0
0

К концу 1943 года было разработано несколько вариантов механизации самой мощной на тот момент противотанковой пушки в арсенале антигитлеровской коалиции — 76-миллиметровой «17-фунтовки» Ordnance QF 17-pounder. Один из них состоял в установке этой пушки в башню различных модификаций танков «Шерман». Новые машины под индексами Sherman Ic и Sherman Vc выдержали полигонные испытания в тылу, и теперь им предстоял почти год войны на материке.

Тяжело в учении, нелегко в бою

Для начала следует сделать небольшое отступление. В популярной истории этот танк известен как «Файрфлай» (Firefly — англ. «Светлячок»). Это прозвище прилипло к машине намертво, но произошло оно отнюдь не из официальных документов — командование даже пыталось бороться с этим названием, приказывая именовать танк исключительно как Sherman Vc или Sherman Ic, но тщетно. Сержант Джек Моут рассказывал в интервью, что уже знал такое прозвище, когда принимал свой первый Sherman Vc перед высадкой в Нормандии. C другой стороны, новозеландцы, использовавшие «Файрфлаи» в Италии, так никогда танк не называли. Кроме Sherman Vc и Ic танки изредка числились в официальных документах и как Sherman C, и как Sherman 17-pounder.

«Светлячок» с длинным хоботком

Sherman Ic 11-й бронетанковой дивизии с танковым десантом. Видно типичное применение «Файрфлаев» на этом этапе войны: один танк поддерживает большое количество «Шерманов» с 75-мм пушками. Танки ещё не обросли скарбом экипажа, дополнительным бронированием и маскировкой. 26 сентября 1944 года, Голландия

Появление новых танков в войсках было большим шагом вперёд не только с точки зрения боевой эффективности бронетанковых частей, но и для поднятия духа. Танки с мощным вооружением, наконец-то способные воевать на равных с «Тиграми» и «Пантерами», приняли с большим энтузиазмом. В докладе Отдела военного кабинета от 20 июля 1944 года подчёркивалось, что немцы за последнее время не придумали ничего нового, а британская армия, напротив, приняла на вооружение несколько новых боевых машин. В этом списке первым значится именно «Танк «Шерман» с 17-фунтовой пушкой». Британские военные твёрдо верили в новый танк — так, генерал Монтгомери писал:

«Нам нечего бояться «Тигров» и «Пантер». Они очень ненадёжны, а «Пантера», к тому же, очень уязвима с бортов. Наши 17-фунтовки пробивают их насквозь. Если наша тактика хороша, то победить их будет несложно».

Танки начали поставлять в части буквально перед вторжением в Европу. Например, к 22 апреля 21-я группа армий выделила своим частям всего два танка Sherman Vc, имея 13 машин в резерве. К 13 мая количество выделенных танков достигло 22, оставаясь таким до начала вторжения. Вдобавок к Sherman Vc, у англо-канадского формирования к 12 июля 1944 года было 10 танков Sherman III со 105-мм пушками и 85 обычных Sherman III.

Такой дефицит в танках не мог не отразиться на качестве подготовки кадров. Например, у резервной группы «Е» при штате в 12 танков с 17-фунтовками к 15 июля их не было вообще. К слову, дела в группе с запчастями для танков вообще обстояли неважно, из-за чего там были рады даже устаревшим «Рэмам». Генерал-майор Робертс лихорадочно писал письма в штаб, требуя хоть один танк. Генерал-бригадир Уайман понимал сложность ситуации, но лишних «Шерманов» не было — каждый из них был нужен на фронте. Фронтовые командиры были готовы скорее принять необученные экипажи, но с танками расставаться не желали. Чтобы хоть как-то спасти положение, группе «Е» прислали четыре противотанковые 17-фунтовки. Так как это были орудия модификации Mk.I, а в «Шерманы» ставили орудия Mk.IV, а с октября 1944 года Mk.VII, то для подготовки наводчиков они мало годились.

Положение улучшилось к концу года: 1 ноября группе «Е» выделили два танка, а через 10 дней их стало три: один в Турсли-Коммон для предварительного обучения и два на полигоне в Лулворте для обучения наводчиков. Этого количества всё равно было мало: в лучшем случае танкист мог уехать воевать в Европу, выпустив из 17-фунтовой пушки всего три снаряда. К началу 1945 года дефицит с обученным пополнением оставался достаточно острым, и командование группы «Е» потребовало ещё три танка. Просьбу выполнили 17 января, но при условии, что танки будут поддерживать в постоянной готовности к бою, так как 21-я группа армий была вправе их забрать в любой момент.

«Светлячок» с длинным хоботком

Экипаж танка Sherman Ic на досуге. Нормандия, 1944 год. Никаких попыток замаскировать длинный ствол ещё не предпринято

Тем временем, на континенте дела с наличием Sherman Vc и Sherman Ic обстояли немногим лучше. На бумаге штат бронетанкового полка предполагал 15 танков с 17-фунтовками, но на деле большинство из них заменялось обычными «Шерманами». Например, у вышеупомянутой 21-й группы армий было всего 22 танка «Файрфлай» на три полка. Привести матчасть в соответствие со штатом получилось только к концу 1944 года.

К началу апреля 1945 года положение заметно улучшилось: в каждом полку теперь было 24 танка Sherman Vc или Sherman Ic — два танка из четырёх в каждом отряде, четыре отряда в эскадроне, три эскадрона в полку. Планировалось в будущем заменить все «Шерманы» в 21-й группе армий либо на «Файрфлай», либо на Sherman IIA. «Кромвели» тоже воевали бок о бок с «Файрфлаями» — так, в танковых отрядах 1-й отдельной чехословацкой бронетанковой бригады было по два «Кромвеля» и по одному «Шерману» с 17-фунтовкой.

 

Порхай как бабочка, жаль как светлячок

Командиры понимали, что танки с длинноствольными пушками станут первой мишенью на поле боя, поэтому была предпринята попытка замаскировать обычные «Шерманы» под более опасные «Файрфлаи». Муляж ствола 17-фунтовки прикреплялся либо к маске пушки обычного «короткого» Sherman V, либо надевался на пушку. Работы в этом направлении велись несколько месяцев, но испытания показали, что метод неэффективен. Муляж орудия и его крепление нарушали балансировку башни, а некоторые варианты ложного ствола отваливались при стрельбе. Пришлось действовать наоборот — пытаться замаскировать длинную пушку под более короткую. Для этого разработали два метода.

«Светлячок» с длинным хоботком

Первый метод маскировки длинного ствола 17-фунтовой пушки, более распространённый

Первый придумали в 8-й армии в начале октября 1944 года. Посредине длинного ствола «Файрфлая» устанавливали ложный дульный тормоз — там, где обычно кончалась 75-мм пушка. После этого нижняя часть ствола между настоящим и фальшивым дульными тормозами окрашивалась в белый цвет с волнистой границей, чтобы тень на стволе была менее заметной. С некоторого расстояния такая маскировка была достаточно эффективной, но дульный тормоз, который отсутствовал на настоящей 75-мм пушке, бросался в глаза. Второй метод был более сложным: на короб радиостанции развёрнутой назад башни устанавливался муляж 75-мм пушки, а настоящий ствол маскировался в ветках, наваленных на надмоторную плиту.

Оба метода были показаны комиссии 18 октября. Первый вариант комиссии понравился, а вот реакция на второй была неоднозначной. Ездить кормой к вероятному расположению противника было не лучшей затеей, да и тратить время на разворот башни при вступлении в бой не очень хотелось. Тем не менее была дана рекомендация начать производство муляжей. К 26 февраля 1945 года было изготовлено как минимум 50 фальшивых стволов, 24 из которых установили на танки.

«Светлячок» с длинным хоботком

Второй метод маскировки. Он был более сложным и делал танк уязвимым

Неизвестно, насколько такая маскировка помогала танкам выжить на поле боя, но потери «Файрфлаев» не превышали потери обычных «Шерманов», а то и были меньше их. Так, доклад о безвозвратных потерях в частях 21-й группы армий за период с 6 июня 1944 по 3 февраля 1945 гг. приводит среднемесячные потери в 145,1 «Шермана» с 75-мм пушкой (12.6% имевшихся) по сравнению с 26,1 потерянными «Файрфлаями» (6,2% имевшихся). Вероятно, на такое соотношение потерь могло повлиять и желание командиров сохранить более дорогие танки.

Как довольно часто бывает с новой техникой, из войск на танк стали приходить многочисленные рекламации. Прежде всего, это было связано со стопором башни – он ломался от резких ударов. Конструкцию улучшили, внедрив в итоге в производство новый стопор и выслав новые детали для замены в войсках.

С пушкой дела тоже шли не безоблачно. Длинный ствол клонил её вперёд, и требовалось использовать противовесы со стороны казённой части, которые часто отсутствовали при поставке танка. Яркая большая вспышка при стрельбе мешала корректировать огонь на дистанциях меньше 1000 ярдов (914 метров). Маневрировать с длинным орудием в лесистой местности было затруднительно. Также приходили доклады о проблемах с экстрактором и боеукладками, из которых было сложно доставать снаряды. Ограниченное внутреннее пространство лишило экипаж возможности возить личные вещи в танке, из-за чего довольно часто можно увидеть на фотографиях «Файрфлаи» со всевозможными ящиками на броне. По мнению экипажей, маховик вертикальной наводки были поставлен слишком далеко от наводчика, из-за чего им было неудобно пользоваться. Тормоз маховика поворота башни был недостаточно сильным, чтобы держать башню при крене танка.

С другой стороны, опросы танкистов показали, что возня с дульным тормозом не прошла даром. Он работал хорошо, не откручивался и не деформировался при стрельбе. Экипажи также хорошо отзывались о телескопическом прицеле, предпочитая его перископическому, который легко сбивался и был уязвим для осколков и пуль. Было высказано желание иметь прицел с увеличением меньшим, чем на шестикратном телескопическом прицеле. Дальномер же оказался бесполезным: он годился только для использования на постоянных позициях, но даже в таких случаях им не пользовались, так как экипажи не были этому обучены.

«Светлячок» с длинным хоботком

Танк Sherman Ic с первым вариантом маскировки. Для дополнительной защиты на машине навешаны траки от «Черчилля»

Крепление пушки в положении «по-походному» тоже вызывало нарекания. Из-за увеличенной нагрузки на подъёмный механизм пользоваться им приходилось часто, но это было очень неудобно, так как крепление находилось сзади, на надмоторной плите, и приходилось разворачивать башню на 180°. Танкисты предпочитали иметь крепление спереди, на манер «Пантеры», и некоторые экипажи даже пытались переставлять крепления, позаимствованные с подбитых машин. В начале декабря 1944 года переднее крепление, которое могло быть снято механиком-водителем, поступило на полевые испытания. Видимо, тогда этот вопрос так и не был решён, так как поднимался ещё несколько раз до конца войны.

Вдобавок к проблемам с кучностью подкалиберных снарядов, описанным в предыдущей статье, оказалось, что осколочно-фугасные снаряды 17-фунтовки малоэффективны. Из-за высокой начальной скорости снаряда было невозможно корректировать стрельбу, так как к тому времени, как дым и пыль от выстрела оседали, никаких признаков упавшего снаряда больше не наблюдалось. Осколочно-фугасные снаряды с уменьшенным зарядом оказались более эффективными, но с ними не работала полуавтоматика, и гильзы часто застревали при экстракции. Также остались и проблемы с кучностью. Во 2-й канадской бронетанковой бригаде такие снаряды использовали только при стрельбе по площадям. Проблемы с трассерами никуда не делись, и относилось это ко всем типам снарядов.

К апрелю 1945 года в качестве временного решения ожидались поставки американских снарядов М48А1 с более совершенным взрывателем и повышенным содержанием взрывчатки. Было отмечено, что требуется восстановить уверенность солдат в своих снарядах, да и ограниченная эффективность танка против живой силы противника напрямую влияла на количество «Файрфлаев» в войсках: было приказано выделять не более двух танков этого типа на отделение из четырёх танков.

«Светлячок» с длинным хоботком

Типичный образ танка Sherman Vc к концу войны. На стволе виден упрощённый вариант маскировки, лобовая часть корпуса прикрыта гусеничными траками четырёх разных видов. Танк принадлежит канадской гренадерской гвардии, экипаж позирует с трофеем — указателем с немецкой комендатуры. Альмео, Голландия, апрель 1945 года

Интересно применение 17-фунтовых танковых пушек против бетонных оборонительных сооружений. В 5-й канадской бронетанковой дивизии против этих целей успешно применяли подкалиберные снаряды, хотя признавались, что эффект от таких попаданий был скорее психологический. Польская бронетанковая бригада, наоборот, использовала для этих целей только осколочно-фугасные снаряды.

Использование 17-фунтовки против укреплений не было чем-то новым — ещё в 1943 году англичане пробовали бетонобойное действие 17-фунтовки против железобетонной стены 2,3-метровой толщины. Результаты были не самыми выдающимися: снаряды пробивали бетон, но не действовали на арматуру. Против ДОТа такого действия хватило бы, но чтобы проделать дорогу в стене на пути танков, арматуру пришлось бы разрушать 5,5-дюймовыми пушками. На испытаниях при стрельбе с дистанции в 1000 ярдов потребовалось 250 17-фунтовых и 80 5,5-дюймовых снарядов, чтобы создать проём, через который прошёл бы танк.

«Шерманы» с 17-фунтовками действительно были мощным оружием. Так, они изрядно помяли противостоящих им «Тигров» при знаменитом сражении у Виллер-Бокаж. «Тигр» с тактическим №112 обершарфюрера Генриха Эрнста был подбит «Файрфлаем» из эскадрона «B» 4-го полка лондонских Йоменов, как и «Тигр» с тактическим №121 унтерштурмфюрера Винфрида Луказиуса. Сам Михаэль Виттман решил не вступать в бой с «Файрфлаем», который преследовал его в городе, но в итоге его танк был подбит из противотанковой пушки во время отступления.

Впрочем, так легко немецкий танковый ас не отделался. 8 августа 1944 года 10 «Тигров» из 101-го тяжёлого танкового батальона СС включили в боевую группу оберштурмбаннфюрера СС Ганса Вальдмюллера, которую послали в контратаку против наступающих британских, канадских и польских танков. Колонна из семи «Тигров», включая танк с тактическим №007 Виттмана, попала в засаду у деревни Гомениль, и, как считается, именно снаряд «Файрфлая» вызвал пожар и детонацию боекомплекта машины немецкого аса.

«Светлячок» с длинным хоботком

«Файрфлай» возглавляет колонну «Шерманов» во время операции «Маркет Гарден». Ствол и лобовая броня танка укутаны лоскутами, остальные танки в колонне также несут на себе ту или иную маскировку из подручных материалов

«Файрфлаи» не брезговали охотиться и за более лёгкими немецкими танками. Воспоминания танкиста Стюарта Хиллза отлично описывают боеспособность этих машин:

«Эскадрон «А» протиснулся мимо «Тигра» в поле справа от начальных позиций. Они систематически расстреливали каждую живую изгородь, которую видели во время своего двухчасового наступления. У Джона Семкена было несколько «Файрфлаев», и они начали уничтожать немецкие танки один за другим. Сержант Дринг заявил о четырёх танках, подбитых лично, плюс ещё одну «Пантеру», расстрелянную всем эскадроном, когда она проехала перед нашей частью. Экипаж выпрыгивал из танка на ходу. Немецкие пехотинцы сдавались в плен, выскакивая прямо из-под носа танков, а наша пехота двигалась вперёд, зачищая местность. Это был отличный день. Мы подбили 13 Pz.Kpfw.IV, один «Тигр», и одну «Пантеру». Немецкие танки, защищавшие Раурей, были уничтожены, их пехота разбита. Агрессивная тактика оправдала себя и привела к сравнительно низким потерям».

Грамотное применение танка в бою приносило успех. 17-фунтовки заслужили доверие британских, канадских, чешских и польских танкистов. Так, Билл Клоуз, командир эскадрона «B» 3-го королевского бронетанкового полка, был разочарован, когда его часть пересадили на новенькие «Кометы». По его мнению, этот танк был лучше скомпонован и имел лучшую манёвренность, но отсутствие мощной 17-фунтовой пушки немного портило картину.

«Светлячок» с длинным хоботком

Sherman Ic 29-го канадского танкового разведывательного полка Южной Альберты (The South Alberta Regiment). Для дополнительной защиты танк увешан дополнительными траками, на стволе орудия видна потёртая камуфляжная окраска. Перегруженный танк еле пробирается через грязь — не удивительно что канадцы в итоге предпочли более высокую проходимость M4A2E8. Калькар, Германия, февраль 1945 года

Англичане не сразу отказались от своего эрзаца после окончания войны в Европе. Ещё летом 1945 года проводились работы по улучшению пружин подвески и испытания асбестовых мешков для стреляных гильз. Тем не менее 17-фунтовка уже была вчерашним днём. Испытания обстрелом «Королевского Тигра» показали, что против лобовой брони современных тяжёлых танков орудие не годится даже с подкалиберным снарядом. Жертвовать надёжностью и комфортом экипажа ради неё больше не имело смысла. Замена «Файрфлаев» на «Кометы» в британской армии и «Шерманы» M4A2E8 в канадской была вполне осмысленной. Орудия этих танков уступали «Файрфлаям» в бронепробитии, но выигрывали по многим другим, не менее важным параметрам.

 

Обратный ленд-лиз

У «Файрфлаев» был шанс прославиться ещё в одной армии: в американской. Англичане предложили американцам свою пушку в августе 1943 года, но те отнеслись к предложению довольно прохладно. Сравнить зарубежное орудие со своими у американцев получилось только в мае 1944 года. 17-фунтовка превзошла по пробитию не только 76-мм орудие, но даже 90-мм пушку М3 с баллистикой зенитки, которую только-только начали ставить на истребители танков GMC M36. Американцев такой результат ошеломил, но британское орудие на вооружение они всё равно не взяли. Причиной был отнюдь не патриотизм.

Во-первых, американцам было известно, что «танки с танками не воюют». Большинство задач, поставленных перед «Шерманами», требовали применения осколочно-фугасных снарядов. О «Тиграх» и «Пантерах» американцы, конечно, знали, но воевали против них в основном в Италии, где условия местности не позволяли немецким тяжеловесам полностью реализовать свои преимущества. Во-вторых, выигрывая в пробитии, 17-фунтовка проигрывала по почти всем «мягким» факторам, с ней было намного сложнее обращаться в тесной башне, а разницу в бронепробиваемости можно было сократить с помощью применения подкалиберных снарядов. Третья причина была самой важной: буквально через несколько дней Союзники собирались высадиться в Нормандии. Операция «Оверлорд» обещала быть необычайно сложной, и для перехода на новое орудие совсем не было времени. Также американские военные сомневались в способности англичан удовлетворить их потребности в орудиях и снарядах.

«Светлячок» с длинным хоботком

Британская башня на американском корпусе M4A3, Абердин, весна 1944 года. Тогда танк не впечатлил американцев, но через полгода после испытаний они изменили своё мнение

Мнение американцев изменилось достаточно быстро после высадки в Европе. Американская армия рассчитывала на ежемесячную потерю примерно 7% своих танков, но реальные потери были намного внушительнее: 21% в июне и 15% в июле. Одна из причин была связана именно с вражескими танками: «Пантеры», которые ожидались в скромных количествах, внезапно стали появляться массово.

Американские танки с длинноствольными 76-мм пушками ещё не прибыли на материк, но испытания показали, что маска пушки «Пантеры» поддаётся их орудиям всего с 200 метров. Не имея другого выхода, генерал Омар Брэдли обратился 9 августа к британским коллегам, попросив их передать хоть бы немного «чудо-танков». В ответ он получил отказ: британская группировка тоже теряла танки с головокружительной скоростью, и найти лишние машины было невозможно.

Возможность достать «Файрфлай» появилась в сентябре. Британская промышленность смогла заменить танки, потерянные в летних боях, и англичане предложили переделывать 100 американских «Шерманов» в месяц, что составляло примерно 40% от общего месячного объёма производства. На этот раз отказаться пришлось американцам — переделывать было просто нечего, яростные летние бои полностью истощили резервы. Американцам не хватало 335 танков в месяц для восполнения штатной численности танковых войск, и отобрать 100 танков было попросту не у кого — прибывавшие в Европу «Шерманы» сразу отправлялись на фронт. Далее некомплект только рос и к январю 1945 года достиг 865 танков.

«Светлячок» с длинным хоботком

Одна из немногих фотографий американского «Файрфлая». Танки были почти идентичны британским и отличались только большим коробом для более крупной американской радиостанции и походным креплением для 12,7-мм пулемёта на корме башни. На этом танке также установлен бульдозерный отвал

Программу американских «Файрфлаев» заморозили, но ненадолго. Поставки танков с более мощными 76-мм пушками увеличились, отчего на складах начали накапливаться танки с 75-мм пушками, которые подлежали конверсии. Первая партия машин была отправлена с континента обратно в Англию 9 марта 1945 года. Первые два прототипа переделали уже 15 марта, а партия в пять серийных машин была готова к 31 марта. Всего было заказано 160 «Файрфлаев», но 7 апреля 1945 года заказ урезали до 80 машин. Американцы понимали, что война подходит к концу, и эти танки уже не успеют повоевать. 40 машин попали в 1-ю армию, ещё 40 в 9-ю армию, а 20 машин, на которых работы начали до сокращения заказа, забрали британцы.

Американцы оказались правы: повоевать танки не успели. Война в Европе закончилась, а на Тихоокеанском фронте, где главным противником «Шерманов» были японские танки с тонкой бронёй, такое мощное орудие было ни к чему. «Файрфлаи» осели в Европе и были использованы в оккупационных войсках.

 

«Светлячок» уходит на пенсию

Число армий, эксплуатировавших «Файрфлаи», резко увеличилось с концом войны, хотя из-за перегруженности шасси и специфических условий работы экипажа этот список не так велик, как могло быть. Так, на испытаниях в Швеции танк показал себя не с лучшей стороны по сравнению с «Пантерой» и «Черчиллем», и шведы решили его не покупать.

«Светлячок» с длинным хоботком

Sherman Vc на шведских послевоенных испытаниях проходимости, кадр из кинохроники. Перегруженный танк не впечатлил покупателей

Некоторые страны, напротив, охотно закупали даже такие танки. В Голландии до конца 50-х служил батальон «Файрфлаев», а в Бельгии таких батальонов было три. 1-я отдельная чехословацкая бронетанковая бригада после окончания войны уехала на родину с 27 танками этого типа.

Аргентина закупила почти 450 «Шерманов», примерно половина которых была оснащена 17-фунтовой пушкой — в основном это были гибридные Sherman Ic. В 1970-х годах они даже подверглись модернизации, получив более мощный дизельный двигатель Poyaud 520 и 105-мм пушку. Такие танки, называемые Sherman Repotenciado, служили аж до 1997 года.

«Светлячок» с длинным хоботком

Sherman Ic c гибридным корпусом на службе в Аргентине, 1962 год

Sherman Ic и Sherman Vc получились очень неоднозначными танками. С одной стороны, 17-фунтовая пушка была мощным противотанковым орудием с внушительной бронепробиваемостью. С другой стороны, цена установки такой пушки на танке была очень высокой. Получив новое оружие, «Шерман» терял свои лучшие качества: удобство для экипажа, надёжность, универсальное орудие. Тем не менее появление танка с пушкой, способной бороться со всеми известными на тот момент немецкими танками, завоевало умы и сердца солдат. Присутствие «Файрфлая» на поле боя давало им нечто, что невозможно измерить миллиметрами или килограммами: надежду. Несмотря на все недостатки, эту надежду танк оправдал и внёс значительный вклад в победу.

Источник — https://warspot.ru/12528-svetlyachok-s-dlinnym-hobotkom

2
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
2 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
0 Авторы комментариев
napoleon_6NF Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
NF

+++++++++++++++++++++++++++++

++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

napoleon_6

+++

+++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить