0
0

Кировская весна. Аттестация 1932. 

произведение пишется

сборка тут  http://alternathistory.com/kirovskaya-vesna-taimlain

Кировская Весна. Аттестация 1932

Кировская весна. Аттестация 1932. 

Наименование Народного комиссариата по военным и морским делам была сочтено Кировым слишком длинным, и в мае 1932 года, одновременно со снятием с должности Наркома Климента Ефремовича Ворошилова, возглавляемый им Наркомат был переименован в Наркомат Обороны.
Сергей Миронович, выбирая пост для бывшего члена политбюро ВКП(б) и бывшего Наркомвоенмора Ворошилова, около часа советовался с новым Наркомом Обороны Уборевичем. Дело в том, что в глазах советских людей Ворошилов мог быть только военным, но при этом следовало назначить его на такой пост, на котором его популярность в народе могла бы приносить РККА пользу, а отсутствие военных талантов не могло бы приносить РККА вреда. Обсуждалась роль инспектора пехоты, либо командующего округом при хорошем помощнике, или начальника одного из ведущих ВУЗов, но все это было, что называется, не то. В итоге наметилась интересная «рокировка наоборот». 
Уборевич напомнил Кирову, что 9 апреля 1932 года в РККА было проведено сразу 4 назначения в рамках одного приказа РВС № 281, получившее в узком кругу наименование «рокировка». Начальник Военной академии имени Фрунзе, хорошо знакомый Уборевичу Роберт Петрович Эйдеман был тогда назначен на должность председателя Осоавиахима, начальником же академии имени Фрунзе стал комвойсками Приволжского военного округа Шапошников. В свою очередь на освободившийся округ поставили командующего Кавказской Краснознамённой армией Федько, а бывший помощник командующего Кавказской Краснознамённой армией Смолин стал командующим ККА.
Теперь же предлагалась «рокировка наоборот», поскольку, в связи с назначением на должность Наркома Обороны Уборевича, должность  командующего войсками Белорусского военного округа стала вакантной.
Уборевич предложил назначить на освободившийся Округ Эйдемана, а Ворошилова, соответственно, поставить на Осоавиахим. Дополнительной выгодой такого кадрового решения явилось то, что движение «Ворошиловских стрелков» не понадобится переименовывать, а слава (хотя и явно преувеличенная, но уже устойчиво сформировавшаяся) героя Гражданской войны  Ворошилова пойдет Осоавиахиму только на пользу.
* * *
За окном просторного наркомовского кабинета стоял жаркий июль 1932 года. Завершив инспекционные поездки в войска, продолжавшиеся половину мая, июнь и половину июля, Нарком Обороны Иероним Петрович Уборевич вернулся в Москву. 
Первым после завершения инспекционных поездок действием нового Наркома закономерно стала аттестация высшего командного состава. Лично Нарком планировал аттестовать комвойсками всех восьми военных округов и обеих армий  (в РККА входили на правах военных округов Особая Краснознамённая Дальневосточная армия и Кавказская Краснознамённая армия), их помощников, а также высший комсостав центральных органов управления (Штаба РККА, Главного Управления РККА, Управлений РККА и Наркомата).
Первым, вне очереди, неожиданно для всех он вызвал начальника Военно-санитарного управления РККА  Михаила Ивановича Баранова.
 — Как же так, Михаил Иванович? Вы почему не следите за здоровьем командующих войсками Округов?  — неожиданно спросил Уборевич
— Виноват, как это не следим, Иероним Петрович? – не понял Баранов
— Да вот это я Вас спрашиваю – как это не следите?
—  Не понимаю Вас, Иероним Петрович. Вам поступили какие-то жалобы? – удивился Баранов.
— Нет, напротив – я Вам жалуюсь. Вот, к примеру, Блюхер – ведь тяжело больной человек. Дыбенко  то же самое – наконец разъяснил ситуацию Уборевич, еще с гражданской войны на дух не переносивший ни первого, ни второго.
— Виноват, товарищ Нарком. Какую работу прикажете провести? – начал уже догадываться Баранов, но предпочел конкретизировать задачу нового Наркома.
— Срочно организуйте медицинский осмотр, или как там у Вас это называется, возможно — консилиум, и представьте мне заключение по всему высшему комсоставу, а в первую очередь по комвойсками. Заключение должно быть четким – годен к строевой службе по здоровью, или не годен. Я побывал во всех округах, на вид, кроме Блюхера и Дыбенко, все здоровы, но Вы все-таки проверьте – дал указание Уборевич.
Не понять столь прозрачный намек Баранов не мог, тем более, что врачи действительно еще в 1927 году диагностировали у Блюхера себорейную экзему, остро выраженную неврастению и гипертонический криз. А то, что между Командармом-13 Уборевичем и начдивом-51 Блюхером еще с 1920 года существует острая неприязнь, не знал в среде высшего комсостава только ленивый. 
Что до Дыбенко, то когда-то богатырское здоровье железного матроса революции было основательно подорвано при попытке самоубийства в 1923 году, когда его жена, Александра Каллантай, бросила ему в лицо обвинение в супружеской измене. Тогда Дыбенко выстрелил себе из револьвера в грудь, и пуля, попав в орден Красного Знамени, его не убила, но на пользу здоровью не пошла. Дыбенко частенько задыхался и жаловался на боли в груди.
25 июля 1932 года, на основании заключения медицинской комиссии ВСУ РККА, Уборевич, как заботливый командир, с сожалением отправил в отставку командующего Особой Краснознамённой Дальневосточной армии Василия Константиновича Блюхера и  командующего войсками Среднеазиатского военного округа Павла Ефимовича Дыбенко. Наркомовская забота о здоровье прославленных командиров не осталась без внимания, и была высшим комсоставом РККА понята правильно – в предчувствии предстоящей аттестации все изрядно напряглись.
* * *
В конце июля 1932 года в просторный наркомовский кабинет зашли начальник Главного Управления РККА Борис Миронович Фельдман, и первый аттестуемый — среднего роста, широкоплечий, с небольшой рыжеватой бородкой, комвойсками Ленинградского военного округа Иван Панфилович Белов.
 Кировская Весна. Аттестация 1932
— Представляется к аттестации командующий войсками Ленинградского военного округа Иван Панфилович Белов, 1893 года рождения, полных лет 39, русский, из крестьян. Согласно заключению ВСУ РККА – здоров, годен к строевой службе. Член ВКП(б) с 1919 года, ранее с 1916 года состоял в партии эсэров – начал Фельдман
— Ну зачем это? Кому нужны эти старые сказки? Эсеры были, да быльем поросли – вспыхнул Белов. Широкие скулы его напряглись, а челюсть двинулась вперед.
— Спокойнее, Иван Панфилович – осадил его Егоров. Вас никто ни в чем не обвиняет, Вы не в ОГПУ, а в кабинете Наркома Обороны.
— Я продолжу, Иероним Петрович – невозмутимо спросил Фельдман?
— Разумеется, продолжайте,  Борис Миронович — спокойно, словно ничего не произошло, разрешил Уборевич.
— Командует войсками Ленинградского военного округа с июня 1931 года. Перед этим с ноября 1927 по май 1931 года командовал войсками Северо-Кавказского военного округа. Участвовал  в боевых действиях в период Империалистической и Гражданской войны. Награжден двумя орденами Боевого Красного Знамени: в 1920 году за взятие Бухары, в 1921 году за подавление Кронштадтского мятежа. Пользуется авторитетом среди подчиненных. Умело сочетает меры поощрения и принуждения.  Политику партии разделяет и является ее активным проводником в массы. Личные качества – инициативен, умен, собран, целеустремлен. Недостатки: временами вспыльчив, а также без достаточного внимания относится к мнению младших по должности – искоса взглянув на Белова, завершил доклад начальник ГУ РККА.
— Ну, мы с Вами достаточно познакомились в 1927 году, когда я сдавал Вам дела по Северо-Кавказскому военному округу, так что спрашивать о предыдущих годах службы не буду – начал Уборевич.
— Скажите, Иван Панфилович, как бы Вы охарактеризовали подчиненный Вам округ? – спросил Уборевич.
— Освоение Курса стрельбы 1932 года в частях и соединениях идет успешно, большинство задач сдаем на «хорошо» и «отлично». По вербовке в ВУЗы РККА, а также по вербовке младших командиров на сверхсрочную службу Округ плановые показатели перевыполнил. Оргпартработа ведется активно, с упором на взвод и отделение. Боевая учеба проводится исключительно показом. В авиабригадах Округа развернута активная работа по повышению летной дисциплины и снижению аварийности. Ведем подготовку к призыву 1910 года под девизом «ни одного неграмотного в рядах Красной Армии». В соответствии с Приказом РВС от 8.06.1932 готовимся к конкурсу массовой самодеятельной физической культуры. Также имеем успехи по госкредиту – ЛВО по итогам подписки на займ «Четвертого, завершающего» вышел на первое место по РККА, с 5 июля обойдя  Московский Военный Округ – доложил Белов.
Уборевич, совершенно неожиданно и обидно для Белова, не продемонстрировал одобрения четкому докладу по самым современным областям военной жизни, а, напротив, недовольно нахмурил брови, словно Белов докладывал о маловажном, и резко бросил: доложите четче о подчиненных силах и средствах, а также территории ответственности.
—  Виноват, товарищ Нарком – не чувствуя себя виноватым отреагировал Белов —  Округ охватывает территорию Ленинградской области и Карельской АССР.
В состав округа входят два стрелковых корпуса (первый и девятнадцатый),  формируемый 11 мехкорпус и 4-я Ленинградская кавалерийская дивизия. Дополнительно хочу выделить Отдельный авиамотодесантный отряд № З. 
Первый стрелковый корпус имеет в составе теперь уже не три, а две стрелковые дивизии (16-я стрелковая дивизия имени В. И. Киквидзе, комдив Ворожейкин и 56 -я Московская стрелковая дивизия, комдив Васильев), девятнадцатый – три стрелковые дивизии (4-я Туркестанская, комдив Зюк, 20-я стрелковая им. Ленинградского Губпрофсовета, комдив Профанов, 10-я стрелковая дивизия Северного Края, комдив Северов), всего 5 стрелковых дивизии, а также и отдельную Карельскую стрелковую бригаду.  
На базе 11-й стрелковой дивизии первого стрелкового корпуса  с апреля в соответствии с постановлением РВС СССР от 11 марта 1932 года идет формирование 11-го мехкорпуса, в связи с чем 11 дивизия из первого стрелкового корпуса выведена.
— А авиация? – спросил Уборевич
— Кроме корпусных и иных войсковых авиаотрядов имеется 2-я и 3-я тяжелобомбардировочная авиабригады, а также 200-я легкобомбардировочная авиабригада и 250-я легкоштурмовая авиабригада – доложил Белов.
Выражение лица Уборевича сменилось с пренебрежительного на  нейтрально-доброжелательное, и он перешел к интересному:
— как продвигается формирование мехкорпуса?
— Чайковский взялся за дело споро – доложил Белов.
— Опыт в использовании техники у него есть: в его 11 Лениградской стрелковой дивизии кроме трех стрелковых, артиллерийского полков и других частей, был  штатный мотомехотряд:  15 танкеток, 12 БА-27, 132 автомашины, 19 мотоциклов. 
С мая 1932 года 11-я стрелковая Ленинградская Краснознаменная дивизия переформируется в 11-й механизированный корпус из двух мехбригад и одной стрелково-пулеметной бригады. При этом управление корпуса формируется на базе управления дивизии; 31-я механизированная бригада  из 32-го стрелкового полка имени Володарского; 32-я механизированная бригада – из 33-го стрелкового полка имени Воскова; а 33-я стрелково-пулеметная бригада – из 31-го полка имени Урицкого; 7 и 9-я батареи 11-го артполка  переформируются в 11-й зенитно-артиллерийский дивизион; батальон связи дивизии по новым штатам становится батальоном связи мехкорпуса; 11-й кавэскадрон преобразуем в 11-ю роту регулирования движения, 11-я химрота развернута в 11-й химический батальон; 11-я саперная рота — в 11-й саперный батальон; 11-й мотомехбатальон (бывший мотоотряд) переформирован в 11-й разведывательный батальон; остальные подразделения дивизия (противотанковая рота, зенитная батарея, автотранспортная рота и автомастерские) обращены на развертывание технической базы корпуса.
— Командиром 11-го мехкорпуса назначен Касьян Александрович Чайковский, бывший командир этой дивизии. 31-я механизированная бригада вооружается танками Т-26, 32-я танковая бригада — танками БТ-2 . В составе каждой механизированной бригады корпуса по  четыре танковых батальона (при пятитанковом взводе), стрелковый батальон, артиллерийский дивизион и подразделения обеспечения. Всего каждая из двух мехбригад по штату будет иметь по 220 танков, 56 бронеавтомобилей, 27 орудий.  Сейчас мехкорпус активно комплектуется командирами, техникой, переучиваем бойцов и командиров. Думаю, к осени завершим — завершил Доклад Белов
 Кировская Весна. Аттестация 1932
— Ну, а что у Вас по отдельному авиадесантному отряду?
— Этот отряд состоит из трех пулеметных рот (по два взвода ручных пулеметов и взвода 76–мм орудий Курчевского в каждой), трех авиаэскадрилий (1–я — 6 самолетов АНТ-9, 2–я — 6 самолетов Р-5 и 3–я — 3 самолета ТБ-1 и 3 самолета У-2) и авиационного парка. Всего в отряде: 76–мм орудий — 6, ручных пулеметов — 18, пистолетов автоматических — 144, автомобилей— грузовых 5 (из них 1 под радиостанцию), мотоциклов с коляской — 8, самокатов — 36. Численность отряда составляет 144 человека. Командиром назначен М. В. Бойцов, сам и боец и молодец, и отряд такой же подобрал. На любых учениях не посрамим чести РККА, будьте уверены, Иероним Петрович.
— Каков Ваш мобплан при мобилизации?
— Пять дивизий доукомплектовываются и выделяют комсостав для формирования десяти полнокровных дивизий штата военного времени в 12 800 человек, а бригада – в две бригады. Число управлений корпусов также удваивается.
— Не знаю говорить ли, Иван Панфилович, — как бы с сомнением сказал Уборевич,  — словом, данные Ваши по мобилизации устарели.
— Имеются новые вводные? – подобрался Белов.
— Имеются. Если раньше по мобилизации наши 91 дивизии развертывались в 182, то теперь их будет..
— Неужто 260? – блеснул догадкой Белов: в среде комвойсками предложения Тухачевского 1930 года были в целом известны.
— Хуже. 315 – огорошил его Уборевич
— Как это? больше чем в три раза? – недоверчиво спросил Белов
— Не спорю – усмехнулся Уборевич, придется и по мирному времени нарастить число дивизий до 105.
— Ясно, товарищ Нарком. Следовательно, мои 5 дивизии надо будет развертывать в 15. Где же я возьму комсостав?
— А где Вы раньше брали? – вопросом парировал Уборевич
Настал самый важный момент аттестации, и Белов это хорошо понял. Толково доложить о численности подчиненных войск может каждый комвойсками, с КС-32 всем  уже достали до печенок, так что было до сих пор — все это было разминкой, подготовкой к аттестации, если это действительно была она: Аттестация с большой буквы, какой она должна быть, иными словами – собеседование, по итогам которого старший начальник принимает решение о том, соответствует ли должности его подчиненный, или нет. А бывало и так, что решение формируется до аттестации, и аттестация – формальность, нужная старшему начальнику для бумажного подкрепления уже принятого решения. Белов пытливо взглянул на Уборевича и собрался. На обычно бесстрастном лице Уборевича Белову почудился явный интерес.
Ответ на вопрос Уборевича ему был известен, как известно и то, что будь наркомом Ворошилов – отвечать вслух Белов ни в коем случае бы не стал. Ясно было также, что ответ известен и Уборевичу. Зачем же он задал этот злосчастный вопрос? Чтобы утопить? Вряд ли. Топить меня не долго, вон как Блюхера с Дыбенко быстро убрал – лихорадочно размышлял Белов. Думай быстрее – подстегнул себя он. Уборевич, это было известно, любит военноначальников, которые имеют сходную с ним точку зрения. Впрочем, я и сам такой. Какая же у него точка зрения? Он за классовую армию и за партийную прослойку? Или за профессиональную? Чертов германофил. Скорее все же он за профессиональную, но при любитель новой техники, вон как оживился при докладе о мехкорпусе и десантниках! При этом против конников старой школы. Ну и где же я  ему рожу профессионала, но не из старой школы? А, гори все огнем!
— Раньше, Иероним Петрович, в комсостав мы призывали лиц из числа бывших офицеров, которые при надлежащем политическом контроле вполне могли приносить пользу РККА, по крайней мере в штабе, а иногда и в командовании частями – ответил Белов, в животе которого сжался ледяной ком. По слухам, в Ленинграде 2 или 3 мая 1931 года, не считая дела Балтфлота, расстреляли от 300 (минимум) до 2 тысяч бывших офицеров, и еще несколько тысяч арестовали. По Ленинградским морякам словно коса прошла – тогда были арестованы Председатель Научно-технического комитета Н. И. Игнатьев,  Начальник управления Военно-морских сил РККА М. А. Петров, Начальник штаба морских сил Балтийского моря А. А. Тошаков, Начальник Военно-морской академии Б. Б. Жерве, командиры бригад, дивизионов, отдельных кораблей и подводных лодок. 
— Не только частями, иногда и соединениями командовали. А что бы лично Вы предложили делать сейчас, в нынешних условиях?– спокойно продолжил моральное истязание Уборевич
На упоминание о бывших офицерах Уборевич не взбеленился, и резкая отповедь про социальное несоответствие кадра в беседе не прозвучала. Напротив, реплику Уборевича следовало понять как поощрительную. Значит, направление разговора стало понемногу проясняться. Если и дальше ему удастся угадать новую кадровую политику  – все, можно служить спокойно.
— С уверенностью доложить не могу, поскольку ситуацию с кадрами вижу только в масштабах Округа, но, полагаю, что и в сегодняшних условиях  для немедленного развертывания 315 дивизий без возвращения некоторой части уволенных в запас не обойтись – ответил  Белов и замер. Ну, сука, не тяни! – взмолился он про себя.
— Да, тут не поспоришь. А если говорить о мобилизации не прямо сейчас, а, скажем, через 3-5 лет, то придется наращивать выпуск комсостава в ВВУЗах, а, следовательно, снизить требования или по общеобразовательной подготовке, или по социальному вопросу. Вы бы какой вариант предпочли? – спросил Уборевич.
Белов выдохнул. Рубеж почти взят, и, скорее всего, взят успешно. Тут мнение Уборевича ясно почти наверняка. Да и тормозить поздно – действовать надо по поговорке  «коли коготок увяз – всей птичке конец».
— Новая война будет войной моторов. Следовательно, снижать требования по общеобразовательной подготовке совсем не возможно, Иероним Петрович. Если командир плохо читает, или ошибается в расчетах, или не знает географию – он нам в современных условиях динамичного боя и бойцов загубит и боевую задачу не выполнит, товарищ Нарком. Нет, таких командиров нам и даром не надо.
— Ну что ж, рад,  что мы имеем одинаковую точку зрения. Для начальника и подчиненного это немаловажно, так ведь, Иван Панфилович? – улыбнулся Уборевич
— Согласен, Иероним Петрович — с облегчением улыбнулся в ответ Белов.
— А к какому практическому выводу нас приводит утроение армии по мобилизации, Иван Панфилович? – снова посерьезнел Уборевич
— Надо всемерно усилить командирскую учебу? – с готовностью выдал Белов.
— Не только, Иван Панфилович. Не только. Нас с Вами утроение по мобилизации приводит к выводу, что каждый, вдумайтесь в это, каждый сегодняшний комполка должен быть готов по мобилизации стать на дивизию, каждый комдив – на корпус, а каждый комкор – на армию – наконец разъяснил суть новой кадровой политики Уборевич.
— Полностью согласен с такими требованиями к комсоставу, товарищ Нарком. К сожалению, доложить такое обо всех своих комдивах и комкорах не могу – с сожалением и обеспокоенностью в голосе пустил пробный шар Белов. Поскольку Округ ему достался год назад после Тухачевского, уверенности в том, что он имеет право на кадровые решения, у него пока не было.
— Вы хорошо знакомы с личной подготовленностью командиров отдельных частей и соединений? – поинтересовался Уборевич
— Знаком хорошо, Иероним Петрович – дал спокойный ответ Белов
— И как Вы оцениваете комсостав округа, пофамильно? 
— командир 1-го стрелкового корпуса Леонтий Яковлевич Угрюмов был назначен командиром корпуса только года назад, до этого командовал 48 стрелковой дивизией в Белорусском военном округе и достиг выдающихся успехов в боевой подготовке. Пока на корпусе делает первые шаги, но это шаги в верном направлении. У него очень хороший начальник штаба, Толбухин, который, кстати, далеко пойдет.  Командир 19-го стрелкового корпуса Бухлов – должности не соответствует, пьет как сапожник. Я и воспитывал его, и уговаривал, и угрожал – бесполезно.
— Есть кем заменить в округе?
— нет, комдивы не годятся.
— Почему? Что, неужели ни один из шести, если считать вместе с кавдивизией, не достоин корпуса?
-Зюк – отличный комдив, но и только. Это для него потолок. Ворожейкин заболел авиацией, подал документы в академию. Васильев только с 1931 года командует, а до этого уже около 10 лет в штабах. Ему бы с дивизией освоиться – и тогда будет толк, года через три-четыре до корпуса глядишь и дорастет.
— А по двадцатой?
— Тут другая история – Профанов в Гражданскую командовал полком, но остался на том же уровне, карту, и ту за него начштаба истолковывает. Только гонором и берет, а настоящих военных знаний нет, и самое плохое – нет и желания их приобретать.
— ну а командир 4-й ленинградской кавдивизии?
—  Демичев – опытный и перспективный комдив, на кавалерийский корпус может стать без проблем, а на стрелковый – не советую, не переболел еще лошадьми – усмехнулся Белов.
— «Конник»? – с пренебрежительной усмешкой бросил Уборевич, стоявший вместе с некоторыми другими представителями нового поколения в клане «техников», педалировавших развитие технических войск и пересаживание конницы с лошадей в пехоту.
— истинно так – твердо ответил Белов
— а 10 милиционная что?
— Северов, командир 10 стрелковой дивизии Северного Края, на комдива с трудом тянет, если бы пришлось ее развернуть по штатам военного времени – не потянул бы, Иероним Петрович. Еще переменников воспитывать – более-менее, а при кадре я ему бы максимум бригаду доверил. Организации ему не хватает, требовательности, в подчиненных дисциплину воспитать ему сложновато. Характера не хватает.
— Ну а этот, как его, которого хвалили, начальник штаба первого стрелкового корпуса?
— Толбухин?
— Да.
— Ну, он тютя, какой из него командир?
— А кем он служил?
— В царской армии до батальона дослужился, но в РККА все больше по штабной части. Я его на штаб округа бы двинул, если заберете Урицкого.
— А ходе Империалистической был награжден?
— Два ордена имел – признал Белов.
— Нет, тогда надо сделать иначе: если хвалите, то пусть набирает командного опыта – решил Уборевич
— А что Вы думаете о комсоставе Морских сил Балтийского Моря? – неожиданно спросил Уборевич
— Пересекаемся мало, товарищ Нарков – ответил Белов
— Как так? Вы что же, не сможете мне дать пофамильную характеристику старшего комсостава? – усилил напряженность Уборевич
 Кировская Весна. Аттестация 1932
— В соответствии со структурой управления флот подчиняется начальнику Морских сил РККА Владимиру Митрофановичу Орлову, товарищ Нарком – попытался оправдаться Белов
— Морские силы моря подчиняются командующему фронтом и входят в оперативный состав вооруженных сил фронта. Командующему фронтом предоставляется право инспектирования боевой готовности  морских сил моря, и Вы это должны помнить так же хорошо, как достоинства и недостатки своих сухопутных подчиненных – отчеканил Уборевич. Для командира РККА совершенно недопустимо дистанциироваться от флота, и, кстати, для комвойсками Ленинградского военного округа не только от Морских сил Балтийского моря, но и Амурской Беломорской Флотилии. Ответьте прямо. Без уверток. Как коммунист. Вы хотите командовать войсками Округа, а по военному времени – Фронта? – резко и требовательно спросил Уборевич
— Очень хочу — дрогнув голосом, четко произнес Белов.
— Тогда через полгода я к Вам приеду, и берегитесь, если хотя бы один командир миноносца Вам будет не известен – нажал тоном Уборевич.
— Спасибо за оказанное доверие, я не подведу – уверенным тоном ответил Белов.
Борис Миронович – дал указание начальнику ГУ РККА Уборевич. — Запишите решение Аттестации: признать Комвойсками Белова соответствующим занимаемой должности при условии выполнения требований Наркома Обороны СССР в части Морских сил Балтийского моря и Морских сил Северного моря. Проверка в декабре  1932 года.
— При проведении аттестации командиров корпусов и дивизий в ЛВО рекомендации комвойсками округа учесть. Командира 19 стрелкового корпуса по итогам аттестации от должности отстранить, ГУ РККА дать предложения по новому командиру корпуса. Комдивовов Профанова и Северова снять,  дайте бригаду или  полк, в другом округе. Назначить на одну из дивизий начальника штаба 1 стрелкового корпуса Толбухина  – спокойно указал Уборевич Фельдману.
Домой, в Ленинград, Белов вернулся в приподнятом настроении. В должности он был утвержден, проинспектировать моряков Балтфлота и северной флотилии будет даже интересно. Фитиль подчиненному входил в обязательные правила армейской игры, и его следовало оценивать адекватно. Во-первых, он показывал «кто в доме хозяин» и закреплял, тем самым, воинскую дисциплину. Во-вторых, и  Белов, и сам Уборевич, разумеется, знали, что оперативное подчинение флота командующим войсками военных округов до сих пор носило декларативный характер, что действительно не шло на пользу ни береговой обороне территории Округа, ни защите  баз флота на суше. Таким образом, Ленинградский военный Округ стоял на острие развития РККА, а отношения с наркомом похоже сложились нормально. Кадровые решения нового наркома Белову понравились, армия становилась на верную дорогу, на душе было легко. По счастливому стечению обстоятельств, хорошие новости множились – в квартире он с удовольствием обнаружил сестру. 
— Саша, вот радость то, молодец что навестить приехала – обрадовался Белов — Ну как отец, как мать?
Правда, пожив в Ленинграде несколько недель у него в квартире, Александра решилась обратиться к брату с просьбой помочь ей устроиться жить в Ленинграде. Иван Панфилович отнесся к ее просьбе неодобрительно. «Не для того мы революцию делали, чтобы личные дела устраивать!» — сурово ответил он ей, и больше они к этой теме не возвращались. 
Лаврентий Павлович Берия, сменивший в декабре 1931 года руководителя ОГПУ Менжинского, уже в сентябре 1932 года на основании решения Кирова распорядился прекратить выдуманные дела  против офицеров, виновных, в действительности, лишь в продолжении традиции полковых офицерских собраний, иными словами, в посиделках с игрой в карты, песнями, выпивкой и разговорами о былых временах. Оставшиеся в живых офицеры быливыпушены на свободу, перед ними извинились, а в военных комиссариатах всем им было предложено, при желании, поступление на службу в РККА
Из всех вышедших на свободу наиболее высокой должности удостоился в сентябре 1932 года Дмитрий Николаевич Надежный. Добровольно вступивший в РККА генерал-лейтенант, награжденный в ходе Империалистической войны 10 орденами и георгиевским оружием, в советское время успешно командовал и армиями, и фронтами. С 1926 по 1931 год Надежный прозябал на преподавательской работе в Военной академии им. М. В. Фрунзе С августа Дмитрий Николаевич Надежный был назначен на должность начальника штаба Украинского военного округа, где ОГПУ нанесло кадрам РККА особенно серьезный урон.
Всего на территории Украины по делу "Весна" было осуждено 328 военнослужащих, часть которых была расстреляна. Фактически, без серьезных потерь не обошлась ни одна дивизия. Среди наиболее значимых потерь были расстрелянные помощник начальника штаба Округа Сергей Георгиевич Бежанов, начальника оперативного отдела штаба С. С. Ивановский,  начальник военных сообщений штаба Украинского военного округа Владимир Васильевич Сергеев,  командир 44 стрелковой дивизии Я. А. Штромбаха, комдив 30 Петр Петрович Мясоедов, главный военрука Киева, бывший командующий Восточным фронтом,  генерал Ольдерогге
Аттестации 1932 года из 10 командующих войсками округов и приравненных к ним армий подлежали 9 человек (Эйдеман, как назначенный на должность в связи с «обратной рокировкой», не аттестовывался). Однако, сразу двое (Блюхер и Дыбенко) были еще до аттестации отправлены в отставку по болезни. Из оставшихся семерых был признан не соответствующим занимаемой должности только один — комвойсками Московского Военного Округа А. И. Корк.  Август Иванович показался Уборевичу образованным, знающими и выдержанным командармом, но совершенно лишенным широты взглядов, собственно военного дарования и явно неспособным действовать в меняющейся обстановке.
Остальные шестеро (Иван Панфилович Белов, Иван Федорович Федько, Михаил Карлович Левандовский, Николай Дмитриевич Каширин, Иван Иванович Смолин, Иона Эммануилович Якир) свои должности сохранили.
Четыре остальных оперативно-стратегических территориальных объединения получили новых командующих войсками:
1.    Белорусский военный округ — Роберт Петрович Эйдеман (ранее председатель Осоавиахима)
2.    Особая Краснознамённая Дальневосточная армия – Витовт Казимирович Путна (ранее Командующий Приморской группой войск ОКДВА)
3.    Среднеазиатский военный округ — Михаил Дмитриевич Великанов (ранее помощник командующего в Северо-Кавказском военном округе)
4.    Московский Военный Округ – Николай Владимирович Куйбышев (ранее секретарь распорядительных заседаний Совета Труда и Обороны СССР)
Кировская Весна. Аттестация 1932

Новые назначения естественно вызвали новые вакансии, которые были заполнены так:
1.    Председателем Осоавиахима стал Климент Ефремович Ворошилов.
2.    Командующим Приморской группой войск ОКДВА стал Степан Сергеевич Вострецов.
3.    Помощником командующего войсками СКВО стал Матвей Иванович Василенко.
4.    Должность постоянного секретаря распорядительных заседаний Совета Труда и Обороны СССР   упразднили.

Биографии новых комвойсками
Эйдеман Роберт Петрович. Комкор (1935). Латыш. Член ВКП(б) с марта 1917 г.
Родился в мае 1895 г. в местечке Ляесциеме Валкского уезда Лифляндской губернии в семье учителя. Окончил реальное училище в г. Валки. В 1914 г. поступил учиться в Петроградский лесной институт. Со второго курса призван в армию и направлен в Киевское военное училище. После производства в офицеры в октябре 1916 г. служил в 16-м Сибирском стрелковом запасном полку (г. Канск). После Февральской революции 1917 г. избран председателем полкового комитета, заместителем председателя Канского Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Выступал против отправки запасных полков на фронт в полном составе. На 1-м Всесибирском съезде Советов в октябре 1917 г. избран заместителем председателя ЦИК Сибири (Центросибири). В Октябрьские дни 1917 г. был одним из руководителей Военно-революционного комитета г. Канска. В декабре 1917 г. командовал отрядом солдат Канского гарнизона при подавлении восстания юнкеров в г. Иркутске. На 3-м Всероссийском съезде Советов избран членом ВЦИК. Последний чин в старой армии — прапорщик.
В РККА добровольно с 1918 г. Участник Гражданской войны на Восточном, Южном и Юго-Западном фронтах. С мая 1918 г. занимал должности: члена Западно- Сибирского штаба по подавлению че-хословацкого мятежа, командующего войсками Омского направления Северо- Урало-Сибирского фронта, начальника 2-й и 3-й Уральских стрелковых дивизий (июль — ноябрь 1918 г.), начальника 16-й (март — июль 1919 г.), 41-й (октябрь — ноябрь 1919 г.), 46-й (ноябрь 1919 г. — апрель 1920 г.) стрелковых дивизий. Из приказа Реввоенсовета Республики № 126 от 13 марта 1920 г.: «Награждаются орденом Красного Знамени… начальник 46-й стрелковой дивизии тов. Эйдеман Роберт Петрович за то, что в бытность начальником 41-й стрелковой дивизии искусно и блестяще руководил ею, не допустил прорыва противника в районе Дмитровска Орловской губернии, а в боях 16-19 октября 1919 года за овладение Льговом, Суджей и Харьковским узлом он своими энергичными с проявлением личной храбрости действиями в высшей степени способствовал занятию названных пунктов…» В июне — июле 1920 г. — командующий 13-й армией. В августе — сентябре 1920 г. командовал Правобережной группой войск Юго-Западного фронта. В сентябре — декабре 1920 г. — командующий войсками внутренней службы Юго-Западного и Южного фронтов.
После Гражданской войны на ответственных командных постах. С января по май 1921 г. — командующий войсками Харьковского военного округа. До мая 1924 г. работал помощником командующего Вооруженными силами Украины и Крыма. С мая 1924 г. — командующий войсками Западно-Сибирского (затем Сибирского) военного округа. С февраля 1925 г. по март 1932 г. — начальник и военком Военной академии имени М. В. Фрунзе. В 1928 г. в составе группы командиров РККА был в командировке в Германии, где знакомился с системой обучения войск и штабов рейхсвера. С апреля 1932 г. — председатель Центрального Совета Осоавиахима СССР. Одновременно исполнял обязанности ответственного редактора журнала «Война и революция». Принял участие в создании трехтомного труда «Гражданская война 1918-1921 гг.». Являлся членом правления Союза советских писателей и председателем его латышской секции. Осенью 1936 г. с делегацией Осоавиахима посетил Турцию. За годы руководства Р. П. Эйдемана Осоавиахим превратился в мощную, разветвленную по всей стране организацию, успешно решавшую практические задачи обороны СССР.
Член ВЦИК и ЦИК СССР. Член Военного совета при наркоме обороны. Награжден двумя орденами Красного Знамени (1920, 1924) и орденом Красной Звезды (1934).
Арестован 22 мая 1937 г. Специальным судебным присутствием Верховного суда СССР 11 июня 1937 г. по обвинению в участии в военном заговоре приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение 12 июня 1937 г. Определением Военной коллегии от 31 января 1957 г. реабилитирован.
Черушев Н.С., Черушев Ю.Н. Расстрелянная элита РККА (командармы 1-го и 2-го рангов, комкоры, комдивы и им равные). 1937-1941. Биографический словарь. М., 2012, с. 125-126.

Путна Витовт Казимирович. Комкор (1935). Литовец. Член ВКП(б) с февраля 1917  г.
Родился в апреле 1893 г. в селении Мацконяй Молетской волости Виленской губернии в крестьянской семье. Рано начал трудовую деятельность — пастухом в своем селении, чернорабочим в Риге. В 1913 г. за революционную агитацию среди рабочих Риги был заключен в тюрьму. После начала Первой мировой войны из тюрьмы освобожден и в 1915 г. направлен на фронт, где получил тяжелую травму от отравления газами. В 1917 г. окончил школу прапорщиков и направлен служить в один из полков 12-й армии. Будучи младшим офицером, проводил революционную агитацию среди солдат своего полка.
В апреле 1918 г. вместе с батальоном, в котором служил, добровольно вступил в состав Красной армии. В военном отделе Витебского Совета был организатором частей Красной армии. С мая 1918 г. — военный комиссар г. Витебска. В августе — сентябре 1918 г. — военный комиссар 1-й Смоленской пехотной дивизии. С сентября 1918 г. по апрель 1919      г. — военком 26-й стрелковой дивизии. Затем командовал 228-м Карельским стрелковым полком и 2-й бригадой этой дивизии. С декабря 1919 г. — начальник 27-й стрелковой дивизии. Участник Гражданской войны на Восточном и Западном фронтах. После разгрома войск Колчака в Сибири передислоцировал дивизию на Западный фронт, где в боях с белополяками ее части показали высокую выучку и мастерство. Во главе дивизии участвовал в подавлении Кронштадтского мятежа в марте 1921 г. Из приказа Реввоенсовета Республики № 311 от 14 ноября 1921 г.: «Награждается в третий раз орденом Красного Знамени начальник 27-й Омской стрелковой дивизии тов. Путна Витовт Казимирович за то, что 17 марта 1921 г. при наступлении на мятежный Кронштадт проявил исключительную воинскую доблесть и мужество. Несмотря на то что в этот день под командой тов. Путна не было никаких частей, так как 79-я бригада была подчинена командюжгруппы, а 80-я — тов. Дыбенко, тов. Путна все же счел своим долгом быть в рядах бойцов, воодушевляя своим примером красноармейцев и укрепляя в них воинский дух и отвагу. Во время боя тов. Путна лично поддерживал связь со спасательной станцией, помогая телефонистам налаживать связь. Когда же телефонная связь прекратилась, тов. Путна лично установил связь с действующими войсками, размещал сам красноармейцев. Затем тов. Путна, приняв командование над 79-й бригадной школой, подвергшейся сильному артиллерийскому обстрелу, рассыпал ее в цепь и поддерживал в ней боевой порядок. Во все время боя тов. Путна проявлял исключительную энергию и самоотверженность, подвергая свою жизнь опасности и стремясь своим личным поведением обеспечить и ускорить победу».
27-й Омской стрелковой дивизией В. К. Путна командовал до сентября 1922 г. В 1922-1923 гг. — слушатель Высших академических курсов при Военной академии РККА. С мая 1923 г. — начальник и военком 2-й Московской пехотной школы. С апреля по октябрь 1924 г. — начальник и военком Управления по войсковой подготовке при инспекторе РККА. С ноября того же года — помощник инспектора РККА по пехоте. В 1924-1925 гг. — военный советник в Китае. С октября 1925 г. — заместитель начальника Главного управления РККА. С ноября того же года — начальник Управления военно-учебных заведений РККА. С февраля по июнь 1927 г. — командир и военком 2-го стрелкового корпуса. С августа 1927 г. — на военно-дипломатической работе: военный атташе при полномочном представительстве СССР в Японии (август 1927 г. — октябрь 1928 г.), Финляндии (ноябрь 1928 г. — апрель 1929 г.), Германии (май 1929 г. — июль 1931 г.). С июля 1931 г. — командир и военком 14-го стрелкового корпуса. С января 1932 г. по июль 1934 г. — командующий Приморской группой войск ОКДВА. С июля 1934 г. — военный атташе при полномочном представительстве СССР в Англии.
Награжден тремя орденами Красного Знамени (1919,1920,1921), орденом Трудового Красного Знамени Белорусской ССР (1932).
Арестован 20 августа 1936 г. Специальным судебным присутствием Верховного суда СССР 11 июня 1937 г. по обвинению в участии в военном заговоре приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение 12 июня 1937 г. Определением Военной коллегии от 31 января 1957 г. реабилитирован.
Черушев Н.С., Черушев Ю.Н. Расстрелянная элита РККА (командармы 1-го и 2-го рангов, комкоры, комдивы и им равные). 1937-1941. Биографический словарь. М., 2012, с. 104-105.

ВЕЛИКАНОВ Михаил Дмитриевич. Командарм 2-го ранга (1937). Русский. Член ВКП(б) с 1920 г.
Родился в декабре 1892 г. в селе Зимино Михайловского уезда Рязанской губернии в крестьянской семье. В 1913 г. окончил Рязанскую духовную семинарию и стал работать учителем в сельской школе. В 1914 г. призван на военную службу. Вскоре был направлен в Псковскую школу прапорщиков, которую окончил в 1915 г. Участник Первой мировой войны. В составе 436-го Новоладожского пехотного полка командовал ротой. После Февральской революции 1917 г. избран в состав полкового комитета, а затем командиром полка. Последний чин в старой армии — поручик.
В РККА с марта 1918 г. — командир роты Лефортовского отряда, затем командир батальона Козловского полка. С июля 1918 г. — командир 2-го Симбирского полка, с декабря того же года — командир 1-й бригады 24-й Симбирской стрелковой дивизии. В феврале — марте 1919 г. — начальник 25-й стрелковой дивизии. Участвовал в боях по освобождению Симбирска (октябрь 1918 г.), командовал Уфимской ударной группой войск (март — апрель 1919 г.), принимавшей участие в разгроме частей адмирала Колчака на Урале, затем (в апреле — июне 1919 г.) возглавлял оборону Оренбурга. В июле 1919 г. — феврале 1920 г. и в мае 1920 г. — октябре 1921 г. — начальник 20-й Пензенской стрелковой дивизии. В Егорлыкской операции 1920 г. успешно командовал ударной группой 10-й армии. В феврале 1921 г. командовал группой войск Тифлисского направления, в марте — апреле того же года — группой войск Эриванского направления. Из аттестации на начальника 20-й стрелковой дивизии, написанной в августе 1921 г.: «Энергичный, твердый и решительный начальник, хорошо разбирается в боевой обстановке.., самостоятелен и настойчив в достижении поставленной цели. Хороший  организатор и политический работник…» Из приказа Реввоенсовета Республики № 252 от 30 мая 1920 г.: «Награждается орденом Красного Знамени начальник 20-й стрелковой дивизии тов. Великанов Михаил Дмитриевич за нижеследующие отличия: товарищ Великанов за период боевых операций со 2 по 18 февраля 1920 г., руководя действиями дивизии, умело выполнил данную ему штармом (штабом армии. — Авт.) боевую задачу, результатом чего было разбитие превосходившего силами противника,захват в плен 2-го и 4-го гренадерских полков и занятие районов ст. Торговая, Шаблиевка, Екатеринославка. С 18 по 21 февраля удачным маневром войсковых частей 20, 30 и 80-й стрелковых дивизий, объединенных под общим руководством товарища Великанова, был отброшен и затем разбит противник, пытавшийся нанести удар красным войскам с северо-запада и юго-запада и занять хут. Крученая Балка, Крикунов, Сысоево-Александровск и ст. Песчанокопская. В боевых операциях 25 февраля группой Великанова в составе перечисленных частей совместно с Конной армией был разбит противник под ст. Средний Егорлык, где было захвачено у неприятеля 29 орудий, 100 пулеметов и обоз. 20 февраля 20-я дивизия под начальством тов. Великанова приняла участие в боях у ст. Егорлыкской и содействовала кавдивизии Гая занятию последней».
После Гражданской войны командовал рядом соединений и занимал другие командные должности. В 1922 г. окончил Высшие академические курсы при Военной академии РККА. С августа 1922 г. — командир 1-й Кавказской стрелковой дивизии. С1923 г. — командир 9-го стрелкового корпуса. Из аттестации за 1923 г., подписанной командующим войсками Северо-Кавказского военного округа К. Е. Ворошиловым: «Тов. Великанов один из лучших боевых командиров. В должности комкора 9 он так же успешно справляется, как легко разрешал сложные боевые задачи в бытность свою начдивом. Умный, дельный, со спокойным характером. Здоров и в походной жизни вынослив. Занимаемой должности совершенно отвечает».
С декабря 1923 г. — помощник командующего войсками Северо-Кавказского, а с февраля 1924 г. — Приволжского военных округов. Из аттестации за 1925 г., подписанной командующим войсками округа А. И. Седякиным и членом РВС И. Ф. Кучминым: «Тов. Великанов М. Д. — прекрасный боевой командир. Любит военное дело. Работает над своим общим и военным развитием. Много читает серьезные военные труды. Изучает немецкий и французский языки. Заметно развивается.
Но он по должности перешел предел своих способностей. Из него был бы по-современному прекрасный командир дивизии и неплохой командир корпуса, но командующим армии он быть, пожалуй, никогда не сможет. Политически, как член РКП(б), грамотен. Характера твердого — военного…» С февраля 1926 г. — инспектор пехоты РККА.
С сентября 1926 г. — командир 11-го стрелкового корпуса. Руководство Белорусского военного округа более высоко оценивало способности М. Д. Великанова, нежели руководители ПриВО. Из аттестации на командира 11-го стрелкового корпуса М. Д. Великанова, подписанной в марте 1928 г. командующим войсками округа А. И. Егоровым и членом РВС М. М. Ландой: «Вполне достоин занятия должности помкомвойсками округа для последующего выдвижения на самостоятельную работу командования войсками округа в мирное время и командующего армией в военное время».
С января 1928 г. — помощник командующего войсками Сибирского военного округа. В 1928 г. окончил Курсы усовершенствования высшего начальствующего состава РККА при Военной академии имени М. В. Фрунзе (общевойсковое отделение). Затем служил в должности помощника командующего в Северо-Кавказском военном округе. Из аттестации на М. Д. Великанова за 1931 г., подписанной командующим СКВО Н. Д. Кашириным и членом РВС округа С. Н. Кожевниковым: «Тов. Великанов в должности помкомвойск СКВО состоит более года, а всего в этой должности более четырех лет. Пройдя за годы гражданской войны последовательно все командные ступени в Красной армии, тов. Великанов глубоко изучил работу и жизнь войсковых частей и соединений и в последние годы приобрел большой опыт в работе окружного аппарата управления. В СКВО тов. Великанов руководил по моему указанию непосредственно работой большинства начальников родов войск и служб, возглавлял в течение года одну учебно-инспекторскую группу штаба округа и с этой работой справлялся вполне успешно. Все доклады и выводы тов. Великанова, как правило, основаны на тщательном и добросовестном изучении материала и отличаются редкой правдивостью и глубиной своего анализа. Являясь хорошим организатором учебы, тов. Великанов своей годовой работой принес значительную пользу для войск округа, и в частности для специальных войсковых частей.
По своим личным качествам тов. Великанов является хладнокровным, твердым и требовательным командиром. Оперативно-тактический кругозор тов. Великанова, судя по участию его в окружных военных играх, достаточно широк, устойчив и имеет признаки вполне правильной школы. Продолжает много работать над собой. Тщательно изучает военную и техническую литературу не только на русском, но и на иностранных языках. Регулярно изучает немецкий и французский языки. …Считаю тов. Великанова заслуженным, ценным и культурным командиром РККА».
С августа 1932 г. — помощник командующего войсками Московского военного округа. С декабря 1933 г. — командующий войсками Среднеазиатского военного округа. С июня 1937 г. — командующий войсками Забайкальского военного округа.
Член Военного совета при наркоме обороны. Награжден орденами Красного Знамени РСФСР (1920), Азербайджанской ССР (1920. Знак ордена № 8), Армянской ССР (1921. Знак ордена № 2).
Арестован 20 декабря 1937 г. Военной коллегией Верховного суда СССР 29 июля 1938 г. по обвинению в участии в военном заговоре приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение в тот же день. Определением Военной коллегии от 1 сентября 1956 г. реабилитирован.
Черушев Н.С., Черушев Ю.Н. Расстрелянная элита РККА (командармы 1-го и 2-го рангов, комкоры, комдивы и им равные). 1937-1941. Биографический словарь. М., 2012, с. 24-26.

Куйбышев Николай Владимирович. Комкор (1936). Русский. Член ВКП(б) с января 1918 г.
Родился в декабре 1893 г. в г. Кокчетав в семье офицера. После окончания в 1912 г. Омского кадетского корпуса поступил в Александровское военное училище (г. Москва). В 1914 г. в звании подпоручика выпущен из училища. Участник Первой мировой войны. Воевал в составе 10-го Малороссийского гренадерского полка, командовал ротой и батальоном. После Февральской революции 1917 г. избран членом полкового комитета.
С ноября 1917 г. — адъютант полка. В боях трижды ранен. Последний чин и должность в старой армии — капитан, адъютант 10-го Малороссийского гренадерского полка.
В РККА с первых дней ее существования. Участник Гражданской войны на Южном фронте. С июля по декабрь 1918 г. — член Высшей военной инспекции. С января по сентябрь 1919 г. — военный комиссар 3-й стрелковой дивизии 13-й армии (в июле — августе того же года временно командовал этой дивизией). В сентябре — декабре 1919 г. — командир 3-й бригады 9-й стрелковой дивизии. С января 1920 г. по июнь 1921 г. — начальник этой дивизии. Из приказа Реввоенсовета Республики № 41 от 5 февраля 1921 г.: «Награждается вторично орденом Красного Знамени начальник 9-й стрелковой дивизии тов. Куйбышев Николай Владимирович за следующие отличия: в боях с 29 сентября по 3 октября 1920 г., командуя частями 9-й стрелковой и 7-й кавалерийской дивизий, проявил талантливое руководство частями и личный героизм во время пребывания в передовых частях. Решительными действиями всей группы тов. Куйбышев спас Донецкий бассейн от угрожавшей опасности, отбросив части Донкорпуса противника из района ст. Доля и Волноваха в западном направлении. Далее в боях с 25 октября по 3 ноября, командуя той же группой, нанес противнику сильнейшее поражение, захватил орудия и более 5 тысяч пленных, идя с исключительной быстротой и опрокидывая противника по пути от Б. Янисаля до Геническа».
После Гражданской войны на ответственных должностях в войсках и центральном аппарате военного ведомства, высших партийных и советских органов. В июне — октябре 1921 г. — командир 2-го Кавказского корпуса. В ноябре 1921 — марте 1922 г. — слушатель Высших академических курсов при Военной академии РККА. С марта 1922 г. — комендант Кронштадтской крепости. Полтора года (с мая 1923 г. по ноябрь 1924 г.) руководил Высшей стрелково-тактической школой (курсами) «Выстрел». С ноября 1924    г. — помощник командующего Туркестанским фронтом. В октябре 1925 г. зачислен в резерв РККА в связи с направлением в Китай в качестве руководителя группы военных советников и специалистов. По возвращении из Китая в июле 1926 г. назначен командиром и военкомом 3-го стрелкового корпуса. С декабря того же года — начальник Командного управления Главного управления РККА. С января по ноябрь 1928 г. — помощник командующего войсками Московского военного округа. С ноября 1928 г. по ноябрь 1929 г. — командующий войсками Сибирского военного округа. С декабря 1929 г. — начальник Главного управления РККА. С октября 1930 г. — секретарь распорядительных заседаний Совета Труда и Обороны СССР, член коллегии наркомата Рабоче-Крестьянской Инспекции и руководитель военно-морской инспекции. С февраля 1934 г. по март 1935 г. — член Комиссии Партийного Контроля при ЦК ВКП(б) и руководитель группы по военно-морским делам. С апреля 1935 г. — член Бюро Комиссии Партийного Контроля при ЦК ВКП(б). С июня 1937 г. по январь 1938 г. — командующий войсками Закавказского военного округа.
Член ЦИК СССР. Депутат Верховного совета СССР первого созыва. Награжден тремя орденами Красного Знамени РСФСР (1920, 1921, 1922. Знаки ордена № 3748, 15, 17), орденами Красного Знамени Азербайджанской ССР (1921), Грузинской ССР (1923).
Арестован 2 февраля 1938 г. Военной коллегией Верховного суда СССР 1 августа 1938 г. по обвинению в участии в военном заговоре приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение в тот же день. Определением Военной коллегии от 19 мая 1956 г. реабилитирован.
Черушев Н.С., Черушев Ю.Н. Расстрелянная элита РККА (командармы 1-го и 2-го рангов, комкоры, комдивы и им равные). 1937-1941. Биографический словарь. М., 2012, с. 85-87.

35
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
7 Цепочка комментария
28 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
0 Авторы комментариев
NFМаксим....Вадим ПетровAley Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Ansar02

Почтенный коллега! Мысли в Почтенный коллега! Мысли в принципе правильные, но "как друзья вы не садитесь, всё в музыканты не годитесь". Армию Вы на самом деле от дилетантов не чистите. На высшие военные должности назначаете не образованных профессионалов с опытом, а карьеристов без соответствующего образования. Это не только полностью повторяет наш путь к катастрофе лета 41-го, но ещё и усугубляет его, поскольку РИ чистки высшего комсостава РККА похоже уже не будет. Пара предложений. Договоритесь с немцами об обучении наших кадров, начиная с низшего уровня — комвзвода, до комдива включительно. Пусть это будут не отдельные выезды тех же высокопоставленных идиотов "европу посмотреть, да водки попить", а массовая отправка наиболее надёжных и подающих надежды кадров всех уровней с последующим соответствующим обобщением опыта. Нам ведь не стратегия от немцев нужна, а банальная тактика и организация. Поэтому и курсанты наши должны учиться не по отдельным программам, а прямо вместе с немцами, постоянно впитывая их "военную культуру". Второе — лучшие офицерские кадры старой школы, прошедшие "огонь, воду и медные трубы" надо не на войска ставить, а прежде всего на учебные заведения. Положение, когда Академией Генерального штаба заведует Тухачевский, сам таких академиев не кончавший — нетерпимо совершенно. Очень интересно у Вас должно получиться, но некоторые принципиальные… Подробнее »

NF

++++++++++

++++++++++

Вадим Петров

Насколько я понял, коллега

Насколько я понял, коллега планирует плавно "вернуть" ситуацию к февралю 1917 года и разыграть новую комбинацию, когда СССР выступит в роли "мальчика для битья", обеспечивая "продолжение" ПМВ для выхода из экономического кризиса. 

Теперь не будет нападения Германии на Польшу и Францию, а сразу начнется советско-германская война. Но если все пойдет по такому сценарию, что планируется сделать с САСШ, которые совсем не порадует укрепление британской колониальной системы?

Анонимно
Анонимно

Кстати, Италия — великолепный

Кстати, Италия — великолепный пример как индустрию страны подняли де-факто на одном кораблестроении…

NF

«Кстати, Италия —

"Кстати, Италия — великолепный пример как индустрию страны подняли де-факто на одном кораблестроении…"

 

Ну не совсем уж одно кораблестроение помогло провести индустриализацию Италии. Там и сельское хозяйство сыграло свою роль, и автомобилестроение, и авиастроение. Да и машиностроение уже тогда не плохо развивалось. Некоторую роль сыграл и туризм хотя это было еще совсем не то что имеется в наше время.

Вадим Петров

Я ведь почему вам не отвечаю,

Я ведь почему вам не отвечаю, потому что вы читать не умеете и потому регулярно выдаете глупости! Дары моря относились к Японии, а к Парагваю — климат. Так что не буду более тратить время, смысла все равно нет.

Максим ....

 потому что вы читать не

 потому что вы читать не умеете

Да?

Что касается Японии и Парагвая, то у них было и время и оба варианта, особенно если учесть, что климат или дары океана

Заметьте, сначало Япония, потом Парагвай. Сначало климат, потом "дары моря". Ну, да ладно, проехали!

 а потому регулярно выдаете глупости!

"Не вам в меня камни кидать." (с)

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить