12
2

ГЛАВА II. https://author.today/reader/117076/947118

Начало https://author.today/reader/117076/935188

 

Старый Сновид получил весть от княжьего гонца. Случилось то едва схлынула Велесова свадьба – на ней исстари гуляли широко и рьяно.

Хоть и нехотя, а засобирался он в стольный град. Взял двух сынов, с ними набралось еще с десяток юнаков. Каждый взял с собой нехитрые пожитки да щит и копье – почестье вольного смерда.

На рассвете двинулись в путь. Долго ли коротко шли, пока не оказались у стен Искоростеня.

Грозною тучей навис град над полноводной, стремительной рекой – окруженный рвами, ощетинившийся частоколами, неприветливый для ворогов, распахнул он гостеприимно врата, встречая посланцев со всех концов Деревской земли.

Шли огнищане – главы огнищ – больших семей и родов, шли старейшины градищ…

А на площади перед княжим теремом, беспрерывно сменяя друг друга, дудели в огромную дуду отроки-глашатаи, созывая люд деревский на вечевую думу.

Немалая площадь-двор напоминала бурлящий котел – гул голосов порой заглушал призывные трубные раскаты. И вот раскрасневшийся отрок оторвался от дуды…

Враз все стихло. В сенях княжьего терема показался молодой княжич. Это был Мал или попросту Малко – младший сын светлого князя Деревской земли Твердимира.

«Князя боги забирают», – произнес он дрожащим голосом – Люди Деревские, благословите меня держать землю…

Ведомо было люду: Твердимир завещал державу молодшему Малко. Да и кому еще – старший сын умер во младенчестве; средний сложил буйну голову в киевской рати.

Мал продолжал: «Буду блюсти землю, радеть о люде нашем…».

Княжич говорил, и у многих на глазах навернулись слезы. Князь Твердимир был в Деревах в отца место: боронил смердов перед злыднями киевскими, судил суд по правде  – не давал в обиду сирых да убогих.

А что будет завтра?

Сможет ли Мал защитить люд от Киева?

Да и не пора ли держать свою землю? как прежде?

Многие еще  помнят, как жили и сами собой управляли…

Вечники слушали, не проронив не слова.

Невеселыми хмурыми были их лица. Тяжкие думы обуревали и Сновида.

-Люди деревские! Доколе будем сносить силу! – молодой зычный голос звучал холодно и жестко.

Княжье слово – не ветер. А значит быть рати…

-Да ведь вон сколь мощи у них, не выдюжить?!

-На силу найдется сила, а то и хитрость! Верно ли слово мое, мужи деревские?!

*****

Шли молча, переговорили про все, спели все песни. До родового селища оставалось совсем немного.

Незаметно подкралась истома, и путники решили передохнуть. Вот и подходящее место: могутные дерева, расступились, открыв взору уютную поляну. Обильно струящиеся родники манили свежестью и прохладой. Вдоволь напились ключевой воды; едва перевели дух, как пустые желудки заговорили наперебой.

Что ж пора и трапезничать – Сновид послал молодшего сына Любяту добыть дичи.

Дружина воздала мольбу и требу Сварогу, дабы ниспослал он сварожича. Внял посулам божич – закурился дымок, а за ним разошлось и пламя. Воротился младший – к поясу приторочена добыча добрая: три перепела, тетерев – тугой лук да молодецкая сноровка сослужили верную службу. За трапезой резвой косулей промелькнуло время – солнце клонилось к закату. Решили продолжить путь поутру. Ночь скоротали у тлеющего костерка в неспешных разговорах и сладкой полудреме.

Светало. Споро двинулись в путь. Родные огнища вот-вот должны показаться из-за соседнего холма…

*****

Конское ржание и гулкий топот копыт заставили остановиться. Из-за малого перелеска вынырнули всадники числом восемь –  все, как один, на вороных скакунах.

Видно по всему – незваные гости из Киева – издалече приметны длинные усы, сплетенные у иных в косички.

Встреча не предвещала ничего доброго. Да и Сновид решил встретить верховых неприветливо, а там уж будь что будет. По его кличу выстроилась дружина в боевой круг, прикрывшись щитами, ощетинилась копьями, изготовился к стрельбе Любята.

Всадники  приблизились. Молча принялись кружить, сужая и сужая кольцо. Наконец один из них, видимо воевода, выкрикнул,  как выхаркнул:

-Псы, смерды, али у вас зенки ваши рыбьи повылазили…

-Ступайте с миром – се наша земля, – отвечал Сновид.

-Да ты ведаешь старый пень, кому перечишь!!! – Княжьему мытарю стольнокиевскому!!!

-У нас свои князья, свои мужи и старцы нарочитые, еже держат Деревскую землю.

-Да ты песья кровь – супостат! – мытарь задыхался от злобы; кровью налились дотоле бешено вращавшиеся мутные глазенки. – Пойдешь со своими во Киев-град на княжий двор, паче задолжала земля ваша дани; бросайте ваши деревяшки, отродье, а не то порубим аки капусту.

Один из верховых достал лук, приладил стрелу – со свистом пронеслась она поверх голов. Ответ был дан сразу –  пущенная из-за щита стрела едва не лишила киевского мытаря ока.

Жребий брошен…

Всадники выхватили из ножен мечи, загикали, засвистали, распугали полевых птах, что стаями всколыхнулись с насиженных мест.

Но неробкого десятка деревские смерды – зазвенела, запела тетива – удалой Любята пускал по ворогу стрелу за стрелой. Верховые умело уворачивались, прикрывались круглыми малыми щитами. Их лучник тоже то и дело бил из тяжелого дальнобойного лука, да без толку – надежно, словно тын прикрывали древлян большие щиты.

Так состязались в ратном искусстве пешие с конными…

Вот один конь заржал, встал на дыбы, едва не сбросив седока; каленая стрела впилась в круп. Вот и другой завалился на бок, но успел спешиться всадник, и чуть отдышавшись, словно разъяренный бык раздувая ноздри, ринулся на живую крепость – сокрушил мечем щит…

Но не тут-то было: вострое копье ударило в плечо, попятился он назад, да и отскочил трусливым зайцем под улюлюканье и посвист мужей деревских.

-Добрый гостинец?!! Поди дома того не отведаешь?!! –Сновидовы словеса отозвались дружным хохотом дружины. Укоризна в иных устах язвит будто пчелиное жало, но глухи на сей  раз оказались кияне – наскоро перевязали своего, усадили под кустом, и, отъехав чуть поодаль, о чем-то перемолвились.

Поскакали прочь.

Сновид враз разгадал их замысел – велел дружине перестроиться клином.

Вот несутся во весь опор ярые кони, смертоносными молниями поблескивают злые мечи. Быть бою лютому!

-Братия! Не посрамим Деревь. Да хранит нашу землю Даждьбог…

Сновидов заклич оборвался на полуслове – вихрем налетели, пробили брешь, рассекли наполы строй. И пошла сеча неправая: копья да ножи супротив мечей булатных…

Вдруг во мгновение ока все переменилось; солнце будто померкло, а затем всполохнуло вновь, прорезая набежавшие тяжелые черные тучи небывалым бледным как отблеск луны светом. Внезапный протяжный волчий вой холодными клещами сдавил сердца.

И древляне, и кияне на миг оцепенели – застыли в воздухе мечи, повисли копья.

*****

Словно из-под земли вынырнули огромные, каких свет не видывал, волки. Еще миг и рвут в клочья волки коней, рубят волков мечи, да только ни ран на них, ни царапин. Все яростнее и яростнее  рассекают клинки воздух, но не раскраснелись, а побелели, покрылись холодным потом лица ворогов, а глаза полезли из глазниц от великого ужаса.

«Боги вняли мольбам, встали за люди своя – то чернобожий род пришел на подмогу», – пронесся среди Сновидовых воев трепетный говор…

Валятся наземь обескровленные, полумертвые кони, перебирают копытами и не могут подняться; кровавые ручьи застилают зелену мураву.

Поневоле спешившимся – торная дорога к Чернобогу – владыке кощеевой страны, что берет жертвы кровавые людские.

Да, cкорой была расправа –  оставив бездыханные тела, волки растаяли во мгле… может и не было их вовсе?

Но не сон это и не навь, а самая, что ни на есть явь. Заворожено, молча, едва перевязав раны, дивились люди деревские на невиданное волчье побоище.

И чудно: раны павших не как от зубов и когтей, а будто от острых мечей. Ужель сами себя порубили?!

Разверзлась хмарь и воссияло наливным яблочком красно cолнышко, обволакивая, лаская лучами мать-сыру землю…

 

1
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
1 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
1 Авторы комментариев
Императрица Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Императрица

«Аще дщерь умом скудная в полозьях еде, уста малюючи, очи штукатуриши, беленья мазамши, то надобно дщерь оную за космы черны оттаскати, за груди белы доброродны похватати, да в беленьях вымазати. Боле не надо, бо придет муж ейный и покалечит».
Именно так это выглядит. Зачем писать текст анахронизмами? Тем более, что применение многих типа «старославянских» терминов как минимум спорно. Хотите добавить антуражу — вставляйте эти: «аки-паки иже херувимы» в прямую речь персонажей, а подобная «стилизация» именно что: «зело забавлявше, через то сверзише с седалища под трапезу.»

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить