоукладчика ограничивала его применение, поэтому ТМ-34 на вооружение не принимался. Изготовленные мостоукладчики принимали участие в наступательных операциях Ленинградского фронта.

вернуться к меню ↑

Танки-тральщики

В боевых действиях использовалась еще одна инженерная модификация танка Т-34, оснащенная противоминным тралом ПТ-3 (ПТ-34). Этот трал был разработан группой конструкторов под руководством преподавателя Военно-инженерной академии имени Куйбышева П.М.Мугалева. который работал над этой проблемой еще до начала войны, будучи еще адъюнктом.

К 1942 году конструкция трала оформилась окончательно. Он состоял из набора стальных дисков, объединенных в два катка, по пять дисков в каждом. По окружности лиски имели стальные шпоры, которые, вдавливаясь в грунт, заставляли срабатывать взрыватели мин. Каждый каток оставлял след шириной 1400 мм. Катки, посаженные на оси, крепились к кронштейну, шарнирно связанному с дышлом, которое также шарнирно крепилось к корпусу танка. Масса трала в сборе составляла 5300 кг, общая полоса траления — 3600 мм.

Танк Т-34, оборудованный колейным катковым минным тралом ПТ-3. Курская дуга, лето 1943 года.

Танк Т-34, оборудованный колейным катковым минным тралом ПТ-3. Курская дуга, лето 1943 года.

Противоминный трал ПТ-3 успешно прошел испытания и в 1942 году был принят на вооружение. Его производство осуществлялось с апреля 1943 года на Тульском машиностроительном заводе. Трал устанавливался на танки Т-34.

В середине 1943 года был сформирован инженерно-танковый полк, получивший боевое крещение на Воронежском фронте. Полк имел две танковые роты Т-34 и подразделения обеспечения (22 средних танка, 18 тралов и средства их транспортировки).

Танк Т-34-85 оснащенный катковым минным тралом ПТ-3.

Танк Т-34-85 оснащенный катковым минным тралом ПТ-3.

В 1944 — 1945 годах конструкция трала ПТ-3 была доработана для установки его на танк Т-34-85. Трал получил обозначение ПТ-ЗМ.[/collapsed]

[collapsed title=Огнеметные танки]

С середины 1942 года часть танков Т-34, выпускавшихся на заводах №112 и №183, оборудовалась огнеметами. Огнемет устанавливался вместо курсового пулемета; внешне огнеметный танк ТО-34 (или ОТ-34) почти ничем не отличался от линейного. Углы вертикальной наводки огнемета находились в пределах от — 2° до +10°, горизонтальной — 12° вправо и 3° влево.

Огнеметный танк ТО-34 во время испытаний на полигоне в Кубинке. 1944 год.

Огнеметный танк ТО-34 во время испытаний на полигоне в Кубинке. 1944 год.

Огнеметные танки ТО-34 вооружались поршневым огнеметом АТО-41 производства завода №222. Выстрел огнесмеси (60% мазута и 40% керосина) осуществлялся за счет давления пороховых газов от сгорания заряда к 45-мм пушечному патрону. Перезарядка огнемета и подача очередного патрона производились автоматически, под влиянием гидравлического напора огне-смеси. Струя огнесмеси поджигалась бензиновым факелом, а последний — электрической искрой. Огнемет мог производить как одиночные выстрелы, так и автоматические (очередь из 3 — 4 выстрелов). Дальность огнеметання достигала 60 — 65 м. За один выстрел расходовалось до Юл огне-смеси. Темп стрельбы достигал 3 выстрелов за Юс. Емкость резервуара — 105 л, емкость бензобачка — 2 л. Боекомплект пушки на огнеметных танках остался неизменным, боекомплект пулемета сократился до 2750 патронов.

Бронемаски пулемёта и огнемёта Т-34

Бронемаски пулемёта и огнемёта Т-34

После начала производства танков Т-34-85 для них на заводе № 174 разработали чертежи огнеметной установки, которая принципиально не отличалась от предыдущей. С июля 1944 года начался выпуск танков ОТ-34-85, у которых вместо курсового пулемета был смонтирован пороховой огнемет АТО-42.Огнемет АТО-42 отличался от АТО-41 в основном конструкцией отдельных узлов и деталей, увеличенной до 200 л емкостью резервуара для огнесмеси и количеством баллонов со сжатым воздухом. До 60 — 70 м увеличилась дальность огнеметания и до 24 — 30 выстр/мин. скорострельность огнемета.Помимо выпуска огнеметных танков с поршневыми огнеметами в 1942 году были испытаны и поступили на вооружение танков Т-34 фугасные огнеметы (ФОГ).
ТО-34 выпуска 1943 года

ТО-34 выпуска 1943 года

вернуться к меню ↑

Командирские танки

Незначительное число «тридцатьчетверок» было переоборудовано в командирские Т-34К и Т-34Г. На первом устанавливались авиационная радиостанция средней мощности РСБ и дополнительный силовой агрегат для ее питания. Боекомплект пушки при этом уменьшился до 39 выстрелов. Вариант Т-34Г (генеральский) был выпущен в считанных экземплярах и оснащался радиостанцией с радиусом действия 120 км.

вернуться к меню ↑

Танки-истребители

Работы по усилению огневой мощи танка Т-34 начались летом 1940 года. Именно тогда 45-мм танковые пушки признали бесперспективными и для их замены решили изготовить пушки калибра 55 — 60 мм. Поскольку разработкой 57-мм противотанковой пушки большой мощности уже занималось ОКБ завода №92, ему и сделали заказ на танковую пушку аналогичного калибра.

19 мая 1941 года на Софринском полигоне проходили испытания установленной в танке Т-34 57-мм пушки ЗИС-4 конструкции В. Г. Грабина, созданной на основе противотанковой пушки ЗИС-2. Во время испытаний бронебойный снаряд массой 3.14 кг на дистанции 1000 м пробил 70-мм броневой лист, расположенный под углом 30″. Боевая скорострельность составила 5 выстр/мин. Вместе с тем, испытания выявили малую живучесть орудия (разгар ствола после 100— 150 выстрелов) и недостаточную кучность стрельбы. После доработки конструкции ствола, вызванного введением флегматизатора и изменением крутизны нарезки, пушка в танке Т-34 вновь испытывалась на Софринском полигоне. В июле она была запушена в серийное производство на заводе N 92. После унификации ЗИС-4 с Ф-34 она отличалась от последней только более длинной трубой ствола, клином затвора и грузом на люльке (противовесом) для уравновешивания. В сентябре 1941 года танк был запущен в серию на заводе №183 и СТЗ под названием «танк-истребитель». Однако, изготовив 42 боевых машины, производство остановили из-за прекращения выпуска пушек ЗИС-4 (да и ЗИС-2).

В 1943-м об этих пушках вспомнили, поскольку они оказались единственными артсистемами, способными бороться с новыми немецкими тяжелыми танками. В мае 1943 года на вооружение вновь был принят «Т-34 танк-истребитель» с пушкой ЗИС-4М. В июле — августе 1943 года на Гороховецком полигоне проходили испытания четырех танков Т-34 с 57-мм пушками. Результаты оказались вполне удовлетворительными, однако требовалось устранить кое-какие дефекты в конструкции орудия. Три «танка-истребителя» 15 августа 1943 года отправили на фронт, где они проходили войсковые испытания в составе «особой танковой роты». Правда, в бой с танками противника им вступить так и не пришлось, 57-мм пушки испытывались лишь стрельбой по подбитым вражеским боевым машинам и дзотам. Устранение дефектов пушки на заводе №92 затянулась аж до октября 1943 года. Так как в это время полным ходом шло проектирование 85-мм артсистем, работы по ЗИС-4М были прекращены.

Попытки создания «танков-истребителей», если понимать под этим определением боевые машины, оснащенные пушками особой мощности, продолжались и в 1944 году.

Танк Т-34 с 57-мм пушкой ЗИС-4 во время испытаний на Софринском полигоне. Лето 1941 года.

Танк Т-34 с 57-мм пушкой ЗИС-4 во время испытаний на Софринском полигоне. Лето 1941 года.

Начались эти работы в июле 1944 года  с задание на установку 100-мм пушки в штатной башне Т-34-85, которое получили сразу два конструкторских бюро: ОКБ № 9 и отдел 520 завода № 183. Но буквально первые же прикидки показали, что штатного башенного погона серийного Т-34 диаметром 1600 мм для этого недостаточно.

Однако, конструкторы горьковского ОКБ № 92 во главе с А.Савиным всё же смогли вполне корректно установить 100 мм пушку ЗИС-100 в башню Т-34-85. Пушка ЗИС-100 была разработана на основе серийного 85-мм пушки ЗИС-С-53. Но испытания Т-34-100 с этим орудием разочаровали. Отдача у этого мощного орудия была столь велика, что трансмиссия и ходовая часть Т-34-85 её не выдерживались. Попытка решить проблему путём установки щелевого дульного тормоза, не помогла. Требовалась радикальная переделка этих узлов, а это уже практически новая машина.

Т-34-100 с пушкой ЗиС-100 в штатной башне Т-34-85

Т-34-100 с пушкой ЗиС-100 в штатной башне Т-34-85

Другим путём пошёл А.А. Морозов на заводе №183. В это время на этом заводе полным ходом шло проектирование Т-44В (будущего Т-54), и он предложил установить на Т-34 уже готовую башню от перспективного танка. Правда, диаметры погонов башни Т-34 и нового танка, хоть не значительно, но различались 1600 мм был у Т-34, а башня была рассчитана на погон в 1700 мм — у Т-44В. Эту проблему решили путём некоторой переработкой корпуса серийной машины. Эти изменения заключадись, в изъятии курсового пулемета, и благодаря этому на сократить экипаж на одного человека, уменьшена толщина днища и крыши нал двигателем, в отделение управления были перенесены в топливные баки, пришлось опустить сиденье механика-водителя, подвеска 2-го и 3-го опорных катков выполнена так же, как и подвеска первых катков, поставлены пятироликовыс ведущие колеса. В таком виде эта машина получила обозначение Т-34-100. Масса нового танка поднялась до 33 т.

В феврале — марте 1945 года эта машина прошла испытания на Свердловском и Гороховецком полигонах. Причем по ходу испытаний в Т-354-100 устанавливалась сразу две разных пушки —  ЗИС-100 и Д-10, которую использовало от ОКБ № 9. В ходе испытаний выяснилось что кучность стрельбы была невысокой, а нагрузки на трансмиссию при выстреле хоть и заметно снизилась, но всё равно была чрезмерно большой. Но не смотря на это, танк понравился военным и они потребовали продолжения работ над ним. Но устранить эти, казалось бы небольшие недостатки, быстро так и не удалось.

Т-34-100 с увеличенной башней

Т-34-100 с увеличенной башней

В конце 1944 года в КБ завода № 92 в Горьком было спроектировано новое 100-мм орудие ЛБ-1, которое обладало заметно более низкой отдачей. Естественно, эту пушку также попытались установить на разрабатываемый Т-34-100. По устройству пушка ЛБ-1 была идентичной Д-10. Ствол орудия состоял из трубы моноблока, навинтного казенника и дульного тормоза такой же конструкции, что и у ЗИС-100. Из-за этого длина танка вместе с пушкой выросла до 9150 мм, так как ствол орудия на 3340 мм выходил за габариты машины, что очень плохо сказывалось на проходимости танка.

Но тем не менее, 6 по 14 апреля 1945 года на Гороховецком полигоне прошли испытания танка Т-34-100 с пушкой ЛБ-1. В ходе испытаний было произведено 1000 выстрелов и пройдено 501 км. Скорострельность ЛБ-1 составила 5,2 — 5,8 выстр/мин. Кучность стрельбы у нового орудия оказалась выше, чем у предшественников, и нагрузка на ходовую часть и трансмиссию заметно ниже. Машина полностью превосходила предыдущие варианты танка Т-34-100.

Приёмная комиссия сделала заключение, что «после устранения выявленных недостатков пушка может быть рекомендована к принятию на вооружение». Однако, несмотря на большой интерес военных к танку Т-34-100, серийное его производство так и не было начато. Война подходила к концу, да и Т-44, превосходивший Т-34-100, был на выходе. Смысл производства этой машины просто пропал.

Могла ли такая машина быть запущена в серию? Вполне, если бы сразу на испытаниях она проявила себя так как весной 1945. А так устранения недостатков, просто затянулось.

вернуться к меню ↑

ЭКСПЛУАТАЦИЯ И БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ

вернуться к меню ↑

Накануне войны

Первые серийные танки Т-34 поступили в танковые соединения РККА поздней осенью 1940 года. Однако плановая боевая учеба началась лишь весной 1941 года. К сожалению, на освоении нового танка самым негативным образом сказались многочисленные реорганизации танковых войск, проводившиеся в течение двух предвоенных лет.

Немецкие солдаты осматривают подбитый танк Т-34. Лето 1941 года.  Эта машина оснащена литой башней, что было редкостью -большая часть «тридцатьчетверок» довоенного выпуска, тем более ранних, с пушкой Л-11, имела сварные башни.

Немецкие солдаты осматривают подбитый танк Т-34. Лето 1941 года.  Эта машина оснащена литой башней, что было редкостью -большая часть «тридцатьчетверок» довоенного выпуска, тем более ранних, с пушкой Л-11, имела сварные башни.

Как известно, 21 ноября 1939 года Главный военный совет РККА принял решение о расформировании всех четырех имевшихся на тот момент в Красной Армии танковых корпусов. Вместо них были созданы танковые бригады РГК и механизированные дивизии. Меньше чем через год Наркомат обороны принимает диаметрально противоположное решение и приступает к формированию девяти механизированных корпусов. Наконец, в феврале — марте 1941 года началось развертывание еще 20 механизированных корпусов — увы, для этого армия не располагала ни кадрами, ни достаточным количеством техники. Тем не менее, весь последний предвоенный год тянулись бесконечные переформирования: одни соединения развертывались, другие ликвидировались, в состав танковых войск передавались части из других родов войск и т.д. Все это сопровождалось перемещением частей и соединений из одних мест дислокации вдру-гие. Так, к началу Великой Отечественной войны относительно боеспособными были только те девять мехкорпусов. к формированию которых приступили летом 1940-го. Но и в них организация боевой учебы в ряде случаев оставляла желать лучшего. Широко практиковалась порочная по своей сути система «сбережения моторесурса техники», при которой экипажи занимались боевой подготовкой на изношенных до предела машинах учебно-боевого парка. При этом новая, более совершенная и зачастую существенно отличавшаяся от танков ранних выпусков боевая техника находилась на хранении в боксах. Было уже мало толку от использования танков БТ-2 для обучения экипажей БТ-7, но этот процесс превращался в полный абсурд, когда в ходе подготовки механиков-водителей для Т-34 новобранцев сажали на старенькие Т-26! Например, к 1 декабря 1940 года в танковых частях Красной Армии имелось всего 37 Т-34. Естественно, что такое количество не могло обеспечить нормального обучения танкистов. К I нюня 1941 года в западных военных округах имелось уже 832 Т-34, но из этого количества эксплуатировалось только 38 машин! В результате до начала войны удалось подготовить не более 150 экипажей для танков Т-34.

Завязший на заливном лугу и брошенный экипажем Т-34 довоенного выпуска. Западный фронт, июль 1941 года. Пойма р.Друть под Толочином.

Завязший на заливном лугу и брошенный экипажем Т-34 довоенного выпуска. Западный фронт, июль 1941 года. Пойма р.Друть под Толочином.

Существуют расхождения в количественной оценке парка танков Т-34 в Красной Армии к началу фашистского вторжения. Наиболее часто упоминается, что к 22 июня 1941 года заводы успели выпустить 1225 танков Т-34. Это не совсем верно. Указанное число танков было сделано за 1940 год (115) и за первое полугодие 1941 года (1110), которое, как известно, заканчивается не 22 июня, а 30. Из этого числа военной приемкой были приняты в 1940 году — 97 машин, а в 1941-м — 1129. При сложении цифр получаем 1226 боевых машин (расхождение в одну машину между изготовленными и принятыми танками можно считать вполне допустимым для статистики).

Нет единства во мнениях и относительно количества танков Т-34, находившихся на 22 июня в приграничных военных округах. Наиболее часто встречается число 967. Однако количество танков (да и не только танков) того или иного типа на день начала войны никто не считал. Сводки по наличию боевых машин в войсках подавались на первое число каждого месяца. Как уже упоминалось, на 1 июня 1941 года в западных приграничных военных округах (Ленинградском. Прибалтийском особом. Западном особом. Киевском особом и Одесском) имелось 832 танка Т-34. Еше 68 «тридцатьчетверок» находилось в тыловых округах (Московском, Харьковском и Орловском). Разница между 967 и 832 составляет 135 боевых машин (в некоторых источниках встречается число 138), которые вполне могли поступить в приграничные округа в течение июня.

Таким образом, указать абсолютно точное число танков Т-34 в приграничных округах вряд ли возможно. Наиболее близким к истине можно считать число 967. Много это или мало?

Дорога отступления. Брошенные без видимых повреждений, скорее всего по причине отсутствия топлива, танк Т-34, бронеавтомобиль БА-10 и грузовики ЗИС-5. Лето 1941 года.

Дорога отступления. Брошенные без видимых повреждений, скорее всего по причине отсутствия топлива, танк Т-34, бронеавтомобиль БА-10 и грузовики ЗИС-5. Лето 1941 года.

К началу войны в западных приграничных округах дислоцировалось 19 механизированных корпусов, насчитывавших 10 394 танка всех типов(по другим данным, 11 000). С учетом боевых машин, имевшихся в составе некоторых стрелковых, кавалерийских и отдельных танковых частей, это число возрастает до 12 782 единиц (поданным на 1 июня). Танки Т-34 от этого числа составляли всего 7,5 процента. Однако к 22 июня 1941 года Германия и ее союзники развернули против нашей западной границы 3899 танков и штурмовых орудий, включая резерв верховного командования Вермахта — 2-ю и 5-ю танковые дивизии (первоначально в боевых действиях не участвовали). Только 1404 из них были средние Pz.III и Рz.IV, так что 967 «тридцатьчетверок» (не будем забывать и 504 тяжелых КВ) представляли собой грозную силу.

вернуться к меню ↑

Проверка боем

К сожалению, использовать ее в полной мере не получилось. Неудачная дислокация, недоукомплектованность личным составом и материальной частью, недостаточная подготовка экипажей новых танков, нехватка запасных частей и ремонтно-эвакуационных средств резко снизили боеспособность механизированных корпусов. В ходе продолжительных маршей (а большинство соединений мехкорпусов дислоцировались на значительном удалении от границы) выходили из строя не только старые машины, но и новенькие Т-34. По вине неопытных механиков-водителей, а также по причине так и неустраненных заводами-изготовителями конструктивных недостатков «горели» главные и бортовые фрикционы, ломались коробки передач и т.д. Устранить многие поломки на месте не представлялось возможным. Обеспеченность же войск эвакуационными средствами была очень низкой. Тракторами мехкорпуса были обеспечены в среднем на 44%, включая машины, использовавшиеся в качестве артиллерийских тягачей. Но даже там, где тягачи имелись, они не всегда могли помочь. Основным эвакуационным средством в танковых частях Красной Армии были челябинские сельскохозяйственные тракторы «Сталинец» С-60 и С-65 с тягой на крюке немногим более 4 т. Они вполне справлялись с буксировкой поврежденных Т-26 и БТ, но при попытке сдвинуть с места 26-тонные Т-34 «сталинцы» в буквальном смысле слова вставали на дыбы. Здесь уже требовалось «запрягать» два, а то и три трактора, что не всегда было возможно.

Танк Т-34 выпуска 1941 года с пушкой Ф-34. Хорошо видно, что только одна машина из пяти, стоящих в строю, оснащена радиостанцией. Август 1941 года.

Танк Т-34 выпуска 1941 года с пушкой Ф-34. Хорошо видно, что только одна машина из пяти, стоящих в строю, оснащена радиостанцией. Август 1941 года.

Более половины всех «тридцатьчетверок» — 514 единиц — приграничных округов находилось в Киевском особом военном округе (с 22 июня — Юго-Западный фронт), в то время как главный удар наносился противником в полосе Западного особого военного округа (с 22 июня — Западный фронт), мехкорпуса которого располагали 228 боевыми машинами этого типа.

Однако именно на Юго-Западном фронте развернулись наиболее драматические события первых дней войны, связанные с танковым сражением в треугольнике Ровно — Луцк — Броды.

К исходу 24 июня на ровенском направлении. на стыке 5-й и 6-й армий образовался разрыв около 50 км. в который устремились соединения 1-й немецкой танковой группы генерала Э.Клейста (799 танков). Создалась угроза глубокого прорыва гитлеровских войск и охвата ими с севера основных сил Юго-Западного фронта. Для ликвидации этой угрозы и разгрома ударной группировки противника в период 26 — 29 июня был нанесен контрудар силами 8, 9, 15 и 19-го мехкорпусов по флангам прорвавшихся немецких войск.

9-й (командир — генерал-майор К.К.Рокоссовский) и 19-й механизированные корпуса (командир — генерал Н.В.Фекленко), совершив под непрерывным воздействием авиации противника более чем 200-км марш, находились в районе восточнее Луцка и должны были наступать на Дубно с севера. С юга в северо-западном направлении на Дубно наносили удар 8-й мехкорпус (командир — генерал-майор Д. И. Рябышев) и 15-й мехкорпус (командир — генерал-майор И И.Карпезо). Следует подчеркнуть, что на начало войны в этих корпусах имелось 286, 279, 858 и 733 танка соответственно, а всего 2156! Из них 181 Т-34 и 140 КВ. Однако до 50% этой техники по разным причинам в контрударе участия не принимало. Часть была потеряна, часть вышла из строя в ходе выдвижения в исходные районы, другие просто не успели подойти: 7-я моторизованная дивизия 8-го мехкорпуса, например, к этому времени находилась еше на марше. Тем не менее, удар по противнику были готовы нанести, как минимум, 1000 танков. Эти силы были распределены неравномерно: до 700 боевых машин атаковали с юга и около 300 — с севера. При этом практически все Т-34 и КВ (не менее 250 машин) находились в северной группировке. Контрудар наших войск начался 26 июня и вылился во встречное сражение с соединениями 1-й танковой группы противника. Особенно сильное поражение было нанесено 48-му немецкому моторизованному корпусу, одна из дивизий которого — 11-я танковая — была практически полностью разгромлена. Однако успешно завершить операцию окружением противника не удалось, и, в первую очередь, по причине отсутствия четко налаженной связи и взаимодействия как между наступавшими мехкорпуса-ми, так и между ними и вышестоящими штабами. Вот что по этому поводу написал в своих воспоминаниях В.С.Архипов, в те дни командир разведбата 43-й танковой дивизии 19-го мехкорпуса: «Слабая, с длительными перерывами радиосвязь была причиной опоздания информации, направляемой с линии фронта в высшие штабы. Поэтому и решения, которые принимались в штабах и, в свою очередь, передавались на фронт, часто не соответствовали изменившейся боевой обстановке. К примеру, вечером 26 июня, когда, смяв правый фланг 11-й немецкой танковой дивизии и разгромив один из ее танковых полков, наша дивизия вышла к Дубно, никто из нас не знал, что с юга, нанеся огромные потери другим соединениям 48-го немецкого моторизованного корпуса, успешно продвигается к нам навстречу 8-й мехкорпус генерала Д.И.Рябышева. Забегая вперед, отмечу, что подобная ситуация повторилась и на следующий день, когда все три корпуса — 36-й стрелковый, 8-й и 19-й механизированные — опять наступали на дубненском направлении. Опять мы и наши соседи, стрелки 36-го корпуса, вышли на подступы к Дубно, но не знали, что в город уже ворвалась 34-я танковая дивизия полковника И.В.Васильева из 8-го мехкорпуса.

Таким образом. 26 и 27 июня советские танковые клинья дважды и очень глубоко — до 30 км — врезались в оба фланга немецкого 48-го моторизованного корпуса. Однако отсутствие связи между этими клиньями и взаимная неосведомленность не позволили довести дело до логического конца — до окружения 48-го мотокорпуса между Бродами и Дубно. А что такое окружение назревало, было видно и по войскам противника. Когда вечером 26 июня мы гнали фашистов к Дубно, это уже было не отступление, а самое настоящее бегство. Части 11-й танковой перемешались, их охватила паника. Она сказалась и в том, что кроме сотен пленных мы захватили много танков и бронетранспортеров и около 100 мотоциклов, брошенных экипажами в исправном состоянии. На подходе к Дубно, уже в сумерках, танкисты 86-го полка разглядели, что к ним в хвост колонны пристроились восемь немецких средних танков — видимо, приняли за своих. Их экипажи сдались вместе с машинами по первому же требованию наших товарищей. Пленные, как правило, спешили заявить, что не принадлежат к национал-социалистам, и очень охотно давали показания. Подобное психологическое состояние гитлеровских войск, подавленность и панику наблюдать снова мне довелось очень и очень не скоро — только после Сталинграда и Курской битвы. Отсюда можно сделать вывод, что контрудар механизированных корпусов Юго-Западного фронта, начавшийся на пятый день войны, оказал на гитлеровские войска сильное моральное воздействие».

Но, судя по записи, которую сделал 29 июня в своем дневнике начальник генерального штаба Вермахта генерал-полковник Ф.Гальдер, на немецкие войска было оказано не только моральное воздействие: «На правом фланге 1-й танковой группы 8-й русский танковый корпус глубоко вклинился в наше расположение и зашел в тыл нашей 11 -й танковой дивизии. Это вклинение противника, очевидно, вызвало большой беспорядок в нашем тылу в районе между Бродами и Дубно. Противник угрожает Дубно с юго-запада, что при учете больших запасов вооружения и имущества в Дубно крайне нежелательно».

Потери 1-й немецкой танковой группы составили на 4 сентября 1941 года 408 танков, из них 186 безвозвратно. Эти цифры могли быть еще больше, если бы в контрударе принимал участие 4-й механизированный корпус (командир — генерал-майор А.А.Власов), в котором имелись 313 Т-34 и 101 КВ. Но корпус этот действовал южнее, в полосе 6-й армии. Были велики и наши потери — после трех дней операции все четыре мехкорпуса остались практически без танков. В целом же с 22 июня по 9 июля 1941 года потери Красной Армии составили 11 712 танков, в том числе и многие Т-34. Причем это были безвозвратные потери, так как отремонтировать поврежденные машины не представлялось возможным — поле боя оставалось за немцами.

О том как воспринял противник появление на поле боя новых советских тан ков, можно судить по отрывку из книги немецкого историка Пауля Кареля «Восточный фронт»: «Истреби-тельно-противотанковая часть 16-й танковой дивизии быстро выдвинула на позиции свои 37-мм противотанковые пушки. По танку противника! Дальность 100 метров. Русский танк продолжал приближаться. Огонь! Попадание. Еше одно и еще одно попадание. Прислуга продолжала отсчет: 21, 22, 23-й 37-мм снаряд ударил вбронюстального колосса, отскочивот нее, как горох от стенки. Артиллеристы громко ругались. Их командир побелел от напряжения. Дистанция сократилась до 20 метров.

—        Целиться в опору башни, — приказал лейтенант.

Наконец-то они достали его. Танк развернулся и начал откатываться. Шариковая опора башни была поражена, башню заклинило, но в остальном танк оставался неповрежденным. Расчет противотанкового орудия вздохнул с облегчением.

—        Ты это видел? — спрашивали артиллеристы один у другого.

С этого момента Т-34 стал для них жупелом, а 37-мм пушка, так хорошо зарекомендовавшая себя в прежних кампаниях, получила презрительное прозвище «армейский дверной молоточек».

В этом эпизоде обращает на себя внимание тот факт, что Т-34 не стрелял. Либо по причине желания танкистов, уверовавших в неуязвимость своей машины, раздавить вражеское орудие, что было довольно частым явлением летом 1941 -го, либо по причине отсутствия 76-мм снарядов, что тоже частослу-чалось в те дни.

К началу августа 1941 года в действующей армии осталось 235 боеспособных танков Т-34. Еще 116 машин находились в только что сформированных резервных соединениях. Огромные потери людей и техники привели к экстренному переходу от корпусов к более мелким формированиям — бригадам, полкам и батальонам. В соответствие с директивой заместителя наркома обороны от 24 августа 1941 года танковые дивизии переформировывались в отдельные танковые бригады.[/collapsed]

[collapsed title=Битва за Москву]

В битве за Москву принимали участие бригады разной организации. Так, 8-я танковая бригада, например, имела полковую структуру. На ее вооружении состояло 22 Т-34. 7 КВ и 32 легких танка.

Тридцатьчетверки» 33-й танковой бригады проходят по Красной площади. Москва, 7 ноября 1941 года.

Тридцатьчетверки» 33-й танковой бригады проходят по Красной площади. Москва, 7 ноября 1941 года.

4-ю танковую бригаду (с 11 ноября 1941 года — 1-я гвардейская) сформировали в сентябре 1941 года в Сталинграде уже по батальонной схеме организации, включив в ее состав49 машин (из них 16 — Т-34 производства СТЗ). Это соединение под командованием М.Е.Катукова успешно действовало под Орлом и Мценском, сражаясь против 2-й немецкой танковой группы генерала Г.Гудериана. В бригаде была хорошо организована разведка, умело применялась маскировка. За восемь дней боев бригада шесть раз меняла позиции и подбила 133 танка, две бронемашины, семь тяжелых орудий, 15 тягачей, зенитную батарею, девять самолетов и много другой боевой техники противника. Действия 4-й танковой бригады являются блестящим примером ведения активной обороны в условиях значительного превосходства противника в силах и средствах.

Танки 1-й гвардейской танковой бригады на подступах к Москве. 1941 год.

Танки 1-й гвардейской танковой бригады на подступах к Москве. 1941 год.

Именно так действовал командир отдельной танковой группы старший лейтенант Д. Ф. Лавриненко, отражая 6 октября 1941 года атаку немецких танков в районе Нарышкино — Первый Воин. Вражеские танки, смяв нашу противотанковую оборону, прорвались к позициям 4-й танковой бригады и начали «утюжить» окопы мотострелков. Четыре «тридцатьчетверки» Лавриненко выскочили из леса наперерез танкам противника и открыли огонь. Немцы никак не ожидали появления советских боевых машин. После того как загорелись шесть Р?..III, они остановились, а затем начали отходить. Танки Лавриненко исчезли так же внезапно, как и появились, но уже через несколько минут показались левее из-за пригорка и вновь открыли прицельный огонь. В результате нескольких подобных стремительных атак на поле боя осталось 15 подбитых немецких танков. Наша группа потерь не имела.

О старшем лейтенанте Д. Ф. Лавриненко следует сказать особо. Он участвовал в 28 боях. Три танка Т-34, на которых он воевал, сгорели. В день своей гибели. 17 декабря 1941 года, под Волоколамском Лавриненко подбил 52-й по счету танк противника и стал самым результативным советским танкистом периода Второй мировой войны.

Экипаж Дмитрия Лавриненко (крайний слева) у своего танка. Осень 1941 года.

Экипаж Дмитрия Лавриненко (крайний слева) у своего танка. Осень 1941 года.

Вместе с Дмитрием Лавриненко в бою у села Первый Воин отличился и командир танка Т-34 старший сержант Иван Любушкин. 6 октября 1941 года он уничтожил в двух танковых дуэлях 9 немецких танков. За этот бой Любушкину присвоили звание Героя Советского Союза. Всего в боях за Москву экипаж Любушкина записал на свой счет 20 немецких танков. И.Любушкин погиб в танковом бою 30 июня 1942 года, когда во время атаки в его танк попала авиабомба. Из экипажа танка чудом уцелел только механик-водитель.

В обороне Москвы участвовали и «танки-истребители» — Т-34 с 57-мм пушкой. Около десяти таких машин имелось в составе 21 -й танковой бригады, сформированной во Владимире. 14 октября бригада выгрузилась на ст.Демидово и на следующий день получила приказ наступать во фланг Калининской группировке противника. За четыре дня боев бригада уничтожила до 1000 немецких солдат, 34 танка, 210 автомашин, 25 орудий и много другой техники. В ходе боев в октябре — ноябре погибли командир танкового полка 21 тбр Герой Советского Союза майор Лукин и командир 1-го батальона Герой Советского Союза капитан Агибалов. К 25 ноября все «танки-истребители» бригады были потеряны.

«Танк-истребитель» Т-34 с пушкой ЗИС-4, подбитый на подступах к Москве. 21-я танковая бригада, 1941 год.

«Танк-истребитель» Т-34 с пушкой ЗИС-4, подбитый на подступах к Москве. 21-я танковая бригада, 1941 год.

Также имеются данные, что восемь танков Т-34 с 57-мм пушками, но без боеприпасов 19 октября 1941 года поступили в 8-ю танковую бригаду Калининского фронта.

7 ноября 1941 года по Красной плошали в Москве прошли 160 танков, 40 из них — «тридцатьчетверки» 33-й танковой бригады.

В целом же в танковых частях Красной Армии, оборонявших Москву, количество танков Т-34 было невелико. Преобладали легкие боевые машины как старых марок, так и новые Т-60. Скажем, в начале октября 1941 года Западный фронт располагал 483 танками, из которых только 45 были Т-34 и КВ. К концу года число Т-34 в войсках несколько возросло, но не превышало 25 — 30% от общего количества боевых машин.

Танки Т-34, в любопытном зимнем камуфляже. Западный фронт, январь 1941 года.

Танки Т-34, в любопытном зимнем камуфляже. Западный фронт, январь 1941 года.

Такое положение сохранялось и в 1942 году, несмотря на рост выпуска Т-34. В танковых войсках 61-й армии, например, перед началом проведения в июле 1942 года Волховской наступательной операции имелось 334 танка семи марок. Из них только 67 (20%)-Т-34.

вернуться к меню ↑

Оборона Сталинграда

Пожалуй, самые ожесточенные и драматические бои с участием танков Т-34 развернулись в августе 1942 года на окраинах Сталинграда. Причем, по понятным причинам, в танковых частях, обронявших город, «тридцатьчетверки» преобладали. Качество изготовления танков было очень плохим, но это уже не имело значения — вплоть до 22 августа машины отправляли до Гумрака еще эшелонами, сберегая моторесурсы. Прямо в степи по команде «Заводи мотор! Следуй за мной!» их сгружали. Пройдя по платформам вдоль всего эшелона, «тридцатьчетверки» с последней платформы буквально прыгали на землю. Но скоро эшелоны уже не понадобились.

На исходной позиции — Т-34 «Пархоменко» и «Котовский» из состава 116-й танковой бригады. Западный фронт, 1942 год.

На исходной позиции — Т-34 «Пархоменко» и «Котовский» из состава 116-й танковой бригады. Западный фронт, 1942 год.

В воскресенье 23 августа 1942 года, в день самой страшной бомбардировки Сталинграда, танки 14-го немецкого корпуса около часа дня появились в двух-трех километрах от тракторного завода. Первыми вступили в бой зенитные батареи, прикрывавшие завод. Расчеты орудий были укомплектованы девушками, которые совершенно не умели стрелять по наземным целям. Немецкие танки их просто переехали. Но ценой своей гибели зенитчицы выиграли полчаса. За это время навстречу немцам вышли истребительный и учебный танковый батальоны. Из заводских цехов на боевой рубеж вывели все танки, способные двигаться и имевшие вооружение — всего около 60 машин. Их экипажи были укомплектованы рабочими сборочного и сдаточного цехов. Около 1500 пулеметов ДТ, взятых со склада, оборудовали сошками. Первый удар был отбит. 
Еще один Т-34 116-й танковой бригады выдвигается к передовой. Западный фронт, 1942 год.

Еще один Т-34 116-й танковой бригады выдвигается к передовой. Западный фронт, 1942 год.

Когда начались бои непосредственно в Сталинграде, тракторозаводцы ремонтировали танки непосредственно на переднем крае или увозили их на завод и через несколько часов возвращали экипажам. За период с 23 августа по 13 сентября 1942 года (до момента прекращения выпуска танков) было собрано и отремонтировано 200 танков Т-34. Кроме того, обороняющим город войскам для оборудования огневых точек было передано 170 башен танка Т-34 с орудиями и пулеметами. вернуться к меню ↑

Курская битва

«Рабочей лошадкой» советских танковых войск Т-34 стали только в 1943 году. Это хорошо видно на примере Центрального и Воронежского фронтов накануне Курской битвы.

Один из недостатков компоновки танка Т-34 — размещение топливных баков по бортам боевого отделения. Взрыв паров солярки был настолько сильным (взрывались только пустые баки), что оказался роковым для этого танка. У машины оторвало по сварке весь левый верхний бортовой лист корпуса.

Один из недостатков компоновки танка Т-34 — размещение топливных баков по бортам боевого отделения. Взрыв паров солярки был настолько сильным (взрывались только пустые баки), что оказался роковым для этого танка. У машины оторвало по сварке весь левый верхний бортовой лист корпуса.

Таким образом, в танковом парке двух фронтов в июле 1943 года «тридцатьчетверки» составляли уже 62% и вынесли на себе основную тяжесть жесточайших танковых сражений на Курской дуге, в том числе и знаменитого Прохоровского. Последнее, вопреки сложившемуся стереотипу, не проходило на каком-то отдельно взятом поле, типа Бородинского, а осуществля лось на фронте протяженностью до 35 км и представляло собой ряд отдельных танковых боев.

В лесной засаде «тридцатьчетверки» подразделения гвардии майора И. Т.Шевандина. 1942 год.

В лесной засаде «тридцатьчетверки» подразделения гвардии майора И. Т.Шевандина. 1942 год.

Вечером 10 июля 1943 года командование Воронежского фронта получило приказ Ставки ВГК о проведении контрудара по группировке немецких войск, наступавшей на прохоровском направлении. Для этой цели из состава резервного Степного фронта в состав Воронежского фронта были переданы 5-я гвардейская армия генерал-лейтенанта А.С.Жадова и 5-я гвардейская танковая армия генерал-лейтенанта танковых войск П.А.Ротмистрова. 5 гвардейская танковая армия была первой танковой армией однородного состава. Ее формирование началось 10 февраля 1943 года, и к началу Курской битвы она дислоцировалась в районе Острогожска (Воронежская обл.). В состав армии входили 18-й и 29-й танковые корпуса и 5 гвардейский механизированный корпус.6 июля в 23.00 был получен приказ, требовавший сосредоточения армии на правом берегу реки Оскол. В 23.15 передовой отряд армии уже начал движение, а спустя 45 минут тронулись с места и главные силы. Необходимо отметить безукоризненную организацию марша. По маршрутам движения колонн было запрещено встречное движение. Армия двигалась круглосуточно, с короткими привалами для заправки машин. Марш надежно прикрывался зенитной артиллерией и авиацией, и благодаря этому остался незамеченным вражеской разведкой. За трое суток армия переместилась на 330 — 380 км. При этом почти не было случаев выхода боевых машин из строя по техническим причинам, что свидетельствует как о возросшей надежности танков, так и о грамотном техническом обслуживании техники.9 июля 5 гвардейская танковая армия сосредоточилась в районе Прохоровки. Предполагалось, что армия с двумя приданными ей танковыми корпусами — 2-м и 2-м гвардейским — в 10.00 12 июля нанесет удар по немецким войскам и совместно с 5-й и 6-й гвардейскими общевойсковыми армиями и 1 -й танковой армией уничтожит вклинившуюся наобоянском направлении группировку противника, не допустив ее отхода на юг. Однако подготовка контрудара, начавшаяся 11 июля, была сорвана немцами, которые нанесли по нашей обороне два мощных удара: один — в направлении Обояни, второй — на Прохоровку. В результате частичного отхода наших войск артиллерия, которой в контрударе отводилась значительная роль, понесла потери и на позициях развертывания, и в движении к линии фронта.Рано утром 12 июля из-за нанесения немцами удара в полосе 69-й армии возникла угроза левому флангу разворачивавшихся юго-западнее Прохоровки главных сил 5-й гвардейской танковой армии. Это 6-я и 19-я танковые дивизии (около 200 танков) из 3-го танкового корпуса противника перешли в наступление из района Мелехове на Ржавей. В связи с этим в полосу 69-й армии были выдвинуты две бригады 5-го гвардейского мехкорпуса. танковая бригада 2-го гвардейского танкового корпуса и резерв 5-й гвардейской танковой армии (танковый, мотоциклетный, истребительно-противотанковый и гаубичный полки). Эти силы, объединенные в группу под командованием генерал-майора К.Г.Труфанова (около 100 машин, в том числе 71 Т-34), не только приостановили продвижение врага на север, но и почти полностью отбросили его на исходные позиции.
Танки Степного фронта на марше. 1943 год.

Танки Степного фронта на марше. 1943 год.

12 июля в 8.30 главные силы немецких войск в составе моторизованных дивизий СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер». «Рейх» и «Мертвая голова», насчитывавших до 500 танков и штурмовых орудий, включая 42 «Тигра», перешли в наступление в направлении станции Прохоровка. В то же самое время, после 15-минутной артподготовки немецкая группировка была атакована основными силами 5-й гвардейской танковой армии, что привело к развертыванию встречного танкового сражения. в котором с обеих сторон приняло участие около 1200 танков, причем средних и тяжелых машин у противника было больше.

Несмотря на внезапность удара, советские танки были встречены сосредоточенным огнем противотанковой артиллерии и штурмовых орудий. Однако 18-й танковый корпус на большой скорости прорвался в совхоз Октябрьский и, несмотря на большие потери, захватил его. При дальнейшем продвижении он встретил танковую группировку противника, в которой было 15 тяжелых танков «Тигр», в течение нескольких часов вел с ними встречный бой и к 18.00 перешел к обороне.

29-йтанковый корпус втечение всего дня вел маневренный бой за высоту 252,5 с танками дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», но после 16.00 был потеснен подошедшими танками дивизии СС «Мертвая голова», а с наступлением темноты также перешел к обороне.

Танк Т-34 «утюжит» немецкую артиллерийскую батарею. Судя по положению станин 105-мм гаубицы, ее расчет пытался покинуть позицию, но сделать этого не успел.  Центральный фронт, 1943 год.

Танк Т-34 «утюжит» немецкую артиллерийскую батарею. Судя по положению станин 105-мм гаубицы, ее расчет пытался покинуть позицию, но сделать этого не успел.  Центральный фронт, 1943 год.

2-й гвардейский танковый корпус, наступавший в направлении пос. Калинин,в 14.30 внезапно столкнулся с двигавшейся навстречу моторизованной дивизией СС «Рейх», которая отбросила его на исходные позиции. 2-й танковый корпус, прикрывавший стык между 2-м гвардейским и 29-м танковыми корпусами, смог несколько по теснить немецкие части, но, попав под огонь подтянутых из второго эшелона штурмовых и противотанковых орудий, понес потери и остановился.

Несмотря на то, что 5-я гвардейская танковая армия, действовавшая в полосе 17 — 19 км, смогла добиться плотности атакующих боевых порядков до45танков на 1 км, выполнить поставленную задачу она не смогла. Потери армии без учета группы генерала Труфанова составили 328 танков и САУ, а вместе с приданными соединениями достигли 60% первоначальной численности. Немецкие же войска только 12 июля потеряли, согласно донесению командования Воронежским фронтом, около 320 танков. Германская статистика уменьшает это число до 218, и даже до 190 боевых машин. Тем не менее, вечером 12 июля немцы оставили поле боя под Про-хоровкой, а 16 июля начали отвод войск. Операция «Цитадель» провалилась.

12 июля на орловском направлении перешли в наступление войска Брянского фронта. 18 июля в бой была введена свежая танковая группировка — 3-я гвардейская танковая армия (475 Т-34, 224 Т-70).

На белгородско-харьковском направлении к 23 июля наши войска вышли на позиции, которые занимали до начала немецкого наступления. 3 августа началось контрнаступление Воронежского и Степного фронтов. К этому времени танковые соединения были пополнены боевой техникой. Так, 1-я танковая армия имела в своем составе 549 танков (из них 412 Т-34).

Командиры танков 22-й танковой бригады 6-го танкового корпуса получают боевое задание. Воронежский фронт, лето 1943 года.

Командиры танков 22-й танковой бригады 6-го танкового корпуса получают боевое задание. Воронежский фронт, лето 1943 года.

В целом же в Курской битве и последовавших за ней в 1943 году операциях на Украине танки Т-34, вооруженные 76-мм пушкой, использовались в наиболее массовом количестве. Следует, однако, отметить, что основным их противником были не танки, по причине малочисленности последних, а немецкая противотанковая артиллерия. Именно на огонь противотанковых и танковых пушек приходилось в 1943 — 1945 годах около 90% потерь наших танков.

Изданных, приведенных в таблице, видно, что в 1943 году 66,5% танков Т-34 было подбито огнем 75- и 88-мм танковых (танки Pz.IV, Р/.У и Рг.У!) и противотанковых пушек. В начале войны Т-34 имел преимущество перед танками противника в дистанции огневого боя, поскольку его пушка могла поразить любой немецкий танк на дальности до 1000 м. Дистанция же обстрела наших танков, как правило, не превышала 300 м. В 1943 году с ростом толщины брони немецких танков дальность эффективной стрельбы по ним резко сократилась и не превышала 500 м даже для подкалиберного снаряда. В это же время 75- и 88-мм длинноствольные немецкие пушки могли поражать Т-34 на дистанциях 900 и 1500 м соответственно.

Так что новые немецкие тяжелые танки оказались для Т-34 твердым орешком. «Боялись мы этих «тигров» на Курской дуге, — воспоминал бывший командир танка Т-34, Е.Носков, — честно признаюсь. Из своей 88-мм пушки он. «Тигр», болванкой, то есть бронебойным снарядом, с дистанции две тысячи метров прошивал нашу «тридцатьчетверку» насквозь. А мы из 76-мм пушки могли поразить этого толстобронированного зверя лишь с дистанции пятьсот метров и ближе новым подкалиберным снарядом. Причем этим самым снарядом — а их выдавали под расписку по три штуки на танк — я должен был угодить между опорными катками в борт, за которыми размешались снаряды, под основание башни — тогда ее заклинит, по стволу пушки — тогда он отлетит, по задней части, где расположены бензобаки, а между ними мотор, — «Тигр» загорится, по… колесу-ленивцу, ведущему колесу, по опорному катку или гусенице — значит, повредить ходовую часть. Все же остальные части «Тигра» нашей пушке не поддавались и бронебойные отскакивали от его брони, как от стенки горох».

С ним соглашался и стрелок-радист из 32-й танковой бригады 29-го танкового корпуса 5-й гвардейской танковой армии С.Б. Басс: «Помню, стреляли по «Тигру», а снаряды отскакивали, пока кто-то не сбил сначала его гусеницу, а затем всадил снаряд в борт. Но танк не загорелся, а танкисты начали выпрыгивать через люк. Мы их расстреливали из пулемета».

Еще одно свидетельство о встрече с «тиграми» участника Курской битвы коман дира танковой роты 10-го танкового корпуса П И. Громцева: «Сначала стреляли по «тиграм» метров с 700. Видишь — попадаешь, искры бронебойные высекают, а он идет хоть бы что и один за другим расстреливает наши танки. Благоприятствовала лишь сильная июльская жара — «тигры» то там, то здесь загорались. Оказалось потом, что нередко вспыхивали бензиновые пары, скапливающиеся в моторном отделении танка. Напрямую удавалось подбить «Тигр» или

«Пантеру» лишь метров с 300, и то только в борт. Много тогда наших танков сгорело, однако наша бригада все же потеснила немцев километра на два. Но мы были на пределе, больше такого боя не выдержать».

Такого же мнения о «тиграх» придерживался и ветеран 63-й гвардейской танковой бригады Уральского добровольческого танкового корпуса Н.Я. Железное: «…Пользуясь тем, что у нас 76-мм пушки, которые в лоб могут взять их броню только с 500 метров, они сто яли на открытом месте. А попробуй подойди? Он тебя сожжет за 1200— 1500 метров! Наглые были! По существу, пока 85-мм пушки не было, мы, как зайцы, от «тигров» бегали и искали возможность как бы так вывернуться и ему в борт влепить. Тяжело было. Если ты видишь, что на расстоянии 800 — 1000 метров стоит «Тигр» и начинает тебя «крестить», то, пока водит стволом горизонтально, ты еще можешь сидеть в танке, как только начал водить вертикально — лучше выпрыгивай! Сгоришь! Со мной такого не было, а вот ребята выпрыгивали. Ну а когда появился Т-34-85, тут уже можно было выходить один на один…»

Таким образом, к концу 1943 года танк Т-34 уже не соответствовал ставившимся перед ним задачам. Требовалась кардинальная модернизация. В итоге был создан танк Т-34-85. Что же касается Т-34, то начиная с 1944 года их количество в действующей армии неуклонно сокращалось. Сохранившиеся машины еще принимали участие во всех операциях, проводившихся Красной Армией в 1944 — 1945 годах, включая Берлинскую, но в основном были уже выведены из первой линии и использовались в тыловых частях в качестве учебных. В частях Советской Армии танки Т-34 встречались вплоть до начала 1950-х годов.

вернуться к меню ↑

Танки Т-34 на вооружении армий других стран в период войны

Помимо Красной Армии в период Второй мировой войны танки Т-34 состояли на вооружении Народного Войска Польского, Народно-освободительной армии Югославии (НОАЮ) и Чехословацкого корпуса.

С июля 1943 года по январь 1945-го Войско Польское получило 118танковТ-34, главным образом с завода «Красное Сормово» и ремонтных предприятий. На момент окончания боевых действий в Европе в различных польских воинских частях (1-й танковой бригаде. Офицерской танковой школе, 3-м учебном танковом полку и др.) имелось 62 танка этого типа. Некоторое количество этих машин переоборудовали в БРЭМ и эксплуатировали еще в 1950-х годах.

Указать точное количество танков, полученных НОЛЮ и Чехословацким корпусом, не представляется возможным. По-видимому, речь может идти о нескольких десятках единиц.

Трофейные танки Т-34 в ограниченном количестве использовались и в Вермахте. В частности, во время наступления под Курском летом 1943 года в моторизованной дивизии СС «Рейх» имелось 25 «тридцатьчетверок». На части из них немцы установили свои командирские башенки.

В финской армии число танков Т-34 не превышало 9 единиц, 7 из которых эксплуатировались до 1960 года.

Незначительное количество Т-34 использовалось в частях венгерской и румынской армий, а также в Русской освободительной армии генерала Власова. В частях последней Т-34 принимали участие в боях с немцами в Праге в первых числах мая 1945 года.

вернуться к меню ↑

Трофейные танки Т-34 в панцер-гренадёрской дивизии СС «Дас Райх»

Этот материал изначально не входил в книгу Барятинского. Его автор, Роман Пономаренко. И опубликован он был в журнале «Арсенал Коллекция» №3 от 2012 года.

Знаменитый советский Т-34 по праву считается одним из лучших танков Второй мировой войны. В первый период Великой Отечественной войны Советского Союза Т-34 по своим тактико-техническим характеристикам существенно превосходил практически все противостоящие ему танки Вермахта. Легендарной «тридцатьчетверке», история которой неразрывно связана с историей Второй мировой войны, посвящены десятки книг и сотни статей. Несмотря на это, в истории танка Т-34 до сих пор имеется достаточное количество «белых пятен». Например, практически неизученным моментом остается факт боевого применения немецкими войсками захваченных у Красной армии Т-34.

Одну из первых попыток рассмотреть историю использования танка Т-34 в немецкой армии сделал американский историк Э. Такер-Джонс. Его работа доступна для отечественного читателя, поскольку была переведена на русский язык [12], однако, к сожалению, в ней лишь поверхностно затрагиваются многие аспекты истории применения немцами танков Т-34 (впрочем, как и других типов трофейной бронетехники). Исходя из этого данная книга может считаться лишь кратким введением в проблему. Небольшую, но хорошо иллюстрированную историю трофейных советских танков в Вермахте написали немецкие историки В. Регенберг и X. Шайберт, вполне естественно, что в ней они некоторое внимание уделили эсэсовским «тридцатьчетверкам» [23]. Также во многих исторических исследованиях вскользь упоминается о службе танков Т-34 в Вермахте, как правило, без особого углубления в детали. Таким образом, комплексно история танков Т-34 в дивизии СС «Дас Райх» историками еще не рассматривалась, что обуславливает актуальность выбранной нами темы. При работе над статьей автор опирался на документы фондов трофейной немецкой документации Национального архива США, документы и материалы из архива автора, документальные и справочные издания. Также существенным источником информации послужили воспоминания немецких ветеранов. Важная информация о некоторых эпизодах боевого применения танков Т-34 найдена нами в исследованиях В. Замулина и Л. Лопуховского, а также в других работах, посвященных истории Курской битвы. Полный список использованных автором источников и литературы приводится в конце статьи.

В данной работе мы рассмотрим использование трофейных советских танков Т-34 в панцер-гренадерской дивизии СС «Дас Райх» на Восточном фронте. Хронологические рамки статьи — середина 1943 года. Основное внимание мы уделим техническим и организационным моментам, поскольку именно они, как правило, обходятся историками, а также боевому применению трофейных советских танков в рядах эсэсовской дивизии. Отметим, что некоторые аспекты указанной проблемы освещались нами в докладе на 8-й Всеукраинской научной конференции «Актуальные вопросы истории науки и техники», которая проходила в Киеве в 2009 году.

Автор выражает благодарность за предоставленные ценные документы, материалы и оказанную поддержку в написании работы Юрию Денису (Киев, Украина), Василию Дюнову (Пермь, Россия), Джону П. Муру (США), Сергею Рыжову (Санкт-Петербург, Россия), Константину Семенову (Москва, Россия), Александру Томзову (Москва, Россия).

Редкое фото, показывающее захваченный Т-34 в окружении немецких пехотинцев. Судя по всему, танк попал к немцам в исправном состоянии, и на него уже собираются нанести немецкие опознавательные знаки для дальнейшего применения. Флаг со свастикой на передке танка предназначен для сигнализирования немецким войскам и авиации

Редкое фото, показывающее захваченный Т-34 в окружении немецких пехотинцев. Судя по всему, танк попал к немцам в исправном состоянии, и на него уже собираются нанести немецкие опознавательные знаки для дальнейшего применения. Флаг со свастикой на передке танка предназначен для сигнализирования немецким войскам и авиации

Хотя боевые качества Т-34 поразили немецких войсковых командиров уже с самого начала операции «Барбаросса», но настоящее впечатление этот танк произвел на них в период тяжелых боев осенью-зимой 1941 года. В то время как танки Вер махта в условиях суровой погоды, постоянной слякоти, грязи, льда и снега оказались малонадежными и недостаточно маневренными, «немецкие экипажи наблюдали с мрачным удивлением, с какой легкостью «тридцатьчетверки» маневрировали на снегу и в грязи при самых плохих погодных условиях» [3, с.11]. Вполне обоснованно, что, на практике познакомившись с хорошими боевыми качествами Т-34, немцы также стремились поставить себе на службу эту сильную и надежную машину. Естественно, что рассчитывать они могли лишь на трофейную бронетехнику— немецкая промышленность, несмотря на пожелания некоторых генералов Вермахта, не могла перейти на производство подобных танков. Правда, вскоре необходимость в этом отпала: немецкие конструкторы основательно «доработали» свои танки, и уже с 1942 года немецкая бронетехника не только не уступала советской, но даже по многим характеристикам существенно превосходила ее. Тем не менее, уважительное отношение немцев к танку Т-34 сохранилось до самого конца войны.

В 1941-1943 годах в руки немецких войск попало огромное количество советской бронетехники. Обычно трофейные советские танки Т-34 применялись немецкими частями эпизодично, как правило, в случае если они были захвачены в полностью исправном состоянии и были готовы к немедленному введению в бой. Единичному использованию трофейных танков есть вполне резонные объяснения — нехватка боеприпасов и запчастей, необходимость переучивания экипажей, потребность в дооборудовании танка по немецким стандартам (например, установка радиостанций и оптических систем) и тому подобное.

Тем важней отметить, что единственной частью дивизионного звена в германских вооруженных силах, где из танков Т-34 было сформировано отдельное подразделение, является панцер-гренадерская дивизия СС «Дас Райх». В этой дивизии трофейными танками Т-34 укомплектовали целую роту (а фактически — полторы роты). В масштабах всего Вермахта этот пример является уникальным. Хотя эта рота и просуществовала недолго, всего лишь четыре месяца, но актуальности история этого уникального подразделения не теряет. Дело в том, что панцер-гренадерская дивизия СС «Дас Райх» являлась одной из наиболее элитарных дивизий в немецкой армии, ударной «пожарной командой», бросаемой на самые жаркие участки фронта. Так что уже само по себе принятие на вооружение в подобной дивизии трофейной советской бронетехники не может не вызывать интерес.

Захваченный немцами брошенный танк Т-34

Захваченный немцами брошенный танк Т-34

Кроме этого, уже на начало 1943 года панцер-гренадерская дивизия СС «Дас Райх» фактически являлась танковой дивизией (хотя официальный статус танковой дивизии она получила только в октябре 1943 года) и создание в ее рамках роты, вооруженной трофейными советскими танками Т-34, демонстрирует как степень импровизации немецкого командования в плане укомплектования войск бронетехникой, так и то, что уже в 1943 году даже ударные танковые дивизии войск СС столкнулись с острой нехваткой танков, если пришлось прибегать к таким достаточно экстраординарным и нестандартным мерам.

Отметим, что в Вермахте были и другие похожие примеры, в частности, в составе 6-й танковой дивизии в 1943 году сформировали один взвод, укомплектованный захваченными «тридцатьчетверками». Также некоторое количество танков этого типа входило в состав танковых подразделений корпусного и армейского подчинений, однако ни разу больше не было создано аналогичной отдельной роты в рамках танковой дивизии Вермахта или войск СС.

Итак, в 1943 году панцер-гренадерская дивизия СС «Дас Райх» входила в состав 2-го танкового корпуса СС обергруп-пенфюрера СС Пауля Хауссера — ударного соединения германских вооруженных сил. Этот корпус сыграл решающую роль в ходе сражения за Харьков в феврале-марте 1943 года, позволив немецкому командованию взять реванш за поражение под Сталинградом. Однако в этом сражении дивизия СС «Дас Райх» (как, впрочем, и остальные дивизии корпуса — «Лейб-штандарт» и «Тотенкопф») понесла тяжелые потери в бронетехнике. В битве за Харьков был отмечен первый, пока еще единичный, опыт применения эсэсовцами трофейных танков Т-34, когда 13 февраля 1943 года пять захваченных «тридцатьчетверок» и один танк КВ были включены в состав танкового полка дивизии СС «Дас Райх». Судя по всему, советские машины были взяты немцами в полностью боеспособном состоянии. На эти танки были назначены немецкие экипажи и даже нанесена соответствующая маркировка, однако какие-либо детали их боевого применения отсутствуют, скорее всего, из-за краткосрочности использования [9, с.110].

Весной-летом 1943 года для подготовки к наступлению на Курской дуге (операция «Цитадель») боеспособность дивизии СС «Дас Райх» требовалось быстро восстановить. В апреле 1-й батальон танкового полка дивизии был отправлен в Германию, для перевооружения на танки «Пантера». Этот процесс затянулся, и вскоре всем в штабе 2-го танкового корпуса СС стало ясно, что к началу операции батальон вернуться не успеет. Таким образом, создалась угроза, что в преддверии «Цитадели» одна из ударных дивизий эсэсовского корпуса — «Дас Райх» — фактически на 50% потеряет боеспособность своего танкового полка, учитывая наличие в ней лишь одного танкового батальона вместо требуемых штатным расписанием двух.

В этой ситуации немцы, с присущей им практичностью, оригинальностью и долей импровизации, быстро нашли выход из положения — реорганизовав противотанковый дивизион дивизии в 3-й батальон танкового полка. Эсэсовцы действовали очень оперативно, процесс этот начался еще ранней весной. Так, приказ дивизионного штаба о реорганизации дивизиона в 3-й танковый батальон был получен 9 марта 1943 года (то есть еще в период боев за Харьков) [29, р.89]. Тем самым маховик был запущен. На 20 марта 1943 года противотанковый дивизион еще проходит по документам как самостоятельное подразделение [10], а уже 30 марта 1943 года — как 3-й батальон (противотанковый) танкового полка [11]. Официально реорганизация произошла 26 марта, после чего роты преобразованного в танковый батальон противотанкового дивизиона получили соответствующую нумерацию: 1-я рота стала 9-й, 2-я — 10-й, а 3-я — 11-й.

Одновременно противотанковый дивизион активно перевооружался, причем весьма нестандартным для элитных дивизий германской армии способом. Дело в том, что в ходе сражения за Харьков в руки немцев попало несколько десятков вполне боеспособных танков Т-34. Опыт применения подобной техники в составе танкового полка дивизии уже был (как мы помним, это произошло в феврале 1943 года). Исходя из этого, командование по рекомендации командира танкового полка дивизии СС «Дас Райх» оберштурм-баннфюрера СС Ханс-Албина фон Райтценштайна, решило использовать трофейную бронетехнику по прямому назначению, тем более что надежды на пополнение дивизии новыми немецкими танками было мало. Интересно, что еще в вышеупомянутом приказе от 9 марта 1943 года командир противотанкового дивизиона гауптштурмфюрер СС Эрхард Асбахр получил указание из дивизионного штаба, согласно которому его дивизион должен был принять на вооружение имеющиеся трофейные танки Т-34 [29, р.89], чтобы хоть как-то компенсировать тяжелые потери материальной части. Правда, судя по имеющимся данным, практическая реализация данного приказа началась несколько позже, в апреле.

Имея время, возможности и желание, эсэсовцы основательно подошли к вопросу принятия на вооружение трофейных танков. Первым делом, весной 1943 года на Харьковском тракторном заводе был открыт так называемый «Танковый завод СС» или «танкоремонтный завод СС» (дословно с немецкого — БЗ-Рапгегшегк). Сам по себе тракторный завод был сильно разрушен в ходе боевых действий, так что сначала военнослужащие ремонтных подразделений дивизии СС «Дас Райх» и мобилизованные подсобные рабочие из местного населения приступили к расчистке большого заводского сборочного цеха (он наименее пострадал после боев, необходимо было только подлатать крышу) и сбору пригодных инструментов, материалов и оборудования из разрушенных цехов. Эти работы заняли 17 дней, за этот период было перенесено 750 тонн различных материалов, на что потрачено 20 000 человеко-часов [24, 3.74]. Одновременно немцы искали квалифицированных местных рабочих, в основном из прежних работников завода, чтобы задействовать их для ремонта танков. Таких набралось от 15 до 20 человек, включая сюда женщину-крановщицу, управлявшую тяжелым мостовым краном в цеху.

Пока на «Танковом заводе СС» шли подготовительные работы, специальные технические «оперативные группы» разъезжали по местам боев, выискивая Т-34 с наименьшими повреждениями. Если танк признавался годным для ремонта и модернизации, то немцы обеспечивали его доставку на завод. Всего, таким образом, немецкими техниками было отобрано для последующего ремонта и введения в строй 33 танка Т-34 1942-1943 годов выпуска.

Когда цех был более-менее восстановлен, а танки собраны на заводском дворе, начался ремонт и переоборудование «тридцатьчетверок» в соответствии с немецкими танковыми стандартами. Танки практически полностью разбирались, изношенные детали заменялись, а повреждения ремонтировались. Но на этом эсэсовские ремонтники не остановились, наоборот, проводилось серьезное дооборудование танков. Так, башни делались куда более комфортабельней для экипажа, чем были раньше, оборудовались радиостанциями, немецкой оптикой, а нескольким танкам даже приварили командирскую башенку, чтобы улучшить обзор для командира танка. С особой тщательностью тестировались моторы это проводилось на специальных испытательных стендах.

По окончании всех этих доработок танк Т-34 становился куда более боеспособным, чем после выхода с советского танкового завода. Как заметил командир взвода прежнего противотанкового дивизиона оберштурмфюрер СС Клаудиус Рупп, воочию наблюдавший преобразование советских «тридцатьчетверок» в немецкие: «Пожалуй, это были лучшие из когда-либо имевшихся Т-34» [24, s.74].

Общий вид цеха «Танкоремонтного завода СС»

Общий вид цеха «Танкоремонтного завода СС»

Полностью готовые танки окрашивались в темно-желтый цвет и маркировались согласно немецким стандартам, на башни танков наносились большие «балканские» кресты [21, р.31]. Для сигнализирования пилотам Люфтваффе о том, что под ними немецкий танк, а не советский, на крышки башенных люков наносилась свастика.

Одновременно с ремонтом и переоборудованием танков была организована подготовка экипажей.

Согласно еще довоенной немецкой номенклатуре, виды иностранной боевой техники подразделялись по серийным номерам, танки значились под номером 700. К этому числу в скобках добавлялась первая буква страны-производителя, если танк был советский, то (г) — Россия («russisch») [14, с.197]. Исходя из этого, принятые в «Дас Райх» на вооружение танки Т-34 получили обозначение Pz.Kpfw Т-34 747 (г) [12, с.259].

Отремонтированные «тридцатьчетверки» выезжают из заводского цеха

Отремонтированные «тридцатьчетверки» выезжают из заводского цеха

24 апреля 1943 года первые модернизированные «тридцатьчетверки» были продемонстрированы рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру. Последний, отдавая дань эсэсовцам после мартовской победы под Харьковом, находился с визитом во 2-м танковом корпусе СС и не упустил случая проинспектировать дивизию СС «Дас Райх» (кроме модернизированных Т-34, Гиммлеру также показали и танки «Тигр» тяжелой танковой роты дивизии).

К 31 мая 1943 года в полностью боеготовом состоянии насчитывалось пять танков Т-34, а 20 находились в краткосрочном ремонте. Всего же в строй было введено 25 штук Т-34 из 33 доставленных на завод. Еще 12 «тридцатьчетверок» было отравлено в панцер-гренадерскую юнкерскую школу СС в Киншлаге, где они стали наглядным пособием для обучения курсантов противотанковой борьбе [27, р.319; 31, р.113].

Примечательно, что, согласно официальным немецким отчетам, всего на май 1943 года на вооружении Вермахта насчитывалось 63 трофейных советских танка, из которых 50 штук были «тридцатьчетверки» [23, р.5]. Если эти официальные данные достоверны (а не верить им оснований нет), то получается, что дивизия СС «Дас Райх» имела на вооружении 50% от общего количества танков Т-34 во всей немецкой армии.

Следует особо подчеркнуть, что преобразование противотанкового дивизиона в 3-й батальон танкового полка и укомплектование его танками Т-34 было временной мерой, призванной компенсировать отсутствие в танковом полку 1-го батальона.

Т-34 дивизии СС «Дас Райх» во дворе Харьковского тракторного завода

Т-34 дивизии СС «Дас Райх» во дворе Харьковского тракторного завода

3-й батальон танкового полка состоял из трех рот, две из которых, согласно данным Т. Йентца, были вооружены танками Т-34, а одна (11-я) была легкой, то есть имела на вооружении танки Р2-Ш с 50-мм пушками [18, р.52]. В то же время британские авторы М. Шарп и Б. Девис утверждают, что Т-34 была вооружена только одна рота — 9-я [25, р.133]. Отметим, что, по данным М. Йергера, 9-я рота была вооружена 18 танками Т-34, вместе с этим он дает танки Т-34 и в составе 10-й роты [30, р.76, 255]. Исходя из этих данных и количества танков Т-34 (25 единиц), сделаем вывод, что 9-я рота была укомплектована ими полностью, а в 10-й Т-34 был вооружен один взвод. По воспоминаниям обершарфюрера СС Йозефа Набе-ра из 9-й танковой роты, его взвод состоял из танка Рг-IV и четырех Т-34. Всего в 9-й роте было шесть Рг-1\/ (командира роты, штабная и четыре командиров взводов) и 16 Т-34 (по четыре танка в каждом взводе; на два меньше, чем дает Йергер) [24, з.75].

Командные должности в 3-м танковом батальоне остались за офицерами противотанкового дивизиона. Командиром батальона был штурмбаннфюрер СС (произведен 20 апреля 1943 года) Эрхард Асбахр. Командиром 9-й роты (1-й в противотанковом дивизионе) был гауптштурмфюрер СС Зигфрид Зинн, 10-й (2-й) — гауптштурмфюрер СС Ханс Бурфайнд, а 11-й (3-й) роты — оберштурмфюрер СС Адольф Метцгер.

Таким образом, к началу лета 1943 года дивизия СС «Дас Райх» подошла с двумя танковыми батальонами и 25 танками Т-34 в наличии. Однако не все из этих танков находились в боеспособном состоянии, к тому же в июне несколько из них пришлось разобрать на запчасти для остальных машин. Сколько именно — неизвестно, но, думаем, не менее 2-3 единиц. Все это свидетельствует о больших технических проблемах в эксплуатации немцами Т-34, несмотря даже на тщательный ремонт, все доработки и модернизации.

5 июля 1943 года немецкие войска начали реализацию операции «Цитадель» — наступление против Курского выступа. Дивизия СС «Дас Райх» под командованием группенфюрера СС Вальтера Крюгера действовала в составе ударного 2-го танкового корпуса СС на южном фасе Курской дуги. Для эсэсовских «тридцатьчетверок» эта операция стала боевым крещением. Отметим, что, несмотря на то что боевой путь дивизии СС «Дас Райх» в Курской битве исследован очень подробно, информации о боевом применении немцами танков Т-34 имеется немного, хотя не подлежит сомнению, что они участвовали в боях уже с самого начала операции.

По статистике, на 4 июля 1943 года в дивизии СС «Дас Райх» насчитывалось 18 Т-34 в боеспособном состоянии (из общего количества в 158 боеспособных танков и самоходных орудий в дивизии). К концу дня 5 июля 1943 года в боеспособном состоянии насчитывалось 16 Т-34, а к концу дня 6 июля 1943 года — 15 Т-34 [16, s.96]. Скорее всего, выход из строя нескольких танков был связан прежде всего с техническими проблемами.

Уникальное фото, датированное июнем 1943 года, — на заднем плане танки Т-34 дивизии СС «Дас Райх», выдвигающиеся к фронту

Уникальное фото, датированное июнем 1943 года, — на заднем плане танки Т-34 дивизии СС «Дас Райх», выдвигающиеся к фронту

Первое достоверное свидетельство об использовании в бою эсэсовских Т-34 приходится на 7 июля 1943 года. К этому моменту 2-й танковый корпус СС уже прорвал две линии обороны советских войск на прохоровском направлении и уверенно продолжал наступление. На правом фланге атаки дивизии СС «Дас Райх» полоса фронта пролегала вдоль участка железнодорожной линии Сажное — Беленихино. Советские войска имели здесь сильные оборонительные позиции противотанковой артиллерии и танков. Для усиления своей обороны с утра 7 июля советское командование задействовало на этом участке 60-й дивизион бронепоездов в составе бронепоезда № 737 (капитан В.П. Павелко) и № 746 «Московский метрополитен» (капитан Б.П. Есин). Накануне, вечером 6 июля, оба бронепоезда были сосредоточены в трех километрах южнее станции Беленихино. Их вооружение состояло из шести 107-мм и 76-мм орудий, шести 37-мм, 25-мм зениток и 12 пулеметов «максим» [5, с.619]. По немецким данным, бронепоезда активно поддерживались танками [24, s.75], вероятно, из 20-й гвардейской танковой бригады подполковника П.Ф. Охрименко.

У немцев на этом участке атаковали 3-й батальон танкового полка и тяжелая танковая рота, вооруженная танками «Тигр». Штурмбаннфюрер СС Асбахр разделил свои силы на три группы — 9-я рота атаковала на правом фланге, 11-я (он сам находился при ней) — на левом, а 10-я рота оставалась в резерве. По советским данным, тяжелый бронепоезд № 737 с 08:00 до 08:45 вел огонь по группе танков в 20 машин, пытавшейся прорваться из района высоты 1,5 километра западнее Рождественки к Липовому Донцу. Используя внушительное артиллерийское вооружение и танковую поддержку, бронепоезд сильным огнем накрыл атакующую группу танков «Дас Райх» (3-й батальон), включая сюда и «Тигры». Обершарфюрер СС Йозеф Набер, командир танка Т-34 из 9-й танковой роты (атаковавшей на правом фланге атаки батальона), вспоминал об атаке в этот день: «Я ехал в головном танке. Справа —танки 3-го взвода, слева — танки 2-го взвода. Прямо за мной шел танк командира роты гауптштурмфюрера СС Зинна и танк группы управления роты. Все танки были связаны по радио. Мы не проехали и 200 метров, как оказались в сущем пекле — со всех сторон нас обстреливали танки Т-34 и 76,2-мм противотанковые орудия. В двух километрах на холме проходила железнодорожная линия, здесь стояло несколько бронепоездов, которые обстреливали нас из всех орудий. При следующей атаке я установил, что в лесу от 40 до 50 танков Т-34, не считая противотанковых орудий. Мы также стреляли из всех стволов. В мой танк попали, заклинило башню, и я дал команду отходить» [24, б.75]. Как оказалось, повреждения башни оказались нетяжелыми и могли быть исправлены силами экипажа. «Хотя горело много русских танков, но я также видел, что горели и некоторые из наших танков», — подвел итог бою Набер.

В целом ситуация на поле боя складывалась не в лучшую для немцев сторону. Противодействие советских войск здесь было столь сильным, что немецкие танки прекратили наступление. Прикрывшись дымовой завесой и взяв на буксир несколько подбитых машин, они отошли, предпочтя вызвать в помощь авиацию. В этом бою был подбит танк командира 9-й танковой роты гауптштурмфюрера СС Зигфрида Зинна, а сам он погиб на месте. Весь трагизм положения для немцев заключался в том, что 9-я рота отступала так быстро, что отсутствие танка командира роты выяснилось лишь после выхода роты из боя.

По некоторым данным, на поле боя остался один горящий танк [5, с.619] (по-видимому — танк Зинина). В то же время, по другим данным, только бронепоезд «Московский метрополитен» подбил минимум три танка [2, с.202-203]. По информации Л. Лопуховского, бронепоездами было подбито семь танков [6, с.129]. Исходя из всех приведенных выше данных, констатируем, что точное число немецких танков подбитых бронепоездами, неизвестно, но в любом случае больше, чем один.

Немцы быстро нашли противодействие: их танки огнем с высот южнее хутора Калинин разрушили железнодорожный путь в сторону Беленихино. Ведя непрерывный огонь, бронепоезда начали отходить к станции Сажное, где их атаковали самолеты Люфтваффе. К вечеру оба бронепоезда были разбиты авиацией и артиллерией.

Экипаж позирует перед Т-34, предположительно из 10-й роты 3-го танкового батальона.

Экипаж позирует перед Т-34, предположительно из 10-й роты 3-го танкового батальона.

За день 7 июля танковые силы дивизии СС «Дас Райх» понесли серьезные потери, особенно это касалось 3-го батальона. В бою был тяжело ранен оберштурмфюрер СС Адольф Метцгер, командир 3-й роты противотанкового дивизиона (в данный момент— 11-я танковая рота). К вечеру он умер от ран, став вторым ротным в 3-м танковом батальоне, погибшим 7 июля (первым был Зигфрид Зинн).

Ночью пошел сильный дождь, напоив выжженную горячим июльским солнцем землю. Тем временем в 9-й танковой роте собирали отряд для поиска тела командира. Йозеф Набер вспоминал о событиях той ночи: «С тремя добровольцами я вернулся на поле боя, чтобы найти командира роты. С собой мы взяли пулемет… Всюду еще горели танки, при этом в некоторых взрывались боеприпасы… Я приблизительно знал, где стоял танк командира роты. Мы скоро нашли его… У танка было много пробоин от 76,2-мм снарядов. Тело командира мы нашли в башне танка, у него было много осколков в голове — тяжелая смерть. Мы положили нашего командира на брезент и вчетвером понесли его… Около пяти часов (утра. — Р.П.) мы вернулись в нашу деревню» [24, б.76].

Количество потерянных безвозвратно танков Т-34 за 7 июля точно неизвестно, однако должно быть в пределах 1-2 единицы. Число подбитых танков было куда большим, однако уже вскоре немецкие ремонтные службы их вернули в строй. Известно, что к концу дня 7 июля 1943 года в строю насчитывалось 14 боеспособных танков Т-34 [16, 5.96].

Эсэсовские «тридцатьчетверки» принимали участие в боях и на следующий день, однако какие-либо подробности этого неизвестны. Есть данные, что вечером 8 июля танк Т-34 Йозефа Набера подорвался на советской мине и был отправлен в ремонт.

Т-34 из 3-го батальона танкового полка «Дас Райх»

Т-34 из 3-го батальона танкового полка «Дас Райх»

Применение немцами советских Т-34 имело свою особую специфику. Так, важно отметить, что в условиях напряженных боевых действий уже через три дня наступления были израсходованы имеющиеся в наличии боекомплекты к танкам Т-34. В результате снабжение трофейных танков боеприпасами осуществлялось путем сбора снарядов в подбитых советских машинах. В частности, об этом говорит приказ 2-го танкового корпуса СС дивизии СС «Дас Райх» от 8 июля 1943 года (отданный в 15:15), где указывалась необходимость обеспечить сбор боеприпасов для имеющихся Т-34 прямо на поле боя [28, б.67].

Кроме боеприпасов, эсэсовские ремонтные группы на полях сражений Курской дуги собирали запчасти для танков и стремились эвакуировать те из подбитых советских машин, которые можно было вернуть в строй. В основном этим занимались отряды, командированные «харьковским танкоремонтным заводом СС». Однако в этом вопросе интересы эсэсовцев часто сталкивались с интересами армейских ремонтных служб. В частности, 18 июля 1943 года (уже после завершения операции «Цитадель») на совещании у квартирмейстера группы армий «Юг» обсуждался вопрос о том, что «танкоремонтный завод СС» собирает по полям боев танки Т-34, не подпуская к ним аналогичные армейские службы. Видимо, лихие эсэсовские ремонтники успевали забрать для своих нужд всю более-менее боеспособную трофейную технику, причем, как нам кажется, не только в полосе действий 2-го танкового корпуса СС, но по всей ширине обороны группы армий «Юг». Это и вызвало недовольство армии. Поэтому на совещании ставилась задача не допустить развития подобной практики, ограничить доступ эсэсовцев к подбитым советским танкам, о чем извещались и армейские ремонтные танковые роты [17, р. 166]. О дальнейшем развитии этого «конфликта» данных нет, но вряд ли «противостояние» здесь достигло серьезных масштабов, с учетом скорого изменения ситуации на фронте.

Следующий известный эпизод применения эсэсовцами танков Т-34 в бою датирован 12 июля 1943 года — днем знаменитого Прохоровского сражения. Утром 12 июля дивизия СС «Дас Райх» находилась в обороне. К началу сражения в дивизии СС «Дас Райх» было восемь боеспособных Т-34. В 10:45 советская 4-я гвардейская танковая бригада полковника А.К. Бражникова нанесла сильный удар от Беленихино по обоим флангам 2-го батальона панцер-гренадерского полка СС «Дер Фюрер» (оборонялся вдоль железной дороги Белгород — Курск), немного потеснила батальон и завязала бои за Калинин. По немецким данным, левый фланг батальона атаковали 40 танков, а правый — 10 [4, с.416]. Советским войскам удался прорыв танками, однако атаки стрелковых частей Красной армии были немцами отражены.

Что касается советских танкистов, то, к несчастью для них, в Калинине находились части 3-го батальона танкового полка «Дас Райх», которые поддержали гренадер и переломили ход событий, отбив атаку. Именно здесь сполна оправдалось включение в состав дивизии захваченных под Харьковом Т-34. Советские танки двигались в низине, а эсэсовцы развернули свои восемь боеспособных «тридцатьчетверок» на возвышенности, откуда и открыли точный огонь на поражение. Тем самым немцы применили свою испытанную противотанковую тактику, ведя в основном стрельбу с места, из засады, стараясь до минимума свести риск поражения собственного танка. Хорошо зная слабые места советских танков, немецкие танкисты первым делом открывали огонь по командирскому танку, так как только в этой машине были и радиопередатчик, и приемник. У других советских танков были только радиоприемники, и они не могли переговариваться по рации друг с другом, что нарушало управление и координацию действий. Кроме этого, немецкие танкисты хорошо знали, что у советских танков сзади был металлический бак с запасом горючего. Стоило попасть в этот бак, как он вспыхивал, и в результате танк загорался [21, р.341]. Так что неудивительно, что советская атака была уверенно отбита. Как заметил ветеран (и официальный историограф) дивизии СС «Дас Райх» Отто Вейдингер, «наверное, советские танкисты так и не узнали, кто был их противником» [24, s.75]. Этот бой стал своеобразным «звездным часом» для «тридцатьчетверок» с крестами на броне.

Отбив все атаки советских войск, 12 июля дивизия СС «Дас Райх» перешла в контрнаступление, продвинулась на два километра на участке шириной пять километров, понеся за день упорного боя сравнительно легкие потери. Что касается потерь бронетехники, то их можно определить лишь приблизительно. Так, есть данные, что к концу сражения в составе «Дас Райх» осталось лишь два танка Т-34 в боеспособном состоянии [12, с. 126], то есть за день боя их выбыло из строя шесть штук. По другим данным, как нам кажется, более достоверным, к концу дня «Дас Райх» располагала восемью боеспособными танками Т-34 [16, s.96], В любом случае, поскольку поле боя осталось за немцами, они получили возможность эвакуировать всю свою подбитую бронетехнику для ремонта.

Статистика наличия боеспособных танков Т-34 в дивизии СС «Дас Райх» в последующие дни операции «Цитадель» отражена в таблице 1 [16, s.96].

Из данных, приведенных в таблице, мы видим, что количество боеготовых танков в ходе продолжения активной фазы операции колебалось в количестве 11-12 штук и несколько возросло уже после окончания интенсивных боевых действий (с ночи на 17 июля части 2-го танкового корпуса СС начинают выводиться из боя), почти достигнув количества на 4 июля (18 единиц). Также на основании этих данных можно попробовать установить приблизительные потери эсэсовских «тридцатьчетверок» в ходе Курской битвы. С учетом сопутствующих факторов и анализа различных данных, мы считаем, что потери в танках этого типа составили минимум три единицы. Впрочем, на абсолютную точность наше число, конечно же, не претендует, тем более что в немецких отчетах о боях под Курском танки Т-34 в графе «Безвозвратные потери» не фигурируют. Действительно, согласно документам, в период с 5 по 17 июля потери дивизии СС «Дас Райх» в бронетехнике составили девять единиц — один танк Pz-Ill, шесть танков Pz-IV, один «Тигр» и одно штурмовое орудие Stug-Ill [9, с.488]. По другим данным, дивизия СС «Дас Райх» с 5 по 16 июля потеряла 46 танков и штурмовых орудий, хотя, скорее всего, в это число включена и подбитая техника, требующая долгосрочного ремонта (более трех недель) [25, р. 138]. Тем не менее мы склонны считать, что некоторое количество немецких «тридцатьчетверок» все же было потеряно безвозвратно.

В целом модернизированные танки Т-34 неплохо показали себя в бою, добившись некоторых успехов и позволив дивизии СС «Дас Райх» вести куда более активные боевые действия, чем она бы вела их в случае отсутствия 3-го танкового батальона. Но, были и негативные моменты, главным образом существование постоянной опасности получить снаряд от сво их. Немецкие артиллеристы в горячке боя (не забывайте также о жаре и затруднявшей видимость пыли) часто не замечали опознавательных крестов на башнях танков и открывали по ним огонь. Еще сложнее было объяснить авиаторам Люфтваффе, пилотам штурмовых самолетов ^-87 и Нз-129, принимающим решения об атаке за доли секунды, что под ними немецкий танк, а не советский. Поэтому эсэсовцы больше старались применять «тридцатьчетверки» из засад, тем самым по возможности сводя к минимуму угрозу «дружественного огня». Однако, как мы увидели, в атаки этим танкам также приходилось ходить. Другой немаловажной проблемой была нехватка для них боеприпасов и запчастей, что создавало серьезные трудности в обслуживании, эксплуатации и боевом применении «тридцатьчетверок». О нехватке боеприпасов наглядно свидетельствует вышеупомянутый приказ собирать снаряды для Т-34 в подбитых советских танках — и это в условиях интенсивных боевых действий! Что касается запчастей, то понятно, что немецкая промышленность их не выпускала, не случайно некоторое количество имеющихся Т-34 было разобрано немцами на запчасти еще до начала операции. Однако в условиях роста боевых повреждений техники эти запчасти быстро расходовались, а найти им замену было трудно.

Тем не менее до поры до времени все это компенсировалось боевыми успехами, а среди танкистов дивизии появилась особая каста асов — тех, кто воевал на Т-34. Среди эсэсовцев-танкистов, воевавших на Т-34 в период операции «Цитадель», наиболее отличился уже упомянутый нами обершарфюрер СС Йозеф Набер, ставший командиром взвода 9-й танковой роты. 1 августа 1943 года его произвели в гауптшарфюреры СС, а 19 августа 1943 года он был переведен в 8-ю танковую роту (с эффектом от 1 августа). За отвагу в бою 8 сентября 1943 года Набер был награжден Германским крестом в золоте, а 9 ноября 1943 года — произведен в унтерштурмфюреры СС. Провоевавший во 2-м танковом полку СС до конца войны, Набер пережил войну и умер в марте 1992 года, в возрасте 76 лет. Интересно, что за время войны танк, которым он командовал (то есть не именно Т-34, а вообще), подбивали четыре раза [30, р.76].

После отказа от дальнейшей реализации операции «Цитадель», 17 июля 1943 года, 2-й танковый корпус СС был переброшен на южный участок фронта, на так называемый «Миус-фронт», где с 17 июля 1943 года шло наступление советского Южного фронта, поставившее в сложное положение войска оборонявшейся здесь немецкой 6-й армии. Ударный эсэсов ский корпус, выступивший в роли «пожарной команды», должен был спасти положение путем принятия участия в планируемом немецком контрударе на реке Миус.

Командир танка осматривает поле боя в поисках противнику. Курская дуга, лето 1943 года

Командир танка осматривает поле боя в поисках противнику. Курская дуга, лето 1943 года

На 28 июля в дивизии СС «Дас Райх» в боеготовом состоянии насчитывалось всего два танка Т-34 [1,1000891]. Чем было вызвано столь разительное сокращение числа боеготовых танков до конца не ясно, поскольку дивизия боевых действий в этот период не вела, а находилась на марше из-под Белгорода на Миус, скорее всего, имели место механические поломки. Затем на следующий день численность боеготовой техники несколько возросла, очевидно, благодаря усилиям ремонтников танкового полка: на 29 июля в боеготовом состоянии в дивизии числилось уже шесть Т-34 (всего в полку было 85 боеспособных танков) [20, р.336]. Однако какие-либо данные о боевом применении эсэсовских «тридцатьчетверок» в ходе контрудара немецких войск на Миусе, 30 июля — 2 августа 1943 года, отсутствуют.

Здесь же следует обратить внимание на то, что уже с конца июля 1943 года в дивизионных отчетах перестают фигурировать трофейные танки Т-34. Последнее упоминание о них непосредственно в составе дивизии относится к концу июля (вышеупомянутые шесть единиц на 29 июля). Последнее известное документальное упоминание о танках Т-34 в дивизии СС «Дас Райх» мы находим в отчете инженера 2-го танкового корпуса СС, где указано, что 1 августа 1943 года штаб корпуса проводил переговоры со штабом армии (судя по всему — 4-й танковой) касательно трофейных автомобилей и танков Т-34, и также упоминалось, что «резина для колес, запасные катки и траки подготавливаются и будут переданы армии» [7, И]. Последнее замечание, судя по тексту, касается именно трофейной техники, однако, в свете дальнейших событий, суть этих переговоров до конца не ясна, поскольку резину с траками армии передали, но сами танки, как мы увидим, нет.

Впрочем, сопоставив факты, нетрудно прийти к главному выводу — танки Т-34 были выведены из состава дивизии. Такая постановка вопроса — изъятие из дивизии боеспособной бронетехники в разгар боев — не кажется нам фантастической, с учетом того, что «Дас Райх» как раз перед миусскими боями пополнила свой бронетанковый парк техникой, переданной из переброшенной в Италию дивизии СС «Лейбштандарт». В частности, 28 июля 1943 года «Дас Райх» получила девять «Тигров», 39 Рг-1У и от трех до четырех Рг-Ш [25, р. 138; 30, р.376]. Тем самым боевая мощь дивизии была существенно усилена (хотя в строй эти танки были введены уже после боев на Миусе). Одних «Тигров» в дивизии насчитывалось теперь 22 единицы [26, р. 118]. В результате танки Т-34 стали уже особо не нужны, и с ними можно было безболезненно расстаться, тем более что их принятие на вооружение было вынужденным решением. Одновременно отпала необходимость в сопряженном с риском поиске для них боекомплектов и запчастей. Бывшие экипажи «тридцатьчетверок» пересели на полученные немецкие танки, в основном их переводили в 8-ю танковую роту. Как нам кажется, вывод «тридцатьчетверок» из состава бронетанкового парка дивизии начался уже 28-29 июля, то есть после получения техники из «Лейбштандарта» и до миусского контрудара, тем самым и было обусловлено резкое сокращение их числа.

Также обратим внимание, что уже с августа 1943 года нет никаких упоминаний о действиях 9, 10 или 11-й рот 3-го танкового батальона, хотя сам батальон иногда фигурирует как в некоторых документах (за август 1943 года), так и в военно-ис-торической литературе. В этой связи историк К. Невенкин отметил, что в августе 1943 года противотанковый дивизион перестал существовать, а в сентябре был окончательно расформирован [19, р.804, 816]. Другие авторы подтверждают эту версию, заявляя, что в конце августа 1943 года роты 3-го танкового батальона пополнили собой 2-й батальон — оставшиеся люди и техника (немецкая) были влиты в 8-ю роту танкового полка [15, р. 18].

Эсэсовская тридцатьчетверка в ходе Курской битвы.

Эсэсовская тридцатьчетверка в ходе Курской битвы.

Не меньший интерес представляет и дальнейшая судьба «тридцатьчетверок» из «Дас Райх». Российский военный историк В. Дюнов, на основании анализа имеющихся фотографий предположил, что эти танки были переданы в немецкие полицейские части: Т-34 «с характерными доработками харьковского танкоремонтного завода СС» встречаются, в частности, в 5-й (усиленной) полицейской танковой роте [8] гауптманна шуцполиции Крауса, которая до середины 1944 года оперировала в Украине, принимая участие в антипартизанских операциях, а затем была переброшена в Северную Италию. Отметим, что действительно на 2 марта 1944 года в составе этой роты числилось 10 танков Т-34 (по пять единиц в 3-м и 4-м взводах; добавим, что командирами взводов были соответственно оберлейтенант шуцполиции Эрвин Вилль и лейтенант шуцполиции Фридрих Фаренкрог) [22, р.91]. Исходя из этого, мы склонны согласиться с версией В. Дюнова, как наиболее соответствующей действительности. Тем более, согласитесь, что вряд ли немцы для укомплектования полицейской роты, несущей службу в тылу, проводили бы серьезные доработки захваченных трофейных танков. В конце добавим, что эти «тридцатьчетверки» провоевали с партизанами в Северной Италии до самого конца войны.

Одним из глубоких заблуждений, связанных с эсэсовскими «тридцатьчетверками», является военная карьера известного немецкого танкового аса, уроженца Швейцарии, гауптшарфюрера СС Эмиля Зайболда. На его боевом счету числится 69 подбитых танков, и часто приходится встречать утверждение даже в работах авторитетных историков, что этих побед он добился, воюя на Т-34, за что 6 мая 1945 года и был награжден Рыцарским крестом Железного креста [13, с.356]. Также 4 июня 1944 года Эмиль Зайболд был награжден Германским крестом в золоте. Определенная доля правды в этом утверждении есть — Зайболд действительно в середине 1943 года командовал танком Т-34 и был командиром полувзвода, скорее всего в 9-й роте. Однако уже в начале августа 1943 года Зайболд, как и другой персонал 3-го танкового батальона, был переведен в 8-ю танковую роту и «пересел» на танк Рг-IV, на котором и провоевал до конца войны, добившись своих основных побед [30, р.218]. Тем не менее интересно, что с начала июля и до конца декабря 1943 года он подбил 27 советских танков, 24 из которых были как раз Т-34. Сложно сказать, сколько именно танков Зайболд подбил, командуя «тридцатьчетверкой», но несколько штук, наверное, все же было. Своей 65-й победы он добился 12 марта 1945 года, после чего и был представлен к награждению Рыцарским крестом. После, добившись еще четырех побед, к концу войны Зайболд стал первым танковым асом дивизии, танкистом, имевшим самый высокий личный счет уничтоженных танков противника [21, р.341; 30, р.218]. Так что признанным танковым асом Зайболд стал, воюя именно на танке Рг-1У, но никак не на Т-34. Эмиль Зайболд умер 11 сентября 1990 года в возрасте 83 лет.

Такой была короткая, но интересная история танков Т-34 в элитной панцер-гренадерской дивизии СС «Дас Райх».

Таким образом, мы увидели, что факт применения дивизией СС «Дас Райх» трофейных советских танков Т-34 незаслуженно обойден вниманием историков. По нашему мнению, подобный опыт дивизии СС «Дас Райх» следует признать вполне успешным. Во-первых, благодаря этому импровизированному решению эсэсовцы получили возможность иметь более-менее полноценный танковый полк. Во-вторых, немецкие специалисты технически модернизировали эти танки, что представляет несомненный интерес для истории танкостроения. В-третьих, «немецкие» Т-34 достойно показали себя в бою, оправдав вложенные в них затраты. Применение их не ограничивалось сугубо противотанковой борьбой, не сводилось лишь к действиям из засад, напротив, использовались «тридцатьчетверки» и для атакующих действий, как традиционно и применялись танки в Вермахте. Отказ же от дальнейшего использования в дивизии трофейных советских танков был вызван тем, что изначально их принятие на вооружение расценивалось как вынужденная мера, и, как, только трудности с наличием немецкой бронетехники были устранены, от танков Т-34 спокойно отказались. По нашему мнению, глубокое изучение данной темы является перспективным для дальнейших научных изысканий. Исследователям следует обратить внимание как на технические усовершенствования конструкции танка немецкими специалистами, так и на боевое применение этих танков.

Эмиль Зайболд со своим экипажем. 

Эмиль Зайболд со своим экипажем.

вернуться к меню ↑

Немецкие варианты переделки Т-34

Этот материал уже когда то был на сайте. Но потом исчез при обрушении в 2010. Вот решил его восстановить специально для того что бы его вставить в эту книгу.

Как известно в течении всей войны обеим сторонам конфликта удавалось захватывать довольно большое количество трофеев, в том числе и танков. И обе стороны старались их использовать уже в своих армиях. Наши в несколько меньших объёмах, а вот немцы старались не терять ни одной более-менее боеспособной машины. Да ведь это и понятно, в конце войны в Германии был каждый танк на счету, да и знаменитая немецкая бережливость, я думаю, так же всем известна.

Представляю вашему вниманию некоторые варианты переделки немцами наших танков. Хочу сразу объяснить необходимость в этих переделках. Дело в том что в германии не выпускали боеприпасы под наше вооружение и поэтому для того что бы использовать захваченную технику самым простым вариантом было поменять наше вооружение на своё.

вернуться к меню ↑

1. Танк Т-34-88.

Такие машина выпускались летом 1944 года на заводе в Либаве. Предположительно их было сделано 18 штук. На эти машины вместо нашей 85 мм пушки устанавливались 88 мм орудия с повреждённых Тигров. С конца 1944 этот танк был использован в Курляндии в 12 танковой дивизии. Цвет танка не изменялся. Для лучшей идентификации на башне рисовали большого креста.

Танк Т-34-88.

Танк Т-34-88.

 

Танк Т-34-88.

Танк Т-34-88.

вернуться к меню ↑

2. Танк Т-34-75.

Этот танк воевал так же в Курляндии. Количество таких машин неизвестно. Как видите, за основу этого танка послужила одна из первых модификаций Т-34 1941 года. На этой машине была установлена вместо нашей 76 мм пушки немецкая короткоствольная 75 мм пушка KwK 37 (L/24) с танка PzKw IV.

Танк Т-34-75

Танк Т-34-75

Танк Т-34-75

Танк Т-34-75

вернуться к меню ↑

3. ЗСУ Т-34-88.

Этот вариант переделки насколько известно существовал в единственном экземпляре. Его проделал некто Эрнест Альбер – главный механик 286 пехотного полка СС. Как  видите, на шасси Т-34 была установлена зенитная 88 мм пушка, которая была грозным оружием как в борьбе с бронетехникой, так и авиацией. Эта машина была в составе 286 пехотного полка СС, и была захвачена в апреле 1945 года недалеко от Франкфурта-на-Одере.

ЗСУ Т-34-88

ЗСУ Т-34-88

 

А вот ещё один вариант этой САУ. Был ли такой в реальности точно утверждать нельзя.,

вернуться к меню ↑

4. ЗСУ Т-34-20.

Эту переделку осуществил так же Эрнест Альбер для своего подразделения. На этой машине вместо стандартной башни была смонтирована платформа с тремя 20 мм автоматическими пушками. Машина так же была захвачена на юго-западе от Франкфурта-на-Одере.

ЗСУ Т-34-20

ЗСУ Т-34-20

вернуться к меню ↑

5. САУ Т-34-75.

Эта переделка нашего танка не имеет подтверждение фотоматериалами. Здесь было осуществлено изготовление из нашего танка САУ-истребителя танков путём установки на него 75 мм пушки с аналогичной САУ StuG III. Дата переделки – ориентировочно конец 1943, начало 1944 года.

САУ Т-34-75

САУ Т-34-75

вернуться к меню ↑

На завершающем этапе войны

В феврале — марте 1944 года в танковые части Красной Армии начали поступать танки Т-34-85. В частности, примерно в это время их получили соединения 2-го, 6-го, 10-го и 11-го гвардейских танковых корпусов. К сожалению, эффект от первого боевого применения новых танков был невысоким, так как бригады получали всего по нескольку машин. Большинство в них составляли «тридцатьчетверки» с 76-мм пушками. К тому же совсем мало времени отводилось в боевых частях на переподготовку экипажей. Вот что по этому поводу писал в своих воспоминаниях М.Е.Катуков, в апрельские дни 1944-го командовавший 1-й танковой армией, которая вела тяжелые бои на Украине: «Пережили мы в те трудные дни и радостные минуты. Одна из таких — приход танкового пополнения. Получила армия, правда, в небольшом количестве, новые «тридцатьчетверки», вооруженные не обычной 76-мм, а 85-мм пушкой. Экипажам, получившим новые «тридцатьчетверки», пришлось дать всего два часа на их освоение. Больше дать мы тогда не могли. Обстановка на сверхшироком фронте была такая, что новые танки, обладавшие более мошным вооружением, надо было как можно скорее ввести в бой».

Одним из первых Т-34-85 с пушкой Д-5Т получил 38-й отдельный танковый полк. Эта часть имела смешанный состав: помимо Т-34-85 в ней находились и огнеметные тан ки ОТ-34. Все боевые машины полка были построены на средства Русской православной церкви и несли на своих бортах название «Димитрий Донской». В марте 1944 года полк вошел в состав 53-й общевойсковой армии и принял участие в освобождении Украины.

В заметном количестве Т-34-85 использовались в ходе наступления в Белоруссии, начавшегося в конце июня І944 года. Они составляли уже более половины из 811 «тридцатьчетверок». принимавших участие в этой операции. В массовом же порядке Т-34-85 применялись в боевых действиях в 1945 году: в Висло-Одерской, Померанской, Берлинской операциях, в сражении у озера Балатон в Венгрии. В частности, накануне Берлинской операции укомплектованность танковых бригад боевыми машинами этого типа была почти стопроцентной.

Танки Т-34-85  подразделения  гвардии капитана  Моськина.  1-й Украинский  фронт, апрель  1945 го

Танки Т-34-85  подразделения  гвардии капитана  Моськина.  1-й Украинский  фронт, апрель  1945 го

Следует отметить, что в ходе перевооружения танковых бригад в них произошли некоторые организационные изменения. Поскольку экипажи Т-34-85 состоял из пяти человек, то для их доукомплектования был использован личный состав роты противотанковых ружей батальона автоматчиков бригады.

До середины 1945 года на вооружении советских танковых частей, дислоцировавшихся на Дальнем Востоке, состояли в основном устаревшие легкие танки БТ и Т-26. К началу войны с Японией в войска поступило 670 танков Т-34-85, что позволило укомплектовать ими первые батальоны во всех отдельных танковых бригадах и первые полки в танковых дивизиях. 6-я гвардейская танковая армия, переброшенная в Монголию из Европы, оставила свои боевые машины в прежнем районе дислокации (Чехословакия) и уже на месте получила 408 танков Т-34-85 с заводов № 183 и №174. Таким образом, машины этого типа приняли самое непосредственное участие в разгроме Квантунской армии, являясь ударной силой танковых частей и соединений.

Танк Т-34 выпуска 1943 года на улице Берлина. Май 1945 года.

Танк Т-34 выпуска 1943 года на улице Берлина. Май 1945 года.

Помимо Красной Армии танки Т-34-85 поступили на вооружение армий нескольких стран-участниц антигитлеровской коалиции.

Первым танком этого типа в Войске Польском стал Т-34-85 с пушкой Д-5Т, переданный 11 мая 1944 года 3-му учебному танковому полку 1-й польской армии. Что касается боевых частей, то первой эти ганки — 20 единиц — получила 1-я польская танковая бригада в сентябре 1944 года посте боев под Студ-зянками. Всего же в 1944 — 1945 годах Войско Польское получило 328 танков Т-34-85 (последние 10 машин были переданы 11 марта). Танки поступали с заводов № 183, № 112 и ремонтных баз. В ходе боевых действий значительная часть боевых машин была потеряна. По состоянию на 16 июля 1945 года в Войске Польском числилось 132 танка Т-34-85.

Берлин взят! Танк Т-34-85 и тяжелые САУ ИСУ. Вражеским огнем с бортов  «тридцатьчетверки» сорвано все, включая наружные баки. За поручнем башни заначен трофейный пис толе т-пулемет МР-40.

Берлин взят! Танк Т-34-85 и тяжелые САУ ИСУ. Вражеским огнем с бортов  «тридцатьчетверки» сорвано все, включая наружные баки. За поручнем башни заначен трофейный пис толе т-пулемет МР-40.

Все эти машины были порядком изношены и требовали капитального ремонта. Дая его проведения создали специальные группы. которые на местах недавних боев снимали с подбитых польских, да и советских танков исправные узлы и агрегаты. Интересно отметить, что в ходе ремонта появилось некоторое количество «синтезированных» танков, когда у Т-34 раннего выпуска меняли подбашенный лист и устанавливали башню с 85-мм пушкой.

1-я отдельная чехословацкая бригада получила Т-34-85 в начале 1945 года. В ее состав тогда входили 52 Т-34-85 и 12 Т-34. Бригада, находясь в оперативном подчинении советской 38-й армии, принимала участие в тяжелых боях за Остраву. После взятия 7 мая 1945 года г. Оломоуц оставшиеся в строю 8 танков бригады были переброшены в Прагу. Число танков Т-34-85, переданных в 1945 году Чехословакии, в разных источниках колеблется от 65 до 130 единиц.

Т-34-85 в Порт-Артуре, август 1945 года. На заднем плане Перепелиная гора с японским памятником в честь взятия этой крепости в 1904 году.

Т-34-85 в Порт-Артуре, август 1945 года. На заднем плане Перепелиная гора с японским памятником в честь взятия этой крепости в 1904 году.

На завершающем этапе войны две танковые бригады сформировали в Народно-освободительной армии Югославии. 1-ю танковую бригаду вооружили англичане, и ее легкие танки МЗАЗ в июле 1944 года высадились на Адриатическом побережье Югославии. 2-я танковая бригада была сформирована с помощью Советского Союза в конце 1944 года и получила 60 танков Т-34-85.

Незначительное количество Т-34-85 захватили немецкие войска, а также войска союзных с Германией государств. Этих танков. использовавшихся Вермахтом, были единицы, что и понятно — в 1944 — 1945 годах поле боя в большинстве случаев оставалось за Красной Армией. Достоверно известны факты применения отдельных Т-34-85 5-й танковой дивизией СС «Викинг». 252-й пехотной дивизией и некоторыми другими частями. Что касается союзников Германии, то в 1944 году финны, например, захватили девять Т-34-85. шесть из которых эксплуатировались в финской армии до 1960 года.

Как это часто бывает на войне, боевая техника иногда несколько раз переходила из рук в руки. Весной 1945 года 5-я гвардейская танковая бригада, воевавшая в составе 18-й армии на территории Чехословакии, захватила у немцев средний танк Т-34-85. Интересно отметить, что на тот момент материальная часть бригады состояла из легких танков Т-70, средних Т-34 и батальона трофейных венгерских танков. Захваченная машина стала первым танком Т-34-85 в этой бригаде.

вернуться к меню ↑

На страже мира и труда

После окончания Второй мировой войны Т-34-85 довольно долго — почти до середины 1950-х годов — составляли основу танкового парка Советской Армии: танки Т-44 поступили на вооружение в ограниченном количестве, а Т-54 слишком медленно осваивался промышленностью.

Поэтому Т-34-85 в 1950-е годы в ходе проведения капитальных ремонтов прошли модернизацию. В первую очередь, изменения затронули двигатель, который в результате получил наименование В-34-М11. Были установлены два воздухоочистителя ВТИ-3 с эжекционным отсосом пыли; в системы охлаждения и смазки встроили форсуночный подогреватель; генератор ГТ-4563А мощностью 1000 Вт заменили генератором Г-731 мощностью 1500 Вт. Для вождения машины ночью механик-водитель получил прибор ночного видения БВН. При этом на правом борту корпуса появился ИК-осветитель ФГ-100. Прибор наблюдения М К-4 в командирской башенке заменили командирским прибором наблюдения ТПК-1 или ТПКУ-2Б.

«Тридцатьчетверки» 4-й гвардейской танковой Кантемировской дивизии на ул. Горького перед парадом. Москва, 7 ноября 1945 года.

«Тридцатьчетверки» 4-й гвардейской танковой Кантемировской дивизии на ул. Горького перед парадом. Москва, 7 ноября 1945 года.

Вместо пулемета ДТ был установлен модернизированный пулемет ДТМ, снабженный телескопическим прицелом ППУ-8Т. В укладку личного оружия членов экипажа вместо пистолета-пулемета ППШ ввели автомат АК-47. Радиостанция 9-Р с 1952 года заменялась радиостанцией 10-РТ-26Э, а переговорное устройство ТПУ-Збис-Ф — ТПУ-47. Другие системы и агрегаты танка изменений не претерпели.

Модернизированные таким образом машины стали именоваться Т-34-85 обр. 1960 года.

В 1960-х годах танки оснастили более совершенными приборами ночного видения ТВН-2 и радиостанциями Р-123. В ходовой части установили опорные катки, заимствованные у танка Т-44М.

Часть танков в конце 1950-х годов была переоборудована в эвакуационные тягачи Т-34Т, отличавшиеся друг от друга наличием или отсутствием лебедки или такелажного оборудования. Башня во всех случаях демонтировалась. Вместо нее в варианте максимальной комплектации устанавливалась грузовая платформа. На подкрылках монтировались ящики для инструмента. К носовым листам корпуса приваривались площадки для толкания танков с помощью бревна. Справа в передней части корпуса устанавливался кран-стрела грузоподъемностью 3 т: в средней части корпуса — лебедка с приводом от двигателя. Из вооружения сохранялся только курсовой пулемет. Часть тягачей Т-34Т, а также линейных танков оснащалась бульдозерами БТУ и снегоочистителями СТУ.

Курсанты одного из танковых училищ изучают конструкцию танка Т-34 по так называемому разрезному образцу. 1946 год.

Курсанты одного из танковых училищ изучают конструкцию танка Т-34 по так называемому разрезному образцу. 1946 год.

Для обеспечения ремонта танков в полевых условиях был разработан и серийно выпускался (а точнее — переоборудовался из линейных танков) самоходный кран СП К-5, затем СПК-5/10М. Крановое оборудование грузоподъемностью до Ют позволяло осуществлять снятие и установку танковых башен. Машина оснащалась двигателем В-2-34Кр, который отличался от штатного наличием механизма отбора мощности.

В 1960— 1970 годах значительное число танков после демонтажа вооружения было переоборудовано в машины химической разведки.

В учебных частях ряда военных округов, в частности в Забайкальском и Дальневосточном, эти боевые машины эксплуатировались до начала 1970-х годов.

В составе Советской Армии танки Т-34-85 в послевоенные годы участия в боевых действиях не принимали. Известны факты боевого применения «тридцатьчетверок» в некоторых «горячих точках» на территории СНГ, например, в ходе армяно-азербайджанского конфликта. Причем подчас для этой цели использовались даже танки-памятники.

За пределами же Советского Союза Т-34-85 участвовали в боевых действиях практически на всех континентах и вплоть до последнего времени. К сожалению, указать точное число переданных в ту или иную страну танков этого типа не представляется возможным, тем более, что поставки эти осуществлялись не только из СССР, но и из Польши и Чехословакии.

Танк Т-34 возглавляет парадный расчет 4-й гвардейской Кантемировской танковой дивизии.  Москва, 7 ноября 1945 года. В башне танка стоит командир дивизии генерал П. П. Полубояров.

В 1949 году лицензию на производство среднего танка Т-34-85 приобрела Чехословакия. Ей была передана конструкторская и технологическая документация, обеспечивалась техническая помощь советскими специалистами. Зимой I952 года первый Т-34-85 чехословацкого производства покинул цехи завода CKD Praha Sokolovo (по другим данным, завода имени Сталина в городе Rudy Martin). «Тридцатьчетверки» выпускались в ЧССР до 1958 года. Всего было изготовлено 3185 единиц, значительная часть которых пошла на экспорт. На базе этих танков чехословацкими конструкторами были разработаны мостоукладчик МТ-34, эвакуационный тягач CW-34 и ряд других машин.

Аналогичную лицензию в 1951 году приобрела Польская Народная Республика. Выпуск танков Т-34-85 был развернут на заводе Bumar Labedy. Первые четыре машины собрали к 1 мая 1951 года, при этом часть узлов и агрегатов привезли из СССР. В 1953 — 1955 годах Войско Польское получило 1185 танков собственного производства, а всего в Польше было выпущено 1380 Т-34-85.

Польские «тридцатьчетверки» дважды модернизировались по программам Т-34-85М1 и Т-34-85М2. В ходе этих модернизаций они получили предпусковой подогреватель, двигатель приспособили для работы на различных видах топлива, были введены механизмы, облегчавшие управление танком, иначе разместили боекомплект. Благодаря внедрению дистанционной системы управления курсовым пулеметом, экипаж танка сократился до 4 человек. Наконец, польские «тридцатьчетверки» оснащались оборудованием подводного вождения.

На базе танков Т-34-85 в Польше было разработано и выпускалось несколько образцов инженерных и ремонтно-эвакуационных машин.

После 1945 года Т-34-85 в разное время состояли на вооружении в Австрии, Албании, Алжире, Анголе, Афганистане, Бангладеш, Болгарии, Венгрии, Вьетнаме, Гане, Гвинее, Гвинее-Биссау, ГДР. Египте, Израиле (трофейные египетские), Ираке. Кипре. Китае, КНДР. Конго, Кубе, Лаосе, Ливане, Ливии, Мали, Мозамбике, Монголии, Польше. Румынии, Северном Йемене, Сирии, Сомали, Судане, Того, Уганде. Финляндии (трофейные советские), Чехословакии. Экваториальной Гвинее, Эфиопии, ЮАР (трофейные ангольские), Югославии, Южном Йемене.

Безусловно, в первую очередь эти танки передавались армиям стран-участниц Варшавского Договора. Так. например, при создании Национальной народной армии ГДР. с I марта 1956 года немецким войскам было передано 119 танков Т-34, 516 Т-34-85 и 15 тягачей Т-34Т.

По данным справочника «Джейн» на рубеже XXI века танки Т-34-85 еше состояли на вооружении, хранились на складах или использовались как учебные вармиях Кубы, Боснии и Герцеговины. Хорватии, Словении, Конго, Гвинеи, Гвинеи-Биссау, Мали, Мозамбика, Намибии, Сомали, Зимбабве. Сирии. Йемена. Китая. КНДР. Лаоса и Вьетнама.[/collapsed]

вернуться к меню ↑

Участие Т-34 в локальных конфликтах

По состоянию на начало 1998 г. танки Т-34-85 состояли на вооружении в Албании (138 танков), Анголе (58), Афганистане (точные данные о количестве отсутствуют), Боснии (точные данные о количестве отсутствуют), Гвинее-Бисау (10), Кубе (400 танков, часть из них используется для охраны побережья, часть находится на хранении), Мали (18).

[collapsed title=Война в Корее 1950-53 гг.]

Как известно, союзники поделили Корею примерно пополам – по 38-й параллели. В северной части страны не без помощи наших соотечественников был установлен коммунистический режим Ким Ир Сена, в южной – остались оккупационные американские войска; естественно, и режим там был проамериканский. Военный конфликт двух режимов был неизбежен. Надо сказать, коммунисты к войне подготовились значительно лучше.

Северокорейский Т-34, подбитый под Тэйджоном 20 июля 1950 г.

Северокорейский Т-34, подбитый под Тэйджоном 20 июля 1950 г.

Бронетанковые части Народной армии Северной Кореи начали формироваться в 1945 г., первым стал 15-й танковый учебный полк, на вооружении которого состояли, наряду с американскими легкими танками М3 «Стюарт» и средним М4 «Шерман» (получены от китайцев), два танка Т-34-85. Танки доставили из СССР, вместе с ними в Корею прибыли 30 советских офицеров-танкистов, имеющих боевой опыт Великой Отечественной войны. Командовал полком полковник Ю Куонг Су, начавший свою военную карьеру лейтенантом РККА в годы Великой Отечественной. В мае 1949 г. полк был расформирован, его личный состав стал костяком новой 105-й танковой бригады. До октября все три полка (107-й, 109-й, 203-й) бригады были полностью укомплектованы «тридцатьчетверками». В каждом полку имелось 40 Т-34-85. К июню 1950 г. в составе Народной армии имелось 258 танков Т-34; 105-я бригада была оснащена ими полностью, около 20 машин числилось в 208-м учебном полку, остальные в новых 41, 42, 43, 45 и 46-м танковых полках (в действительности это были отдельные танковые батальоны примерно по 15 танков в каждом) и в 16-й и 17 -и танковых бригадах (реально – полки, по 40-45 машин). На фоне советских танковых армий 1945 г. 258 «тридцатьчетверок» не производят особого впечатления, но в 1950 г. это были самые многочисленные и, что не менее важно, самые лучшие по боевой подготовке и характеристикам материальной части, танковые силы в Азии. Так, в южнокорейской армии не было вообще ни одного танка, а американцы имели несколько рот легких танков М24 «Чаффи», да и то в составе оккупационных войск на Японских островах.

В 5 часов утра 25 июня 1950 г. «тридцатьчетверки» 109-го танкового полка пересекли 38-ю параллель; началась Корейская война. Горный характер центральной части Корейского полуострова препятствовал использованию крупных масс танков, поэтому танковые полки действовали не в составе бригады, а придавались пехотным дивизиям. Главный удар наносился на Сеул.

Т-34-85 подбитый 3,5 дюймовым гранатомётом "Супер-базука" в Корее

Т-34-85 подбитый 3,5 дюймовым гранатомётом «Супер-базука» в Корее

Американские солдаты рядом с подбитыми Т-34

Многие солдаты пехотных подразделений армии Южной Кореи никогда в жизни вообще не видели танков, а те кто видели бронированные чудовища и даже умели с ними бороться, очень быстро убедились в бесполезности 57-мм пушек и 2,36-дюймовых базук. Американским противотанковым средствам уральская броня оказалась не по зубам. Все же в первый день войны в боях за переправу через реку Имджин южнокорейцам удалось подбить 11 Т-34 из состава 107-го полка, но это никак не влияло на общую картину боев (данные сведения о потерях Т-34 весьма сомнительны, поскольку по американским данным до 9 июля 105-я танковая бригада потеряла в боях всего 4-5 Т-34). Танкобоязнь стремительно распространилась по обороняющимся подразделениям, и уже 27 июня танкисты 107-го и 109-го полков заняли исходные позиции для штурма Сеула. Столица Южной Кореи была взята на следующий день. Дальнейшее продвижение танков на юг задерживалось взорванным мостом через реку Хань, который восстановили только 3 июля. 5 июля северокорейские части впервые встретились в бою с американцами: 33 Т-34 107-го полка атаковали позиции подразделений 24-й пехотной дивизии армии США. Танковую атаку янки попытались остановить артиллерийским огнем 105-мм гаубиц и 75-мм безоткатных орудий. Оказалось, что броня «тридцатьчетверок» уверенно «держит» и 105-м, и 75-мм фугасные снаряды. У артиллерийских расчетов гаубиц было всего шесть кумулятивных снарядов, двумя из них удалось подбить два танка на дистанции в 500 м. Первый бой с американцами выиграли корейские танкисты.

Чтобы остановить стремительное наступление северокорейских войск, американцы в спешном порядке перебросили в Корею свои части из состава оккупационных войск в Японии. Первым бронетанковым подразделением армии США в Корее стала рота А из 78-го тяжелого танкового батальона, укомплектованная танками М24 «Чаффи». Первый танковый бой между Т-34 и М24 произошел 10 июля. Два «Чаффи» были подбиты, «тридцатьчетверки» потерь не имели, хотя и получили прямые попадания, но ни один снаряд броню не пробил. На следующий день американцы лишились еще трех М24, северокорейцы опять не потеряли ни одного танка. Подобное начало боевой карьеры деморализовало экипажи американских танков. К концу июля рота А де-факто перестала существовать: из 14 танков уцелело два; на свой счет за это время янки так и не записали ни одной «тридцатьчетверки». В августе в Корею перебросили еще две роты «Чаффи», чему командиры-пехотинцы не очень-то и обрадовались ввиду полной бесполезности этих машин в качестве противотанкового средства.

Первые чувствительные потери Т-34 понесли после начала использования американской пехотой 3,5-дюймовых «супербазук». Впервые это оружие было использовано в боях за Тэджон 20 июля, тогда удалось уничтожить две «тридцатьчетверки». Танкисты 105-й бригады в боях за Тэджон потеряли 15 Т-34, семь были подожжено базуками и пять подбито авиацией.

Казалось, что после падения Тэджона война вот-вот закончится, еще одно усилие, и американцы с их южнокорейскими союзниками будут сброшены в море. Однако этого не случилось. Танковые части – основная ударная сила армии Ким Ир Сена – имели минимальные боевые потери: несколько машин от мин, несколько – от базук, несколько – в результате бомбоштурмовых ударов авиации; всего не более 20-25 Т-34. Тем не менее, в начале августа в составе 105-й бригады насчитывалось всего около 40 боеспособных Т-34-85. Большая часть «коробочек» осталась разбросанной вдоль всего «славного боевого пути бригады» от 38-й параллели до Тэджона из-за поломок, аварий и нехватки запасных частей. Восстановительным работам мешала американская авиация, господствовавшая в небе. Американские летчики не добились особых успехов в борьбе с танками, зато уменьшать снабжение танковых подразделений горючим и запасными частями до минимума у них получалось прекрасно. Мощного заключительного танкового удара у северокорейцев не получилось. 13 августа при атаке города Тэгу 105-я бригада потеряла порядка двадцати Т-34 – половину своих боеспособных танков. Оставшиеся машины были распределены между пехотными подразделениями и в последующем принимали участие в бесплодных попытках прорвать оборону Пусанского плацдарма.

17 августа «тридцатьчетверки» впервые в ходе войны в Корее встретили достойного противника – «Першинг» из 1-й бригады морской пехоты. Экипажи Т-34 приняли М26 за хорошо знакомый «Чаффи» и уверенно ринулись в бой, за что и поплатились – три танка были подбиты из 90-мм орудия «Першинга». С этого момента ход танковых боев в корне изменился. Дело было даже не в появлении танков, способных тягаться с «тридцатьчетверками». Северокорейские танкисты превосходно подготовились к наступательным действиям в условиях маневренной войны, теперь же им приходилось прогрызать подготовленную оборону и частенько вступать в единоборство с американскими танками. В ходе этих единоборств быстро выявилась лучшая подготовка американских экипажей.
К сентябрю по периметру плацдарма, удерживаемого, главным образом, американцами установилось равновесие: американцы имели некоторое преимущество в живой силе, соотношение по танкам было примерно 1:1 (около 40 танков в составе сил ООН и столько же у северокорейцев). Коммунисты не могли прорвать оборону, а янки считали нецелесообразным наносить главный удар в условиях горной местности. Высадка морского десанта в Инчхоне позволила американцам выйти из стратегического тупика. От Инчхона открывался прямой и короткий путь на Сеул. В районе столицы имелось всего 16 Т-34 из 42-го механизированного полка, укомплектованных необстрелянными экипажами и 10-15 танков 105-й бригады. В боях 16-20 сентября практически все «тридцатьчетверки» были уничтожены. Показательно, что хотя американцы доставили в Инчхон и «Першинги» и «Шерманы», подавляющую часть Т-34 уничтожили расчеты базук.

События Корейской войны закрутились в обратную сторону. Если раньше коммунисты мчались, сметая все на своем пути, на юг, то теперь на север стремительно продвигались американцы. Начиная с августа 1950 г., количественное превосходство в танках перешло к силам ООН. К концу 1950 г. в американских танковых частях числилось 1326 танков: 138 М-24 «Чаффи», 679 М4A3E8 «Шерман», 309 М26 «Першинг» и 200 М46 «Паттон». Войска Ким Ир Сена насчитывали примерно 300 Т-34-85.

Дальнейший ход Корейской войны известен: к октябрю американцы прошли до китайско-корейской границы, где в дело вступило немалое количество китайских добровольцев, отбросивших янки к концу года на 38-ю параллель. Мао Цзе Дун просил Сталина помочь не только с техникой, но и направить в Корею регулярные части вооруженных сил СССР. Более того, Генеральный штаб Советской армии считал необходимым придать слабо оснащенным тяжелой техникой китайским пехотным дивизиям советские танковые части. Сталин на это не пошел, но согласился на размещение десяти танковых полков на китайской территории вблизи границы с Кореей для противодействия возможному вторжению сил ООН в КНР. Тогда же рассматривалась возможность лицензионного производстве Т-34-85 в Китае.

После тяжелых боев зимы 1950-51 гг., к апрелю 1951 г. линия фронта стабилизировалась по 38-й параллели; хотя война продолжалась до конца 1953 г., танковые бои отошли в прошлое. Согласно данным министерства обороны США, за всю войну произошло 119 танковых боев, причем только в 24 случаях в них принимало участие более трех танков с каждой стороны. Это были именно единоборства. Американцы записали на свой счет 97 Т-34-85 (еще 18 – уничтожено «вероятно»), признав потерю 34 своих. Насколько объективны эти данные, говорит боевой счет американских летчиков: к октябрю 1950 г. они заявили о 857 уничтоженных танках и САУ, согласно данным американской же разведки эта цифра примерно в восемь раз превосходит все боевые и небоевые танковые потери Народной армии на тот период.

В целом американцы оценили Т-34 как «превосходный танк», в то же время отметив специфическую подготовку их экипажей, которые были способны эффективно наступать на неподготовленную в противотанковом отношении оборону, но не могли на равных драться с американскими танкистами в единоборствах. По мнению американских специалистов, «Чаффи» просто не стоило сравнивать с Т-34-85, в то время как «Шерманы» модели М4А3Е8 имели близкие характеристики и, хотя их пушки были меньшего калибра, кумулятивные снаряды орудий «Шерманов» пробивали лобовую броню «тридцатьчетверок». Танки М26 и М46 превосходили Т-34, что, впрочем, и неудивительно, поскольку это машины уже другого поколения. Показательно, что Кэгл и Мэсон, авторы книги «Морская война в Корее», просто отказались сравнивать американские танки с Т-34-85, признав абсолютное превосходство последних по комплексу боевых свойств. Действительно, «Першинги» имели ненадежную ходовую часть и низкую удельную мощность и, как следствие, плохую подвижность, особенно в условиях гор. Танки М46 были новинкой и еще не избавились от «детских болезней», доставлявших массу хлопот их экипажам. Сами американские танкисты предпочитали идти в бой на старых добрых «Шерманах», считая, что за счет своей лучшей подготовки они смогут выжить в возможных столкновениях с северокорейскими танками.

вернуться к меню ↑

Ближний Восток

Политические хитросплетения послевоенных лет привели к приходу в Египте к власти полковника Насера и переориентации внешнеполитического курса страны на сотрудничество с Советским Союзом и его союзниками. Сотрудничество предполагало поставки военной техники. В 1953 г. Насер заключил соглашение о поставке вооружения, в том числе 230 танков (большинство из них Т-34-85) из Чехословакии. Египет готовился к войне. Ключевым событием 1956 г. па ближнем Востоке стала национализация Египтом Суэцкого канала в августе. Англия и Франция не потерпели такого ущемления своих политико-экономических интересов в регионе и в конце октября начали боевые действия; 31 октября англо-французская авиация нанесла удар по египетским аэродромам. 1 ноября в наступление на Синайском полуострове перешли израильские войска. В ходе операции «Кадет» израильтяне в числе других уничтожили и 27 «тридцатьчетверок», потеряв 30 своих танков. Израильские танкисты воевали на «Шерманах» и французских АМХ-13. 5 ноября началась интервенция англичан и французов. Боевых столкновений между танками армии Египта и европейских держав не было.

Ближний Восток, Суэцкий кризис, 1956 г. Египетский Т-34 чешского производства

Ближний Восток, Суэцкий кризис, 1956 г. Египетский Т-34 чешского производства

Война 1956 г. подтолкнула Египет к еще более активному сотрудничеству с социалистическим лагерем в военной области. До конца года из Чехословакии поступили еще 120 Т-34-85. В 1962-63 г.г. в Египет доставили очередную партию «тридцатьчетверок», а в 1965-67 г.г. поступили последние 160 Т-34-85. Позже Египту поставлялись только более современные Т-54 и Т-62.

В одном строю сирийской армии бывшие противники - немецкий Pz.IVJ (слева) и советский Т-34-85, конец 1950-х гг

В одном строю сирийской армии бывшие противники — немецкий Pz.IVJ (слева) и советский Т-34-85, конец 1950-х гг

В начале 1960-х годов значительное количество «тридцатьчетверок» поступило на вооружение бронетанковых подразделений Сирии. В армии этого государства Т-34 воевали бок о бок со своими давними противниками – немецкими PzKpfw.IV, StuG.III; трофейная немецкая техника попала в Сирию из Франции. Т-34-85 вместе экс-германскими «четверками» приняли участие в артиллерийских дуэлях с израильскими «Шерманами» на Голанских высотах в ноябре 1964 г.

Тяжелейшим поражением для арабов обернулась война 1967 г. Бои на Синае закончились разгромом египетских войск. Израильтяне уничтожили или захватили более 820 танков, в том числе 251 Т-34-85; собственные потери составили 122 танка AMX-13, «Шерман» и «Центурион». На Сирийском фронте соотношение потерь было в пользу арабов, которые потеряли 73 танка (Т-34-85, Т-54 и PzKpfw.IV), уничтожив 160 израильских машин. Шестидневная война стала последней на Ближнем Востоке, где «тридцатьчетверки» использовались по своему прямому назначению, т.е. в качестве танков. На смену ветерану пришли более современные машины, а Т-34 использовались в качестве неподвижных огневых точек. Значительное их количество переделали в САУ.

вернуться к меню ↑

Участие Т-34 в войне на Балканах

Со второй половины 1991 г. на территории Югославии начались боевые действия, переросшие в гражданскую войну. На развитие кризиса повлиял приход к власти в Словении и Хорватии националистических сил, взявших курс на выход этих республик из состава СФРЮ. Центральная власть в Белграде, дабы воспрепятствовать развалу федерации, взяла курс на силовое решение конфликта.

Балканы 1991 года - подбитый югославский Т-34

Балканы 1991 года — подбитый югославский Т-34

Боевые действия в Хорватии начались летом 1991 г. Эта была самая настоящая война, в которой обеими сторонами применялись авиация, артиллерия, бронетанковые части. Наряду с танками, спроектированными после второй мировой войны (Т-55, М-84 – югославский вариант Т-72), в боях участвовали и Т-34-85. «Тридцатьчетверки» применяли обе стороны. Некоторое количество этих танков хорватам удалось захватить у сербов, часть машин была приведена в формирования Хорватской национальной гвардии экипажами, дезертировавшими из Югославской народной армии.

Летом и осенью 1991 г. хорваты начали активные действия с целью захвата гарнизонов ЮНА. В ходе поев за военный городок ЮНА в районе г. Карловаца командир гарнизона использовал имеющиеся у него Т-34-85 для усиления обороны на наиболее угрожаемых участках. Несколько «тридцатьчетверок» ворвались на улицы предместья Карло-маца, сея панику среди местного населения. Два из них хорватам удалось подбить. Захват предместья позволил ослабить давление на гарнизон ЮНА формирований хорватов и произвел устрашающее впечатление на местное население, настроенное к сербам крайне враждебно. В конечном итоге городок Карловац, как и большинство военных гарнизонов ЮНА в Хорватии, захватили формирования национальной гвардии. Все танки Т-34-85 карловацкого гарнизона были или уничтожены, или захвачены хорватами.

Этот довольно необычно экранированный сербский Т-34 «С ВЕРОЙ!» прошел всю боснийскую войну

Этот довольно необычно экранированный сербский Т-34 «С ВЕРОЙ!» прошел всю боснийскую войну

Осенью 1991 г. хорваты использовали Т-34/85 в боях на Адриатическом побережье в районе Дубровника в качестве самоходной артиллерии и для сопровождения пехоты. Несмотря на то, что «тридцатьчетверки» давным-давно уже считались устаревшими, они неплохо показали себя в этих сражениях. Так, хорватский танк с надписью «MALO BIJELO» выдержал два попадания ПТУРами «Малютка», экипаж этого танка уничтожил два бронеавтомобиля, один грузовик и один Т-55 сербов. Слабость бортовой брони старых танков хорваты пытались компенсировать навешиванием на борта башни и корпуса мешков с песком. На ряде танков рядом с башенным люком заряжающего монтировались американские 12,7-мм пулеметы Браунинг М2НВ.

вернуться к меню ↑

Послевоенные варианты модернизации Т-34

Как писалось выше Т-34 после войны поставлялись в огромное количество стран. И в некоторых из них своими силами модернизировали «тридцатьчетвёрки». О наиболее интересных и глубоких вариантах модернизации и пойдёте речь ниже.

вернуться к меню ↑

Ближневосточные САУ

Т-34-85 очень широко применялись в ходе многочисленных военных конфликтов между Израилем и арабскими странами (Египтом и Сирией).

На вооружение армии Египта Т-34 начали поступать уже в 1953 году. До войны 1956 года (так называемая вторая арабо-израильская война) сюда успели доставить около 230 танков, в основном лицензионных машин производства ЧССР. Но значительная часть этих «тридцатьчетверок» была уничтожена в ходе боевых действий в октябре-ноябре 1956 года.

После войны поставки советского вооружения в рамках «братской помощи арабскому народу» продолжились. Только за оставшиеся несколько месяцев 1956 года, для восстановления боеспособности египетских бронетанковых войск, из ЧССР успели прислать 120 танков. Следующая крупная партия Т-34 поступила в Египет в 1962-63 годах, а еще 130 танков — в 1965-67 годах.

В ходе третьей арабо-израильской войны 1967 года (так называемая «шестидневная война») «тридцатьчетверки» вместе с успевшими попасть в Египет новыми советскими Т-54 составляли основу арабских танковых частей. Однако арабы опять потерпели сокрушительное поражение — Израиль захватил Голландские высоты, западный берег реки Иордан, Синайский полуостров и сектор Газа. Платой за поражение, в том числе, стали и 250 танков Т-34/85, подбитых и захваченных израильскими войсками на Синайском полуострове.

Президенты Египта Анвар Садат и Сирии Хафез Асад не могли смириться с военно-политическим поражением и потерей такой значительной территории. В результате очередная арабо-израильская война оказалась неизбежной.

Начиная с 1967 года ударными темпами велось перевооружение арабских армий, или, говоря прямо, их воссоздание. За короткий период Египет получил 400 новейших по тому времени танков Т-62, 1260 танков Т-54/55 и множество другого вооружения.

К этому времени старые «тридцатьчетверки» уже не могли на равных бороться с израильскими Центурионами и М-48. Но и отказываться от них было жалко. «Тридцатьчетверка», как боевой танк, в конкретных географических и временных условиях особенной ценности уже не представляла.  Вместе с тем танк, с точки зрения надежности, отлично зарекомендовал себя в климатических условиях Сирии, а личный состав имел богатый опыт его технического обслуживания. Поэтому египтяне предприняли несколько попыток усилить хотя бы вооружение Т-34.

Генеральный штаб Сирии очень внимательно изучал опыт шестидневной войны и вялотекущих боевых действий в зоне Суэцкого канала. На сирийцев произвели впечатления действия израильских САУ в ходе артиллерийских дуэлей с египетскими батареями в районе канала.

Оценив опыт самоходок более чем вероятного противника, и наложив его на собственные печальные уроки вторжения в Иорданию, командование сирийской армии приняло решение включить в состав танковых бригад подразделения самоходной артиллерии. Сделать это было совсем не просто. Некоторое количество советских ИСУ-152 и СУ-100 у Сирии имелось, но их количество было явно недостаточно, а потом, к этим машинам больше подходит определение «истребитель танков», а не самоходно-артиллерийская установка. Эти машины разрабатывались для борьбы с фашистским «тигро-пантерным» зверинцем (за что и получили на фронте прозвище «зверобои») и имели довольно ограниченные возможности по огневой поддержке своих войск с закрытых позиций.

Выход подсказали, опять же, представители известнейшего на Земле народа. Израильтяне давно и успешно скрещивали самые разнообразные системы оружия, порой достаточно древнего, получая в результате неплохие боевые машины. По такому же пути решили пойти и сирийцы. В армии Сирии имелось много танков Т-34/85 чешской постройки и великолепных, даже по меркам сегодняшнего дня, 122-мм гаубиц Д-30 и 100-мм противотанковых пушек БС-3.

Вот их-то и втиснули в башню «тридцатьчетверки  со штатным погоном в 1600мм.  Правда, от самой башни осталось всего ничего.

Общее руководство по модернизации Т-34/85 в САУ осуществляло транспортное управление генерального штаба Сирии. В проектно-конструкторских работах принимали участие специалисты артиллерийского и бронетанкового управлений. Переоборудование танков проводилось в артиллерийском училище в Каганахс и в бронетанковом – в Эль-Кабупе.

В варианте с БС-3  египетские инженеры срезали практически всю верхнюю часть башни и, развернув ее задом наперед (задняя часть башни стала передней, а передняя задней), приварили к днищу ее кормовой ниши узлы для крепления нового орудия. На остатках нижней части старой башни установили легкие металлические листы, которые образовали новую крупную башню простой формы. О снарядостойкости этой конструкции говорить не приходится, в лучшем случае она могла защитить расчет орудия от осколков. Часть листов крыши новой башни откидывалось в стороны на петлях, аналогично поступили и с боковыми (передними) листами. Несмотря на то, что почти вся старая броня с башни была снята, боевая масса машины все же выросла, что правда не сильно повлияло на ее подвижность.

Противотанковое САУ на базе Т-34-85 Т-100, вооружённая пушкой БС-3

Противотанковое САУ на базе Т-34-85 Т-100, вооружённая пушкой БС-3

Не останавливаясь на достигнутом, египетские конструкторы установили в схожей по конструкции, но несколько большей по размерам, башне 122-мм гаубицу Д-30!

САУ Т-34/122 выпускалась как в башенном так и безбашенном вариантах. В последнем случае  на бортах корпуса устанавливали по пять стальных ящиков для снарядов (всего десять на каждую САУ). Над лобовым бронелистом монтировалась опускаемая рабочая платформа для орудийного расчета. Потом приходил черед крыши корпуса: в передней части над наклонным лобовым бронелистом наваривалась стальная площадка.

Су-122 на базе Т-34-85 вооружённый гаубицой Д-30 сирийского производства

Су-122 на базе Т-34-85 вооружённый гаубицой Д-30 сирийского производства

Вокруг выреза под башню из бронегцитов высотой 36 см сооружалось ограждение. Броней прикрывались воздухозаборники и решетки радиаторов, а также воздухозаборники двигателя. Оставалось поставить на место отремонтированные двигатель и трансмиссию, внутри корпуса оборудовать место для хранения боезапаса и сиденья для экипажа. Заключительной операцией в переделке тапка в САУ была установка гаубицы. С орудия предварительно снимался нижний станок с колесами и обрезался щит.

В общем, из «тридцатьчетверки» получилась самоходная артиллерийская установка. Во время войны 1973 г. некоторое количество Т -34/122 и Т-34/100 вместе с другой техникой попало в руки израильтян. Признанные во всем мире мастера модернизаций и модификаций тщательно изучили необычную самоходку. Их выводы были в высшей степени лестными для сирийцев: «Переделка танка в САУ выполнена качественно и на высоком профессиональном уровне».

Самоходками на базе «тридцатьчетверки» вооружались батальоны САУ трехбатарейного состава. Каждый батальон имел на вооружении 18 Т-34/85 и насчитывал примерно 230 человек личного состава. Первыми необычные САУ в начале 1972 г. получили артиллерийские батальоны 91-й и 4-й танковых бригад, входивших в 1-ю бронетанковую дивизию. К началу войны 1973 г. артиллерийские батальоны обоих сирийских бронетанковых дивизий (1-й и 3-й) были укомплектованы Т-34/122. В ходе боевых действий самоходки использовались в первую очередь для проведения внезапных огневых налетов по площадям и непосредственной огневой поддержки войск. В заключительной фазе войны самоходчикам пришлось отражать удары израильских танков и, по иронии судьбы, от чего ушли – к тому и пришли: Т-34/ 122 выступали в качестве истребителей танков. Успехи САУ в качестве противотанкового оружия были достаточно скромными, и, главным образом, из-за недостаточной подготовки расчетов для стрельбы по движущимся целям. И все же противник в полной мере оценил разрушительное действие бронебойных снарядов БК6М, выпущенных прямой наводкой из мощнейшего орудия. Не один развороченный «Центурион» остался ржаветь на поле боя после знакомства с переделанной «Тридцатьчетверкой». В войне «судного дня» сирийское командование получило первый, причем успешный, опыт использования самоходной артиллерии.

Следующей страницей боевой летописи Т-34/122 стали боевые действия в Ливане в 1976 г. Под предлогом сил по поддержанию мира в страну были введены части 3-й бронетанковой дивизии (20-я и 65-я танковые бригады, 165 механизированная бригада, 13-я артиллерийская бригада) и усиленная 5-я механизированная дивизия. В условиях гористой местности особенно ценилась высокая подвижность самоходок. По результатам ливанской кампании 1976 г. в действиях САУ Т-34/122 отмечалось два отрицательных момента. Первый связан с конструкцией самой установки. перед стрельбой ее необходимо разворачивать на 180°, что на узких горных дорогах совсем не просто. Второй – увы, традиционный для арабов: слабая подготовка экипажей САУ, большое количество резервистов и, как следствие, практическая неспособность расчетов вести корректируемую стрельбу.

Очередная вспышка боевых действий на территории Ливана разразилась в 1982 г. В феврале самоходки из 3-й бронетанковой дивизии и 47й отдельной танковой бригады принимали участие в операциях против вооруженных отрядов организации «Братья-мусульмане». В июне 1982 г. в Ливане разгорелись крупномасштабные боевые действия заклятых противников Израиля и Сирии. Это была последняя война, в которой приняли участие Т-34/122. Вскоре из СССР были поставлены полноценные самоходно-артиллерийские установки 2-С1 и 2-СЗ, которые и заменили Т 34/122. Замена шла постепенно: сначала новые САУ поступили в заслуженные 1-ю и 3 то дивизию, а «тридцатьчетверки» передали в 10-ю и 11-ю. Затем их заменили и там. передав в резерв.

САУ Т-34/122, в отличие от самой «тридцатьчетверки», не являлась шедевром военной техники, но ее создание было архиважно для Сирии. Именно подразделения, вооруженные Т-34/122, дали возможность генеральному штабу Сирии получить первый боевой опыт применения САУ на поле боя. Особенно отмечалась высокая надежность и высокая мобильность, которую показали САУ в горах Ливана в 1976- 1982 гг. Простая и надежная, прощавшая самое ужасное к ней отношение (естественно, с позиций техники) – именно такая техника была нужна сирийским резервистам. Принятие на вооружение САУ Т-34/122 позволило резко усилить боевую мощь сирийской артиллерии.

Источник — http://alternathistory.com/esli-nelzya-no-ochen-hochetsya-sau-t-34-100-122/

вернуться к меню ↑

Т-34-85 по-югославски

После войны, по инициативе руководства народно-освободительной Армии Югославии (НОАЮ), была предпринята попытка наладить серийное производство модернизированного, югославского варианта Т-34-85. В результате модернизации были внесены следующие конструктивные изменения:

Т-34-85 югославского производства Т-34-85 югославского производства

— В передней части корпуса реализованы скосы, с целью уменьшения площади фронтальной поверхности верхнего лобового листа. Скосы ослабили корпус и усложнили технологию его производства, однако предполагалось. что югославские заводы освоят технологию сварки броневых листов;
Югославский танк Teski Tenk Vozilo в военном музее.

Югославский танк Teski Tenk Vozilo в военном музее.

— Крыша башни выполнена выпуклой, командирская башенка ликвидирована, но установлено четыре перископических смотровых прибора, цилиндрические основания люков сопрягались с крышей при помощи сварки, ослабляя конструкцию башни;

— Увеличен объём кормовой ниши башни, с целью увеличения боекомплекта;

— Изменена схема вентиляции башни, колпак вентилятора расположен на крыше кормовой части башни;

— Пушка ЗиС-С-53 оборудована дульным тормозом;

— Установлен дизель югославского производства, внесены изменения в трансмиссию;

Танк Teski Tenk Vozilo в военном музее в крепости Колемегда в Белграде

Танк Teski Tenk Vozilo в военном музее в крепости Колемегда в Белграде

Югославский Т-34 - Teski Tenk Vozilo

Югославский Т-34 — Teski Tenk Vozilo

Всего было модернизировано 7 танков…

В 1950 г., модернизированные танки участвовали в Майском параде, впоследствии использовались в качестве учебных. В начале 1950-х гг., работы по модернизации были свёрнуты. Один танк сохранён в открытой экспозиции военного музея в Калемегдане (г. Белград).

Teski Tenk Vozilo вид спереди

Teski Tenk Vozilo вид спереди

PS. В заключении хочется вынести на обсуждение такой вопрос. Как по вашему проявили бы себя такие тридцатьчетвёрки в ходе боёв Второй Мировой. И имеет ли смысл подобная модернизация.

Источник — http://alternathistory.com/t-34-85-po-yugoslavski/

вернуться к меню ↑

В Африке и на Кубе

По западным данным, первые Т-34-85 поступили в отряды ФАПЛА (армия Анголы) в 1975 году, еше до формального провозглашения независимости страны. В 1976 году туда были доставлены 85 танков этого типа, которые приняли участие в боях с отрядами движения УНИТА и частями армии ЮАР. При этом они весьма эффективно использовались против юаровских бронеавтомобилей «Панар» AML-90. Несколько танков впоследствии оказались в распоряжении повстанцев в Намибии, где они участвовали в боевых действиях против войск ЮАР в 1981 году. При этом часть танков была подбита огнем 90-мм пушек бронемашин Ratel-90, а ряд из них — захвачены частями ЮАР.

Единственной страной Латинской Америки, когда-либо располагавшей танками Т-34-85, являлась Куба. В 1960 году она подписала с СССР и Чехословакией первые соглашения о поставках вооружения и боевой техники. Вскоре первая партия танков — около трех десятков Т-34-85 — прибыла на Кубу.

Сирийский Т-34-85,  подбитый  на Голанских  высотах  в 1967 году.  На командирской  башенке  смонтирован  специальный  кронштейн  для зенитного  пулемета ДШК.

Сирийский Т-34-85,  подбитый  на Голанских  высотах  в 1967 году.  На командирской  башенке  смонтирован  специальный  кронштейн  для зенитного  пулемета ДШК.

Тем временем полным ходом шла подготовка к вторжению на Кубу «бригады 2506», сформированной из эмигрантов — «гусанос» для свержения Фиделя Кастро. В составе бригады имелось до 10 танков М4 «Шерман» (по другим данным — М41) и 20 бронеавтомобилей М8. Высадка началась 17 апреля 1961 года в заливе Кочинос у Плайя-Ларга и Плайя-Хирон, и поначалу силам вторжения противостояли только небольшие отряды народной милиции — «милисианос». К полудню 17 апреля, когда стали ясны намерения «гусанос». Ф.Кастро прибыл на позиции для непосредственного руководства войсками. К району высадки выдвигались пехотный полк, танковый батальон и дивизион 122-мм гаубиц.

Сормовский Т-34-85 на параде в Анголе. Машина прошла модернизацию, о чем можно судить по ИК-осветителю ФГ-100 на правом борту корпуса. Луанда, 9 февраля 1976 года.

Сормовский Т-34-85 на параде в Анголе. Машина прошла модернизацию, о чем можно судить по ИК-осветителю ФГ-100 на правом борту корпуса. Луанда, 9 февраля 1976 года.

Вечером 17 апреля «милисианос» при поддержке нескольких подоспевших танков Т-34-85 попытались выдвинуться в направлении Плайя-Ларга. Не имея возможности развернуться в боевой порядок на заболоченной местности, танки двигались колонной по шоссе, мешая друг другу вести огонь. «Гусанос» подпустили их поближе и подбили головную «тридцатьчетверку» сразу из трех базук. Остальные танки отошли, пехота также вернулась на исходные позиции. К утру 18 апреля к месту боя своим ходом прибыл весь танковый батальон из Санта-Клары, еще две танковых роты перебросили из Манагуа на трейлерах. После продолжавшейся несколько часов артподготовки восемь батальонов армии и милиции перешли в наступление. Танки Т-34-85 и САУ СУ-100 двигались позади боевых порядков пехоты, поддерживая их непрерывным огнем. К 10.30 утра они взяли Плайя-Ларга и вышли на берег, где перенесли огонь на пытавшиеся приблизиться к берегу десантные катера.

Солдаты армии ЮАР осматривают подорвавшийся на мине ангольский Т-34-85. 1976 год.

Солдаты армии ЮАР осматривают подорвавшийся на мине ангольский Т-34-85. 1976 год.

19 апреля в 17.30 подразделения кубинской армии и народной милиции взяли штурмом поселок Плайя-Хирон — последний пункт обороны «бригады 2506». Первой в поселок вошла рота танков Т-34-85. в головной машине находился сам Фидель Кастро, лично руководивший атакой. В Плайя-Хи-роне были подбиты последние два «шермана» контрреволюционеров. Правительственные же войска за всю операцию потеряли только один Т-34-85.

вернуться к меню ↑

Последний бой

В боевых действиях на Европейском континенте после Второй мировой войны Т-34-85 использовались трижды. Первый раз в 1956 году в Венгрии. В Будапеште повстанцы захватили пять танков Венгерской Народной армии, и они затем принимали участие в боях с частями Советской Армии, вошедшими в город.

В 1974 году во время турецкой интервенции на Кипр танки Т-34-85, поставленные грекам-киприотам из Югославии и Польши, воевали с турецкими войсками.

Т-34-85, прошедший заключительный этап модернизации в 1960-е годы. Хорошо видны новые опорные катки, форма антенного ввода радиостанции Р-123, а также второй наружный топливный бак и ящик для индивидуального заправочного насоса на левом борту корпуса. Москва, 9 мая 1985 года.

Т-34-85, прошедший заключительный этап модернизации в 1960-е годы. Хорошо видны новые опорные катки, форма антенного ввода радиостанции Р-123, а также второй наружный топливный бак и ящик для индивидуального заправочного насоса на левом борту корпуса. Москва, 9 мая 1985 года.

Последний случай боевого применения танков Т-34-85 имел место в ходе гражданской войны в Югославии в 1991 — 1997 годах. Боевые машины этого типа использовались здесь всеми противоборствующими сторонами, поскольку до распада Югославии они имелись в войсках территориальной обороны практически всех союзных республик. «Тридцатьчетверки» неплохо показали себя в боевых действиях, хотя и были самыми устаревшими танками на этой войне. Слабость их брони экипажи пытались компенсировать навешиванием на борта стальных листов или мешков с песком. О боях в Югославии, довольно подробно описано выше.

Однако, рассказ об использовании танков Т-34-85 в Югославии был бы не полным без упоминания о попытке их основательной модернизации, предпринятой в этой стране в конце 1940-х годов. Главной причиной этого мероприятия было желание осовременить танк и в таком виде развернуть в Югославии его собственное серийное производство, а не приобретать лицензии на его выпуск у СССР, отношения с которым тогда резко ухудшились.

Изменения не затронули, пожалуй, только ходовую часть, подвеску и двигатель. Некоторому усовершенствованию подверглась трансмиссия. Наиболее существенные новшества были внесены в конструкцию корпуса и башни. Верхнюю часть корпуса несколько расширили, и она получила боковые скулы в носовой части. Из-за этого курсовой пулемет пришлось сместить ближе к оси машины. Крышу моторно-трансмиссионного отделения заменили на новую, а три стандартных цилиндрических топливных бака — на полуцилиндрические. Танк получил совершенно новую обтекаемую литую башню.

Танк Т-34-85  на Красной площади на параде 9 мая 

Танк Т-34-85  на Красной площади на параде 9 мая

Поскольку югославская промышленность тех лет была не в состоянии изготовить столь крупные отливки, башня сваривалась из шести литых деталей.

Подверглась модернизации и пушка ЗИС-С-53. На ней смонтировали дульный тормоз оригинальной формы. По другим данным, на танке установили 75-мм пушку, разработанную на основе немецкой  К39. На вращающемся двухстворчатом люке заряжающего был смонтирован 7,62-мм зенитный пулемет «Браунинг» М1919А4.

Необходимо отметить, что все эти усовершенствования действительно повысили снарядостойкость корпуса и башни, однако существенным образом улучшить характеристики машины не могли. По этой причине, а также из-за технических трудностей массовая модернизация «тридцатьчетверок» так и не была развернута. Изготовили только семь танков, которые приняли участие в параде 1 Мая 1950 года в Белграде.

Ну и самый последний бой в котором участвовала «тридцатьчетвёрка» произошёл уже в 21 веке, на Донбассе, в ходе гражданской войны на Украине. Ни каких данных и особенностей этого боя и был ли он вообще нет. Зато, есть внешний вид танка пошедшего в бой на Донбассе и кое какие данные о нём.

Танк был снят с одного из постаментов ранней весной 2014 года. Но тогда, когда армия Новороссии испытывала катастрофическую нехватку в бронетехнике он в бой не пошёл. По очень банальной причине, на Донбассе для него не нашли боеприпасов. Потом появились захваченные, украинские Т-64. И необходимость использовать раритет отпала.

Осенью же, того же 2014, судя по всему, в России нашли боеприпасы для 85 мм пушки тридцатьчетвёрки и доставили их на Донбасс. Кроме этого тактика использования бронетехники на Донбассе, даёт широкие возможности для использования Т-34, даже в 21-м веке.

Дело в том, что на Донбассе, что танки, что другая бронетехника используется не так как принято использовать танки – для прорыва укреплённых полос противника и глубоких рейдов по тылам, а как подвижные огневые точки (во времена ВОВ так использовали САУ), по крайней мере, в армии Новороссии. Из-за нехватки танков в этом качестве не гнушаются использовать даже БМП-2 с её 30 мм пукалкой. И используют её вполне успешно. Для этих целей безусловно старый добрый Т-34 с 85 мм пушкой подходит гораздо больше и может стать грозной боевой машиной. А уж морально-психологическое значение использование этого танка так, вообще, трудно переоценить.

Естественно, танк решили загнать на передовую не «голым». А провели минимальную модернизацию, в духе современной войны. Как можно видеть на видео машину по возможности щедро прикрыли противокумулятивными экранами. В принципе так же защищали эти же танки во время битвы за Берлин.

вернуться к меню ↑

Кубинские САУ на базе Т-34

На Кубе было создано наибольшее количество самоходных артиллерийских установок на базе Т-34.

вернуться к меню ↑

1. Т-34-122

В этом варианте кубинцы водрузили вместо башни Т-34 нашу 122 мм гаубицу Д-30. Точно такую же модернизацию делали в Сирии и Египте. Но в отличии от арабских машин, кубинские самоходки имели некие непринципиальные отличия.

Башня кубинской самоходки отличалась от арабских аналогов лишь тем что была открытого типа.

вернуться к меню ↑

2. Т-34-100

В отличии от предыдущей САУ, данная самоходка не имела аналогов в мире. В этом случае место башни танка Т-34 заняла зенитная 100 мм пушка КС-19. Очень здравая модернизация. При ней можно данную установку использовать для выполнения даух задач. Кроме борьбы с авиацией данная самоходка так же будет эффективна и для борьбы с бронированной техникой.

вернуться к меню ↑

3. Т-34-130

Это, пожалуй, самая мощная артсистема из тех которые когда либо устанавливалась на базу Т-34. На него была установлена 130 мм пушка М-46 с баллистикой морского дальнобойного орудия.

Кстати, обращаю ваше внимание, что на всех фото, мы видим базы Т-34-85, причём послевоенного выпуска (это видно по дизайну катков).

вернуться к меню ↑

ОЦЕНКА МАШИНЫ

Традиционно считается, что Т-34 — это первый в мире массовый средний танк с рациональными углами наклона броневых листов корпуса и башни, дизельным двигателем и длинноствольной 76-мм пушкой. Все это верно, как верно и то, что по своим ТТХ «тридцатьчетверку» на 1941 год можно признать сильнейшим средним танком в мире. Однако нельзя забывать, что танк, как, впрочем, и любой другой вид боевой техники, создается для боя, и очень важно, насколько его конструкция позволяет реализовать даже самые высокие заявленные характеристики, поскольку многие, на первый взгляд, удачные конструктивные решения на деле могут обернуться недостатками.

Т-34 был скомпонован по классической схеме с кормовым расположением двигателя и трансмиссии. Форма его корпуса и башни была признана и противниками, и союзниками наиболее удачной для своего времени, с точки зрения снарядостойкости, и считалась образцом для подражания. Но чудес не бывает, и за все приходится платить. В данном случае — забронированным объемом. Выгодный, с точки зрения снарядостойкости, большой наклон лобовой брони вкупе с неудачным, хотя и конструктивно более простым — продольным — расположением массивного 12-цилиндрового двигателя, сократил объем боевого отделения и не позволил разместить люк механика-водителя на подбашенном листе корпуса. В результате люк выполнялся в лобовом листе, что существенно снижаю его снарядостойкость.

Из таблицы видно, что боевое отделение Т-34 было наименьшим, по сравнению со всеми средними танками, принимавшими участие во Второй мировой войне!

Обтекаемая, красивая внешне, даже элегантная башня «тридцатьчетверки» оказалась слишком мала для размещения артсистемы 76-мм калибра. Доставшаяся по наследству от легкого А-20, она изначально предназначалась для установки 45-мм пушки. Таким же, как у А-20, остался и диаметр башенного погона в свету — 1420 мм, всего на 100 мм больше, чем у БТ-7.

Ограниченный объем башни не позволил разместить в ней третьего члена экипажа, и наводчик орудия совмещал свои обязанности с обязанностями командира ганка, а порой и командира подразделения. Приходилось выбирать: или вести огонь, или руководить боем. Этот недостаток отмечался офицерами НИБТПолигона в 1940 году, а затем немцами и американцами. Последние, например, вообще никак не могли понять, каким образом наши танкисты могут помешаться в башне зимой, когда носят полушубки.

Теснота башни и боевого отделения в целом существенно уменьшали все достоинства мощной 76-мм пушки, обслуживать которую было просто неудобно. Крайне неудачно, в вертикальных кассетах-чемоданах размещался боекомплект, что затрудняло доступ к снарядам и снижало скорострельность.

Вентиляция танка осуществлялась вентиляторами системы охлаждения и дополнительным вытяжным, расположенным в перегородке моторного отделения. В крыше башни имелось вентиляционное отверстие, но принудительной вентиляции не было! В отчете НИБТПолигона указывалось, что «содержание СО при выстреле даже с работающей вентиляцией значительно превышает допустимую норму (0,1 мг/л) и является токсической».

В 1940 году был отмечен и такой существенный недостаток танка, как неудачное размещение приборов наблюдения и их низкое качество. Так, например, смотровой при бор «кругового обзора» устанавливался справа сзади от командира танка в крышке башенного люка. Доступ к прибору был крайне затруднен, а наблюдение возможно в ограниченном секторе: обзор по горизонту вправо до 120°; мертвое пространство 15 м. Ограниченный сектор обзора, полная невозможность наблюдения в остальном секторе, а также неудобное положение головы при наблюдении делали смотровой прибор совершенно непригодным к работе. Неудобно располагались и приборы наблюдения вбор-тах башни. В бою все это приводило к потере зрительной связи между машинами и несвоевременному обнаружению противника.

Органическим недостатком Т-34 являлась пружинная подвеска типа Кристи, сообщавшая машине во время движения сильные колебания. Кроме того, шахты подвески «съедали» значительную часть забронированного объема.

Схема компоновки Т-34-85

Схема компоновки Т-34-85

 

Важным и неоспоримым достоинством танка было применение мощного и экономичного дизельного двигателя. Но двигатель в танке работал в крайне перенапряженном режиме, в частности, и с точки зрения воздухоподачи и воздухоочистки. В отчете начальника 2-гоуправления Главразведуправления Красной Армии генерал-майора танковых войск Хлопова. составленном по результатам испытаний танка на Абердинском полигоне в США, говорилось: «Недостатки нашего дизеля — преступно плохой воздухоочиститель на танке Т-34. Американцы считают, что только саботажник мог сконструировать подобное устройство. Для них непонятно также, почему в нашем наставлении его называют масляным. Испытания в лаборатории и испытания его в поле показали, что воздухоочиститель вообще не очищает воздух, попадающий в мотор; пропускная способность его не обеспечивает приток необходимого количества воздуха даже при работе мотора вхолостую.

В результате этого мотор не развивает полной мощности — и попадающая в цилиндры пыль ведет к очень быстрому срабатыванию их, падает компрессия, и мотор теряет еще больше мощности.

Средний танкТ-34, после пробега в 343 км, окончательно вышел из строя и не может быть отремонтирован. Причина: вследствие чрезвычайно плохого воздухоочистителя на дизеле в мотор набилось очень много грязи и произошла авария, в результате которой поршни и цилиндры разрушились до такой степени, что их невозможно отремонтировать».

Памятник на Дуклинском перевале в Словакии.

Памятник на Дуклинском перевале в Словакии.

Вот так: 300с небольшим километров пробега — и двигателя нет, и все из-за убийственно плохой конструкции воздухоочистителя «Помон»!

Впрочем, самой большой проблемой «тридцатьчетверки», и это подтверждается и немецкими, и американскими документами, стала трансмиссия, и в первую очередь крайне неудачная конструкция коробки передач. Вот что по этому поводу писали немцы: «Подавляющее большинство КПП в танках наших противников (имеются в виду Т-34 и КВ — Прим.авт.) плохо переключается, отчасти от того, что в большинстве случаев это — простая система передвигаемых шестерен; кроме того, заднее расположение двигателя и КПП в танках делает необходимыми длинные рычаги управления передачами, имеющими большой мертвый ход, вследствие наличия промежуточных звеньев, что вызывает при быстрых переменах скоростей неправильные переключения. В плохом переключении кроется самая большая слабость советского танка Т-34. Следствием этого является сильный износ сцепления. Почти все захваченные нами танки при сохранности всех остальных частей вышли из строя из-за повреждения сцепления».

Танк Т-34-85 и его сербский экипаж перед выполнением боевой задачи. Босния, 1995 год.

Танк Т-34-85 и его сербский экипаж перед выполнением боевой задачи. Босния, 1995 год.

Из-за быстрого износа, а также вследствие неудачной конструкции главный фрикцион почти никогда не выключался полностью, его «вело» и переключить передачу в таких условиях было сложно. При невыключенном главном фрикционе «воткнуть» нужную передачу удавалось только очень опытным механикам-водителям. Остальные же поступали проще: перед атакой включалась 2-я передача (стартовая для Т-34), а с двигателя снимался ограничитель оборотов. В движении дизель раскручивали до 2300 об/мин, танк же, соответственно, разгонялся до 20 — 25 км/ч. Изменение скорости осуществлялось изменением числа оборотов, а попросту — сбросом «газа». Нет необходимости объяснять, что такая солдатская хитрость уменьшала и безтого небольшой моторесурс двигателя. Впрочем, редкий танк доживал до выработки его «сердцем» даже половины этого ресурса.

Характерной особенностью югославских «тридцатьчетверок» был крупнокалиберный зенитный пулемет «Браунинг» М2 американского производства, смонтированный прямо на бронеколпаках вентиляторов.

Характерной особенностью югославских «тридцатьчетверок» был крупнокалиберный зенитный пулемет «Браунинг» М2 американского производства, смонтированный прямо на бронеколпаках вентиляторов.

Нельзя признать удачным и побортное расположение топливных баков, да еще в боевом отделении и без выгородок. Не от хорошей жизни танкисты стремились перед боем заполнить баки до отказа — пары солярки взрываются не хуже бензиновых, сама солярка — никогда.

Суммируя вышесказанное, можно сделать вывод, что в 1941 году основными недостатками танка Т-34 были теснота боевого отделения, плохая оптика и неработоспособные или почти неработоспособные двигатель и трансмиссия. Судя по огромным потерям и большому количеству брошенных танков, недостатки Т-34 в 1941 году взяли верх над его достоинствами.

Читатель, наверное, уже обратил внимание, что многих этих недостатков можно было бы избежать, если бы в серию был запущен танк Т-34М с трехместной просторной башней с большим диаметром погона, полученным за счет вертикального, а не наклонного, как у Т-34, расположения бортов, пятискоростной коробкой передач, торсионной подвеской и т.д. Однако этого, увы, не произошло — помешала война.

Следует подчеркнуть, что Т-34 1941 и 1942 годов выпуска — это не Т-34 1943 года. Проблемы с двигателем и трансмиссией были сняты установкой двух воздухоочистителей типа «Циклон», пятискоростной коробки передач с постоянным зацеплением шестерен и усовершенствованием конструкции главного фрикциона. В результате маневренные характеристики танка резко возросли.

Обзорность из танка удалось несколько улучшить за счет применения призматических приборов наблюдения вместо зеркальных и введения нового прицела ТМФД-7. Вертикальные кассеты для снарядов заменили на горизонтальные ящики, обеспечив доступ сразу к нескольким выстрелам. В башне был установлен вытяжной вентилятор.

К сожалению, в полной мере не удалось решить вопрос тесноты боевого отделения. Не очень помогло и внедрение в 1942 году новой башни. Уменьшив наклон ее стенок, удалось добиться несколько большего внутреннего размера по ширине, но башенный погон остался прежним, и разместить в башне третьего танкиста было нельзя. По этой причине не вызвало должного эффекта введение в 1943 году командирской башенки, поскольку командир танка по-прежнему не мог одновременно вести огонь из пушки и пользоваться командирской башенкой. На поле боя она оказывалась бесполезной.

Маленький диаметр башенного погона не позволил разместить в башне Т-34 пушку более крупного калибра. Создалась парадоксальная ситуация: если в начале войны Т-34 зачастую не мог реализовать свое превосходство над немецкими танками в броневой защите, мощи вооружения и подвижности по причине конструктивных недостатков, то появление на поле боя «тигров» и «пантер» практически сделало бесполезной и всю работу по их устранению. На повестку дня встал вопрос о более солидной модернизации, которую и осуществили в Т-34-85.

В результате ее был устранен основной недостаток — теснота боевого отделения и связанная с ней невозможность полного разделения труда членов экипажа. Достигли этого за счет увеличения диаметра башенного погона, а также установки новой трехместной башни значительно больших, чем у Т-34, размеров. При этом конструкция корпуса и компоновка в нем узлов и агрегатов сколько-ни-будь существенных изменений не претерпели. Следовательно, остались и недостатки, свойственные машинам с кормовым расположением двигателя и трансмиссии.

Как известно, наибольшее распространение в танкостроении получили две схемы компоновки — с носовым и кормовым расположением трансмиссии. Причем недостатки одной схемы являются достоинствами другой.

Изъян компоновки с кормовым расположением трансмиссии состоит в увеличенной длине танка из-за размещения в его корпусе четырех не совмещенных по длине отделений или в сокращении объема боевого отделения при постоянной длине машины. Из-за большой длины моторного и трансмиссионного отделений боевое с тяжелой башней смещается к носу, перегружая передние катки, не оставляя места на подбашенном листе для центрального и даже бокового размещения люка механика-водителя. Возникает опасность «утыкания» выступающей вперед пушки в фунт при движении танка через естественные и искусственные препятствия. Усложняется привод управления, связывающий водителя с трансмиссией, размещенной в корме.

Путей выхода из этого положения два: либо увеличить длину отделения управления (или боевого), что неизбежно приведет к увеличению обшей длины танка и ухудшению его маневренных качеств за счет возрастания соотношения Ь/В — длины опорной поверхности к ширине колеи (у Т-34-85 оно близко к оптимальному — 1,5), либо кардинально изменить компоновку моторного и трансмиссионного отделений. О том, к чему это могло привести, можно судить по результатам работы советских конструкторов при проектировании новых средних танков Т-44 и Т-54, созданных в годы войны и принятых на вооружение соответственно в 1944 и 1945 годах.

На этих боевых машинах была применена компоновка с поперечным размещением 12-цилиндрового дизеля В-2 (в вариантах В-44 и В-54) и объединенным значительно укороченным (на 650 мм) моторно-трансмиссионным отделением. Это позволило удлинить боевое отделение до 30% длины корпуса, почти на 250 мм увеличить диаметр башенного погона и установить на средний танк Т-54 мощную 100-мм пушку. Одновременно удалось сместить башню к корме, выделив на подбашенном листе место для люка механика-водителя. Исключение пятого члена экипажа (стрелка из курсового пулемета), удаление боеукладки с полика боевого отделения, перенос вентилятора с коленчатого вала двигателя на кронштейн кормы и сокращение габаритной высоты двигателя сделали возможным уменьшение высоты корпуса танка Т-54 (по сравнению с корпусом танка Т-34-85) примерно на 200 мм; сокращение забронированного объема примерно на 2 м3; усиление броневой защиты более чем в два раза (при увеличении массы всего лишь на 12%).

На столь кардинальную перекомпоновку танка Т-34 во время войны не пошли, и, наверное, это было правильным решением. Вместе с тем, диаметр башенного погона, при сохранении неизменной формы корпуса, у Т-34-85 был практически предельным, что не позволяло разместить в башне артсистему более крупного калибра. Возможности модернизации танка по вооружению были исчерпаны полностью, в отличие, например, от американского «Шермана» и немецкого Pz.IV.

Кстати, проблема увеличения калибра основного вооружения танка имела первостепенное значение. Иногда можно услышать вопрос: зачем понадобился переход к 85-мм пушке, нельзя ли было улучшить баллистические характеристики Ф-34 за счет увеличения длины ствола? Ведь поступили же так немцы со своей 75-мм пушкой на Pz.1V.

Дело в том, что немецкие орудия традиционно отличались лучшей внутренней баллистикой (наши столь же традиционно — внешней). Немцы добивались высокой бронепробиваемости за счет повышения начальной скорости и лучшей отработки боеприпасов. Адекватно ответить мы могли только увеличением калибра. Хотя пушка С-53 значительно улучшила огневые возможности Т-34-85, но, как отмечал Ю. Е. Максарев: «В дальнейшем Т-34 уже не мог напрямую, дуэльно поражать новые немецкие ганки». Все попытки создания 85-мм пушек с начальной скоростью свыше 1000 м/с, так называемых пушек большой мощности, закончились неудачей по причине быстрого износа и разрушения ствола еше на стадии испытаний. Для «дуэльного» поражения немецких танков понадобился переход к 100-мм калибру, что было осуществлено только в танке Т-54 с диаметром башенного погона 1815 мм. Но в сражениях Второй мировой войны эта боевая машина участия не принимала.

Что же касается размещения люка механика-водителя в лобовом листе корпуса, то можно было попробовать пойти по пути американцев. Вспомним, на «Шермане» люки механика-водителя и пулеметчика, первоначально также выполненные в наклонном лобовом листе корпуса, были впоследствии перенесены на подбашенный лист. Это удалось осуществить за счет уменьшения угла наклона лобового листа с 56° до 47° к вертикали. У Т-34-85 лобовой лист корпуса имел наклон 60°. Уменьшив этот угол также до 47° и компенсировав это некоторым увеличением толщины лобовой брони, можно было бы увеличить площадь подбашенного листа и разместить на нем люк водителя. Это не потребовало бы кардинальной переделки конструкции корпуса и не повлекло бы за собой существенного увеличения массы танка.

В течение всего производства Т-34 и Т-34-85 не изменилась и подвеска. И если использование для изготовления пружин более качественной стали помогло избежать быстрого их проседания и, как следствие, уменьшения клиренса, то от значительных продольных колебаний корпуса танка в движении избавиться не удалось. Это был органический порок пружинной подвески. Расположение же обитаемых отделений в передней части танка только усугубляло негативное воздействие этих колебаний на экипаж и вооружение.

Следствием компоновочной схемы Т-34-85 стало и отсутствие в боевом отделении вращающегося полика башни. В бою заряжающий работал, стоя на крышках ящиков-кассет со снарядами, уложенными на днище танка. При поворотах башни он должен был перемещаться вслед за казенником, при этом ему мешали стреляные гильзы, падавшие сюда же на пол. При ведении интенсивного огня скапливавшиеся гильзы затрудняли и доступ к выстрелам, размещенным в боеукладке на днище.

Суммируя все эти моменты, можно сделать вывод, что, в отличие от того же «Шермана», возможности по модернизации корпуса и подвески Т-34-85 были использованы не полностью.

Рассматривая достоинства и недостатки «тридцатьчетверки», необходимо учитывать

еще одно весьма важное обстоятельство. Экипаж любого танка, как правило, в повседневной реальности абсолютно не волнует, под каким углом наклона расположен лобовой или какой-либо другой лист корпуса или башни. Значительно важнее, чтобы танк как машина, то есть как совокупность механических и электрических механизмов, работал четко, надежно и не создавал проблем при эксплуатации. В том числе и проблем, связанных с ремонтом или заменой каких-либо деталей, узлов и агрегатов. Вот тут и у Т-34, и у Т-34-85 все было в порядке. Танк отличался исключительной ремонтопригодностью! Парадоксально, но факт — и в этом «виновата» компоновка!

Существует правило: компоновать агрегаты не для обеспечения удобного их монтажа — демонтажа, а исходя из того, что до полного выхода из строя агрегаты не нуждаются в ремонте. Требуемая высокая надежность и безотказность в работе достигаются при проектировании танка на базе готовых, конструктивно отработанных агрегатов. Поскольку при создании Т-34 практически ни один из агрегатов танка не отвечал этому требованию, то и его компоновку выполнили вопреки правилу. Крыша моторно-трансмиссионного отделения была легкосъемной, кормовой лист корпуса откидывался на петлях, что позволяло осуществлять демонтаж таких крупногабаритных агрегатов, как двигатель и коробка передач в полевых условиях. Все это имело колоссальное значение в первой половине войны, когда из-за технических неисправностей из строя выходило больше танков, чем от воздействия противника (на I апреля 1942 года, например, в действующей армии имелось 1642 исправных и 2409 неисправных танков всех типов, в то время как наши боевые потери за март составили 467 танков). По мере улучшения качества агрегатов, достигшего наивысшего показателя у Т-34-85, значение ремонтнопригодной компоновки снизилось, но язык не повернется назвать это недостатком. Более того, хорошая ремонтнопригод-ность оказалась как нельзя кстати в ходе пос левоенной эксплуатации танка за рубежом, в первую очередь в странах Азии и Африки, порой в экстремальных климатических условиях и с персоналом, имевшим весьма посредственный, если не сказать больше, уровень подготовки.

Кроме того, необходимо отметить, что танкТ-34, изначально довольно сложный по конструкции, в процессе серийного выпуска максимально приспособили к существовавшим у нас в годы войны условиям производства, для которого были характерны при-влечение к выпуску боевых машин неспециализированных предприятий и широкое использование малоквалифицированных рабочих кадров. В связи с этим осуществлялась плановая работа по уменьшению номенклатуры деталей и снижению трудоемкости. Так, на 1 января 1941 года вся трудоемкость Т-34 с корпусными деталями и башней составляла 9465 нормо-часов. а на 1 января 1945 года — 3230.

По-видимому, именно в предельной простоте конструкции и кроется секрет популярности этой боевой машины и у танкистов, и у производственников. Это был русский танк, для русской армии и русской промышленности, максимально приспособленный к нашим условиям производства и эксплуатации. И воевать на нем могли только русские! Недаром же говорится: «Что русскому хорошо. то немцу — смерть». «Тридцатьчетверка» прощала то, чего не прощали, например, при всех их достоинствах, ленд-лизовские боевые машины. К ним нельзя было подойти с кувалдой и ломом, или вправить какую-ни-будь деталь ударом сапога.

Следует учитывать и еще одно обстоятельство. В сознании большинства людей танки Т-34 и Т-34-85 не разделяются. На последнем мы ворвались в Берлин и Прагу, он выпускался и после окончания войны, состоял на вооружении до середины 1970-х годов, поставлялся в десятки стран мира. В абсолютном большинстве случаев именно Т-34-85 стоит на постаментах. Ореол его славы распространился и на куда менее удачливого предшественника.

вернуться к меню ↑

Статья из журнал LIFE. № 5. 1950 г. США пытается догнать СССР в танках.

Сотрудники артиллерийского департамента наблюдают за невысоким Т-34 на испытаниях вместе с американским Паттоном (слева), Першингом и Шерманом.
 Первые шокирующие новости о вторжении в Южной Кореи сообщили об ужасном поражении, нанесённом танками красных. Американцам, которые помнят славу триумфальных танковых ударов Паттона через Францию и Германию, это кажется невероятным. Затем пришли сообщения, что ракеты наших устаревших базук отскакивают от атакующих танков, как обычные пули. Вскоре выяснилось, что северные корейцы были укомплектованы быстрыми, прочными русскими Т-34-ками, оружием, которое должно заставить США искать новые способы противостоять вражеской бронетехнике.
Правда, в том, что нас застали врасплох. Пять лет рассуждений в условиях экономики мирного времени привели к тому, что в США новые улучшенные танки существуют только на бумаге и на испытаниях. А на Дальнем Востоке нет ни одного достойного танка, чтобы кинуть его во внезапный и решающий бой. Сможет ли американский военный советник, заявивший, что танки там не пригодны, объяснить свою ошибку или не сможет, а США сейчас приходится воевать с боле сильными танками противника.
 Что мы можем на это ответить? На Абердинском полигоне, штат Мэрилэнд, на прошлой неделе фотограф и репортер ЛАЙФ увидели Т-34 (см. вверху), превзошедший американские танки Першинг и Шерман, которые сейчас отправляют в наши отступающие и преследуемые противником дивизии в Корее. Русская армия, извлекла уроки Второй Мировой и обладает огромной армией, вооружённой Т-34 и тяжёлым танком Иосиф Сталин III. А мы себя утешаем тем, что смогли отправить на запад всего несколько улучшенных Паттонов М-46 при том, что другие экспериментальные модели танков даже не вышли на стадию производства.
 Что касается Паттонов, так ещё танковый генерал Дэйкоб Диверс (ныне в отставке) в 1946 году настаивал, чтобы армия приняла долгосрочную программу развития танков. Действуя в условиях скудного бюджета, армия разработала Паттон и экспериментальные модели вроде 25-тонного Т-41 (с 75-мм орудием), которому нет равных. Однако экспериментальные модели не могут воевать.
 На минувшей неделе американский водитель танка Т-34 в Абердине вытер своё лицо и сказал: «Эта маленькая русская модель никого ждать не будет». Наши бойцы в Корее, которые тоже это знают, с надеждой ожидают прибытия Паттонов, или чего-то из того, что у нас есть проектах.

«Не существует такого понятия как «танковая местность» в негативном значении. Некоторые типы местности лучше чем другие, но танки должны и могут действовать везде.» Это утверждение было типичным, для вольного мышления, которое сделало генерала Джорджа С. Паттона младшего хорошим генералом и лучшим танкистом своей страны. Когда танк с грохотом появился на сцене в качестве нового оружия Первой Мировой войны, не все генералы знали, что с ним делать. Они нашли ему примитивное применение, направляя через колючую проволоку, в качестве подвижного ДОТа, и предполагая, что он может заменить кавалерию. Как танк, так и противотанковое оружие, приведённые на изображениях, развивались быстрее, чем философия танковой стратегии и танковой тактики. Но, как только генералы начали понимать возможности танка, он совершил революцию в сухопутной войне. Как бы там ни было, есть две разновидности применения танковых войск — советская и американская (диаграмма внизу справа). В зависимости от местности и характера обороны может лучше работать, как советская тактика кузнечного молота так и более гибкая американская тактика – одного-двух прорывов. Русская тактика предпочтительнее для плохо проходимой местности; американская – лучше для равнинной территории, пригодной для скоростных действий. Война в Корее может усовершенствовать одну из этих теорий или даже создать новую, которая станет образцом ведения сухопутного боя.

ЛУЧШАЯ ТАНКОВАЯ ТАКТИКА
 
НАЦИСТСКИЙ БЛИТЦКРИГ возглавляли пикирующие бомбардировщики. Танки пробивали небольшие бреши в линии обороны и устремлялись в прорыв на большой скорости, идя во главе пехоты (на заднем плане) на грузовиках.
 
 
СТИЛЬ ПАТТОНА — пробить слабое место во вражеской обороне, затем пустить сотни танков в образовавшуюся брешь и наслаждаться, в то время, как авиация прикрывает фланги.
РУССКАЯ ДУБИНА — пехота находится между средними и тяжёлыми танками, с тыла поддерживает артиллерия, чтобы добавить огневой мощи к наступлению в стиле асфальтового катка.
НОВАЯ АМЕРИКАНСКАЯ ТЕОРИЯ использует танки, как часть боевой группы. Пехоты продвигается с небольшими танковыми авангардами, артиллерийской и авиационной поддержкой. Мощная танковая группа атакует вражеский тыл.
ИДЕАЛЬНЫЙ ТАНК НИЗКИЙ И С МОЩНЫМ ОРУДИЕМ
ТАНКОВЫЕ ГУСЕНИЦЫ ВСТРЕЧАЮТСЯ на Абердинском полигоне - состязание русской и американских моделей. Это тест на "поворотливость", русский Т-34 (справа) поворачивается быстрее американского Першинга (слева) и Шермана.

ТАНКОВЫЕ ГУСЕНИЦЫ ВСТРЕЧАЮТСЯ на Абердинском полигоне — состязание русской и американских моделей. Это тест на «поворотливость», русский Т-34 (справа) поворачивается быстрее американского Першинга (слева) и Шермана.

ТАНКОВЫЕ ГУСЕНИЦЫ ВСТРЕЧАЮТСЯ на Абердинском полигоне — состязание русской и американских моделей. Это тест на «поворотливость», русский Т-34 (справа) поворачивается быстрее американского Першинга (слева) и Шермана.
ЗАЕЗД НА 100 ярдов - подвижный Т-34 (справа) настигает на полпути и готовится обогнать быстрее стартовавший Шерман. Тем не менее, в другом тесте Т-34 уступил более мощному Паттону.

ЗАЕЗД НА 100 ярдов — подвижный Т-34 (справа) настигает на полпути и готовится обогнать быстрее стартовавший Шерман. Тем не менее, в другом тесте Т-34 уступил более мощному Паттону.

ЗАЕЗД НА 100 ярдов — подвижный Т-34 (справа) настигает на полпути и готовится обогнать быстрее стартовавший Шерман. Тем не менее, в другом тесте Т-34 уступил более мощному Паттону.
ГОНКА ПО ЗАБОЛОЧЕННОМУ ПОЛЮ - Першинг (слева) и Шерман на стартовой линии вспахивают землю опережая Т-34 (справа). Однако упрямый широкогусеничный русский танк снова приходит первым к финишу.

ГОНКА ПО ЗАБОЛОЧЕННОМУ ПОЛЮ — Першинг (слева) и Шерман на стартовой линии вспахивают землю опережая Т-34 (справа). Однако упрямый широкогусеничный русский танк снова приходит первым к финишу.


ГОНКА ПО ЗАБОЛОЧЕННОМУ ПОЛЮ — Першинг (слева) и Шерман на стартовой линии вспахивают землю опережая Т-34 (справа). Однако упрямый широкогусеничный русский танк снова приходит первым к финишу.

Сотрудники артиллерийского департамента наблюдают за невысоким Т-34 на испытаниях вместе с американским Паттоном (слева), Першингом и Шерманом
 Чертежи на этой странице изображает танк, которого ни у кого нет или вообще никогда не будет. Скорее всего этот идеальный танк останется на бумаге потому, что не возможно воплотить всё в одной машине. Каждая новая модель это сочетание компромиссов. Однако аргументы за скорость, броню или огневую мощь, проходимость и тому подобное оказываются в подвешенном состоянии, если дизайн не идёт в производство. Гипотетический танк демонстрирует некоторые особенности, которые хотели бы видеть русские и американские танкисты. А, вот, фотографии сверху показывают особенности, которыми танки обладают в реальности, и как эти танки располагаются один за другим по скорости и манёвренности.
Русский Т-34 был лучшим танком, вышедшим из Второй Мировой войны. Он весит 33 тонны, низкий, подвижный, хорошо вооружённый, легко бронированный. Он быстрее и опаснее (с 85 мм орудием), чем американский Шерман (75мм), который был хорош пока мы имели значительное численное превосходство, били по уязвимым местам или действуя в обход вражеских танков. Американский Першинг, появившийся к концу войны, получил 90мм пушку, низкий силуэт и толстую броню. Двигатель жидкостного охлаждения, тем не менее, имеет 500 л.с., что не достаточно.
 48-тонный Паттон (стр.18), является долгожданным американским ответом на Т-34. Танкисты получат компактный двигатель жидкостного охлаждения на 810 л.с., в сравнении с русским 500-сильным дизелем. В проходимости (возможности преодолевать влажный, заболоченный, мягкий грунт, как в Корее) Т-34 опережает за счёт своих более широких гусениц. Тем не менее Паттон превосходит в качестве конструкции, начатой немцами и улучшенной русскими. Его силуэт снижен до 9 футов и 1 дюйма, при возросшей скорости (35 миль в час по дороге). Он также демонстрирует, что США и Россия сходятся в двух факторах: 1) что танк должен создаваться ради своего орудия, и 2) что он должен обладать скоростью и мобильностью даже ценой защищённости. Паттон должен стать лучшим средним танком в мире на сегодняшнее время.
вернуться к меню ↑

Т-34 против Шермана — кто круче?

Я по танкам не спец, и, поэтому, вопросов в моем посте будет куда больше, чем ответов. Прошу также рассматривать все нижесказанное не как  истину в последней инстанции, а как размышления не сильно подкованного в танкостроении человека, стремящегося узнать больше, чем он знает сейчас, но все же не готового грызть гранит матчасти до экспертного уровня.

Итак — Т-34 против Шермана.

Первое, о чем хотелось бы сказать — годы разработки. Т-34 разрабатывался с 1937, пошел в серию в 1940 г а Шерман, начата разработа в 1940 (но всерьез его начали разрабатывать только в 1941 г) и пошел в серию в 1942 г. Вроде бы я ничего не перепутал?

Два года разницы между постановкой в серию — для тех времен это весьма немало, а если вдуматься — так и вовсе чрезвычайно много. Советским конструкторам удалось создать ПРОЕКТ танка, который в начальный период ВОВ отвечал задачам среднего танка  лучше, чем какой-либо другой танк мира и при этом был годным к самому массовому выпуску. Это не значит, что ПРОЕКТ танка был идеальным (недостатки Т-34 и без меня все знают), но все же он был лучше, чем у кого бы то ни было на тот момент. Можно поспорить насчет немецкого панцеркампфвагена за нумером 4 но по совокупности Т-34 все же покруче выходит. Британские «Валентины» и американские М2-М3 не предлагать:))))

Особо следует отметить то, за ради чего в Т-34 было пожертвовано заброневым пространством — рациональные углы наклона брони. Получилось почти неубиваемой — известная статистика http://www.battlefield.ru/soviet-tanks-vulnerability.html  свидетельствует о том,  что классический для вермахта времен 1940-1941 гг 37-мм противотанковый снаряд обеспечивал  примерно 32% опасных попаданий. Т.е. для того, чтобы добиться одного опасного попадания нужно было «засадить» в Т-34 не менее 3 снарядов, а с учетом того, что выведение из строя достигалось при (в среднем) 1,59 опасных попаданиях на танк, выходило что для вывода из строя Т-34 по нему следовало залепить не менее 5 таких снарядов, но ведь он, зараза, будет сопротивляться…

Однако преимущество ПРОЕКТА должно дополняться качеством реализации оного проекта. И вот тут в СССР возникли большие проблемы — не доведенный до ума движок, «детские болезни» типа неважной обзорности и т.д. и т.п… увы, времени на модернизации Т-34 судьба не отпустила — грянула война. А ее течение было для нас таким, что первейшими задачами стало отнюдь не увеличение табличных ТТХ тридцатьчетверки, а

1) Устранение детских болезней и вообще всемерное повышение надежности машины.

2) Упрощение конструкции для обеспечения массового выпуска.

Т.е. решено было, что Т-34 достаточно хорош, чтобы на нем бить гадов, надо только довести его до ума и наклепать побольше. Ну и до 1942 г эта логика в общем-то работала — нашим в конце концов удалось бы получить достаточно надежные Т-34-76 но… тут опять вмешивались то требования к массовости постройки (из за чего шли зачастую на прямое ухудшение ТТХ — ослабление защиты и пр) то нехватка каких-либо запчастей, из за чего приходилось делать проще и хуже (типа установки авиационного карбюраторного М-17Ф с несколькими капиталками. Появляется чувство, что замечательная идея Т-34 оказалась сильно «подбита» корявостью исполнения. Более того — складывается такое ощущение, что любовь/нелюбовь наших танкистов к Т-34 сильно связана не то, что с модификацией, а даже с заводом, на котором был выпущен конкретный танк, на котором воевал человек.

Однако же наступил 1942 г… и доселе непревзойденные боевые качества Т-34 изрядно «просели» с распространением у немцев 75-мм ПТО в войсках,  а там уже и Т-4Ф2 (и вот тут-то Т-34 окончательно распрощался с титулом царя зверей), а за ними замаячили и Тигра с Пантерой…

…И вот в этот момент на сцене появляется М4 Шерман.

В принципе, с танком все более-менее ясно. Американцам чикаться было тоже некогда — война ! Поэтому проектировали не то, что стоило бы спроектировать, а то, что гарантировало известный  (хоть и не самый лучший) результат. Вместо того, чтобы вдумчиво изучить опыт использования танков в Европе и попробовать организовать танковую революцию (у США по моему были вполне реальные шансы создать на базе Т-34 и М3 нечто такое, что имело бы преимущества обоих танков но с минимумом недостатков и того и другого) американцы пошли по пути совершенствования М3 попросту впендюрив на него башню с 75-мм орудием.

Стоит ли обвинять в этом американцев?

Только не я. Им вообще-то воевать надо было, а не пытаться создать супертанк всех времен и народов. Тем более что опыта в проектировании танков у США было не так, чтобы много… А М3 как ни крути зарекомендовал себя в Пустыне с очень хорошей стороны, став сильнейшим танком у британцев в Африке. И вообще — сильнейшим в Африке:))))

В общем, я считаю что США поступили разумно. Но результатом этого разумного подхода стало появление танка, который

а) По совокупности боевых качеств был примерно равен  Т-34

б) Появился в тот самый момент, когда упомянутой совокупности боевых качеств стало явно недостаточно для борьбы с новейшими немецкими танками и ПТО

Таким образом, признавая примерный паритет Т-34 и Шермана замечу, что Шерман попросту опоздал родиться. Этому танку цены бы не было, случись он в 1940 или даже в начале 1941 года,  но вскоре после рождения в 1942 г он оказался уже не на уровне. Как и тридцатьчетверка, кстати. Но если качественно сделанный Т-34 в 1941 и до весны 1942 г все же мог претендовать на титул «Здравствуйте. Вам всем пришел я!» среди любых иностранных танков, то Шерман просто не успел получить свою порцию славы.

Ну а дальше… танки развивались прямо как однояйцевые близнецы:))) В начале 1944 г появились «длинноствольные» модификации — Т-34-85 и Шерман с М1.

И — некоторые размышления по аргументации уважаемых форумчан (и не только)

1) Шерман превосходил Т-34  в бронепробиваемости  — ибо евоная пушка пробивала борт Тигры с 600 м, о чем Ф-34 не могла мечтать  в самом сладком сне…

Совершенно согласен с тем, что американцы нас категорически превзошли, НО! Превзошли-то в качестве бронебойных снарядов. При чем тут танк?

Да и потом — много ли тигров набили Шерманы с М3 с дистанции в 600 м? 400 м? 200 м?

2) Высоченная высота Шермана — выдумки, Т-34 был ничуть не ниже

Формально — безусловно. Но… Смотрим силуэт

Вы как хотите, а я лучше в тридцатьчетверку полезу:)))))

3) 76-мм М1 превосходила советскую С-53 в бронепробиваемости и потому была лучше.

Не могу судить — может, и превосходила. Но во первых — это, похоже, опять вопрос к качеству снаряда а не танка, а во вторых почему-то не принимается во внимание, что, вообще-то, танки с танками не воюют, а вот ОФ нашей 85-мм вроде как почти вдвое тяжелее аналогичного снаряда американского орудия. А это более чем весомо — особенно когда, к примеру, нужно срочно закидать вражескую батарею ПТО градом ОФ-гранат… В целом калибр 85 мм ИМХО выглядит куда как предпочтительнее 76-мм.

4) Бронезащита Т-34 КРУЧЕ!!! Броня Шермана РУЛИТ!!! Шерманы — зажигалки! Т-34 горят как спички!

Тут бы хорошо поспорить с документами в зубах. Вот по Т-34 какая-то статистика повреждений есть. (ссылку давал выше). Где б по шерманам такое найти… А без статистики все это — не более чем мнение…

Есть мнения, что броня шермана обеспечивала лучшую выживаемость экипажа, да. Но где бы цифирь найти?

5) А у Шермана — стабилизатор, бе-бе-бе!

Кроме шуток — очень выдающееся достижение американского танкопрома. Но не дающее Шерману особых преимуществ — стабилизатор был сыроват, так что на ходу точной стрельбы не обеспечивалось, он давал лишь не слишком значительное преимущество при стрельбе с коротких остановок. Ну а наши танковые пушки вроде бы несколько точнее били…

6) И Шерман и Т-34 — танки пригодные к массовому выпуску.

Тут следует сделать маленькую поправку. Шерман был танком, который могла массово выпускать промышленность США. А Т-34 был массовым танком, который могла выпускать промышленность СССР.  Ну а поскольку промышленность США это ну ни разу не промышленность СССР, то возникает вопрос — а мог бы Шерман стать массовым танком СССР? Ой, что-то гложут меня смутные сомнения….

Под 1945 год Т-34-85 стоил порядка 140 тыс руб, шерман — 45-50 тыс долл. Сравнение, конечно, некорректное совершенно, но… Что-то все же подсказывает мне, что Т-34 был попроще в производстве, нежели Шерман. И, может быть даже, существенно попроще. При том что по совокупности ТТХ танки были примерно равны.

И кое какие мои измышлизмы.

В 1944 г на роль ОБТ не годился ни Т-34  ни Шерман — бронирование было слабоватым. Оба этих танков можно рассматривать как крейсерские танки, которыми должны были оснащаться танковые дивизии и корпуса для действий в тылу противника (общевойсковые армии с приданными батальонами тяжелых танков и САУ прорывают оборону врага, а потом в прорыв — т-34/Шерман с шашкой наголо) При этом у Шермана был большой плюс — он на дальних маршах был ИМХО более надежным, чем Т-34. Зато у Т-34 был существеннейший плюс по части дальности хода на одной заправке. Т-34 все же был более ремонтопригоден, чем Шерман (зато Шерман куда реже ломался, но это вопрос не столько к конструкции Т-34 сколько к качеству ее исполнения). А потому я все же считаю (не навязывая этого мнения, просто делясь им), что Т-34-85 лучше предназначен для блицкриговых операций на охват противника чем Шерман.

ИМХО считаю, что конструкция Т-34 и Т-34-85 более выдающаяся, нежели у Шермана. Но преимущества проекта в известной мере загублены неважным исполнением. Зато Шерман велик, именно, первоклассным качеством.

Вот интересно, как бы мы обсуждали сейчас танкопром СССР и США если бы Шерман был разработан в СССР (и производился промышленность СССР) а проект Т-34 был бы создан и принят на вооружение в США (и производился в США есессно).

Боюсь, в этом случае, вопросов кто круче Шерман или Т-34 ни у кого бы не возникло:))

Источник — http://alternathistory.com/t-34-protiv-shermana-kto-kruche/

вернуться к меню ↑

Альтернативные варианты тридцатьчетвёрки.

Эти материалы по теме нашего сайта и их, естественно ни когда не было в книге Барятинского.

Танков представленных в этом разделе ни когда не было в истории. По крайней мере нашего мира. Но они вполне могли быть.

Статьи естественно не связаны между собой и выкладывались в разное время на страницах нашего сайта.

Если нельзя, но очень хочется. САУ Т-34/100(122)

Т-34-85 снятый с постамента отправится на передовую

Сделано в СССР. Маленькая альтернатива с большой пушкой

вернуться к меню ↑

Файл для скачивания книги в формате PDF

Скачать все файлы одной папкой 65.18 MB

1
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
1 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
1 Авторы комментариев
NF Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
NF

+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить