«Плетёнка Тача», Часть X

8
0

 

Продолжение интересного цикла статей из жж уважаемого Николая Колядко ака midnike.

Скороподъёмность полностью заправленного и вооружённого F4F-4 «Уайлдкэт» на уровне моря составляла 1850 фт/мин [564 м/мин], и для того, чтобы набрать высоту в 10 «ангелов» [10 000 фт., 3048 м], на которой в данном случае шли японские бомбардировщики, ему требовалось 5,6 мин., а кроме того, с вражескими самолётами надо было ещё сблизиться. С момента получения целеуказания прошло уже 8 минут, когда старший лейтенант Артур Брассфилд поднял голову и испытал ощущение déjà vu. Он был участником сражения в Коралловом море, на его счету уже имелись один «Вэл» и один «Зеро», и вот опять он видел над собой строй из двух «V из V» самолётов с эллипсовидными в плане плоскостями. С одним важным отличием: на этот раз над ними не было японских истребителей.  

В 12.00 старший лейтенант Брассфилд сообщил на авианосец: «Бандиты надо мной, курсом на корабль. Похоже их 18». Практически одновременно с ним командир эскадрильи японских пикировщиков капитан-лейтенант Митио Кобаяси в свою очередь передал на «Хирю»: «Атакуем вражеский авианосец. 09.00». А спустя считанные секунды начался крайне странный воздушный бой, о подробностях которого мы, во многом благодаря дисциплинированности Брассфилда, можем, что достаточно редко бывает, судить не только по воспоминаниям участников, но и по синхронному источнику, журналу радиопереговоров диспетчера истребителей ПВО. Командир 4-го дивизиона 3-й истребительной всё ещё набирал высоту для атаки, когда два самых нетерпеливых его подчинённых, старшие лейтенанты Уильям Вуллен и Уильям Барнс решили не терять времени и атаковали ведущий тютай (дивизион) противника прямо с набора высоты, будучи почти в 300 метрах по курсу и настолько же ниже вражеских бомбардировщиков. Шансы попасть с такого угла были невелики, на попадания никто и не претендовал, однако 12 трасс, прилетевших с нижней полусферы, заставили японских пилотов шарахнуться в стороны и сломать строй.

Строй японских пикировщиков «Аити» D3A1. В кадре видны 11 машин, расположенных, казалось бы, достаточно хаотически. Но на самом деле, конечно же, на виде сверху (или снизу) мы увидели бы чётких строй из «V-образных» звеньев и дивизионов.

Следующим в дело вступил приблудный старший лейтенант Скотт МакКаски из 2-го дивизиона. Он не стал атаковать на наборе высоты, но тоже не смог дотерпеть и начал действовать сразу по достижении эшелона, на котором летели «Вэлы». Вклинившись между двумя девятками, он вышел во фланг расстроенного строя первого тютая японских пикировщиков и с минимальной дистанции расстрелял и поджёг крайний бомбардировщик, заодно ещё более дезориентировав остальные. Затем, отвернув вправо, направился ко второй девятке, летевшей немного дальше и выше. Однако, он неудачно рассчитал манёвр, пришлось гораздо энергичней работать элеронами, в результате эллипс рассеивания залпа его «Уайлдкэта» оказался перпендикулярен атакуемым самолётам. Дав короткую очередь по крайней машине второго тютая пилот отвернул, чтобы выйти на цель с более выгодной позиции и увидел перед собой две машины из рассеянной первой девятки.

МакКаски сосредоточился на новой цели, занял позицию для атаки и уже собирался открыть огонь, когда вдруг обнаружил, что его самолёт летит прямиком в центр строя второго дивизиона пикировщиков. Отворачивать и даже целиться было уже поздно, поэтому пилот просто зажал гашетку, поливая вражеский строй, что называется, «от пуза». Высокопрофессиональные японские пилоты совершенно не горели желанием быть протараненными каким-то криворуким ненормальным гайдзином, тем более, что их основная цель была уже видна прямо по курсу, и теперь самолёты уже и второго тютая рванули во все стороны, стараясь увернуться как от беспорядочно палящего американца, так и друг от друга. В 12.02 всё ещё набиравший высоту старший лейтенант Брассфилд проинформировал свой авианосец: «Это Алый 19. Строй, похоже, развален.»

Фрагмент журнала радиопереговоров диспетчера ПВО АВ «Йорктаун». Корабль жил по часовому поясу Пёрл-Харбра (GMT -10), поэтому временные метки на 2 часа опережают время Мидуэя (GMT -12), к которому принято привязывать события данного сражения.

Проскочивший рассеянный им строй японских пикировщиков старший лейтенант МакКаски убрал, наконец, палец с гашетки. Хотя мог этого и не делать – пулемёты его «Уайлдкэта» и так уже молчали, полностью расстреляв непривычно маленький боекомплект. Однако времени на раздумья ему не оставили – по правому крылу истребителя ненавязчиво постучало. Пилот обернулся, готовый увидеть за спиной хищный силуэт «Зеро», но вместо этого с изумлением обнаружил там два самолёта с небольшим изломом плоскостей и обтекателями на неубирающихся шасси – в хвост ему заходили два «Вэла». «Наступательное» вооружение «Аити» D3A1 состояло всего из пары синхронных пулемётов винтовочного калибра, однако в данной ситуации МакКаски не мог противопоставить им вообще ничего, оставалось лишь драпать, свалив машину в пикирование. Выровняв самолёт у сáмой воды, он убедился, что за ним не последовали, а ещё увидел за спиной два огромных «гейзера» на поверхности океана. Пилоты этих «Вэлов» пришли к выводу, что «спасение утопающих – дело рук самих утопающих» и избавились от бомб, дабы попытаться на облегченных бомбардировщиках хоть как-то заменить отставшее истребительное прикрытие.

Тем временем, примерно в те же 12.02, к месту действия подтянулся ещё один «Уайлдкэт» 4-го дивизиона 3-й истребительной, и его пилот, лейтенант Гарри Гиббс, стал свидетелем разгона второго японского тютая старшим лейтенантом МакКаски. Не мудрствуя лукаво, он сел на хвост одного из потерявших строй «Вэлов» и безо всяких помех расстрелял его бензобак. Охваченная пламенем машина понеслась вниз, а молодой пилот не смог удержаться от того, чтобы не проследовать за ней до сáмого падения в воду. Не самое умное решение в боевой остановке, и единственное, что его оправдывало – это был первый в его жизни сбитый вражеский самолёт. Между тем, начавшие всю эту катавасию атакой снизу старшие лейтенанты Вуллен и Барнс успели набрать высоту и тоже атаковали потерявшие строй бомбардировщики, записав себе на счёта по одному сбитому «Вэлу», плюс пару повреждённых. Плохой новостью было то, что на это они потратили почти весь боекомплект.

7,7-мм пулемёт обр. 97, использовался в качестве синхронного практически на всех типах японских палубных самолётов Тихоокеанской войны. Являлся лицензионной копией британского «Виккерс» класс Е, то есть прямым потомком старого доброго «Максима».

Одновременно с этим, в те же 12.02, командир 4-го дивизиона старший лейтенант Артур Брассфилд наконец набрал высоту для нормальной атаки сверху. Он уже собрался действовать согласно бессмертной стратегеме быка на холме из известного анекдота, когда обнаружил, что «стадо коровок» вовсе не пребывает в ожидании когда его «неторопливо поимеют» – одиночный «Аити» D3A1 направлялся в его сторону с явным намерением атаковать. Слегка опешивший от подобной наглости американский пилот автоматически довернул машину и нажал на спуск, хотя вражеский бомбардировщик был ещё сильно за пределами дальности прицельного огня. Однако инстинктивное действие оказалось правильным – увидевший летевшие в его направлении трассы очередей японец мгновенно осознал, что был не прав, и что его пара 7,7-мм пулемётов явно не в состоянии тягаться с шестью крупнокалиберными «Браунингами», поэтому его пыл тут же иссяк, и он счёл за лучшее избавиться от бомбы и уйти в пикирование, пока американский истребитель ещё не успел с ним близиться. Поскольку этот «Вэл» уже не представлял угрозы защищаемым кораблям, Брассфилд не стал тратить время на его преследование и развернулся в сторону более приоритетных целей.

Таковыми он счёл тройку пикировщиков, возглавляемую машиной с горизонтальной командирской «лычкой» на хвосте – кто-то из командиров сётаев (звеньев) смог собрать своих подчинённых в строй и теперь вёл их прямо на «Йорктаун». в 12.04 Брассфилд сообщил об этом диспетчеру, а затем попробовал привлечь к этой группе кого-то из своих подчинённых, находившегося в пределах видимости, но тот был явно занят своей целью, так что командиру 4-го дивизиона ничего не оставалось, кроме как атаковать эти три «Вэла» в одиночку. Он начал заход слева сверху на командирскую машину, однако её пилот своевременно заметил атакующий «Уайлдкэт», но вместо того, чтобы попытаться как-то уйти, выполнил крутой вираж влево и с набором высоты устремился навстречу истребителю, оба ведомых последовали за ним. Все три пикировщика приподняли носы и теперь Брассфилд чётко видел, что все они несут бомбы. Сблизившись до 300 ярдов [274 м] – даже ближе дистанции сведения стволов – старший лейтенант открыл огонь по двигателю «Вэла». Разлетавшиеся в стороны обломки капота подтвердили правильность прицела, а затем двигатель вспыхнул. Набиравшая высоту машина потеряла тягу, на мгновение «зависла» в воздухе, а затем свалилась в беспорядочное падение, оставляя за собой шлейф дыма.

Фотодиорама, изображающая бой «Уайлдкэтов» с «Вэлами» на подступах к «Йорктауну». Одна из серии, посвящённых сражению при Мидуэе диорам, созданных в 1942 г. знаменитым дизайнером Норманом Бел Геддесом для журнала «Лайф». Об исторической точности говорить не приходится, но оцените технику исполнения – 3D ещё не придумали, так что композиция состоит из миниатюрных моделей. Причём никакого фотомонтажа – всё снято одним кадром, единственное, заретушированы ниточки, на которых это всё висело.

Предельным разворотом элеронов американский пилот поставил свой истребитель «на крыло» и вышел во фланг второму пикировщику на дистанции уже кинжального огня, в момент нажатия на гашетку самолёты разделяло не более 150 ярдов [137 м]. Поскольку это было уже намного ближе дистанции сведения стволов, то ни о каком точечном прицеливании речи не шло, и Брассфил вёл огонь просто по передней трети фюзеляжа, в район двигателя и кокпита. Результат превзошёл все ожидания – в результате попадания по авиабомбе калибра 250-кг та сдетонировала, и 3,5-тонный бомбардировщик попросту исчез в огненной вспышке. Взрыв 60 кг тринола (или 90 кг тротил-гексиловой смеси – в зависимости от типа бомбы), усиленный оставшимся в баках бензином, не прошёл даром и для атакующего истребителя, находившегося всего в нескольких десятках метров. Самолёт тряхнуло так, что Брассфилд с трудом восстановил над ним контроль, после чего занялся последним из этой тройки.

Как и первый встреченный им в тот день «Вэл», тот тоже «всё понял» и решил попытаться добраться до цели более благоразумным, чем перестрелка с продемонстрировавшим свою убийственную эффективность американским истребителем способом. Японский пилот свалил свою машину в пикирование, пытаясь спрятаться в облаке сотней метров ниже, но поскольку он так и не сбросил бомбу, Брассфилд на этот раз не мог позволить этому самолёту уйти. Пользуясь преимуществом в скорости пикирования он нагнал вражескую машину, «сел на хвост» и прицельно расстрелял её кокпит – «Аити» D3A1 так и не вышел из пике. Командир 4-го дивизиона, в отличие от своего молодого подчинённого, не стал провожать его до поверхности океана, а наоборот немедленно начал набор высоты. Но стоило ему подняться до 7000 футов [2134 м], как его попытался атаковать ещё один пикировщик. Однако и ему хватило короткой очереди с дальней дистанции, чтобы понять, что тут ему ловить нечего, и искать спасения поближе к воде. Уходя в пикирование он продемонстрировал отсутствие бомбы под фюзеляжем, так что Брассфилд опять решил не тратить время и патроны на не представлявшую опасности кораблям машину.

Тем временем вся эта свалка приблизилась к 17-му оперативному соединению и оказалась в зоне поражения корабельной ПВО дальнего радиуса. В 12.06 заговорили 127-мм/38 орудия находившегося ближе всех тяжёлого крейсера «Астория», и вскоре огонь вели все 44 пятидюймовые «универсалки», имевшиеся как на двух крейсерах и пяти эсминцах эскорта, так и на самóм авианосце. Все последующие события в воздухе происходили среди разрывов зенитного барража, а на поле боя, тем временем, появились новые действующие лица.

Зенитный барраж над 17-м оперативным соединением. Строго говоря, это несколько более поздний момент, атака «Йорктауна» низколетящими торпедоносцами, поэтому снаряды взрываются на небольшой высоте. Однако снимок неплохо демонстрирует, как выглядит зенитный заградительный огонь из десятков 127-мм орудий. Кроме того, хорошо виден характер облачности в этом районе в тот день.

Набиравшие высоту для очередной атаки старшие лейтенанты Вуллен и Барнс выскочили из облака прямо навстречу четвёрке «Зеро» – остаткам эскортной группы капитан-лейтенанта Сигемацу. Стычка ограничилась короткой перестрелкой на встречных курсах – у американских истребителей закончился боекомплект и они поспешили спикировать к воде, а японцы не стали их преследовать, так как всё ещё пытались нагнать пикировщики, которые должны были защищать. Однако их хладнокровия хватило ненадолго. Не успевшие ещё принять участие в бою пилоты 4-го дивизиона старший лейтенант Дюран Мэтсон и лейтенант Хорэс Басс всё ещё набирали высоту, когда командир звена Мэтсон вдруг увидел куски обшивки, отлетавшие от его правого крыла и услышал сопровождающие этот процесс звуковые эффекты. Один из японских пилотов-истребителей не выдержал, и последовал привычке сбивать всё, что летает, особенно, когда речь идёт об одиноком самолёте, пилот которого даже не подозревает о твоём присутствии. К его несчастью, данный самолёт вовсе не был «одиноким» – не замеченный из-за облака японцем лейтенант Басс, для которого этот бой был первым в жизни, увидев заходящий на его командира вражеский истребитель действовал, что называется, по учебнику и не оставил увлёкшемуся атакой японцу никаких шансов.

Эскортная группа сократилась до трёх «Зеро», но даже не это было самым страшным – капитан-лейтенант Сигемацу уже видел, что из-за своего приступа молодецкой удали полчаса назад он теперь гарантированно не сможет выполнить поставленную перед ним задачу. Одно дело – оборонять плотный строй, что возможно достаточно эффективно осуществить даже малыми силами (что недавно наглядно продемонстрировала всего пара «Уайлдкэтов» 3-й истребительной, осуществлявших непосредственное прикрытие торпедоносцев с «Йорктауна»), и совсем другое – пытаться защитить уже рассредоточенные по огромному пространству одиночные пикировщики, каждый из которых прорывался к цели по своему маршруту и на свой страх и риск. Оставалось лишь попытаться отвлечь на себя хотя бы какие-то истребители противника.

Несмотря на простреленную плоскость, «Уайлдкэт» старшего лейтенанта Мэтсона сохранял боеспособность, поэтому тот продолжил поиск целей, и цель не заставила себя ждать – судя по всему, пилот очередного «Вэла» не знал о том, что их эскорт наконец соизволил появиться на поле боя, поэтому он продолжал изображать истребитель. Далее всё шло по уже сложившейся за эти пять минут традиции – идущий в лобовую атаку пикировщик получил первые пули в капот и резко пошёл на снижение. Имевший печальный опыт Мэтсон не стал испытывать надёжность своих «Браунингов» отрицательной перегрузкой, и вместо того, чтобы «клюнуть носом» вслед за снижающимся японцем, сделал широкую «бочку» и зашёл к нему с траверза.

«Аити» D3A1 капитана 3-го ранга Такасигэ Эгуса, командира авиагруппы АВ «Сорю» и ведущего специалиста Императорского флота по технологии и тактике бомбометания с пикирования. К моменту описываемых событий самолёт уже горел в ангаре своего авианосца.

Сближаясь с японским бомбардировщиком американский пилот не мог избавиться от ощущения, что что-то идёт неправильно. И только на дистанции прицельного огня он понял, что именно: стрелок-радист «Вэла» даже не пытался вести по нему огонь. Причина была проста – второй член экипажа сидел лицом вперёд, а турельный 7,7-мм пулемёт обр. 92 был вообще по-походному спрятан в нишу фюзеляжа. Длинная очередь, прошившая самолёт от капота до хвоста, скорей всего сразу убила обоих лётчиков, и «Вэл» свалился в беспорядочное снижение, но поскольку это не сопровождалось никакими пиротехническими эффектами, то следовавший за командиром звена лейтенант Басс на всякий случай добавил ещё и от себя. Оба американских пилота не обратили внимания на маркировку на хвосте вражеского самолёта, но с очень высокой вероятностью там должна была быть командирская «лычка» – командир 2-го тютая (дивизиона) бомбардировочной эскадрильи «Хирю» капитан-лейтенант Митидзи Ямасита в этом вылете предпочёл занять место стрелка-радиста, чтобы иметь возможность сосредоточиться на командовании своим подразделением.

Таким образом, несмотря на общую бестолковость и неорганизованность действий, за первые пять минут боя шесть пилотов 4-го дивизиона 3-й истребительной «Йорктауна» и примкнувший к ним старший лейтенант МакКаски успели разбить строй вражеских самолётов, сбить 8 «Вэлов» – почти половину японской эскадрильи – и один «Зеро», а кроме того, заставить ещё как минимум три пикировщика избавиться от бомб. Однако при этом почти все пилоты дивизиона уже успели полностью расстрелять боекомлект, а у самых хладнокровных (или запоздавших) его оставалось на считанные секунды ведения огня. Между тем, в воздухе имелось ещё 7 «Вэлов» с бомбами, плюс 3 наконец-то вмешавшихся в процесс японских истребителя, так что справиться с ними 4-й дивизион уже не мог.

Ситуацию могли спасти «Уайлдкэты» 2-го дивизиона, которые диспетчер ПВО 17-го Оперативного соединения уже давно отправил в район перехвата. Но один из этой шестёрки, упомянутый выше старший лейтенант МакКаски, тоже уже успел расстрелять боекомплект, а двое взлетевших последними пилотов уже не увидели никого из своих под облаками, после чего настолько чётко приняли целеуказание диспетчера, что, во-первых, полетели сильно не в ту сторону, а во-вторых, почему-то решили, что речь идёт об атаке торпедоносцев и поэтому даже не пытались набрать высоту. В результате, это подкрепление свелось всего к трём машинам.

У пилотов 2-го дивизиона было больше времени на набор высоты, а его командир, старший лейтенант Ричард Кроммелин, на опыте Кораллового моря чётко запомнил, что в случае столкновения с «Зеро» лишней высоты не бывает. Поэтому он на всякий пожарный забрался аж на 5500 м, при этом почти не удаляясь от соединения. Однко на этот раз данное решение оказалось ошибочным. Первая обнаруженная им в разрывах облаков цель – группа из 5 японских пикировщиков, в очередной раз сколоченная из разбитого строя кем-то из командиров звеньев – шла всё на том же эшелоне около 3000 м, так что Кроммелину и его ведомому лейтенанту Джону Бэйну предстояло долгое пикирование, в конце которого они набрали такую скорость, что ни о каком прицельном огне речи не было. Дав несколько очередей «в ту сторону» пара «Уайлдкэтов» проскочила японский строй и быстро набрала высоту для новой атаки. На этот раз они добились нескольких попаданий, но «Вэлы» продолжали полёт, и американские пилоты впоследствии не претендовали на сбитие кого-то из этой группы.

Во время этого второго захода лейтенант Бэйн слишком сосредоточился на стрельбе и в результате оторвался от командира в самый неподходящий момент – начав набор высоты для третьего захода тот выскочил на сократившуюся до трёх машин эскортную группу «Зеро». Для старшего лейтенанта Кроммелина это означало повторение кошмара Кораллового моря – догфайт с качественно и количественно превосходящими японскими истребителями, причём на изрядно потерявшем в манёвренных характеристиках F4F-4. Но, к удивлению, на этот раз его не только не сбили, а он сам претендовал на повреждение одного и уничтожение другого «Зеро». Так или иначе, расстреляв боекомплект невредимый Кроммелин вышел из боя, спикировав к самой воде, ему очень помогло то, что в этот момент внимание японцев отвлёк другой пилот его дивизиона, лейтенант Ричард Райт, тоже влетевший в эту свалку. В результате, подкрепление из трёх машин 2-го дивизиона не смогло сбить ни одного «Вэла» – все 7 сохранивших бомбы пикировщиков продолжали лететь к «Йорктауну».

Маршрут приближения и отхода японских пикировщиков с точки зрения эсминца «Хьюз» (Время указано по Гринвичу).

Но у командира авиагруппы «Йорктауна» капитана 3-го ранга Оскара Педерсона, исполнявшего обязанности диспетчера истребителей ПВО 17-го оперативного соединения, имелся последний козырь в виде опции «звонок другу». Строго говоря, за помощью к своему коллеге, диспетчеру ПВО 16-го ОС капитану 3-го ранга Леонарду Доу он обратился ещё в 11.57, сразу после того, как послал все свои истребители на перехват приближающейся групповой цели. 16-е оперативное соединение в тот момент находилось в 30 милях [55,6 км] к юго-востоку от 17-го и имело в воздухе целых 19 истребителей. 3 из них были из дежурного боевого охранения, почти выработавшими топливо, а остальные срочно подняли в воздух, чтобы полностью освободить палубы для посадки возвращавшихся ударных машин. Капитан 3-го ранга Доу решил отправить все 8 «свежих» истребителей с «Хорнета» на помощь соседу, в то время как восьмёрка с «Энтерпрайза» должна была занять блокирующую позицию на северо-западном направлении на случай, если японские самолёты вдруг повернут к 16-му ОС.

Но, как обычно, «гладко было на бумаге». Из 8 «Уайлдкэтов» с «Хорнета» лишь половина услышала этот приказ и полетела на северо-восток. В район боя они прибыли как-раз во время начавшейся свалки с «Зеро», и одно из звеньев под командованием капитан-лейтенанта Уоррена Форда, пользуясь преимуществом в высоте, сразу же спикировало на тройку японских истребителей. Судя по заявкам пилотов, все три «Зеро в ходе этой атаки были сбиты, что явно было некоторым преувеличением, потому как один из этих «сбитых» вскоре вышел в лобовую атаку набирающему высоту Форду. Обменявшись очередями, самолёты разминулись и начали крутить «ножницы». Японец за счёт гораздо меньшего радиуса виража легко «сел на хвост» своему противнику, и первый в жизни воздушный бой капитан-лейтенанта Форда мог стать последним, если бы не искавший своего командира лейтенант Бэйн из 2-го дивизиона 3-й истребительной, который в свою очередь незамеченным сел на хвост увлёкшемуся атакой японскому пилоту и прицельно расстрелял его бензобаки.

Между тем пятёрка японских пикировщиков, которую не удалось проредить старшему лейтенанту Кроммелину с его ведомым, уже находилась внутри ордера 17-го ОС и именно их выбрало целью второе звено истребителей с «Хорнета» под командованием лейтенанта Джорджа Форманека. Результатом их атаки стали два падающих горящих самолёта, замеченные с находившегося рядом эсминца DD-410 «Хьюз». Однако одним из них был «Уайлдкэт» лейтенанта Стивена Грувза, ведомого Форманека. Он стал единственным американским самолётом, потерянным в этом бою, причём командир звена утверждал, что это был «дружественный огонь» – на выходе из атаки истребитель влетел в разрыв 127-мм зенитного снаряда. Но так или иначе, количество японских пикировщиков с бомбами сократилось до семи.

А на тяжёлом крейсере «Портланд» видели другие части атакующей группы, заходившие с западного и южного направлений. 
(Схема повёрнута на 70° против часовой стрелки).

Роль пресловутой «кавалерии», что прибывает в последний момент и всех спасает, могла сыграть ещё одна четвёрка «Уайлдкэтов», на этот раз из 6-й истребительной «Энтерпрайза». Командир этого дивизиона, капитан-лейтенант Роджер Мели был поставлен на блокирующую позицию на полдороги между 16-м и 17-м оперативными соединениями. Однако вместо того, чтобы нарезать круги в указанном районе, он с каждым новым кругом смещался в сторону «Йорктауна», периодически запрашивая диспетчера, пока, наконец, не получил разрешение присоединиться к веселью. Четыре свежих американских истребителя появились над районм боя в самый последний момент и атаковали всё ту же «бессмертную» группу «Вэлов», которую отделяли от «Йорктауна» уже считанные мили.

Мели вывел свою группу на идеальную позицию для атаки сверху-спереди, взял в прицел головной пикировщик, вышел на дистанцию эффективного поражения, нажал на гашетку и… Пулемёты молчали. Командир дивизиона крикнул по радио «Продолжать атаку!», а сам ушёл в крутой вираж, чтобы освобободить линию огня, а заодно попытаться перегрузкой «оживить» пулемёты. Однако подчинённые не услышали его команды, а кроме того, прямо за их группой начали рваться снаряды очередного залпа корабельных зениток. Пилоты решили, что командир выполняет манёвр уклонения от зенитного огня и вместо атаки дисциплинированно последовали за ним. Времени для второго захода у них уже не было.

К 12.10 последний шанс уничтожить все японские пикировщики был упущен. Семь «Вэлов» уже выходили на точки входа в пикирование. А правильней было бы сказать – целых семь!

Продолжение следует, а желающие поддержать трудовым рублём, баксом или шекелем 🙂 – могут сделать это здесь.

Использованные документы и литература:

1. Fighter Director, Task Force 17, Communication Log, 4 June 1942.
2. Commanding Officer, U.S.S. Astoria (CA-34), Action Report — Sea area North of Midway Island, 4 June 1942. 11 June 1942.
3. Commanding Officer, U.S.S. Hughes (DD-410), Report of Battle with Japanese Aircraft on June 4, 1942. 11 June 1942.
4. Commanding Officer, U.S.S. Hornet (CV-8), Report of Action — 4-6 June 1942, 13 June 1942.
5. Commanding Officer, U.S.S. Yorktown (CV-5), Report of Action for 4 June, 1942 and 6 June, 1942, 18 June 1942.
6. Commander-in-Chief, First Air Fleet, Detailed Battle Report №6, 15 June, 1942.
7. John B. Lundstrom, “The First Team: Pacific Naval Air Combat from Pearl Harbor to Midway”, 1984.

источник: https://midnike.livejournal.com/54038.html

1 комментарий

Оставить ответ

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить