«Штука» «баксов» за «Генерала Герреро»

0
0

 

Авторское предисловие: Вряд ли ранним весенним утром 1913 г. Дидье Массой думал, что полет, к которому он готовился на своем биплане «Мартин», станет одной из первых вех на пути противоборства самолетов и кораблей, пути, пролегающего через Таранто, Перл-Харбор, Коралловое море, Мидуэй и Фолкленды…

Французский гражданин, нелегально проникший в Мексику из США, прогревая на примитивной «взлетке» среди холмов штата Сонора двигатель своего аэроплана, скорее всего прикидывал, как с наименьшим ущербом для себя и аппарата выполнить задание «работодателей». А оно было следующим: пролететь 40 миль до порта Гуаймас, найти и атаковать вражеский корабль, стоящий на якоре в гавани. Массон плохо представлял себе, каких навыков потребует от него необычный вылет, а также с какими опасностями придется столкнуться. Одно он знал точно: его временная родина к северу от границы, стремящаяся быть подальше от мексиканских событий, вряд ли придет на помощь, если что-то пойдет не так.

По правде говоря, ему было от чего ломать голову. Ведь революция в Мексике породила невиданный доселе клубок противоречивых обстоятельств, большое количество вооруженных группировок, создающих и нарушающих союзы между собой и прочая, и прочая. На момент описываемых событий, «де-факто» лидером страны был Витториано Уэрта, отобравший в феврале 1913-го власть у идеалистически настроенного Франсиско Мадеры, за полтора года до того свергнувшего одиозную фигуру Порфирио Диаза, длительное время бывшего главой государства. Остальные, как сказали бы сейчас «полевые командиры», были не в восторге от проводимого Уэртой курса на возврат к временам Диаза (с заменой, естественно, последнего на себя, любимого), что привело их к объединению (правда, недолгому) получившего в последствие название «Конституционалисты».

Традиционно война в Мексике была уделом лихих кавалеристов и большинство лидеров обеих противоборствующих сторон мыслили категориями сухопутных сражений. Были, однако, и светлые головы, заинтересовавшиеся военным применением экзотической новинки тех лет – аэроплана. Первое использование самолета в военных целях в Западном полушарии имело место еще при президенте Диазе в 1911 г., когда гастролировавшие по юго-западу США французские авиаторы были наняты мексиканской федеральной армией для разведки позиций мятежных войск генералов Франсиско «Панчо» Вильи и Паскуаля Орозко в штате Чихуахуа, к югу от Техаса.

А в январе 1913-го полковник Альваро Обрети, командующий силами конституционалистов на северо-западе Мексики, бывший школьный учитель и изобретатель, отправил несколько офицеров в южную Калифорнию на поиск «новейших средств воздушной войны». Рекомендации интересующихся авиацией крупных бизнесменов Лос Анжелеса привели визитеров на фабрику Гленна Л. Мартина в окрестностях Бальбоа. Хотя основной продукцией компании тогда были летающие лодки, производились и другие типы самолетов, также наличествовала и летная школа. По итогам поездки, мексиканские офицеры решили нанять одного из ее инструкторов, молодого и спокойного француза невысокого роста, которого звали Дидье Массон.

Существует множество противоречивых версий о его биографии, наиболее реальные указывают местом его рождения Асньер (Франция), а датой – 23 февраля 1886 г. После краткой карьеры подмастерьем ювелира он служил в армии, а затем работал у фабриканта магнето. В 1909 г. он встречается с известным авиатором Луи Поланом, который берет его на работу в качестве механика. В том же году Массон совершает первый самостоятельный полет на биплане «Фарман».

В 1910 г. Полан и его механик приезжают в США для большого авиационного турне через всю страну. С помощью учителя, в 1911-1912 гг. Массон использует все возможности для полетов, как с другими летчиками, так и в одиночку, но не может приобрести собственный аэроплан. Только с поступлением в летную школу Гленна Мартина он получает лицензию пилота (сертификат Аэро Клуба Америки, №202) в январе 1913 г.

Несколько хорошо разрекламированных полетов в Калифорнии и на Среднем Западе в 1912 г. создали Массону репутацию смелого и надежного авиатора, поэтому предложенные мексиканскими «купцами» условия были по тем временам более чем щедрыми: ежемесячный базовый оклад в 300 долл., плюс 50 «зеленых» за каждый разведывательный и 250 – за боевой вылет на бомбардировку. Чтобы понять много это или мало, укажу, что в 1913 г. 300 долларов в месяц получали полковники Армии США и капитаны I ранга американского флота! Вдобавок, представители революционеров собирались приобрести (за 5000 долл.) именно биплан фирмы «Мартин» с толкающим винтом, хорошо знакомый французу, что явилось не последним аргументом, склонившим его к подписанию контракта. Итак, Массон и его механик – австралиец Томас Дж. Дин – решили поучаствовать в защите революции, причем наш герой получил звание капитана.

Упомянутый биплан «Мартин», являвшийся дальним предком заслуженных бомбардировщиков «Балтимор», «Мэриленд» и «Мародер», своим внешним видом даже отдаленно не напоминал эти мощные двухмоторные машины. Строившийся «по образу и подобию» аппарата братьев Райт, самолетик имел 75-сильный двигатель фирмы «Кертисс», мощность которого позволяла поднять в воздух помимо пилота еще и одного пассажира, а запас бензина гарантировал дальность в 100 миль. И пилот, и пассажир сидели прямо среди стоек и расчалок, открытые всем ветрам.

Доставка самолета к месту назначения по условиям сделки была проблемой Массона. Никакой секретности достичь не удалось: вездесущие газетчики из «Нью-Йорк Таймс» освещали едва ли не каждый метр движения аэроплана – расстыковку, погрузку в грузовик, маршрут до вокзала, путь вагона из Таксона до пограничного городка Нако в Аризоне. Дальше события напоминали незабвенный стивенсовский «Остров сокровищ». Одноногий (!) помощник шерифа в Нако по фамилии Хопкинс «отвел в сторону» взгляд, когда большие ящики переправляли через границу, за что был тут же принят в революционную армию в чине майора!! Напомним, что все это происходило под наблюдением журналистов. Не CNN, конечно, но все-таки…

Вскоре груз был доставлен на импровизированный аэродром в 40 милях от Гуаймаса (главный порт штата Сонора, находившийся на берегу Калифорнийского залива), а персонал разместился в нескольких пассажирских вагонах. Теперь любой желающий мог узнать о подготовке к войне в воздухе на северо-западе Мексики. После сборки, прошедшей не без проблем, Массон облетал самолет и стал, таким образом, военно-воздушными силами армии полковника Обрегона. На аппарат установили сиденье для бомбардира и примитивный бомбовый прицел (перекрестье в рамке). Присвоение собственного имени «Сонора», в честь штата, завершило превращение аэроплана в «Энолу Гей» своего времени.

Поскольку на всем континенте тогда и слыхом не слыхивали об авиабомбах, остро встала проблема вооружения самолета. Разрешили ее следующим образом: трехдюймовые (76,2 мм) водопроводные трубы были нарезаны на куски длиной по 18 дюймов (457 мм) и заполнены динамитными шашками вперемешку с заклепками и болтами (готовые осколочные элементы). Подрыв производился классическим взрывателем ударного типа с капсюлем-детонатором, ввинченным в дно «бомбы», а чтобы они падали вертикально, к их задним частям прикрепили крестообразный стабилизатор. Сброс 30-фунтовых бомб (13,6 кг) производился нажатием деревянной ручки, освобождавшей их с импровизированного бомбодержателя между стоек шасси, вмещавшего (страшно подумать!) восемь «гостинцев».

Первым боевым вылетом Массона должна была стать бомбардировка правительственного военного корабля «Генерал Герреро» на рейде Гуаймаса. Никто в армии Обрегона не представлял какое противодействие нужно ожидать при таком налете. Единственный прецедент в мировой истории был мексиканцам неизвестен [1]. Трудно было предсказать, как поведет себя и команда корабля, несколько месяцев назад бывшая лояльной Мадеро, затем примкнувшая к силам Уэрты.

«Генерал Герреро» был довольно большим кораблем. Построенный в Англии в 1908 г., он имел 1880 тонн водоизмещения и длину около 60 метров. В разное время он по разному классифицировался: канонерка, транспорт и даже крейсер, хотя для последнего корабль был слишком тихоходен: его парадный ход не превышал 12 узл. Однако вооружен он был внушительно – шесть четырехдюймовок, две трехфунтовки и несколько пулеметов. С учетом, ощущавшейся в вооруженных силах обеих сторон острой нехватки полевой, осадной и береговой артиллерии, это был весьма серьезный аргумент в действиях на приморском фланге, противопоставить которому можно было только что-то подобное или принципиально новое. В полной мере сознавая это, полковник Альваро Обретен, командовавший силами конституционалистов на северо-западе Мексики, посулил Массону в случае потопления или хотя бы нанесения серьезных повреждений канонерке, помимо оговоренного оклада и оплаты вылетов еще 1000 долларов чистоганом!

Единодушия относительно даты первой воздушной атаки нет, но газетные отчеты (ох уж эти борзописцы!) заявляют о 29 мая 1913 г. Бомбардиром в этом историческом полете был, вероятно капитан Хоакин Алкальде, хотя есть версия, что им был Густаво Салинас Камина, племянник генерала Венустиана Карранцы.

Чтобы избежать мало предсказуемых полуденных воздушных потоков, вылет был произведен утром. Описание хода «бомбежки» также имеется в двух вариантах. Согласно первой версии, бомбы были сброшены с высоты 2500 футов (около 760 м), причем «Сонору» встретили выстрелы, не нанесшие ей ущерба, как, впрочем, и ее бомбы – кораблю. Другая история была изложена в сообщении агентства «Ассошиэйтед Пресс», опубликованном в газете «Нью-Йорк Таймс»: самолет летел на 5000 футов и сделал пять заходов на «Герреро», не сбрасывая бомб, но и не встречая сопротивления. Есть еще версия, что Массон сбрасывал на корабль листовки, призывающие команду примкнуть к делу революции. В любом случае, учитывая необходимость сохранить достаточно горючего для возвращения на базу, пилот не мог оставаться над заливом более нескольких минут.

История умалчивает, были ли на рейде другие корабли, хотя по некоторым данным, в то же время в Гуаймасе должен был находиться американский крейсер «Колорадо», эвакуировавший граждан США, а также правительственные канонерки «Тампико» и «Моралес». Если это так, то налицо явная усмешка судьбы: «Тампико» скоро станет революционной, а «Моралес» через год будет бомбить тот же самолет.

На следующий день Массон повторил бомбежку «Герреро». Попаданий в корабль не было, однако экипаж самолета с удовлетворением наблюдал, как наиболее впечатлительные матросы канонерки попрыгали за борт при их появлении. По возвращении на базу пилот произвел некоторые изменения в конструкции прицела и бомбодержателей, пытаясь улучшить не слишком впечатляющие результаты налета.

Третья атака была самой опасной. Во-первых, драгоценное утреннее время было потеряно на ремонт лопнувшей покрышки и лететь пришлось после полудня, когда изменчивые воздушные потоки делали этажерку Мартина опасной в управлении. Во-вторых, неудачно избранная малая высота полета подставила аппарат под серьезный огонь с берега из всего, что могло стрелять. К счастью для Массона и его бомбардира, успехи ПВО были сопоставимы с их собственными, и самолет вернулся домой невредимым. Урон противнику нанести опять не удалось, хотя газетчики засчитали последствием бомбежки спешный уход кораблей Уэрты из гавани. Это, по-видимому, было первым в истории завышением результатов воздушной атаки в СМИ. Как жаль, что конца этому явлению пока не видно.

То, что искусство воздушной войны – дело не простое, подтвердил преждевременно прекращенный четвертый вылет, когда «Сонора» скапотировала на взлете. Экипаж не пострадал, но самолет нуждался в некотором ремонте с заменой запчастей (в т.ч. и пропеллера), которых на месте не было. Доставку новых из Штатов (разумеется, контрабандой) пришлось ждать четыре недели, по истечении которых самолет и экипаж вновь ринулись в бой с федералистами. На этот раз Массону и капитану Алкальде удалось положить бомбу рядом с кораблем, но это все же не было попаданием.

Следующий выпет на Гуаймас пришелся на начало августа. Бомбардиром летел механик Массона Том Дин. Самолет заходил на боевой курс на высоте 2000 футов, пилот пытался абстрагироваться от свистевших рядом винтовочных пуль, как вдруг двигатель, перегревшийся в жарком летнем небе, начал «кашлять» и вскоре вообще заглох. Посадка поблизости была исключена, поскольку, не говоря уже о вражеской территории, бухта была окружена горами и подходящая площадка просто отсутствовала. Пришлось тянуть к городку Эмпальме, неподалеку от Гуаймаса, стоящему на более ровной местности и занятому «своими». По пути, для уменьшения веса и риска, были сброшены бомбы. Удачно приземлившись на три точки, Массон и Дин увидели, что несколько смертоносных гостинцев зацепились за шасси и волочатся по земле! Здесь они впервые обрадовались, что самодельные детонаторы сработали не лучше самодельного бомбового прицела. Однако, вскоре выяснилось, что и в Эмпальме не столь уж спокойно: даже наличие у причала американских военных кораблей (крейсер «Питтсбург» и транспорт «Глэсьер» как раз занимались эвакуацией граждан США и европейцев) не спасало город от артобстрела правительственными войсками. Авиаторам повезло и, исправив топливную систему, на следующий день они взлетели в направлении на север, на базу. Этот полет тоже ознаменовался техническими проблемами: не долетев немного до полосы, двигатель опять «сдох».

И на этот раз удачно посадив аэроплан, летчик и механик решили, что с них хватит и они больше не хотят служить в революционной авиации. Этим же вечером оба подали в отставку, но Мексику не покинули (видимо, пытаясь истребовать «задолженности по зарплате»). Дин продолжал обслуживать самолет, а Массон оставался в неофициальном качестве.

Так закончились первые в истории Западного полушария попытки атаки самолетом корабля. Судьбы героев этой истории сложились по-разному. Дидье Массон через год, в сентябре 1914-го, вернулся во Францию. Прослужив немного в своем пехотном полку, перевелся в авиацию. В мае 1915 г., пройдя подготовку в По, получил военное летное свидетельство. Летал на двухместных «Кодрон G.lV» в эскадрилье С. 18. В сентябре переучился на истребители «Ньюпор» и был переведен в 68-ю эскадрилью, затем, два месяца побывав инструктором в Казо (апрель – май 1916 г.), был направлен в 124-ю, набранную из американских добровольцев. Он стал 13-м пилотом в части, прославившейся потом как «Эскадрилья Лафайет», хотя, по воспоминаниям современников, имел больше часов налета и боевых вылетов, чем весь остальной личный состав вместе взятый. По иронии судьбы, в эскадрилье служил также известный американский летчик Эдвин Парсонс, некоторое время летавший для «Панчо» Вильи, соперника Обрегона. Интенсивно летая в составе этой эскадрильи, Массон сбил 12 октября 1916 г. немецкий «Фоккер». В октябре 1917-го его переводят в 471-ю эскадрилью, входившую в систему ПВО Парижа, а в следующем месяце – инструктором Американского авиационного учебного центра в Иссодане.

После войны он вернулся в Мексику, затем – в Британский Гондурас, где занимался различными и всегда малоуспешными видами деятельности, пытался управлять аэропортом и заинтересовать издателей своими мемуарами, но тщетно. В 1935 г. поступил на французскую консульскую службу, ушел в отставку в день капитуляции Франции (16 июня 1940 г.) и окончательно осел в Мексике, где был менеджером отеля «Ирис» в г. Четумель до своей смерти 2 июня 1950 г.

«Соноре» же довелось еще раз поучаствовать в противокорабельных «операциях» революционеров. В середине мая 1914-го уже упоминавшийся Густаво Салинас совершил на ней несколько вылетов на бомбежку канонерки «Моралео» – самого мощного корабля этого класса в мексиканском флоте (1200 т, две четырехдюймовки, шесть шестифунтовок, и 356-мм торпедный аппарат). Несмотря на хвастливые заявления Обрегона, войска которого позже захватили и подорвали севший на мель вблизи Мазатлана «Моралес», очевидцы утверждали, что эффект бомбардировок был больше психологическим. А вот аэроплану не повезло по-настоящему. В одном из полетов неопытный «ас» разбил самолет до состояния «восстановлению не подлежит».

* * *

Несмотря на более чем скромные результаты, опыты Массона сейчас оцениваются весьма высоко. Очень многое с чем ему пришлось встретиться на практике было впервые и повторилось позже во всех ВВС мира без исключения: сама концепция бомбардировки, бомбовый прицел и бомбодержатель, стабилизаторы и ударный взрыватель бомбы. Так или иначе, авиационная бомбардировка начала свою долгую историю.


  • [1] 6 февраля 1913 г. греческий «Морис Фарман» без особого успеха бомбардировал корабли и сооружения турецкого порта Нагара в проливе Дарданеллы.

источник: Максим Райдер «Штука» «баксов» за «Генерала Герреро», История Авиации №7

5
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
5 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
0 Авторы комментариев
WasaNFAlex999The same Fonzeppelindoktorkurgan Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
doktorkurgan

Интересно.

Интересно.

The same Fonzeppelin

Чрезвычайно интересно!

Чрезвычайно интересно!

Alex999

ух! порадовали бомбы и

ух! порадовали бомбы и прицел. улыбнуло обалденно!

NF

++++++++++

++++++++++

Wasa

++++++++++++++++

++++++++++++++++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить