17
9

18 сентября 1932 года. Суббота.

Москва. Софийская набережная.

 

 

Министр иностранных дел Долгоруков встретил японскую делегацию лично, на Брянском вокзале. Коротко обменявшись сухими вежливостями, стороны проследовали в город: согласно протоколу предполагалось провести получасовую встречу в просторных апартаментах особняка на Софийской набережной, специально отведенного для переговоров с принцем Каем — он не пожелал вести их в посольстве, тем самым подчеркивая полуофициальный характер своего визита в первопрестольную.

Высокие стороны расположились друг напротив друга, в мягких удобных кожаных креслах. Стола для переговоров не было, его функции номинально исполнял аккуратный, небольшой журнальный столик. Министр по этому поводу про себя усмехнулся: не переговоры пока, так, разведка боем…

-Полагаю, начать можно с полномочий делегации. — произнес принц Кай, таким образом предвосхищая соответствующий вопрос русского министра.

Он извлек из внутреннего кармана конверт из тщательно беленой бумаги.

-Как я понимаю, особенность вашей миссии, ваше высочество, деликатна, следовательно, текст передаваемого документа некоторым образом призван эту особенность подчеркнуть, либо завуалировать. -сказал Долгоруков.

-Вы правильно понимаете, господин министр. — ответил принц и экспромтом позволил себе шутливо — двусмысленную реплику, — Туману много и смысл содержимого едва — едва просвечивает.

-Не сомневаюсь, ваше высочество, что нам под силу развеять туман. — ответил министр.

Долгоруков стал читать документ. Дважды взглянул он на японца, будто бы рассеянно, но на деле — цепким взглядом. Отметил холодное спокойствие японского принца, и его костюм, чуть фривольный, чем могло себе позволить официальное лицо и не слишком демонстрирующий свободу от строгого протокола. Министр уловил в этом, что визит и встреча — частные, остальное, в том числе и обязательства — лишь подразумеваются. Министр дочитал документ, поднялся. Он обменялся с японцем рукопожатием.

-Мы посчитали излишним оглашать наше предложение официальным порядком. — сказал Долгоруков. -Это могло бы вызвать нежелательные для всех нас последствия. Хотя, я уверен, сведения о наших беседах все равно достигнут заинтересованных лиц, но это случится чуть позже. И масштабы будут несколько иные. И вы, и мы в случае чего сможем предпринять контрмеры.

-Если вы прибегли к таким мерам предосторожности, могу судить, что ваше предложение по — настоящему серьезно. — ответил принц Кай.

…По окончании конфиденциальной беседы Долгоруков прямиком поехал на Ильинку. В автомобиле, сидя на заднем сиденье, он обменялся мнениями с Хитрово.

-Ежели верить принцу Каю, он приехал в Россию чтобы выяснить согласие на союз. Формула документа, переданного принцем, подчеркивает весьма скромные цели и несколько игноририрует задачу предстоящих переговоров. — сказал задумчиво Долгоруков.

-Надо более пристально изучить документ. — ответил Хитрово. — В документе принц значился как посетивший Россию, чтобы ознакомиться с состоянием дел, в том числе экономических, и отчасти, культурных.

-Маскировка нехитрая, — хмыкнул министр, — и в природе дипломатии допустимая, особенно если речь идет о своеобразном характере миссии и ее аккредитации.

-Документ, предъявленный Каем, миссию принца удостоверяет.  — сказал Хитрово. — Остальное пока можно было не принимать во внимание…

-У меня создалось впечатление, что миссия принца Кая в Москву — это своеобразный визит одиночки.

-Такое впечатление у вас создалось, исходя из состава миссии?

-Да. Есть в ней несколько лиц, в полной мере правомочных, хотя и держащихся в тени. Но они второстепенны, их задача заключается в сборе информаций. Впрочем, японцы не делают из этих амплуа секретов, по крайней мере, на официальном уровне. Как там повернется, и как там будет обстоять дело на уровне неофициальном, нам неизвестно, это скрыто за семью печатями.

-Как нам следует воспринять японскую миссию? — спросил Хитрово.

-Если перевести на язык дипломатического протокола, статут миссии принца Кая носит недостаточно определенный характер. Особые полномочия принц имеет, но официально он не представляет японского императора. Статут, таким образом, требует уточнения.

-Да и о полномочиях тоже заявлено не вполне ясно. Они есть, но мы их не видали. — сказал Хитрово, как бы рассуждая вслух. — Статут неопределен. Как тогда быть с просьбой, высказанной японской стороной? Японская сторона желала бы аудиенции Его Величества.

-Главная тяжесть переговоров ляжет на вас, на ваши дипломатические плечи. Что касается аудиенции…Вы как полагаете?

-Не много ли будет чести принцу Каю? — спросил Хитрово не без иронии.

-Дипломаты стелят соломку. — отозвался Долгоруков. — Все просто: нас устраивает успех миссии принца Кая. Значит, встреча государя с ним должна состояться. Аудиенция будет способствовать успеху японской миссии. Будем считать, что этот вопрос мы с вами прояснили…

-Осталось заручиться согласием государя…

Он вздохнул, шумно выпуская воздух, и оттопырил нижнюю губу, словно хотел сдуть с кончика носа надоедливого комара. Так вздыхал он всякий раз, когда был чем — нибудь недоволен.

«Блуждающие огни»-42.

20
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
5 Цепочка комментария
15 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
9 Авторы комментариев
master1976W_ScharapowСЕЖromm03БПМ Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Варен
Варен

Будем надеется, что проект не забросите.

NF

++++++++++

СЕЖ

++++++

W_Scharapow

Достаточно хорошо. Жаль, что у вас так случилось, что вы заняты другим, более важным. Но важное нельзя откладывать.
Кстати, а вы не задействовали в романе Елисеева? Это сын купца Елисеева, того самого. он был знатный японист, можно сказать не без гордости, что именно он поставил японистику на западе как научный институт. Без него была настоящая пустыня.

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить