Выбор редакции

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

28
10

Всем доброго времени суток. Как-то недавно взял вдруг и задумался над таким вот вопросом – а какие корабли в Российском императорском флоте накануне русско-японской войны были однозначно «лишними»? Само собой, не в плане своего существования как такового – соотечественникам в те времена уже во время боевых действий каждая мало-мальски приличная дополнительная посудина была бы к месту и ко времени – а в смысле влияния на боевые возможности флота как комплексного боевого механизма. Причем флота, не существующего в какой-то обособленной реальности, а имеющего своим противником военно-морские силы тогдашней Японии. И по некотором размышлении пришел к выводу, что таковыми являлись броненосный крейсер «Громобой» и эскадренный броненосец «Победа».

Первый, несмотря на совершенствование своей броневой защиты, так и не стал полноценным кораблем для возможного участия в эскадренном бою – а вероятность быть втянутым в него, как показал опыт 1 августа 1904 года, имела для этого корабля отнюдь не иллюзорный характер. Создание же второго и вовсе носило по сути оттенок вынужденного экспромта – просто чтобы хоть чем-то занять стапель до выработки более приемлемого проекта броненосца. И результат, несмотря на новые более мощные пушки и улучшенную броню, по сути мало чем отличался от родоначальника этой серии «Пересвета».

Посему появилась мысль – а что, если бы эти корабли так и не были бы построены? Куда можно было бы пусть те 20 с лишком миллионов рублей, которые пошли на их создание? А также и некоторые иные вполне реальные ресурсы, имевшиеся в распоряжении русского Морского министерства?

И попытка потенциального ответа на этот вопрос сегодня представляется вашему вниманию в виде вполне самостоятельной и законченной нижеследующей небольшой альтернативы.

… Сообразно четко выраженной монаршей воле о продолжении дальнейшего строительства крейсеров типа «Россия» в июне 1897 года в каменном эллинге Балтийского завода начались работы по сооружению очередного такого корабля. Однако завершиться согласно плану им было, увы, не суждено…

Еще до официального наречения будущего крейсера так и оставшийся безымянным остов его корпуса сгорел во время пожара в здании эллинга 2 ноября 1897 года вместе со стапелем и значительной частью инструментов. Серьезно пострадало и само здание эллинга – и лишь чудом удалось не допустить огонь до стоящего по соседству здания деревянного эллинга со строящимся в нем эскадренным броненосцем «Пересвет».*

*Справочно:

В данном случае обыграна ситуация с вполне реальным пожаром, случившимся в каменном эллинге Балтийского завода тоже 2 ноября, но 1907 года, когда в нем строились мониторы типа «Шквал». Описанные здесь последствия пожара вполне соответствуют тому, что произошло в действительности.

Данный инцидент вызвал среди руководства Морского министерства весьма панические настроения. И немудрено – ведь если потерю выставленных на сгоревший стапель нескольких сот тонн стали еще можно было пережить, то в случае гибели стоявшего по соседству почти готового корпуса броненосца с плеч ответственных лиц могли полететь головы – или, как минимум, эполеты. Тем более что одну потерю командный состав флота уже понес – спешившей на место возгорания телегой пожарной части насмерть зашибло главу ГУКиС В.П.Верховского, столь неудачно для себя отправившегося на Балтийский завод выяснять размеры планируемого ущерба.*

*Справочно:

В.П.Верховского с его склонностью к мелочной экономии «Военная энциклопедия» 1914 года назвала одним из главных виновников поражения флота в русско-японской войне. А, значит, такие люди нам в этой истории не нужны…

Поэтому меры по недопущению впредь подобных случаев были приняты с размахом, по принципу «кашу маслом не испортишь». И они, как показал дальнейший ход событий, пошли русскому флоту скорее все же на пользу.

Во-первых, среди намеченных к экстренной реализации решений фигурировал полный отказ от дальнейшей эксплуатации деревянных эллингов. Все корабли, до сих пор пребывающие в них («Пересвет» на Балтийском заводе, «Аврора» в Новом адмиралтействе и «Паллада» на Галерном острове), разумеется, достраивались – но с соблюдением теперь поистине драконовских мер противопожарной безопасности. А по их спуску на воду эти эллинги подлежали разборке и переделке в большие открытые стапели с каменными стапельными плитами.

Конечно, крытые эллинги были бы более предпочтительны с точки зрения ГУКиС – но сразу на четыре таковых, считая также работы в Николаевском адмиралтействе, требовалось куда больше средств и, что весьма немаловажно, времени. А открытые стапели (450-футовый в Новом Адмиралтействе, 500-футовые на Галерном острове и на месте 7-го эллинга Николаевского адмиралтейства и 550-футовый у «балтийцев») позволяли по предварительным оценкам уложиться примерно в 3 миллиона рублей даже с учетом затрат на ликвидацию потерь от пожара на Балтийском заводе и в полтора-два года для завершения всех работ.*

*Справочно:

С точки зрения заявленных денежных сумм ориентиром служили приведенные в работе Н.И.Дмитриева и В.В.Колпычева расчетные данные о стоимости двух стапелей в 600 и 800 футов на Галерном острове по состоянию на 1909 год – 923 тысячи рублей на сами стапели и 280 тысяч рублей на крановое оборудование для них. Для сравнения, завершенная к 1906 году постройка реального 2-го каменного эллинга Галерного острова обошлась в 1,2 млн. рублей.

 

Во-вторых, вопрос с запаздыванием выполнения кораблестроительных программ при такой активной перестройке заводов пришлось решать за счет иностранных заказов. Поэтому после выделения на флот в начале 1898 года дополнительных 90 миллионов рублей контракт на два броненосца, впоследствии получивших названия «Ретвизан» и «Цесаревич» и конструктивно близких проекту черноморского «Потемкина», был подписан с американским промышленником Крампом, обещавшим завершить их строительство в кратчайшее время. После некоторых правок, внесенных русскими в проект, включая, в числе прочего, увеличение толщины поясной брони в оконечностях с двух до трех дюймов за счет сокращения до 16 числа 75-мм пушек и облегчения мачт, на которых сохранились только небольшие марсовые площадки для пулеметов, работа в Америке закипела…

В свою очередь, французам из тулонского отделения фирмы «Форж э Шантье» достался контракт на постройку двух крейсеров новой концепции – «броненосных разведчиков при эскадре», которым позже присвоили имена «Баян» и «Варяг». Помимо того, у создателя проекта этих крейсеров М.Лаганя был выкуплен за 200 тысяч франков его проект броненосца с продольной противоминной переборкой и полностью башенным размещением всей главной и средней артиллерии, также представленный на конкурс, но проигравший предложению Крампа по срокам предполагаемой готовности корабля.*

*Справочно:

Такая рокировка заказов и типов кораблей, учитывая стоимость постройки реальных «Ретвизана», «Цесаревича», «Баяна» и «Варяга», по подсчетам автора позволяет обойтись для создания заявленного здесь альтернативного «плавсостава» из двух однотипных пар броненосцев и броненосных крейсеров дополнительными затратами в размере лишь около 0,5 миллиона рублей. Заявленная же здесь цена за проект броненосца Лаганя – сугубый авторский вымысел, коррелирующий только с размером реальной скидки, которую в свое время предлагали французы за постройку второго однотипного крейсера в компанию к «Баяну».

Тем не менее, именно данный проект МТК посчитал наиболее перспективным для дальнейшей постройки на российских заводах – но только после вдумчивого пересмотра русскими инженерами и адаптации к отечественным реалиям. Как, впрочем, это было и с проектом строящихся броненосных крейсеров, на которых за счет сокращения толщины центральной части главного пояса до 180 мм, отказа от кормовых траверзов и уменьшения на 8 стволов батареи 75-мм орудий оба пояса бортовой брони были распространены на всю длину корпуса. На сделанный русскими такой внезапный крен в сторону усиления защиты повлияли, наряду с прочим, итоги морских сражений войны 1898 года между Испанией и Америкой. Как и более ранний опыт японо-китайской войны 1894-1895 годов, они подтвердили всю опасность современной скорострельной артиллерии для слабо бронированных кораблей.

Причем важность оборонительных элементов учитывалась и в конструкции новых больших бронепалубных крейсеров-«шеститысячников», строившихся в Германии. И если на «Аскольде» орудия главного калибра еще стояли открыто, только со щитами, то «Богатырь» получил уже и броневые башни с казематами для своих шестидюймовок. На двух крейсерах 2-го ранга, «немецком» «Новике» и «датском» «Боярине», в силу размеров возможностей для усиления брони было куда меньше – но их главной защитой в бою с превосходящим противником должна была быть скорость.*

*Справочно:

Все названные крейсера конструктивно аналогичны реальным.

В-третьих, были существенно видоизменены текущие задачи для судостроительных предприятий в свете затеянной их реконструкции. Чтобы не терять время в ожидании готовности новых стапелей, им была поручена модернизация ряда старых кораблей.

Модернизацию решено было совместить с перевооружением, тем более что артиллерия для несостоявшегося крейсера типа «Россия» была уже заказана Обуховскому заводу. Но теперь у нее должны были появиться новые владельцы.

Первым Балтийский завод, наиболее пострадавший во всех смыслах от случившегося пожара и потому нуждавшийся в любых заказах для поддержания своей нормальной деятельности, начал ремонт вернувшегося в 1898 году с Дальнего Востока «Адмирала Нахимова». Помимо снятия парусного рангоута и работ по корпусу, включавших установку в оконечностях утолщенной до полутора дюймов обшивки как средства защиты хотя бы от малокалиберных снарядов, на корабле полностью сменили артиллерию. В башнях вместо пары старых пушек поставили по одному 203-мм 45-калиберному орудию, а их верхнее прикрытие выполнили заново – оно стало чуть меньше по диаметру, получив трехдюймовые стены и полуторадюймовую крышу. В батарейной палубе на имеющихся огневых позициях расположились 6 шестидюймовок Канэ и четыре 75-мм пушки, дополненные дюжиной 47-миллиметровок и 4-мя пулеметами на верхней палубе и мостиках. Видоизменилась и силовая установка – машины двойного расширения и огнетрубные котлы заменили на механизмы с тройным расширением пара  и водотрубные котлы Бельвиля (тоже из задела по сгоревшему крейсеру). В результате после завершения ремонта крейсер в июне 1900 года на мерной миле разогнался почти до 17 с половиной узлов, хотя дальность плавания и сократилась примерно на четверть.

Вторым под реконструкцию на Балтийском заводе попало в конце 1899 года еще одно его детище, отозванное Морским министерством из дальневосточных вод – крейсер «Память Азова». На нем в силу значительной перегрузки и нехватки произведенных восьмидюймовок после снятия старой артиллерии ограничились установкой в батарейной палубе только 152-мм скорострелок – оставшегося десятка от так и не родившегося его собрата. К ним добавились также восемь 75-мм и двенадцать 47-мм пушек с парой пулеметов. Как и на «Адмирале Нахимове», на «Памяти Азова» облегчили рангоут и провели необходимые работы по корпусу, полуторадюймовой обшивкой усилив защиту оконечностей по ватерлинии. Не развившие проектную мощность главные механизмы и старые котлы тоже сменили на новые. Водоизмещение крейсера в итоге почти не уменьшилось – но зато он теперь уверенно выдал 18 с небольшим узлов. Хотя платой за рост скорости снова стало уменьшение дальности плавания из-за применения менее экономичных в сравнении с прежними огнетрубными котлов Бельвиля.*

*Справочно:

Срок начала модернизации «Адмирала Нахимова» – реальный. Срок возвращения на Балтику «Памяти Азова» чуть смещен вперед (в действительности он сделал это в начале мая 1900 года).

Наряду с этим по прямому указанию нового главы ГУКиС «балтийцам» была поручена достройка после спуска на воду как их собственного «Пересвета», так и однотипного «адмиралтейского» «Осляби». Помимо прочего, данный шаг оказался весьма полезен тем, что целый ряд недочетов казенного судостроения на втором из названных кораблей оказался исправлен более опытными мастеровыми Балтийского завода.* Также на «Пересвете» уже после спуска на воду, а на «Ослябе» еще во время пребывания на стапеле решено было прикрыть оконечности по ватерлинии броней толщиной в 2,5 дюйма. Для компенсации роста нагрузки уже почти привычно слегка обобрали артиллерию – избавились от бесполезных по сути погонных шестидюймовок и всех восьми 75-мм орудий в нижней батарее на каждом из кораблей, а также от тяжелых мачт с «пушечными» боевыми марсами (на них остались только небольшие площадки для пулеметов – четырех на «Ослябе» и восьми на «Пересвете»).

*Справочно:

Трудно сказать сейчас, насколько плохо в действительности был построен «Ослябя» (не считая, разумеется, его достоверно известной огромной перегрузки) и в какой мере данный факт мог сказаться на его судьбе в Цусимском сражении. Но то, что сооруженный на Балтийском заводе однотипный с ним «Пересвет» после боя 28 июля 1904 года (хоть и, будем честны, обстановка в двух названных сражениях существенно различалась), несмотря на все полученные им тяжелые повреждения, сумел добраться до Порт-Артура, по мнению автора, делает идею с передачей достройки этих кораблей одному предприятию не лишенной смысла. А вот кто здесь новый глава ГУКиС – пусть останется тайной…

Все дополнительные работы задержали спуск «Осляби» до конца апреля 1899 года. А окончательная готовность обоих броненосцев наступила в мае 1902 года для «Пересвета» и в феврале 1903 года – для его систершипа. И практически сразу после ввода в строй эти корабли были отправлены на Тихий океан.*

*Справочно:

Срок постройки «Пересвета» увеличен в сравнении с реальным ввиду заявленных здесь переделок в проекте броненосцев. А у «Осляби» с учетом достройки его на плаву Балтийским заводом он соответствует «настоящему» сроку готовности «Победы», которая в описываемом альт-мире так и не появилась.

Передача «Осляби» Балтийскому заводу имела и другой очевидный эффект – высвобождение ресурсов на достройку броненосцев «Петропавловск», «Севастополь» и «Полтава», также совмещенную с некоторой корректировкой их проекта сообразно последним требованиям МТК. С учетом этих требований на данных кораблях появилась утолщенная до двух дюймов обшивка корпуса по ватерлинии в оконечностях, бортовая и траверзная 76-мм броня между барбетами 6-дюймовых башен для защиты стоявшей до сих пор открыто четверки 152-мм орудий в палубных установках, а также по четыре 75-мм пушки, размещенных парами в носу и корме на батарейной палубе (последние остатки от заказа для «погорельца»). При этом для хотя бы частичной компенсации возрастающей нагрузки в корме снимались все противоминные орудия с нижней палубы (пара 47-миллиметровок при этом переносилась на спардек), а также 37-миллиметровки с батарейной палубы. Фок-мачта выполнялась облегченной с небольшим боевым марсом, на котором стояли только 4 пулемета, а шестерка 37-мм пушек с ликвидированного прежнего марса переносилась на навесной мостик. Также пришлось избавиться от бортовых надводных минных аппаратов и сократить запас мин заграждения до 20 штук. И все равно рост водоизмещения от этих переделок составил около сотни тонн на каждом из кораблей. Конечный срок их отправки на Дальний Восток при этом пришелся на период с ноября 1899 по ноябрь 1900 года.*

*Справочно:

Соответствующие сроки увеличены в сравнении с реальными всего на месяц – но с учетом инициирования работ по усовершенствованию проекта примерно с осени 1898 года и перевода «Осляби» на Балтийский завод, по мнению автора, возможностей Санкт-Петербургского порта могло хватить для того, чтобы справиться со всеми доделками и переделками к указанному времени.

Что же касается авторской идеи о защите оконечностей утолщенной обшивкой, то она тоже имеет реальные корни. Правда, применялся подобный способ в несколько иных частях трех кораблей – на «Адмирале Нахимове» в виде полуторадюймовой, а на «Императоре Александре II» и «Императоре Николае I» чуть более толстой, в 1 и 15/16 дюйма (49,2 мм), обшивки борта в местах размещения 152-мм орудий на батарейной палубе.

На Черном море аналогичному переустройству по части защиты и артиллерии были подвергнуты «Три Святителя» и «Ростислав». На первом из них в итоге противоминное вооружение составило 16 47-мм и 8 37-мм, на втором – 4 75-мм (у «Трех Святителей» вместо них сохранялись 120-мм орудия), 12 47-мм и 4-37-мм пушки. Также оба эти корабля получили по 4 пулемета. Данные работы, в частности, позволили занять корабелов в Николаеве до того момента, когда реконструированный в открытый стапель бывший 7-й эллинг принял в июле 1899 года первые листы металла для корпуса будущего «Князя Потемкина-Таврического». Его проект за время вынужденного ожидания тоже претерпел некоторые изменения – так, в оконечностях по ватерлинии появилась 76-мм броня, как и у его заокеанских родственников «Ретвизана» и «Цесаревича». Вместо центральной батареи из шести 75-мм орудий было решено установить четыре дополнительные шестидюймовки. Для всех таких орудий в спардеке теперь устраивался общий каземат со 127-мм бортовой и траверзной броней и 38-мм крышей (эта броня в пределах нового каземата переносилась на уровень вверх с палубы полубака). Восемь 75-мм пушек при таком размере среднекалиберной батареи считались достаточными для борьбы с миноносцами. Правда, столь значительное количество требуемых 152-мм орудий ввиду перегруженности Обуховского завода заказами на артиллерию задержало срок готовности броненосца до конца 1906 года.*

*Справочно:

Установка дополнительных шестидюймовок на «Потемкине» – вполне реальный проект 1913 года, так и оставшийся, увы, нереализованным. А вот броня в оконечностях (правда, всего двухдюймовая) была установлена на нем и в действительности – но лишь в 1911 году.

Происшествие на Балтийском заводе повлияло определенным образом и на планы по модернизации самых старых черноморских броненосцев. Так, «Екатерину II» и «Чесму» совместным решением обновленного состава ГУКиС и МТК решено было в дальнейшем использовать для различных опытов, а уже сделанный в сентябре 1897 года заказ новой котельной установки для первого из названных кораблей был переоформлен в пользу «Синопа» (с добавлением требуемых для него еще двух котлов Бельвиля в дополнение к уже заказанным 18). Еще 16 водотрубных котлов заказали в феврале 1898 года для «Двенадцати Апостолов». Данный броненосец также решено было перевооружить современными орудиями – и Путиловский завод в середине 1899 года получил наряд на изготовление для него двух башен с парой 254-мм пушек в каждой, представлявших собой усовершенствованный вариант носовой башни «Генерала-Адмирала Апраксина». Однако все работы на данном броненосце были завершены только в начале 1907 года – и к тому времени он с учетом опыта русско-японской войны лишился всего минного вооружения, получил помимо четырех десятидюймовок также шесть 152-мм 45-калиберных орудий в новом каземате с крупповской трехдюймовой броней и урезанную всего до четырех 47-мм пушек малокалиберную артиллерию, 4 пулемета, а также двухдюймовую броню в оконечностях и улучшенную защиту боевой рубки.

Если «Двенадцать Апостолов» в его обновленном виде предназначался в качестве напарника «Ростислава» для действий у побережья, то «Синоп» и «Георгий Победоносец» (для второго новые 20 водотрубных котлов заказали 23 июня 1903 года, а завершили их установку лишь в 1908 году) в дальнейшем превратились в учебный артиллерийский корабль и брандвахтенное судно. Впрочем, такая их метаморфоза произошла еще нескоро…*

*Справочно:

Указанные здесь заказы на котлы по количеству последних вполне соответствуют реальным, составлявшим 18 котлов для «Екатерины II» в 1897 году, 20 для «Синопа» в 1898 году и 18 для «Чесмы» в 1903 году, как и по их стоимости в 2,1 миллиона рублей. А заказ на новые 10-дюймовые башни для «Двенадцати Апостолов» (примерно 0,4 миллиона рублей за обе) здесь оформляется вместо заказов на башни для так и не появившейся «Победы».

Изменения происходили и с кораблями помельче, нежели эскадренные броненосцы и броненосные крейсера. Так, на канонерской лодке «Гиляк» в процессе достройки кормовую 75-мм пушку сменила 120-миллиметровая, предназначавшаяся ранее для «Уральца». Еще на одной канонерке, «Храбром», носовую оконечность по новой русской моде прикрыли дополнительными листами корпусной стали во время ее ремонта во Франции. Броненосец береговой обороны «Генерал-адмирал Апраксин» лишился своей массивной фок-мачты, получил утолщенную до двух дюймов обшивку по ватерлинии в носу и корме и новый состав малокалиберной артиллерии – 8 47-мм, 8 одноствольных 37-мм и 4 пулемета. Позже аналогичные метаморфозы претерпели и однотипные с ним «Адмирал Ушаков» и «Адмирал Сенявин».

А тем временем освобождение каменного эллинга Нового адмиралтейства от корпуса «Осляби» позволило уже в середине мая 1899 года заложить в нем очередной броненосец по переработанному французскому проекту. Хотя фактически от изначальных идей Лаганя в нем осталось не так уж много – лишь башенное размещение главной и средней артиллерии и противоминная переборка. Ну а свой трехтрубный силуэт проект «литера М» Балтийского завода, избранный после почти годичных раздумий МТК для воплощения в металл в количестве четырех единиц, явно унаследовал от «Пересвета», «Потемкина» и «Ретвизана».* Сугубо русскими идеями были также изменение конструкции нижней броневой палубы, получившей полноценный скос, к которому снизу примыкала противоминная переборка, и появление третьего пояса из 76-мм брони по всей длине корпуса, прикрывающего собой двенадцать противоминных 75-миллиметровок (еще четыре таких пушки стояли в бронированном каземате в полубаке перед носовой башней ГК).

*Справочно:

Здешний проект «литера М» – не совсем выдумка, а просто несколько облагороженный по расположению брони и артиллерии реальный проект «литера Ж» Балтийского завода.

 

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

 

От «Ретвизана» этот проект унаследовал одинаковую толщину пояса по ватерлинии по всей длине его центральной части, протяженность которой составляла примерно 65 процентов – тоже как у «русского американца». Но было и одно существенное улучшение в сравнении с последним – огромные и чрезвычайно уязвимые размеры портов 75-мм пушек на нем побудили МТК использовать на новых броненосцах орудия этого типа не на станках Меллера, а на станках Канэ, более тяжелых, но зато допускающих крепление к ним казематных щитов-масок, надежно перекрывающих собой порты для стволов в броне.*

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

 

*Справочно:

Чем были опасны большие и ничем не прикрытые порты для орудий на станках Меллера, наглядно показывает состояние носового и кормового казематов противоминной артиллерии «Орла» после Цусимского сражения.

Впрочем, 75-мм орудия на станках Канэ и башни главного и среднего калибра, изготовленные Путиловским заводом, получили только строившиеся на Балтийском заводе «Император Александр III» и «Князь Суворов». Для «Бородино» и «Орла», сооружавшихся соответственно в Новом адмиралтействе и на Галерном острове, башни поставил Металлический завод – равно как и противоминные трехдюймовки на станках «образца 1903 года» собственной конструкции, принципиально подобных французской.* Кстати, в части 152-мм артиллерии тоже имели место отличия от проекта-прототипа. Так, кормовая пара башен была расположена ниже на одну палубу, что хоть и ограничивало немного углы обстрела центральной пары таких башен в корму, но зато снижало верхний вес и повышало остойчивость.

*Справочно:

В реальности подобные станки для 75-мм орудий были созданы на Металлическом заводе к 1906 году. Но здесь предполагается более ранее возникновение потребности в них – и соответствующее ускорение работ.

Между тем новый открытый стапель, сооружавшийся на Галерном острове, уже в процессе строительства решено было все же обратить в закрытый каменный эллинг. А на Балтийском заводе размещение стапеля требуемых размеров на старом месте оказалось невозможным и его стали строить по другую сторону от каменного эллинга, что потребовало сноса имевшихся там зданий и задержало срок завершения всех работ до конца 1903 года. Примерно к этому же времени был закончен и новый каменный эллинг на Галерном острове.

Соответственно, в сооружении броненосцев типа «Бородино» данные конкретные судостроительные мощности задействованы не были. На Балтийском заводе оба корабля данного типа строились один за другим в каменном эллинге после завершения в марте 1899 года его восстановительного ремонта. Постройку «Императора Александра III» начали в апреле 1899 года и спустили броненосец на воду в августе 1901 года (в строй он был окончательно введен к марту 1904 года). Строительство «Князя Суворова» стартовало в сентябре 1901 года, спущен на воду он был в начале ноября 1902 года, а сдаточные испытания завершил 2 октября 1904 года.

Верфи Нового адмиралтейства и Галерного острова, в свою очередь, корпуса «Бородино» и «Орла» спустили на воду в августе 1901 и июле 1902 года соответственно, а завершили их постройку в августе и сентябре 1904 года.

Кораблестроительный процесс на Балтике в те времена в свете намечавшегося противостояния с Японией шел полным ходом. Так, помимо броненосцев, на Невском заводе с 1901 года сооружались два крейсера по образцу германского «Новика», названные «Жемчуг» и «Изумруд». Приняты флотом они были в сентябре 1904 года.

На малом открытом стапеле Балтийского завода один за другим были заложены 4 минных заградителя по проекту В.А.Степанова – сначала «Амур» и «Енисей» (май и ноябрь 1898 года соответственно), а затем после двухгодичного перерыва еще два корабля, «Волга» и «Нева». Первые два из них предназначались для Тихоокеанской эскадры, вторые – для Балтийского флота. Эти были, несомненно, весьма удачные корабли, которые с их 18-узловой скоростью, полудюймовой броневой палубой над машинами и котлами и вооружением из пары 120-мм, четырех 75-мм и того же числа 47-мм пушек могли даже в известной мере выполнять функции легких крейсеров. Хотя, конечно, главным их оружием были мины в количестве 450 штук.*

*Справочно:

Минные заградители «Волга» и «Нева» в данной истории заменяют собой реальную «Волгу» и крейсер 2-го ранга «Алмаз». Вооружение их чуть-чуть подправлено сообразно вкусам автора, а в части наличия на них броневой палубы использована имеющаяся в монографии В.Я.Крестьянинова информация по реальным первым «Амуру» и «Енисею», где указано наличие у них «прикрытия машинного отделения» массой 23,4 тонны.

Новое адмиралтейство после завершения разборки в нем к концу 1901 года большого деревянного эллинга и в свете роста затрат на дооборудование судостроительных мощностей Галерного острова и Балтийского завода решили ориентировать преимущественно на судоремонт. А потому от оборудования открытого стапеля, который к тому же в силу ограничений, накладываемых расположением предприятия, был бы уже мал для постоянно увеличивающихся в размерах современных кораблей, решили отказаться.

Тем не менее, строительство кораблей в Новом адмиралтействе продолжалось, хотя уже и в меньших объемах. Так, в большом каменном эллинге после спуска на воду броненосца «Бородино» заложили в сентябре 1901 года угольный транспорт (впоследствии переоборудованный в плавучую мастерскую) под названием «Камчатка». Спуск его на воду состоялся в мае 1903 года, а ввод в строй – ровно спустя три года после начала строительства. После освобождения от корпуса «Камчатки» эллинг пустовал сравнительно недолго – в сентябре 1903 года в нем была начата постройкой канонерская лодка «Хивинец», спущенная 28 апреля 1905 года и принятая в казну в июле 1906 года.

На Черном море в это время после спуска на воду в конце апреля 1902 года корпуса «Потемкина» на открытом стапеле в Николаеве уже 15 мая того же года был заложен бронепалубный крейсер по типу германского «Богатыря» – будущий «Кагул». Еще один аналогичный корабль, «Очаков», заложили на открытом стапеле в Севастополе в феврале 1901 года. Строились они довольно долго, войдя в строй только в августе 1907 и июне 1906 года соответственно.

Занятной оказалась история заказа на другой крейсер данного типа, предназначавшийся уже для усиления флота на Дальнем Востоке. Наряд на постройку «Олега» (так в итоге назвали этот корабль) получил в середине 1899 года Балтийский завод, сумевший – хоть и не без трудностей – сформировать его корпус на малом открытом стапеле в период с июня 1899 по октябрь 1900 года, а окончательно ввести корабль в строй к весне 1903 года.

Однако в борьбе за данный заказ помимо Балтийского и Невского заводов принимало участие также Русское паровозостроительное и механическое общество, ранее никому не известное в роли судостроительного. Располагавшее капиталом в 10 миллионов рублей, оно обещало в короткий срок построить в любом порту Балтийского моря, по выбору морского ведомства, новую верфь и сдать заказанный крейсер через два года после закладки.

Данное предложение, как и представленный обществом весьма интересный проект шестибашенного крейсера за авторством Д.В.Скворцова, не заинтересовали МТК. Однако ГУКиС усмотрело в нем для себя иные выгоды – и обществу было сделано предложение о сооружении им не более чем за два года предприятия, правда, не судостроительного, а судоремонтного, но достаточно широкого профиля, в том числе имеющего в своем составе артиллерийские мастерские и участок по выпуску корабельных котлов, во Владивостоке. При этом обществу гарантировались заказы на капитальный ремонт с модернизацией базирующихся на Тихом океане к тому времени как минимум четырех кораблей – эскадренного броненосца «Сисой Великий» и крейсеров «Адмирал Корнилов», «Рюрик» и «Россия», а также на текущий ремонт «Владимира Мономаха», «Дмитрия Донского» и иных кораблей.

Предложение по некотором размышлении обществом было принято – и завод был построен, правда, с опозданием на полгода в сравнении с заявленным сроком. Тем не менее, уже с середины 1901 года он в своей завершенной к тому моменту котельной мастерской взялся за изготовление котлов для «Сисоя Великого» – правда, старого типа, так как броненосец предполагалось использовать в одном соединении с тремя броненосцами типа «Полтава», замена огнетрубных котлов на которых в ближайшие годы не планировалась. Для «Адмирала Корнилова» чуть позже завод выполнил уже котлы Бельвиля.*

*Справочно:

Заказ на котлы для «Сисоя» оформляется вместо аналогичного заказа для «Императора Александра II» стоимостью 249 449 рублей, который в реальности был сделан Балтийскому заводу. Котлы для «Адмирала Корнилова» – вместо части реально установленных на «Память Азова» в 1904 году 18 котлов Бельвиля с экономайзерами, изготовленных за 656 000 рублей Франко-русским заводом.

Помимо современного судоремонтного завода, часть средств Морского министерства пошла на строительство второго сухого дока во Владивостоке – его смогли завершить к середине 1905 года. В Порт-Артуре также был построен новый сухой док для броненосцев, причем работы на нем спешно заканчивали в первые месяцы 1904 года, когда война с японцами уже началась и док срочно требовался для поврежденных кораблей. А в порт-артурской гавани и в проходе на внешний рейд удалось до войны провести дноуглубительные работы, обеспечившие и необходимые места стоянки для крупных кораблей, и их выход на внешний рейд в любой момент с полным запасом топлива. Причем, как признавали потом все ответственные лица, если бы не те дополнительные 4 миллиона рублей, которые были пущены на эти нужды, начиная с 1899 года, положение флота в крепости в военное время было бы гораздо более незавидным.*

*Справочно:

В реальности, как пишет В.Ю.Грибовский, первые 2 миллиона рублей на оборудование Порт-Артура были получены только в 1900 году. Здешнее более раннее выделение средств осуществляется за счет отказа от строительства корпуса реальной «Победы», который согласно Судовому списку 1904 года стоил как раз около 4 миллионов рублей.

Тем не менее, часть кораблей с Тихого океана и из Средиземного моря в 1901-1902 годах все же пришлось вернуть на Балтику. К ним относились броненосцы «Император Александр II», «Император Николай I», «Наварин» и броненосный крейсер «Адмирал Нахимов», требовавшиеся в составе Практического и Учебно-артиллерийского отрядов. Однако для соответствия их современным требованиям требовалось заменить на них котлы и артиллерию, а на «Императоре Александре II» еще и установить новые машины с тройным расширением пара.

При модернизации трех вышеназванных броненосцев МТК решил обойтись без замены их 12-дюймовой артиллерии – это вышло бы слишком дорого. Тем не менее, на «Наварине» орудия главного калибра перевели на заряды бездымного пороха и увеличили угол их возвышения, что позволило довести максимальную дальность стрельбы до 66 кабельтовых. А свою новую среднекалиберную артиллерию в виде шести 152-мм пушек Канэ на бортовом штыре «Наварин» получил с Дальнего Востока – эти пушки были сняты с «Рюрика» и «России» (4 и 2 штуки соответственно).

Дальневосточные крейсера-рейдеры, стоит сказать, тоже подверглись перед войной достаточно существенным изменениям. В носовой части «России» и в обеих оконечностях «Рюрика» появилась уже привычная утолщенная до двух дюймов обшивка. А их основное вооружение привели к единому стандарту – 4 203-мм 45-калиберных, 12 скорострельных 152-мм и 12 75-мм пушек. С «Рюрика» при этом были сняты, помимо четырех старых восьмидюймовок и четырех шестидюймовок, все его 120-миллиметровки. Новые 203-мм орудия перенесли с верхней палубы на батарейную, расположив их на позициях снятых 152-мм пушек на батарейной палубе за траверзами (последние при этом чуть укоротили и переделали очертания борта для обеспечения продольного огня главного калибра) и прикрыв со стороны борта все той же утолщенной двухдюймовой обшивкой, а с тыла – еще одним поперечным траверзом такой же толщины. Образовавшиеся импровизированные казематы имели при этом и дюймовую продольную переборку. А оставшиеся шестидюймовки в батарее разделили дюймовой толщины полупереборками.

На «России» все восьмидюймовые пушки остались на верхней палубе, но кормовая пара получила общий каземат с двухдюймовыми стенами и вдвое более тонкой крышей и продольной переборкой. У носовой пары, размещенной закрыто в полубаке, толщину обшивки с бортов и сзади довели до двух дюймов и тоже устроили продольную переборку. Платой за это стало снятие двух бортовых, погонного и ретирадного шестидюймовых орудий и сокращение числа малокалиберных пушек, особенно 37-миллиметровых.

Несколько перетасовали в 1902-1903 годах и вооружение «Дмитрия Донского» с «Владимиром Мономахом», которые предназначались для использования в качестве артиллерийских учебных кораблей. Главный калибр каждого из них теперь составляли 6 152-мм скорострельных орудий, 6 120-миллиметровок на «Донском» и 4 на «Мономахе» и, наоборот, по 4 и 6 75-миллиметровок, дополненные дюжиной 47-мм, восьмью 37-мм пушками и 4 пулеметами на каждом. При этом «Мономах» дополнительную шестидюймовку получил с «Кремля» – старые броненосные батареи в 1902 году, как и «поповки» с мониторами типа «Ураган» двумя годами ранее, исключили из состава флота.

В свою очередь, четыре более новых 152-мм орудия на станках на центральном штыре с «Пересвета», «Осляби» и «России» образовали новую среднекалиберную артиллерию «Императора Николая I». К ним добавились также 5 203-мм 45-калиберных пушек (четыре на месте старых девятидюймовок и одна на верхней палубе на месте срезанного кормового балкона) и 4 75-миллиметровки в батарейной палубе. Причем состоявшаяся замена котлов на данном корабле на водотрубные «бельвили» сделала его одним из самых резвых среди старых балтийских броненосцев – на испытаниях в октябре 1904 года он показал отличную скорость в 16,85 узла.*

*Справочно:

В реальности все мониторы типа «Ураган» были списаны в 1900 году, «поповки» – в 1903 году, «Кремль» – 12 октября 1905 года, «Первенец» и «Не тронь меня» – 12 декабря 1905 года.

Заряды бездымного пороха для 305-мм орудий «Наварина» существовали в действительности, а вот увеличение их угла возвышения – уже небольшой авторский вымысел.

9 орудий 203х45 (масса ствола 12,2 тонны), пошедших здесь на перевооружение «Императора Николая I» и «Рюрика», изготавливаются вместо улучшенных орудий 254х45 массой 27,6 тонны для броненосца «Победа» (автору на данный момент неизвестно, сколько стоила одна восьмидюймовка, но по крайней мере по массе металла для орудийных стволов и потенциальной трудоемкости это выглядит условно равноценной заменой).

Замена котлов на «Императоре Николае I» соответствует реальной (для него 16 котлов Бельвиля с экономайзерами в 1900 году были заказаны Франко-русскому заводу за 731 850 рублей).

«Наварин», помимо замены шестидюймовок на условно новые, но в действительно новом броневом каземате, получил также 4 75-мм пушки. А установка на нем водотрубных котлов (корабль при этом превратился в двухтрубный) тоже позволила вернуть кораблю былую прыть и разогнаться в 1904 году на мерной миле до 16,7 узла.

«Император Александр II» планировалось перевооружить аналогично «Императору Николаю I», но война с Японией внесла коррективы и в ход работ, и в обновленный состав артиллерии. В итоге в строй данный корабль вошел только в 1906 году, имея, помимо двух старых 305-мм орудий, пять новых 203-мм 50-калиберных, восемь 152-мм и четыре 47-мм пушки на батарейной и четыре 120-мм на верхней палубе. Но максимальная скорость корабля, несмотря на замену котлов и машин на вновь изготовленные, составила только 15,2 узла – фактически как и во времена его молодости.

Однако наибольший объем переделок выпал на долю одного из ветеранов Российского флота – броненосца «Петр Великий». Из башенного монитора он за период с 1903 по 1907 годы превратился в высокобортный учебный артиллерийский корабль, несущий на борту четыре 203-мм 50-калиберных и по дюжине 152-мм и 75-мм орудий, не считая малокалиберных пушек и пулеметов. Не избежал он и замены котлов (в данном случае они в количестве 12 штук – десять ранее снятых с яхты «Полярная звезда» и два изготовленных заново – остались огнетрубными), а также машинной установки. Причем в качестве последней рачительный ГУКиС постановил использовать машины с тройным расширением пара, снятые с «Памяти Азова» и отремонтированные на Балтийском заводе. Что удивительно, ремонт помог этим уже довольно старым механизмам развить на бывшем броненосце мощность около 6500 лошадиных сил, обеспечив ему при этом наибольшую скорость чуть более 14 узлов.*

*Справочно:

На «настоящем» «Петре Великом» машины при его переоборудовании не менялись, а замена котлов осуществлялась ровно по той же формуле, что показана и здесь. При этом мощность машин и скорость его в облике учебного корабля была несколько  меньше здешней – 5500 лошадиных сил и около 13 узлов.

Сроки обновления «Императора Александра II» и «Петра Великого» соответствуют реальным. Новые машины для первого из названных броненосцев и ранее для «Адмирала Нахимова» и «Памяти Азова» (6 единиц) строятся вместо реально заказанных для «Громобоя» и «Победы» с примерно равной «настоящей» их максимальной мощностью и стоимостью.

Новые котлы для «Императора Александра II», «Наварина» и ранее для «Адмирала Нахимова» и «Памяти Азова» строятся вместо реально заказанных для «Громобоя» и «Победы» (62 котла), а также части котлов от вышеназванного реального заказа для «Памяти Азова».

С учетом того, сколько стоили в действительности котлы и машины для «Громобоя» и «Победы», затраты на 6 машин и 62 котла предполагаются в размере около 6 миллионов рублей.

Вообще же необходимо отметить, что в предвоенные годы основной головной болью Морского министерства было перевооружение кораблей и требуемый для него выпуск новой артиллерии. И ограниченные возможности Обуховского завода, особенно по части производства крупно- и среднекалиберных орудий, порой рождали довольно причудливые схемы перестановок уже имеющихся на тех или иных кораблях артсистем.

Так, две 120-мм пушки с «Владимира Мономаха» и шесть с «Рюрика» отошли «Амуру», «Енисею», «Волге» и «Неве». Черноморскому «Уральцу» вместо позаимствованной у него 120-миллиметровки в пользу «Гиляка» с последнего досталось на кормовую позицию 75-мм орудие на станке Канэ.

Завсегдатаи учебных отрядов «Генерал-Адмирал» и «Герцог Эдинбургский» получили одинаковый состав вооружения из двух современных 152-мм орудий (по два из четырех уже установленных на первом из этих двух кораблей), двух 120-мм (из заказа для «Императора Александра II», что тоже повлияло на сроки завершения переоборудования этого броненосца) и четырех 75-мм. Две 120-мм пушки, прежде стоявших на «Первенце», достались крейсеру «Европа», который вместе с «Африкой» до этого в разоруженном виде провели на Черное море для использования в качестве учебных кораблей. Также оба данных крейсера получили по паре 152-мм орудий из «александровского» заказа и 4 («Европа») и 6 («Африка») 75-миллиметровок.

Уже с началом боевых действий в Порт-Артур спешно отправили по железной дороге из Владивостока ранее доставленные туда для «Адмирала Корнилова» шесть 152-мм орудий, требовавшихся теперь для «Дианы», «Паллады» и «Авроры» – они устанавливались вместо снимаемой с каждого из этих крейсеров дюжины 75-мм пушек, которыми в крепости после первых же стычек с японскими дестройерами начали довооружать русские миноносцы. А сам «Адмирал Корнилов», на котором с осени 1903 года меняли котлы, свое новое вооружение в полном объеме (10 152-мм и 8 75-мм орудий) получил лишь к началу июля 1904 года, когда во Владивосток прибыли недостающие пушки – четыре из остатка первоначального заказа для «Императора Александра II» и две позаимствованных у черноморского «Очакова».

Специально изготовленной для конкретного корабля, помимо заказа для «Адмирала Корнилова», была еще одиночная 152-мм 45-калиберная пушка, заменившая собой старую 35-калиберную на корме балтийской канонерки «Грозящий». А вот на его тихоокеанских собратьях, «Гремящем» и «Отважном», состав вооружения поменялся иным образом – за счет дополнительной установки на каждой из канонерок в 1901 году четырех 75-миллиметровок.*

*Справочно:

Новая 152-мм артиллерия для «Адмирала Корнилова» и «Грозящего» в количестве 11 стволов в данной истории изготавливается вместо аналогичного числа орудий для реальной «Победы».

Довооружение «Гремящего» и «Отважного» 75-мм пушками по их количеству и времени установки соответствует реальному.

В целом именно 75-мм пушки на станках Меллера оказались, пожалуй, единственной артсистемой, которую Обуховский завод оказался в состоянии производить в предвоенное и даже в военное время с некоторым запасом. Поэтому именно они массово устанавливались на целом ряде старых и не очень кораблей.

Так, в частности, на Тихом океане, помимо двух названных выше канонерок, пару таких орудий получил минный транспорт «Алеут». На Балтике по четыре пушки досталось крейсерам «Светлана», «Князь Пожарский» и «Рында», а еще по две – минному крейсеру «Лейтенант Ильин» и учебному судну «Океан». На Черном море по паре 75-миллиметровок установили на «Память Меркурия», минный крейсер «Капитан Сакен» и минные транспорты «Буг» и «Дунай».*

*Справочно:

Авторское утверждение о  возможностях Обуховского завода по производству 75-мм орудий соответствует действительности – достаточно вспомнить, что в нашем мире в 1904 году такие орудия устанавливались на «Наварине», «Сисое Великом», «Светлане» и «Адмирале Корнилове» как по сути единственное доступное средство оперативного усиления их вооружения. Поэтому здесь, тем более с учетом снятия части 75-миллиметровок с ряда кораблей, презюмируется их достаточность для оснащения большего, чем в реальности, числа боевых и учебных единиц флота.

Да и, например, в рапорте З.П.Рожественского о Гулльском инциденте имеется указание, что в ходе последнего одно из 75-мм орудий на «Орле» разорвало при стрельбе и оно было заменено новым из числа запаса, имевшегося на транспортах эскадры.

Кроме того, находилось применение и снятым с ряда кораблей старым пушкам – для замены их там, где стояли орудия еще более пожилые. Так, например, все 14 152-мм 35-калиберных орудий с «Адмирала Корнилова», снятых с него в августе 1903 года, в Порт-Артуре были установлены на крейсера 2-го ранга «Джигит» (3), «Разбойник» (3), «Забияка» (4) и «Азия» (4) вместо их прежних 28-калиберных. И именно эти «новые старые» пушки идущего на прорыв «Забияки» пытались добросить свои снаряды до блокировавших русский корабль в корейском порту Чемульпо в самый первый день войны японских крейсеров «Нанива» и «Такачихо»…

На Балтике от подобного перевооружения сходных по возрасту «Стрелка», «Крейсера», «Вестника», «Опричника» и «Пластуна» отказались, списав их в 1906-1907 годах (как это уже было сделано в 1902 году с «Наездником»). А вот «Рында», «Князь Пожарский» и «Память Меркурия» в 1901-1902 годах все же получили 16 таких орудий из числа наименее изношенных с «Адмирала Нахимова», «Памяти Азова» и «Наварина» – по 6 для двух балтийских крейсеров и 4 для черноморского.

«Император Николай I» перед уходом с Дальнего Востока на Балтику тоже успел поделиться двумя парами своих 229-мм и 152-мм 35-калиберных пушек с канонерскими лодками «Бобр» и «Сивуч» для замены их орудий того же калибра, но с 30- и 28-калиберными стволами. А уже на Балтике еще пара девятидюймовок из числа снятых с «Императора Александра II» и «Императора Николая I» была установлена на канонерской лодке «Чародейка» на огороженных кольцевыми двухдюймовыми брустверами из обычной судостроительной стали позициях на месте демонтированных башен. Новое противоминное вооружение данной лодки составили две 75-мм пушки на палубе по бортам от надстройки и две 47-мм на крыльях мостика. Причем вместе с заменой артиллерии на корабле сменили и машины с котлами. Машины, правда, были не новые, а снятые со списанной в начале 1903 года из-за крайне низкого качества постройки черноморской канонерки «Запорожец» – как и отошедший «Чародейке» рулевой привод. А вот 4 водотрубных котла Бельвиля и паропроводы к ним изготовили заново. Результатом всех этих переделок стало достижение лодкой прежде немыслимой для нее скорости в 12,97 узла и ее последующее использование флотом до 1913 года в одном отряде с «Грозящим» и «Храбрым».*

*Справочно:

В реальности заявленные 4 водотрубных котла Бельвиля были изготовлены для самого «Запорожца», а акт о невозможности дальнейшего боевого использования названной черноморской лодки был подписан в 1905 году. Но в данном мире боевые возможности Черноморского флота при действиях у берегов усиливаются за счет начатой еще до войны модернизации броненосца «Двенадцать Апостолов», сопряженной с его перевооружением. И в этой связи имеется повод пораньше вывести из состава флота одну уже небоеспособную канонерку.

Период с 1903 по 1907 годы стал особенно напряженным для отечественного военного судостроения. И если первая его половина проходила скорее под знаком экстренного усиления флота в свете ожидаемой и в конце концов начавшейся войны с Японией, то вторая уже во многом имела целью восполнение всех понесенных в ходе данного конфликта потерь.

Начало указанного периода для Балтийского завода, как и для образованного на базе мощностей Нового адмиралтейства и Галерного острова Адмиралтейского, действующего с 1903 года по определенным ранее для «балтийцев» правилам, ознаменовалось закладкой двух бронепалубных крейсеров «промежуточного» типа между ранее определенными значениями в 3000 и 6000 тонн. Данные корабли, впоследствии названные «Громобой» и «Витязь», были начаты постройкой в каменных эллингах Балтийского завода и Галерного острова в январе 1903 года, а спуск их корпусов на воду состоялся соответственно в конце апреля и июне 1904 года.

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

Отличительной особенностью данной пары кораблей должна была, по мнению МТК, стать весьма высокая скорость – 25 узлов, не меньше, чем у «Новика». А ее достижению призвана была способствовать скопированная с рекордсмена-«Аскольда» трехвальная машинная установка – равно как и подобная ему общая архитектура несколько меньшего по размерам корпуса. Правда, от воспроизведения котельной установки названного крейсера при этом из-за ее специфичности и очень большой длины отказались, взяв в данной части за основу уже другого «немца» – «Богатыря», но только с продольной ориентацией котлов в носовой кочегарке и увеличением их общего количества до 18. Первоначальное вооружение «Громобоя» и «Витязя» по проекту должно было состоять из шести 152-мм и восьми 75-мм пушек (вторые – на новых станках Металлического завода). Но уже в ходе достройки этих кораблей от 75-миллиметровок отказались, заменив их парой дополнительных шестидюймовых орудий. Дополняли их после ввода крейсеров в строй 4 47-мм орудия, столько же пулеметов и 2 подводных минных аппарата.

И, надо сказать, конечный результат не разочаровал русских корабелов и чинов Морского министерства – завершенные в 1906-1907 годах, «Витязь» и «Громобой» при достигнутой мощности машин в районе около 22 с половиной тысяч лошадиных сил показали на испытаниях скорость, на полузла превосходящую проектную. Нашлось им должное применение и во времена Первой мировой войны.*

*Справочно:

Идею данного корабля навеяло «проектом быстроходного крейсера водоизмещением 4500 тонн» корабельного инженера И.А.Гаврилова, датированным 1906 годом. Хотя, конечно, предложенный здесь корабль с «гавриловским» из общего имеет только водоизмещение и быстроходность.

ТТХ этих крейсеров подробно не прорабатывались, поэтому к вышесказанному можно добавить лишь то, что их проектное нормальное водоизмещение составляет по задумке автора 4500 тонн, длина по ватерлинии – около 118 метров, ширина по корпусу на миделе – около 14 метров, длина машинных отделений – около 22 метров, длина котельных отделений – около 42 метров, совокупная масса котлов и машин – около 1300 тонн. Броневая защита – карапасная палуба со скосами (скосы и карапасы – 63,5 мм с палубным настилом, плоская часть – 31,75 мм с палубным настилом, гласис машинного отделения – 95,25 мм с палубным настилом), боевая рубка (стены 95,25 мм, крыша и пол 31,75 мм, коммуникационная труба 63,5 мм), элеваторы боезапаса до верхней палубы (31,75 мм), кожухи дымовых труб до верхней палубы (31,75 мм), щиты 152-мм орудий (25,4 мм).

Если же говорить о финансовой стороне вопроса, то стоимость каждого из крейсеров – около 4,5 миллиона рублей. А «донором» соответствующих сумм из нашей реальности будет являться броненосный крейсер «Адмирал Макаров», каковой в этом мире в своей произведенной во Франции ипостаси так и не появится.

После спуска этих крейсеров в освободившихся эллингах с октября 1904 года началась работа над корпусами двух из шести последних русских броненосцев. Еще ранее, в мае 1904 года два аналогичных корабля заложили в завершенном к тому времени постройкой новом каменном эллинге Галерного острова и оборудованном на Балтийском заводе большом открытом стапеле. А на Черном море работы еще над двумя такими же броненосцами стартовали в мае 1904 года в Севастополе и в сентябре того же года в Николаеве, после освобождения имеющихся там стапелей от корпусов «Очакова» и «Кагула».

Мы наш, мы старый флот подправим – а также верфи и порты…

Унифицированный для обоих главных российских морских театров проект данных кораблей был выработан не без влияния дипломного проекта броненосного крейсера корабельного инженера В.П.Костенко. Кому-то из ответственных чинов Морского ведомства уж очень по вкусу пришлась заложенная в нем идея с максимизацией бортового залпа за счет размещения башен главной и средней артиллерии в диаметральной плоскости в оконечностях друг над другом. Но если в проекте Костенко в башнях размещались 254-мм и 152-мм пушки, то на будущих балтийских «Славе», «Победе», «Андрее Первозванном» и «Императоре Павле I» и черноморских «Евстафии» и «Иоанне Златоусте» их сменили 305-мм и 203-мм орудия (причем последние уже новой, 50-калиберной модели). Поменялось и расположение башен – более тяжелые двенадцатидюймовые стояли уже внизу. Число шестидюймовок в казематах при этом не изменилось – та же дюжина, что и в проекте-прообразе, но уже играющая роль противоминных пушек. А вот за счет отказа по опыту войны от почти всей малокалиберной артиллерии броню пояса по ватерлинии удалось довести в центральной его части до 9 дюймов при сохранении проектного водоизмещения в пределах изначальных 14000 тонн. Наибольшая скорость броненосцев составила на испытаниях в среднем около 18,5 узла при мощности машин в районе 17500 лошадиных сил.*

*Справочно:

В том, что касается внешнего вида предложенных здесь броненосцев, лучше всего ориентироваться на вариант II перевооружения реального броненосца «Слава» авторства как раз упомянутого В.П.Костенко, разработанный им в 1909 году.

А применительно к их размерам и цене хочу сказать, что указанные шесть кораблей создаются вместо реальных «Славы», «Паллады», «Андрея Первозванного», «Императора Павла I», «Евстафия» и «Иоанна Златоуста» с примерно равным им совокупным тоннажем и, соответственно, стоимостью.

Спуск на воду всей этой шестерки состоялся в 1906-1907 годах, а окончательную готовность они обрели лишь к 1910 году – завершение работ тормозило в основном изготовление брони. Для решения на будущее данной проблемы в конце того же года Морским министерством было принято решение о «передаче всех броневых средств» от Обуховского завода Ижорскому и дальнейшей специализации первого из названных предприятий на выпуске артиллерии, а второго – на производстве брони, с необходимым техническим усилением соответствующих участков каждого из заводов.

В Новом адмиралтействе, все дальше уходящем от собственно судостроения, в ту пору сооружались в основном корабли помельче. Так, в малом каменном эллинге с начала 1903 года строилась колесная яхта «Александрия», а в нем же и в большом эллинге весной 1905 года началась постройка двух новых канонерских лодок.*

*Справочно:

В действительности яхта «Александрия» строилась на Балтийском заводе – но в этом мире он к описываемому времени наглухо занят иными заказами. А две «новых канонерских лодки» – это реальные «Гиляк» (II) и «Кореец» (II), вторую из которых «по-настоящему» строил Путиловский завод.

Впрочем, «малая форма» доставалась порой и флагманам индустрии. К примеру, в 1904 году на малом открытом стапеле Балтийского завода были построены и затем отправлены во Владивосток подводные лодки типа «Касатка» (как и ранее сооруженный на этом же стапеле в промежутке между строительством «Олега» и «Волги» «Дельфин»). В 1905-1906 годах там же один за другим сооружались два минных транспорта по откорректированному с учетом военного опыта проекту «Амура». А после них на данном стапеле и с 1907 года в каменном эллинге строились мониторы типа «Шквал».*

*Справочно:

Здесь отклонений от реальности практически нет.

 

Тем не менее, особую гордость любого кораблестроителя составляла постройка кораблей основных боевых классов. И, пока еще шла разработка проекта первых русских дредноутов, на большом открытом стапеле Балтийского завода и в новом каменном эллинге Галерного острова в январе 1907 года заложили два корабля, которые по техзаданию считались броненосными крейсерами – однако впоследствии многие справочники относили их по совокупности характеристик уже к крейсерам линейным.

15-тысячетонные «Муравьев-Амурский» и «Адмирал Невельской» были в некоторой мере опытным полигоном для отработки новых технических решений по будущим дредноутам. Это, к примеру, в полной мере касалось их силовой установки – турбин проектной мощностью в 27 с половиной тысяч лошадиных сил, работающих на четыре вала и позволивших крейсерам разогнаться в итоге до 24 узлов (в том также была заслуга новой носовой части корпуса без таранного форштевня). Турбины были созданы с помощью английских фирм, как их и артиллерия из восьми 254-мм и шестнадцати 120-мм 50-калиберных орудий на каждом – помощь в ее проектировании оказали специалисты компании «Виккерс». Подобно линкорам (так к тому времени переклассифицировали эскадренные броненосцы) типа «Слава», двухорудийные башни главного калибра располагались на гладкопалубном корпусе парами линейно-возвышенно в носу и корме, а противоминные пушки – в надстройке спардека за трехдюймовой броней. Центральная часть главного пояса, как и стены башен ГК и боевых рубок, защищалась 203-мм плитами. Имелась на этих крейсерах и полуторадюймовая противоминная переборка, а дальномеры также получили по опыту войны отдельные бронированные рубки на крышах боевых рубок.*

*Справочно:

Сугубо «по деньгам и тоннажу» данные крейсера строятся вместо реальных «Рюрика» (II), «Баяна» (II), а также несколько более поздних «Муравьева-Амурского» и «Адмирала Невельского» – что, конечно, со стороны автора является уже некоторой анахронистичной натяжкой, которую он, однако же, просит понять и простить.

«Муравьев-Амурский» и «Адмирал Невельской» в полной мере выполнили задачу по апробированию применения турбин на крупных боевых кораблях русского флота. Однако дальнейшее развитие военного кораблестроения в России – уже совсем другая история…

Вместо послесловия

В данной истории автор намеренно не стал писать вообще ничего о возможном ходе русско-японской войны (помимо того факта, что она все же состоялась). Альтернатив на эту тему уже тьма-тьмущая – и каждый волен выбрать себе наиболее симпатичную ему лично и мало-мальски подходящую под озвученные здесь условия. Меня же здесь интересовала в первую очередь возможность уложиться в более-менее реальные деньги и реальные же возможности отечественных предприятий, но создать при этом более сбалансированный флот, чем в действительности. Получилось это у автора или нет – судите сами.

Если у же кого-то все-таки есть желание самому погадать, как могла пойти здесь русско-японская война – могу озвучить не вошедшие в основной текст, но предполагавшиеся автором условия:

1) на начало войны (по времени – аналогично действительному) на Порт-Артур из кораблей основных боевых классов базируются:

эскадренные броненосцы – «Сисой Великий», «Петропавловск», «Севастополь», «Полтава», «Пересвет», «Ослябя», «Ретвизан», «Цесаревич» (два боевых отряда из «старых» и «новых» поотрядно примерно однотипных кораблей);

броненосные крейсера – «Баян», «Варяг» (1-й разведывательный отряд);

бронепалубные крейсера 1-го ранга – «Диана», «Паллада», «Аврора», «Аскольд», «Богатырь», «Олег» (два отряда из трех кораблей каждый – отдельно «богини» и отдельно «шеститысячники»);

бронепалубные крейсера 2-го ранга – «Новик», «Боярин» (2-й разведывательный отряд);

устаревшие безбронные крейсера 2-го ранга – «Джигит» (стационер в Инкоу), «Разбойник» (стационер в Шанхае), «Забияка» (стационер в Чемульпо), «Азия» (учебное судно в Порт-Артуре);

минные заградители – «Амур», «Енисей»;

броненосные канонерские лодки – «Гремящий», «Отважный»;

канонерские лодки – «Бобр», «Сивуч», «Кореец», «Манджур», «Гиляк»;

минные крейсера – «Всадник», «Гайдамак»;

2) на начало войны на Владивосток базируются:

броненосные крейсера – «Память Азова», «Рюрик», «Россия»;

устаревшие броненосные крейсера – учебные артиллерийские корабли – «Дмитрий Донской», «Владимир Мономах»;

бронепалубный крейсер – «Адмирал Корнилов» (на начало 1904 года завершает замену котлов и проходит перевооружение);

минный транспорт – «Алеут».

Ну а в том, что касается денежных подсчетов – у автора, если суммировать указанные по тексту дополнительные затраты (а также сделать некоторую поправку на некоторые не указанные) все его дополнительные хотелки уложились как раз в сумму около 20 миллионов рублей, определяемую Судовым списком 1904 года как суммарная стоимость «Громобоя» и «Победы». А если еще учесть, что в Судовом списке не указана стоимость брони «Победы», которая должна была выражаться цифрой примерно в 2 миллиона рублей – то с гарантией хватает и на начало постройки еще в довоенное время «внесистемных» по сравнению с реальным миром здешних «Громобоя» и «Витязя».

С уважением. Стволяр.

P.S. Полноразмерные картинки с кораблями — традиционно тут:

https://stvolar.livejournal.com/27399.html

69
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
18 Цепочка комментария
51 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
19 Авторы комментариев
СтволярSilveR SpooNBullVladimirS Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Wasa

Кстати а в каком подразделении на 1902 год находились броненосные крейсера «Генерал-Адмирал» и «Герцог Эдинбурский»? Говорят что в Учебно-артиллерийском отряде, но я его состав на тот момент знаю, нет их там.

Ansar02

Отличная работа почтенный коллега.
Сомнения возникли только по поводу «Славы». При такой архитектуре, устанавливать линейно-возвышенно башни с 305 и 203 мм пушками, представляется крайне не рационально. Гораздо полезнее было бы заменить две башни с 203 мм пушками на ещё одну с 305 мм. а от среднего калибра отказаться вовсе.

maksim korotkij

Это РИ проект . Точнее — почти реальный , в РИ были ещё 4 казематных 203 мм .

Кошко
Кошко

Нет, рациональнее ставить на Славу-Бородино по 2х3 305/40, а там уже ромбом 4х2 203/50.

Antares

Добрый день.
А не возникало ли у вас идеи на «Адмирале Нахимове» заменить все 8-203 мм оруд на 4-254 мм оруд , в двух башнях , как на «ХII Апостолах»

Bull

А не возникало ли у вас идеи на «Адмирале Нахимове» заменить все 8-203 мм оруд на 4-254 мм оруд , в двух башнях — ох коллега Antares, а как эти башни там взгромоздить. Сколько подкреплений понадобится? Думаю это для «Нахимова» не вариант.

Стаффорд41

Уважаемый коллега Стволяр, как всегда великолепно! У вас весьма реалистично получилось. И вы обошлись без галактизма.

Про ваш Ретвизан. Он в каком родстве с Потемкиным состоял? Это были братья-близнецы или родство более дальнее? Очень хочется увидеть ТТХ ваших Ретвизана и Потемкина.

Могу также добавить в продолжении ваших рассуждений о лишних кораблях. Вся серия крейсеров типа Богатырь — лишняя и избыточная. Можно строить в Киле второй Аскольд (а третий уже в России). Немцы за него просили много меньше чем за первый и готовы были быстрее построить. А для Черного моря строить бюджетную версию Аскольда, в которую очень удачно вписался ваш вариант крейсера гавриловского проекта. Экономия денег и времени. А также перераспределение 8 высвободившихся шестидюймовок между кораблями других проектов.

Второй сухой док во Владивостоке выглядит избыточным на фоне постройки второго дока в Порт-Артуре.

И у вас к январю 1904 г такая концентрация русских морских сил на Дальнем востоке получилась, что желание японцев напасть на Россию в таких условиях не выглядит детерминированным.

И если хотите, могу подсказать, где в 1890-х годах можно в российском бюджете изыскать еще 20-30 миллионов рублей на флот. Этих сумм хватит на эксперименты со снарядами (и по их итогам заказ новых снарядов для всего флота) и расширение орудийного и броневого производства.

Александр Саворский

На Нахимове, получается, что при заменен старых 8″ 35к орудий на новые 40″, которые легче, высвобождаемый вес(а это более 15 тонн на орудийную установку, не считая снарядов) идет на дополнительную броневую защиту орудий и оконечностей?
Может имело бы смысл установить 4 новых орудия попарно в носовой и кормовой башнях, а бортовые переделать в казематы для четырех шестидюймовок? Получится такая «русская Асама».

NF

++++++++++

anzar

+++ ! Продумано и детально, по Стволярски! Каждой 37мм пушчонкой- свое место, только снимаемые мин заграждения не известно куда идут (для заградителей вроде не годятся))). Почти все предлагаемые усовершенствования по кораблям, уже известны, но здесь выступают «единым фронтом». Все хотим строить вместо Громобоя что то другое, но пожар на верфи — до такого не додумались, коллега Ансар назначил бы вам коллега Стволяр персональный рахат-локум)) А ведь сгорел же Витязь… В.П.Верховского с его склонностью к мелочной экономии… такие люди нам в этой истории не нужны… Добавим- и увлеченностью котлами Никлоса…)) Еффект от альтсистемы 2х2 (Крамп и Лагань) обычно не только в броненосном Варяге, но и в быстром выборе типа и строительстве бородинцев в срок. Здесь ето не использовано- они вступают в строй как в реале. ..рокировка заказов.. двух однотипных пар броненосцев и броненосных крейсеров дополнительными затратами в размере лишь около 0,5 миллиона рублей Вроде деньги вообще те же. Или вы считали доп. броню для Ретвизанов? Вообще по деньгам имею вопрос: Програма «для нужд..» предусматривала Потребный состав дальневосточных морских сил… в 10 «линейных броненосцев», 5 броненосных крейсеров, 10 крейсеров-разведчиков 1 ранга (водоизмещением не свыше 6000 т), стольких же в 2500 т, а также 36 эскадренных миноносцев. Николай II … утвердил чрезвычайную программу… Подробнее »

Alexander Kuznetsov

Браво, не забыт ни один вымпел выше 2 ранга. Вот она увлеченность!

mangust -lis

Как всегда отлично
Знаете лишний раз убеждаюсь как бывает сходятся мысли на сайте

Создание же второго и вовсе носило по сути оттенок вынужденного экспромта – просто чтобы хоть чем-то занять стапель до выработки более приемлемого проекта броненосца. И результат, несмотря на новые более мощные пушки и улучшенную броню, по сути мало чем отличался от родоначальника этой серии «Пересвета».

Посему появилась мысль – а что, если бы эти корабли так и не были бы построены? Куда можно было бы пусть те 20 с лишком миллионов рублей, которые пошли на их создание?

п1.jpg
п2.jpg
The same Fonzeppelin

Хм. Респект за тщательный труд! Но какой смысл ставить башни линейно-возвышенно, если возвышенные 8-дюймовки толком не могут работать на большинстве острых курсовых углов?

Попытайтесь прикинуть как это будет работать. У вас при стрельбе на острых курсовых углах, пороховые газы 8-дюймовых пушек лупят прямо по наблюдательным колпакам 12-и дюймовых башен. Напоминаю, что директорного управления огнем еще нет, и башни должны видеть, во что, собственно, они стреляют.

anzar

какой смысл ставить башни линейно-возвышенно, если возвышенные 8-дюймовки толком не могут работать на большинстве острых курсовых углов?

Смысл в том, что башня стреляет на оба борта и для етого ей не требуется большая свободная площадь палубы.

The same Fonzeppelin

Растет верхний вес. Для 12-и дюймовок это еще можно обосновать, но не для 8-дюймовок.

Кошко
Кошко

Но это всё-же лучше чем крейсер 50-ых годов с «диагональю» по середине)

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить