Антонио Барсело, гроза берберских пиратов

22
8

Про этого человека и его достижения достаточно часто вспоминают в Испании, но за ее границами почти не знают. Между тем, это был выдающийся флотоводец и морской инженер, автор проектов нескольких любопытных типов канонерских лодок, включая броненосные, ветеран антикаперских войн и Большой осады Гибралтара, обожаемый матросами и недолюбливаемый знатным офицерством. Речь идет об адмирале Антонио Барсело.

Содержание:

Балеарец в Армаде

Антонио Барсело, гроза берберских пиратов

Антонио Барсело и Понт де ла Терра был одним из немногих офицеров Армады, которые происходили не из Страны Басков. Родился он в Пальме-де-Мальорка, в первый день 1717 года, в семье Онофре Барсело, владельца торговой шебеки, перевозившей грузы между Балеарами и Каталонией. Его матерью была представительница одного из самых выдающихся семейств острова – Понт де ла Терра. Как только Антонио достиг нужного возраста, то стал вместе с отцом совершать торговые рейсы между островами и материком. Занятие это было не из простых – в начале XVIII века все еще сильны были берберские пираты, которые совершали набеги на испанские берега и грабили торговые суда, угрожая судоходству и христианскому населению. Даже обычным купцам приходилось в совершенстве осваивать не только морскую и торговую науки, но и военную. В возрасте 18 лет его отец умер, и молодой Антонио Барсело принял на себя командование шебекой. Спустя год ему пришлось впервые столкнутся на море с берберами, и сражение оказалось выиграно, после чего такие стычки посыпались как из рога изобилия. Все схватки с пиратами шебека Барсело выигрывала, а ее капитан стал зарабатывать себе славу и признание как среди гражданских, так и военных моряков в Испании. Большую славу ему принесла битва с двумя берберскими галерами, произошедшая в 1738 году, в которой он, несмотря на численное превосходство противника, одержал уверенную победу. Король Фелипе V, узнав об этом сражении, тут же высочайшим указом сделал Барсело лейтенантом фрегата (teniente de fragata) Армады, безо всякой учебы и специальной подготовки – необходимые навыки 21-летний балеарец уже и так успешно продемонстрировал. С этого момента он становится активным участником военных действий против корсаров, не забывая при этом про родные острова – когда на них разразился голод, Барсело приложил все силы для того, чтобы купить и доставить на Мальорку зерно, которое спасло множество жизней.

В 1748 году берберы захватили испанскую шебеку с 200 пассажирами на борту, среди которых были 13 офицеров Королевской армии. Король Фернандо VI, разгневанный этим событием, приказал Антонио Барсело собрать отряд и совершить карательный рейд. Рейд этот завершился успешно, берберам был нанесен большой ущерб, но война не заканчивалась. В 1753 году, когда он находился на Мальорке, сработала береговая сигнализация, и Барсело, недолго думая, посадил роту гренадер на свою шебеку, и отправился в море. Там ему пришлось столкнуться с 30-весельным 4-пушечным галиотом в сопровождении нескольких небольших шебек. Игнорируя численное превосходство противника, Барсело обрушился на эскадру корсаров, и устроил ей настоящий погром – шебеки бежали, галиот был захвачен после абордажа. За это балеарца повысили до звания лейтенанта корабля (teniente de navio). В 1756 году, следуя из Пальмы-де-Мальорка в Барселону, он на своей шебеке встретился с двумя алжирскими галиотами. И вновь, презрев врага и игнорируя численное превосходство, Барсело бросился в атаку, и победил – один галиот был потоплен огнем артиллерии, второй бежал, и это при том, что биться пришлось на оба борта, что заведомо снижало возможности испанского корабля! В этом бою сам лейтенант корабля получил два ранения, от которых, впрочем, он быстро оправился. В 1761 году Барсело был уже капитаном фрегата (capitano de fragata) и командовал дивизионом из трех шебек. В одном из сражений ему довелось сразиться с семью алжирскими кораблями, причем все они были взяты в плен. На следующий год неуемному балеарцу достался богатый, хоть и своеобразный приз – ему удалось взять на абордаж алжирский фрегат и захватить в плен его командира, легендарного (на то время) берберского корсара Селима. В этом бою он получил ранение, которое изуродовало его лицо на всю жизнь – пуля прошла через его левую щеку, разорвав ее, и оставив большой шрам.

Антонио Барсело, гроза берберских пиратов

Тот самый бой шебеки Барсело с двумя берберскими галерами

Несмотря на все раны, борьба с берберами продолжалась, и сражения происходили едва ли не каждый день. Во многих из них отметился дивизион Антонио Барсело. Когда французы и австрийцы попытались усилить натиск против пиратов, его выбрали одним из «союзных командующих». И хотя из этой затеи ничего не вышло (дело застопорилось в самом начале), выбор в пользу балеарца говорил сам за себя: в нем видели одного из главных борцов с корсарами Средиземного моря. С 1760 по 1769 годы он захватил 19 берберских кораблей, взял в плен 1600 мусульман и освободил более тысячи христианских пленных, за что получил по королевскому патенту звание капитана корабля (capitano de navio). Действуя уже в новой должности командира небольшой парусно-гребной флотилии, состоявшей из галиотов и шебек, Барсело стал одним из тех, благодаря кому испанцам удалось в 1775 году удержать крепость Пеньон-де-Альхусемас, расположенную на одноименном острове. Сама флотилия при этом понесла потери, но эскадра берберов, осаждавшая крепость, вынуждена была снять осаду. Вновь Барсело зарекомендовал себя наилучшим образом, что позволило ему вскоре принять участие в крупной экспедиции в Алжир.

вернуться к меню ↑

Экспедиции в Алжир и осада Гибралтара

В том же 1775 году гребная флотилия Барсело вошла в состав экспедиционных сил, которые были отправлены в карательный поход против берберов. В нее попало большое количество выдающихся офицеров армии – сухопутными войсками командовал генерал О’Рейли, флотом – Педро Гонсалес де Кастехон, начальником его штаба был Хосе де Масарредо. Однако экспедиция в результате череды случайностей и ошибок завершилась полным провалом, высаживать войска пришлось в другом месте, неудобном для развертывания, алжирцы постоянно оказывали давление с суши и с моря, армия понесла большие потери, и ее пришлось вскоре эвакуировать в сложной обстановке. Эта история могла окончиться разгромом и бойней, если бы не гребная флотилия Антонио Барсело – действуя у самого берега, отгоняя берберские суда и оказывая поддержку огнем своих легких пушек эвакуирующейся армии, шебеки и галиоты балеарца спасли положение, и позволили завершить эвакуацию более или менее успешно. Не помогла даже масштабная кавалерийская атака берберов массой всадников общим числом около 10-12 тысяч человек – войска, получив поддержку корабельной артиллерии, стойко отражали атаки и выигрывали время для эвакуации раненных. Потери оказались тяжелыми, но не фатальными – 500 убитых и 2000 пленных из всей 20-тысячной армии. Действия Барсело в сложных условиях были оценены крайне высоко всеми, и сухопутными офицерами, и командованием флотом. Его заслуги были признаны королем, который вскоре после возвращения экспедиции домой повысил балеарца до звания бригадира. В это время уже начинает сказываться недуг Барсело – прогрессирующая глухота, которая развилась из-за его очень тесного знакомства с корабельной артиллерией: множество раз в сражениях он, презрев безопасность, находился слишком близко с ведущими огонь пушками, что не могло не привести со временем к печальным последствиям.

Антонио Барсело, гроза берберских пиратов

Модель броненосной канонерки Антонио Барсело

В 1779 году Испания вступила в войну с Великобританией на стороне США и Франции, и началась так называемая Большая осада Гибралтара. Благодаря географическим условиям и возведенным англичанами укреплениям это была, вероятно, самая труднодоступная крепость в мире, и имея неудачный опыт осад ее, испанцы решили сделать ставку прежде всего на блокаду. Блокадным флотом, который должен был действовать непосредственно у крепости, назначили бригадира Антонио Барсело. Он подошел к задаче творчески, и занимался отнюдь не одной только блокадой, но и постоянно донимал англичан ночными действиями своих легких сил. По проекту адмирала в Кадисе были построены специальные канонерки новой конструкции, с двумя пушками калибром до 24 фунтов, размещенные на установках с центральным штырем или сложных вертлюжных, более характерных для кораблей середины XIX века. Пушки располагались в оконечностях, в середине находились гребцы, обеспечивающие им ход в любом направлении. Лодки имели низкий профиль и малую заметность, что особенно удачно сказывалось ночью. Наконец, часть лодок по указу Барсело обшили деревянным каркасом обтекаемой формы, поверх которого пустили толстую дубовую обшивку и железные плиты – т.е. фактически корабли превратились в гребные броненосные канонерки, где броня использовалась в сочетании с обтекаемыми формами для увода снарядов в рикошет, и недопущения раскаленных снарядов, применяющихся англичанами, к горючим материалам. Для повышения плавучести снаружи обшивку стали обшивать пробкой, а также делать подшивку из нее для поглощения ударов вражеских снарядов по броне. Впервые появившись под Гибралтаром, эти канонерки вызывали у англичан смех, но ненадолго – уже очень скоро эти несуразные корабли, по поводу которых испанцы говорили, что они не переживут первый выстрел из своих тяжелых пушек, превратили ночную службу гарнизона в настоящий ад. Один из офицеров англичан, капитан Сэйер, писал позднее (перевод примерный, сам Sayer может быть Зайером, т.е. немцем на британской службе):

Первое появление перед английским гарнизоном канонерок «нового образца» конструкции Барсело вызывало всеобщий смех, но не на долго. Никто поначалу не осознавал, что они представляют собой самого грозного и непобедимого врага, который до этого появлялся перед английским флотом. Барсело всегда атаковал ночью, выбирая самые темные направления и участки обороны, где невозможно было обнаружить его небольшие приземистые лодки. За ночь его канонерки буквально засыпали нас своими снарядами по всей площади крепости. Эти бомбардировки утомили англичан гораздо больше, чем дневная служба. Сначала они попробовали избавиться от канонерок Барсело с помощью береговых батарей, ведущих огонь по вспышкам в темноте, но, в конце концов, англичане осознали, что это лишь пустая трата боеприпасов.

Параллельно с борьбой с англичанами, балеарцу приходилось воевать и со своими сослуживцами, большинство из которых его попросту ненавидело из-за низкого происхождения, считая Барсело выскочкой. Сам Барсело при этом был достаточно грубым и острым на язык человеком, что лишь усугубляло положение. Дело едва не дошло до суда из-за оскорбления им какого-то другого офицера Армады, но дело удалось замять. Не помогла даже попытка «убрать» балеарца из Армады, обосновав его списание на берег почти полной глухотой и почтенным возрастом. Новый командующий осадой Гибралтара, герцог де Крильон, пытался было продавить эту отставку – но прибыв в осадный лагерь и познакомившись с Барсело лично, тут же срезал любые поползновения на ценного командующего гребными силами: он был гением малой войны, и терять такого из-за интриг де Крильон не собирался. Подчиненные же своего командира обожали, в том числе благодаря внимательному и бережливому отношению к личному составу, что всегда легко покоряло сердца и души матросов вне зависимости от их национальной принадлежности. В Андалусии, откуда происходило большое количество матросов, очень скоро распространился стишок о том, что если бы у короля было хотя бы четыре таких флотоводца, как Барсело, Гибралтар никогда бы не стал английским. Впрочем, таких людей, как Антонио, у короля больше не было, и сама осада вместе с генеральным штурмом завершилась провально. Под конец генерального штурма Барсело был ранен, но вскоре вновь вернулся в строй.

Антонио Барсело, гроза берберских пиратов

А вообще канонерки бывали очень разные

В 1783 году, командуя эскадрой из 78 вымпелов, Барсело во второй раз в своей жизни явился под стены крепости Алжир, стремясь окончательно прекратить берберское пиратство в Средиземном море. Для этого город был взят «на пушку», а позднее подвергнут бомбардировкам в течении 8 дней. Увы, на сей раз удача не благоприятствовала испанцам – несмотря на колоссальный расход боеприпасов, удалось нанести алжирцам лишь небольшие потери, вызывал несколько пожаров в самом городе, разрушив 562 здания (чуть более 10%) и потопив канонерку. Результаты были более чем скромными, пускай и достигнуты они оказались ценой очень небольших потерь. В следующем году экспедицию повторили, на сей раз с привлечением союзных флотов Неаполя-Сицилии, Мальты и Португалии. Командование осуществлял все тот же Антонио Барсело, и на сей раз удача улыбалась ему. В течении 9 дней союзные корабли бомбардировали Алжир, потопив практически весь берберский флот и разрушив значительную часть укреплений и города. Даже с учетом преждевременно прерванной кампании по причине неблагоприятных ветров, результаты оказались вполне достаточными. Покидая африканские воды, Барсело сделал все, чтобы до алжирцев дошла информация о его намерениях вернуться и в следующем году, с еще большими силами, в результате чего алжирский бей был вынужден пойти на мирные переговоры с Испанией, прекратив пиратские набеги на ее судоходство и берега. Примеру алжирцев последовал и Тунис, впечатленный действиями Барсело. Вплоть до начала Наполеоновских войн пиратство в Средиземном море было прекращено.

вернуться к меню ↑

Последние дела

После решения алжирского вопроса Антонио Барсело вернулся домой, будучи уже глухим стариком с израненным телом и набором застаревших болячек. В 1790 году, в свете осады марокканцами Сеуты, о нем вспомнили, и назначили командовать эскадрой, предназначенной для бомбардировки Танжера. Однако к тому моменту, когда он принял на себя командование эскадрой, уже начались мирные переговоры, в результате чего бомбардировку отменили. Барсело, зная изменчивый характер мавров, посчитал, что те лишь тянут время для сбора сил, и отправился как частное лицо в разведку в Сеуту и ее окрестности, где действительно собиралось новое марокканское войско. Вскоре переговоры сорвались, и началась война в полный рост – но неожиданно Барсело из-за интриг отстранили от должности командующего эскадрой. Он обратился лично к королю Карлосу IV, и добился своего возвращения в качестве командующего эскадрой, предназначенной для войны с марокканцами, но та в море не выходила из-за непрекращающихся штормов, а спустя некоторое время и вовсе была расформирована. Вновь начались интриги против балеарца-высочки, и его окончательно отправили домой. Оскорбленный и униженный этим, Антонио Барсело еще какое-то время пытался добиться организации карательной экспедиции в Марокко, но его попросту стали игнорировать. В конце концов, он умер в 1797 году, в возрасте 80 лет, так больше и не вернувшись на флот. Останки его похоронены на Мальорке, но в Пантеоне выдающихся моряков в Сан-Фернандо находится мемориальная плита с его именем – о том, что там должен быть этот знаменитый балеарец, в XIX веке уже никто не сомневался.

Антонио Барсело является одним из самых выдающихся офицеров Армады своего поколения. Непревзойденный мастер «малой войны» на море, действуя силами гребных и парусно-гребных судов, он всегда добивался победы, даже в самых сложных и безнадежных ситуациях. Немногим менее успешно он действовал и в качестве командующего смешанными эскадрами. Его действия во время осады Гибралтара, вместе с канонерками собственной конструкции, стали образцом и предметом обсуждения во всей Европе того времени. Матросы обожали его, короли любили, у него имелись друзья в высшем обществе, население Испанского Леванта боготворило его как защитника от берберской угрозы – но увы, он так целиком и не вписался в структуру Армады. Причиной тому был как сложный характер балеарца, так и особенности его происхождения – по понятиям своего времени он был слишком мелким дворянином, выскочкой, да еще и не имел системного военно-морского образования, выступая во всем в буквальном смысле самоучкой. Из-за последнего его считали вовсе неграмотным, не умевшим писать и читать, хотя как раз это он умел, и даже отлично, постоянно держа рядом с собой горячо любимую им книгу – «Дон Кихота» Сервантеса. Будучи благородным, честным и добрым человеком, он не мог бороться с интригами, в результате которых так и не смог проявить себя как флотоводец. Лишь колоссальные терпение и выдержка позволяли ему переносить выходки своих сослуживцев, которые постоянно поддевали его на тему отсутствия образования и низкого происхождения. Тем не менее, история уже позабыла имена его недоброжелателей, а вот Антонио Барсело помнят, пускай и не везде, как выдающегося моряка, флотоводца, защитника христиан от берберских корсаров и рабства, и даже конструктора, создавшего один из первых образцов броненосных кораблей в Европе и использовавшего такие корабли на практике с большим успехом.

 

Взято с topwar

10
Комментировать

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
4 Цепочка комментария
6 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
5 Авторы комментариев
Из майкудука.arturpraetorСЕЖNFbyakin Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
byakin

++++++++++++++++++++++++++++++

еще одна очень интересная статья, уважаемый коллега. имхо испания на вершине своего могущества должна была не вымучивать голландцев (пусть молятся как угодно — лишь бы налоги платили), а занялись бы средиземноморскими пиратами. в детстве читал одну книжку, из которой с большим для себя изумлением открыл, что полностью от пиратов средиземное море очистили лишь в ё1 веке до н.э. (помпей) и ближе к середине 19 века

NF

+++++++++++++++++++++++++++++++++

СЕЖ

++++

Из майкудука.

Имена английских и французских адмиралов и корсаров на слуху, а испанских затёрли в тень. Видимо восхваление, раздувание и выпячивание своих успехов не знает временных ограничений. Спасибо уважаемый коллега, восполнили пробел в испанских флотоводцах. Тем более что действия малых судов вообще редко описываются подробно в эту эпоху. А тут своего рода гений малой войны. Вот кого неплохо было получить на Днепровскую флотилию, уж начудили бы они с Суворовым на пару под Очаковым.

Такой вопрос, не попадались ли сведения об освобождённых галерниках происхождением из России в 16-18 веках. Ведь куда то должны были деваться галерные рабы после захвата османских и иже с ними судов. О бунтах и побегах галерников в 16-17 веках попадалась информация, причём европейские государи и да же церковь оказывали содействие в возвращении на родину и полонянники очень хорошо отзывались об этом.

×
Зарегистрировать новую учетную запись
Сбросить пароль
Compare items
  • Включить общее количество Поделиться (0)
Сравнить