Решительная Русско-Литовская Ливонская война. Часть 7

авг 10 2018
+
8
-

Предыдущая часть

Датский разворот.

После провала русско-шведского сближения и того факта что новым шведским королем стал Юхан женатый на сестре Сигизмунда и через то в будущем вполне может образоваться антирусский союз Польши, Литвы и Швеции. И это все на фоне начавшийся войны с могущественным Турецким царем и того что союз с цесарем превратился плане борьбы против басурман в простую не чего не стоящею бумажку. И заговоры среди знати внутри царства.

Иван Васильевич решил для себя что, во-первых, шведов следует изгнать из Ливонии сразу, как только удастся заключить мир на юге с турками и татарами.

А во-вторых, что на западе нужно искать новых союзников. Обратив свой взор на враждебную шведам Данию. И Англию, с которой с середины прошлого десятилетия активно развивались торговые отношения и обе стороны даже взаимовыгодно поучаствовали в контрабанде оружия участникам войны на Балтике.

В исполнения этих планов

 Первый важный шаг в этом направлении был предпринят в апреле 1569 года, когда советники царя по ливонским делам Иоганн Таубе и Элерт Крузе вступили в переговоры с городскими властями Таллина. Убеждая жителей подчиниться власти царя, Таубе и Крузе доказывали, что под его властью Таллин будет жить на положении свободного имперского города, в нем не будет русских чиновников и его не будут обременять налогами. Государь, заверяли царские эмиссары, «сделает из него такой торговый город, какого не будет на всем Балтийском море». Все, что государь обещает городу, будет скреплено «печатями и удостоверено митрополитом русским и всем духовенством». Поскольку такого рода гарантии, по-видимому, показались жителям Таллина недостаточными, Таубе и Крузе пошли дальше, заявив, что «если ревельцы сочтут нужным, то могут поставить над городом немецкого князя, которого найдут наиполезнейшим для себя».

Тогда же, весной 1569 года, при участии Таубе и Крузе был найден и соответствующий князь. Им оказался брат датского короля Фредерика II, герцог Магнус, владелец тех земель в Ливонии, которые Дания сумела захватить во время распада Ливонского ордена. Он должен был стать главой особого государства, созданного в Прибалтике под русским протекторатом, — Ливонского королевства. После долгих переговоров с послами Магнуса в ноябре 1569 года были определены условия, на которых Магнус будет управлять этим «королевством».

Ранее начавшиеся русско-шведское сближение кране нервировало датчан, поэтому новые веяния в русской политике на Балтике были встречены благожелательно при дворе Фредерика Датского.

Одновременно в 1569 году (в РИ в 1567 такое предложение было, но тут в АИ в 1567 был подписан русско-габсбурский союз поэтому одновременный союз с Англией не возможен) Иван предложил Елизавете, «чтобы ее величество была другом его друзей и врагом его врагов и также наоборот»,

Князь Старицкий и его судьба.

Отношения между Иваном Грозным и его двоюродным братом Владимиром складывалось не простые. Одно из первых самостоятельных деяний государя было возвращения своему брату его удела и в дальнейшем Иван старался относиться к Владимиру по родственную и держал его в почете и урядстве. Но Старицкий князь был ближайшим наследником державы после самого Ивна и его детей и тем самым стал тем центром вокруг постоянно кристаллизовались различные заговоры. Все началось в далеком уже 1553 во время болезни царя, потом еше не раз проявлялось, последний крупный заговор 1568 то же не стал исключением хотя сам Владимир и постарался от него откреститься и всячески показывал свою верность царю. 

Иван Грозные не мог не реагировать на эту угрозу. И в итоге по его приказу у брата дважды полностью менялась окружение на назначенных государем людей, Андрею было запрещено в Москве иметь более 100 человек свиты , а в 1566 между царем и удельным князем состоялась мена земли в итоге которой государь забрал на свое имя все земли своего брата которыми его род уже владел 60 лет и где у него образовалась сильная партия и дал ему вместо этого город Дмитров и множество сел раскиданных в Московском и Стародубском уездах и не составляющие единого массива. А так же постриг в монахини его мать.

Поэтому зимой 1568-1569 годов во время подготовки к отражению вторжения турок. В ответ на предложения поставить во главе войска идущего на Волгу  что было бы довольно естественно по местническим счетам.

Царь отправил своего брата не с турками воевать, а наместником в Сибирь. Справедливо посчитав что пока он будет находиться за Камнем мятежным аристократом будет довольно трудно строить козни в его пользу.

Вместе с Владимиром Андреевичем в Сибирскую землю отправилась его супруга и младшие дети. В то время как старших своих племянника и племянниц от первого брака брата Иван Васильевич оставил при своем дворе жить в Кремле. То есть фактически в виде почетных заложников.

Таманский полуостров вторая половина октября 1569 года.

15 октября в Темрюке захваченном Верховным Князем Кабарды в далеком уже 1556  году. Дым стоял коромыслом, шло празднование великой и небывалой победы.

Преследовать турок и татар перешло Волгу 15 000 ногаев во главе со своим Бием. Вместе с ними из Астрахани выступила 3000 конная рать которую повел в поход лично воевода большого полка князь Пётр Семёнович Серебряный-Оболенский. С юга удар по отступающим врагам подержали 3000 кабардинских всадников которых вели в бой  родные братья русской царицы и ее отец.

В двух переходах от Азова когда враги повернули на юго запад к преследователям присоединились 1000 всадников вышедших из Азова под командой князя Дмитрия Ивановича Хворостина. А еще 1000 казаков на 15 стругах и 5 захваченных  в Азове больших купеческих кораблях князь Воротынский командующий во взятом у турок Азове  отправил к устью Кубани под командой атамана донского Михаила Черкашинина с тем что бы он по возможности помешал уйти врагам в Крым. Правда в Керченском проливе атаман обнаружил большое количество галер и прочих судов противника и в битву лезть не решился укрывшись в Темрюке. А суда свои спрятал в устье Кубани.

Уже за Кубанью к союзникам присоединилась еще 3000 черкесов которых привели их князья  показав тем самым верность союзу с Царем и своим клятвам и с целью пограбить бегущих татар и турок отомстив тем самым за давние обиды от них.

Крымчаки и османы завершили свой бег в крепости Хункала бывшей когда то Тумурканью. От куда на судах бежавших из павшего Азова к Керчи и начали переправу на тот берег пролива.

А союзники отошли к Темрюку где со своей стороны начали удачное завершение похода, в ходе которого было взято только полона 10 000,а так же захвачено множество коней, громадное количество богатого вооружения, шатров и прочего ценного имущества.

На пиру рекой лилось вино  из лоз выросших на склонах могучего Кавказа, меда привезенные с далекого севера и кумыс от степных кобылиц. На тысячи кострах жарилось и варилось тысячи баранов и коров.

И единственное что омрачало победителей то что подлый враг спась от полной гибели за проливом. И достать его там не было возможности. Этому мешали и 20 турецких галер и то что если воинов и их оружие еше можно было перевезти на стругах русских то коней точно не получиться, а в Крыму пешим сильно е на воюешь, да и во обше джигиты на коне сражаются.   

Видать на небесах услышали эти призывы, недаром в древности богов славили хмельными напитками. 

И во время переправы басурман через пролив налетел внезапный осенний шторм  перетопив множество их судов, выбросив на прибрежные камни и мели в том числе и все их галеры, а так же отнес течением и ветром 10 больших транспортных судов специально созданных для перевозки коней по морю на которых через пролив переправляли  ханский коней прямиком устью Кубани как раз напротив Темрюка.

И храбрый донской атаман не упустил такой подарок и как только на море затихла буря вышел в море и взял на абордаж суда противника.

В затуманенных хмельными парами головах союзного войска сие было воспринято как несомненный знак с выше что походу в Крым быть , ибо добычи много не бывает, ведь она и есть главный признак воинской доблести.

И такой шанс поразить давнего врага в само его сердце не стоит упускать. 

Уже 16 октября войско выступило в поход из Темрюка двинувшись к косе Чушка. Людей и амуницию через пролив переправили на стругах, а коней на захваченных у турок судах.

Переправа заняла неделю , всего было переправлено 20 000 человек и 30 000 коней.

От Больших Ногаев в поход пошло 10 000 всадников под командой нурадина Уруса, сам бий с оставшимися воинами и с добычей взятой в походе двинулся к родным кочевьям.

От Малой Кабарды 2000 человек под командой братьев царицы. Остальные повели добычу домой.

Черкесы присоединившиеся к союзникам самыми последними и поэтому получившие меньше всех добычи выступили в поход в полном составе все 3000 сабель, более того за то время пока шла переправа из Черкесии по призыву  черкесских князей которые отправили гонцов в горы, подошло для на набега еще 4000 всадников.

От русских в поход пошло 1000 добровольцев (700 казаков, 100 стрельцов и 200  детей боярских с послужильцами) и 4 пушки выделенных воеводами.

В Крыму в это время было всего 7000 татарских и 9000 османских воинов. Большая часть османов находились на Перекопе и восстанавливали разрушенный Ор Копу всего 6000, а большая часть татар это были те кто не пошел в поход к Астрахани или сумел вернуться миновав русские засады на Дону и кочевала в степи на севере полуострова со своими стадами всего 6000.

На юге Крыма было всего 1000 татарских всадников и 1000 османских из тех кто вернулся из под Астрахани с ханом и Кафским пашой и 1000 османских аскеров  гарнизоны  городов от Керчи и до Козлова. 

Передовые отряды союзников пока переправлялось остальное войска подчистую разграбили окрестности Керчи, на сам город который имел крепкие стены много пушек и в котором засел османский гарнизон не покушались, но и турки не решались выйти из стен и чем то помешать налетчикам.

После переправы союзники всей силой двинулись в доль южного берега к Судаку, рассылая в разные стороны легкие отряды и предавая полному разорению всю местность по пути.

В это время Двелет Гирей и Касым паша которые переругались между собой еше по пути из Астрахани, в частности османский полководец ставил вину в хану что тот повел армию по безводным степям и татары не делились с турками своими конями, от чего и погибло огромное количество аскеров.

Тем не менее перед лицом обшей угрозы решили отринуть распрю и сразу же по получении новости о начале переправы противника через пролив стали рассылать гонцов и собирать все наличные силы в одни кулак. На все про все ушло 2 недели и 30 октября между Кафой и Судаком союзником преградила путь 12 000 турецко-татарская армия. 5000 турок подошло от Перекопа, 1000 было под рукой у паши, 5000 татар собралось по призыву хана и присоединилась к той 1000 что было под его рукой.

Коктебельское сражение.

2 войска построились друг против друга для битвы.

Османы заняли правый фланг ближе к морю а татары левый. У союзников на левом фланге ближе к морю встали ногаи в центре  табором русские а на правом фланге горцы.

Превыми схлестнулись татары и горцы. Не выдержав натиска крымцы дрогнули и обратились в бегство. В след за ними устремились черкесы гоня и побивая их 15 верст.

Знатный крымский воин. Современная реконструкция

В это время на приморском фланге турки смогли опрокинуть ногаев и атаковали укрепившихся за телегами русских. Не смотря на плотный огонь    басурмане смогли подойти к  укреплениям на которых завязалась рукопашная схватка и даже прорвать их. Захватив 2 пушки.

В этот критический момент боя от полной гибели русский отряд спасла контр атака ногаев которые смоги перестроиться после первого натиска врага и снова ринулись в бой.

Турки отвлеклись на ногаев и русские ратники смогли отступить захватив с собой даже оставшиеся орудия.

После того как союзники благополучно отошли, свою атку по приказу нурадина так же прекратили и ногаи отступив с поля боя на северо восток к пепелищу Кафы.

Касым Паша за которым осталось поле битвы а так же трофеи в виде половины артиллерии противника, не решился преследовать отступившего врага опасаясь попасть в засаду.

В место этого паша под звуки литавр и барабанов как победитель двинулся к Судаку где и укрепился.

Из Судака который стал новой временной столицей его провинции Касым через пару дней как только на море кончился очередной шторм  начавшийся сразу после переправы союзников в Крым отправил судно в Царьград с вестью о великой победе на армией неверных одержанной им лично, а так же о гибели войска султана во время похода к Астрахани произошедшие из трусости и предательства Крымского хана. ( Касыму жизненно необходимо было сложить вину за неудачный поход с себя).

Хоть формально в бите и победили турки фактически это был бой с ничейным результатом, обе противоборствующие стороны потеряли примерно по 1000 человек каждая. И поэтому не смотяр на победные реляции в столицу османские войска во главе с наместником укрепились в Судаке и более в битвы не лезли.

А союзники со своей стороны после битвы соединившись двинулись к Старому Крыму и обойдя по широкой дуге Судак стараясь подальше держать ся от турок. После чего разорили и выжгли юго запад полуострова распустив свои отряды и от туда широким фронтом двинулись через степь на север к Перекопу. Подойдя к крепости через 3 недели поле битвы., с огромным караваном добычи.

В Ор Копу за 1569 год османы упели восстановить цитадель, но вот башни на валу все еще были в руинах. В крепости в обороне засело 1000 турецких воинов не решаясь выйти для битвы из цитадели, мимо которых союзники и перетащили  через неохраняемый вал к западу от города всю свою добычу и благополучно приазовскими степями двинулись по домам.  

После начала Северной войны русские продолжали перепродавать шведам  английское оружие, так же растущий  шведский флот активно закупал русскую пеньку,полотно на паруса, мачтовый лес и смолу. 

Учитывая стратегическую важность для шведской стороны перечисленных товаров в ходе переговоров прошедших между наместником Русской Ливонии и  губернатором Ревеля и Ливонии Шведской летом 1563 года, было достигнуто соглашение позже подтвержденное монархами обеих стран о том что русские суда получают право ходить свободно во все порты Шведского королевства, точно так же как шведы имели право ходить в русские порты.

Более того шведская сторона брала на себя обязательства по охране русских купеческих судов  идущих в шведские порты: Выборг, Ревель,Гельсингорф,Аббо, Стокгольм, Норчепинг и Кальмар в водах Финского залива, возле Аландских островов, в Ботническом заливе и на Балтийском море между шведским берегом и островом Готланд.

И обязалась не нападать на русские суда в другах местах на море если они там встретиться.   

Так же шведы соглашались не настаивать на стапельном праве Ревеля в отношении русских судов.

После подписания договора уже в конце лета 1563 в Стокгольм пришла первая ладья из Нарвы , а через пару лет только в Стокгольм каждый году уже приходило по 50 больших карбасов, и еще столько же в прочие порты.    Карбасы представляли собой парусные мореходные суда с дощатой палубой, крытой палубной надстройкой — каютой и рулем. Их грузовместимость доходила до 100 т , длина корпуса составляла 21 м, ширина — 8 м, высота борта — 2, 4 м. Численность команды могла доходить до 15 человек 

Большой карбас

В прибрежных городах Финского залива от Нарвы до Невского Устья в течении нескольких лет возник мощный судостроительный раен специализирующийся на постройки относительно не больших морских парусников русской конструкции. Ежегодно спускающий на воду несколько десятков судов.

Было построено десяток верфей, три десятка лесопилок с водным приводом ( тут правда пришлось привлечь для организации иностранных спецов), канатная мануфактура в Ивангороде ( саму идею и техническое воплощение элементарно позаимствовали с аналогичной в Холмогорах построенной Английской компанией для своих нужд), различные железные изделия для судов стали массово изготовлять в Тихвине. Парусину везли со всей Новгородчины и Псковщины  где купцы гостиной сотни стали открывать хамовные дворы для выделки парусины и полотна из льна. Всего к концу десятилетия в стране действовало два десятка крупных текстильных мануфактур в Москве, Новгороде, Пскове, Юрьеве Ливонском, Смоленске, Витебске и Полоцке, по мимо тех что были построены в Риге (об этом позже). Четверть из них были казенные,  а остальные принадлежали   крупным купеческим кланам. Продукция хамовных дворов: тонкие полотна во основном шли на внутренний рынок, а более грубая парусина после удолетворения нужд пока еще не большого но растущего отечественного флота большей частью уходила на экспорт.

Поэтому когда в январе и сентябре 1564 г. датский король Фредерик II просил царя воспрепятствовать доставке
грузов из Нарвы в Ревель, Стокгольм и другие шведские города особенно оружие так как это противоречило условиям «докончальной» грамоты.

Московское правительство заинтересованное в шведской торговле,  обвинило во всем воевод-мздоимцев, о чем было доведено до сведения королевского представителя в Нарве –
Захария Фелинга, присланного для сбора зундских пошлин и пресечения
контрабанды. В письме к Фредерику II от 18 ноября 1564 г. тот доносил о
подвозе шведам товаров из Нарвы и о подкупности русских воевод.

В целом Нарва к 1564 году превратилась в крупнейший центр на Балтике контрабандой перепродажи оружия.

Этому способствовала и политика российских властей заинтересованных в привлечении иностранных купцов в порт и поэтому установивший там очень льготные режим взимания таможенных пошлин.

По свидетельству итальянца Рафаэля Барберини, в Нарве не было никакой таможни, пошлина за ввоз товара взималась в Москве: «По дороге из Нарвы – по 4 процента,
из Польши – также 4 процента; по дороге же из Крыма – 8 процентов, но за вывоз не платится ничего».

Так же это способствовало что в Нарве вели свободный торг английские купцы "аутсайдеры"в обход привилегии Московской компании, от чего Компания терпела большие убытки.

Ну и свободная перепродажа обеим воющим на Балтики сторонам оружия и амуниции.

Но через Нарву шло не только оружие и товары русские (канаты, конопля волокнами, лен пряжа и полотна, выделанные кожи, воск, мед, деготь и смола, поташ и зола, ревень, меха, слюда) , но и транзит товаров с востока из Персии, Хивы, Бухары и Ташкента. 

Шелк, хлопчатобумажные ткани, атлас, ковры, индиго, нефть для производства красок и сухофрукты. Которые поступали в страну через Астрахань куда ежегодно приходило до 500 морских и речных стругов, ладей и карбасов из Баку,Решта, Астрабада и туркменского берега где была в начале 60х построена пристань по договору между Россией и Хивой и далее транзитом через Волгу шли к Балтийским портам и на север к Холмогорам. 

Все это вместе способствовало росту Нарвского плавания. Уже к 1566 году в Нарву пришло 98 иностранных судов прошедших перед этим Зунд (англичан, французов,нидерландцев, датчан и гамбуржцев) и 32 шведских судна из Выборга,Ревеля и Стокгольма. И ушло к шведским и датским портам 50 русских судов , правда русские суда уступали в размерах иностранным и поэтому по весу вывоз на русских судах был в 4 раза меньше чем на иностранных. 

О общий торговый оборот Нарвы достиг 1000 000 талеров. В дальнейшем не смотря на различные  противодействия  связанные и с дипломатическим демаршами польского короля и с колебанием в торговой политики Англии и с переворотом в Швеции рост торговли в Нарве продолжился и к 1570 году достиг полутора миллионов талеров в год.

Рижское плавание.

В июне 1563 года Рига избрала свою судьбу и пошла под высокую руку Русского цесаря. Добровольно принявший власть России город смог  выторговать себе значительные привилегии. В частности Рига сохранила полное самоуправление и ее управления всецело осталось в руках городского совета который продолжал держать в своих руках суд и сбор податей. Более того все доходы от податей и судебных штрафов полностью оставались в городской казне. Так же Рига сохранила все свои не маленькие земельные владения в низовьях Двины всего 1000 кв км которыми она владела как коллективным имением. Из города не высылались в России как из прочих Ливонских городов дворяне и бюргера.

При этом рижские купцы получили как поданные царя  право свободно вести любые торговые операции по всей обширной державе Ивана Московского на равных с русскими купцами условиях, платя точно такие же подати и пошлины. А высланные по царскому указу ливонские немцы бюргеры по русским городам а дворяне на границу с татарами фактически создали для рижан готовую торговую сеть из единоверцев и соплеменников по всей России.

В добавок к выгодам финансовым переход под руку Москвы так же обеспечил и безопасность. Уже в 1564 году с русской помощью была отбита попытка  литвы и курляндцев протянуть к ниму свои шаловливые ручки.

Ну и такой не маловажный фактор как веротерпимость особенно на фоне прочей Европы где бушевали религиозные войны и горели практически в каждом городе костры инквизиции. Хоть русские и завоевывали Ливонию под лозунгом борьбы с Лютеровской ересью, фактически протестантов не каким образом как раз за их веру и не притесняли, позволив им спокойно верить в бога как им хочется и не стали закрывать их кирхи в отличие кстати от притеснений православной церкви ранее в Ливонии еще во времена ордена, единственное ограничение наложенное на протестантов это был заперт на совращения в свою веру православных и полный заперт на миссионерскую деятельность на территории царства, за такое если поймают действительно могли и в срубе сжечь.  

Но от власти Росси были не только плюсы ,но и минусы. В городе разместился русский гарнизон который рижане обязаны были поить, кормить и содержать за свой счет. Так же в свою пользу царь обратил большую часть таможенных доходов Риги, разместив в городе свою таможню и дьяков с подьдячными и писцами. В итоге в пользу царя стало уходить 2/3 таможенных и акцизовых сборов оставляла в казне города только треть.

Ну и не только рижане теперь могли торговать свободно по всей Руси но и русские купцы и гости теперь смогли свободно приобретать собственность в Риге и торговать там в том числе что было самое обидное для черноголовых ( гильдия торговцев)и бюргеров с иностранными купцами, тем самым лишив рижан их основного источника заработка по перепродажи товаров которые привозили по Двинскому пути   купцам пришедшим из за моря.

Рижанам не кто конечно не запрещал и далее вести свой традиционный промысел, но зачем платить посреднику если есть возможность заключить сделку на прямую?

От чего разжирившиеся и обленившиеся за последнюю сотню другую лет рижане и уже в отличие от своих предков практически не плавающие сами в море и предпочитавшие сидеть на бергу и ждать когда им с одной стороны привезут товар, а с другой его купят с чего они будут иметь свой навар, стали думать думу тяжкую как же им компенсировать потерянные доходы и на чем бы еще заработать. 

Предложение Любека.

Любек с начало присосавшийся к контрабанде оружие с 1563 находиться в крайне неприятном положении, от торговли оружием его отодвинули( шведы отказались и еше война с ними началась из Германии император запретил) они конечно тайно не смотяр на запреты медью, оружием и амуницией торговали в Нарве ,но объемы этой торговли из ударов со стороны с начало Ревельских каперов  а потом и всего Шведского флота были не очень высокими.

В Риге им было торговать легче хотя бы по причине того что шведам было сложней по пути туда нападать на их торовые суда, но полностью это от нападений не спасало. а война на море стала развиваться не в пользу анти шведской коалиции 

Послы города Любека попытались найти защиту от шведов у русского царя, но им было заявлено что их купцам государь может дать защиту только на территории России, но не на море.

Тогда любекский купец Ян Хоффман (John Hoffman)  придумал новую аферу и заручившись поддержкой  руководства города приступил к ее осуществлению.

В Любеке была создана компания в пайщики которой по мимо Хоффман вошли бургомистры Любека Иероним Люнебург, Антон Людингхаузен , Кристоф Смерти и Bartholomeus Tinnappel , члены Совета Господ Любека и руководители гильдии Черноголовых города. Всего 52 человек.

После чего Хоффман отправился в Ригу где от имени ново созданной компании  обратился к городскому совету Риги и ведущим торговым семействам города  с предложением объединить усилия   с тем что бы организовать доставку русских товаров из Риги в Любек и далее в Германию на судах из Риги под русским флагом. С тем что бы во первых избежать опасности от нападения шведов, а с другой уменьшить таможенные платежи в русскую казну организовав закупку товаров силами рижан в глубине России.

А так же перепродажу и доставку английского оружия в Данию.

Так же было предложено с целью обхода запрета императора на продажу оружия из Германии в Россию организовать производство оного на территории Риги, для чего любечане обязались привезти нужных мастеров а в последствии поставлять нужные материалы. С последующей перепродажи вооружений и амуниции в Россию,Литву и Балтийские страны.

Ян красноречиво расписывал своим будущим компаньонам красочные перспективы и то богатство и могущество которое они смогут добиться. У Любецко-Рижской Торговой компании будет столько возможностей что она даже смогут возродить величие Ганзы под своим руководством.

Рижане в своих раздумьях о дополнительных заработках пришли к схожим проектам которые им предложил посланник Любека. А с учетом что из за войны между Россией и Литвой  объем товаров которых везли по Двине упал , они согласились практически не раздумывая.

В маи 1564 года в Рижской ратуше была оформлена Рижская торговая компания. По совету Хоффмана формально ее руководство состояло из рижан и официально пайщиками являлись то же только рижане в их число вошли городской совет Риги во главе с бургомистра и 30 наиболее значимых торговых семей города, участие в предприятии купцов Любека было решено держать в тайне учитывая щекотливость такого участия с точки зрения законов России как иностранцев, с точки зрения будущей безопасности на море от ударов шведов и с точки зрения указов императора Римской империи о запрете продажи оружия и материалов дял него в Россию.

В ходе переговоров между уже теперь компаньонов был решен так же такой важный вопрос как Рижский торговый флот. Флот у города был, но он был откровенно не большим. В 1561 его большую часть сожгли русские всадники в ходе войны, потом рижане его частично восстановили, во общем в наличии было 3 карраки и 7 больших когов.

Идею просто переписать на компанию суда из Любека отвергли, так как вряд ли шведов удалось бы обмануть такой уловкой.

Поэтому было решено расширить имеющийся судостроительные мощности в Риге, для чего из Любека должны прибыть специалисты и заложить 10 каррак для нужд компании. По мимо собственно верфей  так же надлежало организовать массовое производство всего потребного для строительства судов, а именно производство парусины, канатов, досок, дегтя, металлических частей. Для чего в Риге построить 5 мануфактур. Техническим специалистов дял них так же обеспечивает Любек, а землю и простых рабочих уже Рига, финансирование проектов идет 50 на 50.  

Продукция этих мануфактур в будущем должна идти не только на строительства флота компании но и продаваться в другие страны.

По поводу оружейного  бизнеса  в Риге было решено организовать производство: пистолетов с колесцовыми замками, мушкетов с кремневыми замками, кирас и отливку пушек. Для чего построить 3 завода.

После решения организационных моментов руководство Рижской торговой компании отправили прошение в Москву с просьбой подтвердить привилегии нового товарищества.

Скрыть по крайне мере от российских властей факт участия этом предприятии представителей Любека не удалось. Государь из Риги получил не только прошение от рижских купцов, но и донесения от воеводы и начальника таможни о сговоре немцев.

На что Иван Васильевич вместе со своими ближними долго смеялся над ироний что всего 17 лет до этого в Любеке был арестован Шлите который нанимал мастеров по царскому указу за счет государевой казны, а сейчас из за своей жадности власти Любека сами готовы везти мастеров в Россию и еше и платить из своего кармана за их обустройства.

Привилегии новой компании государь подтвердил, правда не чего сверх того что уже имели рижане не прибавил. Своим чиновникам в Риге указал, немцам препонов не чинить и делать вид что уши из Любека не замечают.

Но при этом строго указал, что бы компания русским и иностранным купцам торгующим в Риге препонов не чинила не каких. Что бы суда строили не только для своих нужд, но и продавал их гостям и купцам русским. Что бы на своих судах возила не только свои товары, но так же часть мест за плату сдавала прочим купцам поданным царским в кампанию не вошедших и доставляла купцов и их товар в порты на Балтийском море для торга.

А так же что бы компания за свой счет построила в Любеке торговый двор где смогут свободно останавливаться все Российские поданные будущие в тех местах по торговым или посольским делам и товары свои там хранить.

Царь же для зашиты торговли своих купцов в первую очередь самих рижан пошлет в тот двор своего  посланника который будет постоянно там находиться и вопросы спорные с властью Любека и Ганзы решать.

Относительно же оружия, то его разрешил свободно производить и продавать. За исключением открытых врагов с которыми у России расприя и разбойников. 

Рижская торговая компания сразу после своего основания пользуясь поддержкой властей России взяла с места в карьер. В Риге и ее окрестностях закипела работа по строительству новых больших производств., в порту застучали топоры строя  новые суда. 

Всего к началу 1570 года с стапелей компании сошло 80 больших парусников , 70  из которых остались собственностью компании а 10 было продано русским купцам которые основали свои представительства и подворья в Риге.

В городе и его окрестностях  работало 32 большие мануфактуры принадлежащие компании выпускающие не только оружие и все потребное для флота, но и льняные ткани , стекло, часы, производящие масло и водку, плетущие кружева и многое другое.

Продукция этих мануфактур шла в глубь России и Литву достойно там конкурируя с германским и нидерландским товарами, а так же в большом количестве шла за море.

Правда не все было безоблачно и  гладко во время становлении компании в 1567 году царь в ответ на многочисленные жалобы от русского купечества  на разорение от конкуренции с компанией обложил ее предприятия и суда податями  которые они до этого палтили в казну Риги а учитывая состав пайщиков то фактически и не платили, ужесточил сбор таможенных пошлин в части пресечения от их уклонения и повелел в преть компании сырье и не обработанные изделия за рубеж не продавать, а сначала перерабатывать и производить готовые изделия  на территории царства (лен в ткани, коноплю в канаты и масло, кожи везти только выделанные ну т.д.)

Но такие ужесточения в итоге привели к тому что прибыли компании только еше больше выросли. Ведь готовые изделия всегда выгодней продавать, особенно когда есть рынок сбыта , а он у компании был от Сибирских лесов и до виноградников Рейна.

Сам же порт Риги после небольшого спада в торговле в первые 2 года после вхождения в состав России  по причине ведущихся в районе Двины боев. Хоть и доставки товаров с русской территории из под Смоленска,Витебска и Полоцка с вязи с войной и не прекращались. Уже в 1565 после заключения мира между Росей и Литвой прочно занял первое место среди русских портов через который шло 1/3 русского экспорта и 40% экспорта с территории Великого Княжества Литовского Русского и Жмутского, с оборотом 2 500 000 талеров, ежегодно принимая 220-250 иностранных судов  , не считая растущего флота собственно Риги  где среди судовладельцев были не только немцы но русские купцы которые начиная с 1563 года стали активно основывать свои представительства в Риге и предместьях строя причалы на реке, склады и подворья. А позже насмотревшись на пример рижских немцев и свои производства нанимая или мастеров на месте или везя из России. Всего к 1570 году ведущими купеческими кланами российских купцов из Москвы,Новгорода и других городов  в Риге было построено 12 крупных мануфактур ориентированных на переработки товаров и сырья идущих по Двинскому пути из России и Литвы и продажи их заморским купцам. А так же верфь для постройки собственных морских судов не зависимо от Рижской компании  специалистов для которой наняли через голландских и французских купцов приходящих в Ригу для торга. И к 1570 смогли спустить на воду 10 больших парусников иностранной конструкции.

Русские предпочитали селиться вместе да в самом городе было слишком дорогое жилья и поэтому издревле существовавшие в Риге Русское подворье стремительно разрослось за стены города от Пороховой башни к к которой русский раен примыкал изнутри крепостных стен и вырос в огромный посад не многим уступающий по площади самой Риги.

Из иностранных же купцов первое место в Рижском плавание занимали выходцы из Нидерландов вот о них и пойдет речь далее.

 

Рижская каррака 

Нидерландские купцы издревле плавали и торговали в Балтийском море вырвав себе это право в кровавой и долголетней борьбе с Ганзой.

Приблизительно в 1377 г. Ганза достигла вершины своего могущества. Фризское прибрежное судоходство было подавлено еще в XIII в., а торговля голландцев была под неусыпным присмотром лордов от торговли с берегов Эльбы и Траве. Если голландские капитаны пускались в плавание по найму ганзейцев, то им позволялось заходить в балтийские порты, а также продавать малоценные товары вокруг Ютландии и в балтийских городах. Но прибыльными товарами, например, фландрской одеждой или русскими мехами, дозволялось вести торговлю только ганзейским купцам, которые следовали из Гамбурга в Любек не вокруг Ютландии, а по Эльбе, Траве и затем по каналу до Балтийского моря.

Как только голландцы познакомились с балтийскими торговыми путями, они стали покупать товары польских и русских производителей без посредников из Ганзы. Ганза с 1417 г. запретила голландцам торговать на территории Германии, но голландцы в начале XV в. торговали сельдью и солью от Бискайского залива до Новгорода. Запрет на торговлю в Германии способствовал отдалению нидерландцев от немцев и формированию отдельного государства.

В 1426 г. после того, как голландцы появились в Дании, которую Ганза считала своей вотчиной, она запретила голландским судам проходить через пролив Зунд в Балтийском море. Началась война, длившаяся с перерывами четыре столетия. Вначале она обрела форму пиратских набегов. Война 1430—1441 гг. подорвала ганзейскую систему, но и голландцам приходилось трудно. Ганза ввела запрет на торговлю всех членов лиги с Голландией, что привело к голоду в этой стране.

Особенность этой войны была в том, что капитаны и моряки Голландии вели войну частным порядком. Герцог Филипп Бургундский не захотел втягиваться в конфликт, который мешал его политике. Мореходы и горожане проигнорировали просьбы и угрозы своего сюзерена точно так же, как несколькими годами раньше они пропустили мимо ушей декларацию своего правителя о войне с Англией и продолжали торговать с врагами своего герцога, пренебрегая его сердитыми протестами — это ли не убедительная демонстрация силы духа, инициативы, умения брать ответственность на себя, самоорганизации.

Голландцы выстояли. По мирному договору их корабли получили право плавать по Балтике, и через некоторое время они начали быстро расширять торговлю, которая полстолетия спустя сделала их равными, а затем и более богатыми, чем ганзейцы. В 1476 г. порт Данциг посетили 168 судов из Любека и 156 из Голландии, а 20 лет спустя количество голландских судов во много раз превышало количество ганзейских. Во второй половине XV в. Нижние страны стали морской и торговой державой.

В середине XVI в. торговля Северных Нидерландов не могла сравниться с тем расцветом, который переживала торговля Юж. ных Нидерландов с ее центрами вначале в Брюгге, а затем в Антверпене. Валлонско-фламандская промышленность также значительно превосходила тогда северо-голландскую, Такие города, как Гент, Мехелн, Брюгге, Лув^н, Антверпен, являлись центрами старой, имевшей прочные корка культуры с высоко развитой промышленностью, которой северо-нидерландская промышленность с .цеп' рами в Лейдене, Амстердаме, Делфте, Роттердаме много у. гупала. Брюгге и Антверпен стояли в Северной Европе на первом месте по торговле с Левантом, Испанией, Португалией, Италией. Здесь был центр торговли пряностями. Здесь имела свои фактории Ганза, в то время как даже в периоды своего наибольшего расцвета Ганза никогда не создавала прочных факторий в Северных Нидерландах.

Лишь в судоходстве по Балтийскому морю и в морском рыболовстве Северные Нидерланды превосходили в середине XVI в. Южные. В отношении последнего они были географически лучше расположены. Главные рыболовные участки были ближе к Энк- хёйзену, Роттердаму, Схидаму, Делфту, чем к Дюнкерку и Остенде. Балтийский рыболовный район почти совсем не посещался южно-нидерландцами.

Голландские и зеландские города смогли достигнуть своих экономических успехов лишь при существовании полной свободы торговли; они никогда не руководствовались религиозными или внешнеполитическими мотивами, когда дело касалось вопроса о свободе торговли. Последняя была для них всего важнее.

Поэтому не смотря на запреты и всеобщие призывы прекратить Нарвское плавание уже в 1562 году в Нарве появилось первое судно из Голландии.

В 1563 по мимо Нарвы русско- нидерландская торговля стала вестись так же  через Ригу в которой Нидерландские купцы были частыми и давними гостями.

Связи Риги с Нидерландцами были на столько прочными что в 30е  года 16 века. В Графской распри Рига выступила на стороне Нидерландов против Любека.

В 1565 нидерландцы впервые появились на русском север в устье Колы где завели торг с поморами и Печенгским монастырем , одновременно в тот же год в Нарву пришло 25 нидерландских судов а в Ригу 87.

Нидерландцы везли на продажу превосходные сукна, стекло, мыло, ковры, сахар , вино и соленую селедку. Но самое главное быстро разобравшись в ситуации и поняв что русских в целом интересуют только талеры и оружие, хотя и от прочих товаров они не отказываются. А талеры жители Низинных земель сами очень любили, даже больше чем их любили русские. И еще они считали что если дьявол заплатит достойную цену то они будут торговать и в аду.

Поэтому не смотря на официальный запрет действующий по всей Священной Римской Империи и поддерживаемый официальными властями в том числе и Нидерландов  голландские купцы стали тайно доставлять в Россию свинец, порох, серу, селитру, медь, олово и готовое оружие : пушки, мушкеты, пистолеты, доспехи. Составив в этой торговли конкуренцию англичанам и купцам из Ганзы.

А так как по мимо оружие и прочие товары нидерландцев превосходили товары англичан в качестве, то они стали уверено теснить англичан на русском рынке не смотря на то что у нидерландских купцов в отличие от англичан отсутствовали торговые привилегии.  

Но не все у отважных мореплавателей и расчетливых купцов из Голландии и Зеландии было в порядке дома. С 1555 г. Нидерланды - герцогство в составе Испании. 

Для Испании Нидерланды представлялись источником дохода. Испания ежегодно получала от Нидерландов 2 млн дукатов (40% доходов) - "дойной коровой", дававшей в четыре раза большие суммы, чем все ее заморские колонии. Господство Испании в Нидерландах опиралось как на вооруженную силу, так и на католическую церковь, которая защищала феодальный режим и господство Испании. 

Особенно заметно ухудшилось положение Нидерландов при короле Филиппе II, вступившем на испанский престол в 1556 году. Не желая погашать огромные государственные долги, он объявил в 1557 году свое государство банкротом. Такая акция тут же отразилась на экономике Нидерландов, и прежде всего на банкирах, которые понесли большие убытки. В 1560 году были повышены пошлины на вывоз испанской шерсти, служившей сырьем для суконных мануфактур во Фландрии. Заметное сокращение импорта шерсти отрицательно сказалось на нидерландской промышленности и Балтийской торговле . Затем нидерландским купцам запретили торговлю в испанских колониях.

К тому же усилилась деятельность инквизиции.

Источник - http://fai.org.ru/forum/topic/43818-reshitelnaya-russko-litovskaya-livonskaya-voyna/

Комментарии

Аватар пользователя NF
Опубликовано пт, 08/10/2018 - 12:44 пользователем NF
+
0
-

++++++++++

Правду следует подавать так, как подают пальто, а не швырять в лицо как мокрое полотенце.

Марк Твен.