Смутная война, или тяжелое наследие Атлантиды

12
4
Смутная война, или тяжелое наследие Атлантиды

Смутная война, или тяжелое наследие Атлантиды

Содержание:

Доброго времени суток, коллеги. Сегодня я с довольно нетипичным для меня (на этом сайте) постом. Касается он полуфэнтезийного мирка, который я как-то создал ради написания определенной литературы (литература так и не была написана, примерно 5 готовых глав отправились в Вечность путем нажатия клавиши del). Почему я публикую его здесь? Потому, что основой все же служит реальная (или почти реальная) история нашего мира периода античности, а собственно фэнтезийных элементов (магические существа, собственно сама магия) в этом творении не очень много. Да и коллеги заинтересовались этим делом. Короче, я начинаю, и готов ловить минус и тапки за фэнтезятину на сайте альтернативной истории…

Вступление

Это будет длиннопост. Ох, это будет длиннопост достойный коллеги Молотка! И потому для удобства чтения, а также банально смотрибельности текста весь конфликт разбивается на условные части. Тег «юмор» не добавляю, хотя без юмора сие читать будет сложно, хотя бы из-за местонахождения колонии атлантов. Но если коллеги настоят – тег «юмор» будет добавлен.

Отмечу, что имена и названия городов брались мной, в основном, наобум, и потому некоторые из названий могут звучать несколько… Дико. А некоторые названия я нагло спер у других культур – греков, к примеру. Ну а почему нет, если Аверния формируется не только за счет остатков атлантов, а и греков, скифов и прочих племен, десятки их?

В сказании можно заметить одного персонажа, который носит имя Артур Праэтор. Ник я выбрал именно после создания этого персонажа, ранее в интернетиках я назывался иначе. Не стоит удивляться, когда вы увидите этого персонажа в тексте. Кстати об именах персонажей – несмотря на стремление употреблять «исторические» имена, часть их взята из головы. Будем считать, что они времен Атлантиды.

Кое-что из текста я все же вырезал, и касается, в основном, это организации армии Авернии. Да, я обещал коллегам это дело, но после прочтения, что конкретно я там в свое время наваял, было решено выпилить эти моменты в полном составе, ибо отборнейший забористый бред. Конечно же, можно будет забуриться в детали, если тема будет популярной, но пока не вижу смысла.

Если у нас в мир прилетело колдовство вместе с атлантами, то почему бы и не «колдануть» над картой мира? Кстати, о ней. В качестве места последнего пристанища атлантов была выбрана Таврида, более известная нынче как Крым. Альтернативным вариантом был Финский залив и основание города-колонии на месте нынешнего Петербурга, но что-то как-то эта идея мне в тот момент не понравилась (хотя перспективы интересные – выходцы из Атлантиды основывают Древнерусское государство лет так на 1000-1500 раньше со столицей на берегах Финского залива, что позволяет в будущем подвергаться меньшему влиянию кочевников и вообще кардинально меняет историю Восточной Европы, градус эпичности и неадеквата зашкаливает). Причерноморье у меня несколько отличается от реального – на правом берегу Борисфена (Днепра) намного больше лесов, чья полоса доходит практически до побережья, а в Молдавии у нас невысокие горы. Нет, коллега Wasa скажет, что это полный бред, и будет в чем-то прав, но тут весь текст по сути своей полный бред, и альтернативная география – на фоне остального – мелочи.

На самом деле, в то время, когда писалась Смутная война, планировалось прописать всю историю, от собственно процесса гибели Атлантиды до конца существования Авернии (хотя этот самый конец должен был случиться непонятно когда – то ли во время переселения народов, то ли от рук монгол, то ли вообще не должен был случиться). Но эта часть так и не была написана во всех деталях, потому здесь будет описана «выжимка», кратчайшая предыстория текущих событий. Без нее никак, а с ней проще, хоть и полноценная история о скитаниях беженцев из Атлантиды должна быть намного более пространной и детальной.

И последнее замечание. Весь текущий текст может показаться отборным бредом, и на то есть своя особая причина. Когда я писал все это дело, то был, кхм, запойным (это сейчас я почти не пью), и соответственно текст писался не на здоровую голову. Несмотря на то, что я правил содержание несколько раз, было решено не менять основные элементы дабы не потерять в результате общий дух творящегося беспредела (с запашком перегара, ага). Так что представленный ниже текст, кроме «краткой истории…», есть почти что исходный вариант, написанный мною n-ое количество лет тому назад за столиком на балконе студенческого общежития и в обнимку с бутылками коньяка и вишневой (или малиновой?).

вернуться к меню ↑

Краткая история от гибели Атлантиды до начала Смутной войны

Примерно так выглядит Корона Искупителя. Эскиз (на полноценный рисунок денег не хватило) специально рисовался под этот текст, а не тырился из интернета. Иллюстрация к собственным трудам – это очень приятно. Миа Мусина, большое тебе спасибо.

Примерно так выглядит Корона Искупителя. Эскиз (на полноценный рисунок денег не хватило) специально рисовался под этот текст, а не тырился из интернета. Иллюстрация к собственным трудам – это очень приятно. Миа Мусина, большое тебе спасибо.

Атлантида, давшая название целому океану, благодаря стечению обстоятельств и прямому вмешательству древних богов развивалась намного более быстрыми темпами, чем другие человеческие племена и союзы. Да и людьми атланты, строго говоря, не были, живя в среднем по 300–400 лет. Когда в бассейне Средиземного моря родились первые государства, атланты уже создали сильное общество, в котором процветали искусства, наука, медицина. Один их воин-ополченец мог без труда справиться c десятком, а то и двумя «материковыми» ветеранами. При этом атланты вели активную торговлю с теми, кто казался им достойным их внимания, что стимулировало развитие и этих государств.

В результате Атлантида заболела своими достоинствами. Общество, видя тотальное превосходство над всеми другими, принялось пожирать само себя. Старые боги покинули их или вовсе были повергнуты и превращены в обычных людей. Началось постепенная деградация величественных и богоподобных атлантов в существ, одержимых только своими собственными ощущениями и удовольствиями. Из бури их грехов родилось новое, куда более могущественное божество, названное Трехликим (ибо оно имело три лика, три воплощения – войну, распад и разрушительные чувства). Новорожденный бог, пока еще не достигший пика своего могущества, принялся переманивать на свою сторону элиту Атлантиды и раскидывать сети своих культов по всей ее территории.

Однако нашлись и те, кто противостоял упадку. Их возглавил Искупитель. Неизвестно, каким образом, но он прошел путь от простого атланта к фактическому обожествлению [1], однако факт – по могуществу он, в конце концов, сравнился с Трехликим и обрел множество последователей, которые ради спасения Атлантиды от греха были готовы пойти на все. Трехликий же, набрав сил, показал себя всем атлантам и потребовал преклониться перед ним. Однако все три лика его были столь ужасными, что большинство атлантов отказались подчиниться, и тогда в гневе бог приказал уничтожить всех непокорных. Разразилась тотальная битва на всей территории Атлантиды, более известная как Падение. Из примерно 10 миллионов населения погибли 9,5. Остальные были разделены в своей вере – в Трехликого, или Искупителя. Слуги первого при этом преобразились в существ немногим менее омерзительных, чем их хозяин [2]. Наконец два божества сразились, Искупитель был тяжело ранен, но смог изгнать своего врага из этого мира [3]. Тем не менее, Трехликий не ушел бесследно – все свои последние силы он истратил на то, чтобы поколебать саму основу островов Атлантиды, и те начали уходить под воду с грохотом извержения десятка вулканов и шипением испаряющихся волн. Лишь немногие выжившие – всего около 10 тысяч – смогли погрузиться на корабли и отплыть на восток, увозя с собой израненного Искупителя, который полностью оправдал свое имя – ценой собственной крови он искупил грехи атлантов и дал им новый шанс, в новом мире. Путь атлантов со своей погибшей родины в поисках нового дома получил название Исхода.

Огромная флотилия беженцев принялась скитаться у побережья Африки, пытаясь найти себе место. Первое пристанище было найдено у Геркулесовых Столбов, однако погибшая Атлантида давала о себе знать там, и атланты начали медленно сходить с ума, а по ночам их часто похищали существа, сотканные целиком из тьмы. После того как Искупитель очнулся и возглавил беженцев, он отправился дальше на восток. Там, в районе будущего Карфагена, было основано новое поселение, однако по непонятным причинам большая часть атлантов все же покинула и эти места [4]. Далее последовали попытки обосноваться на Сицилии и в Греции, однако и там атлантам не удавалось найти для себя пристанище. Видя бедственное положение некогда высокомерных и могущественных существ, местные правители отказывались им помогать, а некоторые даже пытались завладеть тем, что осталось от былого могущества Атлантиды. Ее гибель не могла не сказаться и на них – потеряв столь ценного торгового партнера и многие товары, ныне ставшие недоступными, государства Средиземноморья вступили на путь упадка и деградации и лишь спустя века смогли восстановить свои позиции, ориентируясь лишь на собственные силы. Атланты же в конце концов прибыли в Тавриду, где наконец-то нашли для себя новый дом, который был назван Авернией – в честь древней атлантической богини надежды.

Первое время авернийцами (бывшими атлантами) правил сам Искупитель. Благодаря его божественному вмешательству удалось подчинить местные племена и занять большие территории к северу от Тавриды. Более того – новые граждане Авернии быстро ассимилировались, в результате чего численность авернийцев стремительно росла. Тем не менее, имелись и негативные последствия Исхода – так, при смешении крови с местными жителями атланты постепенно вырождались, и срок жизни их сокращался. Исключением стали лишь великие династии старой крови – потомки 15 ближайших помощников Искупителя, чей срок жизни сокращался очень медленно. Среди потерь Исхода числились многие технологии и навыки, кроме того, атланты потеряли способности к колдовству (ранее им владела примерно половина населения), и лишь немногие из выживших сохранили свои способности в создании великих чудес, или столь же великих ужасов [5].

Тем не менее, при Искупителе Аверния значительно разрослась и укрепилась. Строились могущественные крепости, сеть дорог, города и деревни, разведывались месторождения металлов, в том числе и драгоценных. Символом его власти стала Корона Искупителя, которую нельзя было спутать с чем-то и подделать – в ее середине располагался камень, ограненный в форме солнца и таящий в себе его же свет. Многим казалось, что власть Искупителя продлится вечно, однако раны, нанесенные ему Трехликим, давали о себе знать. В конце концов он не выдержал, отдал корону своему верному помощнику Маркиону Мартеллу из рода старой крови, приказал помнить Атлантиду и возвысился, приняв нематериальную форму. Маркион же попытался было вести Авернию по тому же пути, что и его предшественник, однако через несколько лет после своей коронации он был убит в бою с кочевниками, не оставив наследников. Но самой большой утратой была Корона Искупителя, которая пропала вскоре после его смерти [6].

вернуться к меню ↑

Причины, предусловия и начало войны

Собственно, то, с чего коллеги могут смеяться до потери сознания, и будут правы. Место действия – немного измененное Причерноморье и Крым, ныне называемые Новороссией.

Собственно, то, с чего коллеги могут смеяться до потери сознания, и будут правы. Место действия – немного измененное Причерноморье и Крым, ныне называемые Новороссией.

После смерти царя Маркиона и утраты Короны Искупителя развитие Авернии затормозилось. Не строились тракты, практически не основывались новые города, экономика государства сильно «просела», что только усугубило всеобщий кризис в Средиземноморье. И все же после десятилетия кровопролитий и вторжения кочевников с востока порядок был восстановлен. Аверния стала союзом кастелянств, править ей стал Совет кастелянов. Со временем государство начало вновь восстанавливаться, был даже реализован крупный проект по постройке защитных линий на восточных границах, которые значительно упрощали защиту территорий от кочевников. Спустя столетия начался новый подъем экономики, авернийская культура стала влиять на соседние племена и государства. Тем не менее, особой внешней политики она не вела – кастеляны не осознавали своей мощи, да и опасались утверждения чьего-то диктаторства на волне побед, а другие государства не особо вмешивались в дела авернийцев, помня, чем закончились войны времен Искупителя для них. И все же спустя 7 столетий вновь наметилась стагнация – Аверния не знала, куда ей идти. Постепенно ведущие государства Средиземноморья догнали и частично перегнали потомков Атлантиды в развитии, а в самом государстве начали обостряться противоречия. Века разобщенности привели к тому, что каждое кастелянство думало в первую очередь о себе, и аверниец осознавал себя частью кастелянства, но никак не единого государства. Жесткая конкуренция, зависть и конфликты, подогреваемые из-за рубежа, не могли не вылиться в крупный конфликт. Но главной причиной будущей Смуты были грехи предков из далекой Атлантиды, которые уже стали забывать – темный бог, рожденный страстями атлантов и разрушивший их родину, лишь затаился, но никак не отбросил своих планов отмщения своим детям, которые отказались от него.

Первым решающим шагом к войне стало обнаружение Аэринием Вольком, представителем династии старой крови из Кантора, древнего захоронения, в котором, среди прочего, находилась Корона Искупителя [7]. Это произошло в начале 796 года от основания Авернии. Будучи человеком честолюбивым и энергичным, Аэриний сразу же после этого собрал свою личную охрану и отправился в Цитадель. Там он, неся в руках Корону как знак своей власти, ворвался на заседание Совета и перебил 22 из 26 кастелянов (выжили лишь кастеляны Кархародроса, Ликея, Цитадели и Фрасторекса). Вскоре состоялась коронация царя Аэриния. Он правил всего несколько месяцев, отдав власть в руки своего младшего брата Селатона, и проводил время в гуляньях и оргиях. Единственный царский указ, выпущенный за срок его правления, перенес столицу Авернии из Цитадели в Кантор, его родной город. Это стало причиной растущего возмущения в государстве. В конце концов, его убила ночью собственная жена Селестия (а заодно и любовница младшего брата), перерезав царю горло.

Корона Искупителя перешла к Селатону Вольку, и он, пользуясь поддержкой гарнизона Кантора, провел в феврале 797 года свою коронацию как царя, заодно женившись на Селестии. Этот человек стал печально известным разжигателем едва тлеющей розни в Авернии. В нем сочетались такие качества, как жестокость, острый ум и крайняя эмоциональность. Царь Селатон прежде всего поднял налоги и установил высокие пошлины, чем поставил в невыгодные условия свободных граждан Авернии и купцов. Ненавидя аркадийцев (из-за каких-то детских потрясений), он попытался ликвидировать аркадийское кастелянство и перевести всех свободных граждан города в статус личных слуг царя (что фактически означало их порабощение) [8]. Это решение вызвало взрыв возмущения в Аркадии, богатом городе, имевшем ненамного меньшее значение, чем столица. Один из самых влиятельных городских аристократов, Донар Ангелус [9] (также представитель династии старой крови), был избран диктатором 17 июня 797 года. Был объявлен сбор ополчения и разосланы гонцы в дружественные Аркадии кастелянства, в которых также зрело недовольство династией Вольков. Этот день считается началом Смутной войны.

вернуться к меню ↑

Цари Авернии времен Смутной войны

Смутная война, или тяжелое наследие Атлантиды

Чтобы было понятнее, когда шла какая часть этого масштабного конфликта.

  • Аэриний Вольк (796–796 гг.), правил до Смутной войны, но косвенно послужил ее причиной
  • Селатон Вольк (796–805 гг.)
  • Этипио Вермиллион (805–806 гг.)
  • Донар Ангелус (806 год)
  • Скопасис Палакид (806–807 гг.)
  • Адреас Файль (807–808 гг.)
  • Серена Файль (808 г.)
  • Омар Галис (808–811 гг.)
  • Виктор Аутренан (811–818 гг.)
  • Сигизмунд Аврелиан (с 818 года), единственный достойный обладатель Короны Искупителя.
вернуться к меню ↑

Воюющие фракции

За время Смутной войны множество фракций сменили друг друга, что затрудняет четкое разделение воюющих сторон. Фактически, за Корону Искупителя велась война между самыми влиятельными фракциями, которые только могли образоваться в Авернийском союзе. Вмешательство внешних сил (римлян, македонян и сарматов) лишь усложнило ситуацию. Здесь приведены основные фракции, которые участвовали в Смутной войне.

Династия Вольков – величайшая династия Кантора. К моменту обнаружения Короны Искупителя имела лишь трех живых представителей – честолюбивых и жестоких Аэриния и Селатона, и незаконнорожденного [10] Маркуса. Фактически удерживали власть с 796 по 805 год. До момента их свержения считались единственными легитимными царями Авернии.

Великий Аркадийский союз – мятежное объединение кастелянств, восставшее против политики Селатона Волька во главе с аркадийским князем Донаром Ангелусом. После тяжелейшей Аркадийской войны союз одержал победу, Донар Ангелус получил Корону Искупителя и стал царем. Тем не менее, династия недолго продержалась у власти – царь погиб в битве с вторгнувшимися сарматами, и Корона Искупителя перешла к Скопасису Палакиду.

Атраментары – мятежные жители старой столицы Авернии, Цитадели, возглавляемые Артуром Праэтором и Сигизмундом Аврелианом. Поначалу позиционировались как обычные мятежники, но со временем приобрели статус полунезависимого государственного образования. Участвовали в нескольких конфликтах, медленно, но верно подчинили себе самые населенные города Тавриды и Фанагорию, стали опорой старой веры во время Великой Ереси и фактически завершили Смутную Войну, возведя на престол Сигизмунда Аврелиана.

Медузианские культисты – восставшие в Медузе члены культа Искупителя Разгневанного, отличались радикализмом и жестокостью, сжигая врагов и просто несогласных на «кострах очищения». На какой-то период времени подчинили себе медузианское кастелянство, но не получили широкой поддержки населения из-за бездарности управления и вскоре были разгромлены традиционалистами.

Медузианские традиционалисты – сторонники традиционализма в Авернии в ходе Медузианского восстания. Поначалу терпели поражения и были практически полностью уничтожены, но после получили широкую поддержку населения и во главе с Бальдором Кханом разгромили культистов. Позднее вошли в состав Великого Аркадийского союза и вновь были почти полностью уничтожены, после чего остатки отбыли в Цитадель и вошли в состав Атраментаров.

Канторское купечество – представители многочисленной прослойки торговцев из Кантора во главе с Этипио Вермиллионом. Заручились поддержкой Македонии и свергли Селатона Волька с трона, но не замирились с аркадийцами (по причине конкуренции с тамошними купцами), что стало причиной их быстрого краха и перехода Короны Искупителя в руки Донара Ангелуса.

Македонское царство – стремясь распространить свое влияние на богатую Авернию, македоняне отправили на поддержку царя Этипио Вермиллиона значительное количество войск. После их разгрома и воцарения Донара Ангелуса, а также из-за назревающей войны со спартанцами Македонское царство более не участвовало в Смутной войне.

Фанагорийское царство – мятежное образование во главе с царем Калдором Мефуной, первое авернийское царство без Короны Искупителя. Объявило о своем отсоединении от Авернии, попыталось отвоевать Пантикапейское кастелянство, но было разгромлено атраментарами. Свергнутый царь Калдор Мефуна сбежал в соседнее Аланское царство.

Аланское царство – вмешалось в Смутную войну из-за обещаний свергнутого царя Фанагории о богатой добыче. Несмотря на первоначальные успехи, было разгромлено в ходе Фанагорийской войны, между представителями Атраментаров и Алании был заключен вечный мир и династический брак (Артур Праэтор и дочь аланского царя Майя).

Сарматская династия Палакидов – объединение племен во главе со Скопасисом Палакидом. Скопасис незадолго до вторжения в Авернию силой подчинил себе все сарматские племена, из-за чего имел довольно много врагов, которые бежали на запад и воевали против него на стороне традиционных врагов сарматов. В поединке убил царя Донара Ангелуса и завладел Короной Искупителя. Будучи осведомленным о традициях Авернии, объявил себя ее царем. Отправился в Тавриду со своей армией, стремясь уничтожить атраментаров и враждебные ему племена сарматов, но был остановлен под стенами Эбена и убит во время неудачного штурма. Сыны Скопасиса, не имея возможности контролировать не только Авернию, но и многочисленные сарматские племена, не короновались и просто продали Корону Искупителя тому, кто больше заплатил.

Железный союз – представлял собой династию кастелянов Ликея Файлей, которые заручились поддержкой карфагенских купцов и атраментаров. Выкупили Корону Искупителя у сыновей Скопасиса Палакида. Имея поддержку авернийцев и все возможные таланты для эффективного правления, глава Железного союза, царь Адреас Файль был убит вскоре после своего восхождения на трон в ходе заговора. Его дочь, Серена Файль, правила еще меньше, и в результате примкнула к атраментарам, отказавшись от прав на престол.

Карфагенское государство – его участие в Смутной войне ограничилось финансовой поддержкой Железного союза и отправкой тысячи солдат в качестве личной охраны Адреаса Файля. Вмешательство в дела Авернии было вызвано конкуренцией с Римской республикой в авернийских делах, а также многочисленных торговых связях с потомками Искупителя. Из всех стран, что вмешивались в Смутную войну, лишь Карфагенское государство сохранило хорошие отношения с Авернией после войны.

Диктат Галиса – короткий период правления стратега Омара Галиса, марионетки Виктора Аутренана. Пользовался поддержкой римлян. Был хорошим полевым командиром, но плохим политиком. Засилье римлян при нем вызвало создание Малого Аркадийского союза, который был разгромлен уже царем Виктором Аутренаном. Был отравлен и умер в муках.

Малый Аркадийский союз – объединение кастелянств Аркадии, Бездны, Ольвии и Медузы против царя Омара Галиса, при котором страну наводнили римляне, которые начали активно вмешиваться во внутренние дела и нарушать традиционный уклад жизни авернийцев. При общей немногочисленности в начале мятежа потерпел ряд серьезных поражений от царя Галиса, а затем был разгромлен царем Аутренаном.

Римская республика – активно вмешивалась в ход Смутной войны еще с самого его начала, оказывала финансовую поддержку тем или иным фракциям. Прислала на помощь царю Галису значительное количество войск, после помогала Виктору Аутренану в ходе Великой Ереси. Действия римлян в Авернии настолько ухудшили отношения между государствами, что в будущем, после начала войны Рима с Карфагеном, Аверния без промедлений примкнула к последнему, преследуя лишь одну простую цель – отомстить.

Династия Аутренанов – род старой крови, представлена кастеляном Кархародроса Виктором Аутренаном. Фактически Виктор выступал тайным куратором, «серым кардиналом» всей Смутной войны. Являясь чернокнижником и первосвященником Трехликого, вначале установил диктатуру знаменитого на тот момент стратега Омара Галиса, а затем и сам занял его место, проводя активную политику разрушения веры в Искупителя и утверждения культа Трехликого. Его дочь, Лилит Аутренан, выступала в роли его верного инструмента, но после встречи с Артуром Праэтором и провалившейся попытки его убийства она перешла на сторону атраментаров, а сам Виктор был убит ею в последней битве Смутной войны, в кастелянском дворце Кархародроса.

Великое Кастелянство Эбен – после победы над Скопасисом Палакидом кастелян Эбена Фром Кристо осознал, что имея в своем распоряжении большое войско и величайшую крепость Авернии, он может претендовать на царский титул. Почти сразу же после воцарения Адреаса Файля объявил ему войну, уязвленный тем, что тот завладел Короной Искупителя, хотя и не сражался под стенами Эбена. Объединил вокруг себя множество наемников и военных группировок, в том числе четырех из семи сыновей Скопасиса Палакида с их войсками. Был вынужден вести тяжелую войну с Атраментарами, принял покровительство Виктора Аутренана. В результате длительной войны был разгромлен, скрывался в небольшом провинциальном городке, был найден и убит.

вернуться к меню ↑

Война Великого Аркадийского союза (797–806 гг.)

Таким я себе представлял тогда флаг Авернии. И да, я всегда испытывал огромную слабость к двухглавым орлам на гербах, посему не ругайте сильно за, кхм, боянистость темы.

Таким я себе представлял тогда флаг Авернии. И да, я всегда испытывал огромную слабость к двухглавым орлам на гербах, посему не ругайте сильно за, кхм, боянистость темы.

Узнав об избрании 17 июня 797 года аркадийцами диктатора, Селатон Вольк быстрым маршем выдвинул все имеющиеся на тот момент у него войска к Аркадии, стремясь захватить ее с ходу. Нападение на крепость было организованно крайне глупо, и гарнизон успел закрыть ворота. Более того, 3 июля того же года гарнизон, подкрепленный ополченцами, сделал вылазку и разбил канторские войска в Сражении при Аркадии. Тем не менее, Донар Ангелус не стал вести наступление на Кантор, зная, что город сильно укреплен. Весь остаток 797 года ушел на сбор армии. Кроме того, в состав Аркадийского союза вошли многие соседние кастелянства – Ольвия, Бездна, Пелея и другие. Удалось добиться нейтралитета от Кархародроса и Медузы, а большинство кастелянств скифской степи, несмотря на объявление войны Аркадии, не предпринимали активных военных действий против союза, а Фрасторекс, Танаис и Ликея даже отказались присылать царю Вольку подкрепления, мотивируя это тем, что им необходимо стеречь границу от сарматов.

В то же время активные действия происходили у побережья. Кантор, как и Аркадия, сильно зависел от торговли, а сами торговые пути проходили по Борисфенскому заливу. Изначально союзники имели больший флот и даже полностью заблокировали морские пути к Кантору, но царь Селатон собрал в кулак все наличные корабли и назначил навархом опытного афинянина Феодосия, ветерана нескольких войн в Греции. В крупном сражении у Бездны 19 сентября 797 года флот союзников был разбит, ольвийский наварх Фолек Горгон был взят в плен и казнен. Но уже в ноябре пришла суровая зима, которая сковала льдами воды Борисфенского залива, и любые действия на море стали невозможными до весны.

Едва сошел снег в 798 году, как обострилась ситуация у стен Кантора. Город Фортиция, расположенный непосредственно у Кантора, но отделенный от него рекой Борисфен, де-юре принадлежал Аркадии, но не выказывал стремлений к мятежу. Однако за зиму 797–798 годов многое изменилось. Селатон Вольк давал абсолютную свободу действий своим войскам, большую часть из которых составили наемники-варвары. Именно они были расквартированы на зиму в Фортиции, и их бесчинства вызвали в мае 798 года бурю возмущения и открытый мятеж. Наемников удалось быстро выдавить за стены, но город тут же был осажден. Ситуацию для армии Волька усложняло еще и то, что в Фортиции остались нетронутыми большие склады с провиантом и оружием, а сам город обладал мощными укреплениями, и взятие его штурмом не представлялось возможным в ближайшее время.

В этой ситуации увидел свой шанс на быструю победу Донар Ангелус. Армия союзников была двинута на Фортицию, где 25 мая 798 года началось первое крупное сухопутное сражение за всю Смутную войну. Армия Кантора была разбита, но канторский флот, вошедший в устье Борисфена, не дал союзникам переправиться через реку, а мост через Борисфен был разрушен в интересах защиты города. После этой битвы на сторону Союза перешли Медуза и Кархародрос (последний активно в войне не участвовал), что фактически разделило Авернию на мятежный правый берег Борисфена и царский левый берег. Тем не менее, активные боевые действия прервались на длительный период – Кантор укреплял флот и армию, кроме того, ему пришлось отвлечься на восстание атраментаров, а союзники так и не смогли переправиться через Борисфен, не имея сильного флота (новые корабли еще строились, но для них не хватало опытных моряков). Остаток 798 и 799 годы прошли в постоянном напряжении – мелкие группы всадников пересекали Борисфен и вели партизанскую войну, но ни одна сторона не решалась вести активные боевые действия. Кроме того, флот Кантора, растущий с каждым днем, блокировал Бездну, Ольвию и Аркадию, в результате чего торговля могла вестись только через Кархародрос (который по непонятным причинам канторцы так и не стали блокировать) [11].

Война активизировалась в 800 году, когда Кантор смог собрать достаточно сил для войны на два фронта. Большая армия пересекла Борисфен в районе порогов и осадила Пелею. Кроме того, большой конный отряд сарматов-наемников (в их числе был и один из сыновей Скопасиса Палакида) под предводительством Тецина Крована внезапным наскоком взял укрепленный город Бригант. Аркадийцы практически не имели кавалерии и не могли противодействовать ему, а их армия, в свою очередь, не могла выдвинуться к Пелее, не подставив под удар свои тылы. Оказавшись в безвыходном положении, диктатор Донар Ангелус решил не отвлекаться от своей главной задачи – взятия Кантора – и сосредоточиться на действиях на приморском фланге. Для того, чтобы победить союзников, канторцам предстояло взять несколько сильных крепостей с многочисленными гарнизонами – Пелею, Трою, Назикею, Эмиар, и лишь тогда они получили бы возможность ударить по самой Аркадии, не опасаясь за тылы. Кроме того, было решено нанести удар по Бриганту в попытке вернуть его. Тем не менее, до наступления зимы город так и не удалось взять, а канторцы захватили Пелею после кровопролитного трехдневного штурма в конце ноября. В следующем году аркадийцы вновь повторили попытку осадить Бригант, но отряд Крована совершал постоянные налеты на позиции мятежников. Кроме того, город не был полностью блокирован – корабли свободно доставляли провизию по реке. В результате осенью осаду пришлось снять.

В то же время канторская армия взяла Трою и осадила Назикею, не снимая осады даже зимой 801–802 года. Продолжилась осада до осени 802 года – Назикея представляла из себя первоклассную крепость, а ее многочисленный гарнизон, ведомый опытным стратегом Тилосом Торенианом, делал вылазки и даже несколько раз прорывал осадное кольцо канторцев. Тем не менее, город исчерпал свои оборонные возможности, возникла реальная угроза вымирания людей от голода, и 14 сентября 802 года, поздней ночью, гарнизон пошел на прорыв. Большой урон понесли сарматские наемники, погиб их командир, Тецин Крован, из-за чего они не смогли преследовать уходящих мятежников, и гарнизон Назикеи успешно прибыл в Эмиар, где и встретил зиму. В этом же году произошло масштабное морское сражение у низовьев Борисфена, в котором обе стороны понесли тяжелые потери, но так и не смогли добиться победы. С этого момента под угрозой оказалась не только торговля союзников, но и канторская, который после потери Цитадели контролировал лишь один большой торговый порт – Фанагорию. Тем не менее, сам Борисфен остался под полным контролем Кантора. Аркадийская же армия не смогла в этом году осадить столицу Авернии – оставалась угроза удара со стороны Бриганта, кроме того, аркадийские войска были вынуждены отправлять значительные контингенты на север, в Медузу, где бушевала война с культистами.

Весна 803 года, вопреки ожиданиям, оказалась спокойной. Но уже в июне большая канторская армия осадила Эмиар. В конце августа две армии аркадийцев выступили к осажденному городу, намереваясь дать генеральное сражение. Несмотря на напряжение сил и средств Аркадийского союза, он смог выставить намного меньше войск, чем Кантор. И все же битва состоялась 1 сентября 803 года. Обе стороны понесли большие потери, но так и не смогли добиться каких-либо успехов. До конца года аркадийская армия, ослабленная потерями, отступила из окрестностей Эмиара и оставила Фортицию. Канторцам же удалось взять Эмиар лишь к февралю 804 года, причем остаткам гарнизона вновь удалось ускользнуть из крепости и пробиться в саму Аркадию, пользуясь метелью. Обе армии, обескровленные, не проявляли активности весь 804 год, накапливая силы. Лишь в апреле 805 года, когда наступила ранняя весна, канторская армия осадила саму Аркадию, которую защищали остатки некогда великой армии. Но к тому моменту в самом Канторе развернулись куда более важные для дальнейшего хода войны события.

Затяжная война и тяжелые потери вынудили царя Селатона Волька и дальше поднимать налоги. Кроме того, царь отличался резкостью и категоричностью, часто прямо называя те или иные кастелянства «предателями», купцов – «продажными шлюхами», а тех, кто не исполняет приказов – «ленивыми животными». Доходило до того, что он отсылал в недостаточно покорные ему регионы карательные отряды, не разбираясь в деталях произошедшего. Из-за этой его черты началось восстание атраментаров, из-за нее постепенно росло недовольство в Авернии, не привыкшей к власти самодуров. Очередным ударом от царя стала попытка конфискации имущества у особо богатых купцов. За считанные недели сформировалась сильная и действенная оппозиция во главе с Этипио Вермиллионом. Он, пользуясь своими связами, заручился поддержкой у македонского царя Клеона, который отправил морем в Кантор целую армию. За день до ее прибытия, 3 мая 805 года заговорщики убили царя Селатона и всех его детей, оставив в живых лишь жену Селестию [12]. Короной Искупителя завладел Этипио Вермиллион, став новым царем. Он рассчитывал, что победа уже близка – ведь на его стороне был македонский флот и войска, а собственная канторская армия уже осаждала Аркадию, столицу мятежников. И действительно, на середину 805 года Великий Аркадийский союз как никогда был близок к поражению.

Все изменилось в августе того же года. Вскоре после воцарения Этипио Вермиллиона канторский флот собрал все свои силы и двинулся к Бездне, где базировались немногочисленные аркадийские корабли. Вместо небольшого количества трирем канторцев и македонян встретила многочисленная флотилия, состоящая из квинквирем и несущая знамя атраментаров (командир – наварх Бореаль Бореллей). Так начался реализовываться рискованный план, разработанный при личной встрече Артуром Праэтором и Донаром Ангелусом. В битве при Бездне 30 августа 805 года объединенный флот канторцев и македонян был разбит, а уже 5 сентября флот атраментаров высадил несколько авернийских легионов во главе с Артуром Праэтором под Сильверополем, которые с ходу взяли город. Уже на закате наскоро собранный отряд из македонских фаланг и частей гарнизона Кантора попытался отбить Сильверополь, но в ходе короткого сражения был окружен и полностью уничтожен. Получив известие об этом, канторская армия ускоренным маршем двинулась обратно, на защиту столицы, но переправа уже была блокирована флотом атраментаров. Единственный безопасный путь на другой берег остался у Бриганта, и пока канторская армия делала крюк на север, неся потери от наскоков аркадийцев, часть войск мятежников, возглавляемая Энелем Ангелусом, переправилась через Борисфен на левый берег и вместе с атраментарами окончательно блокировала Кантор. Лишь убедившись в том, что армия Кантора покинула Правобережье, остатки аркадийской армии сами перешли реку и соединились с основными силами. Ранним утром 8 октября состоялось большое сражение под Кантором, в ходе которого канторцы и македоняне были разбиты и перестали представлять опасность. Осада города продлилась до 18 февраля 806 года, когда снежной зимней ночью аркадийцы и атраментары пошли на штурм. Бой за город продлился до следующего вечера, когда был взят царский дворец. Этипио Вермиллиона нашли мертвым, рядом с ним лежала Корона Искупителя. Маркус Кровавое Сердце, единственный, у кого сохранялись претензии на Корону (он был незаконнорожденным наследником династии Вольк, сводным братом первых двух царей Авернии), отказался брать ее, и потому царем был избран лидер Великого Аркадийского Союза, Донар Ангелус. Всем казалось, что это – хороший знак, и война, которую уже успели прозвать Смутной, вот-вот закончится, но они ошибались. Самые кровавые битвы этой войны еще не произошли.

вернуться к меню ↑

Восстание атраментаров (798–806 гг.)

Разве в этом нет своеобразной романтики? Разве это не прекрасно? Где-то так я себе представляю авернийскую армию в бою. Фаланга, длинные копья, тяжелая кавалерия (катафракты) – наше все.

Разве в этом нет своеобразной романтики? Разве это не прекрасно? Где-то так я себе представляю авернийскую армию в бою. Фаланга, длинные копья, тяжелая кавалерия (катафракты) – наше все.

Высокие налоги и большие потери в Аркадийской войне подняли волну возмущения еще в начале 798 года. Тем не менее, они пока не достигали особого накала. Куда более возмутительными были действия ставленников царя Селатона Волька в кастелянствах. Особо отличался назначенный (в обход традиционных выборов) еще царем Аэринием кастелян Цитадели Ацерас Вальдор. Доходило до того, что его люди в открытую забирали на улице девушек, или же товары у торговцев «на нужды кастеляна». Последней каплей стало убийство уважаемого в городе патриция Марка Эркиона вместе со всей семьей и присвоение его собственности кастеляном. Случившееся вызвало большую волну возмущения в городе, которая 20 августа 798 года вылилась в беспорядки. На сторону бунтовщиков перешла часть охраны кастеляна, а также местные контингенты Греческой и Сарматской гвардии [13]. Ацерас Вальдор бежал, многие из верных ему людей погибли. Город быстро перешел в распоряжение мятежников, среди которых сразу же выделились трое – Хиросиф Спартакид, командир Греческой гвардии, Торгун, командующий Сарматской гвардией, и Артур Праэтор, успевший показать себя в самом начале бунта (он вместе со своими немногочисленными людьми встал на защиту народного собрания, вступив в бой с людьми кастеляна).

Царь Селатон не заинтересовался причинами бунта, даже когда к нему прибыла делегация послов от восставших, и лишь выделив войска для карательной экспедиции. Сказалась также и его нелюбовь к старой столице Авернии, Цитадели. Вальдор, предвкушая «месть за унижение», ускоренными темпами двинулся из Кантора в Цитадель. Переправившись через реку Альма, он обнаружил себя прижатым к речке войсками мятежников (в основном состоявшими из ополчения). Отказавшись от переговоров, утром 3 ноября каратели атаковали. Несмотря на немногочисленность обеих армий, сражение оказалось ожесточенным и кровопролитным. Отряду Вальдора удалось разогнать ополченцев, но держалась Греческая гвардия, Сарматская гвардия наносила один удар во фланг за другим. Уже ближе к вечеру, когда исход боя, казалось, уже ясен, к реке внезапно подошел еще один отряд, называющий себя Железными Воинами [14]. Во главе его находился Артур Праэтор. Несмотря на малочисленность, они смело врубились в строй царских войск и смяли их. В результате близкая победа обратилась поражением для Вальдора, который в качестве мести казнил несколько десятков пленных. Этот поступок еще более ожесточил восставших.

По возвращению в город было объявлен сбор всех граждан города, на который пришли все сколь либо значимые граждане города. На собрании лучше всего показали себя четверо – местный аристократ Сигизмунд Аврелиан из династии старой крови, командиры гвардий – Торгун и Хиросиф, и Артур Праэтор. В результате собрание выдвинуло их в лидеры восстания, но Торгун и Хиросиф отказались, а Аврелиан и Праэтор, понимая друг друга буквально с полуслова, договорились о разделе власти – первый управлял делами гражданскими, второй – военными. Было решено пойти на крайние меры ввиду тревожного положения, складывающегося в Авернии. Патриарх Цитадели выделил из церковных средств большую сумму для поддержки мятежников, а также благословил «все деяния священного воинства». Согласно его же словам, «Корона Искупителя должна достаться достойному, но Селатон Вольк не показал себя таковым, и должен быть покаран и лишен власти». Таким образом, мятеж Цитадели приобрел характер не только народного, но и религиозного движения. По предложению Артура Праэтора, и при согласии патриарха было принято называть себя атраментарами – согласно давним преданиям времен Атлантиды, так назывались духи ночи, приходящие из тьмы и карающие грешников. Развилась бурная деятельность, целью которой стала укрепление экономики земель атраментаров и создание армии. Началось формирование легионов, которые не созывались уже более столетия, в Цитадели приступили к активной постройке флота. Самый большой город Авернии переживал необычайный подъем духа и единства – бедняки вступали в армию, богачи отдавали львиную долю своего состояния на нужды войны. Все помнили уроки Атлантиды [15], и происходящий конфликт внутри Авернии уж сильно напоминал те события, которые в результате привели к Падению и Исходу, повторения чего все страстно желали избежать.

Военные приготовления сказались уже летом 799 года, когда царь отправил на Цитадель большую армию под началом все того же Вальдора и стратега Тарлениана. На том же месте, что и в прошлом году, их встретила армия атраментаров. Царские войска попытались ночью 10 мая переправиться через речку, и им это частично удалось, но утром по ним нанесли удар мятежники, которыми официально командовал Хиросиф Спартакид. Несмотря на численное превосходство, канторцы проиграли битву, а атраментары почти не понесли потерь. В этой же битве погибли Ацерос Вальдор и Тарлениан. Атраментары воспользовались победой своеобразно, и не пошли решительным маршем на север, к столице, а ограничились лишь диверсионными действиями против отрядов царя, в то время как их армия осаждала города юга Тавриды. Царские войска не проявляли особой активности ввиду своей малочисленности, так как в этот период Кантор вел войну с Великим Аркадийским союзом, и у него не хватало сил для войны на оба фронта. Тем не менее, в течение осени себя показали два царских стратега – Карен Талгир, кастелян Эбена, и Тецин Крован, командующий сарматской наемной кавалерией. Второй препятствовал действиям диверсионных отрядов атраментаров, а первый даже разбил 20 ноября небольшой отряд мятежников у Сецестиона. Тем не менее, Тецин Крован покинул Тавриду в течение зимы, отправившись на войну с аркадийцами, а Талгир не имел достаточных ресурсов для уничтожения атраментаров. Такое положение сохранялось до весны 802 года – к тому моменту под контролем Селатона Волька в Тавриде остались лишь кастелянства Эбен и Нурт, остальные – Пантикапей, Потир и Эускария – были заняты атраментарами, которые успели взять все крепости и закрепились на этой территории. Надо заметить, что мудрая внутренняя политика, проводимая Аврелианом, а также поддержка церкви превратила атраментаров в едва ли не освободителей, при которых авернийцам жилось лучше, чем при царе Селатоне. Это позволило не бояться мятежей в тылу и обеспечило дополнительный приток войск в легионы атраментаров. За все это время произошло лишь одно сражение – близ Цитадели, 23 августа 801 года, когда небольшая эскадра канторских кораблей попыталась блокировать порт. Вышедшая им навстречу эскадра атраментаров уничтожила все канторские корабли, так что в столице о сражении узнали далеко не сразу.

Весной 802 года военные действия активизировались. Царская армия во главе с Талгиром двинулась к Потиру, ей навстречу из Цитадели ускоренным маршем вышла армия атраментаров. У города Сецестион 24 мая произошла вторая битва, куда более масштабная, чем предыдущая. Довольно многочисленная, но разнородная армия Талгира потерпела поражение от не такой большой, но куда более организованной армии атраментаров. Поражение было настолько значительным, что граждане Нурта, узнав о нем, пленили царский гарнизон и перешли на сторону мятежников. В то же время то ли из-за случайности, то ли из-за предательства патрулю Сарматской гвардии удалось взять в плен самого Талгира. Ввиду отсутствия за ним особых грехов было решено посадить его под арест [16]. До конца года атраментары взяли под контроль кастелянства Нурт и Эбен, но так и не двинулись дальше на север. Причиной тому стало зарождение конфликта на востоке, в Фанагории, чей кастелян заявил о независимости и объявил себя царем. Было решено в качестве перестраховки отправить в Пантикапей войска и флот.

Как оказалось, решение оправдало себя – в начале 803 года Фанагорийское царство вторглось на территорию, контролируемую атраментарами. Началась Фанагорийская война, которая отвлекла выходцев из Цитадели на ближайшие два года (см. Фанагорийская война). После разгрома царя Мефуны Артуру Праэтору удалось договориться с диктатором Аркадии Донаром Ангелусом о взаимодействии, что привело к разгрому канторских войск и победе в войне (см. Аркадийская война). Новый царь признал влияние атраментаров над всей Тавридой и Фанагорией, что фактически создавало «царство в царстве», так как при их власти действовали несколько иные законы, чем на остальной территории Авернии. Тем не менее, де-юре признание мятежников из Цитадели по факту завершило их восстание, которое можно считать успешным. Тем не менее, и это не стало концом Смутной войны.

вернуться к меню ↑

Медузианское восстание (801–803 гг.)

В начале Смутной войны Медузианское кастелянство заявило о своем нейтралитете, но в 798 году все же вступило в Великий Аркадийский союз. Тем не менее, не все разделяли решение кастеляна Пармениана Медузона, и в их числе был его младший брат – Экурион. Тот принадлежал к культу Искупителя Разгневанного, согласно взглядам которого авернийцам требовалось добиться величия кровью и огнем, и тогда бы Искупитель простил их и вернулся к ним, поведя их дальше. Культ не считали опасным, хотя и всячески пресекали его деятельность. На самом же деле он имел довольно много сторонников, в том числе и богатых, и задолго до начала Смутной войны они начали планировать восстание. Время раскрыть карты наступило осенью 801 года. Экурион отбыл в Гипаспею, где находился тайный храм культа, и созвал всех своих сторонников, к которым примкнули многие племена наемников. Они взяли под контроль город, попутно подвергнув репрессиям местное население «за предательство заветов Искупителя». Особо ярых противников сжигали на кострах. Расправам подвергались все, включая женщин и детей.

В это время основные силы Медузы были сосредоточены в аркадийской армии, и ответить на мятеж было банально нечем. Для военных действий пришлось ждать возвращения войск, которые были задействованы непосредственно в боевых действиях с канторцами, и наступление зимы воспрепятствовало быстроте подобных действий. В результате Парменион Медузон смог собрать незначительную армию лишь весной 802 года, когда под контролем культистов оказалась западная половина кастелянства. Парменион сильно недооценил их силы и, выступив против них летом 802 года, встретил неожиданно большое войско. Его отряд был окружен и уничтожен 29 июня, сам Парменион пал в бою. Медуза, оставшись без защиты и не имея серьезных укреплений, была взята через несколько дней.

Тем не менее, Экурион не пользовался поддержкой местного населения, идеи культа не получили достаточной популярности – после начала сжигания людей многие былые сторонники Искупителя Разгневанного отреклись от своих взглядов и перешли на сторону лоялистов. В одном из крупнейших городов кастелянства – Лернее – начало собираться народное ополчение. Их возглавили два выдающихся человека своего времени – Бальдор Кхан, один из немногих выживших после бойни 29 июня, и Лорн Люпино, «лесной житель» и благородный воин. Армия под их началом собирались до весны 803 года, когда им на помощь обходными дорогами прибыли аркадийские войска. Тогда было решено вдвигаться прямиком на Медузу. В течение трех дней, с 10 по 12 апреля, проходила жестокая битва за Медузу, где бой шел за каждую улочку. Мятежная армия была почти полностью перебита, лишь немногие спаслась бегством. Среди убитых нашли и главаря мятежников Экуриона. После этого официально мятеж закончился, однако отголоски культа еще долго оставались на территории Авернии, и последний их храм был уничтожен вместе с культистами в 853 году, уже после окончания Смутной войны [17].

вернуться к меню ↑

Фанагорийская война (803–808 гг.)

В морских битвах античности тоже есть что-то такое, чего нет в другие времена.

В морских битвах античности тоже есть что-то такое, чего нет в другие времена.

Непрекращающаяся война в Авернии сказалась на настроениях в обществе. Если ранее мысли о сепаратизме могли показаться бредом сумасшедшего, то после нескольких лет сражений решение отделиться от уже расколотого гражданской войной государства казалось не таким уж и плохим. Особенно это касалось тех мест, где влияние авернийской культуры было наименьшим. Такими были настрои в Фанагорийском кастелянстве, основными народами которого оставались греки и скифы, не до конца ассимилированные при Искупителе и после него. Правил ими кастелян Калдор Мефуна – человек алчный и честолюбивый, но в то же время умелый тактик и администратор. Еще в 801 году он объявил о создании Фанагорийского царства и выходе его из состава Авернии. Тогда царь Селатон проглотил подобное оскорбление, так как едва выдерживал войну на два фронта, не говоря уже про открытие третьего. Но Мефуне было мало территорий Фанагории, и потому он начал готовиться к войне. Летом 803 года он переправился через Пантикапейский пролив и высадился во главе сильной армии близ города Нимфей. Как оказалось, его уже ждали – атраментары предугадали агрессию Мефуны (скрыть накопление войск и флота было невозможно, как и направление их применения) и собрали свои силы на востоке.

В течение всего 803 года шла так называемая Кампания Полуострова. Фанагорийские войска быстрым штурмом захватили Нимфей и, опираясь на него, попытались осадить Пантикапей. Им это не удалось, так как флот атраментаров без труда снабжал осажденный город всем, что нужно. В результате активная война свелась к вылазкам кавалерии и небольшим стычкам. К осени Мефуна осознал, что конфликт затягивается, не принося нужных успехов, и решился на генеральное сражение. В результате случились две масштабные битвы – у Пантикапея 28 сентября и у Нимфея 3 октября, в ходе которых фанагорийские войска понесли большие потери и за несколько ночей были эвакуированы флотом с полуострова. Атраментары же, понеся немногим меньшие потери, решили не преследовать противника.

Весна 804 года отметилась активностью обоих флотов. Корабли атраментаров под предводительством Бореаля Бореллея разоряли окрестности приморских городов, иногда высаживая небольшие десанты. Но три майских дня неожиданно решили все. Утром 15 мая 804 года флот атраментаров в битве при Горгиппии разбил сильный флот фанагорийцев. На следующий день близ Гермонассы была высажена армия. Днем же 17 мая произошло решающее сражение с фанагорийской армией, которая была разбита (по большей части разбежалась). Остатки ее, возглавляемая братом царя, Аластаром, отступила в Фанагорию, где оборонялась до середины июня. Царь Калдор Мефуна бежал в соседнюю Аланию, где начал просить помощи у царя Саула Великого. Атраментары же, за несколько месяцев подчинив себе все кастелянство, возвратили основные войска к Цитадели – в следующем году им предстояло провести масштабную кампанию с новыми союзниками, аркадийцами, против Кантора.

Калдор Мефуна долгое время уговаривал царя аланов Саула Автарха пойти войной и вернуть ему законные земли. Саул не спешил помогать царю-самозванцу, однако и не прогонял его, взвешивая все «за» и «против». Серьезным доводом «за» был тот факт, что многие территории Фанагорийского кастелянства ранее принадлежали аланам, и те хотели вернуть их в свое подчинение. Мефуна долгое время не соглашался отдать спорные территории, но в начале 806 года уступил требованиям Саула, и аланская армия – довольно многочисленная, целиком состоящая из всадников – выступила в поход. С ходу были взяты все важные города за укрепленной пограничной линией, которую почти никто не охранял. Не встречая особого сопротивления, аланы быстро потеряли бдительность. Встреча с большой конной армией во главе с Торгутаем Сарматидом стала полнейшей неожиданностью. Битва у Гипаниса 20 июня 806 года превратилась в большую свалку кавалерии. Атраментары проиграли сражение, остатки их войск отступили, но аланы понесли несоизмеримо большие потери, в результате чего им пришлось отступить к Лацании. Когда к городу подошла основная армия атраментаров, аланы покинули город, оставив гарнизон. Масса кавалерии действовала на коммуникациях, пока пехота защищала города от осаждающих их атраментаров. Такая война оказалась тяжелой для обеих сторон, кроме того каждая осада затягивалась из-за действий мобильной аланской армии. Таким образом, последний город – Фелларион – был взят лишь летом 808 года. Тогда же аланский царь Саул Великий, не дожидаясь решающей битвы или вторжения вражеских войск на свою территорию, предложил начать мирные переговоры. Атраментары согласились.

За время войны с атраментарами аланы прониклись уважением к их стойкости, настойчивости и тактике. Заслужили уважение врага и сами аланы. К концу войны подобное взаимное отношение стало доходить до того, что при встрече враждебные патрули просто разъезжались в стороны, а то и продолжали вместе свой путь, что в любых иных условиях было бы невозможным. Царь Саул решил закрепить подобные отношения, выдав Калдора Мефуну авернийцам и возвратив им все территории фанагорийского кастелянства. Его требования были достаточно простыми – привилегии в торговле, династический брак между одним из лидеров атраментаров и его дочерью на выбор, и союз между двумя государствами (аланы сильно опасались возможного вторжения персов или сарматов на свои территории). Условия были приняты, оборонительный союз заключен, Артур Праэтор взял в жены дочь царя Майю. Так война стала прологом к длительному союзу Алании и Авернии.

вернуться к меню ↑

Вторжение Сарматов (805–807 гг.)

Сарматские племена собирались вместе только для войны с внешними угрозами. Таковых было мало, а граница Авернии была сильно укреплена, потому, в конце концов, сарматы стали воевать друг с другом или подались в наемники. Их всадники ценились от Македонии до Армении, но редко когда можно было найти отряд наемников больше чем из ста человек. Все изменилось, когда в результате длительной междоусобной войны сарматы объединились под предводительством жестокого и властного царя Скопасиса Палакида. В 805 году огромная армия кочевников вторглась в Авернию, прорвав пограничные укрепления, и осадила Чернокаменную. В то же время в Авернию начался исход племен сарматов, которые оставались враждебными Скопасису, многие из сарматских воинов влились в царскую армию и армию атраментаров (которые на тот момент фактически существовали отдельно).

В это же время шла тяжелая Аркадийская война, в ходе которой Кантор черпал ресурсы в том числе и восточной границы. В результате некогда неприступные крепости имели слишком малочисленные гарнизоны, а полевые армии и вовсе покинули кастелянства – Чернокаменная, вопреки ожиданиям, пала осенью 805 года, за 4 месяца осады. Скопасис приступил к осаде Фрасторекса, но эта крепость была защищена куда сильнее. Зима помешала Скопасису быстро разобраться с крепостью, и лишь весна дала ему возможность начать штурм, который продлился с 16 по 20 мая 806 года. Ценой огромных потерь город был взят. Сарматы, минуя Железную Крепь (ее кастелян Адреас Файль просто откупился от Скопасиса, да и сами сарматы не хотели возиться с этой крепостью, которая не могла бы угрожать им с тылу из-за малочисленности гарнизона), отправились к Калхириону. Там они встретили армию нового царя Авернии Донара Ангелуса. В ходе битвы 1 июля у стен города авернийцы были разбиты, царь Донар убит, а его сын Энель был вынужден бежать с немногочисленной охраной. Корона Искупителя досталась царю Скопасису, который решил использовать подвернувшуюся ему возможность и короновал себя как правитель Авернии. Ему подчинились все, кроме атраментаров, которых поддержал первосвященник искупления. Тем не менее, ответить им сразу Скопасис не мог, и война с атраментарами перенеслась на 807 год.

Весной 807 года сарматы попытались прорваться через укрепления Тавриды, но потерпели неудачу. Предприимчивый кастелян Эбена Фром Кристо заранее подготовился к войне, и враг был встречен с оружием в руках. После неудачных попыток прорыва стены Скопасис решил штурмовать ключевую позицию укреплений – город Эбен, чья северная крепостная стена была частью самой Тавридской укрепленной линии. Штурм был начат 11 июня 807 года. В его ходе царь Скопасис был убит, сарматы в панике прекратили штурмовать город и отступили к Гециону. Сыновья Скопасиса избрали вождя среди сарматов – Тарго Палакида (при этом двое несогласных братьев были убиты), но тот так и не решился надеть Корону Искупителя на свою голову, посчитав ее проклятой. Тарго решил начать переговоры с авернийцами и просто продать Корону тому, кто предложит больше денег. Больше всего предложил кастелян Ликея Адреас Файль, который заручился поддержкой атраментаров и карфагенских купцов (из Карфагена даже прибыл отряд из пятисот отборных пехотинцев как личная охрана Адреаса Файля). После передачи Короны сарматы спокойно покинули территорию Авернии. В то же время кастелян Эбена, разгромив сарматов, но упустив Корону Искупителя из своих рук, разгневался и объявил войну царю Адреасу и атраментарам [18]. Кровопролитная борьба за Корону Искупителя, которая уже шла десять лет, еще не закончилась.

вернуться к меню ↑

Тавридская война (807–815 гг.)

А где-то так я себе представляю авернийское ополчение, идущее в бой. Хотя для ополченцев уровень слаженности получается высоковат...

А где-то так я себе представляю авернийское ополчение, идущее в бой. Хотя для ополченцев уровень слаженности получается высоковат…

Кастелян Фром Кристо, как и многие другие, вел переговоры с сыновьями Скопасиса Палакида по поводу выкупа Короны Искупителя, но у него банально не хватило денег. Когда царем стал Адреас Файль, Фром Кристо, который до этого фактически подчинялся атраментарам, объявил о создании Великого Кастелянства Эбен и о том, что он один является законным наследником Короны, ибо заслужил ее на полях многих сражений. Кастелян получил широкую поддержку населения своих владений. Фактически с конца 807 года началась война Эбена с Авернией и атраментарами.

В 808 ситуация в Авернии резко изменилась. Вследствие заговора Адреас Файль был убит, Корона перешла к его дочери Серене, но и она не пробыла правительницей достаточно долго – взбунтовался стратег Омар Галис, заручившийся военной поддержкой римлян. Флот атраментаров не смог вовремя отреагировать на внезапную угрозу, а собственно авернийский флот бездействовал, и римляне морем доставили в Сильверополь большую армию. Карфагенская гвардия была перебита в считанные часы, Корона Искупителя досталась Галису. Серена Файль была спасена небольшой группой воинов во главе с Артуром Праэтором. Если Адреас Файль доверил ход войны с Эбеном атраментарам, то Галис поссорился и с Эбеном, и с Цитаделью. В результате атраментары временно устранились от войны с Эбеном, ограничившись заслонами. Кроме того, они уже вели тяжелую войну с аланами на востоке.

Армия Эбена выступила в поход летом 808 года, еще не зная о полной численности римского контингента, двинулся в поход на Кантор. По пути ему пришлось осадить город Хускарею, который канторцы могли использовать как базу для рейдов по тылам армии Кристо. На деблокаду отправилась авернийская армия (в том числе римские легионы). В произошедшей 15 августа 808 года битве у Хускареи обе армии понесли серьезные потери, но римские легионеры смогли сломить строй эбенийцев и принесли Омару Галису победу. Фром Кристо отступил в Краснокаменную и занялся усилением защиты Тавридской линии, понимая, что вскоре последует наступление канторцев. Но царь Галис решил перенести наступление на следующий год, так как он потерял в битве у Хускареи все войска, кроме римских легионов.

В 809 году война вновь оказалась полной неожиданностей, как и перед этим. Царю Галису пришлось перебросить все войска на подавление опасного аркадийского восстания, в том числе и римские легионы. В то же время атраментары закончили войну с аланами и собирались выступать на Эбен, накапливая свои легионы у Потира. Фром Кристо, трезво оценив обстановку, решил упредить удар и быстрым маршем отправил свои войска к Нурту, захватив город с ходу. Этим он отвлек внимание от самого Эбена и попытался захватить инициативу. Тем не менее, инициатива осталась в руках атраментаров, которые вскоре осадили Нурт, а войск у эбенийцев для ответных действий решительно не хватало. И все же Нурт, а в нем и армия под предводительством стратега Фалька Киберона, держался. Учитывая конфликт с царем Галисом, атраментары не спешили с штурмом города, и провозились с его осадой до апреля 810 года – истощенный гарнизон был выпущен из крепости, но лишен оружия. После этого атраментары осадили сам Эбен. Город, известный также как одна из самых величайших крепостей своего времени, держался весь 810 год, и продолжил защищаться в 811, когда политическая ситуация в Авернии вновь изменилась.

В феврале 811 года царь Омар Галис был отравлен. Он не имел детей, а Короной очень быстро завладел кастелян Кархародроса Виктор Аутренан. Сохранив союз с Римом и отказываясь вести переговоры с аркадийцами, он в то же время предложил покровительство Фрому Кристо, полное его прощение и помощь в войне с атраментарами. К тому моменту популярность атраментаров во всей Авернии настолько возросла, что Виктор Аутренан просто не мог напрямую начать воевать с ними, не получив всеобщее восстание на своей территории. Потому и было решено оказать помощь эбенийцам. Находясь в безвыходном положении, Фром Кристо согласился. В Краснокаменной, втором по значимости городе эбенийского кастелянства, начала собираться большая армия, в которую были включены и римские легионы. Она выдвинулась для деблокады Эбена, и 28 июля 811 года произошла первая битва за Эбен. Начавшаяся с первыми лучами солнца, она завершилась лишь при свете луны. Атраментары потерпели серьезное поражение, хотя и сохранили боеспособность, отступив к Сецестиону. За следующую неделю эбенийцы вернули под свой контроль все кастелянство и даже осадили Нурт. Их армия увеличивалась, так как царь Виктор Аутренан нанял большое число наемников для уничтожения ненавистных ему атраментаров. Нуртийцы держались, делая вылазки, но осадившие их силы во главе с греком Лисимахом из Византия вели эффективную осаду. Армия атраментаров восстановила силы и 16 октября 811 года атаковала эбенийцев. Битва не принесла успеха ни одной из сторон, город так и остался частично блокированным. Еще около недели после сражения продолжалось враждебное стояние у стен крепости, пока атраментары не вывели гарнизон и не отступили к Потиру. Отступление было вызвано вестью о подходе Фрома Кристо вместе с подкреплениями, что могло окончательно сломить армию атраментаров. Так закончился 811 год. Весь следующий год прошел в тревожном ожидании – эбенийцы накапливали силы, атраментары укрепляли стены и готовились к защите своей территории.

В 813 году война активизировалась. Эбенийский флот (канторские корабли и эбенийские экипажи) 4 апреля попытался блокировать Цитадель, но встретил корабли под командованием Бореаля Бореллея. Сражение отличалось ожесточенностью и окончилось победой моряков из Цитадели. Тем не менее, оно не оказало значительного влияния на ход войны. На суше же армия эбенийцев перешла в наступление на Эускарию, стремясь блокировать с суши кастелянство Пантикапей. Атраментары, не вступая в прямой конфликт, занялись налетами на главные силы эбенийцев, которые несли потери. Во время очередной вылазки был убит один из опытных стратегов эбенийцев, Лисимах из Византия. В то же время наемная сарматская кавалерия под командованием Колаксая переправилась через Альму и принялась опустошать окрестности Цитадели. Против них был выделен сильный кавалерийский отряд под предводительством Торгутая Сарматида. В сражении на реке Альме 9 августа 813 года ему удалось разбить врага, но в целом обстановка оставалась напряженной. К концу года атраментары потеряли эускарийское кастелянство и большую часть пантикапейского, в осаде были сам Пантикапей. Угроза захвата нависла над Потиром. Атраментаров давили количеством. Зима 813–814 годов лишь немного приостановила ход военных действий. Однако атраментары держались, и возглавляющие их люди – Сигизмунд Аврелиан и Артур Праэтор – внимательно следили за обстановкой в Авернии и знали, что время играет за них.

В мае 814 года в Эбене началось крупное восстание. Его причиной стала затянувшаяся война и политика Виктора Аутренана, которая вела к разрушению веры в Искупителя. Последней каплей стало сожжение Храма Искупления в Канторе и объявление о закладке Храма Трехликого – очередной царь Авернии оказался еретиком, восхваляющим божество, разрушившее когда-то Атлантиду. Жители города взбунтовались и за короткое время полностью взяли его под контроль. Фром Кристо бежал в Краснокаменную и был вынужден отозвать значительный контингент войск с юга Тавриды для подавления восстания. Атраментары воспользовались этим и в двух сражениях, 3 и 19 июня у Эускарии разбили оставшиеся войска эбенийцев. Дальше события начали разворачиваться с огромной скоростью. В Нурте, как и в Эбене до этого, поднялось восстание против эбенийцев и Виктора Аутренана. Разрушение храмов по всей стране вызвало волну возмущения. Мужчины и женщины даже отдаленных регионов, не затронутых войной, стали брать в руки оружие и любыми способами пробиваться на юг, к атраментарам. Фром Кристо стремительно терял свои позиции. Его армия осадила Эбен, но многие начали дезертировать из нее, стойкими остались лишь римляне и наемники, но и те предпочитали бежать, предвидя скорое возмездие местного населения (впрочем, бегство все же их не спасало – по подсчетам римлян, из Авернии вернулся лишь каждый тридцатый их воин). Вскоре к городу подоспела армия атраментаров, и в битве 20 октября она без труда разбила деморализованное воинство Фрома Кристо. Сам Кристо, видя бегство своей армии, проклял все и вся и с немногочисленной охраной бежал в единственный город, где он еще мог скрыться – Калос Лимен, что находился в нуртийском кастелянстве. Там он прятался до 3 февраля 815 года в надеждах вернуть утраченную славу. В этот день его настигло возмездие, и он принял смерть от клинка Лилит Аутренан.

Тем временем армия атраментаров крепла. Враждебность между ними и царем Виктором Аутренаном росла. Переход на их сторону дочери царя Лилит лишь усугубил разрыв, и это не считая того, что по приказу Виктора разрушались храмы по всей Авернии. Близилась последняя война Великой Смуты, и оба противника собирали силы для этого сражения.

вернуться к меню ↑

Война Малого Аркадийского союза (809–812 гг.)

При царе Омаре Галисе Аверния резко наводнилась римлянами. Они занимали ключевые посты в регионах, замещая авернийцев. Начались массовые поборы с населения, а римские отряды вели себя как завоеватели, грабя и насилуя. Это стало причиной мятежа в четырех кастелянствах – Аркадии, Ольвии, Бездне и Медузе. Истощенный войной народ не мог выставить много людей для прямых столкновений с сильной царской армией, и потому с первого дня восстания мятежники, объединившиеся в Малый Аркадийский союз (в память про Великий союз Донара Ангелуса). Возглавил его некий Эрлен Ангелус, объявивший себя незаконнорожденным сыном царя Донара (по факту он оказался самозванцем), помогал ему знатный аркадиец Эцио Лермион.

На протяжении 809–811 годов мятежники, делая молниеносные налеты на важные узлы, значительно ослабили власть Галиса. Его большая армия ничего не могла сделать с неуловимыми мобильными отрядами, прячущимися в лесах. Базируясь вначале на лесные лагеря, в конце 810 года аркадийцам удалось завладеть рядом городов, важнейшим среди которых был город-крепость Фарсиада. Весть о воцарении Виктора Аутренана была воспринята с надеждой на лучшее, но их ждало жестокое разочарование. Виктор агрессивно настроился против мятежников, значительно усилив карательные контингенты. Кроме того, командующим был назначен генерал Флиск Юрлон, который как нельзя лучше подходил для подобной должности, будучи не только опытным командиром, но и колдуном, способным прозревать будущее и призывать души падших атлантов. За считанные месяцы аркадийцы были выдавлены в Фарсиаду. Понимая, что у них нет выхода, восставшие собрали воедино свои силы и 28 сентября 812 года дали свой последний бой. Каратели не брали пленных. Среди погибших были Эрлен Ангелус и Эцио Лермион. Вместе с ними погиб и Малый Аркадийский союз.

вернуться к меню ↑

Великая Ересь (815–818 гг.)

Виктор Аутренан был далеко не простым человеком. В Авернии его знали как кастеляна Кархародроса, расчетливого и хладнокровного человека. Немногие приближенные видели в нем жестокого человека, чернокнижника, который поклонялся Трехликому – антагонисту Искупителя в древние времена, темному богу, повелителю смерти, разложения, колдовства и темных желаний, который разрушил Атлантиду. Говорили, что он сам владел колдовством, и сделал свою дочь существом, отличимым от человека [19] в своих интересах. Но это еще полбеды – Виктор был кастеляном Кархародроса, и стремился к большему. Его целью было полное уничтожение поклонения Искупителю, и в этом стремлении он проявлял нездоровый фанатизм. Именно он использовал Корону Искупителя вместе с амбициями множества людей для того, чтобы развязать гражданскую войну в Авернии, ослабить ее, прийти к власти и заняться искоренением последователей Искупителя, когда те уже поубивают друг друга в достаточных количествах, чтобы перестать представлять из себя серьезное препятствие на его пути.

Виктор Аутренан стал царем в 811 году, унаследовав трон от своей марионетки, Омара Галиса. К моменту его воцарения Аверния была уже истощена долгой гражданской войной, в армиях массово использовались наемники, народ хотел мира. Подавив Аркадийское восстание, он начал масштабную кампанию по разрушению религии в Авернии, сжигая храмы и преследуя священников. Тем не менее, ему удавалось скрывать свои истинные намерения, которые всплыли в 814 году. Тогда был убит первосвященник Эквитарий, чья резиденция была в Канторе, более того – его объявили еретиком, «жрецом лживого бога». Виктор Аутренан, уже создавший большую армию для Эбена и еще бóльшую для себя (его эмиссары искали наемников по всей Европе), объявил искупление ересью, а Трехликого – единственно верным богом. Благодаря его деятельности ересь прижилась в некоторых городах, особенно в кастелянствах Кархародрос, Нортос и Умбарион. В его распоряжение поступила масса фанатиков, и он готовился выжечь всю Авернию во славу Трехликого. Лишь атраментары стояли на его пути. Нельзя сказать, что они не подозревали о настоящих намерениях очередного царя Авернии, тем более, что в 814 году Лилит Аутренан была послана к Артуру Праэтору с заданием убить его, но вместо этого перешла на его сторону. Соответственно, все, что ей было известно об отце, стало известно и атраментарам. И потому даже в тяжелейшие времена войны с Великим Кастелянством Эбен атраментары готовились к войне с царем Виктором. Кроме того, со временем к ним увеличился приток людей из всех регионов Авернии, осознавших всю глубину падения Виктора Аутренана.

Война началась в 815 году. Виктор Аутренан, закончив накапливать ресурсы, двинул свою армию в поход, официально прокляв атраментаров. Первосвященник Люциан, бывший до этого патриархом Цитадели, объявил о начале Великой Ереси и о том, что Виктор Аутренан и его последователи должны быть уничтожены во имя Искупителя и ради всей Авернии.

Армия Аутренана была настолько большой, что атраментарам пришлось уклоняться от сражений и отступать. Без боя был оставлен северный фас Тавридской линии и город-крепость Краснокаменная, но за Эбен развернулась борьба. Часть армии во главе с уже пожилым генералом Торгуном решили дать бой, прикрывая отступление основных сил. Днем 22 июня 815 года произошла битва за Эбен, в ходе которой атраментары были почти полностью перебиты. Среди павших был и сам Торгун. Тем не менее, армия Виктора Аутренана понесла большие потери. Осознав, что просто так задавить атраментаров не выйдет, Виктор решил переждать зиму, сосредоточив еще больше войск. Тем не менее, в 815 году ему еще предстояло пережить поражение флота в битве у Истрополя. Флот атраментаров под предводительством Бореаля Бореллея блокировал в порту города куда более многочисленный флот еретиков под флагом наварха-еретика Безальта. Утром 18 сентября он вышел навстречу атраментарам, и в сражении, которое длилось до захода солнца, наварх Безальт потерял все корабли и свою собственную жизнь. В то же время в 815 году атраментары получили сильное подкрепление – соблюдая условия союза, аланский царь Саул Великий явился в Тавриду со своей армией, и в дальнейшем он и его всадники участвовали в войне на стороне атраментаров.

Весна 816 года принесла величайшее сражение Смутной войны. На протяжении пяти дней – с 18 по 23 мая, на полях близ Эбена столкнулись армии, во главе которых стояли Виктор Аутренан и Хиросиф Спартакид, провозглашенный архистратегом [20] Авернии. К исходу пятого дня полуразрушенные окраины города стали свидетелями схватки близкого к Виктору не-человека, стратега Толиана Варкиона, и Артура Праэтора. Еретик ранил Артура, но сам пал от клинка, а его личная свита, состоящая из лучших всадников, призванных душ падших атлантов, была перебита. Это сражение стало сигналом – по всей Авернии начались восстания. Власть царя Виктора Аутренана стала очень шаткой. Ему пришлось бежать в Кархародрос, который оставался его последним верным оплотом, и в конце 816 года атраментары вошли в Кантор. Их встречали как освободителей. Весь следующий год атраментары провели в походах в различные кастелянства, подавляя остатки ереси в регионах Авернии, пока основная армия надежно заблокировала Кархародрос. Лишь поздней осенью флот высадил значительный контингент на юге еретического кастелянства, невдалеке от Истрополя. Там атраментары встретили сопротивление, которое все же не смогло остановить их. Бои продолжались до февраля 818 года, когда в распоряжении Виктора Аутренана остался лишь один город – сам Кархародрос. Дата 12 февраля стала началом осады последнего оплота ереси.

Осада была нелегкой. Гарнизон постоянно тревожил осаждающих вылазками. Кроме того, в Кархародросе оставался флот, который периодически блокировал снабжение атраментаров. До июня осада велась обычными средствами, и ее нельзя было назвать эффективной. В конце концов управление ею было отдано Александру Пирриду, одному из командиров легиона Железных Воинов. Он повел осаду радикально, ускоренными темпами. Кархародрос был отрезан от вод лимана, вышедший из укрепленной гавани флот был обстрелян с берега горящими снарядами и практически полностью уничтожен. С суши велась работа по разрушению стен, была открыта новая каменоломня – онаграм требовались снаряды для обстрелов стен. Тем не менее, укрепления Кархародроса, как и его гарнизон, не сдавались. Лишь к началу декабря удалось проломить городскую стену в двух местах. Снег падал с неба днем 4 декабря 818 года, когда атраментары пошли на штурм. В его ходе им открылись многие злодеяния Виктора Аутренана и его еретиков – принесенные в жертву люди, призванные души падших и демонов, каннибализм человеческой части гарнизона, измученного голодом. На рассвете 8 декабря атраментары закончили зачищать дворец кастеляна. Виктор Аутренан был убит своей дочерью Лилит, Артур Праэтор забрал с его отсеченной головы Корону Искупителя и отнес ее в лагерь. Когда на следующий день, 9 декабря 818 года в лагерь победивших атраментаров прибыл Сигизмунд Аврелиан, Артур Праэтор под всеобщее одобрение надел на него Корону Искупителя. Этот момент считается окончанием Смутной войны – Корона Искупителя спустя 22 года нашла достойного ее царя, способного управленца и не запятнавшего себя ни предательствами, ни братоубийством, ни ересью. Впереди было долгое восстановление и возвращение величия Авернии.

вернуться к меню ↑

Примечания

1) На самом деле он был простым атлантом, с которым решили «поэкспериментировать» первые жрецы Трехликого. превратив в «высшее существо». По их задумке, в тело атланта должна была вселиться частичка сущности истинного божества, уничтожив человеческую душу, однако что-то пошло не так, в результате после долгих страданий человеческая душа подчинила себе ту самую сущность «истинного бога», а также получила кое-что в довесок. Результат получился впечатляющим, и обратным тому, чего хотели жрецы – вместо идеального инструмента-марионетки они получили могущественного врага, одержимого местью.

2) Собственно, результат «правильного» обращения людей в покорных слуг и высших существ в руках Трехликого. Короче говоря – демоны.

3) А в реальности все было куда сложнее. То, что видели многие, было лишь битвой одного из апостолов Искупителя с первосвященником Трехликого. Настоящий бой двух богов хоть и завершился с таким же результатом, но проходил без свидетелей. Соответственно, и описываемый далее Искупитель – на самом деле один из апостолов, а настоящий Искупитель… Кто-то другой.

4) Остатки атлантов в районе будущего Карфагена возглавила царица Элисса. Именно с ней «замутил» Эней, хоть в отличие от легенды, она не покончила с собой, когда ее возлюбленный уплыл дальше. А потомок Элиссы стал мужем Дидоны и сооснователем Карфагена в том виде, в котором его уже знала реальная история. Эту историю я придумал для того, чтобы как-то увязать расхождение во времени в легенде про Энея и Дидону (разница между ними примерно 300 лет).

5) При этом и среди греков, и среди будущих римлян, и вообще везде «потерялись» многие атланты-колдуны. Так что какое-то колдовство в этом мире возможно лишь со стороны потомков Атлантиды, и то – со временем все они утратят эту способность, и мир лишится магии.

6) На самом деле он был убит в засаде сторонниками культа Трехликого, ими же была и похищена Корона Искупителя, с целью использовать ее позднее в своих планах.

7) На самом деле, Корону ему подбросили нужные люди в нужный момент.

8) Де-юре, обладатель Короны Искупителя имел право делать что угодно. Но де-факто, конечно же, любой ее обладатель, который шел против основ религии искупления, становился «недостойным» и лишался права на корону. Контроль при этом осуществлялся религиозной верхушкой и самим народом.

9) Основатель этого рода, Энель Ангелус (в честь которого назван сын Донара), родился с белоснежными ангельскими крыльями, мать из-за этого умерла при родах. Воспитывался старшей сестрой, в результате несчастного случая в возрасте 10 лет повредил себе хребет и оказался парализован. Спустя 13 лет и 13 дней был исцелен Искупителем и стал одним из его самых верных последователей.

10) Говоря простым языком – он бастард. Но к античности это слово как-то мало подходит.

11) Учитывая, что в Кархародросе сидел кастеляном Виктор Аутренан, фактический куратор всей Смутной войны, эти какие-то причины становятся более или менее понятными.

12) Та самая Селестия, которая была женой Аэриния и любовницей Селатона, а потом убила своего мужа и стала женой его младшего брата и любовника (жесть, короче). Вермиллион взял ее под стражу, а затем она каким-то образом оказалась в Кархародросе. Что случилось с ней после – неизвестно, однако есть причины считать, что ничего хорошего.

13) Подразделения Греческой и Сарматской гвардии были личными войсками кастелянов и содержались за счет их средств. По факту это были пешие и конные гвардейцы, и служить в них могли кто угодно. Тем не менее, служба в гвардейских частях некоторых кастелянств считалась очень престижной для иностранцев. В принципе, ничего фантастического в этом нет – ЕМНИП, персидские сатрапы абсолютно так же содержали при себе отряды наемных греческих гоплитов или кочевников. Само собой, численность каждого отряда гвардии была небольшой – от 100 до 500 (в редких случаях) человек.

14) Нечто вроде религиозного рыцарского ордена, но именно «нечто вроде». Изначально были просто объединением бойцов подпольных арен Цитадели, затем организация взяла на себя функции борьбы с преступностью, став по сути гражданским ополчением, а к моменту начала восстания атраментаров Железные Воины превратились в превосходно обученных и организованных воинов, прошедших долгий естественный отбор в десятках боев и стычек и дополнительно обученные слаженным действиям в составе единого отряда.

15) Точнее, о них насильно напомнили себе сами же авернийцы.

16) Ближе к концу войны Талгир выразил желание воевать на стороне атраментаров, а после падения Кархародроса ему был возвращен былой статус кастеляна Эбена.

17) Культ Искупителя Разгневанного столь сильно отличался от основных идей искупления, что нет сомнений в том, что на самом деле за его созданием стояли сторонники Трехликого в общем и Виктор Аутренан в частности.

18) Это стало полной неожиданностью для всех – подобный поступок не подходил к характеру Фрома Кристо. Из-за этого есть теория, что кастеляна или подменили, или совратили тем или иным способом заинтересованные лица. Последнее особенно вероятно, учитывая личность кастеляна Кархародроса, у которого было множество способов манипулировать людьми.

19) Говоря простым языком, он сделал из нее одержимую. Ее человеческая половина боролась за контроль над телом, но проигрывала, и лишь знакомство с Артуром Праэтором позволило фактически обратить процесс вспять, после чего Лилит полностью восстановила контроль над собой. Собственно, потому она и присоединилась к атраментарам.

20) Говоря понятным языком – маршалом.

9
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
3 Цепочка комментария
6 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
1 Авторы комментариев
NF Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Молоток

С удовольствием прочитал сие

С удовольствием прочитал сие фэнтази.Считаю не хуже магазинного ))))

Единственное, что напрягает это самобичевание автора в начале поста. Мне думается оно излишне. В конце концов произведение не закончено и это некая заметка на полях.

В принципе у меня есть некоторые замечания, но это критика в стиле Молотка, а скорее рацухи.

Писать их сейчас времени нет ибо, как было отмечено вначале Чехов не счел бы мою писанину талантлливой, а времени уже много. Посему полагаю в выходной неторопять обстоятельно изложить ))) 

Молоток

Итак, блок Рацух от Молотка Итак, блок Рацух от Молотка ))))) Вклиниваться в отдельные "шероховатости и гэги" я не буду ,потому как автор не выложил четкого обоснования системы военного дела и даже не указал что за экономический базис был в этой стране. В том числе не ясно развивалась ли страна (распашка новых земель, севооборот, удобрение навозом, рост поголовья скота, улучшение аграрной техники и т.д.). Собственно всявоенно-политическая движуха она за ради ресурсов, а ресурсы, если по крестьяниски на пальцах это пища. Я эт к чему? Ну типа если после всяких там технических наворотов население достигло максимальной величины, выше которой его не прокормить — война неизбежна, если одна часть страны (приморская) жирет на торговле — война с конкурентами — неизбежна. И т.д. Если же страна нормально может развиваться в экстенсивном ключе, то война маловероятна. Хотя может быть.  Посему пойдем путем общих замечаний. 1. Компоненты трехликого мне кажутся неубедительными война это процесс, распад тоже неясно чего и зачем, мутно короче, и не эмоционально. Я бы заменил на самые глубокие, низменые пороки  — алчность/гедонизм — ненависть/злоба — похоть. Тем более если в Атлантиде гнилостные процессы зародились ввиду лютой пресыщенности всем (вспоминаем упадничекую власть позднего рима), то именно эти пороки будут главными характеристиками. Соответственно антагонистом… Подробнее »

NF

+++++++++++++++++++++++++++++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить