История создания боевой машины десанта

Sep 24 2011
+
25
-

Работы по созданию боевой машины десанта (БМД) для Воздушно-десантных войск начались по инициативе первого командующего ВДВ генерала армии В.Ф. Маргелова. В апреле 1964 г. нескольким организациям, в числе которых были конструкторские бюро Мытищинского машиностроительного завода (ММЗ), Волгоградского тракторного завода (ВгТЗ) и Всесоюзного научно-исследовательского института ВНИИ-100 в Ленинграде, одновременно была поручена разработка эскизных проектов боевой машины Воздушно-десантных войск.

Из тактико-технических требований следовало, что БМД по своим боевым и техническим характеристикам (вооружению, маневренности, лобовой броневой защите, номенклатуре установленного оборудования) должна оказаться на уровне опытной боевой машины пехоты «Объект 765», однако размеры и боевая масса машины были жестко ограничены. Размеры БМД были заданы из условий свободной вытяжки машины парашютом через грузовой люк серийного транспортного самолета Ан-12, а боевая масса — из условий сохранения устойчивости полета самолета в момент выброса машины вместе с парашютной системой.

Рассмотрение выполненных проектов выявило два подхода к решению задачи. Один подход, которого придерживались конструкторские бюро ММЗ (НА. Астров) и ВНИИ-100 (B.C. Старовойтов), обосновывался предположением о том, что машина не будет массовой, вследствие чего рекомендовалось использовать лишь имеющиеся на серийном производстве узлы и агрегаты существующих гусеничных машин: тягачей АТ-П и ГТМ, авиадесантной самоходной установки АСУ-57 и колесной боевой разведывательно-дозорной машины БРДМ-2. В качестве основы рекомендовалась компоновочная схема с передним расположением моторно-трансмиссионного отделения (МТО) и задним размещением совмещенного десантно-боевого отделения. Второй подход, который был принят конструкторским бюро ВгТЗ, основывался на том, что машина будет массовой, так как возможность очень быстрой доставки БМД в заданный район являлась новым, весьма ценным качеством, которым другие образцы не обладали. Кроме того, в КБ завода считали, что выбор конструкции узлов должен иметь подчиненное значение при реализации заданных ТТT, а не наоборот.

Все проекты, представленные другими организациями, кроме ВгТЗ (И.В. Гавалов), базировались только на использовании автомобильного карбюраторного двигателя ГАЗ-41, имевшего максимальную мощность 103 кВт (140 л.с).

Аванпроект ВНИИ-100

Так, в проекте БМД, разработанном во ВНИИ-100, двигатель с его системами и агрегаты трансмиссии были размещены в передней части корпуса у правого борта. Система охлаждения двигателя — вентиляторная, выполненная по схеме БРДМ-2 с одним радиатором. Механик-водитель располагался в отделении управления слева от двигателя.

За механиком-водителем в МТО уступом от левого к правому борту были установлены три сиденья для десантников, за которыми находилось боевое отделение (башня с вооружением). Башня с вооружением, заимствованная у БМП «Объект 765», была установлена со смещением от продольной оси машины к левому борту. Такая установка башни была вызвана необходимостью частичного устранения поперечной неуравновешенности, вызванной смещением МТО и обеспечением прохода десантников к кормовым дверям, предназначенным для посадки и высадки десанта. В башне размещался наводчик.

За башней около кормы располагались еще два сиденья для десантников. Около рабочего места каждого из них имелись установки для стрельбы из личного оружия. В боекомплект машины входили 20 активно-реактивных выстрелов к 73-мм орудию, две управляемые ракеты ПТРК «Малютка» и 2000 патронов к пулемету.

Корпус машины предлагалось изготавливать из алюминиевого сплава Д-20. Боевая масса машины согласно расчетам составляла 6,6 т, масса десантируемой машины — 5,9 т.

Проект БМД, выполненный во ВНИИ-100, имел следующие основные недостатки.

  • Десант не имел возможность ведения прицельного огня из личного оружия в направлении движения машины. Шаровые установки двух передних стрелков также не позволяли вести прицельный огонь.
  • При установке на машине башни с вооружением, унифицированной с башней БМП «Объект 765», выход передних десантников и механика-водителя в сторону кормы был невозможен, а при положении башни орудием вперед наводчик мог покинуть машину только через башенный люк.
  • При эксплуатации машины возникала опасность забора приточным вентилятором выхлопных газов двигателя в десантно-боевое отделение, а также их попадание внутрь машины под воздействием встречного потока воздуха при движении с открытыми люками.
  • Переднее расположение МТО вынуждало к уменьшению толщины верхнего лобового броневого листа для облегчения носовой части корпуса. Кроме того, размещение агрегатов и систем МТО со смещением от продольной оси, учитывая габариты и массу машины, вызывало поперечную неуравновешенность, что затрудняло ее использование в качестве базы для различных боевых и обеспечивающих машин.
  • Боекомплект к основному оружию был уменьшен на 50% по сравнению с заданным в ТТТ. Выполнение требований по боекомплекту и пулеметному вооружению приводило к превышению заданной массы при десантировании машины.
  • Использование карбюраторного двигателя и расположение топливных баков в десантном отделении создавало высокую пожароопасность. Кроме того, малый клиренс (300 мм) не обеспечивал хорошую проходимость машины на пересеченной местности.
  • Для выполнения заданных ТТТ по уровню броневой защиты и боевой массе ВНИИ-100 вынужден был сократить боекомплект машины наполовину и уменьшить количество устанавливаемых пулеметов до одного вместо двух—трех. Это обстоятельство дополнительно снизило ценность проекта.

Аванпроект ОКБ ММЗ

В аванпроекте БМД, предложенном ОКБ ММЗ, также были использованы отработанные узлы и агрегаты серийных машин: ГАЗ-41 и гусеничного артиллерийского тягача АТ-П. Однако все картеры используемых агрегатов, кронштейны подвески, опорные катки завод предусматривал изготавливать не из чугуна и стали, а из легких сплавов. Броневой корпус машины должен был быть выполнен из алюминиевого сплава АБТ-101. В ходовой части использовались гусеницы с ОМШ, гарантийный срок службы которых составлял 2000 км.

Для рассмотрения завод представил несколько вариантов компоновок БМД, но ни один из них не укладывался в заданные массовые и боевые характеристики.

Согласно первому варианту, БМД представляла собой самоходную артиллерийскую установку, в которой 73-мм орудие «Гром» со спаренным 7,62-мм пулеметом ПКТ и специальным прицелом устанавливалось в лобовом листе броневой рубки корпуса. Углы наводки спаренной установки составляли по вертикали от-5° до + 15° и по горизонтали — в секторе ±15°. На качающейся части орудия снаружи устанавливался специальный кронштейн с направляющими для пуска управляемых ракет ПТРК «Малютка».

Заряжание 73-мм орудия осуществлялось с помощью механизма, выполненного по схеме ВгТЗ, в котором размещались 15 выстрелов. Остальные 15 выстрелов располагались в боеукладке под механизмом заряжания.

Двигатель с главным фрикционом и системой охлаждения размещался в изолированном отсеке в кормовой части корпуса машины. Коробка передач, заимствованная у автомобиля ЗИЛ-130, располагалась в носовой части корпуса и была соединена с двигателем карданным валом, а через промежуточный картер — с главной передачей и планетарными механизмами поворота (ПМП).

Все агрегаты МТО располагались вдоль продольной оси машины, благодаря чему по бортам корпуса были выполнены отсеки, в которых размещался экипаж машины и десант в количестве двух и пяти человек соответственно. Выход экипажа и десанта производился вверх через люки в крыше корпуса и назад — через двери в кормовой части машины.

В качестве водоходного движителя использовался гусеничный движитель (за счет перемотки гусениц).

Боевая масса машины составляла 6,7 т, масса десантируемой машины — 6,0 т.

Согласно второму варианту, основное оружие БМД размещалось во вращающейся башне, заимствованной у БМП «Объект 765». Однако, в отличие от башни БМП «Объект 765», в представленном проекте в кормовой части двухместной башни имелась ниша, в которой размещался механизм заряжания емкостью 19 выстрелов. Остальные 11 выстрелов размещались в корпусе. В башне слева от орудия располагался наводчик, справа — командир. Ходовая часть машины имела переднее расположение ведущих колес.

В носовой части корпуса, перед башней, размещались: слева — механик-водитель и справа от него — два десантника. Сзади башни располагались еще два десантника. Каждое рабочее место десантника было оборудовано амбразурой для стрельбы из личного оружия.

Вход и выход экипажа и десанта из машины были организованы аналогично первому варианту. Движение машины на плаву осуществлялось с помощью двух водометных движителей.

Боевая масса машины составляла 7,55 т, масса десантируемой машины — 6,85 т.

Уменьшение массы десантируемой машины в двух вариантах производилось заводом за счет уменьшения боекомплекта, запаса топлива и некоторого снижения требований к броневой защите, но с использованием протектированных топливных баков.

В третьем варианте БМД башня с оружием была полностью заимствована у БМП «Объект 765». Башня устанавливалась в средней части корпуса со смещением от продольной оси машины к левому борту на 200 мм. В ходовой части использовалось кормовое расположение ведущих колес.

В носовой части корпуса, с левой стороны, располагался механик-водитель, рядом с ним — командир и один десантник. Рядом с башней и за башней размещались еще три десантника. Рабочие места пяти десантников были оборудованы амбразурами для ведения огня из личного оружия. Выход экипажа и десанта из машины на суше осуществляется по проходу, образованный между двигателем и системой охлаждения над коробкой передач через люк в кормовом листе корпуса, на плаву — через люки в крыше корпуса и башни.

В МТО, располагавшемся в кормовой части машины, поперек корпуса у правого борта устанавливался карбюраторный двигатель. В трансмиссии машины использовалась коробка передач, выполненная по схеме коробки передач самоходной установки АСУ-57.

Полноразмерный макет БМД «Объект 915» (первый вариант), 1964 г.

Внизу по обоим бортам располагались два водометных движителя.

Боевая масса машины составляла 7,46 т, масса десантируемой машины — 6,76 т.

В первом варианте проекта БМД, выполненном конструкторским бюро ММЗ, к основным недостаткам относились:

  • ограниченный угол обстрела по горизонту из основного оружия (±15° вместо 360°); отсутствие возможности ведения огня экипажем и десантом, располагавшимся по бортам машины, в направлении движения машины (огонь в этом направлении мог вестись только из орудия и спаренного пулемета);
  • заниженные запас хода на 100 км и боекомплект орудия на 5—10 выстрелов;
  • повышенная пожароопасность из-за использования карбюраторного двигателя и размещения топливных (протектированных) баков в десантно-боевом отделении.

Второй вариант БМД имел аналогичные недостатки, за исключением установки основного оружия, а также малую удельную мощность (18,5 л.с./т, вместо заданной не менее 20 л.с./т).

В третьем варианте присутствовали недостатки, характерные для первого и второго вариантов, кроме того, масса десантируемой машины превышала заданную в ТТЗ на 760 кг.

Деревянная модель БМД «Объект 915» (первый вариант). Положение машины при минимальном клиренсе 100 мм, 1964 г.

Ни одна из компоновок БМД, предложенных ММЗ и ВНИИ-100, не обеспечивала скрытой подготовки к десантированию и быстрой погрузки в самолет Ан-12, так как не позволяла производить предварительную укладку на машину парашютной системы в стороне от аэродромов и осуществлять погрузку в самолет своим ходом, без применения дополнительного оборудования самолета.

Аванпроект ВгТЗ

В разработанном Особым конструкторским бюро ВгТЗ проекте БМД этот вопрос был решен за счет применения управляемой подвески, выполненной по типу подвески ходового макета БМП «Объект 911» и особой компоновки МТО, обеспечивавшей удобный проход для десанта и место для укладки парашютной системы. Укладка парашютной системы на машине производилась заранее, в стороне от места погрузки ее в самолет.

При разработке БМД и выборе ее компоновочной схемы, наиболее полно удовлетворявшей заданным требованиям, конструкторским бюро ВгТЗ была выполнена компоновка машины с использованием дизеля, а также специальных узлов и агрегатов трансмиссии и ходовой части.

Первоначально, в 1964 г., конструкторским бюро завода было представлено два компоновочных решения на одном шасси, различавшихся расположением отделения управления. Оба варианта БМД, получившей заводское обозначение «Объект 915», имели активное размещение десанта и кормовое расположение моторно-трансмиссионного отделения. В обоих вариантах применялись дизель УТД-20А мощностью 184 кВт (250 л.с.) и специальная трансмиссия. Выбор дизеля типа УТД-20 (дизель УТД-20А) объяснялся тем, что в то время он был единственным двигателем, который по своему размеру по высоте удовлетворял основной идее компоновки — обеспечению удобного кормового выхода десанта при его активном расположении и по своим конструктивным данным обеспечивал требуемую надежность работы. По сравнению с имевшимся в производстве карбюраторным двигателем ГАЗ-41 применение дизеля УТД-20А резко снижало пожароопасность, что являлось фактором чрезвычайной важности для психологического состояния экипажа.

Продольный разрез.

Вид в плане.

Компоновка БМД «Объект 915» (первый вариант). 1964 г.

В первом варианте компоновки БМД отделение управления находилось во вращающейся башне, благодаря чему механик-водитель имел обзор с высшей точки машины и мог управлять машиной не только при ее движении вперед, но и назад со скоростью переднего хода. Слева от орудия в башне располагался наводчик-оператор (он же командир машины). Десант из пяти человек был размещен в броневом корпусе: трое — в носовой части и двое — за башней по бортам.

Основная идея компоновки заключалась в том, чтобы предоставить десантникам наиболее активные позиции для обзора и ведения огня в направлении атаки. Трое десантников, посаженных в ряд в носовой части корпуса, были вооружены пулеметными установками. Прицелы для стрельбы из пулеметов были вмонтированы в перископические смотровые приборы. Следовательно, из семи человек боевого расчета четверо могли вести огонь в переднем секторе.

Для скрытного выхода десанта из машины за башней на наклонной плоскости крыши корпуса имелся широкий кормовой люк. На БМД применялась пневматическая подвеска, обеспечивавшая регулируемый с места механика-водителя клиренс машины. Это позволило упростить подготовку машины к авиадесантированию парашютным бесплатформенным способом.

Ранее существовал следующий порядок подготовки машины, например, авиадесантной самоходной установки АСУ-57, к сбросу на парашютах. Машина въезжала на амортизационную платформу и крепилась к ней. Парашютная система крепилась к платформе и укладывалась сверху машины. Этот лишенный подвижности груз доставлялся на аэродром и с помощью подъемно-транспортных средств устанавливался в самолет.

Порядок погрузки БМД, разработанной конструкторским бюро ВгТЗ, был упрощен. Парашютная или парашютно-реактивная система крепилась не к платформе, а непосредственно к корпусу машины и укладывалась на нее сверху. Машина своим ходом въезжала по трапу в самолет, на транспортере которого уже была установлена амортизационная платформа. Въезд машины в самолет и на платформу производился на максимальном клиренсе. Затем машина опускалась днищем на платформу и крепилась к ней. После осуществления дальнейшего поджатия опорных катков амортизационные устройства подкладывались и под гусеницы. Эта система подготовки машины к десантированию парашютным способом позволила уменьшить массу амортизационной платформы.

Второй представленный вариант машины отличался тем, что рабочее место механика-водителя было оборудовано в центре отделения управления в носовой части корпуса. Слева от механика-водителя располагался командир машины, справа от него — стрелок. Оба они имели установки 7,62-мм пулеметов ПКТ. В средней части корпуса устанавливалась башня, полностью унифицированная с применяемой на опытной БМП «Объект 765». В башне размещался наводчик-оператор. За башней в корпусе машины было расположено еще три сиденья для десантников, которые имели возможность вести огонь из личного оружия через специальные герметичные амбразуры на борта и на корму.

Схема обзора из БМД "Объект 915» первого и второго вариантов.

ВАРИАНТ С УНИФИЦИРОВАННЫМ Б/П

В августе 1964 г. на ВгТЗ был изготовлен макет БМД «Объект 915» (вариант 1) в натуральную величину, в котором удалось реализовать ряд представляющих интерес технических решений. Это была гусеничная, плавающая, полностью бронированная машина, приспособленная для авиадесантирования парашютным способом отдельно от экипажа и позволявшая боевому расчету из семи человек вести бой на земле без спешивания.

Схема общей компоновки машины отличалась от классической переносом рабочего места механика-водителя из носовой части корпуса в правую часть двухместной башни. Сиденье механика-водителя было расположено справа от орудия на вращающемся полу на специальной платформе. Вращающаяся башенка и платформа образовывали подвижное отделение управления.

Порядок погрузки БМД «Объект 915» (первый вариант) в самолет.

Основные проекции БМД «Объект 915» (первый вариант), 1964 г.

Это компоновочное решение обеспечивало круговой обзор механику-водителю при движении по суше, на плаву и при погрузке в самолет, однако создавало непривычные условия, связанные с управлением движением машины из вращающейся башни.

Вид на среднее боевое отделение БМД «Объект 915» (первый вариант) при положении пушки вперед. Броневая крыша над механизмом заряжания снята. 1964 г.

ДизельУТД-20 (УТД-20А).

Передаточный шестеренчатый механизм со снятой крышкой. 

Корпус машины был разделен на три отделения: переднее боевое отделение, среднее боевое отделение и моторно-трансмиссионное отделение. В переднем боевом отделении монтировались: центральная пулеметная установка ПКТ, две боковых установки ручных пулеметов типа РПК или ПК, гидравлические цилиндры механизмов натяжения гусениц, две аккумуляторные батареи, стеллажи для коробок пулемета ПКТ, сиденья для трех десантников, трубопроводы гидросистемы изменения клиренса и натяжения гусениц, а также часть ЗИП. Для входа и выхода из переднего боевого отделения на крыше корпуса имелись два люка, закрывавшиеся броневыми крышками.

Среднее боевое отделение включало башню с вращающимся полом и рабочие места бортовых стрелков (автоматчиков). В башне машины размещались: основное и вспомогательное оружие, механизм заряжания орудия с боекомплектом (в кормовой части башни), средства связи, приборы наблюдения и прицеливания, механизмы наводки. На вращающемся полу башни располагались: справа от орудия — рабочее место механика-водителя на специальной платформе и передаточный шестеренчатый механизм (ПШМ) приводов управления; слева — откидное сиденье командира машины, укладки боекомплекта пулемета, орудия и управляемых ракет. На платформе механика-водителя устанавливались: сиденье, рулевое устройство, педали управления машиной, часть электрооборудования и ЗИП.

Над механиком-водителем на крыше башни находилась вращающаяся башенка, в которой имелись три смотровых прибора ТНПО-170 и входной люк с броневой крышкой. Вращающаяся башенка с помощью специального стабилизирующего привода была связана с зубчатым венцом погона башни. Стабилизация направления платформы осуществлялась ПШМ. Для вождения машины ночью вместо среднего смотрового прибора ТНПО-170 устанавливался прибор ночного видения ТВН-2Б.

Над сиденьем командира машины в крыше башни имелся люк с броневой крышкой и устанавливались три смотровых прибора: два ТНПО-170 и МК-4. Для доступа к механизму заряжания и обеспечения его монтажа крыша кормовой ниши башни была выполнена съемной. Башня с вращающимся полом, ПШМ, отделением управления и другими агрегатами боевого отделения представляла собой блочный узел, полностью собиравшийся и устанавливавшийся в корпус машины.

В среднем боевом отделении машины, у правого борта, располагались: воздухозаборник с фильтро-вентиляционной установкой, аппаратура системы ППО, щитки и приборы электрооборудования, гидроагрегаты пневматической подвески, трубопроводы и электропроводка. В подкрылках средней части корпуса размещались два топливных бака.

Отделение двух стрелков располагалось за башней у моторной перегородки. В отделении устанавливались два откидных сиденья (у левого и правого бортов) и стеллажи для размещения боекомплекта и личного имущества, а в бортах корпуса — два шаровых устройства для ведения прицельного огня из автоматов. Спешивание десанта осуществлялось через люк-лаз, размещенный в наклонном кормовом листе боевого отделения над крышей МТО и закрывавшийся броневой крышкой. Для обеспечения наблюдения и ведения огня в сторону кормы в крышке люка-лаза устанавливались смотровой прибор и шаровая опора для автомата АКМ. Для каждого десантника в крыше корпуса монтировался смотровой прибор ТНПО-170.

МТО располагалось в кормовой части корпуса. В нем были размещены: силовой блок, состоявший из двигателя и коробки передач с главным и бортовыми фрикционами; бортовые редукторы; два водометных движителя и тормозы. Слева и справа в кормовой части корпуса вваривались эжекторные короба, соединявшиеся с выхлопными коллекторами двигателя с помощью клапанных коробок. На эжекторных коробах был смонтирован механизм защиты двигателя от попадания воды. Внутри короба устанавливались эжекционные сопла, водяные радиаторы системы охлаждения двигателя и масляный радиатор системы смазки двигателя.

Между моторной перегородкой и двигателем устанавливались: редуктор привода масляного насоса гидросистемы пневматической подвески, вентилятор системы охлаждения генератора. С левой стороны у моторной перегородки размещался масляный бак с подогревателем и отопитель. Над двигателем у моторной перегородки устанавливался расширительный бачок системы охлаждения двигателя. С правой стороны у моторной перегородки располагался воздухоочиститель с воздухозаборником и клапаном. Кроме того, в МТО размещались два топливных бака, а также маслозакачивающие насосы, термоизвещатели и распылители системы ППО, аппаратура системы ТДА, масляный бачок гидросистемы пневматической подвески, трубопроводы и тяги приводов управления. На крыше МТО устанавливался вытяжной вентилятор с обратным клапаном.

73-мм гладкоствольная пушка (орудие) ТКБ-04 «Гром».

73-мм активно-реактивный кумулятивный выстрел.

Машина имела на вооружении 73-мм гладкоствольное орудие ТКБ-04 («Гром»), один 7,62-мм пулемет ПКТ, спаренный с орудием, и три 7,62-мм пулемета ПКТ и ПК, монтировавшиеся в шаровых установках в носовой части корпуса, а также пусковую установку для управляемых ракет ПТРК «Малютка». Высота линии огня орудия составляла от 1360 до 1710 мм (в зависимости от величины изменяемого клиренса), передних пулеметов — от 910 до 1260 мм. При стрельбе из орудия и спаренного пулемета использовался комбинированный бесподсветочный (дневной и ночной) прицел ПКБ-62. Углы вертикальной наводки спаренной установки составляли от -3° до +20°. Наводка спаренной установки на цель осуществлялась с помощью электромоторных приводов (аппаратура «Кристалл»). Наибольшая прицельная дальность стрельбы составляла 1300 м, дальность прямого выстрела — 800 м.

Каждая пулеметная установка, располагавшаяся в носовой части корпуса машины, состояла из станка с шаровой опорой, комбинированного перископического смотрового прибора с прицелом, располагавшегося на крыше корпуса, и деталей кинематической связи прибора с пулеметом, обеспечивавших ведение прицельной стрельбы. Конструкция пулеметной установки была заимствована у опытной БМП «Объект 914». Углы наводки передних пулеметов составляли: по горизонту в секторе 35°, по вертикали — от -3° до + 15°.

Установка курсового (бокового) 7,62-мм пулемета ПКТ в опытной БМП «Объект 914».

таблица углов обстрела и непростреливаемого пространства из машины

№ п/п

Вид оружия

угол возвышения

угол по горизонтали

непростреливаемое пространство

1

Башня

Орудие ТКБ-04

+20 -4

 

 360

 

21

2

спаренный пулемёт ПКТ

+20 -4 360 21
3

Корпус

Передний центральный пулемет ПКТ

 

 

+15 -4

 

 

30

 

 

17,2

4 Передний боковой пулемет ПКТ (правый) +15 -4 36 17,4

5

Передний боковой пулемет ПКТ (левый)

+15 -4

36

17,4

6

Боковой автомат АК (правый)

+15 -4

50

17,5

Схема обстрела из пулеметного вооружения БМД «Объект 915» (первый вариант), 1964 г.

В боекомплект к орудию входило 40 активно-реактивных выстрелов, из которых 27 находились в механизме заряжания, установленного в кормовой нише башни. Механизм заряжания — полуавтоматический. Он представлял собой замкнутый трубный транспортер с цепным досылателем и электрооборудованием автоматики. Кроме того, в машине укладывались 4000 патронов к пулеметам, две управляемые ракеты ПТРК «Малютка», 10 ручных гранат Ф-1 и сигнальный пистолет с 10 сигнальными патронами.

Конструкторским бюро завода также был проработан вариант размещения в башне вместо 73-мм орудия двух спаренных 14,5-мм пулеметов КПВТ и пусковой установки для управляемых ракет ПТРК «Малютка».

Сварной герметичный броневой корпус предполагалось изготавливать из нового, более прочного, алюминиевого сплава АБТ-101 вместо сплава Д-20, примененного ранее в опытном легком танке «Объект 906», а башню — из стальных броневых листов. Лоб корпуса и башни обеспечивал защиту от 14,5-мм бронебойных пуль с любой дистанции, борт корпуса — от 7,62-мм пуль с дистанции 400 м. Масса броневого алюминиевого корпуса БМД «Объект 915» должна была составлять 1,5 т вместо 2,0 т для равноценного по пулестойкости стального корпуса. Заводом была предусмотрена и возможность изготовления корпуса машины из броневой стали марки 2П, при этом масса корпуса возрастала до 2,5 т. Однако улучшалась соответственно и броневая защита машины, которая обеспечивала защиту верхней и нижней лобовой проекции от бронебойной пули калибра 14,5 мм и бортовой проекции от бронебойной пули калибра 7,62 с дистанции 150—200 м.

Лобовой и бортовые листы башни образовывали конус с переменным углом наклона образующих. Конструкция башни была аналогична башне легкого опытного танка «Объект 911Б». В передней части башни вваривалась рамка, отлитая из специальной стали, в которой имелись амбразура и гнезда для крепления орудия. Амбразура была прикрыта броневой маской. На крыше башни имелись: слева — люк командира машины, отверстия под установку прицела и шахты смотровых приборов, справа — вырез под установку вращающейся башенки с люком механика-водителя. Кормовая часть башни имела съемный лист для установки механизма заряжания. Башня устанавливалась на шаровой опоре с алюминиевым погоном и пластмассовыми шарами.

Машину предполагалось оснастить системами ПАЗ, ППО и ТДД. В системе ПАЗ использовались аппаратура «Электрон-2» и фильтровентиляционная установка с роторным вентилятором и фильтром ФПТ-100.

В МТО устанавливался многотопливный четырехтактный шестицилиндровый V-образный дизель УТД-20А мощностью 184 кВт (250 л. с.) при частоте вращения коленчатого вала двигателя 2500 об/мин с эжекционной системой охлаждения. Пуск двигателя (основной способ) осуществлялся с помощью стартера СТ-713 мощностью 17,7 кВт (24л.с.) или сжатого воздуха (вспомогательный способ) из десятилитрового воздушного баллона. Для облегчения пуска двигателя в условиях низких температур окружающего воздуха использовался подогреватель, котел которого устанавливался в масляном баке системы смазки двигателя. Общая емкость четырех топливных баков составляла 400 л, в том числе средних— 250 л и кормовых— 150 л. Расчетный запас хода машины по шоссе оставлял 500 км.

Опытный легкий авиадесантируемый танк «Объект 911Б», 1963 г.

В системе воздухоочистки использовался бескассетный воздухоочиститель циклонного типа с эжекционным удалением пыли.

Впервые эжекционная система охлаждения двигателя была выполнена с обеспечением слива из эжекционного короба попавшей в него воды. В БМД «Объект 915» поток газов был направлен не вверх, как в других машинах с эжекционными системами, а вниз за корму, на гусеницы, что исключало попадание выхлопных газов в зону расположения экипажа при неблагоприятном направлении ветра. Кроме того, выбранное направление потока газов сбивало пыль, поднимаемую гусеницами. Эжектор был встроен в корпус, являясь его неотъемлемой частью, благодаря чему достигалась экономия массы машины.

В блоке с двигателем была смонтирована механическая трансмиссия, состоявшая из однодискового главного фрикциона сухого трения, трехступенчатой коробки передач с независимым реверсивным приводом к водометам, двух бортовых фрикционов и двух планетарных соосных бортовых редукторов. Расчетная максимальная скорость движения по шоссе составляла 65 км/ч. В агрегатах и узлах трансмиссии были широко использованы магниевые и алюминиевые сплавы в литых и прессованных деталях.

Для управления механизмом поворота имелось рулевое устройство.

В ходовой части применялись независимая регулируемая пневматическая подвеска, гидравлические механизмы натяжения гусениц, система изменения клиренса с 450 мм до 100 мм, 12 двускатных опорных катков диаметром 500 мм с наружной амортизацией и дисками из алюминиевого сплава (на макете в отличие от проекта были установлены односкатные опорные катки), шесть однорядных поддерживающих катков и гусеницы с ОМШ с борированными пальцами и цевочным зацеплением с ведущими колесами. Среднее давление на грунт составляло 0,045 МПа (0,46 кгс/см2).

Схема ходовой части БМД «Объект 915» (первый вариант), 1964 г.

Пневматическая подвеска состояла из 12 узлов, каждый из которых включал в себя пневматическую рессору, гидравлический амортизатор, рычаг, балансир и ограничитель хода катка, выполненный в виде упора с резиновой подушкой. Подрессоривание опорного катка осуществлялось пневматической рессорой с передачей усилия на упругий элемент (инертный газ азот) через рабочую жидкость (смесь трансформаторного и турбинного масел (50x50%). Специальная гидравлическая система позволяла изменять количество рабочей жидкости во всех пневморессорах и, тем самым, регулировать клиренс и общую высоту машины, а при десантировании парашютным способом или движении на плаву — поднимать опорные катки вверх, исключая их повреждение при приземлении или уменьшая сопротивление движению на воде. Управление изменением клиренса и натяжением гусениц осуществлялось дистанционно с кнопочного пульта управления.

Конструкция такой пневматической подвески была опробована ВгТЗ на изготовленных ранее опытных легких танках «Объект 906Б», «Объект 911Б» и опытной БМП «Объект 911».

Для движения на плаву использовались два водомета с подводным расположением патрубков выброса воды и гидравлической системой управления заслонками, которая являлась составляющей частью общей гидросистемы. Расчетная максимальная скорость движения на плаву составляла 12 км/ч. Запас плавучести (60%) позволял дополнительно перевозить груз до 2 т.

Электрооборудование машины было выполнено по однопроводной схеме. Напряжение бортовой сети составляло 26 В. В качестве источников электроэнергии использовались две аккумуляторные батареи 12СТ-70, общей емкостью 140 А-ч и генератор ВГ-7500 мощностью 9 кВт. Для внешней радиосвязи устанавливалась радиостанция Р-123, для внутренней — танковое переговорное устройство ТПУ Р-124 на три абонента.

При десантировании масса машины снижалась до 6 т за счет неполной укладки боекомплекта (только 27 выстрелов в механизме заряжания), неполной заправки топливом (250 л) и отсутствия экипажа.

В 1964 г. в конструкторском бюро ВгТЗ под руководством И.В. Гавалова на базе БМД «Объект 915» (вариант 1) разработали проект унифицированного шасси, предназначавшегося для создания целого семейства боевых и обеспечивающих машин для ВДВ, имевших десантируемую массу 6—7 т. В основу создания унифицированного шасси для этого семейства заложили кормовое расположение МТО с сохранением водометных движителей. Это семейство машин было способно заменить почти все многообразие техники, применявшейся в ВДВ и других родах войск Советской Армии. На базе этого шасси были эскизно проработаны проекты: легкого танка, командно-штабной машины, самоходно-зенитной установки СЗУ-23, инженерно-ремонтной машины и топливозаправщика.

Легкий танк предназначался для артиллерийской поддержки подразделений и частей ВДВ стрельбой с закрытых огневых позиций и прямой наводкой. Предполагалось, что танк заменит авиадесантную самоходную артиллерийскую установку СУ-85. Согласно проекту, танк был вооружен 100-мм гладкоствольной пушкой типа «Гром» с активно-реактивным выстрелом, кумулятивный снаряд которого на дистанции 1500—1600 м мог пробить броню толщиной 175 мм, располагавшуюся под углом 60° от вертикали. Помимо выстрела с кумулятивным снарядом в боекомплект входили выстрелы с осколочно-фугасной гранатой. Заряжание пушки — автоматическое, конструкция механизма заряжания была аналогична конструкции механизма заряжания, используемого в боевой машине десанта «Объект 915». В состав экипажа машины входили два человека — командир машины и механик-водитель, которые располагались во вращающейся башне.

Броневой корпус изготавливался из алюминиевого сплава, а башня — из стальных броневых листов. Лоб корпуса и башни был защищен от 14,5-мм бронебойных пуль с любой дистанции, борт корпуса — от 7,62-мм пуль с дистанции 400 м.

Разработанный легкий танк для ВДВ, оснащенный 100-мм орудием, являлся прототипом легкого танка «Объект911Б» с уменьшением длины, толщины брони и боевой массы машины. Масса танка при десантировании парашютным способом составляла 6 т.

Легкий плавающий авиадесантируемый танк «Объект 911Б» был создан весной 1963 г. КБ Волгоградского тракторного завода под руководством И.В. Гавалова на базе опытной гусенично-колесной боевой машины пехоты «Объект 911», но без колесного движителя и с использованием опыта разработки легкого танка «Объект 906Б» с управляемым ракетным вооружением. Главной целью при создании этого танка являлось повышение защищенности экипажа за счет размещения его в башне в специальной бронированной капсуле с противорадиационной защитой и уменьшения силуэта машины. Был изготовлен опытный образец машины, который в 1963 г. прошел заводские испытания.

Командно-штабная машина управления «Объект 915К» представляла собой передвижной командный пункт, который предназначался для обеспечения управления соединением ВДВ и других войск. Она имела три отделения: управления, штабное и моторно-трансмиссионное. Отделение управления и штабное отделение были оборудованы специальной аппаратурой, приспособленной для работы командира части (соединения) и офицеров штаба. Штабное отделение было выполнено в виде неповоротной башни (рубки). Вместо пушки устанавливалась телескопическая мачта для подъема антенны радиостанций. В состав экипажа машины входили: два стрелка-радиста, механик-водитель и четыре офицера-оператора. Размещение офицеров в высокой части корпуса обеспечивало им круговой обзор. Все рабочие места офицеров были оборудованы столиками для работы с картой. Столики офицеров, сидящих в заднем ряду, могли объединяться в один общий стол. За этим же столом мог работать офицер, сидящий справа от механика-водителя.

Семейство боевых и обеспечивающих машин ВДВ, разрабатываемых ВгТЗ в 1964 г.

В носовой части корпуса имелись две стационарные пулеметные установки (7,62-мм пулеметы ПКТ) с прицельными устройствами. Броневая защита была выполнена на уровне базового образца. Посадка и выход экипажа машины осуществлялись через два люка в крыше рубки, два передних люка для стрелков-радистов, а из штабного отделения — через кормовую дверь. На крыше рубки устанавливалась вращающаяся командирская башенка и имелся световой иллюминатор, закрывавшийся броневой крышкой. Потолок и стенки отделения управления и штабного отделения были оклеены слоем термозвукоизоляции (поропласт и повинол). Для стрельбы из личного оружия в бортах и кормовом листе рубки были предусмотрены специальные лючки.

Для управления частью (соединением) ВДВ в машине предполагалось разместить следующую аппаратуру: коротковолновую радиостанцию «Выстрел-М» (максимальная дальность связи до 200 км); две ультракоротковолновые радиостанции «Бином-М» (максимальная дальность связи 50— 60 км); танковое переговорное устройство типа Р-124, аппаратуру ЗАС «Яхта», позволявшую вести закрытую телефонную связь по любой радиостанции; ультракоротковолновую переносную радиостанцию Р-114, навигационную аппаратуру ТНА-2 «Сетка» , автоматически вырабатывавшую текущие координаты местоположения машины (это позволяло двигаться по местности с затрудненным ориентированием как одиночной машине, так и в составе соединения), и специальную коммутационную аппаратуру.

Все радиостанции работали на одну штыревую антенну, располагавшуюся слева на крыше штабного отделения. Для увеличения дальности действия радиостанций выдвигалась телескопическая мачта высотой 10 м, на которую устанавливались различные типы антенн.

Самоходная зенитная счетверенная установка СЗУ-23 предназначалась для артиллерийской наземно-зенитной поддержки ВДВ стрельбой с хода по низколетящим самолетам, вертолетам и прямой наводкой. СЗУ предполагалось вооружить счетверенной установкой пушек калибра 23 мм, на вращающейся платформе с погоном. В состав экипажа машины входили три человека — механик-водитель и два стрелка-радиста.

Опытная гусенично-колесная БМП «Объект 911».

Компоновка опытного легкого танка «Объект 906Б» с управляемым ракетным оружием.

Компоновка командно-штабной машины управления «Объект 915К». Вид в плане, проект 1964 г.

Инженерно-ремонтную машину предполагалось использовать в качестве средства технического обеспечения подразделений ВДВ, строительства или восстановления взлетно-посадочных полос в районе десантирования. Для этой цели машина оборудовалась: скреперным устройством в кормовой части машины; краном грузоподъемностью 1,5 тс, лебедкой, станками и универсальными приспособлениями, оборудованием для дезактивации боевой техники, а также ЗИП боевых машин.

Инженерно-ремонтная машина имела броневую защиту на уровне базовой машины и была вооружена тремя пулеметами ПКТ, устанавливавшимися в носовой части корпуса. В бортах корпуса имелись лючки для стрельбы из личного оружия экипажа.

Топливозаправщик предназначался для транспортировки горюче-смазочных материалов (ГСМ), заправки в колонне боевых машин с целью увеличения радиуса действия и автономности ВДВ. Машина имела броневую защиту и вооружение (два пулемета ПКТ в носовой части корпуса и лючки для стрельбы из личного оружия). Емкость цистерны составляла 3000 л. Кроме того, на машине имелась заправочная станция на несколько точек с дистанционным управлением и емкости для масла.

После рассмотрения выполненных технических проектов в сентябре 1964 г. разработка БМД была поручена конструкторскому бюро ВгТЗ.

При дальнейшей работе над представленными вариантами компоновок БМД « Объект 915» в конструкторском бюро ВгТЗ в начале 1965 г. было выявлено, что, несмотря на преимущества первого варианта, его реализация в металле влекла за собой увеличение массы машины на 200—300 кг. Кроме того, установка башни (боевого отделения) иной конструкции нарушала унификацию с проходившей в это время испытания и планируемой к принятию на вооружение опытной БМП «Объект 765». Поэтому предпочтение отдали второму варианту компоновки с использованием унифицированного боевого отделения БМП «Объект 765» и размещением механика-водителя в корпусе машины.

Продольный разрез.

Вид в плане.
Компоновка БМД «Объект 915» (второй вариант) - основной вариант. 1965 г.

Компоновка БМД «Объект 915» (первый вариант). Продольный разрез, проект 1965 г.

Новые развернутые ТТТ на боевую машину десанта были выданы ВгТЗ Министерством обороны СССР в апреле 1965 г. Но, несмотря на это, работа в конструкторском бюро ВгТЗ по первому варианту БМД продолжилась в направлении совершенствования отдельных узлов и агрегатов машины. Отрабатывалась установка в кормовой нише башни механизма заряжания, унифицированного с механизмом заряжания опытной БМП «Объект 914Б», в котором размещались 17 выстрелов к 73-мм орудию. Остальные 18 выстрелов располагались в укладке, находившейся на вращающемся полу.

Летом 1965 г. изготовили макет БМД «Объект 915» (вариант 2) в натуральную величину. Это была плавающая парашютируемая БМД с кормовым расположением МТО и активным размещением десанта. Башня с вооружением была полностью заимствована у опытной БМП «Объект 765».

В носовой части корпуса в центре отделения управления было оборудовано рабочее место механика-водителя, слева от него размещался командир десанта, справа — десантник, который, как и командир, мог вести прицельную стрельбу из курсового пулемета. Горизонтальный сектор обстрела из каждого курсового пулемета составлял 20°. В одноместной вращающейся башне располагался второй член экипажа — наводчик-оператор, на бортах корпуса и в крышке кормового люка имелись амбразуры с шаровыми установками для ведения огня из личного оружия остальными тремя десантниками, которые размещались между МТО и боевым отделением.

Полноразмерный макет БМД «Объект 915» (второй вариант). 1965 г.

Полноразмерный макет БМД «Объект 915» (второй вариант). Размещение экипажа и десанта в носовой части корпуса, 1965 г.

Полноразмерный макет БМД «Объект 915» (второй вариант). Отработка посадки десанта в машину, 1965 г.

Спешивание десанта производилось через кормовой люк, закрывавшийся броневой крышкой-дверью, и продольный проем над крышей МТО. Кормовой проход использовался также для укладки парашютов перед погрузкой в самолет Ан-12. Десантники, располагавшиеся в передней части корпуса, проходили к заднему люку вдоль бортов. Кроме того, для посадки и выхода экипажа и десанта имелось три люка на крыше корпуса и один люк на крыше башни.

БМД имела на вооружении 73-мм гладкоствольное орудие ТКБ-04 (в серии — 2А28), пусковую установку для управляемых ракет ПТРК «Малютка», один спаренный и два курсовых 7,62-мм пулемета ПКТ. Внутри машины были оборудованы укладки для пяти автоматов АКМС, ручного пулемета РПКС и ручного гранатомета РПГ-1Д. Для стрельбы из спаренной установки оружия использовался комбинированный, бесподсветочный (дневной и ночной) прицел ПКБ-62 (ТПН-22 «Щит»). Механизм заряжания и прицельный комплекс БМД «Объект 915» и БМП «Объект 765» были унифицированы.

Боекомплект машины состоял из 35 активно-реактивных выстрелов к орудию, трех управляемых ракет 9М14 ПТРК «Малютка» и 3000 патронов для пулеметов ПКТ. Кроме того, в машине укладывались 10 ручных гранат Ф-1 и сигнальный пистолет с 10 сигнальными патронами. Емкость механизма заряжания составляла 40 выстрелов (впоследствии на серийной машине в боекомплект к орудию входили 40 активно-реактивных выстрелов).

Корпус машины был изготовлен из алюминиевого сплава АБТ-101, который не требовал термообработки после аргонодуговои сварки, что облегчало ремонт в полевых условиях. Кроме того, этот сплав имел высокую антикоррозионную стойкость. Верхний лобовой лист был выполнен двухскатным. Башня изготавливалась из броневой стали высокой твердости. Лоб корпуса и башни обеспечивали защиту экипажа, десанта и внутреннего оборудования от 14,5-мм бронебойных пуль, борт — от 7,62-мм пуль.

На машине устанавливался шестицилиндровый V-образный четырехтактный дизель 5Д-20 мощностью 176 кВт (240 л.с.) с эжекционной системой охлаждения, который представлял собой модификацию двигателя УТД-20. Двигатель 5Д-20 обеспечивал машине высокую удельную мощность — 35,7 л.с./т, какую не имела ни одна из имеющихся на вооружении на тот момент времени боевых машин. Выпуск отработавших газов двигателя производился вниз в сторону кормы. Такое расположение эжекторов и направление выпуска отработавших газов обеспечивали хорошее шумоглушение и тепловую маскировку. Емкость топливных баков составляла 295 л, запас хода по шоссе достигал 500 км.

Схема обстрела из БМД «Объект 915» (второй вариант), 1965 г.

таблица углов обстрела и непростреливаемого пространства из машины

 

Вид оружия

Дальность стрельбы (м)

Угол возвышения и снижения

Угол по горизонтали

Непростреливаемое пространство

1

Башня
Орудие ТКБ-04

1200

+30 -4 360 22

спаренный пулемёт ПКТ

1000

+30 -4

360

22

2

Корпус

ПТУРС "Малютка"

3000

+30 -4

360

300

3

В корпусе

курсовая установка пулемета ПКТ (правая и левая)

1000

+10 -3

30

20

Автомат АКМС (на правом и левом бортах)

300

+10 -3

53

20

Автомат АКМС (кормовой)

300

+10 -3

47

20

Полноразмерный макет БМД «Объект 915» (второй вариант). Расположение десанта в кормовой части корпуса у перегородки МТО, 1965 г.

Механизм заряжания БМД «Объект 915» (первый вариант), 1965 г.

Двигатель, коробка передач и бортовые фрикционы были объединены в единый силовой блок. В состав трансмиссии входили однодисковый главный фрикцион сухого трения, четырехступенчатая простая коробка передач, два бортовых фрикциона и два соосных бортовых редуктора. Приводы управления были механическими непосредственного действия.

Ходовая часть состояла из пневматической подвески и гусеничного движителя с электрогидравлическими механизмами натяжения гусениц и кормовым расположение ведущих колес. Пневматическая подвеска выполняла несколько функций: упругого элемента для смягчения толчков и ударов, гидроамортизатора для гашения колебаний при движении машины, исполнительного силового цилиндра для изменения клиренса от 100 до 450 мм, регулировки натяжения гусениц и механизма подъема и удержания опорных катков при подготовке машины к десантированию парашютным способом и при движении на плаву. Гусеничный движитель имел 8 одинарных поддерживающих катков, расположенных в шахматном порядке, 10 двускатных опорных катков с наружной амортизацией и гусеницы с ОМШ. На макете (в отличие от проекта) устанавливались односкатные опорные катки.

Дизель 5Д-20.

Механизм натяжения гусеницы с направляющим колесом БМД «Объект 915» (второй вариант), 1965 г.

Движение на плаву осуществлялось двумя водометами с реверсивным приводом. Водометы находились в МТО между двигателем и бортами машины.

Электрооборудование машины было выполнено по однопроводной схеме. Напряжение бортовой сети составляло 26 В. В качестве источников электроэнергии использовались две аккумуляторные батареи 12СТ-70 общей емкостью 140 А-ч и генератор ВГ-7500 мощностью 9 кВт. Для внешней радиосвязи устанавливалась радиостанция Р-123, для внутренней — танковое переговорное устройство ТПУР-124.

Боевая масса машины составляла 6,72 т, масса машины при десантировании — 5,95 т.

Имевшийся запас мощности двигателя 5Д-20 открывал возможность по созданию варианта боевой машины ВДВ с корпусом из броневой стали 2П с доведением уровня ее броневой защиты до требований, предъявляемым к БМП. Боевая масса такой машины должна была составлять 8,5 т, а масса десантируемой машины — 7,2 т.

Одновременно с работой по БМД «Объект 915» (вариант 2) была проработана возможность установки в том же объеме МТО машины карбюраторного двигателя ГАЗ-41 с коробкой передач, заимствованных у БРДМ-2. Проработка показала возможность применения двигателя в блоке с коробкой передач при условии незначительной переделки коробки передач, некоторого изменения комплектации двигателя, а также небольших переделок корпуса в районе МТО.

Компоновка моторно-трансмиссионного отделения БМД «Объект 915..(второй вариант) при установке карбюраторного двигателя ГАЗ-41. Проект, 1965 г.

Двигатель в блоке с коробкой передач располагался поперек корпуса машины, отбор мощности осуществлялся через входной редуктор, соединенный с бортовыми фрикционами карданными валами. Бортовые фрикционы были выполнены в одном блоке с бортовыми редукторами.

В системе охлаждения двигателя, выполненной по схеме системы охлаждения двигателя БРДМ-2, использовался вентилятор с одним водяным радиатором. Забор воздуха для обдува радиатора и обеспечения работы двигателя производится через жалюзи, устанавливавшиеся на крыше корпуса у правого борта. При движении на плаву жалюзи закрывались. Забор воздуха для обеспечения работы двигателя в этом случае осуществлялся из боевого отделения, а радиатор охлаждался забортной водой.

Отвод отработавших газов двигателя производился через систему выхлопа, выведенную через крышу МТО у левого борта. При установке карбюраторного двигателя ГАЗ-41 в машину с него снимались компрессор с приводом и воздухоочиститель (он устанавливался рядом с двигателем).

Привод на водометы осуществлялся от раздаточной коробки с помощью карданных валов.

Этот вариант БМД «Объект 915» рассматривался как временный, до постановки на серийное производство дизеля 5Д-20, и уступал основному варианту в маневренности (вследствие меньшей удельной мощности), пожароопасности, скорости движения на плаву и по некоторым другим параметрам, но превосходил его по массовой характеристике. Расчетная боевая масса машины составляла 6,33 т, масса десантируемой машины — 5,63 вместо 6,0 т.

Дальнейшая работа по БМД «Объект 915» привела к созданию в 1967 г. опытных образцов боевой машины десанта, принятой на вооружение Советской Армии в 1969 г. под маркой БМД-1.

В связи с выбором новой компоновочной схемы базовой машины семейство машин для ВДВ в конструкторском бюро ВгТЗ было пересмотрено в сторону изменения его состава. На базе БМД «Объект 915» в 1965 г. были проработаны проекты следующих машин: бронетранспортера, командно-штабной машины и зенитно-самоходной установки «Стрела-1».

Все проекты машин были выполнены на едином унифицированном шасси с кормовым расположением МТО и передним расположением десантно-боевого отделения.

Сравнение высот танка ПТ-76 и полноразмерного макета БМД «Объект 915» (второй вариант) в положении при минимальном клиренсе, 1965 г.

Бронетранспортер «Объект 915БТР» предназначался для транспортировки десанта и различных грузов на поле боя. В качестве основного оружия в носовой части корпуса по оси машины устанавливался 7,62-мм пулемет ПКТ. В состав экипажа машины входил один человек — механик-водитель, который размещался в отделении управления у правого борта корпуса. Такое расположение механика-водителя позволяло рационально использовать площадь днища корпуса при создании других модификаций машины. В состав перевозимого десанта входили командир, стрелок-пулеметчик (они размещались слева от механика-водителя) и 12 стрелков, которые располагались в три ряда вдоль бортов: один ряд — около правого борта и два — у левого. Около двух задних мест десантников в правом и левом бортах имелись шаровые установки для стрельбы из личного оружия. Все сиденья десантников были выполнены складывающимися — для обеспечения быстрой высадки десанта и подготовки машины для перевозки грузов. Посадка и выход экипажа и десанта из машины осуществлялись через два люка на крыше корпуса (механика-водителя и командира десанта) и кормовой люк, как на базовом «Объекте 915», но с увеличенной шириной. По сравнению с базовой машиной бронетранспортер имел удлиненный на 400 мм и увеличенный по высоте на 150 мм броневой корпус, выполненный из алюминиевого броневого сплава АБТ-101. Поэтому в ходовой части использовалось 12 опорных катков вместо 10, установленных на БМД «Объект 915». Боевая масса бронетранспортера составляла 7 т, десантируемая масса — 5,5 т. Максимальная скорость по шоссе составляла 60,7 км/ч, на плаву — 7 км/ч, запас хода по шоссе достигал 500 км.

 

 

 

Компоновка бронетранспортера «Объект 915 БТР». Проект, 1965 г.

Вид на правый борт.

Вид на левый борт.

Вид в плане.
Компоновка командно-штабной машины на базе БМД «Объект 915» (второй вариант). Проект, 1965 г.

Командно-штабная машина управления представляла собой подвижный командный пункт и предназначалась для обеспечения управления соединениями ВДВ. Машина имела броневую защиту и вооружение — пулемет ПКТ с прицельным устройством, которые устанавливались в передней части корпуса у левого борта. В состав экипажа машины входили механик-водитель, радист-пулеметчик и шесть работников штаба: командир соединения, три штабных офицера и два радиста. Командир соединения размещался в носовой части корпуса, по оси машины. На крыше корпуса над его рабочим местом устанавливалась командирская башенка с тремя смотровыми приборами и входным люком, закрывавшимся броневой крышкой. Справа от командира располагался механик-водитель, слева — радист-пулеметчик. У радиста-пулеметчика устанавливался специальный перископический смотровой прибор с вмонтированным в него прицелом для стрельбы из пулемета.

В центре среднего отделения оборудовался стол для работы с картой, а в крыше над столом — световой люк с броневой крышкой. Справа, слева и сзади стола имелись места для офицеров штаба. На крыше корпуса, над рабочим местом офицера, располагавшегося сзади стола, устанавливалась вращающаяся башенка с отсчетным устройством для начального ориентирования навигационной аппаратуры. За офицерами по бортам размещались рабочие места для двух радистов. Командир соединения мог разворачиваться на своем сиденье для работы с офицерами.

В машине находилась следующая аппаратура: ультракоротковолновая радиостанция Р-123, две ультракоротковолновых радиостанции «бином-М», коротковолновая радиостанция «Выстрел-М», аппаратура ЗАС «Яхта», шифровальная машина М-125М, антенно-фидерные устройства, навигационная аппаратура ТНА-2 «Сетка» и блок электропитания.

Зенитно-ракетная установка «Стрела-1» («Объект 9153У») предназначалась для борьбы с низколетящими воздушными целями. Расчет машины состоял из двух человек — оператора и механика-водителя. В зенитный комплекс входили: пусковая установка с четырьмя направляющими, аппаратура целеуказания, прицельное устройство, аппаратура пуска ракет, механизм блокировок. Боекомплект установки состоял из восьми ракет, из которых четыре ракеты размещались на направляющих и четыре — в контейнерах внутри машины. Масса одной ракеты с контейнером составляла 40 кг.

Пусковая установка размещалась в средней части корпуса на шариковой опоре. На вращающейся части погона шариковой опоры устанавливался броневой колпак оператора.

Многие идеи, заложенные при разработке этого семейства машин для ВДВ, были воплощены в металле во втором послевоенном периоде развития отечественного танкостроения.

Источники:

  • М.В. Павлов, И.В. Павлов БРОНЯ «КРЫЛАТОЙ ПЕХОТЫ» Техника и Вооружение 12/2009,
  • http://vadimvswar.narod.ru/ALL_OUT/TiVOut0809/BMDHG/BMDHG001.htm

 

Comment viewing options

Выберите нужный метод показа комментариев и нажмите "Сохранить установки".
Andriuha077's picture
Submitted by Andriuha077 on вс, 25/09/2011 - 14:14.

Как мы испытывали БМД-3, http://bronetechnika.narod.ru/html/48.htm

Госиспытания боевой машины — процесс длительный и проходит, как правило, на огромной территории, охватывающей все климатические зоны и практически весь спектр дорожно-грунтовых условий — среднюю полосу, тундру, северные районы, горы и пустыню. Летом 1987 года я, сотрудник танкового НИИ, участвовал в испытаниях боевой машины десанта БМД-З в Туркмении. Все три имевшиеся тогда в наличии опытные машины находились на испытательной станции «Ка-ракумская», расположенной в поселке Килята, что в 60 км от Ашхабада по Красноводскому шоссе недалеко от Каракумского канала.

Интересными оказались испытания машины на автономность. Условия их проведения, прямо скажем, садистские. Экипаж и десант занимают свои штатные места, закрывают все люки и катаются в машине строго определенное время, не имея права покинуть ее даже в случае поломки или хотя бы приоткрыть люки. ... Доклады о состоянии экипажа с каждым разом становились все бодрее. Это не могло меня не насторожить...

Оставалось провести испытания машины на легком топливе (бензине) и определить вероятность обратного пуска дизеля при скатывании машины задним ходом. Денек выдался как на заказ. Солнечно, тепло (в тени 52 градуса). В общем условия для испытаний просто идеальные. А вот на душе с самого утра как-то очень тревожно без видимых на то причин. Даже после нескольких - часов подготовки и тщательного осмотра БМД настроение не улучшилось, не покидало предчувствие беды. Да еще и представители КБ и завода, проходя мимо, шепотом, скороговоркой рекомендовали отказаться от этого этапа испытаний либо ехать на дизельном топливе. Но никто не объяснял почему. Заправили топливные баки бензином А-76. Я пустил двигатель, открыл все крышки, люки и лючки в районе моторно-трансмиссионного отделения и до полудня буквально обнюхивал каждое соединение в топливной системе. При этом понятно стало только одно — неплотности в соединениях найти невозможно. Половина из них просто недоступна для осмотра, а на остальных из-за высокой температуры и практически мгновенного испарения бензина визуально утечки не обнаружить. Так или иначе, но ехать надо. Я проинструктировал всех, кто отправлялся на этап, — механика-водителя, девятерых десантников, представителя Челябинского моторного завода и старшего лейтенанта из нашего института. Двигатель работал ровно, все температуры в норме. Механик увеличил скорость и перешел на вторую передачу. Прошли больше километра, переехали Каракумский канал и вышли на такыр. Я совсем успокоился и дал команду увеличить скорость до максимальной. 

Приблизительно на четвертом километре машина вдруг с оглушительным грохотом подпрыгнула (как подорвавшись на мине) и стала разваливаться. Длилось это лишь несколько секунд, но увидеть я успел все. Сначала через наши головы вперед улетели два огромных ящика с ЗИП (каждый из них с большим трудом могли поднять два крепких парня). Затем в противоположную сторону полетели кормовой и броневой листы. Элементы машины приземлялись приблизительно метрах в 50 от нее. Остатки БМД еще немного прокатились вперед и остановились. Стало очень тихо (пустыня). Когда я немного пришел в себя, то первым делом пересчитал и оглядел людей. Все вроде были целы, но не хватало одного десантника. За несколько минут до взрыва он спустился в боевое отделение и сел в кресло, расположенное на моторной перегородке. Заглянув в башню, я увидел, что эта перегородка вместе с креслом и, как мне показалось, солдатиком улетела вперед и «конструктивно объединилась» (слиплась) с автоматом заряжания пушки. Однако при ближайшем рассмотрении нового «узла» солдата там не оказалось, Когда люди спешились, я их построил и снова пересчитал — одного не хватает. Спрашиваю, видел его кто-нибудь? Оказывается, видели и указали, в каком направлении искать. Параллельно трассе нашего движения метрах в шестидесяти протекал арык, у которого я и нашел беднягу. Он умывался и одновременно очень жидко справлял большую нужду. Серьезное испытание выпало и на долю старлея. Когда после взрыва он пытался покинуть машину, его голова застряла в люке, удерживаемая очень тугим разъемом шнура радиостанции. Я подумал, что его хватит кандрашка, и, чтобы помочь, вынужден был отвесить ему хорошего леща по торчащему из люка заду. Остальные отделались легким испугом.

Правда, после осмотра БМД (вернее того, что от нее осталось) испуг перешел в изумление. До сих пор не могу понять, как мы уцелели. Начиная от башни сзади у машины все было разворочено. Борта раздуты, днище прогнулось, крыша-бак (очень толстая и жесткая конструкция) сорвана и изогнута, как коромысло. Кормовой броневой лист улетел метров на пятьдесят, а около тридцати болтов его крепления остались с кусками брони на месте. Все броневые крышки, люки и лючки на крыше полностью или частично сорваны. В моторно-трансмиссионном отделении масляные и топливные баки стали похожими на смятую пачку из-под сигарет, огромная труба воздуховода превратилась в плоскую ленту... Мы перекурили, дождались возвращения нашего путешественника. Оказывается, за несколько секунд до взрыва он вылез в люк на башне, а затем его выбросило взрывной волной, как пробку из бутылки шампанского. После, прямо скажем, очень удачного приземления в шоковом состоянии он добежал до арыка. Если бы этой преграды не оказалось на пути, скорее всего он убежал бы дальше. Во всяком случае, как оказался у арыка, вспомнить бедняга не смог. 

Когда все окончательно пришли в себя и стали бурно обсуждать происшествие, я приказал связаться по радио (радиостанция и аккумуляторы, к счастью, уцелели) с двумя другими машинами и группой обеспечения. Не знаю, что им передал старлей, но через несколько минут на горизонте показалась бешено мчащаяся к нам «санитарка». Когда машина подъехала, из нее выскочил доктор с огромной медицинской сумкой. Видимо, он ожидал увидеть кучу трупов и был удивлен, что это не так. Впоследствии доктор еще много раз пытал меня, как нам удалось уцелеть. Единственное, что я мог ему ответить, — просто повезло. Еще через несколько минут возле нашей машины собрались все участники испытаний. А представителей завода и КБ прибыло аж две группы. Дело в том, что старая на следующий день убывала домой, а новая только приехала. Пикантности ситуации придавало то, что билеты на самолет «старики» уже приобрели, но технику еще не передали, — а тут такой конфуз. На этой почве они здорово полаялись. Гипотез о причинах аварии промышленники придумали множество — от влияния проходящей над трассой ЛЭП до банального курения в машине. Естественно, виновниками во всех случаях оказывались либо силы природы, либо мы, испытатели. Я же к этому времени стал понимать, что случилось на самом деле. Но, как ни странно, для того чтобы это понимание пришло, взрыв был действительно необходим. На этапе контроля термодинамических характеристик я по собственной инициативе установил в МТО машины пять термодатчиков и оформил поле зафиксированных температур протоколом. Когда я вспомнил об этом, мне стала ясна причина тревоги в день испытаний. Видимо, угрожающе высокие значения температуры отложились в мозгу на подсознательном уровне и неявно меня волновали. А причиной взрыва послужили высокая температура и отсутствие вентиляции в моторно-трансмиссионном отделении. Теперь свое объяснение нашли и серии мелких взрывов во время испытаний БМД в высокогорье. Только там низкие температуры и разреженность воздуха помешали мелким хлопкам развиться в полноценный взрыв вроде нашего. В дальнейшем расчеты показали, что в высокотемпературных условиях (вот где пригодились мои исследования поля температур) достаточно испарить 40 г бензина — и взрыв неизбежен. Именно в таком духе с приложением всех протоколов я и составил акт по происшествию.

 

;)     Уже сегодня делать то,
о чём другие будут думать завтра.
Уинстон Черчилль

zoriprit's picture
Submitted by zoriprit on Fri, 01/11/2013 - 19:54.

будучи ПНБТС 137 пдп (в.ч.41450) перегонял колонну из учебного центра (БМД_1)Дубровичи в часть летом (год ей богу не помню 96-98) лето было очень жарким... техника после летнего периода обучения  в состоянии скажем так не очень... при вьезде в Рязань а точнее на ул. полевая в песочне я в замыкающей машине в предпоследней БАХ-ТАРАБАХ машина стоит... механик по пояс(а может и по коленки) вылетает из люка и очумевши лежит на бронлисте переднем...  г-образная перегородка( боевого отд. с моторно-трансм) вылетела.... личное имущество механа- матрас горит(но не интенсивно..) десантный люк распахнут... 30 сек  все погашено..(Кошкин не зря за дизеля был.. мудрый..) мех заводит все в норме.. на базу --  разбираемся..--- бортовые фрикционы перегреты  - диски гнуты-- постоянное трение-- нагрев.МТО понятно на учебных машинах  в аэрозоли солярной  на раскаленные фрикционы -- вот и БАХ. а уж с бензином... тут уж понятно... кстатие БМД_"и год какой? Я в 90г на Кр. Октябре принимал последние БМД 2 на парад они  уж 3ки клепали вовсю..

товарищ Сухов's picture
Submitted by товарищ Сухов on вс, 25/09/2011 - 12:34.

 +

Есть старый, относительно, советский фильм "Испытатели". И там вместо ракет и самолетов показаны испытания БМД. Без башни и в гражданской "красной" раскраске. Бедная машина, что с ней только не творили.

Mrakoziabra's picture
Submitted by Mrakoziabra on вс, 25/09/2011 - 18:48.

А разве не БТР-Д ?

товарищ Сухов's picture
Submitted by товарищ Сухов on вс, 25/09/2011 - 20:58.

Могет и оно. Но это без разницы - гоняли шасси. и как гоняли... 

20624's picture
Submitted by 20624 on вс, 25/09/2011 - 11:37.

Ю. Костенко "Танки" книга 5.

Читателю может показаться странным, но эту главу мне хочется начать не с вопросов технических, а сказать несколько слов о самих десантниках. Этих людей и этот род войск отличал дух неформального боевого братства. Впервые моя встреча с председателем НТК ВДВ полковником‑десантником Коленко произошла в начале 1969 года у нас, в стенах Кремля. После нескольких слов формального знакомства Леонид Захарович обратился ко мне:

– Юрий Петрович, опыт боевых действий показывает, что при выполнении операций в тылу врага десант теряет 80‑85% личного состава. У нас к вам (ВПК) одна просьба: помогите нам иметь такое оружие, такую боевую технику, чтобы мы могли как можно дороже отдавать свою жизнь в бою.

Позже я имел возможность убедиться, что это была не показная словесная бравада – это был исходный пункт жизненной философии в десантных войсках. За этим стояла легендарная личность командующего ВДВ Героя Советского Союза генерала армии Маргелова Василия Филипповича...

...в Великую Отечественную войну Маргелову довелось повоевать и в штрафном батальоне. Причина наказания и в этом случае по солдатской и просто человеческой логике, по своему мужеству не уступала описанной выше. Дело было в 1944 году, на Крайнем Севере Маргелов командовал стрелковой дивизией. Его дивизия "долбанула" немцев так, что те, во избежание полного разгрома, поспешно отступили в Норвегию. Но Маргелов "достал" их и там. Вот за то, что его дивизия без разрешения Москвы перешла государственную границу нейтральной Норвегии, командиру дивизии пришлось повоевать и в штрафном батальоне.

Появление в Сухопутных войсках БМП‑1 резко повышало боевую мощь и мобильность мотострелковых подразделений. Этого не могли не заметить в ВДВ. Естественно напрашивалось предложение применить БМП‑1 и в ВДВ. В то время на вооружении ВВС находился военно‑транспортный самолет Ан‑12Б. Этот самолет имел максимальный взлетный вес 61 т, максимальную грузоподъемность 20 т, допустимый вес сбрасываемого моногруза 10 т. При этом в вес моногруза входили либо 0,9 т парашютно‑реактивной системы, либо 2 т парашютной системы. Боевой вес принятой в 1966 году БМП‑1 был 12,6 т. Из приведенных данных нетрудно видеть, что Ан‑12Б мог транспортировать и десантировать только посадочным способом и то лишь одну БМП‑1. То, что БМП‑1 нельзя было десантировать парашютным способом, делало ее принципиально неприемлемой для ВДВ.

Для того чтобы можно было боевую машину десантировать парашютным способом, она должна была иметь боевой вес 7,5 т (плюс к этому 2 т парашютная система и 0,5 т – резерв). При таком весе боевой машины попутно решался еще один важнейший для ВДВ вопрос: Ан‑12Б мог транспортировать и сбрасывать две такие машины за один рейс.

КБ Волгоградского тракторного завода (ВгТ3) взялось за создание такой машины. На стадии ОКР эта машина имела заводской индекс – "объект 915", после принятия на вооружение – боевая машина десанта БМД‑1. Чтобы не путаться в индексах, будем ее сразу так и называть. Разработка БМД‑1 началась в 1965 году. В то время главным конструктором КБ ВгТ3 был Гавалов Игорь Валентинович. Работу начинал он. Но у меня с ним, как говорят, было только "шапошное знакомство", по работе я с ним сталкивался мало. Вскоре его в Волгограде сменил Шабалин Аркадий Васильевич. Вот с ним я и имел дело все годы работы в ВПК. ОКР по БМД‑1 шла сравнительно быстро. При выработке ТТТ на эту машину было сразу предусмотрено: боевое отделение брать с БМП‑1 без изменений ("один к одному"). Как‑то еще Гавалов мне рассказывал, что, когда подошло время сборки опытных образцов БМД‑1, он позвонил на ЧТЗ (там шло серийное производство в ту пору БМП‑1) и договорился, что ЧТЗ в течение месяца соберет пару боевых отделений и железной дорогой отправит их ВгТ3. Для этого надо было заказывать заранее железнодорожный транспорт, в том числе "теплушку" с военизированной охраной (ведь груз имел гриф "секретно"), а потом еще недели 1,5‑2 ждать, когда железная дорога доставит его из Челябинска в Волгоград. Каково же было удивление Гавалова, когда он через несколько дней узнал, что оба боевых отделения уже на ВгТ3. Оказалось, что Маргелов следил за ходом ОКР лично. Когда он узнал, что нужные для сборки опытных образцов 2 боевых отделения смогут поступить в Волгоград только через полтора месяца, он приказал своим десантникам взять военно‑транспортный самолет, вылететь на нем в Челябинск, там на ЧТЗ прямо из серийного потока взять 2 готовых боевых отделения и этим же самолетом доставить их в Волгоград. Что и было четко исполнено. При таком отношении со стороны Заказчика руководство ВгТ3 понимало, что у него нет никакого морального повода допустить хоть малейшее отступление или задержку в работе по БМД‑1. 14 апреля 1969 года вышло постановление Совмина "О принятии на вооружение Советской Армии гусеничной боевой машины Воздушно‑десантных войск".

При создании БМД‑1 были решены 2 особо сложных технических вопроса.

Первый. Для десантной машины потребовалось создать особо легкий броневой корпус, обеспечивающий противопульную защиту. Во главе решения этой задачи стоял НИИ Стали. Весь корпус был выполнен из броневых алюминиевых сплавов, благодаря чему удалось получить полный боевой вес машины 7,6 т. Здесь я замечу, что машина была не только авиадесантируемая, но и плавающая.

Второй. Десантная машина должна была укладываться на грузовую платформу парашютной системы, а после приземления сама (без посторонней помощи) оставлять грузовую платформу на месте приземления. Для этого необходимо было сделать машину с переменным клиренсом, то есть конструкция ходовой части машины должна была позволять изменять расстояние между днищем и опорной поверхностью гусениц. Этот вопрос был решен с участием ВНИИТрансмаша за счет создания гидропневматической подвески (на БМП‑1 была сравнительно простая, чисто механическая торсионная подвеска). Имея такую подвеску, БМД‑1 заходила своим ходом над платформой парашютной системы, останавливалась, поднимала обе гусеницы в крайнее верхнее положение, и при этом своим днищем БМД‑1 ложилась на платформу (толщина платформы была существенно меньше максимального клиренса машины). В таком положении боевая машина крепилась к платформе. После десантирования, оказавшись на земле, боевая машина, с помощью пиропатронов, отстреливала весь крепеж, связывавший ее с парашютной платформой, запускала двигатель, опускала гусеницы на землю и отправлялась выполнять боевое задание.

Вот такое грозное оружие десантники получили в свое распоряжение. Практически впервые у них на вооружении появились бронетанковые силы. Они с нуля создавали у себя десантную бронетанковую службу. Не обремененные в этом вопросе никакими традициями, в отличие от сухопутчиков, десантники решительно и энергично шли вперед. Так, БМП‑1 была принята на вооружение в 1966 году, а командирский вариант этой машины сухопутчики сподобились разработать и принять на вооружение только в 1973 году (через 7 лет). БМД‑1 была принята на вооружение в 1969 году, а командирский вариант у десантников был принят на вооружение в 1971 году (вообще на 2 года раньше, чем в Сухопутных войсках!).

Помню, как в 1969 году, захваченный творческим энтузиазмом десантников, я лично подготовил (конечно, с участием Коленко) и оформил решение ВПК о проведении ОКР по созданию на базе БМД‑1 семейства машин, в том числе бронетранспортера для транспортировки 12 человек десанта (на БМД‑1 было 5 человек) и нескольких вариантов командно‑штабных машин (КШМ), в том числе и машины управления артиллерией. 14 мая 1969 года ВПК было принято решение "О создании опытных образцов бронетранспортера и комплекса командно‑штабных машин для Воздушно‑десантных войск". В 1974 году на ВгТ3 было начато производство БТР‑Д, а следом за этим, уже на базе бронетранспортера, пошли в производство и КШМ.

Серьезные осложнения при десантировании машин БМД вызвало то обстоятельство, что машина сбрасывалась отдельно, а личный состав отдельно. На земле приходилось тратить значительную часть времени на поиск экипажем своей машины и на приведение ее в боевое положение.

При соударении 10‑тонного моногруза с землей, в ходе сбрасывания с парашютной системой, в БМД‑1 возникали такие перегрузки, которые были опасны для жизни и здоровья человека. Что было делать? Поначалу у десантников опустились руки, но ненадолго. Они вспомнили своих старших собратьев, которые посылали свои десанты уже за пределы земного тяготения, – космонавтов. У этих "космических десантников" и при стартах с земли, и при возвращении на землю перегрузки тоже выходили за рамки обычно допустимых пределов для человека, а они летали! Десантники обратились к космонавтам, и те взялись им помочь. В космической отрасли вопросами обеспечения жизнедеятельности человека и созданием необходимого для этого оборудования занимался талантливый ученый и конструктор Северин Гай Ильич. Вот он и начал научно‑исследовательскую работу с целью определить возможности использования "кресла космонавта" (ложемент) на рабочих местах командира и водителя БМД‑1, для того чтобы сбрасывать боевую машину вместе с двумя членами экипажа.

Научно‑исследовательская часть работы дала положительный результат. На макетах была выполнена ОКР. Наступил критический момент: предстояло десантировать парашютной системой штатную БМД‑1 вместе с ее командиром и водителем на рабочих местах. Были отобраны два кандидата: майор Щербаков Леонид Иванович и старший лейтенант Маргелов Александр Васильевич (сын командующего). Участвовать в этом эксперименте, с одной стороны, было почетно, с другой – смертельно опасно.

Весь мир знает, что 12 апреля 1961 года в Советском Союзе совершил мягкую посадку вернувшийся из космоса спускаемый аппарат вместе с человеком на борту. Этим человеком был военный летчик, старший лейтенант (правда, из космоса он вернулся уже в звании майора) Юрий Алексеевич Гагарин. В том же апреле 1961 года Гагарину было присвоено звание Героя Советского Союза.

Но только узкий круг лиц знает, что 28 августа 1975 года впервые в мировой практике в Советском Союзе произвела мягкую посадку сброшенная с военно‑транспортного самолета гусеничная боевая бронированная машина БМД‑1 с двумя членами экипажа на борту. Этими членами экипажа были: танкист, майор Щербаков Леонид Иванович и десантник, старший лейтенант Маргелов Александр Васильевич (вскоре после приземления старшему лейтенанту досрочно было присвоено звание капитана). За этот свой подвиг через 21 год, в 1996 году, Щербаков и Маргелов были удостоены звания Героя России с вручением медалей "Золотая Звезда". Воистину – "лучше поздно, чем никогда".

Тогда, в 1975 году, Коленко, после того как доложил мне результаты этого исторического для ВДВ десантирования, неофициально рассказал попутно произошедший в кабинете у командующего эпизод. При докладе генералу армии проекта приказа десантирования БМД‑1 с экипажем ему, между прочим, сказали, что медицинская комиссия, проверявшая кандидатов на десантирование, считает, что Маргелову-младшему десантироваться нельзя, так как у него уже была травма позвоночника. Маргелов-старший сказал, как отрезал:

– Я отец и лучше врачей знаю, что моему сыну можно, а что нельзя! – и подписал приказ.

Сегодня у меня самого есть взрослые сыновья и я могу представить, что может переживать и чувствовать отец, когда посылает на смертельно опасный эксперимент чужих сыновей и, тем более, когда посылает своего сына. Таким отцом и был тогда, в 1975 году, Командующий ВДВ.

Но, обеспечив десантирование БМД‑1 с командиром и водителем, десантники сделали только полдела, ведь оставался еще десант 5 человек, которых потом на земле надо было собирать по одному. А если говорить о БТР‑Д, то там надо было собирать по 10 человек на каждый бронетранспортер. Однако самый сложный проблемный вопрос в этом деле был Севериным решен. Были определены все параметры, необходимые для обеспечения сохранения жизнедеятельности человека при десантировании внутри боевой машины. Обеспечить такие параметры было уже делом техники. За решение этого вопроса и взялся главный конструктор боевой машины А.В. Шабалин с участием Г.И. Северина. В результате были разработаны впервые в бронетанковой технике амортизированные сидения для личного состава, которые позволяли десантировать на парашютах боевые бронированные машины с полным экипажем и десантом на своих штатных местах. Сведений о проведении подобных работ за рубежом я ни разу не встречал.

Параллельно с этой принципиально новой большой поисковой работой КБ ВгТ3 вело непрерывную работу по дальнейшему совершенствованию БМД‑1. По мере того, как совершенствовался комплекс вооружения на БМП, в Волгограде это все внедрялось на БМД. Так, в 1985 году появилась БМД‑2 с 30‑мм автоматической пушкой, боевой вес 8 т, десантируется на парашютно‑реактивной системе с самолетов ИЛ‑76 и Ан‑22. В принципе, это была модернизация БМД‑1.

 

 
byakin's picture
Submitted by byakin on вс, 25/09/2011 - 12:13.

 замечательная ссылка, коллега!

+ есть одно небольшое замечание

Его дивизия "долбанула" немцев так, что те, во избежание полного разгрома, поспешно отступили в Норвегию. Но Маргелов "достал" их и там. Вот за то, что его дивизия без разрешения Москвы перешла государственную границу нейтральной Норвегии, командиру дивизии пришлось повоевать и в штрафном батальоне.

норвегия тогда была оккупирована немцами - речь, скорее всего шла о швеции

 

В словосочетании «альтернативная история» многие авторы упирают на слово «альтернативная», совершенно забывая про слово «история»

20624's picture
Submitted by 20624 on вс, 25/09/2011 - 12:18.

Не, СССР с Швецией не граничил. Только с Норвегией. Наказали скорее всего из за несанкционированного нарушения госграницы. Это могло повлечь политические проблемы с союзниками. 

Я предполагаю.

doktorkurgan's picture
Submitted by doktorkurgan on Sat, 24/09/2011 - 19:53.

Поддерживаю.

Три способа сделать что-либо: правильный, неправильный, и так, как это обычно делают в армии.

Sirin's picture
Submitted by Sirin on Sat, 24/09/2011 - 11:52.