17
9
Пеньковые интриги

Пеньковые интриги

Интересная статья Сергея Махова с сайта WARSPOT.

Содержание:

Победы одерживают не только полководцы на полях сражений, но и государственные мужи на страницах торговых договоров, играя на нуждах своих экономических партнёров. Великобритания традиционно имела потребность в экспортном сырье: древесине, пеньке и железе. Не отставала от неё и Голландия — политическая союзница Англии и её же торговая конкурентка. В годы Северной войны (1700–1721) Пётр I сумел заключить с англичанами неплохую торговую сделку, продав им большую партию пеньки, и одновременно столкнуть их лбами со Швецией, своей главной противницей в долгом конфликте.

Английская нужда

До Северной войны британцы импортировали дерево и пеньку из Норвегии, Польши, Прибалтики, Германии и Швеции. Сами английские купцы чаще всего лесом не занимались: слишком мала была прибыль, колебавшаяся от 7 до 10% с судна водоизмещением 350 т и выше. В Англию лес привозили норвежские, датские, немецкие и шведские купцы. Поляки своё сырьё чаще всего продавали либо англичанам, либо посредникам: их торговый флот был микроскопическим. Но в 1704 году у побережья Англии и Шотландии вовсю развернулись французские корсары, которым к 1707 году фактически удалось организовать блокаду восточного побережья Великобритании. Несмотря на стоны Адмиралтейства, парламент не спешил выделять силы для защиты. Чисто английская прагматичность: грабят-то не английских купцов, а чужих. И эта прагматичность привела к тому, что в следующем году у Англии на складах фактически оказалось не более 3320 лоадов леса (132 800 м³) вместо требуемых 8000–11000 лоадов (320 000–440 000 м³). Англичане попробовали было вывозить древесину из своих колоний в Северной Америке, но этому помешали два обстоятельства.

Спуск на воду корабля на верфи в Дептфорде. Художник Джон Клевели-старший. en.wikipedia.org

Спуск на воду корабля на верфи в Дептфорде. Художник Джон Клевели-старший. en.wikipedia.org

Во-первых, Адмиралтейство забраковало американский лес: он оказался подвержен «сухой гнили» (dry-rot). Это касалось и американского дуба, и американской сосны, что было видно по жёлто-красным проплешинам на коре. Почти весь лес был заражён грибками, питающимися сочными древесными каналами, из-за чего при сушке количество влаги в дереве уменьшалось, а грибки, чтобы эту влагу не упустить, размножались в геометрической прогрессии, выжирая дерево изнутри. Оставалась только красивая внешняя оболочка. Пни по такому бревну — и оно просто рассыплется в труху.

Во-вторых, вывозу сырья из Америки сильно противились колонисты. Они предложили правительству доверить строительство кораблей им, но делали это неумело, из сырого леса, при этом завышали цены, а результат их трудов был недолговечен.

На очередной сессии парламента в 1711 году лорды Адмиралтейства взвыли, уверяя, что им нужен балтийский лес либо дерево, не уступающее ему по качеству. И тут пришёл отчёт посланника в России Чарльза Витворта. Он утверждал, что Россия готова поставлять в Великобританию лес в любых количествах. К этому времени голландцы начали ходить уже не только в Архангельск, но и в Санкт-Петербург, налаживая тесные торговые связи с русскими. Несмотря на военный и политический союз, английские и голландские купцы были злейшими конкурентами, поэтому в головах у британских коммерсантов билась только одна мысль: «Как бы не опоздать!» Ушлые голландцы вовсю вывозили лес с Балтики и мало того, что удовлетворяли свои потребности в кораблестроении, так ещё и перепродавали этот лес англичанам по повышенным ценам.

Таким образом, в Англии осознание того, что с Россией надо не бороться, а сотрудничать, пришло не сверху, а снизу. Купцы уже оценили то, чего до сих пор не поняли британские политики: российские ресурсы — это топливо для английского развития. Вопрос был только в том, когда и правительство Британии начнёт извлекать выгоду для страны из сложившейся ситуации.

К тому же шведский король Карл XII, обиженный на Морские Державы после Полтавы и последующих событий, решил стукнуть Англию и Голландию по самому больному месту — по карману, задрав цены на пеньку и железо. Напомним, что первая покупка английских купцов железа у Демидова состоялась в 1715 году. Чуть ранее, с 1713 года, уральское железо стали покупать голландцы. В 1716 году железо стало стандартной статьёй русского экспорта — и это у страны, которая раньше железо покупала, пусть и в небольших количествах, в той же Швеции.

вернуться к меню ↑

Российские возможности и международные обстоятельства

Вспомним ситуацию до Петра. На 1680 год в России насчитывалось шесть металлургических заводов: Тульский, Каширский, Алексинский, Звенигородский, Олонецкий и Липецкий. Общими усилиями эти предприятия давали в общей сложности 154 000 пудов (2525,6 т) чугуна и 51 000 пудов (836,4 т) железа в год. К этому добавлялись ещё кустарные производители, которые давали примерно 100 000–150 000 пудов (1640–2460 т) чугуна. Для сравнения, Англия производила 12000 т железа в год, а Швеция — 59000 т.

К 1713 году Пётр I уже имел одиннадцать казённых и шесть частных заводов, которые давали 350 000 пудов (5740 т) чугуна и 180 000 пудов (2952 т) железа в год. Эти показатели только росли. К концу царствования Петра Россия давала 815 000 пудов (13 366 т) чугуна и 376 000 пудов (6166 т) железа. К 1725 году Россия и Швеция стали основными поставщиками железа в Англию и Голландию. Таким образом, на конец 1713 года были созданы все предпосылки для торгового, военного и дипломатического союза между Морскими Державами и Россией.

Голландские торговые корабли у побережья Флиссингена. oceansbridge.com

Голландские торговые корабли у побережья Флиссингена. oceansbridge.com

Отметим ещё, что с 1712 года почти все страны на Балтике начали играть не просто в меркантилизм, а в протекционизм. К примеру, Дания с 1715 года ввела почти полный запрет на ввоз иностранных шерсти, шёлка, сахара и других колониальных продуктов. Эта мера совпала с переходом под королевскую руку Датской Ост-Индской компании: она дышала на ладан, и датский монарх надеялся таким способом вдохнуть в неё новую жизнь и обеспечить нормальный сбыт хотя бы в пределах Дании и Норвегии. С 1713 года Пруссия стала назначать квоты на экспорт сырой шерсти, а в 1718 году и вовсе запретила её вывоз, что крепко ударило по голландцам. Ограничив экспорт необработанной шерсти, прусский король одновременно запретил ввоз изделий из неё, что уже шарахнуло по Англии. В 1715 году Швеция начала принимать первые протекционистские законы, запретив или ограничив ввоз табака, чая, кофе, предметов роскоши и т. д., чтобы переориентировать потребителя на свои собственные товары.

В этом плане ко второй половине 1710-х годов Россия и для Голландии, и для Англии виделась не просто перспективным рынком, а вообще средством спасения. Именно поэтому, несмотря на все конфликты в политической сфере, английские и голландские купцы, открывшие для себя новую, балтийскую, Россию, упорно плыли в Петербург, Ригу, Ревель, Пернов и другие порты и закупались товаром доверху, параллельно сбывая продукты производства своих колоний. При этом торговое сальдо складывалось в пользу России и росло весь XVIII век.

И всё же положение России как торгового партнёра Морских Держав было ещё довольно шатким. Здесь главное было не ошибиться, не оборвать строящиеся отношения. Пётр решил эту проблему оригинально.

вернуться к меню ↑

Царская хитрость

Итак, шведский король решил наказать за вероломство Англию, покупавшую в Швеции основной стратегический материал — местную пеньку, которая шла не только на строительство торговых судов, но и Королевского Флота. Зимой 1714–1715 годов Карл XII приказал свезти всю пеньку сначала в Стокгольм, а потом переправить в Карлскруну. Англичане, традиционно покупавшие пеньку в Швеции, в ноябре 1714 года прибыли в Штральзунд, где совершались основные торговые сделки, но их перенаправили в Карлскруну, где король объявил им двойную цену. Сделка сорвалась. Но тут неожиданно Адмиралтейству помог барон Чарльз Витворт, друг Петра I, британский посол и разведчик, резидент герцога Оксфорда.

Сушка конопли для изготовления пеньки. Кентукки, 1840-е годы. hemp-works.ca

Сушка конопли для изготовления пеньки. Кентукки, 1840-е годы. hemp-works.ca

Для начала немного цифр. В 1708 году Георг Датский определил потребность Королевского флота в пеньке — 1800 т в год. При средней цене закупки в 4 фунта за тонну траты на пеньку в год, как несложно посчитать, составляли 7200 фунтов. Однако с началом Северной войны и Войны за испанское наследство цены резко подскочили. Сначала Швеция и Польша, основные поставщики Англии, стали продавать пеньку по 7 фунтов за тонну. К 1709 году цена выросла до 11, а потом и до 14 фунтов. Более того, из-за разорения земель в Польше, Финляндии и Швеции получить нужный объём стало проблематичным. В 1714 году Карл XII назначил вообще заоблачную цену — 22 фунта за тонну.

В начале того же года Пётр I довёл до сведения английских и голландских купцов, что готов продать пеньки больше и гораздо дешевле, нежели Карл XII. Одновременно с этим царь своим указом запретил продавать товары иностранцам через Архангельск. По сути, торговой площадкой России с Морскими Державами осталась только Балтика.

Первым решился заключить контракт Уильям Апстелл, который послал в Санкт-Петербург четыре торговых корабля под командованием шкипера Джо Тейлора. Но все эти суда шведы перехватили и привели в Стокгольм. Короля можно понять: мало того, что бизнес рушат, так ещё и, торгуя с русскими, по сути признают территориальные захваты России, легализуют отобранные Ингрию, Ливонию и Эстляндию. Попытки других английских и голландских купцов прорваться в Петербург также не увенчались успехом. В результате в 1714 году англичане остались без пеньки, и это лето вошло в историю как кризисное — hemp crisis time.

Бухта каната из пеньки. en.wikipedia.org

Бухта каната из пеньки. en.wikipedia.org

Поскольку Пётр I прекратил торговлю с иностранцами в Архангельске, а Карл XII вовсе запретил продажу пеньки предателям-англичанам, надеясь нанести жестокий удар по Роял Неви, англичанам нужно было искать выход из ситуации. И они свой выбор сделали. 23 марта 1714 года отдел снабжения Роял Неви заключил с Россией контракт на поставку 1200 т пеньки (67% всех потребностей в год) по фиксированной цене — 6 фунтов (13 рублей серебром) за тонну. На плечи англичан легла и проблема самовывоза товара с петербургских складов. Пенька обошлась им в 7200 фунтов, плюс 5475 фунтов пришлось отдать за снаряжение конвоя и выплату жалований матросам и офицерам. Итого — 12 675 фунтов. Следовательно, стоимость одной тонны русской пеньки с учётом логистики составила 10 фунтов 12 шиллингов. Конечно, не так дёшево, как хотелось бы, но Карл-то просил 22 фунта, а поляки — 17!

Для того чтобы шведы не перехватили торговые корабли британцев, те снарядили эскорт под командованием адмирала Норриса. Таким образом, Англия де-факто вступила со Швецией в войну на стороне Петра.

Встречаются рассуждения, что доставка могла обойтись и дешевле. Англичане взяли в конвой суда водоизмещением примерно 300–350 т с максимальной осадкой не более 15 футов (4,5 м). Устье Невы и Финский залив мелководны, и на 15 миль (24 км) после устья нет глубин более 20 футов (6 м). В Роял Неви минимальный запас глубины составлял 5 футов (1,5 м), поэтому и взяли корабли с осадкой именно до 15 футов. В первый раз на незнакомом фарватере решили не рисковать и загружали суда до осадки в 12 футов (3,6 м). Пять самых крупнотоннажных судов направились в Ревель, шесть средних судов — в Ригу, которая всё-таки более глубоководна. 48 судов проследовали в Петербург. Остальные 12 кораблей пошли в маленькие русские порты: Выборг, Пернов, Нарву и т. д. Что касается голландцев, шедших вместе с конвоем (71 английское судно и 129 голландских), их мелкосидящие корабли почти в полном составе пошли в Петербург, ибо голландские торговые зерновозы для Балтики с осадкой более 12 футов не строились.

Простейшие станки для плетения канатов из пеньки. commons.wikimedia.org

Простейшие станки для плетения канатов из пеньки. commons.wikimedia.org

Таким образом, в 1715 году в Петербург и Ригу прошёл большой торговый конвой — 200 судов. Он и скупил столь нужную пеньку на корню.

Эта покупка имела далеко идущие последствия. Третий Лорд-Адмирал Чарльз Уоджер на основании заключений мастеров и экспертов по закупкам написал небольшую записку на имя Первого Лорда, где признавал, что привезённая из России пенька гораздо лучше шведской. А ежели она ещё и дешевле, то следует покупать только её и не тратить деньги на закупку этого товара в Швеции.

Итак, Россия вытеснила Швецию в вопросе поставок пеньки и до 1808 года снабжала Англию этим стратегическим товаром. Этой торговой интригой Пётр I втянул Англию в прямую конфронтацию со Швецией, что России было, безусловно, на руку. Что тут скажешь? Виват, Пётр Алексеевич!

источник: https://warspot.ru/14577-penkovye-intrigi

Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
  Подписаться  
Уведомление о
×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить