Броненосцы типа «Динъюань» Часть 2

Sep 13 2015
+
20
-

Часть 1

Броненосцы вступили в строй цинского флота в конце октября 1885 г., а уже 19 мая 1886 г. были готовы к приему высочайшей инспекции в лице принца крови Чуня (Исяня). По всей видимости, результат смотра удовлетворил правительство – было принято решение послать новейшие корабли в заграничный поход для оказания дипломатического давления на Россию, Корею и Японию. В июне 1886 г. отряд цинских кораблей вышел из Вэйхайвэя под начальством самого командующего флотом, тиду Дин Жучана. В состав эскадры входили:

  • • флагманский броненосец «Динъюань», командир Лю Бу-чань (1852-1895);
  • • броненосец «Чжэньюань», командир Линь Тайцэн (1851-1894);
  • • бронепалубный крейсер «Цзиюань», командир Фан Боцянь (1854-1894);
  • • крейсер «Чаоюн», командир Е Цзугуй (1852-1905);
  • • крейсер «Янвэй», командир Дэн Шичан (1849-1894);
  • • учебный корабль «Вэйюань», командир Са Чжэньбин (1859-1952).

Совершив заходы в японскую Иокогаму, а также корейские Пусан и Вонсан, 3 августа цинские боевые корабли вошли в бухту Золотой Рог. В это время там находились корабли эскадры Тихого океана под командованием контр-адмирала А.А. Корнилова (1830-1893) – броненосный крейсер «Владимир Мономах» и клиперы «Джигит» и «Вестник». Кроме того, во Владивостоке находились корабли Сибирской флотилии – клипер «Абрек», канонерские лодки «Сивуч» и «Нерпа». Силы цинской эскадры абсолютно превосходили все, что могли противопоставить им соединенные силы отрядов Тихоокеанской эскадры и Сибирской флотилии. Русское командование было неприятно поражено внезапным появлением в акватории основного русского порта на Дальнем Востоке столь сильной эскадры потенциального противника.

Однако визит был дружественным, и 5 августа моряки двух стран совместно отметили тезоименитство царствующей императрицы Марии Федоровны. 8 августа цинская эскадра перешла в залив Посьет и вскоре покинула российские воды.

Визит прошел в полном соответствии с военно-морским этикетом конца XIX в. В результате этой внешнеполитической акции, подкрепленной внушительной артиллерией новейших цинских броненосцев, российское правительство сделало официальное заявление, что не стремится расширять свои владения на Дальнем Востоке (подразумевалась, прежде всего, Корея), а также начало разработку программы строительства мощного военно-морского флота для обороны дальневосточных рубежей империи.

В это время строительство военно-морского дока в Люй-шунькоу (Порт-Артуре) еще не было завершено, а по предварительным подсчетам, броненосцам требовалось доковаться не менее двух раз в год. Ближайшие доки, способные их вместить, располагались в Гонконге и Нагасаки. На обратном пути из Владивостока цинским командованием было принято решение зайти в Нагасаки и встать в док.

13 августа 1886 г. китайские корабли ошвартовались в Нагасаки, и тут же 500 матросов было списано в увольнительную на берег. В результате по не до конца выясненным причинам (иногда эти события считают следствием безобразного поведения китайских матросов, иногда – тонко продуманной провокацией японского командования, стремившегося получить доступ к новейшим цинским кораблям) в городе начались беспорядки, которые привели к большому количеству убитых и раненых с обеих сторон. 14 августа цинский консул Сюань Цай договорился с японской стороной, что корабли продолжат ремонт в доках, но матросы будут увольняться на берег только группами под командованием офицера. Это не помогло – на следующий день в городе опять началась массовая драка, в которой погибло несколько китайских офицеров, а также было ранено много матросов. Япония заявила протест и объявила корабли арестованными до окончательного расследования инцидента. В результате обе стороны выявили и наказали виновных (скорее всего, ими оказались «стрелочники», попавшие под горячую руку), и выплатили друг другу взаимные компенсации за убитых и раненых в портовых потасовках. Однако все это время броненосцы простояли в доках, и японцы имели к ним свободный доступ. Лишь 10 октября 1886 г. цинская эскадра под командованием Лю Бучаня вышла из Нагасаки на Дагу. Некоторые историки считают, что именно в этот период японская разведка получила исчерпывающие данные о конструкции цинских броненосцев, что впоследствии немало поспособствовало победе Японии в войне с Китаем.

Весной 1888 года – с 6 по 15 мая – броненосцы совершили поход по Бохайскому заливу и Желтому морю, поочередно зайдя в Люйшунь (7 мая) и Дэнчжоу (15 мая). На борту мощнейших кораблей находились командующий флотом Дин Жучан и сам Ли Хунчжан. По всей видимости, поход носил характер проверки боеготовности флота и инспекции работ по созданию береговых укреплений в различных точках побережья. В качестве военного советника на эскадре находился английский морской офицер Уильям М. Лэнг, про которого говорили, что реально эскадрой командует не Дин Жучан, а он.

В 1888 г. Ли Хунчжан утвердил положение о создании Бэйянского флота, куда вошли все новейшие корабли, приобретенные за границей. В их числе оказались и оба броненосца. Одновременно было сформировано управление Военно-морского флота (Хайцзюнь Ямэнь), Дин Жучан получил новое назначение – хайцзюнь тиду, т.е. «командующий военно-морскими силами». При этом «Динъюань» был назначен флагманским кораблем Бэйянского флота, а Лю Бучань с 17 декабря 1888 г. стал командующим правого крыла флота.

В том же году Ли Хунчжан принял положение, согласно которому корабли Бэйянского флота должны были на зиму, когда навигация в Желтом море становится невозможной, уходить на юг и в совместных походах отрабатывать взаимодействие с флотами южных провинций. Зиму 1888-1889 гг. броненосцы провели в Шанхае, откуда вернулись только к 25 марта 1889 г..

Летом Лю Бучань во главе броненосцев, сопровождаемых шестью другими кораблями, побывал в корейских водах с демонстрацией корейскому правительству силы страны-сюзерена (Корея являлась вассалом империи Цин). 29 июня «Динъюань» с эскадрой вошел на рейд Инчхона, а 6 июля цинская эскадра обогнула Корейский полуостров и прошла вдоль восточного побережья. В ходе этих походов отрабатывались различные учебные задачи. 29 ноября 1889 г. броненосцы снова покинули Вэйхайвэй и ушли на зиму в Шанхай, где должны были отрабатывать взаимодействие с кораблями Наньянско-го (Южного) флота. 2 декабря броненосная эскадра бросила якорь в Шанхае.

В этот период английский офицер Уильям Лэнг приобрел довольно большое влияние на флоте, но это не пришлось по душе китайским морским офицерам, справедливо считавшим, что он делает из цинского военного флота резервную эскадру для Англии на случай столкновения с Россией [24]. Поэтому между Лю Бучанем, которого прочили со временем на пост Дин Жучана, и Уильямом Лэнгом началась глухая вражда. Во время пребывания кораблей в Шанхае зимой 1889-1890 гг. конфликт перешел в открытую стадию. Причиной послужил пустяковый инцидент – 6 марта, во время отсутствия Дин Жучана на борту «Динъюаня», Лю Бучань поднял над кораблем свой флаг командующего правым крылом. Лэнг посчитал это несоответствующим кодексу поведения офицера и подал на него жалобу. В результате разгоревшегося скандала Лэнг был вынужден просить об отставке и вскоре покинул пределы Цинской империи.

21 марта 1890 г. броненосная эскадра Бэйянского флота вышла из Шанхая на юг, чтобы «показать флаг» в Южных Морях. Броненосцы посетили Сайгон, Сингапур и филиппинский остров Лусон. Поход продолжался до 29 апреля, когда эскадра вернулась на базу в Вэйхайвэй. Среди прочих задач, которые ставились перед военными моряками, было оказание давления на местные власти с целью обеспечения прав многочисленной зарубежной китайской диаспоры, а также защите торговых путей от кишевших в водах южно-китайских морей пиратов.

В ходе визита выяснилось, что многие цинские военные корабли уже не являются новейшими, и вскоре после возвращения в Вэйхайвэй Лю Бучань начал давить на Дин Жучана с целью поставить Ли Хунчжана в известность относительно создавшегося положения. Вполне возможно, что Лю Бучань понимал, что два броненосца, составлявшие основную силу ВМФ империи Цин, уже не являются достаточно современными кораблями, и необходимо заказывать за границей новые, более современные. 30 июля 1890 г. Дин Жучан направил Ли Хунчжану письмо с изложением данной ситуации. Однако Ли Хунчжан не мог изменить положения – деньги с его счетов регулярно изымались по требованию вдовствующей императрицы Цыси для строительства ее дворцов, а маньчжурские князья, главенствовавшие в Хайцзюнь Ямэнь, не пропускали ассигнования для приобретения новых боевых кораблей за рубежом. Китайские же верфи в Мавэй и Шанхае еще не были способны строить большие броненосные корабли, сравнимые с «Динъюанем» и «Чжэньюанем» хотя бы по водоизмещению. Более того, цинское правительство, озабоченное тем, чтобы военные китайского происхождения [25] не получили в стране слишком большой власти, приняло решение кадрировать экипажи, сохранив на постоянном довольствии только самых ценных специалистов. Планировалось, что, как в 1839-1842 гг., нехватка личного состава будет восполнена в последний момент вербовкой среди рыбаков и моряков каботажного флота. Но то, что в 1839 г. морское дело не требовало такой серьезной специальной подготовки, косные и невежественные маньчжурские министры не поняли. Тем самым подготовке флота был нанесен серьезный ущерб.

Порой пара броненосцев выходила в море по отдельности. Так, 27-29 августа 1890 г. Владивосток посетил броненосец «Динъюань» в сопровождении крейсера Наньянского флота «Наньчэнь». Где находился в это время второй броненосец, нам неизвестно. Однако примечателен сам поход соединенного отряда Бэйянского и Наньянского флотов.

Летом 1891 г. Бэйянский флот вновь посетил Японию. Там броненосцы в очередной раз произвели фурор. Будущий адмирал Того, тогда всего лишь один из командиров среднего звена, был вынужден под благовидным предлогом посетить цинские корабли с тем, чтобы по возвращению успокоить общественное мнение страны, заявив журналистам, что цинская эскадра слаба и недисциплинированна – мол, он сам видел, как матросы сушат свои подштанники на стволах орудий главного калибра даже на флагманском броненосце и что такой флот не выдержит боя с японцами. Правда ли это? Скорее всего, нет. Свидетельства русских офицеров разных лет говорят о том, что корабли Бэйянского флота содержались в чистоте и порядке. Видимо, история с подштанниками была выдумана Того, чтобы найти хотя бы сучок в чужом глазу и как-то успокоить народ.

По возвращении из Японии флот принял участие в первом императорском военно-морском параде в Люйшунькоу, причем многие офицеры получили награды и почетные титулы, что еще раз опровергает слова Того о царившем на кораблях беспорядке – если даже маньчжурские правители Китая и не могли по достоинству оценить мастерство своих военных моряков, то уж определить, нравится ли им внешний вид боевых кораблей, они были явно способны.

Зимой 1891-1892 гг. броненосцы остались на зиму в Вэйхайвэе, и личный состав впервые отметил китайский Новый Год в своей главной базе. Летом броненосцы вновь отправились в Нагасаки, где пробыли с 23 июня по 2 июля. 16 июля «Динъюань» и «Чжэньюань» в сопровождении учебного корабля «Вэйюань» посетили корейский Пусан, а 23 июля, соединившись на пути в Вэйхайвэй с другими кораблями, вошли в порт Инчхон. Лето 1893 г. броненосцы провели в Желтом море, совершая короткие переходы между базами и отрабатывая взаимодействие с крейсерами.

Таким образом, становится ясно, что корабли постоянно находились в походах, зачастую с учебными целями. Скорее всего, в ходе отработки учебных задач проводились учебные стрельбы. Возможно, что в связи с этим перед началом японо-китайской войны намечалась замена 150-мм орудий на обоих броненосцах на скорострельные того же калибра, но осуществить ее не удалось по причине нехватки средств. Вернее, средства были выделены, но в недостаточном количестве и, как предполагают историки из Тайваньского музея ВМФ, были по большей части разворованы. К тому же, для проведения такой операции требовалось заказать орудия в Германии или Англии и встать на некоторое время в док, но дальнейшая хронология событий показывает, что времени для этого у цинских моряков попросту не было.

3 марта 1894 г. броненосцы Бэйянского флота в сопровождении еще четырех кораблей прибыли в Сингапур в ходе ежегодного зимнего похода на юг, где остались до 24 марта. Лишь 27 апреля эскадра вернулась в Дагу. Началась спешная подготовка к военно-морскому параду, в ходе которого корабли должен был посетить сам Ли Хунчжан. 11 мая в Даляне прошел парад соединенных военно-морских сил империи под общим командованием Лю Бучаня. Действия цинских моряков заслужили высокой оценки не только проверяющих, но и командира находящегося у берегов Ляодунского полуострова крейсера «Адмирал Нахимов» капитана 1 ранга Лаврова.

«Виденные нами боевые суда, числом 18, и 6 миноносцев, после осмотра их. дали возможность познакомиться с той морской силой, с которой, может быть, придется считаться... Все виденные мной суда содержатся хорошо. Во время перехода сигнализация и действия по ней делались точно и быстро; например: броненосная эскадра из восьми судов, стоящая в двух кильватерных колонная по сигналу одновременно снялась с якорей и выстроилась в одну колонну, употребив на это 17 минут. В ночное время сигнализация производилась показанием известного числа фонарей, что репетовалось всеми судами. По справкам, китайский флот уже не нуждается в европейцах и имеет своих командиров и адмиралов. Встреченные мной командиры получали первоначальное образование в Америке, вследствие чего говорят по-английски, а контр-адмирал Lew-Poo-Chin [Лю Бучань – А.П.] служил в течение пяти лет в чине лейтенанта на английском флоте».

18 мая броненосцы и крейсера объединенного флота империи Цин провели показательные стрельбы, во время которых продемонстрировали хороший результат – все корабли поразили мишени. На следующий день соединенная эскадра вернулась в Вэйхайвэй с Ли Хунчжаном на борту. Завершив осмотр береговых укреплений и портовых сооружений на главной базе Бэйянского флота, Ли Хунчжан потребовал отвезти его в Инкоу. 24 мая броненосцы вышли из Вэйхайвэя и через Яньтай прибыли в Инкоу.

Этот короткий выход в море закончился 27 мая – в регионе стало отчетливо пахнуть порохом. Ожидалось, что броненосцы примут активное участие в проводке конвоев с цинскими войсками в Корею для подавления восстания тонхаков и возможного противодействия японским военным кораблям, если те вознамерились бы помешать Китаю осуществить свои права сюзерена в отношении Кореи. Но выхода к берегам Кореи не последовало, хотя по сбивчивым сообщениям газет, японцы очень опасались увидеть «Чжэньюань» 25 июля среди конвойных кораблей цинского флота – скорее всего, те же журналисты, слабо владеющие китайским языком, спутали с броненосцем бронепалубный крейсер «Цзиюань» (как окажется впоследствии, такая ошибка будет далеко не последней). Возможно, это сыграло свою роль в том, что японский крейсер «Ёсино» не стал долго преследовать более тихоходный и сильно поврежденный в скоротечном бою у острова Пхундо «Цзиюань», так как опасался встретиться с более грозным противником в лице цинского броненосца.

Участие в японо-китайской войне

Узнав о том, что произошло у берегов Кореи, 29 июля 1894 г. Дин Жучан приказал готовить стоящий в Вэйхайвэе флот к выходу в море. По свидетельству очевидцев, цинские моряки были готовы отомстить врагу за гибель безбронного крейсера «Гуаньи», лишь весной 1894 г. включенного в состав Бэйянского флота, и транспорта «Гаошэн», потопленного японцами вопреки всем международным законам. Однако, по словам цинского историка Яо Сигуана, когда корабли уже стояли с загребенным жаром, готовясь отправиться к берегам Кореи на поиски японских конвоев, внезапно пришла телеграмма из Тяньцзиня с запретом на выход в море. Эскадра была вынуждена остаться на базе. Хронология повествования Яо Сигуана в этом месте неясна. Скорее всего, это событие произошло 4 или 5 августа.

Отразив в начале августа плохо организованный набег японского флота на Вэйхайвэй, 10-12 августа броненосцы выходили в море на поиски врага, но внезапно был получен правительственный приказ прекратить поиски и не удаляться за линию, соединяющую Вэйхайвэй и устье реки Ялу. Это в корне подрезало инициативу цинского флота и обрекало его на бездействие. 15-30 августа мощные корабли проводили время в бесплодном патрулировании китайского побережья, несколько раз перехватывая суда с контрабандой, но не встретили ни одного японского военного корабля. 31 августа эскадра сосредоточилась в Даляне, а затем броненосцы вышли из Даляня на Люйшунькоу, а затем на Вэйхайвэй, куда прибыли 2 сентября.

Бесплодное маневрирование не улучшало ситуации на фронтах. В Корее складывалось тяжелое положение – части сухопутной армии, подчиненной mudy Е Чжичао, укрепившиеся у Пхеньяна, несмотря на ряд удачных сражений с японцами, оказались в большой опасности – их общая численность не достигала и 20 тысяч человек, в то время как японцы успели к середине сентября высадить в Корее армию общей численностью до 70 тысяч. На военном совете было решено срочно усилить Пхеньянскую группировку. В условиях отсутствия на театре военных действий железных дорог оперативно сделать это можно было только за счет масштабной десантной операции.

Чтобы быстро собрать подкрепления для Е Чжичао было решено снять гарнизоны всех военно-морских баз Ляодунского полуострова – Люйшунькоу и Даляня [26].12 сентября 1894 г. корабли Бэйянского флота, ведомые «Динъюанем», прибыли в Люйшунькоу, где их ожидали спешно зафрахтованные правительством коммерческие корабли, на которые торопливо грузились солдаты и артиллерия.

16 сентября Бэйянский флот провел конвой к устью реки Ялу, где подкрепления были успешно высажены на берег. Эскадра, за исключением броненосца береговой обороны «Пинъюань», безбронного крейсера «Гуанбин», двух канонерских лодок и малых миноносцев, сосредоточилась у протоки Дадунгоу, в 12 милях от берега, неподалеку от островов Далудао и Хайяндао. Ожидалось, что японская эскадра, вышедшая на перехват конвоя, находится где-то неподалеку и в ближайшие часы возможно столкновение. На цинских кораблях спешно готовились к бою.

Учитывая уроки, полученные в скоротечном бою у Пхундо, китайские моряки постарались как можно лучше подготовиться к бою, сняв с кораблей все ненужное, что могло дать пищу огню или способствовать разрыву снаряда. В частности, на броненосцах были предприняты следующие меры: на «Динъюань» демонтировали все лишние шлюпбалки, минные катера оставлены в Вэйхайвэе, сняты бронеколпаки с барбетно-башенных установок ГК, решетки с вентиляционных труб, срезаны края легкого мостика. На «Чжэньюань» также демонтировали бронеколпаки, выложили барбеты из мешков с углем, сбросили за борт все дерево, которое могло гореть на палубе, обычные трапы заменили штормтрапами и растянули по палубе шланги, которые снабжались водой от постоянно работающих помп. Характерно, что на броненосцах не стали надеяться на гидравлические системы подачи снарядов для орудий главного калибра и создали их запасы на палубах, обложив боеприпасы мешками с углем.

Японская эскадра была обнаружена утром, когда на кораблях Бэйянского флота готовились проводить плановые занятия. Эскадра начала быстро сниматься с якорей. Судя по сообщению Константина фон Ханекена, учитывая сложность недавно принятого сигнального кода, Дин Жучан принял решение минимизировать управление боем со стороны флагмана. В приказе значилось только три пункта:

  1. по возможности, сохранять строй фронта и держаться носом к неприятелю;
  2. кораблям сражаться в заранее определенных парах, взаимно поддерживая и прикрывая друг друга;
  3. по возможности, следовать действиям флагмана.

В центре построения располагались оба броненосца, на флангах находились крейсера. Однако за счет несинхронного исполнения кораблями приказа о построении боевая линия изломалась, что позволило называть ее впоследствии «клином» и т.п..

Бой начался в 12:00 (по некоторым данным, в т.ч. японскому официальному отчету о сражении – в 12:30) с выстрела 305-мм орудий броненосца «Динъюань» по японским крейсерам с дистанции около 5400 м. В ответ японцы дали залп по броненосцам и очень быстро накрыли «Динъюань», разбив марс и убив сигнальщиков. Сигнальные флаги были уничтожены, передача сигналов стала невозможной. При ответном выстреле главным калибром на «Динъюане» обрушился легкий мостик, адмирал Дин Жучан и второй помощник Уильям Тайлер получили ранения. Фактически, из высшего комсостава не пострадали только Лю Бучань и Константин фон Ханекен. Однако Лю Бучань не справился с управлением боем. Существует ряд разных высказываний в его адрес, преимущественно, нелестных – его обвиняли в трусости, непрофессионализме и т.д. Есть даже предположение, что Лю Бучань, презиравший Дин Жучана за отсутствие военно-морского образования, попросту саботировал его приказы, но доказательств этому не имеется. Так или иначе, он не возглавил эскадру, но оставался на своем посту до конца боя и четко выполнял поставленную перед ним задачу – сражаться в паре с систершипом, выдерживая строй фронта и постоянно поворачиваясь носом к кораблям противника. Не проявил флотоводческих дарований и командир «Чжэньюаня» Линь Тайцэн – его роль в бою также свелась к буквальному выполнению приказа Дин Жучана.

Как бы то ни было, броненосцы оказались главной силой цинского флота в сражении. В то время, как крейсера один за другим загорались и выходили из строя, эти два корабля продолжали сражаться, взаимно прикрывая друг друга и не раз выручая крейсера. Второй помощник на броненосце «Чжэньюань» Фило Нортон Мак-Джиффин рассказывал, что когда у комендора осколком снесло голову перед самым выстрелом, артиллерийский офицер аккуратно вынул шнур из руки мертвого матроса и тут же произвел выстрел. Комендоры обоих броненосцев стреляли достаточно метко, добившись, по словам Мак-Джиффина, примерно 20% попаданий.

В ходе боя 305-мм снаряд с «Чжэньюаня» около 15:30 поразил флагманский корабль японского адмирала Ито – бронепалубный крейсер «Мацусима». Взрыв на батарейной палубе унес жизни, по разным оценкам, от 17 до 65 человек, для тушения пожара и борьбы за живучесть корабля пришлось использовать даже флотских музыкантов. Так же четко действовали и комендоры «Динъюаня».

В результате от огня броненосцев сильно пострадали «Мацусима», «Сайкё-мару» и «Хиэй». Попадания в другие корабли имели место быть, но они не были настолько результативными. В целом, через несколько дней после боя стало ясно, что отсутствие в боекомплекте броненосцев достаточного количества разрывных снарядов стало причиной сравнительно небольших потерь японского флота – все избитые снарядами броненосцев корабли благополучно добрались до временной базы флота в Корее, а потом ушли на ремонт в Японию. Виновником этого стал зять Ли Хунчжана Чжан Пэйлунь, «отличившийся» еще в августе 1884 г. при защите Мавэя и назначенный впоследствии руководителем арсенала в Тяньцзине. На запрос Дин Жучана отгрузить 100 разрывных снарядов он ответил, что отпуск снарядов с арсенала осуществляется по нормам и он не видит причин изменять боекомплект броненосцев. В иностранной прессе высказывалось мнение, что Чжан Пэйлунь банально проворовался (такой грешок за ним водился и был замечен неоднократно – лишь родство с всесильным Ли Хунчжаном спасало его до поры до времени) и не мог отпустить снаряды по требованию, почему и придумал отговорку относительно невозможности изменить штатный (?) боекомплект на броненосцах.

В ходе боя «Динъюань» получил 158 попаданий (17 убитых, 38 раненых), в «Чжэньюань» – 220 попаданий (13 убитых, 28 раненых), однако оба корабля сохранили боеспособность – освидетельствование повреждений обоих броненосцев выявило, что ни одно попадание японских снарядов в цитадель не оставило вмятин глубже двух дюймов. Адмирал С.О. Макаров счел, что это результат стрельбы японских комендоров сплошными ядрами из простого или закаленного чугуна. По его мнению, характер повреждений броненосцев не давал оснований заключить, что по кораблям стреляли разрывными снарядам, и что французы держали свои мелинитовые снаряды в строгом секрете. Однако мнение русского флотоводца опровергается многочисленными упоминаниями о пожарах на китайских кораблях, в том числе и на броненосцах, а также прямым упоминанием Мак-Джиффином разрывов мелинитовых снарядов, выделявшихся своим цветом и ядовитым дымом: 

«Некоторые вражеские корабли использовали мелинитовые снаряды, ядовитый дым которых можно было отличить от дыма снарядов, начиненных порохом».

Следует также заметить, что первые испытания японского аналога мелинита – т.н. «пороха Симосэ» (в русских источниках того времени – шимоза) – были произведены в 1888 г., а официально снаряды с мелинитом были приняты японским флотом на вооружение в 1893 г., и что построенные в Ла-Сейне крейсера «Мацусима» и «Ицукусима» вполне могли иметь заводские боекомплекты, снаряженные мелинитом. История о мелините в японском флоте еще ждет своего исследователя, однако, по нашему предположению, французы предоставили японцам некоторое количество мелинитовых снарядов в качестве заводского боекомплекта для испытаний в боевых условиях. Собственно, назревавшее между Китаем и Японией столкновение ни для кого не было секретом, и испытать новейшие виды вооружения, да еще и получить за это деньги, было очень выгодным шагом для поставщиков оружия обоим противникам.

Исход боя у Дадунгоу неясен. Если брать за критерий победы сохранение места боя за победившей стороной, то первыми отступили японцы. Не исполнили они и своей главной задачи – десант цинских войск в устье Ялу был успешно осуществлен. Однако с стратегической точки зрения проиграли Цины – их флот потерял в общей сложности пять крейсеров, а высадка десанта не помогла удержать Корею, так как Е Чжичао отказался обороняться на выгодных позициях у города Анджу и к началу октября 1894 г. вывел все войска на территорию империи Цин, оставив в корейском приграничном городе Ыйджу лишь небольшой гарнизон, немедленно эвакуировавшийся при приближении японцев. Причиной же отступления японцев, по нашему мнению, можно считать следующее:

  1. броненосцы отбили все атаки противника и не получили тяжелых повреждений, а относительно наличия на них боекомплекта у японцев не было достаточно четкого представления.
  2. боезапас для скорострельных орудий на японских крейсерах подошел к концу, а огромные 320-мм пушки Канэ, ради которых строились «плавучие лафеты» типа «Ицукусима», так и не смогли пробить броню цинских броненосцев.

Наконец, около 17:00 командир бронепалубного крейсера «Цзинъюань» Е Цзугуй, справившись с повреждениями, поднял флаг командующего флота и выстроил все сохранившие боеспособность цинские корабли в кильватерную линию. Тем самым японское командование поняло, что противник еще готов сражаться, а управление у него даже улучшилось.

В результате японская эскадра покинула место боя, унося в артиллерийских погребах почти полный боекомплект к монструозным пушкам «ицукусим», из которых в ходе боя было сделано всего 13 выстрелов. Следует отметить, что один снаряд из 320-мм орудия все же пробил небронированную оконечность броненосца «Чжэньюань» в районе носового гальюна, пройдя корабль насквозь, но это не привело к фатальным для последствиям. И хотя пробоина находилась всего примерно в 1 метре от ватерлинии, броненосец сохранил боеспособность. Тем не менее, 19 сентября австралийская «Daily Times» опубликовала сенсационное сообщение о потерях Бэйянского флота, 

«среди которых крупнейший китайский броненосец «Чжэньюань» водоизмещением 7430 тонн, который был отправлен на дно хорошо нацеленной торпедой» [27].

Покинув место сражения, цинская эскадра под фактическим командованием Е Цзугуя взяла курс на Люйшунькоу, куда и прибыла утром 18 сентября. Ее появлению предшествовало бегство бронепалубного крейсера «Цзиюань», командир которого Фан Боцянь принес на базу известие о тяжелых потерях Бэйянского флота. Появление сильно поредевшей эскадры оказало тяжелое впечатление на гарнизон базы. После сражения значительная часть личного состава сильно пала духом, хотя многие офицеры и матросы, увидев, на что способны, горели желанием отомстить за гибель своих товарищей. Корабли встали на ремонт в доке Люйшунькоу, стремясь как можно скорее исправить полученные в ходе боя повреждения. Дин Жучан планировал дать еще одно сражение японцам в пределах досягаемости орудий береговых батарей Люшунькоу. Однако командовать этим боем пришлось бы Лю Бучаню – приказом от 21 сентября 1894 г. он был назначен временным командующим Бэйянским флотом. По его приказу экипажи кораблей с 4 октября вышли на работы для того, чтобы помочь ремонтникам как можно быстрее устранить неисправности. 18 октября они в основном были завершены, и Лю Бучань вышел во главе эскадры по направлению к Вэйхайвэю.

25 октября два японских корабля приблизились к северному выходу из бухты Вэйхайвэя, и Лю Бучань вывел броненосцы обстрелять противника. Японцы бежали, не приняв боя.

29 октября броненосцы вышли в море и некоторое время провели в Люйшунькоу и Вэйхайвэе. 6 ноября ими был получен приказ прервать линии сообщения японцев. Утром 8 ноября корабли вернулись в Вэйхайвэй, чтобы пополнить запасы. Бесплодное маневрирование в Желтом море продолжалось до 10 ноября, когда броненосцы прибыли на рейд Дагу, после чего поспешили обратно в Вэйхайвэй. Обращает на себя внимание странность в действиях Лю Бучаня – вместо того, чтобы помешать японской 2-й армии высадиться на Ляодунском полуострове, он во главе мощнейших кораблей флота ходил в треугольнике Люйшунькоу-Дагу-Вэйхайвэй, не предпринимая активных действий, несмотря на полученный приказ прервать линии сообщения японских войск.

12 ноября броненосцы вновь вышли по направлению к Люйшунькоу, к которому приближались японские войска, но опять не оказали своей главной ремонтной базе никакой поддержки, а ретировались в гавань Вэйхайвэя. В Китае ходили слухи, что на этот раз моряки хотели дать решительный бой японцам, но Ли Хунчжан, беспокоясь за сохранность своих кораблей, категорически запретил Лю Бучаню вступать в бой. Эта версия нашла отражение в ряде работ цинских историков – Яо Сигуана, Цай Эркана и других, но насколько она обоснована, мы не можем уверенно судить в настоящий момент.

Этот выход в море оказался последним – 14 ноября при входе в Вэйхайвэй «Чжэньюань» задел днищем скалу и получил пробоину. Заделать не месте ее не смогли и броненосец потерял боеспособность – с временным пластырем и постоянно работающими водоотливными насосами он мог исполнять роль плавучей батареи в акватории Вэйхайвэя, но не более того. Тем временем случилась катастрофа – 21 ноября японцы взяли Люйшунькоу открытым штурмом. После падения этой базы, вследствие отсутствия у китайцев необходимых ремонтных мощностей в Вэйхайвэе, флот потерял боеспособность до конца войны.

Дин Жучан, вновь принявший командование над Бэйянским флотом, рассчитывал получить у правительства одобрение своего плана – взорвать укрепления Вэйхайвэя, увести оставшиеся корабли в Шанхай, отремонтировать там «Чжэньюань» и, соединившись с кораблями южных флотилий, дать бой японцам. Однако этому воспротивились и министры, и Ли Хунчжан, уже неоднократно с начала войны обвиненный в трусости и неумении руководить военными действиями. Дин Жучан был разжалован, его дело было направлено в суд, но в военных условиях его оставили исполнять обязанности командующего флотом до конца войны – по результату военных действий суд должен был или обвинить, или оправдать его. В самом Вэйхайвэе действовала правительственная комиссия, проверявшая соответствие флотских офицеров занимаемой должности. Это также не вносило успокоения среди личного состава. Командир броненосца «Чжэньюань» Линь Тайцэн, тяжело переживая повреждения своего корабля и осознавая, что корабль стал небоеспособным по его вине, застрелился (по версии Чжао Эрсюня – утопился), командование над броненосцем принял его первый помощник Ян Юнлинь.

Гибель броненосца «Динъюань»

В январе 1895 г. японцы начали операцию по захвату базы Бэйянского флота в Вэйхайвэе, чтобы окончательно уничтожить цинский флот и, по возможности, захватить броненосцы на их базе. 15 января в ставке Дин Жучана на острове Люгундао прошло совещание по поводу того, как действовать в сложившейся ситуации. Командир «Динъюаня» высказался за решительное сопротивление, однако активных действий на море не последовало.

30 января в результате смелой атаки японцы заняли часть береговых укреплений Вэйхайвэя и, захватив там совершенно целые береговые батареи, использовали их для обстрела остатков Бэйянского флота, стоявшего на внутреннем рейде у Люгундао. Началась агония цинского флота. В тот день Лю Бучань вел активную артиллерийскую дуэль с береговыми батареями, сражался и «Чжэньюань» – их совместными с батареями острова Люгундао, а также фортов на островах Жидао и Хуандао усилиями японские корабли не смогли приблизиться к входам в гавань и разрушить боновые заграждения.

В течение четырех дней броненосцы вели ожесточенные артиллерийские перестрелки как с береговыми батареями, так и с кораблями японского флота. Сложилась трагикомическая ситуация – корабли цинского флота стояли на рейде захваченной врагом собственной базы и подвергались обстрелу из орудий собственных береговых батарей. Непрерывный бой привел к тому, что команды кораблей буквально валились с ног. Этим воспользовались японцы, и в ночь на 4 февраля 1895 г. «Динъюань» был торпедирован прорвавшимся на внутренний рейд Вэйхайвэя японским миноносцем №9. Торпеда попала в левый борт со стороны кормы, вне пределов цитадели. Корабль принял много воды и был посажен экипажем на мель. Однако и в этом состоянии экипаж «Динъюаня» продолжал вести огонь по врагу. 9 февраля японцы пристрелялись по фактически неподвижным броненосцам и нанесли «Динъюаню» серьезные повреждения. Вести огонь по противнику стало невозможно. Тогда Лю Бучань приказал подорвать корабль, что и было исполнено 10 февраля командой, заложившей в машинное отделение 250 фунтов пироксилина. Взрыв был произведен в спешке, став причиной гибели около 40 человек из состава экипажа. Среди пострадавших был и один из младших офицеров броненосца – Ли Юаньхун, будущий президент Китайской Республики. Будучи не в состоянии пережить гибель своего корабля, Лю Бучань принял смертельную дозу опиума.

Броненосец был поврежден настолько серьезно, что после войны его даже не стали поднимать. Японцы ограничились лишь тем, что в 1896 г. сняли с него некоторые детали, использованные для строительства так называемого «Павильона Динъюань» в известном и почитаемом синтоистском храме Тэммангу в городе Дадзайфу в префектуре Фукуока на острове Кюсю. Штурвал корабля также был снят и впоследствии оказался в распоряжении Томаса Гловера – известного английского коммерсанта, немало посодействовавшего становлению японской военной промышленности. Англичанин использовал штурвал в качестве столешницы вращающегося столика в открытом им кафе «Glover Garden» в Токио. Там его можно увидеть и в наши дни.

Капитуляция «Чжэньюаня» и его служба в японском флоте

Броненосец «Чжэньюань» сражался до конца. Когда 12 февраля на военном совете, инспирированном иностранными военными советниками, подбивавшими личный состав экипажей кораблей и гарнизонов фортов на мятеж, было принято решение о капитуляции, его командир Ян Юнлинь последовал примеру Лю Бучаня, покончив жизнь самоубийством. Однако сам корабль не был подорван – по условию капитуляции его необходимо было передать японской стороне в целости и сохранности. Это была цена сохранения жизни личного состава гарнизона базы и уцелевших моряков.

Нужно отметить, что в англоязычной литературе распространилось убеждение, что «Чжэньюань» также затонул на мелководье в результате артиллерийского обстрела и был поднят японцами после захвата Вэйхайвэя. Однако сделанные в феврале 1895 г. фотографии броненосца, на борт которого высаживаются японские моряки, полностью опровергают эту версию.

17 февраля «Чжэньюань» был официально передан японцам в Вэйхайвэе и в марте 1895 г. переведен в док оккупированного японцами Люйшунькоу, где были проведены первоочередные ремонтные работы. Большая часть знаменитых фотографий «Чжэньюаня» в доке относится именно к этому мартовскому ремонту. Именно там его и освидетельствовали русские офицеры с крейсера «Разбойник». Далее корабль был отправлен для производства окончательного ремонта в Нагасаки, по окончанию которого был введен в состав японского флота под названием «Тинъэн», что является японским чтением иероглифов «Чжэньюань». Гордясь своим трофеем, японцы сохранили носовые украшения в виде драконов.

Некоторое время корабль был открыт для посещения не только иностранными морскими офицерами и военными атташе, но и широкой публикой. При этом, как было отмечено Епанчиным и Шульцем 2-м, все места попаданий были обведены краской, что хорошо видно на фотографиях из дока в Люйшунькоу. По состоянию на март 1895 г. броненосец имел следы от 464 попаданий снарядов, причем 160 из них были малого калибра – от 37 до 57 мм. Учитывая особенности боев за Вэйхайвэй, можно с уверенностью исключить вероятность нанесения большей части этих повреждений во время осады. Таким образом, входе сражения у Дадунгоу 17 сентября 1894 г. основную часть из 220 попаданий в «Чжэньюань» составили попадания из орудий японской противоминной артиллерии, при этом следует отметить, что в корпус броненосца за два ожесточенных сражения попало всего 47 снарядов, из них 26 не превышало калибром 47 мм. Основная часть попаданий пришлась на надстройки и трубы. Броня цитадели не была пробита ни разу. Именно это обусловило высокую живучесть корабля.

Первоначально «Тинъэн», ставший первым полноценным броненосцем императорского флота Японии, был классифицирован как линейный корабль (сэнкан), но очень скоро из Англии прибыли заказанные еще до войны новейшие броненосцы «Фудзи» и «Ясима», и в 1898 г. «Тинъэн» был переклассифицирован в линейный корабль 2-го класса.

В Японии броненосец прошел масштабную модернизацию, в ходе которой средняя артиллерия была заменена. 150-мм крупповское орудие в носовой башне заменили на армстронговское 6-дюймовое с длиной ствола 40 калибров. На месте кормовой башни поставили такое же орудие, но в палубной установке со щитом, еще две таких установили в районе грот-мачты на специально оборудованных спонсонах надстроечной палубы. Заменили и противоминную артиллерию, установив две 57-мм пушки Норденфельда (в носовой части надстроечной палубы) и восемь 47-мм скорострелок Гочкиса (шесть в кормовой части надстроечной палубы, еще две – на увеличенных спонсонах у барбетов установок главного калибра). Нормальное водоизмещение корабля после модернизации достигло 7335 т, полное – около 7800 т. Машины и котлы остались прежними, однако степень износа их была настолько высока, что на 1901 г. корабль не мог развить скорость более 10,5 уз. Штатная численность экипажа составила 363 человека.

В 1900 г. «Тинъэн» принял участие в подавлении Боксерского восстания в Китае. Использование в составе японского отряда бывших цинских военных кораблей («Тинъэн» и «Сай-эн») было тонко рассчитанным психологическим ходом, призванным унизить Китай и подавить волю его вооруженных сил к сопротивлению.

В мае 1903 г. во время учебных стрельб на броненосце произошел взрыв 305-мм снаряда в стволе орудия, в результате которого ранения разной степени тяжести получили 12 человек.

Во время русско-японской войны 1904-1905 гг. «Тинъэн» вошел в 5-й боевой отряд вместе со старыми кораблями – ветеранами японо-китайской войны – «Мацусима», «Ицукусима» и т.д. В его составе броненосец принимал участие в проводке конвоев с войсками в апреле-мае 1904 г., блокаде Порт-Артура, а также в бою в Желтом море 10 августа 1904 г., во время которого, хотя и не входил в состав главных сил японского флота, все же получил, как минимум, два попадания. В ходе Цусимского сражения 27 мая 1905 г. «Тинъэн» возглавлял 5-й боевой отряд и вел бой против русских крейсеров, а затем принимал участие в добивании эскадренного броненосца «Князь Суворов» и плавмастерской «Камчатка». Во время операции по захвату Сахалина «Тинъэн» был включен в состав 7-го боевого отряда, в составе которого он обеспечивал высадку десанта на остров.

10 декабря 1905 г. «Тинъэн» снова переклассифицировали – на этот раз в корабль береговой обороны 1-го класса. В этом качестве он принимал участие в проводке поднятых в Порт-Артуре русских кораблей Первой Тихоокеанской эскадры в японские доки для ремонта.

Оценивая боевой путь броненосца в составе японского флота, нельзя не признать, что, несмотря на свое моральное устаревание, он эксплуатировался более интенсивно, нежели во время службы в составе цинского флота. И хотя сложно оценить эффективность его использования японцами, следует сказать, что подобное положение вещей исключительно точно передает моральное состояние японского и китайского флотов в конце XIX – начале XX веков.

Безнадежно устаревший «Тинъэн» был исключен из состава флота 1 апреля 1911 г., но в течение еще нескольких лет использовался в качестве корабля-мишени. В 1914 г. он был сдан на слом и разделан на металл в Иокогаме.

6 апреля 1912 г. снаряды главного калибра, якорная цепь и якорь броненосца были выставлены в токийском парке Уэно, где простояли до 1945 г., когда по требованию китайского правительства их вернули в Китай. В настоящее время эти реликвии находятся на военно-морской базе ВМФ КНР в Циндао, а также в Музее НОАК в Пекине.

Так завершилась долгая служба первых и последних цинских броненосцев. С момента зачисления в состав Бэйянского флота 29 октября 1885 г. до гибели 10 февраля 1895 г. «Динъ-юань» прослужил в составе китайского ВМФ неполные 10 лет. «Чжэньюань» находился в строю с 28 октября 1885 г. по 1 апреля 1911 г., т.е. почти 26 лет, из них около 10 лет он служил в составе военно-морских сил империи Цин. В настоящее время в память об этих кораблях в КНР изготовлена полномасштабная модель броненосца «Динъюань», находящаяся в музее войны 1894-1895 гг. в Вэйхайвэе.

Оценка проекта

Оба корабля строились в соответствии с господствовавшими в то время представлениями о том, что в будущем эскадренный бой будет вестись в линии фронта, с минимальным управлением со стороны командующего эскадрой. Для успешного ведения такого боя необходимо было иметь корабль, хорошо защищенный, обладающий мощной артиллерией и способный разделаться с противником на короткой дистанции при помощи вспомогательного оружия – тарана и торпед. В этом отношении «Чжэньюань» и «Динъюань» хорошо вписывались в модные представления военных теоретиков.

Однако их постройка пришлась на переломный момент в истории кораблестроения. Вскоре после передачи обоих броненосцев заказчику на флот пришли стальная броня и скорострельная артиллерия крупного калибра. Уже к началу 1890-х гг. оба броненосца оказались морально устаревшими, хотя их вооружение и механизмы находились в хорошем состоянии.

Опыт военных действий 1894-1895 гг. показал, что броненосцы могут сопротивляться не только огню современных скорострельных пушек, но даже и снарядам из гигантских 320-мм орудий Канэ, а их артиллерия достаточно мощна и при попадании эффективно воздействует на все типы неприятельских кораблей. Недостатки конструкции броненосцев и нехватка на них боекомплекта, безусловно, сыграли свою роль в том, что Бэйянский флот не смог добиться решительной победы в бою при Ялу. Тем не менее, японцы не могли похвастаться успешными действиями против броненосцев до самого момента захвата береговых батарей Вэйхайвэя, и только в этих условиях смогли повредить «Динъюань» торпедой, а затем расстрелять из береговых орудий.

Принимая во внимание последнее обстоятельство, а также длительную службу броненосца «Чжэньюань» в японском флоте, можно сказать, что, несмотря на моральное устаревание, броненосцы типа «Динъюань» оказались достаточно удачным проектом для полуколониальной страны и полностью оправдали возложенные на них ожидания. Достаточно сказать, что захват японцами «Чжэньюаня» был с тревогой воспринят в 1895 г. русскими военными моряками, а факт подрыва «Динъюаня», делавший невозможным его дальнейшую эксплуатацию, наоборот, с огромным облегчением.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Лю Бучань (1852-1895)

Уроженец уезда Хоугуань, провинция Фуцзянь (ныне – в черте города Фучжоу). Согласно традиционному жизнеописанию, с детства имел выдающийся характер, заключавшийся в больших способностях и амбициях. Лю Бучань поступил в военно-морское училище в Мавэй, провинция Фуцзянь, в составе первого набора курсантов и закончил его первым по результатам экзаменов. Проходил плавпрактику на трехмачтовом учебном корабле «Цзяньвэй», принимал участие в картографировании китайского побережья, включая Тайвань, неоднократно посещал страны Юго-Восточной Азии. Результатом его работы по картографированию стало издание многочисленных подробных карт и лоций китайских прибрежных вод. С 1874 по 1879 гг. проходил стажировку в Англии на рангоутном броненосце «Минотавр», специализировался по корабельному вооружению. По возвращении в Китай был оставлен служить в провинциальном флоте Фуцзяни в чине шоубэй.

В начале 1880-х годов Ли Хунчжан начал отбор кадров для своей флотилии, и молодой способный офицер привлек его внимание. Лю Бучань получил чин юцзи и был переведен на север. В 1885 г. во главе группы военных моряков был направлен в Германию для приемки строящихся в Штеттине броненосцев, а затем приняп участие в их перегоне в Китай. После официального включения кораблей в состав ВМФ империи Цин был назначен командиром броненосца «Динъюань» в чине цаньцзян. В 1887 г. участвовал в перегоне из Германии и Англии отряда крейсеров, за что получил продвижение по службе до чина фуцзян и титул Цянъюн-батур (Сильный и смелый богатырь).

Принимал активное участие в разработке военно-морской доктрины империи Цин. С образованием в 1888 г. Бэйянского флота назначен командующим правым крылом флота и командиром флагманского броненосца «Динъюань». Планировалось, что со временем он сменит Дин Жучана на посту командующего. С точки зрения личных качеств отличался большими амбициями, которые привели к его ссоре с главным инструктором на флоте – английским офицером Уильямом М.Лэнгом. Презирал адмирала Дин Жучана за то, что тот не имеет военного образования и не является моряком, зачастую оказывал сопротивление исполнению его приказаний. В кадровой политике поощрял землячество. Принимал участие в заграничных походах Бэйянского флота. На военно-морском смотре весной 1894 г. командовал флотом и заслужил хорошие оценки со стороны проверяющих и русского наблюдателя, капитана 1 ранга Лаврова.

17.9.1894 командовал броненосцем «Динъюань» в бою при реки Ялу, но не проявил себя как флотоводец, ограничив свое участие четким исполнением приказов и командованием собственным кораблем. Был награжден продвижением по службе до цзимин тиду (адмирал), а его титул был изменен на Гэхунъэ-батур (Честный и мощный богатырь). В дальнейшем не проявил себя как активный руководитель, в ходе боев за Вэйхайвэй продолжал командовать броненосцем, а когда корабль потерял возможность вести бой, приказал взорвать его, после чего покончил жизнь самоубийством.

Современники считали Лю Бучаня одним из виновником поражения Бэйянского флота. Примечательно, что император, указом назначив выдачу семье Лю Бучаня положенной пенсии, не объявил о создании в его честь поминапьного храма, как например, было сделано в отношении Дэн Шичана.

Линь Тайцэн (1851-1894)

Второе имя Кайши, уроженец уезда Хоугуань, провинция Фуцзянь. По мужской линии – непрямой потомок выдающегося политического деятеля Линь Цзэсюя (1785-1850). Со стороны отца его родственником был также крупный военный и политический деятель пост-тайпинского Китая Шэнь Баочжэнь (1820-1879).

Родители Линь Тайцэна рано умерли и способный мальчик поступил в военно-морское училище в Мавэй на казенный кошт по классу навигации. Окончил училище в 1871 г., проходил практику на корабле «Цзяньвэй», посетил на нем страны Юго-Восточной Азии. В 1874 г. назначен старшим помощником на «Цзяньвэй». Годом позже сопровождал начальника училища П. Жикеля в поездке в Европу, прибыв в Англию на практику в рядах британских ВМС. Последовательно проходил службу на броненосных кораблях «Блэк Принц», «Пенелопа», «Ахиллес», «Дюк оф Веллингтон». В 1879 г. вернулся в Китай, получил повышение по службе до юцзи.

В 1880 г. переведен в Бэйянский флот. Первое назначение на новом месте службы – командир рэнделловской канлодки «Чжэньси». Затем был отправлен в Англию принимать крейсера «Чаоюн» и «Янвэй», вернувшись в Китай, был назначен командиром «Чаоюна». В 1886 г. назначен командиром броненосца «Чжэньюань». В 1888 г., после образования Бэйянского флота, Линь Тайцэн стал командиром левого крыла. Участвовал в ряде заграничных походов Бэйянского флота, в т.ч. в визите во Владивосток летом 1886 г.

17.09.1894 командовал броненосцем «Чжэньюань» в бою при Ялу, за это был удостоен титула Хочуньчжу-батур (Быстро оказывающий поддержку богатырь). 17.12.1894, возвращаясь от Люйшунькоу, на входе в гавань Вэйхайвэя «Чжэньюань» наскочил на риф, получил подводную пробоину длиной около 10 м, отремонтировать корабль на месте не представлялось возможным. Линь Тайцэн признал свою вину и был лишен звания. В досаде на рассвете 19.12.1894 покончил жизнь самоубийством, приняв яд.

Личность Линь Тайцэна недостаточно изучена, т.к. он постоянно находится словно в тени своих более известных соратников – командира броненосца «Динъюань» Лю Бучаня и командира крейсера «Чжиюань» Дэн Шичана. Относительно того, как расценивали его личность современники, почти ничего не известно.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

Новая жизнь броненосца «Динъюань»

В представлении большинства из нас модель корабля – это хитро сделанная игрушка, главная «изюминка» которой состоит в миниатюрности. Между тем, истории известны примеры постройки моделей, не уступающих размером оригиналу. Морской музей города Амстердама в 1992 г. обзавелся полноразмерной копией крупнейшего парусника голландской Ост-Индской компании, построенного в 1748 г. и погибшего у берегов Альбиона во время первого плавания. Трехсотлетие Санкт-Петербурга, как помнится, было отмечено строительством реплики боевого петровского фрегата «Штандарт». Однако самый свежий пример подобного проекта можно найти в Китайской Народной Республике. В 2005 г. к причалу в городе Вэйхай провинции Шаньдун встал броненосец «Динъюань» -флагман знаменитого некогда Бэйянского флота Цинской Империи. Оригинальный корабль был построен по китайскому заказу в Германии в 1883-1884 гг. и воплотил передовые судостроительные достижения той эпохи. В 1885 г. «Динъюань» пришел в Китай вместе со своим систершипом «Чжэнъюань» и в течение 10 лет возглавлял боевой строй Бэйянского флота, базировавшегося в Вэйхайвэе (современный Вэйхай). Кульминацией службы броненосца стала Японо-китайская война 1894-1895 гг. В начале 1895 г. «Динъюань» был сильно поврежден в вэйхайской гавани японскими торпедами, а перед сдачей гавани – взорван собственной командой.

21 декабря 2002 г. Вэйхайское портовое управление созвало под своим крылом научно-практическую конференцию, посвященную истории героического корабля. В течение двух дней знатоки военной истории и корабелы со всего Китая выработали основные принципы предстоящего воссоздания броненосца. Ровно год спустя на судостроительном заводе фирмы «Хайда» в городе Жунчэн провинции Шаньдун закипела работа. Изготовлением орудий броненосца занялись металлурги из города Ханьян провинции Хубэй. 13 сентября 2004 г. корабль был спущен на воду.

В 08:30 утра 15 апреля 2005 г. два мощных буксира отвели «Динъюань» от достроечной стенки родного завода и повели в Вэйхай. В 10 часов утра того же дня броненосец благополучно обогнул скалистый мыс Чэншаньтоу на востоке Шаньдуна, а вечером уже бросил якорь на вэйхайском рейде. На рассвете 16 апреля первое и последнее плавание возрожденного корабля завершилось у причала в Портовом парке.

Броненосец построен с соблюдением оригинальных размеров: длина 94,5 м, ширина 18 м, осадка 6 м. При водоизмещении в 7220 тонн вэйхайский «Динъюань» является самой большой в мире моделью исторического корабля, выполненной в масштабе 1:1. Судно построено с применением современных технологий, в первую очередь электросварки. Тем не менее, на листах бортовой обшивки и палубных конструкциях сымитированы заклепки, что создает ощущение старины. Пожалуй, хуже всего сработаны гребные суда и артиллерия малого калибра. Паровые катера – миноноски «Динъи» и «Динъ-эр» выглядят, как картонные макеты. Для изготовления палуб и трапов взят, пожалуй, слишком тонкий металл: местами грохот при ходьбе просто оглушает. Очень хорошо сделаны 12- и 6-дюймовые орудия: авторы реплик воссоздали даже нарезы в каналах стволов и заводские клейма Круппа на казенниках. При этом в барбеты главного калибра можно зайти, а в башни среднего – на носу и на корме, – нельзя! Зато есть возможность сфотографироваться у массивного дубового штурвала с надписью по-английски: «Imperial Chinese Navy».

Спустившись на нижние палубы, посетитель попадает в музей, где представлены многочисленные материалы по истории корабля. Особое место занимают проржавевшие фрагменты набора подлинного броненосца, поднятые на месте его гибели. К слову, находится оно всего в нескольких километрах от стоянки новодела – у берега острова Люгундао, хорошо видного из Портового парка. Среди прочих экспонатов выделяется огромная модель броненосца в разрезе, позволяющая уяснить все тонкости его конструкции. Вообще, в моделях на борту «Динъюаня» недостатка нет: здесь представлены почти все корабли Бэйянского флота, а также их главный противник в сражении при Ялу 17 сентября 1894 г. – японский броненосный крейсер «Мацусима».

В кормовой части воспроизведены интерьеры офицерских кают и адмиральского салона с роскошно сервированным обеденным столом. В полном соответствии с конфуцианскими традициями старого Китая, под полубаком разместился поминальный храм героев Японо-китайской войны 1894-95 гг. Интересно, что помимо адмирала Дин Жучана и других офицеров-китайцев в пантеон павших моряков попал и американец Фило МакДжиффин, служивший на броненосце «Чжэньюань».

Еще ниже можно увидеть кубрик нижних чинов, камбуз с фигурой кока у плиты, и пороховые погреба с макетами тяжелых снарядов главного калибра. А вот котельные отделения и машину искать не стоит: авторы проекта гипер-модели сочли их воссоздание слишком сложным и дорогостоящим делом.

Новый «Динъюань» открыт для посещения с 2006 года. Ныне он является гордостью Вэйхая, служит базой патриотического воспитания местной молодежи и приманкой для иностранных туристов. Как это принято в современном Китае, у причала мемориального броненосца расположился целый выводок сувенирных лавочек и ресторанчиков местной морской кухни. В каких-то двухстах метрах, у здания вэйхайского морвокзала, можно попасть на борт рейсового катера, за 40 минут доставляющего туристов на остров Люгундао. В былые времена именно там находилась главная база Бэйянского флота и место швартовки исторического броненосца. До наших дней на острове уцелели десятки подлинных зданий и портовых сооружений конца XIX в., которые, впрочем, достойны отдельного рассказа.

Дмитрий Киселёв

Литература и источники:

• Арбузов В.В. Броненосный крейсер «Адмирал Нахимов». – СПб., 2000.
• Балакин С.А. Триумфаторы Цусимы. Броненосцы японского флота. – М., 2013.
• Витгефт В.К. Японский и китайский флоты в последнюю китайско-японскую войну// Военные флоты и морская справочная книжка (ВКАМ), 1895.
• «Морской сборник», №№ 2-1882, 2-1883, 9-1883, 1895.
• Вильсон X. Броненосцы в бою. Пер. с англ. – М., 2003.
• Кладо Н.Л. Военные действия на море во время японо-китайской войны. -СПб.. 1896.
• Пастухов А.М. Формирование офицерского корпуса в империи Цин после подавления Тайпинского восстания // Материалы XLII Научной конференции «Общество и государство в Китае». – М., 2013.
• Путята Д.В. Положение о Северной эскадре // Сборник геогр., топогр. и стат. мат. по Азии, вып.41. – СПб., 1890.
• Путята Д.В. Очерк китайского военного хозяйства // Сборник геогр., топогр. и стат. мат. по Азии, вып.45. – СПб., 1891.
• Бэйян хайцзюнь чжанчэн (Устав Бэйянского флота). – 1888, на кит. яз.
• Сюй Цзинчэн. Вайго шичуань тубяо (Иллюстрированные таблицы по иностранным военным кораблям). – Шанхай, б/г, на кит. яз.
• Чжао Эрсюнь. Цин ши гао (Черновая история династии Цин). – Пекин, 1927, на кит. яз.
• Brassey's Naval Annual, 1887, 1902.
• Conway’s All the World's Fighting Ships 1860-1905. – London, 1979.
• Elman B.A. Naval Warfare and the Refraction of China's Self-Strengthening Reforms into Scientific and Technological Failure, 1860-1895. – Chicago, 2002.
• von Kronenfels J.F. Die Kriegsschiffbauten 1881-1882 mit Nachtragen ausfruheren Jahren. – Berlin, 1883.
• McGiffin RN. The Battle of the Yalu // «Century Magazine», August 1895.
• «Meyers Konversations-Lexikon». – Berlin, 1885-1892.
• Sondhaus L. Naval Warfare 1815-1914. – London, 2001.
• Wright R. The Chinese Steam Navy 1862-1945. – London, 2000. 


  • 24 В качестве причины вражды иностранные источники конца XIX в. называли бескомпромиссную позицию коммодора Лэнга в борьбе с казнокрадством. Однако сложно проверить эти сообщения без какого-либо фактического материала
  • 25 Корпус офицеров флота в империи Цин практически полностью состоял из этнических китайцев
  • 26 Боеготовых резервов у Цинов почти не было, вербовка рекрутов и их обучение должно было занять слишком много времени. Единственным источником обученных войск были гарнизоны баз Бэйянского флота
  • 27 В бою при Ялу японцы не осуществили ни одной торпедной атаки

источник: Алексей ПАСТУХОВ «Броненосцы типа «Динъюань»» «Арсенал-Коллекция» № 10'2013

Comment viewing options

Выберите нужный метод показа комментариев и нажмите "Сохранить установки".
doktorkurgan's picture
Submitted by doktorkurgan on вс, 13/09/2015 - 21:09.

Весьма интересно.

Три способа сделать что-либо: правильный, неправильный, и так, как это обычно делают в армии.