Выбор редакции

Глава IV — Эрик XIII Справедливый и корона Дании (Gott Mit Uns!)

14
5

Доброго времени суток. Продолжаю публиковать свою скандинавскую альтернативу, и сегодня речь пойдет про короля Эрика XIII Справедливого. Будет рассказано про первые годы его правления, борьбу за Данию, Роскилльскую унию и личную жизнь, характер и юношеские годы короля.

Содержание:

Эрик XIII Справедливый

Глава IV - Эрик XIII Справедливый и корона Дании (Gott Mit Uns!)

Наследник Хакона II Сильного, принц Эрик, будущий король Эрик XIII, был человеком сложным и противоречивым. Уже внешний вид его был поводом для различных слухов – высокий, стройный, но слишком худой и бледный, он казался болезненным, но в самом деле обладал крепким здоровьем, которое позволяло ему в течении многих лет, игнорируя правильный сон и питание, почти круглосуточно работать над развитием вверенного ему государства [1]. Также Эрик был сдержан, не любил показывать свои эмоции – но кипучая натура все равно выходила наружу, и становилась заметна окружающим. Он не мог сидеть на месте длительное время – управившись с одними делами, он тут же занимался другими, а если таковых не было в столице – вскакивал на коня, и отправлялся в путешествие по своей стране. Управление государством доставляло ему истинное удовольствие, но он не чужд был и простым развлечениям. При этом Эрик был достаточно открытым человеком, не лишенным таланта оратора. За свои поездки по стране он не раз выступал перед собраниями крестьян, бюргеров, духовенства и дворян, склоняя их к сотрудничеству и увеличивая собственную популярность [2]. За это, а также его успешные свершения народ полюбил Эрика XIII. Впрочем, прозвище «Справедливый» он получил не от них, а от представителей оппозиционного дворянства, которое периодически поднимало голову в Швеции, но сразу же получало новые чувствительные удары со стороны короля. Он не стеснялся использовать самые жесткие методы и смертные казни, даже введя в оборот понятие «предательство интересов короны», при совершении которого смертью карались все, вне зависимости от сословной принадлежности. Таким образом, прозвище стало скорее саркастичным, чем правдоподобным, но в Норвегии, а затем и в Швеции его приняли за чистую монету. Эрик с 14 лет почти постоянно проживал в Осло, фактически правя королевством с разрешения отца, хотя вообще-то Хакон был лишь регентом, а сам Эрик имел полные права провозгласить себя монархом, но не делал этого, не желая раскалывать страну и прекрасно понимая, что он и так станет королем обоих государств после смерти венценосного родителя. Норвежцы его быстро полюбили, и стали едва ли не фанатично преданы ему. Эрик же проникся норвежским духом, устройством общества и его порядками, и в 1333 году даже рискнул посетить колонии норвежцев – Исландию и Гренландию, из-за чего среди местных жителей он стал чрезвычайно популярной фигурой.

Супругой Эрика Справедливого стала Хельвиг Датская, дочь короля Кристофера II [3]. Это была тихая и спокойная девушка, не отягощенная ни умом, ни глупостью. Она была на год старше своего мужа, но это не остановило шведов при заключении выгодного брака, который роднил два правящих скандинавских дома вместе. Уже на момент подписания брачного договора (1330 год) у Хакона Сильного существовали далеко идущие династические планы касательно Дании, и их реализация требовала постоянного поддерживания близких связей между Фолькунгами и Эстридсенами. Для заключения брака пришлось некоторое время ждать буллы из Рима, так как жених и невеста приходились друг другу родственниками, но та была достаточно легко получена в 1331 году. Несмотря на свою простоту, Хельвиг понравилась Эрику. В браке у них родились 9 детей, из которых лишь 4 сына дожили до возраста одного года, но при этом три из них умерли в 1349 году, когда на Швецию обрушилась Черная Смерть. Выжил лишь третий сын – Харальд (1340-1396), который во время чумы находился вместе с отцом в Финляндии. Из-за частых родов Хельвиг быстро старела, а Эрик хоть и был внешне не самым крепким и здоровым мужчиной, но имел, как говорил он сам, «горячее сердце», из-за чего часто заводил интрижки с придворными дамами. Тем не менее, они не носили серьезного характера; не существует упоминаний ни об одном королевском бастарде, или более или менее регулярной связи с кем-то. Королева знала об этом, но не устраивала скандалов, полностью погрузившись в воспитание сына и вопросы двора.

С момента своей коронации в качестве короля Швеции Эрик XIII наконец-то вступил в полную силу правления и в Швеции, и в Норвегии. Саму коронацию проводили в Стокгольме, и торжества носили двойной характер, так как одновременно с короной свеев и гётов на голову Эрика возложили норвежскую корону Хорфагеров, а вместе со шведской знатью за этим наблюдало норвежское дворянство. Изначально планировалось провести две отдельные коронации – в Стокгольме, и в Осло, но Эрик настоял на том, чтобы торжества прошли как можно быстрее, и в одном месте. На то были свои причины, главной из которых была сложная внешнеполитическая обстановка – не тратя времени на свой ввод в курс дела, Эрик XIII сразу же принял активное участие в сложной ситуации в соседней Дании, разрешение которой в пользу Фолькунгов могло изменить расклад сил в регионе и создать единый союз скандинавских государств под их началом.

вернуться к меню ↑

Судьба Дании

Дания времен Средневековья была достаточно сильным, но очень проблемным государством. Одной из главных ее проблем было отсутствие какой-либо серьезной центральной власти. Король издревле являлся выборной фигурой, а аристократия была очень сильна, в результате чего зачастую функции монарха сводились к чисто номинальному владычеству – безусловным главой он становился лишь во время больших набегов. Христианская церковь, утвердившаяся в Дании, стала вести себя достаточно независимо, и активно участвовала во всех внутренних склоках. Королей убивали, свергали, изгоняли, и страна, несмотря на внешнее единство, пребывала в анархии. Лишь отдельные правители могли на какое-то время навести в ней порядок. Самыми знаменитыми из них стали король Вальдемар I Великий, и архиепископ Лундский [4] Абсалон, которые объединили свои усилия в борьбе за власть, и сформировали стойкий и взаимовыгодный союз церкви и светского мира. Аристократия, обескровленная былыми разнузданными войнами, не смогла противостоять такому союзу, в результате чего в конце XII – начале XIII века Дания стала переживать период подлинного расцвета. Власть Вальдемара Великого была практически абсолютной. Дания стала проводить активную внешнюю политику – завоевала Эстляндию, занималась активной христианизацией славянских язычников, вмешивалась в дела соседних государств, включая Швецию. Развивалась торговля, строились крепости, содержалось большое войско. Однако система общего баланса и процветания, созданная дуумвиратом Вальдемара и Абсалона, продержалась недолго. Королевская и церковная власть, укрепив позиции друг друга, постепенно превратились в конкурентов. Знать, восстановив былые позиции, подняла голову, и вновь стала оказывать сопротивление монарху. Что хуже всего – неожиданно оказалось, что огромные траты на поддержание всех государственных начинаний ложатся непосильным бременем на экономику Дании, в результате чего королевская казна не могла покрывать все расходы. Стремясь кое-как спасти положение, короли стали сдавать земли в аренду иностранцам, включая немецких аристократов и купцов Ганзы. Процесс, начавшийся во 2-й половине XIII века [5], завершился уже в начале XIV. Кристофер II, несколько раз получавший в свои руки датскую корону, распродал последние датские земли и поссорился с феодалами, которые окончательно отрешили его от власти. Ничтожество, до которого скатился сам пост короля, достигло такого размаха, что после смерти Кристофера в 1332 году нового короля попросту не избирали, а вся власть перешла к церкви и представителям аристократии. Сыновья усопшего монарха оказались изгнаны за границу и лишены прав на наследование. В стране настал период бескоролевья, а сама Дания, вслед за постом своего монарха, стремительно скатывалась в ничтожество, и фактически распалась на несколько отдельных полунезависимых феодов – острова, Сконе, Южную и Северную Ютландии, и Шлезвиг [6].

Фолькунги внимательно следили за событиями в соседнем государстве, в том числе и из тайного желания отыграться датчанам за те времена, когда те свободно вмешивались в дела Швеции. А с момента создания Фёрбунда скандинавское купечество вместе со шведским монархом стали вынашивать амбициозные планы по включению Дании в состав государства потомков ярла Биргера, что обеспечило бы им решающее превосходство в противостоянии с Ганзой – так как под прямой контроль брались две важнейшие географические точки в Западной Балтике, а именно провинция Сконе с ее знаменитой рыбной ярмаркой [7], и проливы, через которые шла активная торговля стран Балтийского моря с остальным миром. Взяв их в свои руки, Швеция значительно обогатилась бы за счет местных доходов, а Фёрбунд смог бы поставить Ганзу в столь невыгодное положение, что ее существование в качестве могущественного торгового союза стало бы невозможным. В самой Дании к идее унии со Швецией относились по-разному. С одной стороны, власть короля в государстве свеев, гётов и норвежцев была куда сильнее, чем в Дании, и датские дворяне могли бы поплатиться своими вольностями, да и церковь себя чувствовала не столь свободно. С другой стороны, для значительного числа датчан существовали причины желать не только унии, но и как можно более скорой интеграции Дании в состав Швеции. Прежде всего это касалось купечества и горожан, которые и без того благодаря Фёрбунду были тесно связаны со шведским и норвежским купечеством и бюргерами. Законы государства Фолькунгов были куда более выгодны для этого сословия, чем в Дании. Большие симпатии имелись и среди крестьян – во-первых, из-за относительной свободы шведского низшего сословия в то время, когда в Дании стремительно утверждалось крепостничество, а во-вторых – из-за понимания того, что Швеция, с ее сильной королевской властью, сможет обеспечить мир и порядок в стране, которая уже десятилетиями страдала от постоянных гражданских конфликтов. По похожим причинам существовали сторонники Фолькунгов и среди знати и духовенства – далеко не всем нравилась анархия и крайняя децентрализация страны. Наконец, все сословия объединяло одно – неприязнь к немцам, которая с каждым годом набирала обороты. Начавшись с засилья Ганзы в датской торговле, она еще более усилилась в свете конфликтов с германскими князьями Священной Римской империи на южной границе государства, и окончательно укрепилась в датском менталитете после того, как короли сдали в аренду немцам значительное количество земли, в результате чего «понаехавшие» германские феодалы стали претендовать на такое же влияние в Дании, как и местные, постепенно перехватывая власть в свои руки. В начале 1320-х годов Фолькунги начали особо активно ловить рыбку в мутной датской воде, готовясь к решительным действиям. Именно потому в 1330 году Хакон Сильный поспешил заключить брак своего сына и наследника с датской принцессой Хельвиг – закреплением родства с правящей династией он получал более осязаемые претензии на датскую корону, хотя и без того Фолькунги были близкими родственниками Эстридсенов. Началась активная вербовка сторонников среди датского духовенства и дворянства, в чем неоценимую поддержку оказывала Марта Датская, мать Хакона II, пользовавшаяся популярностью в обоих государствах. Не позабыв и про низшее сословие, шведские агенты стали распространять среди датских крестьян слухи о том, как хорошо живется их собратьям в Швеции.

В 1332 году, после смерти Кристофера II, власть в государстве фактически перешла графам Гольштейна Герхарду и Иоганну, которые выступали в качестве крупнейших арендаторов датской короны. Не коронуясь королями, они стали пытаться наводить в стране свои порядки, и продолжили курс на усиление позиций германской знати и купцов Ганзы, которым были выданы ряд лицензий на торговлю и землевладение в пределах государства. Местное дворянство, до того тратившая силы на склоки друг с другом, стало консолидироваться против общей угрозы. Самыми расторопными оказались дворяне провинции Сконе вместе с епископом Карлом, которые попросту созвали всеобщее собрание, и уже в 1332 году по собственному желанию приняли вассальную присягу королю Хакону II, таким образом включив всю территорию провинции в шведское государство. В 1334 году старший сын Кристофера II, Отто, попытался было вернуться в страну, но на границе был встречен герцогом Герхардом Гольштейнским, и отправлен обратно в Германию. Другой претендент на датский престол, юнкер Вальдемар, стал сколачивать в Северной Германии свою собственную коалицию для захвата короны, ради чего даже согласился на сотрудничество с Ганзой, которая была заинтересована в посадке марионеточного короля в Дании. Пока страной правили гольштейнцы, в особенности умный и предприимчивый Герхард, шансов на успех было мало, но в 1340 году он был убит мелким ютландским дворянином Нильсом Эббесеном, будущим датским национальным героем. Сразу после этого в Виборге собрался ландстинг, на котором датское дворянство и духовенство должно было избрать следующего короля – в том, что он жизненно необходим Дании, сомнений уже ни у кого не было. Кандидатур было три – юнкер Вальдемар, свежеиспеченный шведский король Эрик XIII, и Иоганн Гольштейнский. Последний сразу же выбыл, так как господство немцев было поперек горла датскому дворянству, да и Ганза уже лишила его любой поддержки. Позиции Вальдемара Эстридсена оказались достаточно весомыми – и духовенство, и дворянство видели в нем как способ решить проблему, так и свою возможную марионетку, ибо ради короны он готов был подписать любые договоренности. Кроме того, за ним стояло золото Ганзы, и хоть та была детищем Германии, но деньги не имели национальности, и хорошо себя показали при подкупе собравшихся. Однако и сторонников Эрика Шведского на ландстинге оказалось очень много, а главное – рядом с местом проведения собрания собралось огромное количество крестьян и горожан, которые, с одной стороны, не имели прямого влияния на голосование, но с другой – не могли быть проигнорированы дворянами и духовенством. В конце концов, собрание раскололось на две части, каждая из которых выбрала своего короля. Вопрос о том, кто из них должен был править, предстояло решить силой оружия.

вернуться к меню ↑

Война за датское наследство (1340-1345)

Глава IV - Эрик XIII Справедливый и корона Дании (Gott Mit Uns!)

Война, начавшаяся в 1340 году, грозила затмить все предыдущие в пределах Балтики по своему размаху. В споре за то, кому править Данией, смешались интересы великого множества держав этого региона. В поддержку юнкера Вальдемара, объявившего себя Вальдемаром IV, выступила наиболее вольнолюбивая часть датского дворянства из Ютландии и Шлезвига. Рядом с провозглашенным королем оказались такие «выдающиеся» персонажи, как Вальдемар Абель, герцог Шлезвига, глава побочной ветви Эстридсенов, сам успевший побывать королем в 1326-1329 годах, и граф Гольштейна Иоганн III, гибкий политик, намеренный получить свое в ходе раздела Дании, или хотя бы отстоять арендованные земли. Кроме того, в поддержку Вальдемара IV выступила Ганза, желавшая получить контроль над проливами, посадив в Дании «своего» короля, ряд германских княжеств, включая Мекленбург и Померанию, а также различные горячие головы и отряды наемников, коими полнилась земля Священной Римской империи в XIV веке. Им противостоял совсем недавно коронованный, молодой (24 года) и пока еще себя не проявивший в качестве великого лидера король Швеции, Эрик XIII. В его руках были сосредоточены силы Швеции и Норвегии – двух достаточно развитых и централизованных государств, чье совокупное население превосходило датское примерно в 2-2,5 раза [8]. С союзниками у него не сложилось – таковыми можно было назвать лишь Фёрбунд, торговый союз скандинавских купцов, пользовавшийся поддержкой Фолькунгов, да датских повстанцев Нильса Эббесена, которые выступили категорически против германского влияния в общем и Вальдемара IV в частности, заключив союз со шведско-норвежским королем [9]. Но, как оказалось, у Эрика XIII имелся большой козырь в рукаве, которым стал сам король Эрик – с первых же месяцев войны он проявил себя как выдающийся организатор, политик и дипломат. Войска готовились заранее, едва только стало известно о смерти Герхарда Гольштейнского, что позволило сразу же на купеческих кораблях переправить десант на острова Зеландию, Фюн и ряд более мелких, заняв их вместе с крепостями, и разместив там сильные гарнизоны. Мгновенно начались переговоры с Новгородом и Тевтонским Орденом, которые принесли свои плоды. Новгородцев заманили в Фёрбунд выгодными условиями и новыми торговыми договорами, в результате чего те порвали большинство оставшихся связей с Ганзой, и выступили категорически на стороне Швеции. Войск они прислать не могли, зато прислали ушкуйников – и разбойники на лодках, до того регулярно доставлявшие проблемы шведам и вынуждавшие иметь постоянно работающую систему охраны берегов и устьев рек, оказались новыми союзниками. Наводнив Южную Балтику, они серьезно затруднили судоходство Ганзы, в то время как скандинавские купцы пользовались относительной свободой. Тевтонский Орден, ценя торговые связи со Швецией, выделил отряды наемников, оказавшихся достаточно ценным усилением шведской армии. Но самое главное – взяв крупный займ у купцов Фёрбунда, Эрик после долгих переговоров смог выкупить значительную часть заложенных и арендованных ранее немецкими феодалами земель, за исключением владений графа Иоганна. Это не только вывело значительную часть германских дворян из войны, но и значительно повысило популярность шведского монарха среди датчан, так как проблема германской колонизации была крайне острой и болезненной, а тут решалась достаточно быстро, эффективно и за чужой счет. Все это позволило Эрику в начале 1341 года провести в Роскилле, формальной столице Дании, новый ландстинг, на котором собрались все лояльные ему представители датской знати и духовенства. Была официально подписала Роскилльская уния, по которой Дания включалась в состав шведско-норвежского государства, но сохраняла при этом все свои законы, порядки и старое управление. Кроме того, Эрик обязывался выкупить у германских арендаторов обратно все датские земли, а также защищать интересы датского дворянства и купечества – подразумевалась защита южных границ Шлезвига и конфликт с Ганзой. Все это серьезно укрепило положение шведов в самом начале войны, а противопоставить активным и умелым действиям Эрика XIII сторонникам Вальдемара IV оказалось нечего – все контрмеры, включая сорвавшуюся из-за погоды попытку высадить войска на острове Готланд, провалились, и к середине 1341 года сторонники последнего занимали лишь Ютландию и Шлезвиг, и то не целиком, в то время как островные территории Датского королевства почти в полном составе признали представителя Фолькунгов своим новым королем.

Военные действия в это время уже начались. Германо-ютландская армия под началом самого Вальдемара IV осадила крепость Сканнерборг, заблокировав там сторонников Эрика во главе с Нильсом Эббесеном. Численность армии Вальдемара достигала 2,5 тысяч человек, в то время как защитники имели лишь около полутысячи воинов, включая кое-как вооруженных крестьян. Ситуация могла бы стать безвыходной – но в Орхусе, пользуясь поддержкой местных бюргеров, высадилось шведско-норвежское войско во главе с младшим братом короля Эрика, Вальдемаром. Ему было всего 20 лет, но он обладал столь кипучей натурой, что король даже специально поставил рядом с ним двух доверенных людей, которые должны были сдерживать его самые безрассудные порывы. Вальдемар Хаконссон любил выпивку, гуляния, женщин, но больше всего ему по душе были битвы, в ходе которых он мог доходить до исступления берсеркера. Войск у него было не больше, чем у его тезки, короля Вальдемара IV, но это совершенно не остановило шведского принца. Не дождавшись даже высадки всех своих войск, он бросился в бой, пока датчане не получили вестей о его приближении, и обрушился на их лагерь среди ночи. Получилась совершенно безобразная свалка, в которой не единожды своим пришлось драться со своими же, но цель была достигнута – армию датского короля разбили, крепость деблокировали, и Вальдемар Хаконссон объединил свои силы Эббенсеном, начав планомерное занятие Ютландии. В это же время закипели сражения у многочисленных датских островов между ганзейскими и шведско-норвежскими кораблями. Формально войну Ганза никому не объявляла, но после объявления о том, что она признает Вальдемара IV законным королем Дании, этого уже и не требовалось – все понимали, за кого будут биться немцы. Задачей союзного флота была защита собственных берегов и тех датских островов, которые еще находились под контролем сторонников сына Кристофера II. Первое время немцам удалось достичь успехов в этой задаче, и даже началось планирование высадки на острове Готланд с целью блокировать действия союзников на море, но начавшийся сезон штормов и ряд других проблем привели к срыву этой операции. После этого наступило временное затишье – и в Ютландии, и на море шла лишь вялотекущая война, без решительных наступлений и крупных сражений. Начинало даже казаться, что эта война окажется одной из многих, и так и не наберет большого размаха.

Но весной 1342 года конфликт резко начал набирать обороты. Вальдемар Датский, собрав все силы своих союзников, выставил в поле 16-тысячную армию, что для Северной Европы было достаточно большим войском. Принц Вальдемар, уже прозванный Воителем, имел в своем распоряжении лишь 5 тысяч воинов, которые практически завершило подчинение Ютландии власти короля Эрика XIII. Узнав о приближении армии противника, которая в три раза превосходила его силы, он стал отступать к Орхусу, укрепленному и подготовленному к обороне на случай осады. Отступление велось в условиях постоянного сдерживания противника – используя легкую конницу, набранную в Финляндии, он совершал постоянные налеты на армию Вальдемара IV, стремясь «откусить» от нее как можно больше войск. Вместе со шведско-норвежской армией в Орхус уходила и часть датского населения из числа стойких сторонников короля Эрика. Всего за несколько месяцев датско-германскому войску удалось занять весь полуостров Ютландия, и осадить последний оплот скандинавов на материке – Орхус. Однако с его осадой вышла осечка – имея хорошие укрепления и большой гарнизон, он был сложной целью, а невозможность прервать его снабжение продовольствием и подкреплениями делала перспективы осады совершенно размытыми. Лишь в 1343 году Ганза собрала достаточно сильный флот, который под датским флагом двинулся на север, к Орхусу – но он был разбит нордами в проливах. Получив таким образом решающее превосходство на море, принц Вальдемар оставил часть своих войск в городе под началом Эббесена, а сам отправился в Швецию, готовить новую армию. Собрав около 8 тысяч, в основном крестьянского ополчения и тевтонских наемников, он высадился в Шлезвиге, близ Фленсборга, и сразу же взял город неожиданным и решительным штурмом. Уже очень скоро он занял всю территорию герцогства, отрезав армию короля Вальдемара от его германских союзников. Закипела «малая война», в которой шведы уклонялись от прямых столкновений с королевским войском, и наносили большое количество мелких ударов. Отрезанная от Ганзы по суше и морю, армия короля Вальдемара стала таять из-за недостатка снабжения и продовольствия. Сам Вальдемар IV какое-то время еще мог удержать ситуацию под контролем, но к началу 1345 года он путем реквизиций выгреб все ресурсы с подконтрольных территорий, окончательно обратив против себя бюргеров и крестьянство, и стал терять войска. Армия сократилась до 7-8 тысяч, осада Орхуса после нескольких долгих лет и пяти провалившихся штурмов превращалась в смертельную ловушку. Именно в таких условиях принц Вальдемар Шведский решил все же дать генеральное сражение у стен города. Силы обеих сторон были примерно равными, но удача сопутствовала скандинавам. Нильс Эббесон был тяжело ранен, ряд шведских и датских дворян погибли, но победа осталась за ними. Потери германской наемной армии были огромны, но самое главное – среди погибших числился сам Вальдемар IV. Остатки войска, включая графа Иоганна III Гольштейнского и герцога Шлезвига Вальдемара Абеля, супругу погибшего короля, Хельвиг (родную сестру герцога Шлезвига), и ее двух детей – сына Кристофера и дочь Маргрете – попали в плен. Это был не просто разгром – скандинавские союзники достигли решающей победы во всей войне, и поставили в ней жирную точку.

Прямо здесь, в Орхусе, куда вскоре прибыл Эрик XIII, был подписан мирный договор, по которому война за корону Дании окончательно прекращалась. По его условиям, королем Дании признавался Эрик Фолькунг, и в силу вступали условия Роскилльской унии, которая была подтверждена остальными датскими дворянами, ранее поддерживавшими павшего Вальдемара IV. Германские князья, владевшие землей на территории Дании, обязывались продать ее обратно во владение Дании, для чего в стране вводился дополнительный налог, а также тратились определенные средства из шведской казны. Судьба двух предводителей датско-германского движения оказалась разной. Иоганн III Гольштейнский, сразу получив на руки всю сумму денег за его землю, покинул Данию, отправившись в свои владения, и в целом будучи удовлетворенным подобным исходом – ведь он хотя бы получил деньги за потерянные земли. Вальдемар Абель был вынужден отречься от титула герцога Шлезвига, после чего ушел в монастырь. Новым герцогом Шлезвига стал его 7-летний сын, названный в честь отца. Дети погибшего Вальдемара Эстридсена, приходившиеся племянниками Вальдемару Абелю, также не были забыты победителями. Малолетних Кристофера и Маргрете тут же взяли на воспитание ко двору Эрика XIII, причем Маргрете сразу же стала предполагаться в качестве невесты одному из сыновей шведского короля, а Кристофер стал герцогом острова Лолланн. Шлезвиг и Лолланн оказались единственными крупными феодами на территории Дании – остальные герцогства, а именно Зеландия, Фюн и обе Ютландии, были непосредственно включены в состав короны Дании, и на их территориях сохранилось лишь мелкое дворянство – крупная аристократия или бежала в Германию, или погибла в ходе войны за датское наследство. В Дании на постоянной основе, в качестве королевского наместника, поселился брат Эрика XIII, Вальдемар, однако фактически страной от имени Фолькунгов стал управлять очень популярный и влиятельный Нильс Эббесон, который выдал свою дочь замуж за шведского принца, став видным вельможей государства Фолькунгов. В государстве наконец-то настала эпоха мира, германское влияние резко снизилось, и появился король, которого действительно поддерживали, у которого в руках были значительные ресурсы, и который был способен вернуть Дании былой блеск и величие, пускай и в составе унии трех государств во главе с Эриком XIII. Но увы, радость от окончания войны продлилась недолго, и последующие годы также стали полны войн, разрушений и кровопролитных битв ради доминирования в Дании на территории всего бассейна Балтийского моря.

вернуться к меню ↑

Примечания

  1. Вообще среди Фолькунгов было достаточно много болезненных людей, хотя они правили страной всего около 100 лет. Виной тому генетика, или особенности климата, питания и образа жизни – трудно сказать.
  2. Я часто использую этот метод «выступлений перед массами» в других АИшках, но в случае со скандинавами, в особенности шведами, это целиком оправдано. Так, Густав I Ваза вообще, наверное, был в свое время одним из самых общающихся со своим народом королей, не единожды выступая и перед собраниями, и распространяя воззвания к обывателям, не говоря уже про выступления на заседаниях риксдага.
  3. В реальности умерла в младенчестве.
  4. Архиепископ Лундский также является главой католической церкви в Дании.
  5. Что забавно – как раз в это время начинает укрепляться Швеция, ставшая куда более сильной при Фолькунгах. Это не отменило постоянных внутренних склок, но до Биргера дела с порядком в стране обстояли еще хуже.
  6. Распад Дании достиг такого масштаба, что ее возрождение представлялось многим уже почти невозможным. Потому то, что сделал в реальности после 1340 года Вальдемар IV Аттердаг, сложно переоценить – действительно великий монарх, хоть, увы, и обеспечивший возрождение Дании лишь на какое-то время, перед новой порцией внутренних конфликтов.
  7. Рядом с городом Сконе ежегодно вылавливалось огромное количество сельди, которая тут же солилась и экспортировалась за границу в больших количествах. Прибыль со Сконской рыбной ярмарки (за счет так называемой «платы за защиту») была одним из основных источников доходов Дании до введения Зундской пошлины.
  8. По моим детальным демографическим прикидкам, государство Фолькунгов к 1340 году имеет население около 1,2 миллиона человек, датское население находится на уровне 450-500 тысяч.
  9. В реальности Нильс Эббесен погиб в 1340 году, при обороне крепости Сканнерборг от армии короля Вальдемара, которого активно поддерживали немцы.

P.S. Посты по АИшке GMU ради своеобразного колорита публикуются под расово нордический шведский пауэр-металл от Sabaton. Gott Mit Uns!

1
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
1 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
1 Авторы комментариев
NF Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
NF

++++++++++

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить