Опыты Каннингхема: британская палубная авиация в боях у Калабрии и Матапана. Часть 1

0
1

 

История боевых действий палубной авиации во Второй мировой – это, в первую очередь, история войны на Тихом океане. Так, известный советский сборник переводов «Боевое использование авианосцев» содержит описание семнадцати боёв и операций Второй мировой – и только четыре из них имели место на европейском театре военных действий. Подобный подход вполне оправдывается размахом тихоокеанской войны. Тем не менее, первый опыт применения палубной авиации против морского противника получил британский флот в Европе. И если на Тихом океане развивалось искусство дуэлей авианосцев, то в Средиземном море и Атлантике британцы работали над совместным применением артиллерийских кораблей и палубной авиации в борьбе с противником, палубной авиации не имеющим (но зачастую опирающимся на поддержку авиации базовой) [1].

Одним из пионеров новой тактики стал командующий Средиземноморским флотом адмирал Каннигхем. Следует заметить, что летом 1940 г., после того, как Италия вступила в войну, а Франция из войны вышла, единственным неоспоримым преимуществом британцев над итальянским флотом было наличие авианосцев. Соответственно, от эффективности применения палубной авиации во многом зависел успех действий британского флота в целом.

Одновременно необходимо отметить особую стратегическую ситуацию, сложившуюся на Средиземном море – обе стороны были заинтересованы в обеспечении морских перевозок: британцам пришлось снабжать Мальту, в то время как итальянцы оказались перед необходимостью доставки войск и припасов в Северную Африку. Это создавало необходимые предпосылки для классической борьбы за господство на море, ключевым элементом которой всегда считалось «решительное сражение». Адмиралу Каннигхему дважды выпадала возможность нанести крупное поражение итальянцам в морском бою: 9 июля 1940 г. у полуострова Калабрия, и 28 марта 1941 г. у мыса Матапан. В обоих случаях важную роль предстояло играть имевшимся у Каннигхема авианосцам.

1. Предвоенные взгляды на роль авианосцев и корабельной авиации

Без малого четверть века, разделившую Первую и Вторую мировые войны, британский флот прожил под впечатлением Ютланда. Дискуссия о том, какой вид оружия – самолёт, подводная лодка или линейный корабль – будет играть решающую роль в будущей войне, завершилась в пользу линкора. Основным направлением развития тактики королевского флота в межвоенный период стала разработка эффективных методов использования линкоров в решительном сражении. Палубная авиация при этом должна была быть использована для всестороннего обеспечения деятельности линейного флота. Последняя предвоенная редакция боевых инструкций, составленная в марте 1939 г., подводила итог этих разработок.

Британцы осознавали выгоды, полученные ими благодаря тому, что при Ютланде они обнаружили основные силы противника до того, как Шеер узнал о том, что ему угрожает Гранд-Флит в полном составе. В п. 11 боевых инструкций подчёркивалась преимущества стороны, первой обнаружившей противника, и содержалось требование приложить все возможные усилия для того, чтобы получить эти преимущества. Естественно, что наиболее эффективным средством решения такой задачи считался разведывательный самолёт, который так же рассматривался как наиболее «экономичное» средство ведения дневной разведки (п. 141). Главная роль в обнаружении противника отводилась самолётам авианосцев (п. 145). Катапультные самолёты – из-за сложности их возвращения на корабль – не следовало использовать для разведки в том случае, если в распоряжении адмирала имелся авианосец (п. 146). При этом необходимо было минимизировать затраты усилий на разведку, поскольку самолётов у флота никогда не бывает много (п. 147).

Непосредственной организацией авиационной разведки занимался командующий авианосцами, следуя общим директивам командующего флотом (п. 148). Главной задачей разведывательных самолётов был поиск вражеского линейного флота и авианосцев [2] (п. 149), при этом разведка и слежение за противником должны были вестись по возможности скрытно. Для этого рекомендовалось вести наблюдение с максимально возможного расстояния и периодически разрывать визуальный контакт после того, как курс и скорость противника установлены достаточно точно.

Разочарование Ютланда было во многом связано с тем, что немецкий флот смог оторваться от линкоров Гранд-Флита сразу после того, как Шеер понял, что попал в ловушку. В основных положениях боевых инструкций без труда угадывается желание, во что бы то ни стало избежать подобного в будущем, в том числе – за счёт использования авиации. Постулируя важность наступательных действий (п. 1) и необходимость удержания инициативы в бою (п. 2), авторы инструкции обратили особое внимание на меры по поддержанию контакта с противником (сразу два пункта – 5 и 6) и необходимость возможно более полного информирования командующего о ходе боя (п. 7). Соответственно, для решения этих задач предусматривалось использование самолётов слежения (shadowing aircraft) и самолётов наблюдения за боем (action observation aircraft). Задачей последних являлось наблюдение за перемещениями противника в ходе сражения и донесение соответствующей информации до командующего. В целом, разведка была одной из основных функций палубной авиации в ходе сближения с вражеским флотом. После установления первого контакта необходимо было обнаружить все силы противника и обеспечить надёжное слежение за ними для того, чтобы линейный флот мог занять тактически выгодное положение (п. 223).

В ходе сближения линейных флотов палубная авиация должна была атаковать обнаруженные корабли противника. Любопытен порядок выбора целей для атак с воздуха в этой фазе (п. 224). Приоритетными были авианосцы [3], что, безусловно, подчёркивает осознание ценности этих кораблей руководством британского флота. Только в том случае, если противник обладал превосходством в скорости, позволяющим ему уклониться от боя, или не имел авианосцев – целью номер один становились линкоры. Повреждения, полученные ими в результате атак самолётов, должны были заставить быстроходного противника принять нежелательный для него артиллерийский бой.

После того, как надводные корабли устанавливали визуальный контакт, действия авиации определялись следующими инструкциями:

  • — разведывательные полёты прекращались, самолёты, выделенные для этой цели, должны были решать задачи «наблюдения за боем»;
  • — в состав ударных группы включались самолёты, вооружённые торпедами, тяжёлыми или «ныряющими» В-бомбами [4] – эти средства считались единственными эффективными против линкоров и единственными, обеспечивающими решение задачи снижение скорости противника; так же рассматривалась возможность использования самолётов, способных выполнять бомбометание с пикирования;
  • — организацией ударных групп занимался командующий авианосцами, при этом в качестве возможной «опции» рассматривался вылет ударной группы сразу после вылета разведчиков, ещё до обнаружения главных сил противника;
  • — ударные группы должны были атаковать противника как можно раньше, повторные атаки должны были следовать как можно чаще;
  • — в том случае, когда ударная группа обнаруживала линкоры противника раньше, чем авианосцы, последние следовало атаковать только тогда, когда позиция вражеских авианосцев не была точно известна;
  • — истребители должны были бороться с разведчиками и корректировщиками, при отсутствии воздушного противника – атаковать вражеские эсминцы;
  • — катапультные самолёты следовало поднимать в воздух как можно позже, основной их задачей была корректировка артиллерийского огня, дополнительной: наблюдение за боем;
  • — самолёты авианосцев так же могли использоваться для корректировки огня линкоров, хотя стремление британцев к бою на «короткой» (5-10 миль) дистанции делало задачу корректировки артиллерийского огня с воздуха не такой важной.

Важная роль отводилась авианосцам в обеспечении противолодочной обороны флота на переходе морем – соответствующий раздел боевых инструкций открывался описанием действий палубной авиации. Были предусмотрены два типа противолодочных патрулей:

  • — дальний, на расстоянии до 20 миль впереди завесы эсминцев; патрульный самолёт должен был атаковать подводные лодки на поверхности и как минимум заставить их погрузиться до того, как они обнаружат надводные корабли;
  • — ближний, между завесой эсминцев и охраняемыми кораблями; в этом случае задачей самолёта было уничтожение лодки в подводном положении, обнаруженной сонарами эсминцев.

Предполагалось, что дальний патруль является более эффективным. Использование авианосных самолётов для противолодочного патрулирования было желательным, но не обязательным. Использование для тех же целей катапультных самолётов не предполагалось.

Серьёзной помощи в борьбе с воздушной угрозой от авианосцев не ждали. Считалось, что базовые самолёты всегда будут качественно превосходить самолёты палубные (п. 58). Красноречива и последовательность, в которой перечислены средства противодействия воздушной угрозе: «атакам самолётов можно противопоставить артиллерийский огонь, манёвр и патрули истребителей» (п. 61). Из двадцати трёх пунктов раздела, посвящённого ПВО, только один, последний, содержал рекомендации по использованию истребителей.

Отдельный раздел был посвящён защите самих авианосцев на переходе морем. Считалось, что защита от атак с воздуха могла быть обеспечена включением авианосца в колонну линейных кораблей (которые обеспечивали защиту своей зенитной артиллерией) или выделением пары крейсеров с сильным зенитным вооружением. Для противолодочной обороны авианосца, маневрирующего отдельно, считалось необходимым выделить дивизион эсминцев. В том случае, когда дефицит крейсеров и эсминцев требовал совместного маневрирования авианосца и линкоров, первый должен был занимать место в линии сразу за адмиральским кораблём для облегчения взлётно-посадочных операций – командир авианосца должен был информировать адмирала о том, какой курс и скорость необходимы для выполнения взлёта и посадки самолётов, а так же о времени взлёта/посадки самолётов, после чего адмирал выполнял соответствующий манёвр.

В целом авианосец рассматривался как ценная и неотъемлемая часть линейного флота – в разделах, посвящённых «малым операциям», палубная авиация практически не упоминается. При этом ведущая роль линкоров не подвергалась сомнениям. Авианосец был ценным дополнением к линкорам, обеспечивающим поиск и слежение за противником, предварительное ослабление и уменьшение скорости противника, а так же завоевание господства в воздухе и нейтрализацию вражеской палубной авиации.

2. Бой у Калабрии

Бой у Калабрии (или Пунта-Стило, как называют его итальянцы) стал результатом совпадения по времени двух крупных конвойных операций, организованных противниками в начале июля. Итальянцы предприняли первую масштабную переброску войск в Ливию, для прикрытия которой в море вышли практически все наличные силы флота (см. таблицу 1).

Британцы, в свою очередь, собирались вывезти с Мальты беженцев и материалы под прикрытием основных сил Средиземноморского флота (табл. 2). План операции, разработанный штабом Каннигхема, предусматривал раздельное движение трёх отрядов в центральную часть Средиземного моря. К 16.00 9 июля соединения «А», «В» и «С» должны были занять позиции в 60, 100 и 180 милях к востоку от мыса Пассеро (юго-восточная оконечность Сицилии), и в это же время два конвоя (быстроходный с беженцами, тихоходный с материалами) должны были покинуть Мальту в сопровождении 7 эсминцев (2 уже находились на Мальте, ещё 5 должны были быть выделены из соединения «С»). Предполагалось, что вечером 9 июля самолёты «Игла» смогут атаковать итальянские корабли в сицилийском порту Аугуста, а на следующий день была запланирована диверсия в западной части Средиземного моря: самолёты с авианосца «Арк Роял», действующего в составе соединения Н (2 линкора, 1 линейный крейсер, 3 крейсера, 18 эсминцев), должны были атаковать Кальяри на Сардинии.

Авианосец «Игл», имевшийся в распоряжении командующего Средиземноморским флотом, не относился к числу новых и первоклассных кораблей. Перестроенный из корпуса заказанного чилийцами линкора «Аль-миранте Кохрейн», «Игл» вступил в строй в 1924 г. и прошёл модернизацию в 1931-1932 гг. Достаточно крупный (полное водоизмещение превышало 26000 т), «Игл», тем не менее, имел небольшой ангар: штатная авиагруппа корабля летом 1940 г. включала всего 18 торпедоносцев «Суордфиш» [5]. Другим недостатком была невысокая скорость (24,5 узла на сдаточных испытаниях и, вероятно, не более 22-23 узлов в 1940 г.) Во-первых, это создавало проблемы при совместных действиях с линкорами: для подъёма самолётов авианосец должен был двигаться против ветра, и, если при этом он отставал от других кораблей, то восстановить позицию было непросто. Во-вторых, это усложняло взлётно-посадочные операции: при общей длине полётной палубы около 650 футов её полезная длина составляла 550 футов, и для того, чтобы в воздух могли взлететь хотя бы 9 размещённых на палубе «суордфишей» с торпедами (одна эскадрилья), требовался встречный ветер в 4-5 узлов. В штиль число самолётов, которые могли стартовать с «Игла» за один приём, было меньше.

Адмиралтейство здраво оценивало возможности корабля: первые шесть месяцев войны авианосец провёл на второстепенном направлении, в Индийском океане, занимаясь поиском немецких рейдеров в компании крейсеров «Корнуолл» и «Дорсетшир». Пилоты 813-й и 824-й эскадрилий получили практику в разведывательных полётах и противолодочном патрулировании, однако опыта действий против боевых кораблей в открытом море у них не было.

В апреле 1940 г., с началом Норвежской операции, ситуация изменилась. Адмиралтейство отозвало в воды метрополии находившийся ранее в Средиземном море «Глориес», заменить его пришлось «Иглу». Авианосец прибыл в Александрию 27 мая 1940 г. Спустя две недели в войну вступила Италия: боевые действия на Средиземном море начались. В июне «Игл» совершил три выхода в море. В последний день месяца, когда флот Каннигхема возвращался из похода в Эгейское море, самолёт 824-й эскадрильи обнаружил и атаковал итальянскую подводную лодку.

Более серьёзный опыт получила 813-я эскадрилья. 5 июля она была переброшена на аэродром Сиди Барани, и той же ночью «суордфиши» нанесли удар по итальянским кораблям и судам в Торбруке: семь из девяти самолётов сумели сбросить торпеды в гавани, итальянцы потеряли эсминец «Зеффиро» и транспорт «Манцони» потопленными, эсминец «Эуро» и транспорты «Серенитас» и «Лигурия» поврежденными. Британцы потерь не понесли.

2.1 Действия 6-8 июля

Развёртывание итальянских сил началось вечером 6 июля. Из Неаполя вышли в море транспорты с войсками в сопровождении 2 крейсеров, 4 эсминцев и 4 миноносцев. Ещё один транспорт в сопровождении пары миноносцев вышел из Катаньи на следующий день и присоединился к конвою уже в пути. Остальные силы, обеспечивающие дальнее прикрытие конвоя, так же покинули базы 7 июля.

Тем же вечером отправились в поход британцы. Уже после выхода в море соединения «С» самолёты 813-й эскадрильи вернулись на «Игл» из береговой командировки. На борту авианосца, помимо 18 штатных «суордфишей», находились 3 разобранных истребителя «Си Гладиатор». Пилотировать их должны были лётчики торпедоносцев из числа тех, кто раньше имел опыт полётов на истребителях – соответственно, использовать истребители можно было только за счёт сокращения числа «активных» «суордфишей».

В 23.39 эсминец «Хасти» обнаружил и атаковал подводную лодку, около 01.00 – ещё одну. Атаки не увенчалась успехом, а итальянцы получили первое сообщение о выходе британского флота в море.

В 06.40 8 июля очередная итальянская субмарина попалась на глаза экипажу самолёта 824-й эскадрильи. Англичане заметили противника на расстоянии около 5 миль и начал сближение с целью со стороны солнца. Когда дистанция уменьшилась до 0,5 миль, у лейтенанта Тачборна возникли сомнения в принадлежности подводной лодки: он был уверен в том, что его самолёт замечен, но подводная лодка не погружалась. После того, как Тачборн подал опознавательный сигнал, итальянцы всё-таки решили уйти под воду. Прежде, чем это им удалось, самолёт сбросил 6 100-фунтовых бомб, из которых взорвались только четыре, ближайшая в нескольких метрах от борта подводной лодки, которая вскоре после этого ушла под воду. Тачборн обстрелял из пулемёта уже погрузившийся корабль – по его оценке, корпус был виден на глубине 10 футов – сбросил в районе контакта дымовую шашку и вернулся на авианосец. Первое столкновение самолётов «Игла» с кораблями противника закончилось безрезультатно.

В 08.07 на «Уорспайте» приняли сообщение британской подводной лодки «Феникс». В нём говорилось о том, что «Феникс» в 05.15 обнаружила и атаковала – безрезультатно – силы противника в составе 2 линкоров и 4 эсминцев, двигавшиеся на юг в точке 35° 36' N, 18° 28' Е – примерно в 200 милях к юго-востоку от м. Пунта-Стило, на таком же расстоянии к северу от Бенгази, и в 400 милях к западу от «Уорспайта».

Информации, поступавшей от подводных лодок, было недостаточно для изменения планов обеих сторон. Итальянцы, после успешного прибытия конвоя в Тобрук, между 14.30 и 15.20 легли на обратный курс. Каннигхем, в свою очередь, приказав начальнику ВМБ Мальты вице-адмиралу Форду организовать поиск противника силами летающих лодок «Сандерленд» 201-й авиагруппы, продолжал движение курсом 305° со скоростью 20 узлов.

По пути Средиземноморский флот развлекали итальянские бомбардировщики: британцы насчитали 18 атак -на соединения «А» 5 налётов, «В» 7 налётов и «С» 6 налётов. В действительности, итальянцы выслали к цели 72 бомбардировщика в 13 отдельных группах (23 S.79 и 11 S.81 из числа базировавшихся на Родосе, 38 S.79 с авиабаз в районе Тобрука). Самолёты сбросили 102 250-кг и 331 100-кг бомбу. Атаки продолжались с 10.23 до 18.37, единственное попадание во время последнего налёта получил «Глостер»: бомба взорвалась на компасной платформе носовой надстройки, 18 человек (в том числе командир корабля и ещё 6 офицеров) были убиты, 9 (3 офицера) ранены, управление кораблём пришлось перенести на кормовой мостик.

Несколько ранее, в 15.57, Каннигхем получил новую информацию: в 15.00 летающая лодка с Мальты обнаружила 2 линкора, 6 крейсеров и 7 эсминцев примерно в 60 милях от Бенгази, курсом на север. В 16.30 тот же самолёт сообщил, что итальянцы движутся курсом 70° со скоростью 20 узлов. Чуть позже «Сандерленд» вынужден был прекратить слежение и вернуться на базу. Каннигхем решил попытаться перехватить итальянские корабли. В соответствии с новым планом три британских соединения должны были к 06.00 9 июля сосредоточиться в 45 милях к югу от острова Занте (точка рандеву 36° 55' N, 20° 30' Е), в 220 милях к востоку-юго-востоку от м. Пунта-Стило. В то же время мальтийские «сандерленды», «суордфиши» с «Игла» и 2 подводные лодки должны были заняться поиском противника. Ночью главные силы (соединения «В» и «С») двигались курсом 310° со скоростью 20 узлов. Крейсера следовали юго-западнее.

Итальянцы, в свою очередь, оценив обстановку, решили принять бой у родных берегов – в том случае, если бы Каннигхем решил к ним приблизиться. Рандеву многочисленных итальянских дивизий было назначено на 14.00 в точке 37° 40' N, 17° 20' Е (примерно в 60 милях к юго-востоку от м. Пунта-Стило).

2.2 Поиск противника утром 9 июля

В соответствии с планом «Игл» начал взлётно-посадочные операции перед рассветом 9 июля [6]. Северо-западный – встречный – ветер скоростью в 6 узлов позволял поднимать и принимать самолёты, практически не меняя курса и сохраняя место в строю. В 04.40 в воздух поднялись 4 «суордфиша»: один для ближнего противолодочного патруля, и три – для разведки в секторе 180°-300° на глубину 60 миль. Итальянцы находились дальше к северо-западу, и поиск не дал результатов. В 06.08 «Игл» выполнил вторую серию операций: сменил самолёт ближнего противолодочного патруля; поднял в воздух самолёт дальнего противолодочного патруля и принял вернувшиеся разведчики.

К этому времени силы Средиземноморского флота сосредоточились в назначенной вечером 8 июля позиции. Не имея информации об итальянцах, Каннингхем изменил курс с 310° – в направлении Таранто – на 260°, к Мальте. Соединение «А» заняло позицию в 8 милях впереди «Уорспайта», соединение «С» – в 8 милях позади. Скорость была уменьшена до 15 узлов. По видимому, к этому времени Каниннгхем потерял надежду поймать противника.

Ситуация изменилась спустя полтора часа. В 07.32 летающая лодка L.5807 с Мальты передала первое сообщение об итальянцах: 2 линкора, 4 крейсера и 10 эсминцев в точке 37° 14' N, 16° 51' Е (фактически итальянцы находились на несколько десятков миль восточнее). В следующие 30 минут экипаж разведчика отправил Каннигхему ещё два сообщения (табл. 3), из которых следовало, что в 08.05 противник находился на расстоянии 145 миль от «Уорспайта» по пеленгу 280°. В 08.10 Каннигхем приказал лечь на курс 305°, и увеличить скорость до 18 узлов.

Придхем-Уиппел тем временем распорядился подготовить новую группу разведчиков. В 08.58 «Игл» поднял в воздух 3 «суордфиша» с заданием провести разведку на максимальную глубину в секторе 260-300°. Тогда же авианосец сменил самолёт ближнего противолодочного патруля, и принял самолёт дальнего противолодочного патруля.

Не дожидаясь новых сведений, в 09.05 Каннигхем приказал разместить на палубе «Иглу» подготовить ударную группу – к 09.45 на палубе авианосца разместили 9 «суорд-фишей» 824-й эскадрильи. Однако летающая лодка L.5807 потеряла контакт, а разведчики «Игла» ещё не обнаружили противника.

Только в 11.00, после нескольких невнятных сообщений, самолёт Duty D выдал в эфир «первое в истории флотской авиации сообщение о вражеском линейном флоте». В 11.15 летающая лодка L.5807 снова нашла итальянцев. Разница в определении положения противника палубным и базовыми разведчиками составляла порядка 50 миль. Каннигхем предпочёл поверить «своим» – по его мнению, ошибся именно «Сандерленд», «сместивший» итальянцев к западу. Каннингхем был прав.

В то же время командир «Игла», кэптен Бридж, внимательно следивший за радиообменом, решил подготовить к взлёту пару самолётов слежения с тем, чтобы прояснить обстановку. На палубу начали поднимать новую партию «суордфишей», однако в 11.35 поступило приказание Каннигхема выслать ударную группу. Разведчики пришлось прятать в ангар, в итоге взлёт «страйка» удалось начать только в 11.45. Тогда же была выполнена очередная смена ближнего противолодочного патруля.

2.3 Первая атака торпедоносцев

Итальянцы утром 9 июля обнаружить противника не смогли. Воздушная разведка велась в предположении, что британский флот направляется к Мальте, поэтому самолёты прочёсывали море к югу от кораблей Каннигхема. Поиск, выполненный крейсерами 1-й и 3-й дивизий, так же не дал результата. К 11.00 Кампиони ещё не собрал все свои силы. Однако он не хотел отказываться от возможности дать бой противнику. В 11.25, находясь в нескольких десятках миль от побережья Калабрии, Кампиони решил резко изменить курс, и двинулся почти строго на юг, ожидая противника. Этот манёвр позволил итальянцам на время оторваться от британских самолётов-разведчиков.

Между тем, 824-я эскадрилья собралась в воздухе и в 11.50 легла на боевой курс. Командир группы, лейтенант-коммандер Дебенхем получил следующие вводные: в 12.00 противник будет двигаться на север, находясь расстоянии 90 миль от «Уорспайта» по пеленгу 296°. «Суордфиши» набрали высоту 11000 футов и полетели прямо к указанной точке.

В 12.26 824-я эскадрилья легла на курс 316° с тем, чтобы перехватить противника к северу и избежать контакта с отрядом крейсеров к востоку от линкоров. В 12.30 Дебенхем заметил большую группу кораблей слева по носу.

В 12.35 пеленг на противника – 251°, курс – «видимо, на юг». Командир группы не видел линкоров, а поэтому продолжал движение к северу до 12.52 – после чего предположил (правильно) что итальянский флот повернул к югу. Дебенхем решил обойти противника с правого борта и атаковать с запада, со стороны Калабрии, в надежде, что итальянцы примут «суордфиши» за свои самолёты.

В 13.15 британцы находились справа сзади 2-й эскадры итальянского флота. По рапорту Дебенхема, строй противника выглядел следующим образом: 

«заметил 4 корабля, видимо, крейсера, в кильватерной колонне, за ними, несколько сзади, 2 более крупных корабля, курсом на юг, скорость оценочно 20 узлов. Эту группу сопровождали 5 эсминцев с правого борта и 4-с левого. Слева впереди от них к западу поворачивали ещё примерно 6 кораблей, видимо, крейсеров, в сопровождении 4 эсминцев; другие корабли, опознать которые не удалось, находились дальше к югу».

В этот момент итальянский флот двигался почти строго на юг в строю из пяти колонн. Центральную позицию занимали линкоры Кампиони, к северо-западу от них находились тяжёлые крейсера Паладини – их-то и заметил Дебенхем – а на флангах расположились дивизии лёгких крейсеров. Группе «Игла» не хватило совсем чуть-чуть для того, чтобы обнаружить главную силу итальянского флота.

Дебенхэм решил атаковать «немедленно» – это позволяло выполнить выход на цель с попутным ветром и сохранить, как наделся командир 824-й эскадрильи, элемент внезапности. Целью был назначен концевой корабль ближайшей группы – «Больцано». Широко распространено мнение, что британцы приняли итальянские тяжёлые крейсера за линкоры, однако командир ударной группы не был категоричен: он отметил, что концевая пара была крупнее остальных, что корабли имели «форштевень линкоров», однако их скорость и маневрирование указывали на то, что это были крейсера. Заметим, что «Тренто» и «Больцано» действительно были несколько длиннее кораблей типа «Пола», возглавлявших колонну, так что командир 824-й эскадрильи был скорее прав в своих оценках.

Летом 1940 г. зенитное вооружение итальянских тяжёлых крейсеров включало 6×2 100-мм универсальных орудий, 4×2 37-мм автомата и 4×2 13,2-мм пулемёта. Шесть кораблей, идущих в едином строю, могли встретить самолёты, атакующие с одного из бортов, достаточно сильным зенитным огнём. На деле эффективность стрельбы итальянцев оказалось нулевой. Они открыли огонь из 100-мм зениток в тот момент, когда «суордфиши» снизились до 6000 футов. Разрывы снарядов Дебенхем оценил как трёхдюймовые, причём стрельба противника, по его мнению, была слишком неточной, чтобы представлять угрозу. Когда расстояние уменьшилось до 2 миль, в дело включились зенитные автоматы и пулемёты, но и это не произвело сильного впечатления на атакующих.

Лидер третьего звена сломал строй и, опередив другие самолёты, первым сбросил торпеду – с курсового угла 70° правого борта, с расстояния в 1100 ярдов. Уклоняясь от атаки, «Больцано» повернул влево. Поэтому три самолёта первого звена атаковали противника уже с левого борта, сбросив торпеды на расстоянии в 1000-1200 ярдов: две почти на траверзе и одну с кормовых курсовых углов. Самолёты второго звена сбросили торпеды с несколько меньшей дистанции (лидер – с 800 ярдов), с курсовых углов 90-100° и, так же как и самолёты первого звена, практически одновременно. «Больцано» избежал попаданий.

Два самолёта третьего звена отстали, и выбрали другие цели. Один безуспешно атаковал второй с конца корабль («Тренто» под флагом командира 3-й дивизии контр-адмирала Каттанео), когда тот поворачивл вправо. Другой же, пройдя вдоль линии эсминцев, атаковал головной крейсер – «Пола», флагман командующего 2-й эскадрой вице-адмирала Палладини – с расстояния в 800 ярдов, сбросив торпеду на носовых курсовых углах – однако и это не принесло успеха. Самолёты «Игла» выходили из атаки на высоте 100 футов. Поскольку корабли противоборствующих флотов за время полёта группы Дебенхема успели сблизиться, 824-я эскадрилья уже в 14.00 барражировала над родным авианосцам, ожидая разрешения на посадку.

2.4 Поиск противника до контакта главных сил

В 12.15 с «Игла», наконец, взлетела пара самолётов слежения. Они получили задание обследовать сектор 295°-307° на глубину 60 миль. В то же время (12.15-12.20) летающая лодка L.5803 передала два сообщения о крейсерах и эсминцах противника, однако новой информации о положении линкоров не было. В 12.35 на «Игл» сел разведчик Duty D, видевший главные итальянские силы, однако в беседе с командиром корабля пилот не мог сказать уверенно, какое именно из двух замеченных им соединений действительно включало линкоры.

Адмирал Каннигхем едва ли мог быть удовлетворён результатами разведки. Британцы продолжали движение курсом 320°, в полдень «Уорспайт» находился в точке 37° 30' N., 18° 40' Е – расстояние до места последнего контакта с итальянскими линкорами составляло около 90 миль. Если противник по-прежнему шёл на север, то перехватить его было невозможно, оставалась только надежда на атаку торпедоносцев.

Атака, как мы знаем, не удалась. Однако в 13.30 пришло другое ободряющее известие: «суордфиш» доложил, что в секторе 291°-334° на расстоянии 60 миль противника нет. На основании этого сообщения Каннигхем пришёл к выводу, что около 12.00 итальянские линкоры повернули на юг, и силы Кампиони сосредотачиваются в точке 37° 45' N, 17° 20' Е. Через десять минут летающая лодка L.9020 наконец-то сообщила о 3 линкорах и большом количестве крейсеров и эсминцев в точке 37° 58' N, 17° 55' Е – то есть в 30 милях к северо-востоку от расчётной точки. Противник следовал курсом 220° и находился к юго-западу от британцев. Таким образом, промежуточная задача – отрезать итальянцев от Таранто – была решена. В 14.00 Каннигхем приказал повернуть строго на запад.

После этого от разведчиков поступило ещё несколько сообщений, наиболее важным из которых оказалось донесение самолёта L.9020 – в 14.15 он доложил, что итальянцы движутся курсом 020° со скоростью 18 узлов.

Кампиони повернул к северу около 14.00, через полчаса после первого донесения авиаразведки, в 13.30 нашедшей, наконец, силы Каннигхема. Итальянский командующий предполагал, что британский флот находится примерно в 80 милях к северо-востоку от его сил. Соответственно, Кампиони приказал своим силам лечь на курс 10° и увеличить скорость до 25 узлов. В 14.15 Кампиони приказал 6 лёгким крейсерам 4-й, 7-й и 8-й дивизий поднять в воздух корабельные разведчики Ro.43, которые заметили противника около 14.30. Спустя 20-25 минут визуальный контакт установили надводные корабли: друг друга обнаружили крейсера Тови и 8-я дивизия.

2.5 Вторая атака торпедоносцев

«Игл» закончил приём самолётов 824-й эскадрильи в 14.34, и команда авианосца сразу приступила к вооружению и заправке торпедоносцев. В 14.57 Придхем-Уиппел приказал «Иглу» маневрировать отдельно от линкоров, выделив для его охраны пару эсминцев. Кэптен Бридж решил занять позицию в 10 милях к востоку от «Уорспайта» – в пределах визуальной связи и, в то же время, в относительной безопасности. Каннигхем, в свою очередь, приказал «Глостеру» присоединиться к «Иглу», посчитав участие в артиллерийском бою повреждённого крейсера рискованным (по рапорту Бриджа, «Глостер» занял позицию рядом с авианосцем примерно через час, в 15.57).

Бой начался, по разным данным, в 15.14-15.18, с перестрелки между соединением «А» и оказавшимися ближе других к противнику «Гарибальди» и «Абруцци». В 15.26 к делу подключился «Уорспайт», так же обстрелявший крейсера 8-й дивизии. По мнению Каннигхема, противник собирался атаковать «Игл» (находившийся на расстоянии всего 25 миль от итальянцев), и флагманский линкор в 15.33-15.36 «выделил» по 4 залпа каждому из крейсеров 8-й дивизии. После этого «Гарибальди» и «Абруцци» отвернули под прикрытием дымовой завесы эсминцев 8-го дивизиона. Бой временно прекратился.

На «Игле» в это время заканчивалась подготовка новой ударной группы и инструктаж пилотов. Получив задание атаковать два итальянских линкора в 20 милях к западу от «Уорспайта», «суордфиши» 824-й эскадрильи начали взлёт в 15.39 и легли на боевой курс в 15.45. После этого «Игл» принял на борт самолёт ближнего противолодочного патруля. Начавшееся сражение требовало максимального напряжения сил, поэтому командир авианосца решил не поднимать в воздух новый самолёт ПЛО, о чём и проинформировал контр-адмирала Придхем-Уиппела.

Выход второй ударной группы на цель совпал с кульминацией артиллерийского боя: в 15.48 итальянские линкоры открыли огонь по «Уорспайту», британский флагман ответил противнику спустя 5 минут. Около 16.00 15-дюймовый снаряд британского флагмана, находившегося на расстоянии 13 миль от цели, попал в «Джулио Чезаре». Скорость итальянского линкора упала с 26 до 18 узлов – Кампиони тут же приказал линкорам повернуть на юго-запад, а крейсерам и эсминцам прикрыть отход дымовой завесой.

В это время оба итальянских линкора должны были быть видны с самолётов – по британским данным, «Уорспайт» потерял из виду «Чезаре» и «Дуилио» только в 16.04. Однако, как отметил в своём донесении Дебенхем, «два корабля к югу, поначалу показавшиеся линкорами, были очевидно слишком малы». На самом деле, это, вероятно, и были «Джулио Чезаре» и «Конте ди Кавур», ещё не успевшие спрятаться за дымом. Так или иначе, командир ударной группы выбрал целью головной – и самый крупный корабль в колонне тяжёлых крейсеров. Это был… «Больцано», возглавивший строй 1-й и 3-й итальянских дивизий после поворотов «все вдруг».

Итальянская зенитная артиллерия открыла огонь по приближавшимся на высоте 6000 футов торпедоносцам с расстояния в 4-5 миль. Стрельба противника, по мнению Дебенхема, «немного тревожила», но не была серьёзной помехой. В рапорте он отметил, что при атаках на итальянские корабли можно смело сближаться до дистанции в 800 ярдов, не рискуя серьёзными повреждениями.

На этот раз все 9 торпедоносцев атаковали назначенную цель, торпеды были сброшены на носовых курсовых углах цели с небольшими интервалами, при этом минимальная дистанция составила 800 ярдов. Сразу несколько пилотов посчитали, что одна из торпед попала в цель – однако на самом деле «Больцано» успешно уклонился от атаки. Около 16.10 по крейсеру стрелял «Уорспайт», и замеченные пилотами «суордфишей» «столбы воды», «клубы дыма» и другие признаки торпедного попадания могли быть результатом близких разрывов 381-мм снарядов.

Таким образом, вторая атака британских торпедоносцев оказалась так же безрезультатна, как и первая – впрочем, и итальянским зенитчикам не удалось добиться успеха.

2.6 Завершающие операции

В соответствии с тактическими инструкциями, перед началом артиллерийского боя Каннигхем приказал поднять в воздух катапультный «суордфиш» «Уорспайта» – для «наблюдения за боем». Первая попытка провалилась: размещённый на катпульте «суордфиш» повредил очередной залп башни X. Самолёт пришлось выбросить за борт, и только в 15.48 в воздух взлетел второй «суордфиш» флагмана (Duty Q). Спустя десять минут «Игл» поднял в воздух корректировщик для «Роял Соверена» – это был последний взлетевший в тот день британский самолёт.

То, что казалось многообещащим началом, на деле стало развязкой: под прикрытием дымовых завес и атак эсминцев итальянцы успешно оторвались от противника. Линкоры пропали из виду в 16.04, крейсера – в 16.20. К моменту, когда кэптен Бридж принял решение подготовить третью ударную группу (16.30), продолжались только спорадические перестрелки между британскими кораблями и итальянскими эсминцами, мелькавшими в разрывах дымовой завесы. Подъём очередной партии авиаторпед из погребов затянулся. Между тем, в 16.41 итальянские корабли окончательно пропали из виду, а над полем боя наконец-то появились итальянские самолёты, отбомбившиеся по «Уорспайту». Каннигхем, опираясь на данные радиоперехвата, не решился идти сквозь дымовую завесу, и предпочёл обойти «экран» с севера. В 17.00 британские эсминцы смогли заглянуть за ширму, но не обнаружили противника.

Каннигхем лёг на курс на курс 270° – эсминцы впереди линкоров, крейсера Тови к северу от главных сил. В 17.05 на «Игл» вернулись торпедоносцы 824-й эскадрильи. В 17.15 итальянские бомбардировщики снова атаковали флагманский корабль. В 17.35, на основе сообщений державшего контакт Duty Q о том, что итальянцы отходят в направлении Мессины и Аугусты, Каннигхем приказал двигаться курсом 200°. В это же время «Уорспайт» снова атаковали бомбардировщики, а в 17.43 их целью стал «Игл». Противник не выказывал намерения возобновить сражения, однако вместо того, чтобы приказать палубным торпедоносцам атаковать итальянцев, командующий Средиземноморским флотом в 17.50 отдал общий приказ на возвращение всех самолётов – до заката оставалось более 2,5 часов.

В 18.13, спустя несколько минут после очередной атаки бомбардировщиков, «Игл» посадил вторую пару самолётов слежения (взлетели между 14.00 и 16.00, точное время неизвестно) и корректировщик «Роял Соверена». В 18.23 и 18.26 итальянцы снова бомбили «Уорспайт» и «Игл» соответственно. В 18.30 Каннигхем убедился в том, что не сможет догнать противника, и британцы повернули на курс 160°, для того, чтобы увеличить расстояние до итальянских авиабаз. После этого последовали ещё три налёта итальянской авиации: всего итальянские бомбардировщики совершили 126 вылетов (76 атаковали британские, 50 – свои корабли) и сбросили 8 500-кг, 236 250-кг и 270 100-кг бомб. Флагманский «суордфиш» наблюдал две «дружественные бомбардировки» кораблей Капиони, в 17.05 и 18.57. В 19.05, более чем через 3 часа после взлёта, самолёт Duty Q передал последнее сообщение о положении противника. В 19.30 британцы изменили курс на 130°, а уже после заката, в 21.15, двинулись к Мальте.

2.7 Итоги

В своём рапорте Каннигхем в целом высоко оценил действия «Игла» в операции МА5, чему во многом способствовала успешная атака самолётов 813-й эскадрильи на итальянскую базу Аугуста, выполненная вечером 10 июля (в гавани были потоплены эсминец и транспорт). Кроме того, командующий флотом отметил интенсивную работу палубной авиации, в том числе в бою 9 июля, равно как и успехи палубных «Гладиаторов» (их использовали уже на обратном пути, причём пилоты заявили о четырёх-пяти сбитых самолётах – реально были уничтожены, видимо, два итальянских бомбардировщика).

В то же время Каннигхем назвал разочарованием результаты торпедных атак – несмотря даже на то, что, по его мнению, одна торпеда всё-таки попала в крейсер. Основной причиной неудачи Каннигхем назвал недостаток боевого опыта и отсутствие практики атак скоростных целей в открытом море.

С такой оценкой можно согласиться, равно как и нельзя не признать, что авиагруппа «Игла» имела ограниченные возможности – как по количеству, так и по качеству палубных самолётов. Тем не менее, в действиях британцев можно отметить ряд недостатков.

Пожалуй, наиболее сомнительным выглядит утренний поиск. Отнюдь не оптимальными кажутся ни направление (180°-300°), ни глубина (60 миль) разведки, ни число поднятых в воздух самолётов (3). Обнаружить итальянцев разведчики могли только в том случае, если бы Кампиони двигался к берегам Греции. Возможно, Каннигхема ввело в заблуждение сообщение о том, что в 16.30 8 июля итальянцы повернули на курс 70°. Тем не менее, основное предположение командующего Средиземноморским флотом состояло в том, что противник идёт в Таранто. В таком случае он мог ожидать найти итальянцев примерно в 100-120 милях к востоку-северо-востоку от позиции, которую занимал в 04.40, в момент старта самолётов-разведчиков. Соответствующим образом, вероятно, следовало выбрать и направление, и глубину поиска. Теоретически на разведку можно было отправить вдвое больше самолётов, однако командир «Игла», по-видимому, «зарезервировал» три «суордфиша» для использования в качестве самолётов слежения после обнаружения противника; ещё три самолёта требовались для поддержания противолодочного патруля; наконец, девять самолётов 824-й эскадрильи должны были быть использованы для атаки обнаруженного противника.

Вторая группа разведчиков взлетела в 08.58 – почти через 3 часа после возращения первой группы, и через 1,5 часа после первого сообщения мальтийского «Сандерленда» о позиции итальянцев. Трудно сказать, чем была вызвана такая задержка – скорее всего, Придхем-Уиппел не хотел сворачивать с выбранного в 06.00 генерального курса 260° (движение против ветра подразумевало поворот на курс 300-320°).

Раннее обнаружение кораблей Кампиони имело критически важное значение для британцев, как с точки зрения общего замысла (Каннигхем считал, что итальянцы отходят к Таранто), так и в связи с тем, что «Игл» имел на борту сравнительно немного самолётов – компенсировать это можно было только увеличением числа атак. Между тем, неудачный утренний поиск привёл к тому, что от момента потенциально возможного обнаружения итальянцев (около 06.00) до первого контакта прошло 1,5 часа, до подтверждения контакта палубными самолётами – более 5 часов. При этом поднять в воздух первую ударную группу «по готовности» (в 09.45), до получения результатов разведки, ни Каннигхем, ни Придхем-Уиппел не решились.

Заканчивая разговор о разведке, можно так же отметить доктринальные проблемы британского флота. Несмотря на то, что составители боевых инструкций осознавали проблему дефицита палубных самолётов, они, как было уже сказано выше, отнюдь не рекомендовали использовать катапультные самолёты для разведки в том случае, когда в распоряжении адмирала имелся авианосец. Между тем, у Каннигхема имелся значительный ресурс: так, 21 июня 1940 г., при обстреле Бардии, британский флот поднял в воздух сразу 7 катапультных гидросамолётов – 4 «суордфиша» с линкоров, 1 «валрус» и 2 «сифокса» с крейсеров. Таким образом, применение катапультных самолётов для разведки (так, как это делали, скажем, японцы, причём при наличии на порядок большего числа палубных самолётов) могло разгрузить «Игл» – что, в свою очередь, позволяло усилить ударные группы.

Переходя к обсуждению торпедных атак, для начала следует отметить, что в сложившейся 9 июля ситуации целый ряд обстоятельств был в пользу британцев: отсутствие истребительного прикрытия цели, неэффективность и слабость зенитных огневых средств итальянских кораблей (многие эсминцы имели на вооружении только 13,2-мм зенитные пулемёты), небольшое расстояние до цели (90 миль в первой атаке, 30 миль – во второй), наконец, хорошая погода. Тем не менее, успеха «суордфиши» не добились. Основной причиной, вероятно, можно считать то, что в обоих случаях они атаковали быстроходные крейсера – цель куда как более сложную, по сравнению с линкорами. Однако если в первом случае решение лейтенанта Дебенхема можно считать оправданным, то во втором стоит отметить недостаточную настойчивость в действиях. Командир группы имел почти точные данные о положении назначенной ему цели (пара линкоров в 20 милях к востоку от «Уорспайта») и большой запас топлива (цель была всего 30 миль от авианосца) для дополнительного поиска, однако, не заметив сразу линкоры Кампиони, Дебенхем решил выбрать для атаки крейсера Паладини.

Ответственность за то, что не удалось выполнить третью атаку, можно, видимо, разделить между кэптеном Бойдом и Каннигхемом. Командир «Игла» принял решение подготовить новую атаку только в 16.30. До этого момента на борту просто не было достаточного числа самолётов (к 16.30 имелось шесть «суордфишей»), однако не было их, в том числе, из-за решения выслать вторую пару самолётов слежения и корректировщик для «Роял Соверена». Командующий Средиземноморским флотом, в свою очередь, приказал отозвать самолёты в 17.50, несмотря на то, что до заката оставалось 2,5 часа, итальянцы находились в пределах досягаемости «суордфишей», на «Игле» была закончена подготовка 6 торпедоносцев, а передвижения противника отслеживал флагманский наблюдатель с Duty Q. У Каннигхема, вероятно, имелись свои резоны – он, видимо, не хотел менять курс для подъёма самолётов, и чувствовал себя неуверенно под атаками итальянских бомбардировщиков. В любом случае, возможность нанести третий удар имелась, и была упущена.

Источники

  1. ADM 239/261: (С.В.04027) The Fighting Instructions, 1939. – Доступно по адресу: http://www.hmshood.org.uk/reference/official/adm239/adm239-261_lntro.html
  2. Патянин С.В. Проклятые линкоры. «Цезарь», ставший «Новороссийском». – М.:Яуза:ЭКСМО. – 2011.
  3. Naval Staff History. Second World War. Selected Operations (Mediterranean), 1940. Battle Summaries Nos. 2, 8, 9 & 10. – Historical Section, Admiralty, London. – 1957.
  4. THE FLEET AIR ARM IN THE SECOND WORLD WAR. VOLUME I. 1939-1941. Norway, the Mediterranean and the Bismarck, ed. Jones B. -Ashgate Publishing Ltd., Farnham. – 2012.
  5. Brown D. HMS Eagle. Warship Profile, №35. – Profile Publications, London. – 1973.
  6. Greene J., Massignani A. The Naval War in the Mediterranean 1940-1943. – Chatam Publishing, London. – 2011.
  7. Смит П.Ч. Бой неизбежен // Первые залпы британского флота. – М.:АСТ. – 2004.
  8. Ando Е., Bargoni F., Gay F. Corazzate classe Conte di Cavour // Orizzonte Mare. Nave italiane della 2a guerra mondiale. Vol. 1. – Roma: Edizioni Bizzari. – 1972.
  9. Report of an action with Italian fleet off Calabria, 9th july 1904. // Supplement to the London Gazette of Tuesday, the 27th of April, 1948. – Доступно по адресу http://www. ibiblio.org/hyperwar/UN/UK/LondonGazette/38273.pdf
  10. Брагадин M.A. Итальянский флот во Второй Мировой войне. — М.: ACT. – 2000.
  11. Пак С. Бой у Матапана // Битва за Средиземное море. Взгляд победителей. – М.: ACT. – 2001.
  12. Dark Seas. The Battle of Cape Matapan. – University of Plymouth Press, Plymouth. – 2012.
  13. Малов А.А., Пятнин С.В. Суперлинкоры Муссолини. – М.: Эксмо: Яуза: Коллекция. – 2010.
  14. Mattioli М. Savoia-Marchetti S.79 Sparviero torpedo-bomber units// Osprey Combat Aircraft 106. – Osprey Publishing, 2014.
  15. Shores C., Cull B., Malizia N. Air war for Yugoslavia, Greece and Crete: 1940-41. – Grub Stereet, London. – 1987.
  16. Lyon D.J. HMS Illustrious/Aircraft Carrier 1939-1956. Technical History// Warship Profile, №10. – Profile Publications, London. – 1971.
  17. Sturtivant R. The Swordfish Story. – Cassel&Co, London. – 2000.
  18. The War at Sea in the Mediterranean 1940-1944 (Despatches from the Front) – Pen and Sword, Barnsley. – 2014.

  1. Можно выделить шесть случаев совместного применения артиллерийских кораблей и палубной авиации британского флота в операциях на европейском театре военных действий (бой у Мерс-эль-Кебира 3 июля 1940 г., бой у полуострова Калабрия 9 июля 1940 г., операция против Дакара 23-25 сентября 1940 г., бой у м. Спартивенто 27 ноября 1940 г., бой у м. Матапан 28 марта 1941 г., операция против «Бисмарка» 24-27 мая 1941 г.). Кроме того, одну аналогичную операцию выполнил американский флот (у Касабланки 8-9 ноября 1942 г.) Ещё как минимум в трёх случаях потенциально существовавшая возможность совместных действий палубной авиации и артиллерийских кораблей не была реализована по тем или иным причинам (атака конвоя WS-5A крейсером «Адмирал Хиппер» 25 декабря 1940 г., действия против итальянского флота 24 сентября 1941 г. при проводке конвоя «Хэлбёрд» на Мальту; действия против группы линкора «Тирпиц» 9 марта 1942 г. при проводке конвоя PQ-12).
  2. Основным потенциальным противником британского флота долгое время считался японский флот, чем и объясняется «присутствие» неприятельских авианосцев в боевых инструкциях.
  3. Этот приоритет во многом был заслугой адмирала Чарльза Форбса, командующего Флотом Метрополоии в 1938-1941 гг.
  4. B-bomb представляла собой вариант глубинной бомбы, предназначенной для нанесения повреждений подводной части корпуса корабля: её следовало сбрасывать так, чтобы она падала в воду у борта корабля-цели и взрывалась под водой у киля.
  5. Официально «суордфиш» классифицировался как «торпедоносец-корректировщик-разведчик» (Torpedo Spotting Reconnaissance, T.S.R ), и это название гораздо более полно отражает набор «обязанностей» знаменитого самолёта.
  6. Восход – в 05.20, навигационные сумерки (солнце на 6° ниже горизонта) – 04.50

источник: Арсений ДАНИЛОВ «Опыты Каннингхема: британская палубная авиация в боях у Калабрии и Матапана. Часть 1» «Арсенал-Коллекция» №09(39) 2015

2
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
2 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
0 Авторы комментариев
NFAnsar02 Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Ansar02

!!!

yes!!!

NF

++++++++++

++++++++++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить